«Фронезис» icon

«Фронезис»


Смотрите также:



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4
скачать

11.01.2005 XI Чтения Семинар 7 Доклад Марача В.Г.

Вяч. Марача

Методология ММК как метафронезис коллективно-распределённого мышления

Доклад на семинаре 11 января 2005 года

в рамках подготовки XI Чтений памяти Г.П.Щедровицкого


Оглавление

Тезисы доклада 1

Пояснения к формулировке темы 1

Материал, на котором основан доклад 1

Выводы 3

Стенограмма обсуждения 11 января 2005 года 5

Доклад В.Г. Марача с комментариями П.Г. Щедровицкого 5

Обсуждение доклада 11

Заключительное слово докладчика 26


^

Тезисы доклада

Пояснения к формулировке темы


  1. «Фронезис» (в латинском переводе prudentia) в аристотелевской «Никомаховой этике» означает практическое знание, противопоставляемое как теоретическому знанию («эпистеме»), так и знанию-умению ремесленника («техне»). Обладание «фронезис» подразумевает владение способностями его выделения из опыта («здравым смыслом»), а также применения («рассудительность»).

  2. В рационалистической философской традиции оппозиция линий «эпистеме» и «фронезис» ведут к различению и противопоставлению «чистого» (теоретического) и «практического» разума1. В этом смысле методология ММК не есть «логия» (учение, теория): «методологический поворот» мышления и сознания, намеченный Кантом, есть поворот «от чистого разума к практическому».

  3. Приставка «мета» в слове «метафронезис» указывает не просто на метауровень, но на двухплоскостную организацию интеллектуального процесса получения-применения практического знания, смысл чего будет ясен из дальнейшего. Понятие «коллективно-распределенного мышления» также будет пояснено ниже.


^

Материал, на котором основан доклад


Доклад будет построен на материале моей статьи, написанной специально к прошлогодним Чтениям: «Московский методологический кружок: основные программные идеи и формы организации интеллектуальных практик» (Философские науки. 2004. №1, №2). Статья доступна в Интернете: http://gp.metod.ru/mmk/problem/problemIssue/5.

Данная работа достаточно объемна, и, разумеется, я хотел бы обсуждать не весь ее текст, а лишь выводы, изложенные на нескольких последних страницах (начиная с п. 4.3). Эти выводы я постараюсь соотнести с материалом двух докладов Г.П. Щедровицкого (ГП):

  • «Механизмы работы семинаров ММК» (Вопросы методологии. 1998. №1-2) – текст доступен в Интернете: http://www.circle.ru/archive/vm/v981shg.zip;

  • «Судьба «вторничного» семинара» (Вопросы методологии. 1999. №1-2) - текст доступен в Интернете: http://www.circle.ru/archive/vm/v991shg.zip.

Второй доклад в интересующем меня контексте важен тем, что ГП, обсуждая исторический смысл существования семинара, характеризует его как форму «высокой институциональной организации», представляющую собой «органическое единство всех форм жизни», «микрокосмос», обеспечивающий «развитие всех нас, развитие человеческое в плане институционализации».

В первом же из этих докладов для меня чрезвычайно значимо обсуждение социального/коллективного/группового мышления, разворачивающегося на семинарах ММК (ГП здесь вводит термин «интеллектуализирование», поскольку речь идет о единстве мышления, понимания и рефлексии, противопоставляемых деятельности – в том числе интеллектуальной деятельности). Такое групповое интеллектуализирование не может быть нормировано в обычном смысле слова – через создание культурных образцов, пригодных для трансляции – т.к. тогда превратится в интеллектуальную деятельность.

Для ГП в данном контексте существенен отказ от представления мышления как деятельности, противопоставление деятельности и интеллекта, - в том числе и потому, что применительно к деятельности принцип социальности достаточно очевиден (деятельность кооперативна) – а вот мышление «за много веков нормировки интеллектуальной деятельности действительно превратилось в индивидуальный процесс».

В противовес этому благодаря многолетнему воспроизводству методологических семинаров сложился особый методологический тип мышления, которое изначально строится и нормируется как коллективное. И суметь описать интеллектуальный процесс, происходящий на семинаре, именно как групповой, коллективно-распределенный, и выделить адекватные ему формы (рефлексивной) нормировки – составляет проблему, от решения которой зависит сама возможность трансляции – а, значит, и продолжения методологии ММК.

Говоря о механизме поддержания этого интеллектуального процесса, ГП выделяет его двухплоскостную организацию – «две действительности, которые долгое время существовали параллельно и никак друг с другом не взаимодействовали». В одной плоскости обсуждались идеальные содержания (теории, программные идеи и т.п.) – в частности, вплоть до начала 70-х годов строилась теория мышления, которую ГП определяет как теорию «индивидуализированного мышления». В другой плоскости руководители и лидеры семинаров решали вопрос «как быть с организацией»: отсеивались приемы, способы, типичные структуры, но не в теоретическом плане, а на уровне организационной методики: «Что делать?».

Схема организационно-методической рефлексивной нормировки интеллектуального процесса семинара, выделяемая ГП, примерно такова: историческая рефлексия - формирование «системы прецедентов» - оформление «методологем» – оборачивание организационно-методоческих схем в теоретический план и объективация их в представления о коллективном мышлении.

«В «теории мышления» мы строили представления об «объекте». «Онтологическая картина», «схема замещения» многих плоскостей, «нотная азбука» и т.д. А здесь – никакого «объекта», - подчеркивает ГП. – Здесь были «системы прецедентов» и рефлексивное осмысление деятельности на предмет ее продолжения». Акцентируя роль В.А. Лефевра, ГП указывает, что и «рефлексия» появилась в методологической практике не в связи с «(теоретическим) мышлением», а сама по себе, и была приписана вначале только «лидеру» (председательствующему на семинаре) и нужна она была ему в особой роли – когда лидер должен был участвовать как равный «игрок» и «управлять» всей группой.

Таким образом, рефлексия понадобилась для связи двух плоскостей разворачивания интеллектуального процесса на семинаре – содержательной и организационно-методической, или, как говорили в игровой период, объектно-онтологической» и организационно-деятельностной «досок». В названии моей статьи первой соответствуют «основные программные идеи», второй – «формы организации интеллектуальных практик» ММК. Важнейшей из таких форм организации интеллектуальных практик ММК, ставшей «клеточкой» генезиса коллективно-распределенного методологического мышления, является методологический семинар. Эта форма также оказалась протоформой для других форм, в которых ММК осуществлял уже не только коллективное мышление «в своем кругу», но и социальное действие вовне этого круга.


Выводы


1. Возвращаясь к названию доклада, можно сказать, что ММК объединяла ^ Идея коллективно-распределенного мышления и его развития. Спецификой методологического мышления является особый тип нормативности2, соединяющий практическое отношение мышления к миру с рефлексивно-практическим отношением этого мышления к самому себе («изменить мышление, а через него – мир»3). Практическое отношение мышления к миру («фронезис») проявляется в деятельностном подходе, в принципе деятельности, выводящем мышление на задачи социального действия. Практическое отношение мышления к самому себе («метафронезис») проявляется также в принципах его двухплоскостной организации и рефлексивной самоорганизации.

2. Таким образом, важнейшим достижением ММК является сам способ существования ММК как интеллектуально-общественного феномена. В этот феномен была заложена определенная философско-методологическая схема. Философской ее можно назвать потому, что в ней была заложена та культура сомнения, по которой мы безошибочно узнаем практику, характерную именно для философии. Методологической же ее можно назвать потому, что эта схема закрепляла и воспроизводила особенный поворот сознания и мышления, именуемый методологическим – поворот от мира к способам мышления и действия (деятельности). Практикование культуры философского сомнения в таком методологическом повороте есть технология проблематизации.

Сама эта схема, воспроизводимая Кружком в течение нескольких десятилетий на семинарах, состояла в том, что вначале восстанавливалась история того, что было сделано, затем эта история соотносилась с актуальной ситуацией, ситуация рассматривалась как проблемная, ставились проблемы, строились проекты и программы по преодолению этих проблем и в конце следовала рефлексивная процедура, то есть осмысление того движения, которое было проделано, как методического и выделение собственно схем метода. И дальше снова по циклу — восстановление истории и так далее4.

Благодаря столь длительному воспроизводству базовой схемы, ее рефлексии и логико-философскому фундированию практика Кружка приобрела не только интеллектуально-общественное, но и культурное значение, что позволяет говорить о ней как об интеллектуальном институте.

3. Чрезвычайно существенно, что методологический поворот мышления, понимаемый предшественниками ММК как прием или в лучшем случае принцип, Кружком был доведен до формы воспроизводимого способа практикования мышления – и притом коллективного, рефлексивного и технологичного, а также историчного – правда, историчного в особом, характерном именно для методологического поворота мышления смысле5. Этот способ практикования мышления характеризуется также принципами непараллелизма формы и содержания мышления (что выражается в двухплоскостной организации мышления) и нетождества мышления и бытия, благодаря чему мышление уже нельзя характеризовать как «единое» или «субстанцию» (осуществляется отказ от традиции, идущей от Парменида и Платона).

Скорее следует полагать, что мышление постоянно попадает в интеллектуальную ситуацию, в которой вынуждено всякий раз заново восстанавливать свое единство6. В данном контексте схему мыследеятельности следует понимать прежде всего как принцип различенности, «непараллелизма» действия интеллектуальных функций7 – чистого мышления, понимания, рефлексии – и указания на возможность их интеллектуально-ситуационной соорганизации в единство благодаря коллективному мыследействованию и мыслекоммуникации8.

4. Именно такое понимание схемы мыследеятельности - как принципа различенности, «непараллелизма» действия интеллектуальных функций - позволяет раскрыть сущность деятельностного подхода в его деонтологической (или асубстанциальной, т.е. не связанной с онтологизацией деятельности и пониманием ее как субстанции) трактовке.

Проблема здесь в том, что методологический поворот мышления подразумевает антинатурализм – но истолкование мышления как деятельности с приданием последней категории онтологического статуса – еще худший вид натурализма, чем тот, который пытались преодолеть с помощью методологического поворота. Поясним это утверждение, выделив лежащий в его основании строгий логический парадокс:

  • Деятельностный подход подразумевает антинатурализм.

  • Деятельностный подход в его теоретико-деятельностной версии подразумевает онтологизацию деятельности. Пусть даже это "ортогональная" (или "логическая" - по типу гегелевской) онтология, но все равно она подразумевает трактовку деятельности как субстанции - т.е. признание деятельности "причиной самой себя", что означает натурализацию деятельности.

  • Возникает парадокс: теория деятельности, провозглашая антинатурализм, на деле натурализует деятельность.

Дальше - следствие описанного парадокса: в отношении мышления придерживаться деятельностного подхода как раз и означает осуществить методологический поворот мышления и переход на позиции антинатурализма. Но трактовка мышления как деятельности в рамках теоретико-деятельностного подхода ведет к натурализму и, "схлопывая" логику и онтологию, разрушает методологический поворот мышления: мышление снова "упирается" в объект (пусть и более абстрактный, чем "обычное" натуралистическое мышление) и само рассматривается как объект (теории деятельности).

Именно в этом смысле я и формулирую проблему данного тезиса:

как, разотождествив мышление и деятельность (т.е. отказавшись от рассмотрения мышления как деятельности), тем не менее, сохранить деятельностный подход в качестве регулятива мышления, практикующего методологический поворот?

Предлагаемое направление разрешения поставленной проблемы.

Для спасения и сохранения (восстановления, воспроизведения) методологического поворота мышления необходимо разотождествить мышление и деятельность - о чем ГП и пишет как об одном из основных достижений периода 1974-1981 гг., т.е. периода становления мыследеятельностного подхода, где мышление и деятельность кладутся как разное. При этом для объектов, которые мышление мыслит, можно использовать любую рабочую онтологию (в том числе и онтологию деятельности) - важно лишь, чтобы она не становилась объемлющей для самого мышления - т.е. охватывающей его целиком и полностью, включая плоскость его рефлексивной организации и нормировки, - и, в конечном счете, превращающей в объект, т.е. ведущей к натурализму.

Именно как попытку ответить на вызов (проблему) сохранения деятельностного подхода в качестве регулятива мышления, практикующего методологический поворот, и можно понимать введение схемы (или принципа) мыследеятельности в описанном выше смысле.





оставить комментарий
страница1/4
Дата17.10.2011
Размер0.63 Mb.
ТипДоклад, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх