Протокол судебного заседания по уголовному делу №1-23/10 icon

Протокол судебного заседания по уголовному делу №1-23/10


Смотрите также:
Протокол судебного заседания по уголовному делу №1-23/10...
Протокол судебного заседания по уголовному делу №1-23/10...
56 заседание судебного процесса по делу милиционеров...
Защита по уголовному делу Львова...
87 заседание судебного процесса по делу милиционеров Правобережного ровд...
19 июля 2010 года – 10 часов 00 минут...
Дело №22-730/1 Постановление о частичном удовлетворении замечаний защитника на протокол...
Об утверждении мирового соглашения и прекращении производства по делу...
Заседание было открыто молитвой в 12: 56. Протокол предыдущего заседания...
Заседание было открыто молитвой в 14: 05. Протокол предыдущего заседания...
Заседание было открыто молитвой в 13: 04. Протокол предыдущего заседания...
Заседание было открыто молитвой в 13: 00. Протокол предыдущего заседания...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6
скачать


ПРОТОКОЛ СУДЕБНОГО ЗАСЕДАНИЯ

по уголовному делу № 1-23/10


11 августа 2010 года – 10 часов 00 минут.

Судебное заседание продолжено.

Судом ставится вопрос о замене секретаря судебного заседания Мышеловой О.И. на секретаря судебного заседания Астафьеву А.Ю.

Председательствующий разъясняет сторонам их право заявить отвод.

Отводов не заявлено.

Суд,

Постановил:

Произвести замену секретаря судебного заседания Мышеловой О.И. на секретаря судебного заседания Астафьеву А.Ю.

Секретарь судебного заседания докладывает о явке вызванных в суд лиц.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: – доставлен.

Подсудимый Лебедев П.Л. – доставлен.

Защитник Дятлев Д.М. – не явился.

Защитник Клювгант В.В. – явился.

Защитник Левина Е.Л. – не явилась.

Защитник Москаленко К.А. – не явилась.

Защитник Терехова Н.Ю. – явилась.

Защитник Лукьянова Е.А. – не явилась.

Защитник Грузд Б.Б. – не явился.

Защитник Шмидт Ю.М. – не явился.

Защитник Сайкин Л.Р. – не явился.

Защитник Краснов В.Н. – не явился.

Защитник Купрейченко С.В. – явился.

Защитник Липцер Е.Л. – не явилась.

Защитник Мирошниченко А.Е. – явился.

Защитник Ривкин К.Е. – не явился.

Защитник Сапожков И.Ю. – не явился.

Государственный обвинитель Шохин Д.Э. – не явился.

Государственный обвинитель Лахтин В.А. – явился.

Государственный обвинитель Ковалихина В.М. – не явилась.

Государственный обвинитель Ибрагимова Г.Б. – не явилась.

Государственный обвинитель Смирнов В.Н. – явился.

Потерпевший Белокрылов В.С. – не явился.

Потерпевший Демченко В.М. – не явился.

Представитель потерпевшего Гришина Т.Ю. – представитель Федерального Агентства по управлению государственным имуществом – не явилась.

Представитель потерпевшего Щербакова И.Л. – представитель Федерального Агентства по управлению государственным имуществом – не явилась.

Представитель потерпевшего Петрова И.Е. – представитель Федерального Агентства по управлению государственным имуществом – не явилась.

Представитель потерпевшего Ларионов Р.А. – представитель Федерального Агентства по управлению государственным имуществом – не явился.

Представитель потерпевшего Чернега Д.С. – представитель Федерального Агентства по управлению государственным имуществом – не явился.

Представитель потерпевшего Курдюкова Н.А. – представитель Федерального Агентства по управлению государственным имуществом – не явился.

Представитель потерпевшего Узалов И. – представитель Компании «Sandheights Ltd» – не явился.

Представитель потерпевшего Пятикопов А.В. – представитель ОАО НК «Роснефть», ОАО «Томскнефть» – не явился.

Свидетель Золотарев П.С. – явился.

Остальные свидетели не явились.

Участники процесса надлежащим образом уведомлены о месте и времени проведения судебного заседания, суд не располагает сведениями о причинах их неявки.

Судом ставится вопрос о возможности продолжить судебное заседание при данной явке.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: не возражаю.

Подсудимый Лебедев П.Л.: не возражаю.

Защитник Клювгант В.В.: не возражаю.

Защитник Терехова Н.Ю.: не возражаю.

Защитник Купрейченко С.В.: не возражаю.

Защитник Мирошниченко А.Е.: не возражаю.

Государственный обвинитель Лахтин В.А.: не возражаю.

Государственный обвинитель Смирнов В.Н.: не возражаю.

Суд,

Постановил:

Продолжить судебное заседание при данной явке.

^ Допрос свидетеля Золотарева П.С.

Свидетель Золотарев Петр Сергеевич, 30 июня 1965 года рождения, уроженец г. Москвы, работаю генеральным директором в ООО Управляющая компания «Росводоканал», зарегистрирован по адресу: г. Москва, Романов переулок, дом 3, кв. 91а.

Свидетель Золотарев П.С.: чувства неприязни к подсудимым не испытываю, причин для оговора нет.

Председательствующий разъясняет свидетелю его права в судебном разбирательстве, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, положение ст. 51 Конституции РФ.

Свидетель предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу и в случае его последующего отказа от этих показаний.

Председательствующий предупреждает свидетеля об ответственности по ст. ст. 307, 308 УК РФ, а также разъясняет примечание к ст. 307 УК РФ.

Свидетель Золотарев П.С.: права понятны.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: Петр Сергеевич, для начала я Вас прошу рассказать суду, какую работу Вы выполняли в компании «ЮКОС»? Суд интересует период работы «ЮКОСа» с 1998 по 2004 год.

Свидетель Золотарев П.С.: я был приглашен на работу в компанию «ЮКОС» и приступил к работе в конце ноября 1999 года в качестве создаваемого в тот момент начальника управления консолидированной финансовой отчетности. В дальнейшем, проработал я в этой должности до конца ноября 2002 года. В период моей работы управление было преобразовано в управление консолидированной финансовой отчетности и планирования. Моим непосредственным руководителем в это время являлся главный финансовый директор компании господин Мишель Сублен, который приглашал меня на работу. В дальнейшем после его ухода из компании я был переподчинен господину Мезамору, а в дальнейшем господину Энтони Грогу, который подчинялся господину Мезамору и должность его, по-моему, называлась финансовый контролер. В дальнейшем, после увольнения, ухода из компании Энтони Грога, эту должность занял господин Франк Ригер и подчинялся какое-то время ему.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: до какого года Вы работали в должности начальника управления консолидированной отчетностью?

Свидетель Золотарев П.С.: до ноября 2002 года.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: а далее?

Свидетель Золотарев П.С.: далее я был переведен в «ЮКОС РМ».

Подсудимый Ходорковский М.Б.: на какую должность?

Свидетель Золотарев П.С.: в должность финансового директора «ЮКОС РМ».

Подсудимый Ходорковский М.Б.: и до какого года Вы там работали?

Свидетель Золотарев П.С.: я проработал до конца ноября 2004 года. В годы работы начальником управления к моим обязанностям относилось: организация управления, создание управления. Управление было создано с моим приходом, до моего прихода существовал отдел. На первом этапе управление было создано из трех функциональных отделов, в дальнейшем оно разрослось до пяти отделов. Отделы курировали вопросы консолидации финансовой отчетности «ЭП», один отдел курировал и занимался отчетностью «РМ». Был отдел методологии, в дальнейшем был создано подразделение информационных технологий, занимавшееся информационной поддержкой и методологией. Еще один отдел появился, когда была передана функция планирования и бюджетирования.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: в то время когда Вы работали финансовым директором «ЮКОС РМ» в чем заключались Ваши должностные обязанности?

Свидетель Золотарев П.С.: в мои обязанности входило руководство финансовыми службами «ЮКОС РМ», вопросы, связанные с планированием, финансовой отчетностью, координацией деятельности предприятий и я, по-моему, с какого-то периода исполнял обязанности президента «РМ».

Подсудимый Ходорковский М.Б.: это в конце было где-то?

Свидетель Золотарев П.С.: да, это где-то в финале. По-моему с февраля 2004 года.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: Петр Сергеевич, поскольку Ваша работа была достаточно сложной, я просил бы Вас при ответах на мои вопросы сосредоточиться на том, что рассматривается в данном суде. Для этого я Вам сейчас процитирую и поясню обвинительное заключение, что рассматривается в данном суде, а уважаемые прокуроры, если я скажу что-то не точно, меня поправят. Меня не обвиняют ни в налоговых, ни в должностных преступлениях. Это здесь не рассматривается. Что я Вас просил бы сделать, отвечая на мои вопросы. Суду важно разделить, что я делал как должностное лицо «ЮКОСа» в интересах «ЮКОСа» как юридического лица, оттого что я делал в личном качестве, для себя лично, лишь прикрываясь своими должностными полномочиями. Выяснить были ли такие ситуации, чтобы я распоряжался нефтью «ЮКОСа» и доходами «ЮКОСа» помимо органов управления «ЮКОСа», помимо совета директоров, помимо общего собрания, помимо своих должностных полномочий, как личность, в своих интересах. Процитирую Вам обвинительное заключение, страница 92, 93, я обвиняюсь: «В противоправном безвозмездном изъятии и завладении вверенной нефти, реализации похищенной нефти и изготовленных из нее нефтепродуктах. Общий объем похищенной нефти 350 миллионов тонн». Страница 61, 69 я обвиняюсь в: «Распоряжении этим, чужим имуществом, то есть нефтью как своей собственностью». Страница 74, 84, 92: «Из суммы выручки от реализации нефти и нефтепродуктов, в результате направления части денежных средств на финансирование предприятий занятых нефтедобычей (только нефтедобычей), в распоряжение организованной группы было обращено». Вся остальная сумма полагается обращенной в распоряжение организованной группы. Это важно сейчас суду будет от Вас узнать. Поэтому я прошу на этих аспектах обращать Ваше внимание, когда будите отвечать на мои вопросы. Сообщите, пожалуйста, суду, в то время когда Вы занимались составлением консолидированной отчетности компании «ЮКОС» или руководили финансовой службой подразделения «ЮКОС РМ» возникала ли ситуация, когда вся или значительная часть (когда я говорю о значительной части – это 50 и более процентов) выручки от реализации нефти и нефтепродуктов «ЮКОСа» скрывалось от совета директоров «ЮКОСа» или о факте ее получения не информировалась общественность, через средства массовой информации в рамках опубликования основных данных консолидированной отчетности. Что Вам известно о таких обстоятельствах?

Свидетель Золотарев П.С.: ничего не известно. Мне такие факты не известны.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: сообщите, пожалуйста, суду, была ли возможность, если бы такие факты имели место человеку, находящемуся в Вашей должности их не заметить? Если такая возможность была, то поясните, пожалуйста, механизм.

Свидетель Золотарев П.С.: на мой взгляд, такой возможности не было в связи с тем, что многоуровневая система контроля, которая существовала в компании и на оперативном уровне, как я понимаю, и на консолидационном уровне вывела бы расхождения, и рвало бы баланс и ведомости, то есть фактически этого сделать было невозможно. Более того, помимо внутренних процедур контроля и аудита, была очень сильная аудиторская проверка, которая проходила практически в перманентном режиме. И главное, она проходила не раз в году, процедура контроля осуществлялась на ежеквартальной основе, так как компания готовила ежеквартальную финансовую отчетность, и аудиторы практически постоянно присутствовали в компании и имели доступ к документации. Мы составляли оборотные ведомости при подготовке. Это техническая процедура управления консолидированной финансовой отчетности не создает первичных регистров учета, пользуется материалами бухгалтерских служб в юридических лицах, которые входили в компанию, но технически разрыв материальных и финансовых потоков был бы выявлен, очевидно. Этого не происходило. Балансы сводились с большой тщательностью. Именно поэтому в компании внедрена была информационная система, чтобы убрать ручной труд и обеспечить качество сведения такого большого массива цифровых данных.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: уточните, пожалуйста, для суда, когда Вы говорили об аудиторах, которые практически перманентно присутствовали в компании, говорили ли Вы о компании аудиторской, имеется в виду «PricewaterhouseCoopers», и не могли бы Вы уточнить, какое количество сотрудников «PricewaterhouseCoopers» одномоментно находилось на различных участках компании?

Председательствующий: у меня просьба, предыдущий Ваш ответ, поясните, когда Вы говорите об аудиторах, то есть, Вы имели в виду, что они имели доступ постоянно ко всем данным информационной системе, которая была создана в замену ручного труда, я Вас правильно понял?

Свидетель Золотарев П.С.: и к информационной системе тоже имели доступ, да.

Председательствующий: а что еще, кроме информационной системы, Вы имели в виду?

Свидетель Золотарев П.С.: первичные данные они истребовать могли, для этого они писали письменный запрос.

Председательствующий: то есть, имели возможность истребовать.

Свидетель Золотарев П.С.: да. Они ксерокопировали материалы.

Председательствующий: то есть, имели неограниченный доступ к первичным данным?

Свидетель Золотарев П.С.: практически неограниченный.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: если уж заговорили о первичных данных, поясните, пожалуйста, суду, а они имели возможность, а фактически они истребовали первичные данные, они туда заглядывали?

Свидетель Золотарев П.С.: да, существовал регламент взаимодействия, они писали письменный запрос с перечнем документов, который им был необходим, и эти документы мы в течение установленного срока, я сейчас не могу точно сказать, сколько уходило времени на это, предоставляли либо в ксерокопированном варианте, но, как правило, они имели доступ к оригиналам и сами ксерокопировали документы. Количество работавших представителей «PricewaterhouseCoopers», во-первых, у них был этап полевых работ, когда они выезжали во все подразделения компании. В момент полевых работ, когда шел сбор первичных документов, численность, может быть, была значительная – два десятка человек. Мне приходилось контактировать в основном с руководителями. В текущем режиме 7, может быть, 10 человек могли присутствовать в компании. Им выделялось отдельное помещение, они были в постоянном контакте с представителями управления и функциональных служб, которые аудировали.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: уточните, пожалуйста, к тем подразделениям компании «ЮКОС», в которые представители «PricewaterhouseCoopers» выезжали на этапе полевых работа, относились ли добывающие предприятия компании «ЮКОС», и какие добывающие предприятия?

Свидетель Золотарев П.С.: да. К ним относились все добывающие предприятия – «Юганскнефтегаз», «Самаранефтегаз», «Томскнефть», «ЗМБ», «Западно-малобалыкское», это было совместное предприятие с венгерской компанией «МОЛ».

Подсудимый Ходорковский М.Б.: другие не принципиальны.

Свидетель Золотарев П.С.: возможно, были какие-то другие, более мелкие.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: уточните, пожалуйста, этот этап, так, как Вы его называли, полевых работ, сколько времени в течение года он продолжался, и проходил ли этот каждый год?

Свидетель Золотарев П.С.: этап начинался с марта месяца, когда были подготовлены уже на местах бухгалтерские книги, российские бухгалтерские книги, были получены подтверждения из ЦДУ, все маршрутные телеграммы собраны, когда уже все данные были готовы, и готова была практически налоговая отчетность, уже на этой фазе начинался выезд по плану специалистов. Мы для этого готовили приказ в компании, сопровождали специальными регламентами информационными, сроков пребывания, планов, какие документы они изначально должны подготовить, чтобы все было готово на местах, с требованием подготовить рабочее помещение, связь и все необходимые условия. Далее, этап этот должен был завершаться где-то в апреле, потому что в апреле они приезжали, проводили уже работу здесь, в московском офисе. В течение года, в середине кварталов выезды на предприятия, я сейчас точно не могу вспомнить, были, может быть, не были, может быть, какие-то отдельные были задания. Сейчас регулярность не помню. Работа в центральном офисе продолжалась параллельно с нашей работой по подготовке отчетности, и затем они уходили в свой офис, и брали наши материалы уже, и свои материалы, задавали вопросы, интервью, какие-то неточности, расхождения, все это мы должны были устранять, выявленные какие-то вопросы, ошибки, если большой массив данных. Большой массив раскрытия данных.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: уточните, пожалуйста, этот этап, он происходил каждый год в течение того времени, что Вы работали?

Свидетель Золотарев П.С.: с того момента, как я пришел в компанию, с 2000 года, это была норма. Ужесточались все время условия, сроки, требования аудиторов. Мы начали, по-моему, с 2000 года делать квартальный отчет. Это потребовало еще большего напряжения работы.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: мой первый вопрос относился к нефти и к выручке от реализации нефти и нефтепродуктов. Сейчас я Вас прошу ответить на вопрос, относящийся к прибыли компании или к доходу от реализации нефти и нефтепродуктов за вычетом сумм, уплаченных по договорам купли-продажи нефти. Вопрос следующий. Скажите, пожалуйста, возникала ли ситуация в Вашей работе, когда вся прибыль «ЮКОСа», то есть доход от реализации нефти и нефтепродуктов за вычетом сумм, уплаченных по договорам купли-продажи нефти, скрывался бы от органов управления и акционеров компании «ЮКОСа», чтобы эти денежные средства были израсходованы мной лично, на мои личные нужды, или чтобы приобретенное за счет этих денежных средств имущество (речь идет о масштабе в обвинительном заключении около 20 миллиардов долларов) не было бы отражено в балансе «ЮКОСа» как собственность «ЮКОСа»? Скажите, пожалуйста, что Вам известно о таких обстоятельствах.

Свидетель Золотарев П.С.: мне о таких фактах ничего не известно.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: скажите, пожалуйста, если бы такой факт имел место, имеется в виду о доходе за вычетом определенной части расходов, был израсходован на что-то, что потом не нашло бы своего отражения в балансе компании? Могли бы Вы, находясь в Вашей должности, не заметить, что такой факт имел место быть?

Свидетель Золотарев П.С.: по моему мнению, такое практически нереально, невозможно, потому что помимо меня этим занималось большое количество специалистов, в том числе руководители отдельных подразделений. Система была построена таким образом, что составлялся отдельно сегмент «РМ», «ЭП» и центра, и количество специалистов, которые бы выявили разрыв в оборотах или уход куда-то средств, был бы очевиден. То есть, технически это было бы невозможно. Выход за периметр должен был быть четко раскрыт, объяснен, иметь соответствующий анализ на связанных сторон, в общем, и быть подтвержден аудиторами, потому что все существенные обороты, все абсолютно проверялись аудиторами.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: когда Вы сейчас сказали о существенном обороте, проверяемом аудиторами, уточните, пожалуйста, для суда, под оборотом имели ли Вы в виду платеж, и если Вы имели в виду, в том числе, и платеж за пределы периметра, периметра консолидации, то, какого масштаба платеж представлялся для аудиторов существенным? Если Вам это известно.

Свидетель Золотарев П.С.: я сейчас не смогу точно вспомнить рубеж этот, оборота, 5% или 3, я сейчас не могу вспомнить реально, что было существенным на тот момент, но я бы сказал, что это не только касается денежных средств, это касается и материальных потоков. Во всяком случае, то есть, любые возникшие дебиторы, это было бы выявлено.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: то есть, говоря о критерии существенности, Вы имеете в виду порядок 3-5 процентов?

Свидетель Золотарев П.С.: да, я думаю.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: и Вы говорите не только о денежных платежах, но и о движении материальных ресурсов?

Свидетель Золотарев П.С.: да.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: расскажите, пожалуйста, суду, что Вам известно об использовании консолидированной прибыли «ЮКОСа»? Я имею в виду, как в части распределенной, так и в части нераспределенной прибыли. Что Вам известно об ее использовании?

Свидетель Золотарев П.С.: я не могу конкретно об этом что-то высказываться, потому что все, что было методологически, мы осуществляли консолидацию тех юридических лиц, которые входили в периметр корпорации, и дальнейшие, мы не относились к казначейским операциям, мы ими не занимались, мы не принимали никаких решений, мы всего лишь фиксировали события, отраженные в первичных источниках, в первичных бухгалтерских регистрах. Наша задача была методологически составить эти регистры, дальше трансформировать их из стандартов РСБУ в стандарты US GAAP, осуществить консолидацию, выявить внутренний оборот, составить все вот эти ведомости, для того чтобы обороты взаимные, осуществить их вычитание и сложить все прибыли, потому что прибыли все складываются, если взаимные обороты между участниками одной корпорации имеют вычитание, не учитываются, учитывается только внешний оборот, то прибыли все складываются, они суммируется, как и убытки суммируются. Поэтому очень много точек контроля существует в этой системе, на каждом технологическом переделе. Тем более что это было все информатизировано, и стремились к тому, чтобы никакой утечки материальных данных не было, чтобы это была достоверная информация.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: Петр Сергеевич, то, что Вы сейчас сказали, я просил бы Вас пояснить на одном примере. В обвинительном заключении имеется некая цепочка. Там много, но я один пример приведу. Добывающая компания «Юганскнефтегаз» продает добытую нефть компании «Ратибор». При этом компания «Юганскнефтегаз» получает какой-то доход, какую-то прибыль. Компания «Ратибор» продает нефть компании «Фаргойл», при этом «Ратибор» тоже получает какой-то доход, какую-то прибыль. Компания «Фаргойл» в свою очередь продает нефть компании «Routhenhold», которая на экспорт нефть, тоже получая какой-то доход и какую-то прибыль. И компания «Routhenhold» продает нефть, например, заводу «МОЛ» в Венгрии, тоже получает какой-то доход, какую-то прибыль. Скажите, пожалуйста, то, что Вы объясняли по составлению консолидированной отчетности, что здесь будет элиминироваться, и что здесь будет складываться?

Государственный обвинитель Лахтин В.А.: Ваша честь, я прошу уточнить вопрос. Или пусть Михаил Борисович Ходорковский, как подсудимый, зачитывает часть обвинительного заключения со ссылкой. Если это часть вопроса. Нам непонятно – это часть вопроса? То в таком случае он не имеет право ссылаться на обвинительное заключение, для того чтобы свидетель фактически анализировал обвинительное заключение, поскольку свидетель не является ни автором обвинительного заключения, ни человеком, ответственным за его подписание. Пусть Ходоровский переформулирует вопрос без ссылок на обвинительное заключение, раз он не ссылается на весь текст обвинительного заключения.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: поясните, пожалуйста, что в этой цепочке суммировалось, и что в этой цепочке элиминировалось?

Свидетель Золотарев П.С.: правила консолидации и будут в этом случае работать следующим образом, что все внутренние обороты будут взаимоисключаться, и в конце будут только внешние обороты в результате, то есть только внешняя реализация. А сумма прибылей, полученных на каждом этапе перехода имущественных прав или каких-то сделок, транзакций, будут суммироваться. Таким образом, в конце, в результате консолидации мы получим внешнюю реализацию. Реализацию сторонним покупателям, и сумму прибыли или убытков, полученных в результате всех этих операций.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: я привел Вам некий пример. Скажите, пожалуйста, практически в Вашей работе Вам приходилось сталкиваться с обработкой подобного рода цепочек сделок?

Свидетель Золотарев П.С.: я лично этим не занимался, этим занимались функциональные подразделения.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: чьи?

Свидетель Золотарев П.С.: входящие в управление «ЮКОС ЭП», «ЮКОС РМ», которые совместно с подразделениями соответствующих дивизионов компании выверяли все обороты, получали все данные, выверяли все эти обороты и составляли сегментную отчетность, то есть, частью консолидированной отчетности была сегментная отчетность по дивизиону «ЭП», дивизиону «РМ». Соответственно, реализация нефти относилась к производству нефти, производство и реализация нефтепродуктов к «РМ» относилась.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: поясните, пожалуйста, суду, Вы упоминали термин «периметр». Я не услышал, говорили ли Вы просто «периметр» или «периметр консолидации».

Свидетель Золотарев П.С.: тавтология.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: кто определял периметр консолидации, по каким это делалось признакам? Я сейчас говорю не обо всех, а о существенных, что наиболее существенно было, для того чтобы принять решение о включении в периметр консолидации или невключении в периметр консолидации, и кто проверял или принимал участие в проверке этого решения?

Свидетель Золотарев П.С.: на момент моего прихода в компанию фактически периметр компании, корпорации существовал, в дальнейшем, или он уже существовал, я сейчас не помню, но он, по-моему, совершенствовался, была какая-то одна из редакций, может быть, их было много редакций, регламентов по включению в периметр компании тех или иных обществ. На самом деле, это был регламент по созданию обществ. Если создавалось какое-то юридическое лицо, над которым был контроль компании, то этот регламент предусматривал ряд функциональных подразделений для их согласования, но для нас, например, согласование заключалось только в том, что мы были проинформированы о том, что создается в компании новое юридическое лицо, и что оно должно быть поставлено на учет, что оно начнет действовать с такого-то числа и, соответственно, с такого-то числа мы начнем получать его финансовую, бухгалтерскую и производственную отчетность, потому что мы собирали не только финансовый, но и материальный баланс, потому что они имели значение для целого ряда экономических расчетов, и представления, анализа, экономического анализа, который готовился в рамках консолидированной отчетности корпораций.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: правильно ли я Вас понял, что Вам обозначалось, какая компания должна быть включена Вами в периметр консолидации, и по компании, включенной в периметр консолидации, Вы начинали получать финансовую отчетность?

Свидетель Золотарев П.С.: да. Это было общекорпоративное правило. Мы получали в соответствии с политикой и регламентами, я сейчас не помню, как назывался документ, но был такой документ, и мы только определяли, какое подразделение будет заниматься, к какому сегменту это относится, устанавливался срок, вводилось соответствующее распоряжением в информационной системе, и дальше уже проскользнуть нельзя. А мы предоставляли списки на ежеквартальной отчетности, потому что «PricewaterhouseCoopers», мы выпускали квартальную отчетность, неаудированную. Аудиторское заключение не готовилось ежеквартально, оно готовилось раз в год. Но процесс аудиторской проверки осуществлялся ежеквартально, и отчет, о ней изучив, он выходил, выпускался в некотором более, менее сжатом, более сжатом объеме, информация, что они его просмотрели. Но это означало, что мы ничего изменить в предыдущем квартале уже не сможем, то есть, даже передвигать между периодами времени было уже практически нереально. Такая патологоанатомия.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: уточните, пожалуйста, проверял ли аудитор, если Вам это, конечно, известно, основания, по которым произведено включение компании в периметр консолидации? То есть, проверял ли он документы о наличии фактического контроля над этими компаниями со стороны органов управления компании «ЮКОС»?

Свидетель Золотарев П.С.: я не могу сказать однозначно, я знаю, что у них был доступ к юридическим файлам, мы писали письмо, как основной интерфейс общения с ними, и направляли запросы юридической службе или службам, которые отвечали за отдельные участки работы. У них был помимо юридической формы проверки еще чисто материальный баланс, они сразу бы выявили, с кем происходят обороты, и, в принципе, им даже не было это необходимо, они приходили, задавали сразу вопрос: «У Вас совершился оборот, Вы ввели новую компанию». И, соответственно, шел запрос, и там все очень четко просто.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: Вы сейчас рассказали суду о процедуре, по которой компании вводились в периметр консолидации «ЮКОС» и далее учитываются в консолидированной отчетности. Были ли у Вас примеры, когда компании исключались из периметра консолидации «ЮКОСа», и по какой процедуре это осуществлялось, если такие у Вас примеры были?

Свидетель Золотарев П.С.: я сейчас не могу сказать, по-моему, процедура существовала, но я не помню случаев исключения. Не могу вспомнить.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: то есть, примеров исключения каких-то компаний, однажды введенных в периметр консолидации…

Свидетель Золотарев П.С.: я не помню.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: я просил бы все-таки еще уточнить суду, что означало, если Вам это известно, включение в периметр консолидации той или иной компании с точки зрения управленческого контроля со стороны органов управления компании «ЮКОС» в отношении этой компании? Что это означало?

Свидетель Золотарев П.С.: демонстрация контроля прописана в стандартах. Это либо более 50 плюс 1% акций, либо возможность назначать менеджмент, управленческий контроль, либо существенно влиять на жизнедеятельность такой компании. А юридических каких-то инструментов, они не обязательны, обязательна возможность влиять на эту деятельность.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: то есть, можно ли Вас понять, что включение компании в периметр консолидации означало заявление органов управления «ЮКОСа», что они оказывают существенное влияние или скажем таким термином, контролируют данное предприятие?

Свидетель Золотарев П.С.: да.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: то есть, это таким образом и воспринималось?

Свидетель Золотарев П.С.: в принципе, да. Я пытаюсь вспомнить, это было давно очень. Там, какие-то нюансы, я от этой практики с 2002 года отошел.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: прошу представить свидетелю для обозрения том 131 л.д. 302-304 копию документа под названием «Список компаний, показатели которых включены в консолидированную финансовую отчетность ОАО «НК «ЮКОС».

Подсудимый Лебедев П.Л.: не возражаю.

Защитник Клювгант В.В.: не возражаю.

Защитник Терехова Н.Ю.: не возражаю.

Защитник Купрейченко С.В.: не возражаю.

Защитник Мирошниченко А.Е.: не возражаю.

Государственный обвинитель Лахтин В.А.: не возражаю.

Государственный обвинитель Смирнов В.Н.: не возражаю.

Суд,

Постановил:

Ходатайство подсудимого Ходорковского М.Б. удовлетворить, представить свидетелю для обозрения том 131 л.д. 302-304 копию документа под названием «Список компаний, показатели которых включены в консолидированную финансовую отчетность ОАО «НК «ЮКОС».

Свидетель Золотарев П.С. обозревает том 131 л.д. 302-304 копию документа под названием «Список компаний, показатели которых включены в консолидированную финансовую отчетность ОАО «НК «ЮКОС».

Подсудимый Ходорковский М.Б.: этот документ предоставлен прокуратуре компанией «PricewaterhouseCoopers» по их запросу. Поскольку там много что написано, я Вам хочу пояснить цель, какой вопрос я для Вас сформулировал. Я прошу Вас посмотреть на этот список, освежить его у себя в памяти, припомнить, действительно ли компании, которые я Вам назову, включались в периметр консолидации компании «ЮКОС»? Нас волнуют не все компании, естественно, а только те, которые упомянуты в обвинительном заключении. Значит, можете ли Вы вспомнить компанию «Ю-Мордовия»?

Свидетель Золотарев П.С.: была такая компания. Здесь она в списке. Я помню такую компанию. Она есть в списке.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: я Вам список дал просто для того чтобы Вы освежили в памяти, с учетом того, что это было давно. Сейчас, естественно, спрашиваю у Вас не по списку. Такие компании – «Routhenhold», «Pronet» и «Petroval».

Свидетель Золотарев П.С.: да, они включались.

Подсудимый Ходорковский М.Б.: компания «Ратибор», «Спрай», «Терра». Что Вы помните?

Свидетель Золотарев П.С.: первую я помню, а вот те как-то не на слуху.




оставить комментарий
страница1/6
Дата17.10.2011
Размер1.41 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6
хорошо
  1
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх