Связь истории и философии науки. Классификация наук. Естественные, социальные, гуманитарные и формальные науки icon

Связь истории и философии науки. Классификация наук. Естественные, социальные, гуманитарные и формальные науки


Смотрите также:
1. Связь истории и философии науки. Классификация наук. Естественные, социальные...
1. Предмет и проблемы философии науки. Классификация наук...
Программа кандидатского экзамена по истории и философии науки (по отраслям)...
Информационный бюллетень новых книг, поступивших в библиотеку нгти в октябре 2007 года...
Типовая учебная программа (Образование высшее профессиональное) русскийязы к по группам...
Литература и примерная тематика рефератов к кандидатскому экзамену по философии и истории науки...
5. Формы, средства и способы познавательной деятельности...
Методические указания для подготовки к экзамену кандидатского минимума по истории и философии...
Учебная программа дисциплины Отечественная история....
Программа кандидатского экзамена по истории и философии науки (для аспирантов и соискателей)...
Вопросы кандидатского экзамена по истории и философии науки для аспирантов...
Вопросы к кандидатскому экзамену по истории и философии науки...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
вернуться в начало
скачать

Принципы фальсификационизма по работе И. Лакатоса Фальсификация и методология научно-исследовательских программ. Часть 1.


См. предыдущий вопрос.
  1. Постпозитивизм: концепция развития науки Т. Куна. Понятие парадигмы. Допарадигмальное состояние и нормальная наука. Научная революция как смена парадигм. Критика кумулятивизма и тезис о несоизмеримости парадигм. Полемика Кун – Поппер.


Томас Сэмюэль Кун (Kuhn) (1922-1996)
1. История естествозн-я = единственный источник подлинной ф-и науки.
2. Логика разв-я науки:
Нормальная наука (господство парадигмы)  научная революция (смена парадигмы)  нормальная наука (науч. сообщ-во выбирает нов. парадигму)
Парадигма (дисциплинарная матрица) = совокупн-ть знаний, методов и ценностей, разделяемых членами научн. сообщ-ва; модель и образец решения науч. задач.
Смена парадигмы не всегда происходит под влиянием рациональных факторов.

3. В рамках нормальной науки – прогресс кумулятивен (накопление знаний, усовершенствование исходных программ). Накопление аномальных фактов, не объясняемых принятой парадигмой, ведет к научной рев-и. Т.Е. разв-е науки = не плавный рост, а периодическая коренная трансформация, значит, кумулятивная схема не подходит для всех этапов.

До 1969г. в ф. науки господствовала «кумулятивная» (накопительная) тенденция динамики научного знания. Процесс развития науки представлялся постепенным последовательным ростом однажды познанного.

Кун постепенно пришел к собственному оригинальному представлению о науке. Это представление он выразил в знаменитой книге "Структура научных революций", увидев­шей свет в 1962 году.

Важнейшим понятием концепции Куна является понятие парадигмы. Содержание этого понятия так и осталось не вполне ясным, однако в пер­вом приближении можно сказать, что парадигма есть совокупность науч­ных достижений, в первую очередь, теорий, признаваемых всем научным сообществом в определенный период времени.

Вообще говоря, парадигмой можно назвать одну или несколько фун­даментальных теорий, получивших всеобщее признание и в течение какого-то времени направляющих научное исследование. Примерами подобных парадигмальных теорий являются физика Аристотеля, геоцентрическая система Птолемея, механика и оптика Ньютона, кислородная теория горе­ния Лавуазье, электродинамика Максвелла, теория относительности Эйн­штейна, теория атома Бора и т.п. Таким образом, парадигма воплощает в себе бесспорное, общепризнанное знание об исследуемой области явлений природы.

Однако, говоря о парадигме, Кун имеет в виду не только некоторое знание, выраженное в законах и принципах. Ученые — создатели парадиг­мы — не только сформулировали некоторую теорию или закон, но они еще решили одну или несколько важных научных проблем и тем самым дали образцы того, как нужно решать проблемы Парадигма дает набор образцов научного исследования в конкретной области — в этом заключается ее важнейшая функция.

^ У Куна в значительной мере исчезает та грань между наукой и метафи­зикой, которая была так важна для логического позитивизма. В его методо­логии метафизика является предварительным условием научного исследо­вания, она явно включена в научные теории и неявно присутствует во всех научных результатах, проникая даже в факты науки. Таким образом, принятие некоторой метафизической системы, согласно Куну, предшествует научной работе.

Уточняя понятие парадигмы, Кун ввел понятие дисциплинарной матри­цы. Последнее включает в себя элементы трех основных видов:

  • символиче­ские обобщения, или законы;

  • модели и онтологические интерпретации;

  • об­разцы решения проблем.

Онтологическая интерпретация указывает те сущно­сти, к которым относятся законы теории. Символические обобщения и их принятая онтологическая интерпретация, если она выражена явно в опреде­ленных утверждениях, образуют, так сказать, явный метафизический элемент парадигмы. Однако еще большую роль в парадигме играет "неявная" метафи­зика, скрытая в примерах и образцах решений проблем и в способах получе­ния научных результатов.

Анализируя понятие "научного данного", Кун проводит разграничение между внешними "стимулами", воздействующими на организм человека, и чувственные впечатления, которые представляют собой его реакции на "стимулы". В качестве "данных" или "фактов" выступают именно чувст­венные впечатления, а не внешние стимулы. Какие чувственные впечатле­ния получит ученый в той или иной ситуации, следовательно, какие "фак­ты" он установит, определяется его воспитанием, образованием, той пара­дигмой, в рамках которой он работает.

С помощью образцов студент не только усваивает то содержание тео­рий, которое не выражается в явных формулировках, но и учится видеть мир глазами парадигмы, преобразовывать поступающие "стимулы" в спе­цифические "данные", имеющие смысл в рамках парадигмы. Поток "стиму­лов", воздействующих на человека, можно сравнить с хаотическим пере­плетением линий на бумаге. В этом клубке линий могут быть "скрыты" не­которые осмысленные фигуры (скажем, животных — утки и кролика). Со­держание парадигмы, усваиваемое студентом, позволяет ему формировать определенные образы из потока внешних воздействий, "видеть" в перепле­тении линий именно утку, отсеивая все остальное как несущественный фон. То, что переплетение линий изображает именно утку, а не что-то иное, бу­дет казаться несомненным "фактом" всем приверженцам парадигмы. Тре­буется усвоение другой парадигмы для того, чтобы в том же самом пере­плетении линий увидеть новый образ — кролика — и таким образом полу­чить новый "факт" из того же самого материала. Именно в этом смысле Кун говорит о том, что каждая парадигма формирует свой собственный мир, в котором живут и работают сторонники парадигмы.

Таким образом, в методологии Куна метафизические предположения являются необходимой предпосылкой научного исследования; неопровер­жимые метафизические представления о мире явно выражены в исходных законах, принципах и правилах парадигмы; наконец, определенная метафи­зическая картина мира неявным образом навязывается сторонниками пара­дигмы посредством образцов и примеров. Можно сказать, что парадигма Куна — это громадная метафизическая система, детерминирующая основоположения научных теорий, их онтологию, экспериментальные факты и даже наши реакции на внешние воздействия.

С понятием парадигма тесно связано понятие научного сообщества, более того, в некотором смысле эти понятие синонимичны. В самом деле, что такое парадигма? — это некоторый взгляд на мир, принимаемый науч­ным сообществом. А что такое научное сообщество? — это группа людей, объединенных верой в одну парадигму. Стать членом научного сообщества можно, только приняв и усвоив его парадигму. Если вы не разделяете веры в парадигму, вы остаетесь за пределами научного сообщества.

С понятием научного сообщества Кун ввел в философию науки прин­ципиально новый элемент — исторический субъект научной деятельности, ведь научное сообщество — это группа людей, принадлежащих определен­ной эпохе, и в разные эпохи эта группа состоит из разных людей.

Поппер очень ярко выразил пренебрежение субъектом (характерное для позитивизма), развив концепцию "объективного знания", не зависящего от субъекта. Кун поры­вает с этой традицией, для него знание — это не то, что существует в не­тленном логическом мире, а то, что находится в головах людей определенной исторической эпохи, отягощенных своими предрассудками и обреме­ненных мелочными страстями. Стройный мир объективного знания рухнул. Но только этот мир и может описывать и изучать философия науки. Лишаясь интерсубъективного предмета, она вынуждена уступить свое место психологии научного творчества, истории и социологии науки.

Науку, развивающуюся в рамках общепризнанной парадигмы, Кун на­зывает "нормальной", полагая, что именно такое состояние является для науки обычным и наиболее характерным. В отличие от Поппера, считавше­го, что ученые постоянно думают о том, как бы опровергнуть существую­щие и признанные теории, и с этой целью стремятся к постановке опровер­гающих экспериментов, Кун убежден, что в реальной научной практике ученые почти никогда не сомневаются в истинности основоположений сво­их теорий и даже не ставят вопроса об их проверке. "Ученые в русле нор­мальной науки не ставят себе цели создания новых теорий, обычно к тому же они нетерпимы и к созданию таких теорий другими. Напротив, исследо­вание в нормальной науке направлено на разработку тех явлений и теорий, существование которых парадигма заведомо предполагает".

Кун выделяет следующие виды деятельности, харак­терные для нормальной науки:

  1. ^ Выделяются факты, наиболее показательные, с точки зрения пара­дигмы, для сути вещей. Парадигма задает тенденцию к уточнению таких фактов и к их распознаванию во все большем числе ситуаций. Например, в астрономии стремились все более точно определять положения звезд и звездные величины, в химии важно было точно устанавливать составы ве­ществ и атомные веса и т.д. Для решения подобных проблем ученые изо­бретают все более сложную и тонкую аппаратуру.

  2. Значительных усилий требует от ученых нахождение этих фактов, которые можно было бы считать непосредственным подтверждением парадигмы.

  3. Третий класс экспериментов и наблюдений связан с разработкой парадигмальной теории с целью устранения существующих неясностей и улучшения решений тех проблем, которые первоначально были разрешены лишь приблизительно.

  4. Разработка парадигмы включает в себя не только уточнение фактов и измерений, но и установление количественных законов.

  5. Наконец, обширное поле для применения сил и способностей ученых предоставляет работа по совершенствованию самой парадигмы.

Чтобы подчеркнуть особый характер проблем, разрабатываемых уче­ными в нормальный период развития науки, Кун называет их "голово­ломками", сравнивая с решением кроссвордов или с составлением картинок из раскрашенных кубиков. Кроссворд или головоломка характеризуются тем, что: для них существует гарантированное решение и это решение может быть получено некоторым предписанным путем.

Пытаясь сложить картинку из кубиков, вы знаете, что такая картинка существует. При этом вы не имеете права изобретать собственную картинку или складывать куби­ки так, как вам нравится, хотя бы при этом получались боле интересные — с вашей точки зрения — изображения. Вы должны сложить кубики опреде­ленным образом и получить предписанное изображение. Точно такой же ха­рактер носят проблемы нормальной науки. Парадигма гарантирует, что реше­ние существует, и она же задает допустимые методы и средства получения этого решения. Поэтому когда ученый терпит неудачу в своих попытках ре­шить проблему, то это — его личная неудача, а не свидетельство против па­радигмы. Успешное же решение проблемы не только приносит славу уче­ному, но и еще раз демонстрирует плодотворность признанной парадигмы.

Рассматривая виды научной деятельности, характерные для нормаль­ной науки, мы легко можем заметить, что Кун рисует образ науки, весьма отличный от того, который изображает Поппер. По мнению последнего, душой и движущей силой науки является критика, направленная на ниспровержение существующих и признанных теорий. Конечно, важная часть работы ученого заключается в изобретении теорий, способных объяс­нить факты и обладающих большим эмпирическим содержанием по срав­нению с предшествующими теориями. Но не менее, а быть может, более важной частью деятельности ученого является поиск и постановка опровер­гающих теорию экспериментов. Ученые, полагает Поппер, осознают лож­ность своих теоретических конструкций, дело заключается лишь в том, что­бы поскорее продемонстрировать это и отбросить известные теории, освобо­ждая место новым.

Ничего подобного у Куна нет. Ученый Куна убежден в истинности парадигмальной теории, ему и в голову не приходит подвергнуть сомнению ее основоположения. Работа ученого заключается в совершенствовании пара­дигмы и в решении задач-головоломок. "Возможно, что самая удивительная особенность проблем нормальной науки, — пишет Кун, — ... состоит в том, что ученые в очень малой степени ориентированы на крупные открытия, будь то открытие новых фактов или создание новой теории". Деятельность учено­го у Куна почти полностью лишается романтического ореола первооткрывателя, стремящегося к неизведанному или подвергающего все беспощадному сомнению во имя истины. Она скорее напоминает деятельность ремесленни­ка, руководствующегося заданным шаблоном и изготавливающего вполне ожидаемые вещи. Именно за такое приземленное изображение деятельности ученого сторонники Поппера подвергли концепцию Куна резкой критике.

Следует заметить, однако, что в полемике попперианцев с Куном прав­да была на стороне последнего. По-видимому, он был лучше знаком с со­временной наукой. Если представить себе десятки тысяч ученых, работающих над решением научных проблем, то трудно спорить с тем, что подавляющая их часть занята решением задач-головоломок в предписанных теоретических рамках. Встречаются ученые, задумывающиеся над фундаментальными проблемами, однако число их ничтожно мало по сравнению с теми, кто никогда не подвергал сомнению основных законов механики, термодинамики, электродинамики, оптики и т.д. Достаточно учесть это обстоятельство, чтобы стало ясно, что Поппер романтизировал науку, перед его мысленным взором витал образ науки XVII—XVIII столетий, когда число ученых было невелико и каждый из них в одиночку пытался решать обширный круг теоретических и экспериментальных проблем. XX век породил громадные научные коллективы, занятые решением тех задач-головоломок, о которых говорит Кун.

Понятие научной революции является центральным понятием концеп­ции Куна. Мы помним, что нормальная наука в основном занята решением голо­воломок. В общем, этот процесс протекает успешно, парадигма выступает как надежный инструмент решения научных проблем. Увеличивается коли­чество установленных фактов, повышается точность измерений, открываются новые законы, растет дедуктивная связность парадигмы, короче гово­ря, происходит накопление знания. Но вполне может оказаться — и часто оказывается, — что некоторые задачи - головоломки несмотря на все усилия ученых, так и не поддаются решению, скажем, предсказания теории посто­янно расходятся с экспериментальными данными. Сначала на это не обра­щают внимания. Это только в представлении Поппера стоит лишь ученому зафиксировать расхождение теории с фактом, он сразу же подвергает со­мнению теорию. Реально же ученые всегда надеются на то, что со временем противоречие будет устранено и головоломка решена. Но однажды может быть осознанно, что средствами существующей парадигмы проблема не может быть решена. Дело не в индивидуальных способностях того или ино­го ученого, не в повышении точности приборов и не в учете побочных факторов, а в принципиальной неспособности парадигмы решить проблему. Такую проблему Кун называет аномалией.

Пока аномалий немного, ученые не слишком о них беспокоятся. Одна­ко разработка самой парадигмы приводит к росту числа аномалий. Совер­шенствование приборов, повышение точности наблюдений и измерений, строгость концептуальных средств — все это ведет к тому, что расхожде­ния между предсказаниями парадигмы и фактами, которые ранее не могли быть замечены и осознаны, теперь фиксируются и осознаются как пробле­мы за счет введения в парадигму новых теоретических предположений на­рушают ее дедуктивную стройность, делают ее расплывчатой и рыхлой. Иллюстрацией может служить развитие системы Птолемея.

По мере накопления аномалий доверие к парадигме падает. Наступает состояние, которое Кун именует кризисом. Научное сообщество распадается на несколько групп, одни из которых продолжают верить в пара­дигму, другие выдвигают гипотезу, претендующую на роль новой парадигмы. Только в этот период кризиса, полагает Кун, ученые ставят эксперименты, направленные на проверку и отсев конкурирующих теорий. Но для него это период распада науки, период, когда наука, как замечает он в одной из своих статей, становится похожей на философию, для которой как раз конкуренция различных идей является правилом, а не исключением.

Период кризиса заканчивается, когда одна из предложенных гипотез доказывает свою способность справиться с существующими проблемами, объяснить непонятные факты и благодаря этому привлекает на свою сторо­ну большую часть ученых. Она приобретает статус новой парадигмы. Науч­ное сообщество восстанавливает свое единство. Смену парадигмы Кун и называет научной революцией. Все это Кун выражает одной фразой: парадигма создает мир, в котором живет и работает ученый. Поэтому пере­ход от одной парадигмы к другой означает для ученого переход из одного мира в другой, полностью отличный от первого — со специфическими про­блемами, методами, фактами, с иным мировоззрением и даже с иными чув­ственными восприятиями.

Однако в разных парадигмах фак­ты будут разными и нейтральный язык наблюдения невозможен. Кроме того, новая парадигма обычно хуже соответствует фактам, чем ее предшественни­ца: за длинный период своего существования господствующая парадигма су­мела достаточно хорошо "приспособиться" к громадному количеству фактов и, чтобы догнать ее в этом отношении, ее молодой сопернице нужно время. Таким образом, факты не могут служить общей основой сравнения парадигм, а если бы они могли это делать, то ученые всегда были бы вынуждены сохра­нять старую парадигму, несмотря на все ее несовершенства.

Можно было бы попробовать сравнивать конкурирующие парадигмы по числу решаемых ими проблем и обосновывать переход ученых к новой пара­дигме тем, что она решает больше проблем и, следовательно, является более плодотворным орудием исследования. Однако и этот путь оказывается сом­нительным.

Во-первых, старая и новая парадигмы решают вовсе не одни и те же проблемы. То, что было проблемой в старой парадигме, может оказаться псевдопроблемой с точки зрения новой; проблема, которая считалась важной сторонниками одной парадигмы и привлекала лучшие умы для своего реше­ния, приверженцам другой может показаться тривиальностью.

Во-вторых, если мы при сравнении парадигм будем ориентироваться на количество решае­мых проблем, то мы опять-таки должны будем предпочесть старую разви­тую парадигму: новая парадигма в начале своего существования обычно решает очень немного проблем и неизвестно, способна ли она на большее. Для выяснения этого нужно начать работу в рамках новой парадигмы.

С точки зрения всех су­ществующих методологических стандартов новая парадигма всегда будет казаться хуже старой: она не так хорошо соответствует большинству фак­тов, она решает меньше проблем, ее технический аппарат менее разработан, ее понятия менее точны и т.п.

Ученые, принявшие новую парадигму, начинают видеть мир по-новому: например, раньше на рисунке видели вазу. Нужно усилие, чтобы на том же рисунке увидеть два человеческих профиля. Но как только переключение образа произошло, сторонники новой парадигмы уже не способ­ны совершить обратного переключения и перестают понимать тех своих коллег, которые все еще говорят о вазе. Сторонники разных парадигм гово­рят на разных языках и живут в разных мирах, они теряют возможность общаться друг с другом. Что же заставляет ученого покинуть старый, обжи­той мир и устремиться по новой, незнакомой и полной неизвестности доро­ге? — Вера в то, что она удобнее старой, заезженной колеи, религиозные, метафизические, эстетические и аналогичные соображения, но не логико-методологические аргументы. "Конкуренция между парадигмами не является видом борьбы, которая может быть решена с помощью доводов".

В одной из своих лекций Кун очень ясно показал, почему, по его мнению, универсальных методологических стандартов и критериев, подоб­ных тем, которые формулировал Поппер, всегда будет недостаточно для объяснения перехода ученых от одной парадигмы к другой. Он выделяет несколько требований, которые философия науки устанавливает для научных теорий. В частности: 1) требование точности; 2) требование непротиворечивости; 3) требование относительно сферы; 4) требование простоты; 5) требование плодотворности. Считается, что этим или аналогичным требованиям должна удовлетворять хорошая научная теория.

Кун вполне согласен с тем, что все требования такого рода играют важную роль при сравнении и выборе конкурирующих теорий. В этом он не расходится с Поппером. Однако если последний считает, что этих требова­ний достаточно для выбора лучшей теории и методолог может ограничить­ся лишь их формулировкой, Кун идет дальше и ставит вопрос: "Как отдельный ученый может использовать эти стандарты в случае конкретного выбо­ра?" При попытке ответить на этот вопрос выясняется, что для реального выбора этих стандартов недостаточно. Прежде всего, все методологические характеристики хорошей научной теории неточны, и разные ученые могут по-разному их истолковывать. Вдобавок, эти характеристики могут всту­пать между собой в конфликт: например, точность принуждает ученого вы­брать одну теорию, а плодотворность говорит в пользу другой. Поэтому ученые вынуждены решать, какие характеристики теории являются для них более важными. А решение такого рода может определяться, считает Кун, только индивидуальными особенностями каждого отдельного ученого. "Ко­гда ученые должны выбрать одну из двух конкурирующих теорий, два че­ловека, принимающие один и тот же список критериев выбора, могут тем не менее придти к совершенно различным выводам. Возможно, они по-разному понимают простоту или имеют разные мнения по поводу тех об­ластей, с которыми должна согласовываться теория... Некоторые из разли­чий, которые я имею в виду, являются результатом прежнего индивидуаль­ного опыта ученого. В какой части научной области он работал, когда столк­нулся с необходимостью выбора? Как долго он в ней работал, насколько ус­пешно и в какой степени его работа зависит от понятий и средств, изменяе­мых новой теорией? Другие факторы, также имеющие отношение к выбору, находятся вообще вне науки". Не только методологические стандарты оп­ределяют выбор, который совершает конкретный ученый, — этот выбор де­терминируется еще многими индивидуальными факторами.

Приведенные соображения Куна объясняют, почему переход от старой парадигмы к новой с его точки зрения нельзя обосновать рационально — опираясь на логико-методологические стандарты, факты, эксперимент. Принятие новой парадигмы чаще всего обусловлено внерациональными факторами — возрастом ученого, его стремлением к успеху и признанию или к материальному достатку и т.п. Но такое утверждение означает, что развитие науки не является вполне рациональным, наука — основа рацио­нализма сама оказывается нерациональной! Этот вывод вызвал ожесточен­ную критику куновского понимания научных революций и стал поводом к обсуждению проблемы научной рациональности.

Если сравнивать Куна с Поппером, то по П. норм. сост. науки – это научн. революция. То, что К. чситает норм. наукой – это ненорм. наука. Куновский учёный застуживает сожаления. П. понимает куновскую парадигму как господствующую теорию.

До 1969г. в ф. науки господствовала «кумулятивная» (накопительная) тенденция динамики научного знания. Процесс развития науки представлялся постепенным последовательным ростом однажды познанного.

Кун постепенно пришел к собственному оригинальному представлению о науке. Это представление он выразил в знаменитой книге "Структура научных революций", увидев­шей свет в 1962 году. Наиболее ожесточенными ее критиками явились сторонники Поппера. Но дело было сделано: отныне обращение к истории науки стало одним из важнейших средств разработки проблем философии науки.

Кун считает, что научные теории проходят в своем развитии различные фазы:

  • в допарадигматический период у исследователей нет консенсуса относительно сути их предмета, а потому исследование слабо ориентировано на одну цель; Т.е., по К., парадигма в науках возникает не сразу. Первоначально существует несколько конкурирующих теорий.

  • в зрелый («нормальный») период какой-нибудь школе удается решающий прорыв. Образцом оказывается одна парадигма, за которой следуют другие; По К.: первая парадигма в физике была создана Аристотелем 4в. до н.э.; вторая – Ньютоном 17-18в.; третья – Эйнштейном начало 20в. Развитие нормальной науки носит кумулятивный характер: в рамках данной парадигмы происходит приращение знаний.

  • однако неизбежно появляются аномалии, которые невозможно разрешить с помощью господствующей парадигмы. Постепенно накапливаясь, они приводят к кризису. После этого происходит научная революция, и место старой парадигмы занимает новая. Для теории Куна характерно, что старая и новая парадигмы несовместимы; новая парадигма не продолжает развитие старой; между ними принципиальный разрыв. Смена парадигм – это как гештальт, переключение восприятия ваза-два лица. Однако смена парадигм может быть связана и со сменой поколений.

Важнейшим понятием концепции Куна является понятие парадигмы. Содержание этого понятия так и осталось не вполне ясным, однако в пер­вом приближении можно сказать, что парадигма есть совокупность науч­ных достижений, в первую очередь, теорий, признаваемых всем научным сообществом в определенный период времени.

Вообще говоря, парадигмой можно назвать одну или несколько фун­даментальных теорий, получивших всеобщее признание и в течение какого-то времени направляющих научное исследование. Примерами подобных парадигмальных теорий являются физика Аристотеля, геоцентрическая система Птолемея, механика и оптика Ньютона, кислородная теория горе­ния Лавуазье, электродинамика Максвелла, теория относительности Эйн­штейна, теория атома Бора и т.п. Таким образом, парадигма воплощает в себе бесспорное, общепризнанное знание об исследуемой области явлений природы.

Однако, говоря о парадигме, Кун имеет в виду не только некоторое знание, выраженное в законах и принципах. Ученые — создатели парадиг­мы — не только сформулировали некоторую теорию или закон, но они еще решили одну или несколько важных научных проблем и тем самым дали образцы того, как нужно решать проблемы Парадигма дает набор образцов научного исследования в конкретной области — в этом заключается ее важнейшая функция.

Учёный должен прежде что-то усвоить, чем его примут учёные в свой кург. Это что-то – дисциплинарная матрица.

Уточняя понятие парадигмы, Кун ввел понятие дисциплинарной матри­цы. Последнее включает в себя элементы трех основных видов:

  • символиче­ские обобщения, или законы;

  • модели и онтологические интерпретации;

  • об­разцы решения проблем.

С помощью образцов студент не только усваивает то содержание тео­рий, которое не выражается в явных формулировках, но и учится видеть мир глазами парадигмы, преобразовывать поступающие "стимулы" в спе­цифические "данные", имеющие смысл в рамках парадигмы. Именно в этом смысле Кун говорит о том, что каждая парадигма формирует свой собственный мир, в котором живут и работают сторонники парадигмы.

С понятием парадигма тесно связано понятие научного сообщества, более того, в некотором смысле эти понятие синонимичны. В самом деле, что такое парадигма? — это некоторый взгляд на мир, принимаемый науч­ным сообществом. А что такое научное сообщество? — это группа людей, объединенных верой в одну парадигму. Стать членом научного сообщества можно, только приняв и усвоив его парадигму. Если вы не разделяете веры в парадигму, вы остаетесь за пределами научного сообщества.

С понятием научного сообщества Кун ввел в философию науки прин­ципиально новый элемент — исторический субъект научной деятельности, ведь научное сообщество — это группа людей, принадлежащих определен­ной эпохе, и в разные эпохи эта группа состоит из разных людей.

Таким образом, модель развития науки Куна выглядит следующим образом:

…нормальная наука, развивающаяся в рамках общепризнанной парадигмы,

рост числа аномалий, приводящий к кризису,

научная революция, означаю­щая смену парадигм.

Накопление знания, совершенствование методов и инструментов, расширение сферы практических приложений, т.е. все то, что можно назвать прогрессом, совершается только в период нормальной науки. Однако научная революция приводит к отбрасыванию всего того, что было получено на предыдущем этапе, работа науки начинается как бы заново, на пустом месте. Таким образом, в целом развитие науки получается дискретным: периоды прогресса и накопления разделяются революционными прова­лами, разрывами ткани науки.




Скачать 1,11 Mb.
оставить комментарий
страница4/11
Дата28.09.2011
Размер1,11 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх