«Женские образы в романе Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы» 37 icon

«Женские образы в романе Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы» 37


1 чел. помогло.
Смотрите также:
План: Место и роль темы детства в романе “Братья Карамазовы” Значение для романа и способ...
Учебное пособие для 10 класса в двух частях. Автор Ю. В. Лебедев, 2002 год...
Тема Кол-во страниц...
Федор Михайлович Достоевский Братья Карамазовы...
Женские образы в романе...
Программа телеканала «Подмосковье» на 23 апреля 2012 г., понедельник 05: 00 "братья карамазовы"...
Программа телеканала «Подмосковье» на 15 апреля 2012 г., понедельник 05: 00 "братья карамазовы"...
Женские образы ф. М...
«Братья Карамазовы» итоговое произведение Достоевского...
Юношеские Чтения «Произведения Ф. М. Достоевского в восприятии читателей ХХ iвека»...
Библейские мотивы и их отражение в романе Ф. М...
20 апреля Экскурсия в Дом-музей Ф. М. Достоевского 30 Утреннее заседание 10...



Загрузка...
скачать
Оглавление


Введение 3

Глава 1. Образ женщины в русской культуре 7

1.1. Концепция женственности и ее отражение в русской культуре 7

1.2. Женские образы в русской литературе 12

Глава 2. Своеобразие женских персонажей в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» 22

2.1. Психологизм Ф.М. Достоевского в создании женских образов. 22

2.2. Концепция женственности в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» 24

2.3. Противоречивость центральных женских образов романа 25

2.4. Образ Lise: от «бесёнка» к «мученице» 34

^ Глава 3. Методические рекомендации к проведению урока по теме «Женские образы в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» 37

Заключение 40

Библиографический список 43

Введение



Разные женщины, разные судьбы, разные образы представлены на страницах художественной литературы, публицистики, в живописи, скульптуре, на киноэкране. Образ женщины реальной и созданной воображением творца можно обнаружить во всех жанрах и видах художественного творчества: от фольклора до самых современных проявлений культурной мысли. По мнению С.Н. Булгакова, «всякий подлинный художник есть воистину рыцарь Прекрасной Дамы». В русской культуре женщина предстает в самых различных ипостасях: тотема, древнеязыческого божества, нередко в роли воительницы, мстительницы, носительницы зла и доброй чаровницы, Богородицы, Царь-девицы, сестры, подруги, соперницы, невесты и т.д. Ее образ бывает прекрасным и безобразным, чарующим и отталкивающим.

Фольклорные мотивы, как известно, оказали влияние на все стороны развития литературы, искусства и культуры в целом. О соотношении злых и добрых начал в женщине говорят и пишут большинство тех авторов, кто хоть как-то касался этого вопроса.

В целом для русской культуры характерна идея, выраженная Ф.М. Достоевским, о сочетании в женщине «идеала мадоннского» и «идеала содомского», что, видимо, вполне правомерно.

Произведения русской литературы создают образы женщин, в которых отражаются национальные представления о важнейших качествах, которые присущи женскому полу. В этом одна из главных притягательных черт художественной литературы – ее способность раскрыть тайны внутреннего мира человека, выразить душевные движения так точно и ярко, как этого не сделать человеку в повседневной жизни. В психологизме один из секретов долгой исторической жизни литературы прошлого: говоря о душе человека, она говорит с каждым читателем о нем самом.

Одним из способов создания образов в художественном произведении является портретная характеристика героев, через которую раскрываются отдельные стороны творческой индивидуальности писателя, особенности его метода.

В этом отношении интересным является творчество Ф.М. Достоевского. Достоевский и его творчество представляют собой целую эпоху в русской художественной литературе и до сих пор вызывают интерес исследователей. Художественный метод этого писателя содержит глубокий психологический анализ героев. Писатель определил его как реализм «в высшем смысле», позволяющий ему через изображение «глубины души человеческой» выявить узловые идейные и общественные противоречия истории и своей переходной истории.

Ф.М. Достоевский вошел в историю мировой литературы как писатель-философ. Практически в каждом произведении Достоевского мы погружаемся в мир вопросов, колебаний, в мир духовной борьбы. Достоевского интересовала правда, которая пережита и лично выстрадана человеком; правда, обретенная им в итоге нелегкого пути проб и ошибок, заблуждений, сомнений, прозрений.

На наш взгляд, художественной манере Ф.М. Достоевского присуща индивидуализация, что проявляется в портретной характеристике. Отдельное внимание писатель уделяет в своих произведениях женским образам. Не является исключением и его роман «Братья Карамазовы».

Наиболее интересными для изучения нам представляются центральные женские персонажи – Грушенька и Катерина Ивановна. Однако заслуживает внимания и отдельно стоящий образ Лизы Хохлаковой. Стоит отметить, что на сегодняшний день женские образы в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» не являются до конца изученными, в критической литературе нет достаточно полных портретных характеристик героинь этого произведения. В этом заключается новизна данного исследования.

Цель нашей работы – исследуя художественные функции портретной характеристики и ее своеобразия, выяснить, в чем особенности созданных Достоевским женских образов, какую роль они играют в романе «Братья Карамазовы».

Цель работы определила следующие задачи:

1) изучить концепцию женских образов в русской культуре и, в частности, русской литературе;

2) проанализировать особенности женских образов в романе «Братья Карамазовы» и выявить особенности портретных характеристик в произведениях Ф.М. Достоевского;

3) разработать методические рекомендации к уроку по теме «Женские образы в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы».

В соответствии с поставленными целями структура работы состоит из введения, трех глав и заключения.

Объектом исследования является роман Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы», а предметом – система женских образов романа Ф. Достоевского «Братья Карамазовы».

Практическая значимость исследования заключается в том, что в работе обобщен материал по гендерной проблематике в литературоведении, а также по теме исследования – «Женские образы в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы». Этот материал послужил основой для методических рекомендаций к проведению урока по заданной теме, которые могут быть использованы в старших классах средней школы, а также как основа спецкурса.

Гипотеза исследования: в женских образах, созданных Ф.М. Достоевским в романе «Братьев Карамазовых» отражается концепция женственности и традиции создания образа женщины в русской литературе.

Для написания дипломной работы нами использовались следующие методы исследования:

  1. изучение, обработка и систематизация теоретического и практического материала (критическая, справочная и научно-популярная литература, художественный текст);

  2. эмпирические наблюдения: формально-логические - индуктивные, дедуктивные, традуктивные умозаключения; содержательно-теоретические - анализ и синтез.

В качестве теоретической основы изучения в работе применялись труды и монографии российских и зарубежных авторов по теории художественного восприятия (А.А. Потебня, М.Б. Храпченко, Х.Р. Яусс и др.), по проблемам интерпретации художественного текста (Л.С. Выготский, М.М. Бахтин, и др.), по теории и истории художественного образа (Г.Н. Поспелов, И.И. Виноградов, Л.Я. Гинзбург и др.). Критическая литература по творчеству Ф.М. Достоевского представлена работами Ю.Э. Селезнева, Л.П. Гроссмана, Г. Фридлинера, В.И. Труайя и т.д. Поэтика и художественные образы писателя рассматривались С.М. Гусом, Т.В. Касаткиной, Н.В, Кашиной, Э.А. Полоцкой и другими. При подготовке работы также использовался для анализа художественный текст романа Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы».
^

Глава 1. Образ женщины в русской культуре



1.1. Концепция женственности и ее отражение в русской культуре


На уровне обыденного сознания женственность связана, прежде всего, с женщиной как полом биологическим, физически более слабым по сравнению с мужчиной, вследствие чего во многих культурах женщине отведена роль последовательной исполнительницы воли мужчины. Однако при обращении к более широкому контексту этого концепта обнаруживается, что понятия женственность и женщина – отнюдь не идентичные.

Социальный конструкт женственности толкуется как социально-культурная категория. Идеология, политика, религия, искусство, в частности литература, – инструменты, принимающие активное участие в формировании женственности. По мнению И. Жеребкиной1, «женственность не укладывается ни в одну идентификационную форму, будучи всегда больше ее границ и пределов («Родина», «Мать», «Вечная женственность» и т. д.).


Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.


В Средневековье женщина не только Ева, сорвавшая запретный плод, «вавилонская блудница», но и Дева Мария, Великая Праведница. Следует принять во внимание, что физический пол («sex») и гендер (как система социо-полоролевых отношений) в славянском обществе никогда не совпадали, и несовпадение было временами особенно заметным. Так складывалась этнографическая реальность в России; женщинам на протяжении веков приходилось нести на своих плечах как мужские работы, так и мужские роли, мужскую ответственность. Между тем многие свидетели отмечали женообразие русских мужских лиц, специфический тип эмоциональности и капризности русских бояр, пассивность и мягкость русской души.

В целом, в воззрениях на женщину и женственность в древнерусских литературных источниках явно прослеживается тенденция, идущая от отцов церкви и заложенная в Священном Писании, связанная с зависимостью женщины от мужа своего. Если мужские качества долгое время принимались за эталон, то женские же расценивались как недостаток или отсутствие мужских. Большинство авторов средневековой Руси, следуя традициям Священного Писания, в оценке женской природы несут мысль, что женщина слабее мужчины в нравственном, интеллектуальном и физическом отношении. О «немощной женской природе» упоминается во многих древних литературных источниках.

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.

Начало XIX века ознаменовано активной салонной (приватной) жизнью. Традиционно отношения между родителями и детьми в дворянском обществе складывались отнюдь не на уровне взаимопонимания и привязанности, в особенности, между матерями и дочерьми. Мать, по обыкновению не найдя ответного чувства в муже, пыталась найти его в сыне, но не в дочери. Многие теоретики утверждают, что с распространением идей просвещения в русском обществе внутрисемейные отношения стали меняться в лучшую сторону, что особенно коснулось отношений между матерями и дочерьми. Русские женщины, не имея возможности изменить свою судьбу, пытались это сделать для своих дочерей, воспитывая в них самостоятельность, поддерживая интерес к образованию, ориентируя их на самостоятельную деятельность. Новый тип женщины приходит на историческую сцену истории в 30-40-е годы XIX в., ушла в небытие атмосфера салонов, роль женщины снова сужается рамками семьи, воспитанием детей2.

Социальную мобильность женщин в русском образованном обществе, начиная с конца 50-х годов XIX века, принято обозначать как эмансипацию. Процессы женской эмансипации в русском обществе XIX века развивались в русле общих процессов либерализации русского общества. Происходит социальная дифференциация групп, становление социальных и культурных институтов. Идеи и личность Жорж Санд, поставившей вопросы о праве женщины на свободу чувств, сыграли огромную роль в появлении и распространении в России XIX века идей о ценности и независимости женской личности.

В середине – второй половине XIX века в России началось широкое движение женщин за равноправие, выразившееся в борьбе за доступ к образованию, за право на профессиональный труд, инициированное социальными потрясениями эпохи. Наиболее активное выражение в российском обществе получило стремление женщин к общественной деятельности, профессиональному равноправию, их попытки изменить устоявшиеся нормы поведения. Женщина наравне с мужчиной стала заниматься предпринимательской деятельностью с целью обеспечить достойную жизнь себе и своим детям. Наиболее интенсивно процесс включения женщин в рыночные отношения и изменение их социальной психологии проходили в столичных городах, где роль женщин в общественной и культурной жизни была традиционно велика. В Москве и Санкт-Петербурге проживали представительницы наиболее влиятельной аристократии, финансово-промышленных семей и интеллигенции. Жительницы столичных городов существенно отличались от провинциалок, живших в условиях сохранения патриархальных традиций, жестко регламентированных норм поведения.

Гендерный стереотип дореволюционного периода предполагал в качестве положительных образцов сильного доминирующего мужчину и слабую, зависимую, пассивную женщину. Непротивление злу насилием – главная добродетель женского образа. При этом порицался авторитаризм хозяйки дома и слабость мужчины. Мужчина, не способный подчинить женщину, воспринимался как несостоятельный в социальном плане. Женственность идентифицировалась в первую очередь со статусом домашней работницы.

«В советском обществе парадоксально-зловещим образом осуществилась ленинская мечта: кухарка стала править государством. Многие проблемы духовного и социально-экономического кризиса России можно объяснить именно этим фактором, этой «формой правления». Уравнение женщины в правах было одним из самых наглядных лозунгов революции и в то же время утопией. Постепенно исчезали в жизни, литературе, с экрана жертвы мужских страстей, принуждения, как и соблазнительницы эпохи нэпа. Женщина обгоняла мужчину в труде и социальном статусе, становясь «самой передовой». На смену семье приходил диктат государства и партии, на смену семейному патриархату – патриархат «вождей». Психический склад русской женщины, ее самоотверженная работа на разных поприщах служили залогом ее богатейших возможностей, а творчество художников способствовало раскрытию ее потенциальных возможностей3.

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.

Однако каким бы общественно-идеологическим содержанием не было наполнено произведение, где женщине отведено ведомое место в ходе идейного движения, ценность российской женственности связывалась с другими ее качествами: домовитостью, хозяйственностью, чадолюбием. Роль хранительницы домашнего очага – одна из традиционно доминирующих форм идентификации женщины на страницах отечественной классики. Женщина как хранительница домашнего очага – цементирующий центр и опора семьи, от которой зависит настоящее и будущее домочадцев и ее собственное. Не случайно вдумчивыми хранителями и бережными носителями русского фольклора, как правило, являются женщины. Конструкт «домоводки», опоры семьи выстраивается во многих отечественных литературных текстах от XVIII века до наших дней. Если эта опора рушится, рушатся все ее составляющие, нарушается равновесие в доме. Дом является символом защищенности от всех бурь. Тема дома и бездомья – одна из сквозных в русской литературе, где заглавная роль принадлежит женщине и женственности. Нравственная философия Пушкина, Гончарова, Толстого не утратила своего значения и в ХХ веке, пример тому – «Прощание с Матерой» В. Распутина, где в образе бабки Дарьи актуализируется «уважение к минувшему», отличающее «образованность от дикости».

Таким образом, если в социуме всегда существует образ женщины, предлагаемый как идеальный, то поэты и художники, политики и модельеры, кино и театр приносят в мир тот образ женщины, который в данном социуме, в данное время является наиболее предпочтительным.

1.2. Женские образы в русской литературе


В русской культурной традиции есть своя специфика в понимании соотношения мужественного и женственного. Рассмотрим, как развивался концепт женственности в русской литературе, и начнем с мифологии.

Язычество древних славян было тесно связано с широким почитанием материнских культов. Б. Рыбаков4 выделил 3 основных этапа в развитии язычества. Первый этап – упыри и берегини. Берегини – женские персонажи в славянской мифологии, они связаны с двумя понятиями – оберегать посевы и берег водного пространства. Иногда слово «берегиня» означает землю, это древняя богиня земли. Упыри – мужской образ, это исчадие ада, вампиры, сосущие кровь. Упыри и берегини, видимо, архаические названия двух противоположных начал « злого и доброго, мужского и женского.

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.

Можно привести несколько подходов в определении стереотипов женского поведения, женских образов, женских ликов. Одна из отечественных исследовательниц проблем, связанных с особенностями самоопределения женщины, Е.Весельницкая5, предлагает свои варианты социализации женщин, несколько путей социальной объективности женской сущности: хозяйка, воин, приз, муза. По её мнению, женщина-хозяйка воспринимает всю территорию, которая находится в ее сфере влияния, как целое, за которую несет ответственность. У женщины-хозяйки «всегда готов и стол и дом». Дом – обильный, стол – сытый. Женщина-воин – это неуемная активистка, она обычно не склонна заниматься хозяйством, «дом ее похож на блиндаж, на некое убежище, где можно передохнуть». Основная сфера ее деятельности, как правило, работа. Общественная деятельность это не только ее хобби, но и форма бытия. Женщина-приз знает себе цену, всегда умеет подать себя, к общественной активности никакой тяги не питает, обыкновенно ждет, когда ее завоюют. Женщина-муза – это источник вдохновений, как правило, для представителей противоположного пола.

Интерес также представляют женщины, отличающиеся «демоническим характером», так называемые «роковые женщины». Это «литературно-бытовой образ». В этом типе женщин, в свою очередь, можно обнаружить и другие подтипы, рассматривая стереотипы женских образов более позднего периода, по сравнению с теми, которые исследует Лотман. Это, по терминологии русских классиков, «бесстыжие» и «попрыгуньи» (о «бесстыжих» читаем у А. Ремизова; «попрыгуньи» хорошо известны по знаменитой басне И.А.Крылова и одноимённому рассказу А.П.Чехова).

В. Н. Кардапольцева в своей книге «Женские лики России»6 на основе анализа женских образов в религии, философии и в русском искусстве приводит схему стереотипов женских образов, которые распространены в русской культурной традиции (таблица 1).

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.

Тип «крестовой сестры», «смиренницы», безропотно несущей крест своей далеко не всегда благополучной судьбы, наиболее традиционен как для русской жизни, так и для литературы. Жертвенность во имя другого – идеал такой женщины. Подобный тип можно встретить на страницах любых отечественных классических произведений прозы и поэзии. Для русского народа (а для женщины особенно) любить – это значит жалеть, страдать. Глаголы жалеть, страдать, жертвовать, мучиться, любить в русском мировосприятии, мироощущении, как правило, синонимы. Не случайно знаменитые любовные русские песни называются «Саратовские страдания».

В отношениях женщины и мужчины преобладает со стороны женщины в основном или жалость, или самопожертвование. Женщина своей материнской любовью, заботой окружает и пригревает горемыку непутёвого и мужа, и возлюбленного, и ребёнка почти в равной степени. Сквозь всю русскую литературу проходит мотив неосуществлённой любви. Русский тип любви чаще всего безответен, неразделён, самоценен, самоотвержен, он возвышает того, кто любит, и своим светом озаряет любимого.

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.

Уже с первых летописных преданий известно о первых славянских женщинах: Ольге, Рогнеде, Евфросиньи Суздальской, княгине Евдокии, о которых упоминается с большим уважением и благоговением как об активных участницах упрочения Земли Русской, голос и слово которых прошли через толщу веков. Их имена можно причислить к тем, которые обозначены в классификации с точки зрения стереотипов женского поведения, женского отношения к жизни к женщинам-героиням. Герой, по определениям толкового словаря, это человек, совершивший подвиг мужества, доблести, самоотверженности или тот, кто чем-то привлек к себе восхищенное внимание, стал образцом для подражания.

Тип «женщины-героини», «женщины-воительницы» (совершающей подвиг мужества) история знает еще с древности. Сохранились предания об амазонках, одерживающих сокрушительные победы над мужчинами. Русская история, русская культура тоже знают немало имён женщин-героинь в самом разном понимании этого слова. Древнерусские былины знают лучших стрелков из числа женщин (жена Дуная). История русских земель с середины XII века (по упоминаниям Киевской, Ипатьевской, Новгородской и других летописных сводов) знала много имен княгинь и боярынь, участвовавших в политической жизни отдельных княжеств и даже осуществлявших единоличное правление. В русском фольклоре XIII–XV вв. в одной из исторических песен упоминается об Авдотье Рязаночке, простой горожанке, которая совершает подвиг, проявляя при этом мудрость, терпение, душевную стойкость. Она уводит из полона жителей Рязани и заново возрождает город. Она, миновав леса, озёра, реки, ходила в «землю басурманскую», вызволяла пленных из неволи. В древнерусской литературе предшественницей этой женщины-героини можно считать Ярославну из «Слова о полку Игореве». По мнению Е. Осетрова, исследователя древнерусской культуры, образ Ярославны мы находим в разных столетиях, что вполне справедливо. Во времена татарского ига её звали Авдотьей Рязаночкой, в период Смутного времени – это Антонида, благословившая своего отца Ивана Сусанина на ратный подвиг, «в памятном 1812 году» - это старостиха Василиса. Многим известно имя Надежды Дуровой, кавалерист-девицы, участницы и героини войны 1812 года. В послужном списке этого заслуженного кавалерийского офицера, этой живой легенды – данные о многочисленных походах, боях и наградах. Она много сделала и на другом поприще – художественной литературы. Ее талант писательницы благожелательно оценил А.С.Пушкин. «Записки кавалерист-девицы» имели шумный успех сразу же после их опубликования и представляют немалый интерес для нашего времени. Не менее героична ещё одна женщина, Мария Бочкарёва, под «предводительством» которой женщины в ночь октябрьского переворота защищали Зимний дворец.

Если снова обратиться к истории, то поистине героическими женщинами в полном понимании и толковании этого слова можно назвать жен декабристов, отправившихся за своими мужьями в суровые условия ссылки, разделив их далеко не уютную и спокойную судьбу, лишившись всех привилегий. Княгиня Е.И.Трубецкая, А.Г.Муравьёва (в Сибири прожила недолго, умерла от сильной простуды), графиня Е.П.Нарышкина, А.В. Ентальцева, Н.Д.Фонвизина, П.Е.Анненкова (урожденная Полина Гебль, дочь наполеоновского офицера), М.К. Юшневская, А.В. Розен, К.П.Ивашева (урожденная Ле Дантю, француженка) героически делили с мужьями все тяготы жизни.

Однако чаще всего исторические документы и законодательные акты освещают судьбу женщин привилегированного сословия, хотя существуют отдельные сведения о представительницах незнатного происхождения, в частности о русской крестьянке-врачевательнице Февронии Муромской.

Гораздо больше сведений имеется о роли женщины в развитии русской культуры более позднего периода, особенно с XVIII века, периода правления Петра Великого, кардинально изменившего культурную жизнь России и, естественно, жизнь и судьбу русской женщины, что дало ей возможность определить себя, более сообразуясь со своими наклонностями и устремлениями. В этот просвещенный XVIII век идеал женщины образованной, просвещенной стал цениться особенно высоко. Особенно велика роль в развитии культурного преобразования России, всех ее областей, Екатерины II.

Ю.Лотман считает, что «вхождение женщин в мир мужчин началось с литературы»7. Именно Петровская эпоха, по его мнению, «вовлекла женщин в мир словесности». И, действительно, первой русской женщиной-поэтессой, выразившей свои чувства в стихах, стала представительница XVIII века, императрица Елизавета, хотя многие историки считают ее (наверное, вполне заслуженно) легкомысленной царицей балов, менявшей свои наряды и мало занимающейся государственными делами. Между тем именно в период ее правления был открыт Московский университет, с ее именем связан первый взлет отечественной науки и рождение русской литературы Нового времени. При Елизавете Россия добилась крупных успехов, как экономических, так и военных. Елизавета была единственным русским монархом, в чье царствование никто не был приговорен к смерти: к сожалению, этот урок гуманизма, данный женщиной, был забыт следующими правителями.

XVIII век славился деятельными женскими натурами. История упоминает барыню Е.М.Румянцеву, которая не только активно занималась хозяйством, но и учредила шерстяно-шелковую ткацкую фабрику для выработки чулок и ковров, улучшила работу конского завода. Княгиня Дашкова помогала плотникам возводить стены собственными руками, участвовала в прокладке новых дорог, кормила коров, сочиняла пьесы и занималась множеством других дел, как интеллектуально-возвышенных, так и прозаических. Именно в это время появилось множество женщин, которых условно можно назвать «Пифагорами в юбках», «академиками в чепцах». Подобные женщины относятся с полным правом к типу женщин-героинь.

Тип женщины-героини, способной ни в чем не уступать мужчине, и, если понадобится, даже во многом противопоставить себя духовной слабости мужчины, мы можем найти во множестве художественных явлений русской культуры: от той, что «коня на скаку остановит», созданной фантазией словесного творчества, до той, что стоит вместе с рабочим на высоком постаменте, олицетворяя образ неутомимой и не сломленной никакими невзгодами труженицы-колхозницы, рожденной полетом мысли скульптора - монументалиста Веры Мухиной.

В русской литературе истоки этого типа идут (справедливости ради следует отметить: идут бурным потоком) от Веры Павловны Кирсановой, с ее мастерскими и многочисленными снами о светлом будущем, которое обязательно наступит, если женщина поменяет роль хранительницы домашнего очага на роль женщины-воина, героини произведения «Что делать?», созданного одним из первых русских социалистов-утопистов Н.Г.Чернышевским.

Тема женской эмансипации стала одной из ведущих в русской литературе, что давало возможность писателям более гневно критиковать устои современных порядков, выражая чаяния всего народа, подчеркивая тем самым социальное значение деятельности мастера художественного слова. Творчество И.Гончарова, И.Тургенева, Ф.Достоевского, Л.Толстого, А.Островского тоже не обошло эту тему. Вечный вопрос «Что делать?» повторится во многих классических и менее образцовых произведениях русской литературы. Этот вопрос включает и проблему женской жизни и судьбы. Но в целом большинство авторов поддерживали идею, что мужчина и женщина могут быть счастливы вместе только в случае взаимопонимания, но для этого женщина должна была себя реализовать как самостоятельная, равная мужчине личность. Лишь в 60-е годы критический ум, интерес к наукам, критическое отношение к жизни в целом и к мужчине в частности, станут характерными чертами «новых» героинь Н. Некрасова, И. Тургенева, И. Гончарова, А. Помяловского, Н. Чернышевского, Ф. Слепцова и других авторов. Напряжённая борьба нового со старым «в растущем самосознании молодой женщины» объединяет героинь этих произведений. Только в 60-е годы у русской женщины появилась возможность реализовать свои идеалы, что нашло отражение в литературе. Как правило, драматический конфликт многих произведений основан на том, что сильная и решительная героиня находит необходимые силы, чтобы кардинально изменить свою жизнь, тогда как слабый герой готов вести борьбу лишь на словах. Финал жизни разочаровавшейся во всем женщины, в любимом в том числе, как правило, несёт драматическое и, нередко, трагическое звучание. Произведения писателей второй половины XIX века наводили читателей (читательниц) на размышление: что ценнее, достойнее для женщины – следовать традиционному женскому предназначению или идти по пути независимости, борьбы, равенства8.

В русской классической литературе мы найдем и несколько иные идеалы героинь, так называемые «горячие сердца», рушащие привычные нормы женского поведения. Подобные образы наиболее наглядно представлены в произведениях русского драматурга второй половины XIX века А.Н.Островского. В его пьесах выведены такие яркие и несколько непривычные для стереотипов женского поведения личности, как Лариса Огудалова, Снегурочка, Катерина. Эти героини отличаются неукротимым стремлением к воле, свободе, самоутверждению. Близка к героиням Островского и Грушенька из повести Н.С. Лескова «Очарованный странник», Саша из драмы А.П.Чехова «Иванов». «Крестовых сестер», «горячие сердца» и в то же время героинь мы видим на страницах произведений Н.А. Некрасова.

Тип женщин демонической направленности, мало исследованный и в искусствоведении, и в философии искусства, наиболее разнообразный и разноликий тип женского поведения и отношения к окружающему. Именно в этом типе с большей наглядностью проявляются качества диаметрально противоположные: «мадоннские», «богородичные» и «содомские», «дионисийские».

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.

Демонических женщин в то же время можно назвать женщинами-приз, снисходительно позволяющих завоевывать себя и награждать собой победителей. Они, как правило, относятся к себе как к некой высшей и незыблемой ценности культуры, не зависящей ни от экономических, ни от политических бурь времени. К этой категории женщин можно также отнести Любовь Менделееву, жену Ал.Блока; Ларису Рейснер, Зинаиду Райх, одну из жен С.Есенина, впоследствии ставшей спутницей Вс.Мейерхольда; Марию Андрееву, близкую подругу Саввы Мамонтова, Максима Горького; Марию Игнатьевну Закревскую (Мура, «Железная женщина»), сыгравшую не последнюю роль в жизни Герберта Уэллса, Максима Горького и других знаменитостей.

Однако все эти дамы сердца, приносящие немало страданий и мук их поклонникам, являлись вдохновительницами, властительницами великих умов, побуждая их в минуты любви и разочарований к ярчайшим проявлениям творчества. Почти каждое творческое лицо нуждается в таких женщинах, которых они возвышают, увековечивают и в чьи сети попадают. Большинство этих женщин далеки от политики, от сложных переплетений времени, чаще всего они живут сегодняшним днем, стараясь сделать его по возможности счастливым для себя и для любимых ими мужчин.

Мотив получения женщины-приза не нов в мировой художественной литературе, он берет своё начало из народного фольклора, сказки, мифологии. Известно множество сюжетов, когда приходилось завоёвывать избранницу самыми разнообразными ухищрениями, да ещё и получив в придачу не менее полцарства.

Говоря о демонических женщинах, следует сказать о тех, кто поистине был носителем злых сил, являлся причиной несчастья, страдания, играл роковую роль. В этом ряду хотелось бы сказать о тех женщинах, которые утрачивают исконно женские качества, взяв в качестве доминирующих изначально мужские: сила, власть, расчёт. Речь идет о женщинах, нарушающих правовые нормы, рамки закона.

К демонически-роковому типу женщин мы относим также тех, которые, возможно, и не сыграли роковой роли в жизни представителей противоположного пола, но своим поведением, отношением к окружающим являли пример порочного непостоянства, деформируя, а порой даже ломая судьбу тех, кто был с ними рядом. У А.М.Ремизова в «Крестовых сестрах» подобный тип назван «бесстыжими», у А.П.Чехова – «попрыгуньи». В сатирическом рассказе М. Зощенко «Бедная Лиза» представительницы этого рода изображены в несколько гротесковой форме.

Итак, в русской литературе представлены разнообразные женские образы, которые воплощают в себе тот или иной конструкт понятия «женственность». Большая часть этих образов ведет свои начала из народной культуры или опирается на христианские представления о качествах женщины. В любом случае, стереотип женственности, переходя из произведения в произведение не только литературы, но и живописи, драматургии, обогащается, сохраняя свои традиционные черты и обретая новые, созвучные культурной эпохе и социально-духовным особенностям своего времени.

В следующей главе мы рассмотрим, как концепт женственности раскрывается в произведениях классика русской литературы Ф.М. Достоевского на примерах женских образов романа «Братья Карамазовы».
^

Глава 2. Своеобразие женских персонажей в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы»



2.1. Психологизм Ф.М. Достоевского в создании женских образов.


Одна из главных притягательных черт художественной литературы – ее способность раскрыть тайны внутреннего мира человека, выразить душевные движения так точно и ярко, как этого не сделать человеку в повседневной жизни. В психологизме один из секретов долгой исторической жизни литературы прошлого: говоря о душе человека, она говорит с каждым читателем о нем самом.

Не секрет, что одним из способов создания образов в художественном произведении является портретная характеристика героев, через которую раскрываются отдельные стороны творческой индивидуальности писателя, особенности его метода. Портретная характеристика используется писателями по-разному. Благодаря этому создается неповторимость, своеобразие психологических стилей таких писателей-психологов, как Лермонтов, Тургенев, Л. Толстой, Чехов, Горький.

Достоевский и его творчество представляют собой целую эпоху в русской художественной литературе и до сих пор вызывают интерес исследователей.

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.

В книге С.М. Соловьева «Изобразительные средства в творчестве Ф.М. Достоевского»9 исследуются художественные особенности творчества Достоевского. Автор раскрывает своеобразие, самобытную и целостную систему изобразительных средств Достоевского, вытекающую из логики рисуемых им характеров. В работе прослеживается роль пейзажа, цвета, света, звука как существенных компонентов художественной формы. Исследователь отмечает своеобразие портретного искусства Достоевского.

А.Б. Есин в книге «Психологизм в русской классической литературе»10 подчеркивает своеобразие психологизма Достоевского, останавливается на том, как создается психологическая атмосфера, как строится портрет героев. Есин рассматривает портрет как бы под микроскопом, т.е. анализирует каждую деталь (словесные особенности, лексику).

На наш взгляд, художественной манере Ф.М. Достоевского присуща индивидуализация, что проявляется в портретной характеристике.

Обобщая все вышесказанное, можно сделать вывод о том, что психологизм Ф.М. Достоевского своеобразен. В первую очередь надо отметить, что внутренний мир предстает в особом ракурсе: мы почти не видим у Достоевского изображения нейтральных, обычных психологических состояний - душевная жизнь изображена в ее проявлениях, в момент наибольшей психологической напряженности. Герой всегда на грани нервного срыва, истерики, внезапности исповеди, бреда. Достоевский показывает нам внутреннюю жизнь человека в те моменты, когда максимально обострены мыслительные способности и чуткость эмоциональных реакций, когда внутреннее страдание почти невыносимо.

Для Достоевского – мастера психологического анализа – характерен показ героя во взаимодействии как внутренних чувств, так и внешних их проявлений. С особым мастерством художник сумел это передать через портретные характеристики женских образов.

2.2. Концепция женственности в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы»


Обращение Ф.М. Достоевского к женской теме вписывается в контекст русской и западноевропейской литературы. На создание образов героинь писателя также оказали влияние национальные традиции России, культ женственности славян, полемика между «феминистами» и «антифеминистами». Результатом творческих исканий писателя стали персонажи, которые воплощали онтологическое, философское и социальное осмысление женского характера.

Выявленное внимание исследователей к фольклорным и мифологическим основам женских образов Достоевского, рассмотрение его героинь в контексте православной культуры, а также изучение двойственной, иррациональной сущности их характеров позволяет говорить о сложившейся в современном литературоведении тенденции в интерпретации женских образов писателя как синтезе мифологического, христианского и психологического начал.

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.

Система женских персонажей в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» представляет собой богатый материал для исследователей. Это связано в первую очередь с противоречивостью внутреннего облика, двойничеством, «широкостью» русской натуры центральных героинь. Мы рассмотрим далее этот аспект на примере Грушеньки Катерины Ивановны.

Тем не менее, несомненно, что центральное место в романе занимает образ Грушеньки. Именно она играет ключевую роль, влияет на зарождение, развитие и крушение идеи героя-мужчины (Дмитрий Карамазов).

В этой связи можно отметить, что по сравнению с более ранним творчеством писателя, в романе «Братья Карамазовы» прослеживается следующая тенденция. Происходит кардинальная перестановка женских персонажей: матери отходят на второй план, их место занимают женщины как сексуальные объекты. Это связано с тем, что последние, обладая сложными и противоречивыми характерами, задают широкий диапазон эмоций, необходимый автору для создания атмосферы напряжения в сюжете и актуализации поднимаемых в романах проблем. Живой тому пример – опять-таки, образ Грушеньки.

Все персонажи романов Достоевского ставятся автором в экстремальные ситуации, а автор потом «наблюдает» за их поведением. Женские образы - не исключение. Почти все эти образы - образы натур и характеров довольно сильных, но искалеченных окружающим злом и своими личными грехами. Интересно, что выход часто у героинь предлагается там, где они его не видят. Например, Грушенька хочет идти за Митей в каторгу, но ревнует к Катерине Ивановне. Роман «Братья Карамазовы» остался незаконченным, но мы осмелимся предположить, что в этой связи вряд ли Грушеньку ждет счастливый конец.

С учетом того, что в сюжете произведения главную оппозицию составляют Катерина Ивановна и Грушенька, то именно их образы находятся в центре нашего исследования.

Однако нельзя будет обойти вниманием еще один яркий женский образ романа – образ Лизы Хохлаковой.


2.3. Противоречивость центральных женских образов романа


Центральное место в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» занимают два антагонистических образа - образ Грушеньки Светловой и образ Катерины Ивановны. Оба они принадлежат к типу «гордой» женщины и схожи противоречивостью внутреннего облика, неким двойничеством, «широкостью» натуры.

Ф.М. Достоевский не раз выражал идею о сочетании в женщине «идеала мадоннского» и «идеала содомского»11. Эта идея характерна и для центральных женских персонажей романа «Братья Карамазовы». Проанализируем их более подробно.

Прототипом образа Грушеньки послужила знакомая Достоевских Агриппина Ивановна Меньшова, которую, как и героиню романа, обманул бросивший ее жених-поручик. Достоевские принимали участие в судьбе Меньшовой.

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.


Сама Грушенька характеризует себя как «скупую», «злющую», «яростную» бабу», «скверную и самовластную». Эти качества наиболее полно предстают в сцене, когда Грушенька приходит в гости к Катерине Ивановне. Взаимный обмен любезностями по мере раскрытия истинных замыслов Грушеньки относительно Мити переходит в крупную ссору. В конце концов, Грушенька в последний момент язвительно отказывается поцеловать ручку Катерине Ивановне, на что она прогоняет «мерзавку» вон.

Для прекрасной Грушеньки старик Карамазов всего лишь брызгающий слюной шут. Он завещает ей причитающуюся Дмитрию часть наследства. Он бродит по комнатам, одурев от желания. Но Грушенька не уступает ему, как не уступает и влюбленному в нее Дмитрию. Она смеется и над отцом, и над сыном. Идут дни, и взаимная ненависть мужчин растет.

Женщина, завладевшая Дмитрием и его отцом, превратила их в рабов своих желаний. «Красота - это страшная и ужасная вещь!» - заявляет Дмитрий. Да, потому что власть красоты над мужчинами равна, а подчас и сильнее, чем власть мысли. Эротическое безумие Карамазовых сродни политическому безумию Бесов. В обоих случаях пренебрежение нравственными законами ведет к разврату и убийству.

«А Митьку, - говорит отец, - я раздавлю, как таракана». И Дмитрий говорит об отце: «Я ведь не знаю, не знаю,.. Может быть, не убью, а может, убью...»12.

Из этого можно сделать вывод, что героиня Достоевского принадлежат также к типу «роковой» женщины в русской литературе. Он представляет собой основные черты типа действительно инфернальной, демонической женщины, об одном взгляде которой герой Достоевского скажет: «Так меня тут и прожгло!».

Наиболее полно сущность этой роковой героини раскрывается в главе романа «Луковка». Читатель узнает авторскую характеристику Грушеньки: «В четыре года из чувствительной, обиженной и жалкой сироточки вышла румяная, полнотелая русская красавица, женщина с характером смелым и решительным, гордая и наглая, понимавшая толк в деньгах, приобретательница, скупая и осторожная, правдами иль неправдами, но уже успевшая, как говорили про неё, сколотить свой собственный капиталец».

Тогда же мы узнаем и о том трагическом событии, которое и привело к тому, что Грушенька стала злой и расчетливой – о несчастной любви к польскому офицеру. В этой главе она рассказывает легенду о луковке, центральный персонаж которой - злая баба - отказывается от милосердия и добра. Луковка здесь – возможность спасения через милосердие и любовь, но ещё не само спасение; милосердие должно быть направлено на других людей, поэтому когда человек отворачивается от мира и замыкается в своём эгоизме, он отказывается от спасения и добра. Для Грушеньки же злость является своеобразной точкой отсчёта, её душа может повернуться и к добру, и к злу.

Таким образом, легенда помогает сделать выбор между добром и злом. Грушенька, отождествляя себя со злой старухой, тем самым делается добрее, возвышается до христианского идеала, прощая жестокую обиду и отказываясь от возможности осудить обидчика. Она становится своеобразной точкой отсчёта новой жизни, движения к любви и истине, даёт толчок к духовному обновлению, к достижению высших христианских истин «на веки веков».

Именно в этой главе романа Грушенька предстает нам в совершенно другой роли. Благодаря разговору с Алешей Карамазовым, она понимает, что простила своего обидчика. Таким образом, открывается способность ее души к состраданию и прощению, и именно прощение обидчика (является толчком к тому, что в будущем Грушенька возьмёт на себя вину за всё случившееся с Митей, поймёт (не умом, но сердцем), что «воистину всякий пред всеми за всех и за всё виноват», и таким образом достигнет высшей христианской истины.

Алёша Карамазов поражается перемене в Грушеньке. «Он встречал её до вчерашнего дня мало, составил об ней устрашающее понятие, а вчера так страшно был потрясён её злобною и коварною выходкой против Катерины Ивановны и был очень удивлён, что теперь вдруг увидал в ней совсем как бы иное и неожиданное существо. И как ни был он придавлен своим собственным горем, но глаза его невольно остановились на ней со вниманием. Все манеры её как бы изменились тоже со вчерашнего дня совсем к лучшему: не было этой вчерашней слащавости в выговоре почти вовсе, этих изнеженных и манерных движений... всё было просто, простодушно, движения её были скорые, прямые, доверчивые, но была она очень возбуждена»13.

Эта перемена вновь указывает на неоднозначность характера героини.

Образ Грушеньки – это и образ грешницы, стоящей на распутье между нравственными угрызениями, связывающими ее с прошлым, и настоящим, к которому призывает новая, чистая любовь.

Поворотной точкой к этому образу становится встреча Грушеньки с отставным польским офицером, её первой любовью. Глубочайшее разочарование зрелой женщины в том, кого она полюбила, будучи совсем девочкой, порождает в душе Грушеньки раскаяние в своём поведении и пробуждает чувства к Дмитрию. Всё это особенно усиливает арест Дмитрия и известие о том, что он обвиняется в убийстве отца. Грушенька справедливо считает себя ответственной за всё, что произошло, но, несмотря ни на что, верит Дмитрию, решив разделить с ним его судьбу. Таким образом, Грушенька находит в себе силы, чтобы порвать с прошлым и соединиться с Митей в любви и страдании.

Исследователями творчества Достоевского замечено, что Грушенька претерпевает в романе метаморфозу, ведущую ее «многогрешную» душу на путь покаяния и нравственного обновления. В этой связи упоминается Мария Египетская, великая грешница и «блудница», долгим искусом и страданием снискавшая себе венец святости.

Первые рецензенты романа, делая прогнозы о дальнейшем развитии сюжета, отводили Грушеньке существенное место: «Что автор разовьет далее и создаст на подготовленной им почве — неизвестно, но из нескольких обстоятельств можно вывести заключение, что он готовит для читателей ужасную драму, в которой одну из главных ролей придется играть Грушеньке» («Сын отечества», 1879, 28 марта).

В неосуществленном продолжении романа, где должна была развернуться судьба Алеши Карамазова, Грушеньке отводилась важная роль. Как записала немецкая исследовательница Н.Гофман в 1889 году со слов вдовы писателя, Алеша, женившись на Лизе, покидает ее «ради прекрасной грешницы Грушеныси, которая пробуждает в нем карамазовщину».

Стоит отметить, что для Достоевского это становится вполне традиционным способом утверждения нравственной чистоты в лице женщины по представлениям обыденной морали и ханжеского миропонимания недостойной и падшей: это и Сонечка Мармеладова в «Преступлении и наказании», и Настасья Филипповна в «Идиоте» - их подлинность, их искренность, глубину чувств (ибо их коснулось страдание) Достоевский противопоставляет наигранности и легковесности «хороших» барышень.

Обратимся теперь к образу соперницы Грушеньки за сердце Дмитрия Карамазова – Катерине Ивановне, которая как раз и является «хорошей барышней». Она – богатая дворянка, полковничья дочь, порядочная, красивая, умная и богатая.

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.

Но особо в романе отмечается ее гордость и великодушие. В сцене, когда она приходит к Дмитрию за деньгами, чтобы спасти своего отца, Димтрий отмечает «Ведь красавица. Да не тем она красива тогда была. Красива была она тем в ту минуту, что она благородная, а я подлец, что она в величии своего великодушия и жертвы своей за отца, а я клоп».

Спустя три месяца Катерина Ивановна, получив богатое наследство от родственницы-генеральши, сама себя предложила в невесты Дмитрию. Однако Дмитрий, по сути являющийся ее «женихом», отказывается от любви Катерины Ивановны в пользу Грушеньки. Он говорит, что «она свою добродетель любит, а не меня», из благодарности жизнь и судьбу свою изнасиловать хочет». В ответ на просьбу брата передать Катерине, что он любит другую и «кланяется», Алеша говорит: «Катерина Ивановна все поймет… поймет всю глубину во всем этом горе и примирится. У нее высший ум, потому что нельзя быть несчастнее тебя, она увидит сама». Дмитрий же пророчески замечает, что с этим никакой женщине нельзя примириться.

Поначалу Катерина Ивановна действительно великодушно принимает эту новость: «Я поставила во всем этом одну только цель: чтоб он знал к кому воротиться и кто его самый верный друг». И даже нанесенная соперницей обида в сцене, когда Грушенька не поцеловала ей ручку, не лишает ее благородства и снисходительности по отношению к Дмитрию.

«Если даже он и женится на той… твари (начала она торжественно), которой я никогда, никогда простить не могу, то я все таки не оставлю его!» От этих пор я уже никогда, никогда не оставлю его!.. я всю жизнь, всю жизнь мою буду следить за ним не уставая. Когда же он станет с тою несчастен, а это непременно и сейчас же будет, то пусть придет ко мне и он встретит друга, сестру…»14.

Несомненно, что в образе Катерины есть порядочность и человечность. Достаточно вспомнить эпизоды, где она помогала бедным людям. Однако она скорее строгая и принципиальная. Еще одной ее отличительной чертой является гордость. Именно она и подтолкнула ее к поступку на суде.

Тем не менее Катерина Ивановна, как и её полная тёзка Катерина Ивановна Мармеладова из «Преступления и наказания», как и многие героини Достоевского, нервную систему имеет совершенно далёкую от идеала. Как уже говорилось выше, одна из самых драматично-напряжённых сцен романа - встреча Катерины Ивановны и Грушеньки Светловой. Первая, поддавшись чарам второй и поверив поначалу, что та пришла к ней с дружбой, растрогалась, взялась расхваливать при Алёше гостью в глаза и даже ручку ей в припадке восторга трижды поцеловала. В ответ Грушенька её страшно унизила и надсмеялась над ней в глаза, тоже при Алёше. С Катериной Ивановной случился нервический припадок: она даже кинулась на соперницу с кулаками, потом рыдала до спазм в горле, а затем, выпроваживая невольного свидетеля её позора Алёшу, весьма многозначительно выкрикнула-заявила, словно намекая на самоубийство: «Не осудите, простите, я не знаю, что с собой ещё сделаю!» В другой раз, опять же Алёше, Катерина Ивановна заявила уже непреложно и впрямую, что если и Иван её бросит-оставит, как некогда Дмитрий, она - «убьёт себя». А между тем, именно показания Кати, предъявленное ею «пьяное» письмо Мити с угрозами убить отца и способствовали осуждению Мити, но когда она приходит к нему в тюрьму, то вдруг признаётся, что по-прежнему безумно любит его, Митю…

Так любовь Катерины Ивановны, из страха перед Митиным презрением, оборачивается ненавистью и предательством. Любовь к человеку становится невозможной, зато тем возможнее становится любовь к абстракции, идее, как эманации собственного «я». В этом смысле становится возможной даже и «любовь к человеку». Митя скажет Алеше про Катерину Ивановну: «Ты думаешь, она нарочно эту ручку первая поцеловала у Грушеньки, с расчетом хитрым? Нет, она взаправду, она взаправду влюбилась в Грушеньку, то есть не в Грушеньку, а в свою же мечту, в свой бред,– потому-де что это моя мечта, мой бред!»15. В этом смысле можно даже и жизнь принести в жертву другому, но не для его счастья, а для своей «правоты».

И счастьем можно пожертвовать ради своего «я», влюбившись в свою идею счастья другого. Такова и Катерина Ивановна Верховцева. Она любят себя и требуют платы за свою любовь. «Я добьюсь того,– восклицает Катерина Ивановна,– я настою на том, что, наконец, он узнает меня и будет передавать мне все, не стыдясь!.. Я буду богом его, которому он будет молиться,– и это по меньшей мере он должен мне за измену свою и за то, что я перенесла через него вчера. И пусть же он видит во всю свою жизнь, что я всю жизнь мою буду верна ему и моему данному ему раз слову, несмотря на то, что он был неверен и изменил. Я буду... Я обращусь лишь в средство для его счастия (или как это сказать), в инструмент, в машину для его счастия, и это на всю жизнь, на всю жизнь, и чтоб он видел это впредь всю жизнь свою!»16.

Это еще одна страстная героиня произведения. С одной стороны она готова всю свою жизнь принести в жертву Мите Карамазову за его благородный поступок. И на протяжении почти всего повествования она уверяет себя и других, что любит своего жениха. Однако ее чувства надуманны. Судя по всему, она так до конца и не решила, кого она из двух братьев всё же любит по-настоящему — не головой, а сердцем.

Иван Карамазов, влюбленный в Катерину Ивановну, скажет про ее любовь к Дмитрию: «Вы именно любите его таким, каким он есть, вас оскорбляющим его любите. Если б он исправился, вы его тотчас забросили бы и разлюбили вовсе. Но вам он нужен, чтобы созерцать беспрерывно ваш подвиг верности и упрекать его в неверности. И все это от вашей гордости. О, тут много принижения и унижения, но все это от гордости…»17.

В конце концов, поймет это и сама Катерина, поймет, что на самом деле по-настоящему любит она не Дмитрия, а Ивана Карамазова. Именно поэтому в последний момент она и выступит на суде с показаниями против него.

«Это была та же самая стремительная Катя, которая кинулась тогда к молодому развратнику, чтобы спасти отца; та же самая Катя, которая давеча, пред всею этою публикой, гордая и целомудренная, принесла себя и девичий стыд свой в жертву, рассказав про «благородный поступок Мити», чтобы только лишь сколько нибудь смягчить ожидавшую его участь. И вот теперь точно так же она тоже принесла себя в жертву, но уже за другого, и может быть только лишь теперь, только в эту минуту, впервые почувствовав и осмыслив вполне, как дорог ей этот другой человек!»18. «И только из гордости она сама привязалась к нему (Дмитрию) тогда любовью, истерическою и надорванною, из уязвленной гордости, и эта любовь походила не на любовь, а на мщение».

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.


2.4. Образ Lise: от «бесёнка» к «мученице»


Исследователи отводят Лизе (или Lise, как чаще всего называет ее в романе автор) самую скромную роль. Однако нам представляется, Лиза занимает особую, самостоятельную позицию, принципиально важную для смысла романа.

Лиза является одним из самых загадочных персонажей. Не принимая практически никакого участия в развитии сюжета (что, как правило, является функцией второстепенных и эпизодических персонажей), она получает информацию практически обо всем происходящем, ей предоставлена возможность высказаться в полную силу, ее внутренний мир исследуется подробно и глубоко, подробно прослеживается эволюция ее характера, ее взгляда на мир. В отличие от Ракитина, г-жи Хохлаковой и других второстепенных персонажей Лиза не шарж, не пародия; отношение к ней автора абсолютно серьезно.

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.

Лиза чувствует Иваново презрение к тому злу, которое в ее душе, и знает, что в его душе – то же зло. Потому и обращается к нему, что это именно тот человек, который может ее истерзать и измучить, сделать несчастною.

Так от светлой любви и желания счастья Лиза приходит к любви-надрыву, любви-ненависти, страданию. «А все остальные пусть казнят меня и раздавят ногой, все, все, не исключая никого! Потому что я не люблю никого. Слышите, ни-ко-го! Напротив, ненавижу!»19

Такая потеря ценностных ориентиров указывает на иронию, которую вносит в роман героиня. Она говорит о том, что люди всегда любят преступление: «Знаете, в этом все как будто когда-то условились лгать и все с тех пор лгут. Все говорят, что ненавидят дурное, а про себя все его любят... Послушайте, теперь вашего брата судят за то, что он отца убил, и все любят, что он отца убил»20.

То, что для Алеши минутный кризис, Лизой воспринимается как состояние мира. Лизе все гадко, она жить не хочет, но если жить в этом мире без правды и Бога,– то по законам этого мира или, вернее, по законам не признающего законов «я». Мало того, Лиза хочет себя разрушать: «Я убью себя, потому что мне все гадко! Я не хочу жить, потому что мне все гадко!»21. При этом отмечается ее необычная серьезность.

Алеша объясняет причину психологического состояния Lise, тем, что в Лизином кризисе виновата не болезнь, а выздоровление – «идеи» лезут в голову, освободившуюся от своих и чужих насущных бед и забот.

Однако, и познавши ироническое стремление к разрушению и небытию, Лиза остается неразлучна с Алешей: «Мне только ваших слез надо. А все остальные пусть казнят меня и раздавят ногой, все, все, не исключая никого!»22. Все это, свидетельствуя о их необыкновенной близости.

В Лизе отрицание доходит до высшей точки, принимая все следствия укусившей свой хвост «самости» – вплоть до «если нет Бога, то нет и меня».

Лиза знает грех и хочет греха, но знает об осуждении и наказании и хочет осуждения и наказания. Лиза не возносится, не гордится; напротив, ощущает себя «хуже всех», хочет «быть в презрении».

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.
^

Глава 3. Методические рекомендации к проведению урока по теме «Женские образы в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы»



Цели урока:

- раскрыть женские образы романа Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» в контексте русской культуры;

- развить умение анализировать художественный текст, аргументировать свою точку зрения, обобщать;

Возможные эпиграфы к уроку:

«Женщина всего на свете стоит, потому что она такую язву нанесет, что за все царство от нее не вылечишься, а она одна в одну минуту от нее может исцелить»

Н. Лесков «Очарованный странник»

«Когда Адам в раю приятность сна вкусил,

В то время из ребра бог Еву сотворил.

О бедный праотец! – мир начат неустройством.

Твой первый сон тебе последним был спокойством»

Г. Каменев

Оформление урока:

- портрет Ф.М. Достоевского.

- иллюстрации к роману «Братья Карамазовы» Ф.М. Достоевского.

Ход урока:

1. Сообщение темы и цели урока.

2. Вступительное слово учителя.

- Как вы понимаете, испокон веков существует некий идеальный образ женщины, который связывается с материнством, чадолюбием, ролью надежной хранительницы домашнего очага, опорой семьи, поддержкой и помощью мужчине, сострадательностью, милосердием. Однако поэты и художники, политики и модельеры, кино и театр приносят в мир тот образ женщины, который в данном обществе, в данное время является наиболее предпочтительным. Если в ранних литературных произведениях мы с вами видели, что смысл женского бытия, ее мир, как правило, регламентировался нормами, законами, традициями, сложившимися веками, то со временем женщина стала сама выбирать для себя философию жизни.

Приходится этот этап на конец 50-х годов XIX века, когда возникло такое понятие как «эмансипация». Процессы женской эмансипации в русском обществе XIX века развивались в русле общих процессов либерализации русского общества. Идеи и личность Жорж Санд, поставившей вопросы о праве женщины на свободу чувств, сыграли огромную роль в появлении и распространении в России XIX века идей о ценности и независимости женской личности.

Несомненно, что и во многих произведениях русской литературы женщине отведено ведомое место в ходе идейного движения, и именно в них отражаются национальные представления о важнейших качествах женщины.

Образ женщины интересовал и Ф.М. Достоевского на протяжении всего творчества. При этом все его симпатии всегда стояли на стороне тех героинь, кого гнула и ломала жизнь, кто отстаивал свое право и достоинство, вступал в борьбу с привычками и косными общественными традициями. Непокорность героинь Достоевского – лишь одно из проявлений духа протеста и бунтарства вызревавшего в русском обществе в то время.

Вырезано.

Для приобретения полной версии работы перейдите по ссылке.

Общий вывод: противоречивость центральных женских образов романа заключается в том, что благородная и порядочная Катерина Ивановна, несмотря на свою человечность и великодушие, предала своего «жениха» Дмитрия, выступив против него на суде, и теперь до конца жизни она будет мучиться угрызениями совести, в то время как «тварь» и «гетера» Грушенька, наоборот, встала на путь покаяния, нравственного обновления. Именно в образе Грушеньки открывается подлинность, искренность, глубина чувств истинно русской женщины, поскольку героиню коснулось страдание.

Заключение



Цель нашей работы заключалась в том, чтобы в контексте русской культуры определить особенности женских образов в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы». По итогам проведенного исследования можно сделать следующие выводы.

При всей разности оценок женщины женственность испокон веков в русской культуре связывается с материнством, чадолюбием, ролью надежной хранительницы домашнего очага, опорой семьи, поддержкой и помощью мужчине, сострадательностью, милосердием. Однако, если в социуме всегда существует образ женщины, предлагаемый как идеальный, то поэты и художники, политики и модельеры, кино и театр приносят в мир тот образ женщины, который в данном социуме, в данное время является наиболее предпочтительным.

В русской литературе представлены разнообразные женские образы, которые воплощают в себе тот или иной конструкт понятия «женственность». Большая часть этих образов ведет свои начала из народной культуры или опирается на христианские представления о качествах женщины. В любом случае, стереотип женственности, переходя из произведения в произведение не только литературы, но и живописи, драматургии, обогащается, сохраняя свои традиционные черты и обретая новые, созвучные культурной эпохе и социально-духовным особенностям своего времени.

Все женщины Достоевского чем-то похожи друг на друга. Но в каждом последующем произведении Достоевский дополняет новыми чертами уже известные нам образы.

У Достоевского каждый герой имеет свой неповторимый голос, свой тип сознания. Толстой знает, что будет с его героями дальше, но автор в романе Достоевского не занимает позиции всеведения, всезнания, автор ищет истину вместе со своими читателями, героями. Автор будет сталкивать голоса разных героев, он будет вводить их в диалог. Достоевский активно пользуется диалогом сознаний. В диалог вступают равноправные голоса. В диалог сознаний вступают голоса в чем-то очень близкие, но в чем-то очень разные, голоса будут проникать один в другой. Диалог сознаний позволяет высветить сознания всех героев со всеми их плюсами и минусами. Достоевскому это очень важно, так как он считает, что у всех людей одно сознание, начало. Он считает, что человек – ни ангел, ни злодей. Он считает, что ни на одном человеке нельзя поставить точку, человек способен изменяться.

В романе «Братья Карамазовы» автор отводит одно из главных мест образу Грушеньки Светловой, которая воплощает в себе образ «роковой», «падшей» женщины и одновременно образ грешницы, стоящей на распутье между нравственными угрызениями, связывающими ее с прошлым, и настоящим, к которому призывает новая, чистая любовь. Это, безусловно, роднит ее с героиней другого романа Ф.М. Достоевского – «Преступление и наказание» - Сонечкой Мармеладовой.

Для Достоевского это становится вполне традиционным способом утверждения нравственной чистоты в лице женщины по представлениям обыденной морали и ханжеского миропонимания недостойной и падшей. В этом образе нам открывается подлинность, искренность, глубина чувств (ибо героиню коснулось страдание).

Ф.М. Достоевский противопоставляет этот тип женщины наигранности и легковесности «хороших» барышень. Таковой в романе «Братья Карамазовы» является благородная и порядочная Катерина Ивановна. Несмотря на свою человечность и великодушие, она предала своего «жениха» Дмитрия, выступив против него на суде. И теперь до конца жизни она будет мучиться угрызениями совести, в то время как «тварь» и «гетера» Грушенька, наоборот, встала на путь истинного «добра».

Обособленно стоит в романе образ Lise Хохлаковой. В романе она как бы олицетворяет иронию. Пройдя путь от светлой любви и желания счастья к кризису личности и желанию саморазрушения, она выводит теорию Ивана Карамзина о вседозволенности зла на новый уровень. Ее видение мира противопоставляется пути спасения и жизни, который избирают остальные герои.

Несмотря на все противоречие характеров героинь романа, судьба каждой из них вызывает сочувствие и сопереживание у читателя, и заставляет восхищаться талантом писателя, создавшего столь яркие женские образы.

Федор Михайлович Достоевский как великий мастер-психолог описывал людей, их мысли и переживания в «вихревом» потоке; его герои постоянно находятся в динамичном развитии. У него нет статических персонажей, его герои не проживают тихую и спокойную жизнь. Он выбирал моменты наиболее трагичные, наиболее значимые. Отсюда и общечеловеческая, вселенская проблема любви, которую пытаются разрешить его героини.

Проходят десятилетия, века сменяют друг друга, а правда русского женского характера, запечатленная автором, продолжает жить, будоражить умы новых поколений, приглашает вступать в полемику или соглашаться с писателем.

В связи с этим нам представляется актуальным проведение отдельного урока в старших классах среднеобразовательной школы, посвященного женским образам в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы», которые были бы рассмотрены с позиции как русской культуры и литературы, так и с позиции психологизма автора в создании художественных образом. Этим обусловливается практическая значимость нашего исследования, в котором также представлены методические рекомендации к проведению такого урока.
^

Библиографический список





  1. Алексеев, А.А. Эстетическая многоплановость творчества Ф.М. Достоевского [Текст] / А.А. Алексеев // Творчество Ф.М. Достоевского: Искусство синтеза. – Екатеринбург : УрГУ, 1991. - С. 204-223.

  2. Байдин, В. Женщина в Древней Руси [Текст] / В. Байдин // Русская женщина и православие. - СПб., 1997. – С. 38-46.

  3. Бахтин, М.М. Проблемы поэтики Достоевского [Текст] / М.М. Бахтин. - М. : Советский писатель, 1979. - 456 с.

  4. Бердяев, Н.А. Метафизика пола и любви [Текст] / Н.А. Бердяев // Эрос и личность: Философия пола и любви. - М., 1989. - С. 17-51.

  5. Ванчуков, В. Женщины в философии: Из истории России XIX - XX веков [Текст] / В. Ванчуков. - М, 1996. – 304 с.

  6. Достоевский. Материалы и исследования [Текст] / Под ред. А.С. Долинина. - СПб. : Наука, 1992. - 786 с.

  7. Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» [Текст] / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - 912 с.

  8. Габриэлян, Н.М. Пол, культура, религия [Текст] / Н.М. Габриэлян // Общественные науки и современность. - 1996. - № 6. - С. 126-134.

  9. Гроссман, Л.П. Достоевский [Текст] / Л.П. Гроссман. - М. : Молодая гвардия, 1963. - 450 с.

  10. Гус, С.М. Идеи и образы Достоевского [Текст] / С.М. Гус. - М. : Художественная литература, 1971. - 592 с.

  11. Джексон, Р.Л. Проблема веры и добродетели в «Братьях Карамазовых» [Текст] / Р.Л. Джексон // Достоевский. Материалы и исследования. - СПб. : Наука, 1992. – С. 114-162.

  12. Егоров, Б.Ф. Библиографический словарь. Русские писатели [Текст] В 2 ч. Ч. 2 / Б.Ф. Егоров. - М. : Просвещение, 1990. - 678 с.

  13. Есин, А.Б. Психологизм русской классической литературы [Текст] / А.Б. Есин. - М. : Флинта, 2003. - 176 с.

  14. Жеребкина, И.А. Подчиниться или погибнуть: парадоксы женской субъективации в русской культуре конца XIX века [Текст] / И.А. Жеребкина // Русская женщина и православие. – СПб., 1997. – С. 71-84.

  15. Захаров, В.Н. Проблемы изучения Достоевского [Текст] / В.Н. Захаров. - Петрозаводск, 1978. - 286 с.

  16. Здравомыслова, О.М. «Русская идея»: антиномия женственности и мужественности в национальном образе России [Текст] / О.М. Здравомыслова // Русская женщина и православие. - СПб., 1997. – С. 85-101.

  17. Калашникова, Л. Черты истинно женской натуры [Текст] / Л. Калашникова // Литературная Россия. - 1989. - № 33. - С.22-26.

  18. Кайдаш, С. Сила слабых: Женщины в истории России (XI -XIX вв.) [Текст] / С. Кайдаш. – М. : Сов. Россия, 1989. – 288 с.

  19. Кардапольцева, В.Н. Женские лики России [Текст] / В.Н. Кардапольцева. - Екатеринбург : Гуманитарный университет, 2000. – 158 с.

  20. Карякин, Ю.Ф. Достоевский и канун XXI века [Текст] / Ю.Ф. Карякин. - М. : Советский писатель, 1989. - 234 с.

  21. Касаткина, Т.В. Характерология Достоевского [Текст] /Т.В. Касаткина. – М. : Наследие, 1996. - 78 с.

  22. Кашина, Н.В. Человек в творчестве Ф.М. Достоевского [Текст]. - М. : Художественная литература, 1986. – 318 с.

  23. Кашина, Н.В. Эстетика Достоевского [Текст] / Н.В. Кашина. - М. : Художественная литература, 1986. - 411с.

  24. Куплевацкая, Л.А. Символика хротопа и духовные движения героев в романе [Текст] / Л.А. Куплевацкая. Достоевский. Материалы и исследования. - СПб. : Наука, 1992. – С. 90-101.

  25. Лотман, Ю.М. Беседы о русской культуре: быт и традиции русского дворянства (XVIII - начало XIX века) [Текст] / Ю.М. Лотман. - СПб. : Искусство, 1994. – 758 с.

  26. Луначарский, А.В. О Достоевском [Текст] / А.В. Луначарский // Достоевский Ф.М. в русской критике : сборник статей. - М., 1956. - 206 с.

  27. Майков, В.Н. Литературная критика : Статьи. Рецензии [Текст] / В.Н. Майков. - Л. : Художественная литература., 1985. - 407 с.

  28. Михайлов, Г.Г. Дающая жизнь. Прекрасная женственность [Текст] / Г. Михайлов. - СПб., 2000. – 280 с.

  29. Михайлова, М. Внутренний мир женщины и его изображение в русской женской прозе серебряного века [Текст] / М. Михайлова // Преображение. - 1996. - № 4. - С.150–158.

  30. Михайловский, Н.К. Жестокий талант [Текст] / Н.К. Михайловский // Литературная критика: Стихи о русской литературе XIX - начало XX в. - Л. : Художественная литература, 1989. С. 153-234.

  31. Назиров, Р.О. Творческие принципы Достоевского [Текст] / Р.О. Назиров. - Саратов, 1982. - 236 с.

  32. Писарев, Д.И. Борьба за жизнь [Текст] / Д.И. Писарев // Литературная критика в 3 т. - Л. : Художественная литература, 1981. – 3 т. - 244 с.

  33. Плукс, П. Постановка и решение женского вопроса в русской литературе середины XIX в. [Текст] / П. Плукс // Ученые записки Рязанского педагогического института. - 1967. – 39 т.

  34. Полоцкая, Э.А. Человек в художественном мире Достоевского и Чехова [Текст] / Э.А. Полоцкая // Достоевский и русские писатели. - М. : Советский писатель, 1977. – С. 184-245.

  35. Пушкарева, Н.Л. Женщина в русской семье: традиции и современность [Текст] / Н.Л. Пушкарева // Семья. Гендер. Культура. - М., 1997. - С. 177-189.

  36. Рыбаков, Б.А. Язычество древних славян [Текст] / Б.А. Рыбакова. - М. : Наука, 1998. – 486 с.

  37. Рябов, О.В. Русская философия женственности (XI-XX века) [Текст] / О.В. Рябов. - Иваново, 1999. - 360 с.

  38. Рябов, О.В. «Умом Россию не понять»: Гендерный аспект «русской загадки» [Текст] / О.В. Рябов // Женщина в российском обществе. - 1998. - № 1. - С. 34-41.

  39. Рябов, О.В. Идеал «Мадонны» или идеал «содомской»: Два лика женственности в русской философии [Текст] / О.В. Рябов // Женщина в российском обществе. - 1998. - № 2. – С. 88-92.

  40. Селезнев, Ю.И. В мире Достоевского [Текст] / Ю.И. Селезнев. - М. : Молодая гвардия, 1981. - 543 с.

  41. Соловьев, С.М. Изобразительные средства в творчестве Ф.М. Достоевского [Текст] / С.М. Соловьев. - М. : Современный писатель, 1979. - 230 с.

  42. Тишкин, Г.А. Женский вопрос в России: 50-60-е гг. XIX в. [Текст] / Г.А. Тишкин. - Л. : Издательство Ленинградского университета, 1984. – 239 с.

  43. Фридлендер, П.М. Реализм Достоевского [Текст] / П.М. Фридлендер. – Л. : Наука, 1964. - 378 с.

  44. Фридлендер, Г. Достоевский и мировая литература [Текст] / Г. Фридлендер. - Л. : Советский писатель, 1985. - 456 с.

  45. Чирков, Н.М. О стиле Достоевского [Текст] / Н.М. Чирков. – М. : Издательство Академии наук CCCP, 1963. – 188 с.

  46. Чичерин, А.В. Сила поэтического слова [Текст] / А.В. Чичерин. - М. : Современный писатель, 1985. - 234 с.

  47. Этов, В.И. Достоевский. Очерк творчества [Текст] / В.И. Этов. - М. : Просвещение, 1980. - 360 с.

  48. Якушин, Н.И. Ф.М. Достоевский в жизни и творчестве [Текст] / Н.И. Якушин. - М. : Русское слово, 2002. - 128 с.

1 Жеребкина, И.А. Подчиниться или погибнуть: парадоксы женской субъективации в русской культуре конца XIX века / И.А. Жеребкина // Русская женщина и православие. – СПб., 1997. – С. 118–119.

2 Ванчуков, В. Женщины в философии: Из истории России XIX - XX веков / В. Ванчуков. - М, 1996. – С. 232.

3 Ванчуков, В. Женщины в философии: Из истории России XIX - XX веков / В. Ванчуков. - М, 1996. – С. 234.

4 Рыбаков, Б.А. Язычество древних славян / Б.А. Рыбакова. - М. : Наука, 1998. – С. 118.

5 Кайдаш, С. Сила слабых: Женщины в истории России (XI -XIX вв.) / С. Кайдаш. М : Сов. Россия, 1989. – С. 174.

6 Кардапольцева, В.Н. Женские лики России / В.Н. Кардапольцева. Екатеринбург : Гуманитарный университет, 2000. – С. 77.


7 Лотман, Ю.М. Беседы о русской культуре: быт и традиции русского дворянства (XVIII - начало XIX века) / Ю.М. Лотман. СПб. : Искусство, 1994. – С. 524.

8 Плукс, П. Постановка и решение женского вопроса в русской литературе середины XIX в. / П. Плукс // Ученые записки Рязанского педагогического института. - 1967. – 39 т. – С. 235.

9 Соловьев, С.М. Изобразительные средства в творчестве Ф.М. Достоевского / С.М. Соловьев. - М.: Современный писатель, 1979.


10 Есин, А.Б. Психологизм русской классической литературы / А.Б. Есин. М. : Флинта, 2003. – С. 76.

11 Рябов, О.В. Идеал «Мадонны» или идеал «содомской»: Два лика женственности в русской философии / О.В. Рябов // Женщина в российском обществе. - 1998. - № 2. – С. 89.

12 Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - С. 86.

13 Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - С. 568.

14 Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - С. 214.

15 Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - С. 415.

16 Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - С. 215.

17 Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - С. 702.

18 Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - С. 815.

19 Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - С. 756.

20 Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - С. 847.

21 Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - С. .852.

22 Достоевский, Ф.М. Братья Карамазовы» / Ф.М. Достоевский. - М. : Эксмо, 2008. - С. .861.




Скачать 469,04 Kb.
оставить комментарий
Дата02.11.2011
Размер469,04 Kb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

отлично
  2
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх