Удк 347 I ббк 67. 404 3-40 icon

Удк 347 I ббк 67. 404 3-40



Смотрите также:
Методическое пособие Москва ● 2008 удк 347. 963 + 347. 157 Ббк 67. 721-91 + 67. 404. 532...
Методические указания для студентов 5 курса заочного отделения специальности «юриспруденция»...
Методические рекомендации Москва ● 2010 удк 347. 962: 342. 7 Ббк 67. 721-91: 67. 400. 32...
Научно-методическое пособие Москва ● 2009 удк 347. 962: 342. 9 Ббк 67. 721-91: 67. 401. 02...
Научно-методическое пособие Москва ● 2009 удк 347. 962: 342. 9 Ббк 67. 721-91: 67. 401. 02...
Методические указания для студентов 2 курса заочного отделения сокращенные сроки обучения...
Учебное пособие удк 347. 965 (071. 1) Ббк 67. 99(2)...
Методическое пособие Москва ● 2010 удк 347. 963 Ббк 67. 721-91...
Удк 347. 214. 2 (476)...
Удк 347. 73(075. 8) Совершенствование методов управления биржевым курсом национал ьной валюты...
Учебник издание пятое, переработанное и дополненное проспект москва 2001 Том 3 удк 347 ббк 67...
Учебник издание пятое, переработанное и дополненное проспект москва 2001 Том 3 удк 347 ббк 67...



страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9
вернуться в начало
скачать
Трофименко М. В.

: О ПРАКТИКЕ РАССМОТРЕНИЯ
^ СУДАМИ ДЕЛ ПО УСЫНОВЛЕНИЮ

1. Дела по усыновлению не являются редкостью Еже­годно только в одном мсжмуниципальном суде г Москвы рассматривается около 35 дел данной категории, 3\-5 дел по его отмене. Только в 1998 году в РФ передано на усыновле­ние 146,8 тысяч несовершеннолетних детей. Изучение этих дел на практике показало, что нередко ребенка усыновляет отчим (мачеха), подчиняясь общим правилам ст. ст. 125,127 Семейного Кодекса РФ. Однако, усыновление отчимом (ма­чехой) имеет свои особенности. Они связаны с изменением ссмейно-правового статуса матери, когда отчим уже стал членом семьи и фактически осуществляет воспитание де­тей. Поэтому имеет смысл в порядке исключения осуществ­лять усыновление отчимом (мачехой) в административном порядке — органами опеки и попечительства, поскольку се­мейные отношения между будущим усыновителем и несо­вершеннолетним практически уже сложились Кроме того, как показывает судебная практика, большинство детей, усыновляемых своими отчимами, не знают родного отца, а поэтому выявление их согласия на усыновление нецелесо­образно.

2. Согласно ст ] 25 СК РФ, суды рассматривают дела об установлении усыновления в порядке особого производства, то есть устанавливают факт, имеющий юридическое значе­ние. Поэтому термин «установление усыновления» не пред­ставляется удачным. Тем более, что в связи с усыновлением могут возникать различного рода споры, имеющие прямое от­ношение к воспитанию усыновляемого Если сохранять суще­ствующий порядок установления усыновления, то следует иметь в виду, что он, скорее всего, касается усыновления де­тей отчимами ( мачехами) где речь, по сути дела, идет о при­знании фактического усыновления

Аспирант ИГП РАИ

99

3. Следуя требованиям ст. 124 СК РФ, суды принимают к своему рассмотрению заявления об усыновлении только не­совершеннолетних детей и только в их интересах. Но на прак­тике бывают случаи усыновления детей, которым через не­сколько месяцев исполняется 18 лет. Кроме того, иногда заяв­ление об усыновлении подастся незадолго до наступления со­вершеннолетия, которое наступает после принятия судом заявления об установлении усыновления. Поэтому в ряде слу­чаев следовало бы допустить усыновление детей, достигших совершеннолетия.

4. Суды принимают к своему производству дела по уста­новлению усыновления детей лиц, лишенных родительских прав, только по истечении 6 месяцев со дня вынесения реше­ния о лишении родительских прав (п. 6 ст. 71 СК РФ), с чем трудно согласиться. Тем самым нарушается право ребенка на жизнь и воспитание в семье, предусмотренное ст. 54 СК РФ.

5. Суды иногда привлекают к рассмотрению дела по уста­новлению усыновления кровного отца, правовое положение которого в процессе неясно. Иногда он выступает в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями, в других случаях в качестве третьего лица без самостоятельных требо­ваний, а то и в качестве «заинтересованного лица». Кого счи­тать таким лицом в делах данной категории — непонятно. Кроме того, вовсе не обязательно привлекать кровных роди­телей к участию в судебном процессе, так как они чаще всего, не принимают участия в воспитании и содержании, не забо­тятся о своих детях.

6. Достигшие 10 летнего возраста дети также привлекают­ся к участию в деле по установлению усыновления. Поэтому есть вероятность, что присутствие кровного родителя создаст для ребенка опасность дополнительного стресса, а кровному родителю даст возможность «играть на чувствах» детей. Тем более, что не исключена ситуация, когда у него внезапно мо­гут «проснуться» родительские чувства. Причем далеко не всегда по бескорыстным причинам.

7. К обязательным участникам судебного процесса по ус­тановлению усыновления относятся органы опеки и попечите­льства, их представители (п. 1 ст. 125 СК РФ), а также пред­ставители детских учреждений. Всякий раз они выступают в разном процессуальном качестве. Поэтому их роль в процессе следует четко обозначить. Нет ясности и по вопросу, кто именно может быть привлечен в качестве представителя орга­нов опеки и попечительства.

100

8. Согласно п. 2 ст. 125 СК РФ, для установления усынов­ления необходимо письменное заключение органов опеки и попечительства, составленное по поручению суда. Это заклю­чение должно содержать обоснованный вывод о целесообраз­ности данного усыновления. Между тем, знакомство с тек­стом представленных суду заключений позволяет заметить, что составлены они формально, поверхностно и сводятся, по общему правилу, к краткой характеристике жилищно-быто-вых условий усыновителя и усыновляемого, что не всегда со­ответствует интересам ребенка. Вместе с тем нет единообра­зия в разрешении вопроса о формальных атрибутах данного заключения, что умаляет его роль как одного из важных дока­зательств по делу.

9. После установления судом усыновления у суда нередко возникают проблемы, связанные с защитой имущественных и жилищных прав усыновляемого. Их разрешение затрудните­льно, поскольку на этот счет отсутствуют законодательные предпосылки. Это обстоятельство неоправданно сокращает количество детей, передаваемых на усыновление, что умаляет значение усыновления как приоритетной формы устройства детей, лишившихся родительского попечения, на воспитание в семью.

101

Челябнева Н. С.

^ ПРАВО РЕБЕНКА ВЫРАЖАТЬ СВОЕ

МНЕНИЕ И ЗАЩИЩАТЬ СВОИ

ИНТЕРЕСЫ

1. Нормы права, непосредственно посвященные правам несовершеннолетних, впервые появились в Российском за­конодательстве лишь с принятием в 1995 г. нового Семейно­го кодекса РФ. Это было в значительной мерс обусловлено тем, что Россия является участницей Конвенции ООН о пра­вах ребенка 1989 г. Ратификация этой Конвенции2 означает, что Россия заявила о своем обязательстве соблюдать поло­жения Конвенции и пересмотреть свое национальное зако­нодательство с точки зрения его соответствия этому между­народному документу. Семейный кодекс РФ, как и Конвенция ООН о правах ребенка, признает ребенком лицо, не достигшее 18 лет, и устанавливает основные права детей в семье, реализация которых обеспечивает ребенку возможно­сти для нормального развития и получения надлежащего воспитания.

Закрепленный в Семейном кодексе подход к ребенку как к самостоятельному субъекту права отражает положения Конвенции о правах ребенка и позволяет преодолеть тради­ционный взгляд в отношении детей, как пассивных объек­тов родительской заботы. Соответствующие нормы Семей­ного Кодекса исходят из основополагающего принципа правовое положение ребенка в семье определяется с точки зрения интересов ребенка (а не прав и обязанностей родите­лей) и включают следующие основные права ребенка1 жить и воспитываться в семье (в родной или приемной); знать своих родителей (насколько это возможно); на заботу и на воспитание своими родителями (а при их отсутствии — другими ответственными за это лицами); на обеспечение

' Аспирант ИГП РАН.

! Конвенция ООП о правах ребенка была ратифицирована Верховным Советом СССР 13 июня 1990 г. и вступила в силу для Российской Федераиги как правопреемника СССР 15 сентября 1990г.

102

его интересов; всестороннее развитие и уважение его чело­веческого достоинства; на общение с обоими родителями и другими родственниками; на защиту своих прав и законных интересов, в том числе самостоятельно обращаться за их за­щитой в орган опеки и попечительства, а по достижении 14 лет— и в суд; выражать свое мнение по всем вопросам, ка­сающимся его жизни; на имя, фамилию; право на получе­ние содержания и право собственности на принадлежащее ему имущество.

2. Одним из важнейших прав ребенка является право выра­жать свое мнение при решении любого вопроса, затрагиваю­щего его интересы.

Конвенция ООН о правах ребенка предоставляет право выражать свое мнение ребенку, способному сформулировать собственные взгляды. Ребенок вправе выражать мнение при решении в семье любого вопроса, затрагивающего его интере­сы, что позволяет ему довести до сведения родителей и дру­гих членов семьи свои соображения по тому или иному вопро­су в любой доступной для него форме.

Конвенция ООН о правах ребенка в статье 12 также пре­доставляет ребенку возможность быть заслушанным в ходе любого судебного или административного разбирательства, затрагивающего интересы ребенка, либо непосредственно, либо через представителя или соответствующий орган в по­рядке, предусмотренном нормами процессуального национа­льного законодательства.

Российское закон од ательетво дифференцировало подход к учету мнения ребенка:

на обязательный учет мнения ребенка, достигшего деся­тилетнего возраста; —в исключительных случаях, при нару­шении интересов ребенка мнение ребенка в возрасте десяти лет может быть не учтено; — на право ребенка быть заслу­шанным в ходе любого судебного или административного разбирательства, непосредственно его касающегося, затраги­вающего его интересы.

По общему правилу, учет мнения ребенка, достигшего 10 лет, является обязательным. Статья 57 СК РФ перечисля­ет ситуации, в которых учет мнения ребенка, достигшего возраста 10 лет, является обязательным и решение может быть принято компетентным органом только с согласия де­сятилетнего ребенка. В качестве примера обязательного учета мнения ребенка можно привести ситуацию, когда для усыновления ребенка, достигшего десяти лет, необходимо

103

его согласие (ст. 132 СК РФ). При отсутствии согласия ре­бенка, достигшего возраста десяти лет, усыновление про­тив его воли является недопустимым. Или пункт 4 статьи 72 СК РФ — восстановление в родительских правах родите­лей лишенных родительских прав в отношении ребенка, до­стигшего возраста 10 лет, возможно только с его согласия. Более того, законом предусмотрено обязательное участие ребенка при рассмотрении вопросов, в которых затрагива­ются важнейшие его интересы, а именно: изменение его имени и (или) фамилии; восстановления родителей в роди­тельских правах; усыновление; изменение фамилии, имени и отчества усыновленного ребенка; запись в качестве роди­телей усыновленного ребенка; изменение имени, фамилии и отчества ребенка при отмене усыновления; передача на воспитание в приемную семью. Например, изменение фа­милии и имени ребенка после достижения им возраста 10 лет, когда он самостоятельно даст оценку последствиям по­добного решения для себя и в-срсдс своего общения, воз­можно также только с его согласия.

Исключение составляют случаи, когда обязательный учет мнения ребенка противоречит его интересам, напри­мер, в случае отобрания десятилетнего ребенка у родителей (одного из них) без лишения родительских прав суд обя­зан учесть мнение ребенка. Даже если ребенок согласен ос­таваться с родителями, а это отрицательно влияет на его развитие и нарушает его интересы, суд с учетом интересов ребенка принимает решение об ограничении родительских прав.

3. Однако нельзя соглашаться с тем, что не требуется полу­чение согласия ребенка, не достигшего совершеннолетия, на установление отцовства как в добровольном порядке, так и в судебном порядке. Возможны ситуации, когда установление отцовства в отношении несовершеннолетних не всегда отве­чает их интересам, например: установление отцовства из ко­рыстных побуждений В таких случаях суд можно было бы наделить правом отказать в удовлетворении иска об установ­лении отцовства, поскольку в первую очередь страдают инте­ресы ребенка.

4. Действующее семейное законодательство придает бо­льшое значение ребенку как личности и с этой целью наделя­ет его правом на защиту своих интересов. При нарушении прав и законных интересов ребенка, в том числе и при невы-

104

полпенни или при ненадлежащем выполнении родителями (одним из них) обязанностей по воспитанию, образованию ребенка либо при злоупотреблении родительскими правами, ребенок имеет право самостоятельно обращаться за защитой своих интересов в органы опеки и попечительства, а если ему исполнилось 14 лет, то в суд. В тоже время предоставление права на защиту своих прав и законных интересов является своего рода гарантией соблюдения и реализации остальных прав ребенка.

105

Долгов Ю.Г.1

^ ЗАЩИТА СУДОМ

ИМУЩЕСТВЕННЫХ ИНТЕРЕСОВ

СУПРУГОВ

1. Действующее российское законодательство широко ис­пользует понятие «интерес», не раскрывая его содержания. Обычно законодатель предоставляет те или иные права субъе­ктам правоотношений с учетом их интересов. В любом случае эти интересы следует рассматривать как охраняемые законом (законные) интересы.

2. Понятия «субъективное право» и «законный интерес» не совпадают. Бесспорно, обе дефиниции имеют ряд общих черт. Однако между ними имеются существенные различия, которые заключаются в разной степени обеспеченности и га-рантированности субъективного права и законного интереса. Сущность субъективного права гражданина, как известно, выражается в гарантированной возможности совершать опре­деленные действия. Возможность же удовлетворения закон­ного интереса ограничена объективными условиями. Следо­вательно, субъективное право отличается от законного инте­реса возможностью потребовать, своеобразной властью, при­сущей управомочснному лицу. Иными словами, интерес возникает независимо от субъективного права и до его возни­кновения, т.е. является, по существу, предпосылкой для при­обретения субъективных прав.

3. В праве в целом нет единого общепринятого понятия «законный интерес». Представляется, что под законным инте­ресом следует понимать простое юридическое дозволение, которое, хотя и не нашло прямого выражения и закрепления в правах и обязанностях, но вытекает из общего смысла законо­дательства и при определенных обстоятельствах подлежит правовой защите со стороны государства. Это дозволение, та­ким образом, может быть реализовано только в том случае, если фактически имеются необходимые для этого условия.

Аспирант ИГП РАИ.

106

4. Семейный кодекс РФ употребляет термин «интересы» более 60 раз. Анализ текста СК РФ позволяет выделить неско­лько категорий интересов в зависимости от того, об интересах какого конкретно субъекта семейных правоотношений идет речь. Сюда входят интересы: —детей (личные неимущест­венные и имущественные); — супругов (личные неимущест­венные и имущественные); — других членов семьи; — се­мьи в целом; — государства.

Не имея представления, в чем они заключаются, трудно осуществлять судебную защиту прав членов семьи, в том чис­ле имущественных прав супругов.

5. В семейном праве понятие законного интереса в целом совпадает с общепринятым, но имеет свою специфику, связан­ную с особенностями регулируемых отношений и выражаю­щуюся, во-первых, в более жесткой привязке к конкретным отношениям и, во-вторых, в большем разнообразии интере­сов.

6. Содержание имущественных интересов супругов не сводится к удовлетворению исключительно материальных, экономических потребностей супругов. Они могут включать в себя, например, потребность каждого из супругов в том или ином имуществе из-за состояния здоровья либо в связи с не­посредственным участием в воспитании несовершеннолет­них детей. Нередко интерес супруга предопределен профес­сиональной ценностью конкретной вещи, привычками и склонностями каждого из супругов.

7. При невозможности мирного урегулирования спора, связанного с имущественными интересами супругов, защита их прав производится в судебном порядке (п. 3 ст. 38 СК РФ).

СК РФ указывает на основные способы судебной защиты имущественных интересов супругов и тс критерии, при помо­щи которых суд должен разрешать имеющийся между супру­гами спор об имуществе (при отсутствии брачного договора).

Судебная защита имущественных интересов супруга — приобретателя имущества в период раздельного проживания при прекращении семейных отношений либо супруга, на де­нежные средства которого приобретено имущество в браке, обеспечивается четким обозначением правового статуса это­го имущества (п. 4 ст. 38 СК РФ, ч. 4 п. 15 Постановления Пле­нума Верховного суда РФ от 05.11.1998 г. № 15 «О примене­нии судами законодательства при рассмотрении дел о растор­жении брака»).

В любом случае суд обязан признать право на общее иму­щество за тем из супругов, который в период брака осуществ-

107

лял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по дру­гим уважительным причинам не имел самостоятельного до­хода (п. 3 ст. 34 СК РФ).

8. Суд вправе при разделе имущества отступить от начала равенства долей супругов в их общем имуществе исходя из за­служивающего внимания интереса одного из супругов. К та­ковым относится неполучение другим супругом доходов по неуважительным причинам, расходование общего имущества в ущерб интересам семьи. Этот перечень не является исчер­пывающим (п. 2 ст. 39 СК РФ). Определение того, является ли данный интерес заслуживающим внимания и если является, то в какой степени, входит в компетенцию суда и определяет­ся им в зависимости от особенностей конкретной ситуации.

9. Суд вправе встать на защиту имущественных интересов добросовестного супруга при признании брака недействите­льным (п 4 ст. 30 СК РФ). Если добросовестность супруга бу­дет установлена в судебном порядке, то раздел имущества в случае признания брака недействительным, в исключение из общего правила, производится в соответствии с нормами СК РФ, установленными для совместной собственности супру­гов.

10. Если один из супругов совершил сделку по распоряже­нию общим имуществом, не получив согласия на то второго супруга (в установленных законом случаях такое согласие должно быть нотариально удостоверено), то суд по требова­нию второго супруга может признать такую сделку недейст­вительной (ч. 2 п. 2 ст. 35 СК РФ). В то же время суд, исходя из принципа равной защиты имущественных интересов обоих супругов, а также третьих лиц, принимает во внимание, что признание указанной сделки недействительной возможно, то­лько если доказано, что контрагент первого супруга знал или заведомо должен был знать о несогласии второго супруга на совершение сделки.

11. При определении состава имущества, являющегося собственностью каждого из супругов, суд учитывает, что к ве­щам индивидуального- пользования не относятся драгоцен­ности и другие предметы роскоши (п. 2 ст. 36 СК РФ). Крите­рии отнесения имущества к предметам роскоши законодате­лем не определены. Тем самым создаются правовые предпо­сылки для максимальной степени защиты судом имущественных интересов супругов в каждой конкретной си­туации.

12. Расширяются основания для судебной защиты имуще­ственных прав супругов и благодаря возможности признания

108

имущества каждого из супругов их совместной собственно­стью в случае использования труда одного из них, в результа­те чего значительно увеличилась стоимость того имущества, которое ранее не являлось общим (ст. 37 СК РФ)

13. Суд вправе при рассмотрении дел о разделе супруже­ского имущества в соответствии с гражданским процессуаль­ным законодательством выйти за пределы заявленных истцом требований, если признает это необходимым для защиты прав и охраняемых законом интересов истца (ст. 195 ГПК РСФСР).

14. В случае коллизии между имущественными интереса­ми супругов суду, выносящему решение по делу, предстоит в максимально возможной степени учесть любой заслуживаю­щий внимания интерес каждого из супругов. В частности, до­ля одного из супругов в общем имуществе может быть увели­чена судом с учетом интересов несовершеннолетних детей, оставленных проживать с этим супругом, а также вследствие нетрудоспособности либо болезни супруга.

109

Лялина Н.В.1

^ СУДЕБНАЯ ЗАЩИТА ПРАВА

РОДИТЕЛЕЙ НА ОБЩЕНИЕ

С РЕБЕНКОМ ПО ПРАВУ США

1. Семейный Кодекс РФ закрепляет право родителей на общение с ребенком, участие в его воспитании, а также уста­навливает защиту вышеуказанного права в судебном порядке (ст. 66). Однако механизм защиты родительских прав в нашей стране практически не разработан. Поэтому, представляется, что опыт зарубежных стран будет полезен для разработки но­вых правовых норм. Тем более, что в России защита прав ро­дителей регулируется в основном семейным законодательст­вом (судебная практика по данному вопросу довольно скуд­на), а в США ведущая роль отводится судебному прецеденту. Особенностью правовой системы США является вариатив­ность решения спорных вопросов по поводу воспитания детей ввиду существования собственного права в каждом штате. Но в последнее время получила распространение практика при­нятия штатами Единообразных законов, касающихся и облас­ти семейного права (например, Единообразный закон о браке и разводе 1973 года. Единообразный закон о юрисдикции дел об опеке над детьми и принудительном осуществлении права на общение 1997 года), что позволяет частично унифициро­вать законодательство.

2. Внутреннее содержание права на общение плохо подда­ется регулированию правом. Право может только устанавли­вать границы его осуществления. Как и в России, американ­ские суды в своем решении исходят, прежде всего, из интере­сов ребенка (так называемая доктрина «наилучших интересов ребенка» (child's best interests), однако в американской судеб­ной практике существует неоднозначное их понимание.

Ранее родительские права, осуществляемые обоими роди­телями в процессе брака, традиционно переходили после раз­вода к одному из родителей. Право другого родителя наве-

АспирантИГПРАН.

ПО

щать ребенка представляло собой немногим большее, чем «право владения». А время, проводимое с ребенком, называ­лось «временем развлечений». При таком положении вещей развод в корне менял отношения родителя с ребенком, кото­рые фактически вели к прекращению родительских прав того родителя, который не получил право опеки над ребенком.

С середины семидесятых годов, в ходе реформирования семейного права, в США получила распространение концеп­ция совместной опеки («joint custody»}. Совместная опека оз­начает, что опека в правовом смысле, т.е. право принятия ре­шений, касающихся жизни ребенка, остается за обоими роди­телями, а «физическая» опека переходит к одному из них либо осуществляется ими по очереди. Тем самым удается избежать (или, по крайней мере, уменьшить) существовавшую до сих пор несправедливость, связанную с фактическим прекраще­нием родительских прав и сохранением обязанности по со­держанию ребенка.

3. Частичным решением проблемы является наделение ро­дителя так называемыми «правами доступа» («visitation rights»), которые согласно Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей включают право забрать ребенка на ограниченное время в иное место, чем мес­то его постоянного проживания.

Решения судов и статуты (законодательные акты) преду­сматривают право родителя, не являющегося опекуном, на то, чтобы ребенок навещал его, особенно когда этот родитель не­сет бремя содержания. А также право ребенка на позитивные и конструктивные отношения с обоими родителями, считая непозволительным унижение или принижение одного родите­ля другим в глазах ребенка. Однако в последнее время в неко­торых статутах стали появляться положения, наделяющие су­ды правом отказать родителю в правах доступа, если это в ин­тересах ребенка.

Единообразный закон о браке и разводе закрепил положе­ние, согласно которому запрет доступа допустим только в крайних случаях, если это несет серьезную угрозу физическо­му, умственному, моральному или эмоциональному здоровью ребенка.

В случае если родители расстались, не будучи официально женатыми, отец имеет права доступа согласно праву многих штатов. Верховный Суд США закрепил за отцом такие права, если отец, мать и ребенок состояли в фактических семейных отношениях.


111



4. Увеличение мобильности, а также желание людей пере­ехать в другую местность после развода вызывают практичес­кие трудности в осуществлении права доступа. Обычно в та­ких случаях частью судебного решения о назначении опеки является приказ суда, запрещающий опекуну покидать штат без специального на то разрешения. Нарушение данного за­прета наказывается как неуважение к суду. Основной целью таких приказов является не сохранение юрисдикции суда, а защита права доступа. В подобных случаях возникает вопрос, нарушают ли вышеуказанные приказы право родителя-опеку­на на свободу передвижения, гарантированного Конституци­ей.

В 1984 году Апелляционный Суд штата Лйдахо постано­вил, что ограничение на перемещение далее радиуса 100 миль не нарушает конституционного права матери на свободу пе­редвижения, отметив, что это не полный запрет, в всего лишь требование получения разрешения суда совершать путешест­вия на более дальние расстояния. Более тщательный анализ с целью поиска баланса между конституционным правом дос­тупа и правом родителя-опекуна на свободу передвижения в свете наибольшего интереса ребенка предпринял в 1983 году Апелляционный Суд штата Канзас, установив запрет на пере­мещения в качестве одного из условий опеки: «Разведенный человек обычно может путешествовать без ограничений неза­висимо от желаний его бывшего супруга. Однако, если дело касается разведенного родителя, на чьем попечении находит­ся несовершеннолетний, то в данном случае от этого лица суд может потребовать отказаться от некоторых прав в пользу со­хранения опеки и свободного осуществления другим родите­лем права доступа»

5. Особого внимания заслуживают дела, затрагивающие переезд ребенка в другие страны. Часто, так называемая «раз­деленная опека» («split custody»), например, когда один роди­тель может осуществлять, опеку в течение учебного года, а другой во время летних каникул, является единственной аль­тернативой, позволяющей сохранить отношения ребенка с обоими родителями в данной ситуации.

В 1985 году Сенат ратифицировал Гаагскую Конвенцию о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей, которая призвана облегчить возвращение детей, неза­конно перемещенных в другие государства, и осуществление прав доступа через границы разных стран.

6. В случае если родитель-опекун тем или иным способом препятствует общению другого родителя с ребенком, родитс-

112

лю, чье право ущемлено, предоставляется возможность обра­титься в суд за защитой своих прав. Суд может издать приказ о передаче опеки пострадавшему родителю либо об осущест­влении выплат другим родителем в судебный депозитарий до тех пор, пока родитель-опекун не прекратит чинить препятст­вия на пути осуществления родительских прав.

7. В 1983 году Верховный суд штата Айова разрешил иски о возмещении вреда, включая штрафные убытки, за неправо­мерное вмешательство других лиц в отношения родителей и ребенка. Данный вид судебной защиты имеет право на суще­ствование, если ответчик является состоятельным. Бывают случаи, когда правительство США выступает ответчиком в подобных делах. В 1985 году отец получил возмещение в раз­мере 95 тысяч долларов за то, что он был лишен возможности общения со своими двумя детьми ввиду того, что их мать бы­ла под защитой в качестве федерального свидетеля, и место пребывания ее и их детей было засекречено.

113

Князева Е.В.

^ РОЛЬ ПРИНЦИПА

диспозитивности

В СЕМЕЙНО-ПРАВОВЫХ ДОГОВОРАХ

Введенный в действие с 1 марта 1996 года Семейный ко­декс Российской Федерации предоставил право участникам семейных отношений заключать договоры соглашение об уп­лате алиментов, брачный контракт, соглашение о разделе об­щего имущества супругов. Конечно, это не означает, что меж­ду супругами (бывшими супругами) и другими участниками семейных отношений ранее не заключались договоры имуще­ственного характера, но ввиду отсутствия правовой регламен­тации эти соглашения в случае их добровольного неисполне­ния не могли быть исполнены принудительно.

Алиментные обязательства традиционно регулировались императивными нормами семейного права, которые не допус­кали возможность заключения договоров о предоставлении содержания. При императивном порядке алиментирования законом четко был указан круг участников алиментных обяза­тельств, порядок и форма уплаты, основания для полного или частичного освобождения плательщика от выполнения дан­ной обязанности. Существовавший порядок нормативной регламентации алиментных отношений приводил к тому, что даже в случае добровольного выполнения алиментной обя­занности плательщиком у получателя было право обратиться в суд с иском о взыскании алиментов Целесообразность предъявления таких исков объяснялась отсутствием уверен­ности получателя алиментов в том, что плательщик не отка­жется от добровольного предоставления содержания.

В настоящее время, с принятием СК нормативное регули­рование алиментных отношений кардинальным образом из­менено По существу оно стало диспозитивным, когда сторо­нам алиментных обязательств предоставлено право достигать согласия по широкому спектру вопросов: о размере, порядке,

114

форме, сроках предоставления содержания Алиментные обя­зательства возникают либо в силу заключенного договора ли­бо вследствие судебного решения. Причем, несмотря на то, что соглашение об уплате алиментов может быть заключено только по воле сторон алиментных обязательств, само али­ментное обязательство может возникнуть н помимо воли сто­рон. Если плательщик алиментов отказывается добровольно предоставлять содержание получателю, последний (либо его законный представитель) вправе обратиться в суд с требова­нием об уплате алиментов. То есть, в отличие от граждан­ско-правового обязательства, когда договор является безус­ловным основанием его возникновения, алиментное обязате­льство возникает, прежде всего, как следствие обязанности по содержанию одного лица другим ввиду прямого указания за­кона СК позволил сторонам самим урегулировать данные от­ношения

Интересным представляется вопрос о том, какие лица мо­гут заключить алиментное соглашение Здесь действующее законодательство специалистами толкуется по-разному.

Так, М.В Антокольская полагает, что соглашения об упла­те алиментов могут быть заключены как между лицами, име­ющими право на взыскание алиментов в судебном порядке, так и не обладающими таким правом, поскольку в данном случае речь идет о добровольном принятии на себя алимент­ной обязанности . С данной точкой зрения трудно согласить­ся, ибо, согласно статьи 99 СК, одной из сторон алиментного соглашения является лицо, обязанное уплачивать алименты. И хотя в самой норме нет уточнения, что это лицо является обязанным в силу закона, следует сделать вывод, что речь идет именно об этих лицах, указанных в нормах трех предше­ствующих глав (13, 14, 15)СК.

Условия взыскания алиментов для различного круга лиц неодинаковы некоторые из них вправе претендовать на али­менты в зависимости от нуждаемости (нетрудоспособные со­вершеннолетние дети— ст 85 СК, нетрудоспособные роди­тели — ст. 87 СК, нетрудоспособный супруг— ст. 89 СК). Для других лиц право на получение алиментов возникает в случае их нуждаемости и возможности плательщика предо­ставлять содержание (бывшие супруги — ст. 90 СК ); иные имеют право получать алименты в случае нуждаемости, воз­можности плательщика выплачивать алименты и невозмож-

1 Комментарий к Семенному кодексу Российской Федерации Отв ред ИМ Кузнецова М 1996 С 276

115

ности получения их от более близких родственников (нетру­доспособные: бабушка и дедушка от трудоспособных совер­шеннолетних внуков — ст. 95 СК, отчим и мачеха от трудо­способных совершеннолетних пасынков и падчериц — ст. 97 СК, несовершеннолетние внуки от дедушки и бабушки— ст. 94 СК) и, наконец, нетрудоспособные фактические воспитате­ли имеют право на алименты при условии нуждаемости и не­возможности получения алиментов от близких родственни­ков — ст. 96 СК. Только для алиментного обеспечения несо­вершеннолетних детей родителями законодатель не выдвига­ет никаких условий, поэтому только родителей можно признать бесспорно обязанными выплачивать алименты не­совершеннолетним детям. Вес остальные участники семей­ных правоотношений относятся к числу лиц, обязанных упла­чивать алименты, лишь условно. Плательщиками они стано­вятся лишь при наличии выше перечисленных условий, по­скольку факты нуждаемости получателя, наличия достаточных средств у плательщика для уплаты алиментов и невозможности получения алиментов от иных лиц практичес­ки могут быть установлены только судом. Когда же лицо, не обязанное по закону предоставлять содержание другому ли­цу, добровольно принимает на себя эту обязанность, данную сделку следовало бы рассматривать как договор дарения. В противном случае, практически неограниченный круг лиц, который вправе заключать алиментное соглашение, получаст возможность злоупотреблять правом. СК предусмотрел воз­можность заключать соглашение об уплате алиментов в твер­дой денежной сумме, а также путем компенсации за счет ино­го имущества (п. 2 ст. 104 СК). Возможна такая ситуация, ско­рее всего редкая, но вполне вероятная, когда сделки по отчуж­дению имущества между довольно широким кругом родственников будут камуфлироваться под соглашение об уплате алиментов с целью уклонения от уплаты налогов, по­скольку получатель алиментов освобожден от уплаты подо­ходного налога.

Круг лиц, указанных в главах 13 — 15 СК, которые могут быть стороной алиментного соглашения (супруги; дети — ро­дители; братья— сестры; бабушки, дедушки —внуки; фак­тические воспитатели— воспитанники; мачеха, отчим —па­сынки, падчерицы), ограничить невозможно. Поэтому следу­ет признать, что принцип диспозитивности в регулировании алиментных обязательств, проявляющийся и в том, что прак­тически любые участники семейных отношений свободно мо­гут заключить указанный договор, имеет ранее указанный нс-

П6

достаток— т.е. стороны могут заключать притворные сдел­ки. И если вышеуказанные лица имеют право заключать али­ментное соглашение, то трудно согласиться с мнением М.В. Антокольской, полагающей, что алиментное соглашение мо­гут заключить лица, вообще не отнесенные законом к числу обязанных выплачивать алименты: опекуны и их подопечные, фактические супруги и т.д.1

Правовое регулирование отношений супругов по поводу принадлежащего им имущества кардинальным образом изме­нилось в связи с принятием Семейного кодекса РФ. До этого оно осуществлялось в основном императивными нормами Кодекса о браке и семье РСФСР, которые не предусматривали договорного регулирования. Следует отметить, что возмож­ность заключать договоры имущественного характера между супругами существовала в отечественном праве еще в первые послереволюционные годы, в так называемых декларативных нормах. «Кодекс 1918 года норму о праве супругов вступать между собою в имущественные договорные отношения со­проводил указанием о том, что соглашение между супругами, направленные к умалению имущественных прав супруга, не­действительны» . А в соответствии со ст. 13 Кодекса законов о браке, семье и опеке (введенным в действие с 1927 года) суп­руги могли «вступать между собой во все дозволенные зако­ном имущественно-договорные отношения». Но, несмотря на, это «имущественных договоров между супругами (подоб­ных распространенным в буржуазном обществе так называе­мых брачных договоров) в советском быту почти в судах не встречается»".

Кодекс о браке и семье РСФСР 1969 года (далее КоБС) не содержал норм, позволяющих супругам заключать договоры по поводу их имущества. Хотя возможность их существова­ния не исключалась, что объяснялось правоспособностью и дееспособностью супругов. Тем не менее супруги могли за­ключать договоры гражданско-правового характера. Согла­шений имущественного плана, возникающих непосредствен­но из семейных отношений, урегулированных нормами пра­ва, до введения в действие СК в КоБСс не было. Правда, было

1 Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации. Отв.




оставить комментарий
страница6/9
Дата26.10.2011
Размер2,33 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх