50 заседание 271205 icon

50 заседание 271205


Смотрите также:
Закон создать что станок изобрести!...
Заседание II
Заседание II
Заседание III
Заседание III
Заседание делегаций...
Заседание I: Роль и основные функции советов директоров в управлении компанией...
Заседание I: Роль и основные функции советов директоров в управлении компанией...
Заседание I: Роль и основные функции советов директоров в управлении компанией...
Заседание I: Роль и основные функции советов директоров в управлении компанией...
Заседание V: Практический взгляд на отношения с заинтересованными лицами рассмотрение конкретных...
58-е заседание Верховного суда Северной Осетии по делу Кулаева...



Загрузка...
скачать
50 заседание 271205


Тамерлан Агузаров, председатель Верховного суда Северной Осетии:

- Продолжаем рассмотрение уголовного дела в отношении Кулаева Нурпаши Абургкашевича, обвиняемого в совершении преступлений предусмотренных статьями 209 ч.2, 205 ч.3, 30 ч.3, 206 ч.3, 105 ч.2 пунктами: а, в, д, е, ж, з; 30 ч.3, 105 ч.2, пунктами: а, в, д, е, ж, з; 317, 223 ч.3 Уголовного кодекса Российской Федерации. Пожалуйста, секретарь, доложите о явке лиц, вызванных на судебное заседание.

Секретарь:

- На судебное заседание не явились вызванные свидетели: Левицкая, Гуцириев, Аушев, Дзасохов. Не явились по неизвестной причине, хотя были надлежащим образом уведомлены. Никого нет.

Голос из зала:

- Ходатайство можно?

- Можно.

- В связи с существующими разногласиями в судебном заседании по делу Кулаева Нурпаши о времени применения танков: официальное следствие и военные показывают, после 21 часа, потерпевшие, свидетели, заложники, находившиеся в школе, тот же Кулаев Нурпаши показывают после 15 часов. Считаем необходимым для устранения разногласий, пригласить для дачи свидетельских показаний присутствующих во время теракта в Беслане лиц, которые по должностному уставу располагают важными сведениями. 13 декабря 2005 года на судебном заседании по делу Кулаева Нурпаши нами, пострадавшими были заявлены ниже перечисленные лица в качестве свидетелей. Тогда же, 13 декабря в судебном заседании наше ходатайство устно было устранено. Считаем, что наше ходатайство отклонено необоснованно. 20 декабря нами вновь повторено заявление, наше ходатайство о приглашении дополнительных свидетелей. Однако суд даже не стал принимать меры, приобщать ходатайство по уголовному делу. Нам также отказано судом в лице судьи письменно подтвердить свой отказ. Сегодня вновь я то же самое ходатайство зачитываю. Список приглашенных. Это Гайденко, начальник ФСБ Правобережного района, просим пригласить его для дачи показаний по делу Кулаева, так как он непосредственно был начальником ФСБ г.Беслана и имеет прямое отношение как к этому основному делу, так и к делу Кулаева, он может дать важные свидетельские показания, которые должны быть важны не только нам, пострадавшим, но и ген прокуратуре и суду.

- Дальше.

- Нет, Гайденко я прочитала. Я по отдельности каждого буду. Примите Гайденко, потом я дальше буду зачитывать.

- Нет, зачитайте весь список.

- Так я еще обосновала, что мы не понимаем, почему Вы отклоняете, поэтому я каждого свидетеля буду зачитывать отдельно. Отдельно Гайденко. Вот по Гайденко примите постановление, отклоните, я не знаю, или примите.

- Если у Вас список есть свидетелей, которых Вы предлагаете, огласите их вслух. И мы примем по этому списку решение.

- Дело в том, что…

- Дело в том, что Ваше ходатайство и Ваше обоснование есть в протоколе, и записывается в протокол судебного заседания. Поэтому, пожалуйста, продолжите весь список.

- Вот если бы мне было понятно, почему Вы отклоняете конкретно Гайденко, я бы начала читать. Но и мне, и пострадавшим непонятно, почему Гайденко не хотят показания заслушать. Поэтому именно на Гайденко я настаиваю. Дальше я могу уже списком зачитать.

- Пожалуйста, представитель потерпевших.

Представитель потерпевших:

- Поддерживаю.

- Подсудимый.

- Поддерживаю.

- Пожалуйста.

Заместитель прокурора РСО-Алания Аслан Черчесов:

- Ваша Честь, данный вопрос 2 раза уже разрешался. Ходатайство было отклонено. Я остаюсь на той же позиции. В соответствии с 252 ст., регламентирующей президиум судебного разбирательства, в данном случае необходимости в допросе Гайденко по делу Кулаева, считаем нет. и к обвинении. Кулаева это не имеет отношения.

Голос из зала:

- Мы пострадавшие его требуем. Против милиционеров возбудили уголовное дело, а эти, вне закона. Довод прокуратуры не убедителен, Ваша Честь. Мы требуем.

Тамерлан Агузаров, председатель Верховного суда Северной Осетии:

- Суд, выслушав мнения сторон, о приглашении в суд свидетеля Гайденко, постановил ходатайство отклонить.

Голоса из зала:

- Чего они боятся? Что он может сказать такого, что они бояться? Пусть Черчесов нам объяснит, в чем дело. Неужели все на Гайденко замкнулось?

- Кесаева. Уртаев, глава администрации Правобережного района; Габуев, мэр г.Беслана; Сикоев, зам министра МВД. Тоже не имеют никакого отношения? Тихонов, генерал ФСБ, руководитель ЦСН РФ, заместитель руководителя оперативного штаба; Проничев, заместитель директора ФСБ; Анисимов, заместитель директора ФСБ, они были в Беслане. Об этом говорили неоднократно и потерпевшие и свидетели. Об этом говорил в своем докладе Кесаев. Они были в Беслане. Кто-то вел переговоры с террористами, я точно не знаю, кто из них. Кто-то говорил. Может, они говорили с Кулаевым, может с другими террористами, которые погибли. Какие обоснования, чтобы их не вызывать. Вы не хотите пойти нам навстречу. Даже не нам надо. Просто, быть объективными, и все. Не надо нам, как говориться, одолжение делать. Объективность и все. Больше ничего мы не требуем. Калоев, глава ФСБ ЮФО, он был в Беслане, он тоже участвовал в переговорах. Об этом говорили и свидетели, и потерпевшие. Аслаханов, советник президента, 3 числа он приехал. Он был свидетелем и штурма, и может быть и переговоры он тоже вел, участвовал в этом. Неужели это не важно? Только один Кулаев нас интересует. Нас интересует и Кулаев, и все террористы, которые там погибли. По делу Кулаева. И все, которые говорили с террористами. Рошаль, детский врач, участвующий в переговорах. Почему его не вызывают? С кем он говорил? Пусть он даст здесь показания. Вся страна, весь мир знает, что он вел переговоры. Почему его не вызывают? 205 – это что за статья? Валгасов, муфтий РСО-Алания, тоже вел переговоры. Кодзоева, жена Кодзоева, которую привозили для переговоров якобы со своим мужем. Про нее я отдельно я буду говорить. Отдельным ходатайством я попрошу. Уж кто, кто, а Кодзоева имеет отношение к Кулаеву. Они просто все отличаются. Васильев, заместитель директора департамента информационной программы «Вести», член оперативного штаба. Если члены штаба не имеют отношения, зачем вы Левицкую сегодня вызвали? Точно такой де член штаба, как и Васильев. Паньков, заместитель директора ФСБ. Был в Беслане. И об этом говорят и свидетели, и потерпевшие. И в докладе Кесаева упомянут. Шойгу, министр МЧС. 4 числа он был здесь, и может дать показании. Почему 4 числа из школы вывезли все доказательства на свалку? Фрединский, заместитель директора ген прокуратуры. Яковлев, полномочных представитель президента по ЮФО на момент теракта. Вместо Казака был Яковлев тогда. Тогда Казак тоже к нам никакого отношения не имеет, если что случиться. Яковлев был в тот момент полномочный представитель президента. Я не говорю, что он был там. Но давайте послушаем его показания, что он нам скажет. Может какие-то важные сведения. Почему вы занимаетесь укрывательством таких важных свидетелей. Зангионов вел переговоры 1 сентября. Почему его нельзя заслушать здесь? Кесаев, отдельно скажу, что он как председатель комиссии, он составил доклад. Его доклад неофициальный, да. И ген прокуратура не признала его. Но официальная газета опубликовала этот доклад, газета парламента Северной Осетии. Это газета официальная. Я прошу этот доклад приобщить. Но это я уже суду говорю, чтобы приобщили доклад Кесаева к протоколу по делу Кулаева. Бадаев, правозащитник. В прошлый раз Тотоонти Израил говорил, что он был в Беслане. Тоже участвовал в переговорах.

- С кем он участвовал в переговорах?

- Вот давайте спросим его.

- Давайте всех, кто был в Беслане пригласим.

- Бигулов, прокурор, который сказал, 1 числа, что 600 человек заложников. и тем не менее продолжали говорить про 354. Давайте его спросим здесь, почему он говорил 600 в 11 часов 1 сентября, а 2 дня подряд продолжали говорить про 354. Громов, сотрудник администрации президента; Песков, заместитель пресс-секретаря президента. Именно от этих людей пошла цифра – 354 человека. Я прошу суд пойти нам навстречу. Мы ничего противозаконного не требуем. Не загоняйте нас в угол. Я очень прошу вас. Мы очень законопослушные граждане. Мы ничего противозаконного, вот ни 1 человека нет, которого нельзя было бы сюда вызвать и допросить. Я еще раз прошу понять нас, и принять наши законные требования. И еще раз настаиваю на том, если вы не будете принимать наши законные ходатайства, мы выйдем на улицу. Я вам в прошлый раз говорила, и еще раз повторяю.

Голос из зала:

- Почему Шепель вчера выступил по телевизору, все так построено. Почему директор школы не сидит рядом с Кулаевым? Что это? Следствие не закончено, а идет суд. Это спектакль идет! Суд если идет, то все, которые виноваты, чтобы сидели вот за этой решеткой! Что это такое?! Сколько можно смотреть на наши слезы! 118 тысяч дали, нате вам, за ваших детей! За нашу кровь! А вы успокоились! Пусть приведут тех, которых можно спросить, и узнать, что происходило, как происходило. Вы этого нарочно не хотите! Потому что у них дети дома! Потому что вы не прочувствовали горе тех людей, которые вот это испытали! Если бы у вас умерли у кого-нибудь, вы так не сидели бы! По-другому делали бы все! А у меня 3 умерли, не умерли, убили! Ели бы хоть убили, мы бы хоть посмотрели на них. А то, горсть пепла! Это не суд, это спектакль идет. Это исполнители! Мы вчера, после Вашего выступления, сделали вывод, что штаб работал нормально. Это идет к тому, что основного дела не будет. Мы уже умные стали. Между прочим, все эксперименты должны проводить в нашем присутствии. Если штаб работал нормально, значит, виновных нет. виновны наши дети, наши родители, наши братья. А мы за себя не ручаемся. Вот эти дни, это наши наверное наши самые тяжелые дни. Вы пойдите на кладбище! Женщины елки наряжают на кладбище! Вы детям своим тоже на кладбище наряжаете?! Неужели вы наше состояние понять не можете?! Никому дела нет! мы стали бездомные! Один не виноват, другой не виноват! А кто виноват?! Кто-то должен заплатить за это! Нам этого не достаточно. Уже такое ощущение, что Кулаева тоже специально оставили, чтобы на него отыгрались. А если бы Кулаева не было, кто бы там сидел?!

Представитель потерпевших:

- Ваша Честь, большинство из перечисленных лиц являются сотрудниками правоохранительных органов, должностными лицами, сотрудниками силовых структур, которые находились на момент теракта в Беслане. Они могли бы многое прояснить по происходящему во время теракта, и по каким-то своим должностным обязанностям. Все таки могут сказать. Вот у прокуратуры часто возникает вопрос: Кулаева видели? Возможно видели и Кулаева. Возможно видели, как задерживали Кулаева. То есть, у прокуратуры тоже возникают часто эти вопросы, и мы бы могли выяснить и эти вопросы, допросить этих свидетелей. Поэтому просим удовлетворить ходатайство.

Голос из зала:

- Тома читать, нам они нужны!

Заместитель прокурора РСО-Алания Аслан Черчесов:

- Ваша честь, мне бы хотелось сейчас обратиться к потерпевшим. Вот обвинят и нас, и руководителей. Необходимо признать, что в настоящее время нет такого специалиста, нет таких людей, нет такого государства в конце-концов, которое способно эффективно противостоять терроризму. Это надо признать, это действительно реалии нашего дня. Послушайте, никто от этого не застрахован, никто не может дать гарантий. Никакой специалист, никакое ведомство, никакое государство.

Голос из зала:

- Не гарантируйте, свидетелей вызовите этих.

- Что касается ходатайства, как и предыдущее, 2 раза оно отклонялось. Большинство из тех лиц, которые названы в ходатайстве, они допрашивались. Их допрос есть в рамках основного дела. По делу Кулаева ничего там представляющего интерес нет. поэтому необходимости в их допросе в рамках дела Кулаева, я считаю, нет. потому что их допросы есть в основном деле. На объем обвинения Кулаева показания этих свидетелей никоим образом не влияют. В связи с чем прошу ходатайство отклонить.

Представитель потерпевших:

- Ваша Честь, можно? Список свидетелей, которых вдвинула прокуратура, обвинение, при ознакомлении с материалами уголовного дела, эти лица тоже допрашивались как свидетели. Я лично ознакамливался с материалами этого дела. И никто из них тоже ничего не мог сказать по подсудимому Кулаеву. Та же Левицкая, которую мы сейчас ожидаем, тот же Аушев, Дзасохов. Поэтому мы считаем, что возможно эти лица видели тогда Кулаева и могут что-то сказать о его действиях.

Тамерлан Агузаров, председатель Верховного суда Северной Осетии:

- Кто видел.

- Ну, Левицкая же видели.

- Кого видела?

- Кулаева.

- Когда?

- Ну, раз на свидетель обвинения, то скорее всего она может что-то сказать о действиях Кулаева.

Голоса из зала:

- Мы детей похоронили, детей. Может вам не понятно?! Замученных, сожженных. Кулаева по скольким статьям судят? Каждый раз это перечитывают. Несколько пунктов он закона нарушил, и его судят. Он ходатайствовал, чтобы вызвали Мужахоеву и Ганиева, их тут же привезли, не смотря на то, что их надо было итапировать. Он преступник. А мы, потерпевшие, просим, умоляем. Наши ходатайства отклоняют. Это что за закон?

- Не все.

- Основные ходатайства отклоняют. Кулаев, может ты им это ходатайство от себя зачитаешь? Может тогда суд его примет?

- Суд, выслушав мнения сторон, в вызове в суд следующих свидетелей: Гайденко, Уртаева, Габуева. Сикоева, Тихонова, Проничева, Анисимова, Калоева, Аслаханова, Гуцириева, Рошаль, Валгасова, Кодзоеву, Васильева, Панькова, Шойгу, Громова, Пескова, Яковлева постановил ходатайство отклонить.

Голос из зала:

- Доводы прокуратуры считаем необоснованными. И то, что говорят, что это не имеет отношения к делу Кулдаева, Кулаев представляет всю банду, и действия Кулаева, они характеризуют действия всей банды. Все эти люди были свидетелями, и мы считаем, что они имеют отношения. Я хочу огласить ходатайство. Мы требуем истребовать из материалов дела аудио кассеты и другие записи переговоров с террористами. Требуем истребовать и ознакомить потерпевших с переговорами, которые велись с террористами.

- Представители?

- Поддерживаем.

- Подсудимый.

- Поддерживаю.

- обвинение.

Заместитель прокурора РСО-Алания Аслан Черчесов:

- Мы планировали рассмотреть все аудио материалы, которые приложены к уголовному делу, все материалы, которые в уголовном деле, они здесь есть. Так что по любому мы их будем рассматривать, прослушивать. Они есть в уголовном деле. К этому этапу мы еще не пришли.

- голос из зала:

- А как вы тогда можете утверждать, кто вел переговоры, как вел переговоры, с кем велись переговоры.

- На данном этапе необходимости нет.

- По любому мы это будем делать, это есть в уголовном деле.

- Аудио материалы, это записи. Не видео материалы.

- Все что делалось, это все приложено к уголовному делу, они есть. То есть, к этому этапу мы приступим и все просмотрим.

- Удовлетворите ходатайство.

- Суд, выслушав мнения сторон, об истребовании из материалов дела записи переговоров с террористами, с целью оглашения в судебном заседании, постановил ходатайство удовлетворить. Есть еще ходатайства?

Голос из зала:

- Почему не обеспечили явку свидетелей. Вот Дзасохова, Левицкой. И до каких пор это все будет, мне не понятно! Прокуратура, чем вы занимаетесь?! Может кто-то объяснит мне, чем прокуратура до сих пор занималась.

- Нузаева, у Вас ходатайство?

- У меня нет ходатайства. Я хочу знать, почему до сих пор прокуратура не работает.

- Кесаева. Вот то ходатайство, которое вы отклонили, прошу приобщить к протоколу. Письменно Вы не можете мне отказать?

- В материалах дела это есть. Когда протоколы будут готовы, Вы их получите.

- Когда суд закончится, да?

- Когда протокол будет готов.

- Вот отдельно. И к суду это имеет отношение, и к Шепелю. полный список заложников и пострадавших в террористическом акте. Я не могу добиться полный список заложников, пострадавших, признанных ген прокуратуры. Это у вас есть.

Заместитель генерального прокурора России на Северном Кавказе Николай Шепель:

- У прокуратуры есть. У Баева есть.

- Знаете, списки Баева, они устаревшие. Насколько мне известно, списки заложников и пострадавших пополняются. Это сказали мне ваши следователи. Поэтому, почему вы нам не даете. Если не даете списки, значит есть смысл нам не давать, препятствия.

- Никаких препятствий.

- Ну, дайте списки.

Тамерлан Агузаров, председатель Верховного суда Северной Осетии:

- Переходим к исследованию письменных доказательств.

Голоса из зала:

- Не надо нам!

- Я ж говорю, мы будем исследовать письменные доказательства, и одновременно обеспечивать явку свидетелей. Как только они явятся, пожалуйста, обвинение, обеспечьте явку, мы будем их допрашивать. И в то же время я не хочу, что вы сейчас вставали и уходили. У нас время.

- Вот этот список, Вы же не против фактически. Если мы их приведем, Вы их допросите?

- Кого?

- Вот этих свидетелей. Есть 2 вида вызова свидетелей. Либо по повестке, либо, если мы их приведем. Так Вы себе представляете, если я Фрединского приведу, или там Тихонова. Разве это не нарушение наших прав? Я не могу их привести. Но вы же не против, чтобы они дали показания. Так напишите им повестки. Начальник райотдела правобережного района, Айдаров, за 3 недели, он на должности был только 3 недели. И он оказался на скамье подсудимых, на него возбуждено уголовное дело. Мне просто не понятно, объясните, а начальник ФСБ Гайденко, мы, в качестве свидетеля, не можем дробиться вот здесь чтобы он дал показания. Пусть расскажет, как его повысили в должности после этого!

- Зачем вам надо?

- Нам надо! Я у него сидела в 12 часов 1 сентября, рисовала ему чертеж школы. Я ег8о просила, чтобы он его отнес. Пусть он нам расскажет, почему он не защитил наших детей, почему не предотвратил теракт. Он же отвечал за безопасность. Пусть придет!

Голос из зала:

- Можно я задам один вопрос. Вот этот вопрос у меня давно возник и не дает покоя. Вы говорите, что основное дело, основное дело еще даже не начато. И вот Николай Иванович по телевидению неоднократно, в частности и вчера, высказал такое мнение, что штаб работал удовлетворительно. Ну, если уже есть такие выводы, зачем тогда основное дело? Он имеет право, или он испытывает наше терпение? Он имеет право преждевременно давать вот такие выводы.

Заместитель генерального прокурора России на Северном Кавказе Николай Шепель:

- Уважаемые потерпевшие, я хочу сказать вам, я огласил часть выводов экспертного заключения. Я никаких комментариев не давал, это выводы специалистов. Это заключение, правовая оценка, на 2 листах. Поэтому я никаких выводов не делал. Кроме всего, я еще раз хочу сказать, все заявления подобного плана, они рассматриваются судом, они не относятся к объему обвинения Кулаева. И дело основное, и переговоры, и сведения по самой операции, все это есть в деле, и мы, как я говорил, обязательно уведомим всех потерпевших и общественность с ходом расследования этого дела, и о результатах расследования.

Голоса из зала:

- Оставьте Кулаева! Кулаев нам не нужен! Вы наших детей не спасли. Хорошо, он поехал, дали ему дорогу, они там 3 дня были! Меня Кулаев уже не интересует! Да надоело уже в конце концов, Кулаев!

- Я полагаю, что для того, чтобы завершить дело, Ваша Честь, в отношении обвиняемого Кулаева, надо исследовать материалы этого дела. В том числе и записи, и видео материалы.

- переговоры не имеют отношения к Кулаеву!»

- Другого закона нет. и вы это должны понимать.

- У кого я должна спросить, за что убили? В чем был виноват мой 15-летний сын?! Ответьте хотя бы мне, я уйду. Я его в школу послала рано утром, сама разбудила, спал он сладко.

- Я Вам говорю, 1 из них подсудимый, 31 уничтожены.

- Почему он проехал свободно?!

- Вы знаете, по этому поводу уголовное дело находится в суде в отношении, как мы полагаем, преступной халатности работников милиции.

- А вы что сделали за 3 дня?! Да вы хуже террористов! Правильно замечание нам делают. Давайте слушать друг друга. Я встала, дайте мне пока высказаться. Я не удовлетворена Вашим ответом. Потому что ни Колесников, ни Вы не имеете преждевременных выводов делать никакого права. Я это заявляю от лица всех потерпевших. И Колесников заявил, что ни директор школы не виновата. Какое вы имеете право делать такие выводы. И я Вам громогласно без истерики заявляю, что мы никогда не свернем со своего пути. Даже звери мстят за своих детей. Я не призываю к мести. Но мы, пусть даже это будет стоить нам жизни, мы не свернем с этого пути. Ни сегодня, так завтра мы узнаем правду. У меня пока все.

Голос из зала:

- Можно я тоже скажу? Николай Иванович, Вы говорите, что сейчас идет суд над Кулаевым. Извините, Кулаев представитель банды террористов. И я он несет ответственность за всю банду. И действия банды все нужно исследовать. Если действия оперативного штаба исследует экспертиза, то действия террористов, они исследуются в суде. Вы исследуете. Мы с вашими исследованиями не согласны, мы считаем его не объективным. Идет исследование здесь, в суде. Значит, все остальные, которые должны пролить какой-то свет, они должны быть допрошены.

Заместитель генерального прокурора России на Северном Кавказе Николай Шепель:

- Безусловно. Уважаемые потерпевшие, мы ходатайство это, которое было представлено в суде по делу Кулаева, которое суд отклонил, я обещаю, на следствии мы это ходатайство удовлетворим.

- Если Вы считаете, что мы затягиваем процесс, то мы так не считаем. Допрос свидетелей, которые мы считаем необходимо пригласить на судебное заседание, не затянет процесс. Если для Вас он затягивается, то для нас не затягивается. Мы находим в себе силы приходить на процесс и задавать вопросы, и участвовать в этом процессе. Мы считаем это дело важным для себя и важным для государства. И поэтому мы будем настаивать. Если процесс, Вы считаете, затягивается, пусть он затягивается. Но пусть он будет объективным. Истина дороже.

Голос из зала:

- Николай Иванович, Вы говорите, что эксперты дали заключение. Эксперты, это люди, у которых есть опыт в какой-то деятельности…

Тамерлан Агузаров, председатель Верховного суда Северной Осетии:

- Мы после процесса поговорим.

- Нет. мне это не надо. Скажите пожалуйста, сколько подобных терактов эти эксперты оценили?

- У нас сейчас не вопросы и ответы. Вы можете задать этот вопрос заместителю генерального прокурора после процесса.

- А он уезжает сразу. Заместителю генерального прокурора мы написали ходатайство, без нас не проводить никакие эксперименты. И что?

Заместитель генерального прокурора России на Северном Кавказе Николай Шепель:

- Это ходатайство не обосновано законом.

- А законы только для нас написаны?

- Для всех.

- Я бы не сказала, что для всех. Почему основные свидетели сюда не являются, если законы для всех? Где Аушев? Почему он не пришел в суд дать показания. Когда на 5 день зашли в школу, объективного расследования здесь не будет. Потому что объективного расследования не было. Вы должны были в эту школу в течении года никого не пускать, пока каждую дырку вы не обследуете. Вам это не надо было. И вот результаты! Мы нашли все доказательства вон, на карьере. И кассеты их, и бритвы их, и рюкзаки их. Все доказательства вы выбросили, потому что это вам не надо было. Не нужно нам материалы дела читать! У меня уже такое ощущение, что у нее вообще детей нет! вот у нас не было нового года, наравне с нами вы тоже не будете встречать новый год! Мы вам тоже праздник сделаем! Не хочу я это! Вызвали бы сегодня, кого надо было! Мы законопослушные, а почему они не законопослушные граждане?! Законы только для нас писаны наверное! Что я от вас хочу, скажите, за что убили, почему убили, кто убил моего ребенка?! За что убили наших детей?! Ребенка я в школу послала. На мой вопрос дайте мне ответ. На сегодняшний день прокуратура несет ответственность, потому что, неявка свидетелей. Каждый день нас завтраками кормят! Встречать новый год будем здесь. У нас нет нового года! Да в конце концов! Всех мы стесняемся! А это нигде не надо. Нас никто не постеснялся! Затоптали наших детей, убили как могли! 3 дня была возможность у вас спасти этих детей! И нам не дали! Никто не пошевелился! Замучили их! И сейчас прикрываете их. Не виноваты, пусть явятся в суд, и дадут показания. Нам уже мерещится, вы не понимаете?! Мы каждый день с ума сходим! Или: свидетелей оскорбляем, надо же! Дзугаева мы оскорбляем! Не буду я теперь уже успокаиваться. Все! Мне уже все равно! Я до сих пор не знаю, буду жить ли не буду жить! Мне уже все равно! Мы все так! Все в таком состоянии! Вот 4 потерпевших явились из больницы, они лежат в больнице! Они явились! А здоровые люди, чиновники, гос служащие, они считают возможным не явиться в суд! После того, как было написано несколько повесток. Их надо итапировать как Мужахоеву! Вот призовите их к ответственности. Сегодня суд сорван из-за неявки. Сейчас мы уже не в состоянии ничего слушать! Кулаев, террористом тоже вы его сделали. Жизнь наша такая. Он террористом не родился! Мы скоро станем такими! Пусть прокуратура решает! Шепелю некогда, интервью раздает! До сих пор я ответ не услышала, почему Кулаев свободно проехал! Может кто-нибудь из вас знает?! Даже на это вы не можете нам ответ дать. Если бы за полтора года хотя бы один виновный извинился…Мы не профессионалы, мы знали, что это дело нельзя выделять, это одно общее дело. А профессионалы этого не знали, да?!

Тамерлан Агузаров, председатель Верховного суда Северной Осетии:

- Давайте мы продолжим работу.

- Не будем! Не надо нам вот это! То, что мы там слышали, это мы от каждого слышим каждый день. Материалы дела мы тоже читали.

- Мы их должны исследовать.

- Мне нужно то, что за 3 дня почему не спасли детей. Мне Кулаева не надо! 3 дня чем вы занимались?! Больше мучений создали! Можно было это в конце 1 дня сделать, штурм! Эти дети боль не чувствовали, они только пить просили! Умирали от ран, а пить просили! Этого состояния вы никогда не поймете. Мы воду нормально пить не можем. Я себе не могу простить, что я своего ребенка утром разбудила, не могу я себе это простить. Я себя виноватой считаю! Первым долгом я виновата! Я не могу уже! Я в жизни никогда не болела! Все, суд сорван сегодня. Почему Дзасохов н является. Президент, который гарант Конституции, клятву давал, где он?! Если бы вы хотели…

- Мы будем обеспечивать. Успокойтесь пожалуйста.

- Мы это уже 2 месяца слышим. Не успокоимся! Я сказала, мы в могилах только успокоимся! Вы говорите, ускорить судебный процесс, чтобы быстренько все просмотреть, прослушать. Вот пусть явятся, как говорит сторона обвинения, основные свидетели, мы их выслушаем. И потом мы больше не будем на суд ходить, все. Что мы хотели, мы узнаем, и вы быстренько закончите суд. Все. Очень легко все можно сделать. Вам достаточно 3 заседаний, чтобы вызвать вот этих, которых мы требуем, и чтобы мы уже послушали их и успокоились. Насколько можно успокоиться. 60 свидетелей по какому принципу собрали?

- Кесаева, Вы этих свидетелей по какому принципу собрали?

- По принципу того, что они были в Беслане. По принципу показания свидетелей и потерпевших. Не будем, нет! заседание сорвано. Сидим здесь. Новый год будем здесь встречать! Не хочу я ничего!




Скачать 165,68 Kb.
оставить комментарий
Дата17.10.2011
Размер165,68 Kb.
ТипЗаседание, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх