Сергей влахов сидер флорин icon

Сергей влахов сидер флорин


Смотрите также:
Сергей влахов сидер флорин...
Влахов А. Л.      Влахова О. П.  Энергоинформационная адаптометрия...
Влахов А. Л.      Влахова О. П.  Энергоинформационная адаптометрия...
Сценарий : Сергей Бодров-старший, Кирилл Оганесян, Евгений Фролов в ролях...
Сценарий Павел Лунгин, Валерий Печейкин...
Рабочая программа по дисциплине: Физико-химические основы технологии электронных средств для...
Сергей капица: "лженаука процветает под эгидой государства"...
«Методолог и управленец. Пространство взаимодействия». Пожалуйста, Сергей Иванович...
Сергей Лукьяненко...
«Я другой работы не представляю», — Сергей Собянин, мэр Москвы...
-
Сергей Лукьяненко последний дозор...



страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   21
вернуться в начало
Б. В плоскости пары языков

В плоскости пары языков реалии рассматриваются главным образом с точки зрения перевода, являясь, сле­довательно, предметом всей первой части работы. Кро­ме того, вопрос этот тесно связан и с лексикографией и с любым сопоставительным изучением языков. Отмечаем это по поводу удачного, на наш взгляд, деления В. П. Берковым чужих реалий (в терминологии авто-

58

оа — «экзотизмов») на внешние и внутренние1, целесо­образное, по его словам, «для теории двуязычного сло­варя», но полезное, как мы считаем, и для целей

перевода.

1. Внешние реалии одинаково чужды обоим языкам; например, фиорд — внешняя реалия для русского, бол­гарского или любого другого, за исключением норвеж­ского языка.

2. Внутренние реалии — слова, принадлежащие одно­му из пары языков и, следовательно, чужие для другого; если фиорд — внешняя реалия для русского и болгар­ского языков, для пары русского — норвежского или болгарского — норвежского она будет внутренней. То есть в плоскости одного языка она будет, по нашей теоминологии, своей для норвежского и чужой для всех остальных языков. Таким образом, для целей тео­рии перевода реалии можно рассматривать в двух планах: а) с точки зрения ИЯ, т. е. реалии в подлинни­ке— реалии свои и чужие, б) с точки зрения ПЯ — реалии внешние и внутренние; но при переводе на ис­ходный для реалии язык — реалии только внутренние. Таким образом, совпадающие в обоих языках реалии региональные и интернациональные будут всегда чужи­ми, внешними для обоих языков, и обычно перене­сение их из ИЯ в ПЯ происходит, так сказать, автомати­чески.

Собственно местное деление требует не­сколько более детального освещения. Приведем его в некотором логическом порядке, без учета того, рассмат­риваются ли реалии в плоскости одного или пары язы­ков, отмечая, однако, каждый раз их место в приведен­ной выше схеме.

1. Национальные реалии называют объекты, принадлежащие данному народу, данной нации, но чу­жие за пределами страны: таково подавляющее боль­шинство реалий, тем более что национальная принад­лежность референта является одним из категориальных признаков реалии вообще. Имеются, однако, и исключе­ния; поэтому название «национальные реалии» не следует считать плеоназмом.

Наличия в тексте национальной реалии порой бывает Достаточно, чтобы породить ассоциации, связанные с Данным народом и данной страной. Яркими националь-

1 Верков В. П. Указ, соч., с. ИЗ. 3*

59

ными реалиями можно считать укр. бандура, галушки, гопак, рус. опричник, дьяк, сельпо, комсомолец, ударник, болг. сукман, кавал, царвули, англ. пай, кэб, ам. лобби, ленд-лиз, фр. консьерж, санкюлот,- нем. шнапс, ландтаг, ит. спагетти, гондола, йен. фанданго, сиеста и т. д.

Национальная реалия является исходным пунктом для местного деления: прежде чем стать интернацио­нальной или региональной, она должна была иметь на­циональный характер; локальные реалии и микрореалии в той или иной степени также обладают национальной окраской.

Национальным колоритом реалии референт тесно связан с соответствующим народом или страной даже в тех случаях, когда он, как исключение, принадлежит другому народу или другой стране. Во время русско-турецкой войны 1877-1878 гг. раненых размещали не только в жилых помещениях, но и в палатках и чумах. Тогда же, непосредственно после окончания войны, под­полковник П. Т. Редькин, один из командиров болгар­ских ополченцев, остается в Болгарии в качестве «начальника Тырновского воинского губернского управ­ления». Чум — это классическое жилище саами, ненцев, эвенков и других северных народов, губерния — яркая русская реалия; и несмотря на то, что дело происходит в Болгарии, встретив эти слова, читатель невольно свя­зывает их с соответствующим народом (разумеется, если они не вошли в употребление, не укрепились в значении терминов).

2. Региональными реалиями мы называем те, которые перешагнули границы одной страны, не обязательно соседней в географическом отношении, или распространились среди нескольких народов, обычно вместе с референтом, являясь, таким образом, составной частью лексики нескольких языков1. Характерны в этом отношении единицы, которые Е. М. Верещагин и В. Г. Костомаров собрали в седьмую группу своей клас­сификации: «Слова нерусского происхождения, так называемые тюркизмы, монголизмы, украинизмы и т. д.», которые «можно было бы назвать дважды без­эквивалентными: сначала они не имели эквивалентов с точки зрения русского языка, и это обусловило их заим­ствование; теперь они не имеют эквивалентов уже с точ-

зрений иностранных языков по Отношению к русскб-' v» 1 Многие из них можно считать своими реалиями для большинства народов СССР.

С не меньшим основанием региональными реалиями

можно считать и множество советизмов, являющих-

я своими реалиями уже не только для советских народов,

и _ в более широких границах — для большинства народов социалистических стран; такие слова, как боль­шевик, райсовет, ударник, смотр художественной само­деятельности, агитпункт и пр., транскрибированные или скалькированные, вошли в соответствующие языки вмес­те со своими референтами. С точки зрения других языков (несоциалистических стран), это интернациональные реалии, фигурирующие в соответствующих словарях и сохраняющие свой советский колорит. Таковы реалии совет (англ, soviet, фр. soviet, нем. Sowjet), колхоз (англ, kolhoz, фр. kolkhoze, нем. Kolchos), большевик (англ, bolshevik, фр. bolchevik и bolcheviste, нем. Bolschewik и многие другие советизмы.

К региональным относятся также группа латиноаме­риканских реалий, группа африканских реалий (может быть, на основе суахили), группа реалий англоговорящих стран, в частности Великобритании и США, а с другой стороны, вероятно, группа реалий стран Британского Со­дружества, группа скандинавских реалий, дальневосточ­ных реалий и др.

3. Интернациональные реалии, как показы­вает термин, 1) фигурируют в лексике многих языков и вошли в соответствующие словари, 2) обычно сохраняют вместе с тем исходную национальную окраску. Если учи­тывать характернейший признак любой реалии — нацио­нальный колорит, противоречивым кажется уже само со­четание слова «реалия» с эпитетом, отвергающим эту национальную обусловленность. И тем не менее, «бывает так, что экзотические слова (у автора, а в нашей терми­нологии реалии — авт.) выходят за рамки одного языка и распространяются (вместе с предметами, обозначае­мыми этими словами) в целом ряде языков, становятся интернациональными словами»2. Автор данной статьи, объясняя распространенность в балканских странах реа­лии гювеч, отмечает ее вхождение в различные языки

1 А. Е. Супрун говорит о «межнациональных группах слов» (указ, соч., с. 52).

60

'Верещагин Е. М., Костомаров В. Г. Указ. соч. Изд. 2-е, с. 82-83.

Добродомов И. Г. Гювеч. — РР, 1969, № 3, с. 95.

61

«вместе с предметом, обозначаемым этим словом». Этот
путь более характерен для заимствования терминов, pea-
лип же, как правило, поступают в лексику другого языка
в отрыве и независимо от отсутствия соответствующего
референта у принимающего народа — через литературу и
в первую очередь, переводную. ' '

Возьмем такое слово, как ковбой. Несмотря на то что всевозможные пастухи имеются, вероятно, в любой стране земного шара, а ковбой — лишь на юге, юго-за­паде США, слово это известно повсеместно.

И еще одна особенность интернациональных реалий: их содержание может отличаться от первоначального, исходного. Тот же ковбой — этимологически (cow+boyj и по существу пастух, гуртовщик, не более; от других пас­тухов его отличает то, что он «конный», хотя конными пастухами могут быть не только ковбои. Но везде, где ковбоев нет (а теперь, пожалуй, и у них на родине), они почти полностью утратили свой исконный пастушеский образ жизни, превратившись в «бесстрашных» авантю­ристов, «героев» бесчисленных американских боевиков — вестернов и приключенческих романов.

Слово сомбреро — по-испански просто «шляпа», го­ловной убор вообще; но для всех нас это головной убор особого покроя, с характерными широкими полями, кста­ти, то же, что ковбойка во втором значении (БАС), или ковбойская шляпа; ср. «из стружки осины создаются мод­ные головные уборы для пляжа типа «сомбреро» (из га­зеты). Шляпу же, по-нашему «типа сомбреро», в Испании зовут «кордовским сомбреро» (sombrero cordobes).

4. Локальные реалии (их можно было бы на­звать еще «местными» и «областными») мы приводили и выше (гл. 1), в примерах из произведений Л. Толстого. В отличие от национальных, они принадлежат не языку соответствующего народа, а либо диалекту, наречию его, либо языку менее значительной социальной группы. С другой стороны, будучи диалектизмами, они обознача­ют и специфические для данной области объекты или отношение к ним, обладая поэтому признаками типичных реалий.

К таким реалиям, наряду с укр. кобзарь, болг. гаду-лар и др., можно, пожалуй, отнести и местное название лаутар — певец-музыкант в Молдавии. В словарях и эн­циклопедиях его нет. Но в статье «Молдавская ССР» в БСЭ мы нашли объяснение его: «Носители традиций мол­давской народной музыки лаутары (от «лэута» или

62

та>> _ название старинного лютневидного инстру-* нта) neB1J-bI и инструменталисты». В 1971 г. был ме авлен кинофильм «Лаутары», точно так же переве-"енный и на болгарский язык. Это — молдавские труба-Дуры или менестрели, которые, однако, в любом тексте останутся лаутарами.

5 Микрореалии — совсем условный термин, ко-орым мы обозначаем такие реалии, социальная или тер­риториальная основа которых уже даже самых узколо­кальных: слово может быть характерным для одного города или села, даже для семьи, не теряя своих особен­ностей и, следовательно, требуя такого же подхода при переводе.

Так, жители Софии используют нередко своего рода эвфемизм — «четвертый километр» — в смысле сума­сшедшего дома или, в том же значении, «Карлуково» (в 4 км от Софии и близ села Карлуково находятся круп­ные психиатрические больницы); такую же роль для Москвы играет «Канатчикова дача».

Рабочих в солеварнях г. Галле (ГДР) звали в про­шлом халлоре (Hallore — от г. Halle). В БИРС это слово с пометой «ист.» толкуется так: «солевар, рабочий на со­леварне (в г. Галле)», хотя лучше было бы сохранить его облик реалии. Кстати, в настоящее время в Галле везде есть куклы и другие сувениры, изображающие со­левара — халлоре.

В Низких Татрах канатная дорога, «по-здешнему «лановка», подвозит туристов., к вершинам»; лановку можно тоже считать реалией, как, впрочем, и иноязычным вкраплением.

Над «семейными реалиями» у нас наблюдений мало, но по-видимому они теснее всего соприкасаются с име­нами собственными. Например, в знакомой семье был не­определенной формы и неопределенного назначения шкаф — не шкаф, буфет — не буфет, который звали «ка­ракатицей»; слово «Щекотун» в «Больших надеждах» Ч. Диккенс пишет с прописной буквы и обозначает им не просто розгу, а точно определенную «трость с навощен­ным концом, до блеска отполированным частым щекота­нием моей спины».

Обобщая сказанное о «местном делении» реалий, хо­чется лишний раз подчеркнуть некоторую условность все­го деления в том смысле, что нередко та или иная реалия Может быть отнесена к разным рубрикам. По-видимому,

63

в уточнении места реалии играет роль и знакомость/не-знакомость (по отношению к чужим реалиям — степень освоенности), показатель, который тесно связан с времен­ным фактором и отнесен нами к следующему разделу классификации.

Интересно в этом отношении сопоставить в границах местного деления две довольно далекие группы, такие как интернациональные и локальные реалии, на примере двух очень близких референтам слов: зеннер и гаучо (оба слова в оригинальном написании — Senner, gaucho). Senner и Senn мы находим в БНРС: первое с пометами «бав.» (баварский), «австр.» (австрийский) и отсылкой ко второму, где после пометы «швейц.» (швейцарский) дается перевод — «альпийский пастух». Слово gaucho в том же словаре транскрибируется, но почему-то во мно­жественном числе — гаучос; объяснение — «южноамери­канский скотовод, пастух». В другом словаре (БАРС) гаучо, также транскрибированное, но уже правильно, в единственном числе, имеет более пространное, но не осо­бенно точное толкование: «скотовод испано-индейского происхождения, живущий в прериях» 1. В толковых слова­рях русского и болгарского языков нет ни гаучо, ни зен­нер; нет их и в СИС и в РЧД, и даже в ЭС и КБЕ. Тем не менее, мы склонны считать, что зенн(ер)—локальная реалия, а гаучо — интернациональная, почти наравне с ковбоем, несмотря на большую популярность последнего (фигурирует в большинстве словарей). Гаучо мы нашли в английских, французских и немецких толковых слова­рях; несмотря на его отсутствие в болгарских справоч­никах, вероятно, нет ни одного болгарского, да и совет­ского мальчика, который не знал бы этого слова; есть по­пулярная сербская песенка о гаучо (композитор Рамбо-сек), переведенная и исполнявшаяся в Болгарии. Извест­ность слова гаучо, точно так же, как и ковбоя, связана, разумеется, не со спецификой его профессии — одной из самых древних и распространенных в мире, а с прису­щим ему налетом романтики («Идеализированный ро­мантический образ свободолюбивого Г. вошел в лат.-амер. лит-ру в 19 в.» — БСЭ); такая же идеализация ха­рактерна и для его североамериканского коллеги ковбоя.

И зенн(ер), и гаучо и ковбой — пастухи, правда, в пазных странах и на разных континентах, на различной высоте над уровнем моря. В болгарском языке имеется множество наименований всевозможных пастухов, глав­ным образом в зависимости от вида скота: овчар, козар, биволар, говедар, кравар, воловар, коняр, магаретар, му-летар, пастир, чобан и т. д., но реалий среди них нет. д вот наименования альпийского, аргентинского и, ска­жем, техасского пастухов мы принимаем в лоно реалий. ц это несмотря на то, что, например, в Болгарии, пасту­хи (чабаны) ведут приблизительно такой же, как у зен-н(ер)ов, образ жизни, тоже на высокогорных пастбищах, подобно им, производят сыр (между прочим, немецкий глагол sennen означает «делать сыр» — БНРС). Тем не менее, при переводе на немецкий язык произведения из жизни таких болгарских пастухов мы не употребили бы слова зенн из опасения придать болгарской действитель­ности не присущий ей колорит. А вот зенн(ер) в перево­де на болгарский язык, в зависимости от случая, либо превратился бы в говедара, утратив часть колорита, но не приобретая нового (это болгарское слово, как было сказано, лишено коннотации), либо сохранил бы свою не­мецкую форму.

III. Временное деление

На основе временного критерия все реалии можно ус­ловно разделить в самых общих чертах на 1) современ­ные и 2) исторические. Чтобы такое деление приобрело реальное содержание, рассмотрим следующие, обуслов­ленные фактором времени, вопросы: 1) связь реалий по предмету и времени и 2) по месту и времени, 3) поступле­ние чужих реалий в язык и 4) один из основных путей такого поступления — через художественную литерату­ру и, наконец, 5) вопрос о знакомости/незнакомости реа­лий, тесно связанный с употреблением реалий вообще и освоением чужих реалий.


65

1 Во-первых, «гаучо» — не скотовод, т. е. «специалист по скотоводст­ву» (MAC), а пастух или батрак на скотоводческой ферме (БСЭ), и, во-вторых, «прерии» имеются только в Северной Америке, тогда как в Южной бывает «пампа».

64

^ Связь реалий по предмету и времени

О том, что статус реалии не всегда является по­стоянным качеством слова, мы писали в самом начале главы. Изменение этого статуса во времени видно на примере перехода терминов в реалии и наоборот — реа­лий в термины и другие, нетерминологические единицы.

Некоторые термины, по той или иной причине, обычно связанной с изменением референта (например, устарева­ние машины), постепенно отходят в область истории, пре­вращаясь в своего рода исторические реалии. Обратный процесс связан также с референтом: для вновь созданной машины, детали для входящего в обиход предмета потребовалось наименование, и его находят в старой, освященной годами реалии, которая, таким образом, ста­новится названием нового референта, иногда утрачивая, а иногда и сохраняя связь с прежним; старое слово начи­нает новую жизнь в виде термина.

Уже хрестоматийным стал пример с самолетом. Быв­ший в свое время лишь ковром (сказочная реалия), он нежданно-негаданно набрал высоту в значении летатель­ного аппарата (термин), а теперь, наряду с гораздо бо­лее совершенными своими братьями и сестрами — раке­тами и спутниками — превратился в элемент обыденной, повседневной речи.

Не менее ярким примером может служить тот же спутник. Разница только в сроках освоения: если в отно­шении самолета от летающего ковра до повседневного транспорта прошло немало времени, то спутник развился в гораздо более сжатые сроки. От первоначального обще­языкового слова до астрономического термина он прошел, правда, довольно длинный путь, но зато уже у нас на глазах вошел в разряд реалий; причем реалия получи­лась весьма своеобразная: для ИЯ это был термин («ис­кусственный спутник Земли»), а в любом иноязычном словаре его можно обнаружить в качестве типичной со­ветской реалии: англ, sputnik, фр. spoutnik, нем. Sputnik, чеш. sputnik, болг. спътник — то есть слово, обозначаю­щее не сателлит вообще, не любой искусственный спутник Земли, а именно запускаемый Советским Союзом '. Впро­чем таково было положение до 1969 г., когда при состав-

1 Ср., например, DQ (1963): «Слово, принятое во всех языках для обозначения искусственных сателлитов, запускаемых Советским Союзом».

66

нци международного многоязычного космонавтиче-ле о словаря была «достигнута договоренность, соглас-с которой термин «спутник» применяется к искусствен-н м спутникам Земли, запущенным в любой стране» ?БСЭ). По существу же слово это — уже не термин, поскольку едва ли есть люди, не знающие и не употреб­ляющие его.

Вот еще несколько примеров. Для своего времени шлем был военным термином (в средневековье), теперь это военная и историческая реалия, но в последнее вре-мя _ и термин, только с иным значением'; а головной убор доблестного рыцаря на голове современного воина обычно называют по-русски и по-болгарски каской.

Аналогичен случай с бригадиром — в прошлом воен­ный чин (от ефрейтора и старшего жандарма до генера­ла), и в этом смысле теперь — историческая реалия. В Советском Союзе и в Болгарии, а также в других со­циалистических странах он приобрел значение «руково­дителя бригады (коллектива, выполняющего определен­ное производственное задание)» (MAC), а в Болгарии, кроме того, и члена коллектива, выполняющего опреде­ленные задачи, обычно на общественных началах — школьники, студенты; и здесь уже трудно причислить сло­во к терминам.

Любопытной реалией, пробивающейся в термины, яв­ляется сауна — яркая финская реалия. Судя по слова­рям, в том числе и СИС (1964), в русском языке это слово почти незнакомо; в переводе англ, sauna и нем. Sauna БАРС и БИРС не дают транскрипции, а объясня­ют его как финская парная баня; в советской печати мы встретили это слово в 1967 г. с достаточно хорошим объ­яснением: «..грешно было бы не посетить финскую баню-сауну. „Мое первое «саунское крещение» состоялось в одной из таких бань»2. В английский и немецкий языки сауна, по-видимому, вошла также сравнительно недавно: в более старых словарях (нем. — 1936, англ. — 1956) мы ее не нашли. В болгарских словарях ее тоже нет, но слово широкой публике знакомо, и, по нашим сведениям, сауна войдет в новое издание словаря иностранных слов в бол-

"•'Специальный головной убор летчиков, танкистов, лыжников и др... (Кожаный ш. и Пробковый ш.)», а также и «Специальное устрой­ство, предохраняющее голову и изолирующее ее от внешней среды. 2 Водолазный ш. Кислородный ш.» (Ож) "1. о.V. 1967.

гарском языке. В западных языках, а в последнее время и в болгарском, сауна уже относительно слабее связана с финской действительностью, приобретая все больше ха­рактер «типа бани», как, допустим, «турецкая баня».

Тога представляется многим лишь одеждой римского гражданина, но в некоторых странах ее носят и в наши дни профессора, адвокаты, судьи при исполнении слу­жебных обязанностей, и это переводчик не должен упу­скать из виду.

Слово легион, обозначая 1) крупную войсковую еди­ницу в Древнем Риме и, позже, 2) различные «войсковые формирования во Франции, Великобритании, Германии, России» (например, Иностранный легион, главным обра­зом, в Северной Африке в XIX — середине XX вв., Поль­ские легионы в XVIII—XX вв. при иностранных армиях), является вместе с тем 3) наименованием созданной и под­держиваемой правительством фашистской молодежной организации в Болгарии до 9 сентября 1944 г., а также, уже в наши дни, 4) названием реакционных гражданских организаций в США (КБЕ), например, «Американский легион»; все эти легионы не имеют никакого отношения к 5) болгарским легиям в Белграде (1862 и 1867 гг.).

^ Связь реалий по месту и времени

Исторические реалии редко бывают оторваны от сво­его национального источника. Это случается лишь когда чужая реалия относится, например, к глубокой древности (Древний Рим, Древняя Эллада): тога, амфора, архонт, остракизм и т. п., когда исторический колорит как бы преобладает над национальным: патина времени как бы скрадывает специфически национальный оттенок. Кроме того, многие из этих реалий приобрели со временем пере­носные значения, перешли во фразеологию, что еще боль­ше ослабило отнесенность их к определенному месту.

Однако многие реалии можно рассматривать в исто­рическом плане, не теряя из виду национальной принад­лежности, вернее, такие слова представляют одинаково исторические и национальные реалии. Слова прапорщик, губерния, земство, обозначая понятия, связанные с рус­ским народом, ограничены и рамками соответствующей эпохи — дореволюционной; к другой эпохе в России •— времена Ивана IV — относятся опричник, местничество, земщина, опала, к той же или более поздней — дьяк, боярин, дума; о ранних годах советской эпохи говорят

68

историзмы ликбез, реввоенкомат, батрачкам, раскулачи­вание, нэпман и др. исторические советизмы.

Изменения в значениях реалий по времени и месту — исключительно важная их особенность, незнание которой существенно искажает в восприятии самого переводчика, а'в результате, разумеется, и в глазах читателя описывае­мую действительность (см. гл. 8 «Аналоцизмы и анахро­низмы» и гл. 10 «Перевод исторических реалий»).





оставить комментарий
страница5/21
А. К. Толстой
Дата27.09.2011
Размер6.3 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   21
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх