Феномен социальной справедливости icon

Феномен социальной справедливости


Смотрите также:
Литература агапова Е. Н...
Пособие для работников по адвокации и социальной справедливости Technical Idea: Iman Mandour &...
Идея социальной справедливости в свете русской этико антропологической философской традиции (на...
А. арендаренко...
Основные идеи, направления, функции социальной мысли...
Дискуссия о проблеме рационального обоснования социальной справедливости в западной философии...
Общая социально-экономическая характеристика муниципального образования городской округ...
Автореферат диссертации на соискание ученой степени...
План работы Общественная палата Российской Федерации Комиссия по социальной политике...
Проблема справедливости в истории и современности: социально-философский аспект...
«Новая эра социальной справедливости»...
Лекция Социальная дифференциация и неравенство Вопрос Понятие социальной дифференциации и...



На правах рукописи




Кочергин Михаил Сергеевич




Феномен социальной справедливости.


Специальность 09.00.11 -социальная философия.


Автореферат


диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук


Тверь 2007




Диссертация выполнена на кафедре психологии и философии и кафедре «управления рисками и страхование»
Тверского государственного технического университета



Научный руководитель доктор философских наук, профессор

Евстифеева Елена Александровна


Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

Яблокова Наталья Игоревна

кандидат философских наук, доцент
^

Герасимов Николай Дмитриевич



Ведущая организация: Военная академия воздушно-космической обороны (г. Тверь)


Защита состоится «19»октября 2007 г. в 15.30 часов на заседании диссертационного совета по философским наукам К 212.263.05 в Тверском государственном университете по адресу: 170000, Тверь, ул. Желябова, д. 33.


С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Тверского государственного университета по адресу:

170000, Тверь, ул. Скорбященская, д.44а.


^ Автореферат разослан «12»сентября 2007 г.


Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат философских наук,

доцент С.П. Бельчевичен

^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования.

Тема справедливости остается вечной и дискуссионной в философской мысли. Обострение интереса к феномену справедливости в современной теоретической мысли вызвано появлением новых социальных проблем – глобализации, множественности социальных рисков, конфликтов и др., а также высвечиванием новых граней традиционных проблем. Речь идет о проблеме Другого, где справедливость как «беспристрастность без принципов» предполагает радикальную асимметрию между Я и Другим, или, о философии диалога и сопряженных с ним вопросов ответственности, доверия, желаний (их отклонений), которые индуцируют в свою очередь важнейшую социальную проблему качества жизни.

Еще Платон с трудом отстаивал слово справедливость от его изворотливого и переменчивого употребления софистами. Современный философский и междисциплинарный дискурс о справедливости подтверждает многозначность, многомерность, неопределенность этого концепта. Так, П. Рикер видит кульминационную точку справедливости в тех случаях, когда трагизм происходящего не дает возможности строгого применения норм, но заставляет черпать из источников здравого смысла, лежащего в основе цели изначального желания «жить хорошо с другими и для других в справедливых институциях».

Справедливость - это добродетель, не отделимая от мудрости. Она увязана с благоразумием как способностью распознавать истинное правило в трудных обстоятельствах действия. Мышление справедливости ведет к диалогу, доверию, миру. Сегодня вся этическая проблематика, сопряженная с темой справедливости, представлена в модусах таких традиций как этика блага, продолжающая учение Аристотеля, морали долга (деонтологическая этика), продолжающая кантианскую линию, утилитаристская, этика дискурса, этика ответственности, а также практическая мудрость, сталкивающаяся с ситуациями неопределенности. Так, биоэтика, где сегодня контекстуально верифицируются принципы справедливости - представляет собой «перекресток», где деонтологическая этика встречается с утилитаризмом, с ситуациями неопределенности и конфликта, где трансцендентальное проходит апробацию в реальном и где справедливое, как выражается П. Рикер, напрямую имплицируется в «невыраженных положениях кодексов».

Этос справедливости демонстрирует себя в таких социальных феноменах, как ответственность, доверие, желания, которые манифестируют намерения, принципы, нормы, права в наличной социальной жизни. Этос определяет способ социокультурного бытия людей, раскрывает сущностные социальные связи, отношения человека к себе, Другому. Сегодня наблюдается трансформация ответственности, меняется диапазон ответственности, происходит сдвиг объекта ответственности на Другого. Порождается ответственность без вины. Ответственность увязывается с солидарностью, риском, безопасностью, страхованием.

Сегодня характерной социальной интенцией становятся мстительные поиски ответственного, что для любых договорных отношениях порождает подозрительность и недоверие, и что подрывает весь капитал доверия, на котором зиждутся все поручительные системы, лежащие в основе договорных отношений.

Безудержный рост социальных (политических, экономических, правовых, психологических) ситуаций несправедливости, рост безответственных деяний, тотальные спекуляции на доверии, роль в этих ситуациях отклоненного и трансформированного желания, понятого как организующее начало в поведении индивида и социума, ставит вопрос об интеракции справедливости, ответственности, доверия, желания.

Исследовательское внимание к теме справедливости потребовало выделения этического, экономического, психологического ракурсов изучения справедливости, которые, с нашей точки зрения, рельефно демонстрируют современные презентации социальной справедливости в свете наличных социальных проблем.

Представленное исследование можно рассматривать как теоретическую попытку анализа темы социальной справедливости, в пределах философского, этического, экономического, психологического дискурсов и взятого в фокусе таких феноменов как ответственность, доверие, желание.

^ Степень разработанности проблемы.

В философской и научной литературе существует традиция изучения справедливости, ее философских, этических, экономических, политологических, социально-психологических аспектов.

В исторической ретроспективе понимание справедливости связывалось с мифологическими, натурфилософскими, религиозными представлениями. Первые социально- философские трактовки феномена справедливости содержатся в трудах Платона и Аристотеля. В Новое время Т. Гоббс, Б. Спиноза, Д. Локк разрабатывали концепцию справедливости. И. Кант анализировал справедливость в сфере нравственности. Г. Гегель считал справедливость предметом философии права. В русской философии к феномену справедливости обращались И. Ильин, Н. Бердяев и др.

Теоретическое исследование морального феномена справедливости представлено в трудах таких авторов как, Платон, Аристотель, И. Кант, У. Джемс, И. Бентам, Д.С. Милль, и др. Современный этический дискурс представлен работами Дж. Ролза, Ю. Хабермаса, Г. Йонаса, Г.Э. Энском, А. Бадью, Р.Г. Апресяна и др.

Современный философская дискуссия по теме справедливости разворачивается в трудах таких мыслителей как Дж. Ролз, П. Козловски, Р. Нозик, П. Рикер, Ю. Хабермас, К.-О. Апель.

Особенности экономико- этических и социологичесикх аспектов толкования содержания понятия справедливость, в призме феноменов ответственности, доверия, желания мы нашли в трудах. А. Смита, М. Вебера, Г. Зиммеля, Ф. Фукуямы, К. Эрроу, Дж. Ролза, Р. Нозика, Ф. Хайека, М. Фридмана, А. Риха и др. Работы «Экономика и социология доверия/ под ред. Ю.В. Веселова (2004); «Панорама экономической мысли ХХ столетия /Отв. ред. Д. Гринуэй, М. Блини, И. Стюарт (2002) способствовали рефлексии экономических параметров справедливости, ответственности, доверия.

Идею конвертируемости справедливости, ответственности, доверия, желания автор усмотрел в исследованиях П. Рикера, Ф. Фукуямы, Ж. Бодрийяра, С. Московичи.

Осмысление значения ответственности для современного толкования справедливости, ее условий осуществления было вызвано изучением общефилософских и специальных работ таких авторов, как И. Кант У. Джеймс, И.А. Ильин, Л. Леви-Брюль, Р. Маккион, М. Фуко, Н. Луман, Ю. Хабермас, Х. Йонас, П. Рикер, М. Полак, А.А. Гусейнов, Ю. Шрейдер, М.А. Солодкая, С.М. Кочергин и др.

Экспликации роли доверия как имманентного признака справедливости, способствовали философские и научные идеи Э. Гидденса, К. Эрроу, С. Московичи, А. Селигмена, Э. Фромма, Ф. Фукуямы, Э. Эриксона, и таких отечественных авторов, как Е.А. Евстифеева, В.П. Зинченко, Б.З. Мильнер, Т.П. Скрипкина и др.

В оценке современного философского толкования концепта справедливость автор опирался на работу П. Рикера «Справедливое» (2005). Идеи автора «Справедливое» составили стержень рефлексии сюжетов диссертационного исследования.

Обращение к феномену желания, который выступает модератором переживаний справедливого/несправедливого, и организующим началом в поведении индивида и жизни общества, предшествовало философское и междисциплинарное его изучение по работам Платона, З. Фрейда. М. Шелера, Ж. Лакана, Э. Левинаса, М. Фуко, Ж. Делеза, Ф. Гваттари, Ж. Бодрийяра, П. Рикера и др.

Основными источниками изучения психологической природы справедливости стали такие материалы как: Психология и культура./ Под ред. Д. Мацумото. (2003); Лейнг К., Стефан У.Дж. Социальная справедливость с точки зрения культуры (2003); Л.М. Соснина. Тенденции исследования справедливости в зарубежной социальной психологии (2006); О.А. Гулевич, Е.О. Голынчик. Условия выбора норм дистрибутивной справедливости (2004) и др.

Этос справедливости как «практическая философия», исследующая характер, мотивацию, оценки, поступки человека в социальной реальности, представляет важный эмпирический базис для философских исследований современного социального бытия.

Теоретическая дискуссионность, методологическая множественность и практическая значимость проблематизации темы социальной справедливости обусловили выбор темы исследования, объект которой – феномен социальной справедливости , а предмет – дискурс и этос справедливости, представленный ответственностью, доверием, желанием.

^ Цель диссертационной работы – анализ феномена социальной справедливости в контексте проблем социального бытия.

Задачи исследования:

  • раскрыть многоплановое содержание понятия справедливости с учетом релевантных понятий и в контексте социальных проблем;

  • отрефлексировать этический, экономический, психологический дискурсы по теме социальной справедливости;

  • актуализировать роль и значение ответственности, доверия, желания для толкования проблемы справедливости;

  • выделить психологические границы феномена социальной справедливости.

^ Методологические основы исследования определяются задачами анализа проблемы и структурой диссертационной работы. В работе применяются социально-философские и общенаучные принципы познания, синергетическая парадигма, герменевтическая методология, междисциплинарный анализ, ситуационный подход, методы изучения релевантного теме материала.

^ Эмпирическую базу диссертационного исследования составляют теоретические и практические материалы из области практической философии, экономической, социально психологической деятельности, материалы по теме справедливость, опубликованные в последние годы в профессиональных журналах – «Вопросы философии», «Психологический журнал», «Человек», « Мониторинг общественного мнения», «Социс».


^ Научная новизна исследования заключается в:

  • в рефлексии многоаспектности и многомерности феномена социальной справедливости, транслируемого историко-философской мыслью и современным социогуманитарным знанием;

  • в проблематизации философского, этического, экономического дискурсов о справедливости;

  • в выявлении этоса справедливости, который демонстрирует себя через ответственность и доверие; а анализе показана конвертируемость справедливости, ответственности, доверия; в интерпретации желания как модератора справедливости;

  • в экспликации психологической природы социальной справедливости, в раскрытии особенностей кросс-культурного толкования справедливости.


^ Основные положения диссертации, выносимые на защиту.

1.Историко-философская традиция связывает понимание справедливости с такими понятиями как равенство, право, общественный договор, свобода, долг. Начиная с античности справедливость мыслилась в парадигме всеобщего универсализма, основанного на принципах. Начиная с И. Канта философский дискурс увязывает социальную справедливость с рефлективным суждением, идентичностью, аутентичностью. Справедливость рассматривается как нейтральность, беспристрастность, честность. Различается беспристрастность как применение формального принципа и ситуативная беспристрастность которая в свою очередь имеет два толкования. Позиция нормативного универсализма, коренящаяся в определяющем суждении, инициирует деонтологический подход. Парадигма частного универсализма, основанная на рефлективном суждении, трактует справедливость как «беспристрастность без принципов» и фундируется идеалом равенства как неразрешимым пределом. Современный философский дискурс увязывает справедливость с неопределенностью, локальностью, ситуацией, контекстом.

2. Сегодня вся этическая проблематика, сопряженная с темой справедливости, представлена аристотелевской, деонтологической, утилитаристской этиками, этикой дискурса, этикой ответственности, прикладной этикой (биоэтикой, бизнес-этикой и др.). Справедливость есть добродетель. Так считали Сократ, Платон, Аристотель, И. Кант, Г. Гегель. Модель распределительной справедливости предполагает радикальную форму равенства, ценностное равенство между действующими субъектами. Каждая жизнь столь же существенна, значительна, достойна уважения, как и моя. При любых обстоятельствах надо принимать во внимание намерения, интересы, верования и требования других. Справедливость как добродетель ориентирована на других – в той мере, в какой другие добродетели принимают во внимание существование, потребности и требования другого. С деонтологических позиций (Дж. Роулз «справедливость как честность») принцип приоритета правильности над благом запрещает максимизацию общего блага средствами, которые наносили бы несправедливый ущерб находящемуся в невыгодном положении меньшинству. Справедливость провозглашает себя в качестве первой добродетели социальных институтов. В утилитаристской этике, где польза отождествляется с благом, справедливость редуцируется к пользе. Биоэтика представляет собой «перекресток», где деонтологическая этика встречается с утилитаризмом, с ситуациями неопределенности и конфликта, где трансцендентальное проходит апробацию в реальном и где справедливое напрямую имплицируется в «невыраженных положениях кодексов» (П. Рикер)

Сегодня в экономическом пространстве бизнес-этика занимается этическим регулированием предпринимательской деятельности с двух позиций -утилитаризма и деонтологии. В экономическом дискурсе социальная справедливость измеряется такими инструментами, как ответственность, доверие, желания, качество жизни.

3. Этос справедливости преломляется в таких реалиях, как ответственность, доверие, желание, которые манифестируют намерения, принципы, нормы, права в повседневной социальной жизни. Сегодня идея ответственности выводится из вменяемости (П. Рикер). Субъект права, справедливости должен быть вменяемым (подлинным автором) или ответственным (считать себя ответственным за свои действия). Идея ответственности без вины (вина сегодня заменяется риском, безопасностью) возникла через механизм страхования, когда индивидуальное управление виной заменилось социализированным управлением риском. В моральном плане произошел сдвиг объекта ответственности. Доверие, понятое как социальный и экономический механизм, удостоверяет пространство социальной справедливости. На доверии держутся все обмены, все контакты, все договоры. Современные социальные проблемы и дискурс требуют обсуждения темы справедливости (как полной, осуществленной жизни) в терминах желания. Интерпретация справедливого как объекта желания ставит вопросы распознавания природы, отклонения, трансформаций, декодирования социальных желаний.

4. В современной психологии исследуются психологические (аффективные - страх, гнев, печаль, отвращение, стыд, вина, зависть, - и когнитивные -восприятие, самооценка- ) и поведенческие (конструктивные и разрушающие –месть, агрессия) реакции, а также личностные и групповые реакции на несправедливость. Наиболее исследуемой в психологии остается дистрибутивная справедливость, измерение которой верифицирует проблему возникающего напряжения и конфликтности на индивидуальном, межгрупповом, межличностном уровнях. Сегодня известна кросс-культурная модель справедливости, где проблема выборов критериев справедливости требует учета социокультурных детерминант и тенденций глобализации. Модель показывает, что справедливость и мораль могут носить одновременно универсальный и культурно-специфический характер. В условиях культурного многообразия соблюдение принципов справедливости предотвращает межкультурные конфликты. Культурные различия часто мешают взаимопониманию и являются препятствием для межкультурного диалога.


^ Апробация результатов работы.

Диссертация обсуждалась на кафедре психологии и философии и кафедре «управление рисками и страхование» Тверского государственного технического университета. Основные диссертационные результаты доложены на международном форуме «Проекты будущего: междисциплинарный подход» 16-19 октября 2006г. (г. Звенигород), на 5-ой Международной конференции "Психология и эргономика: единство теории и практики" (23августа 2007г., Тверь).

Основные результаты исследования изложены в четырех статьях.


Структура и объем работы.

Диссертационная работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы, Объем -139 страниц.


^ ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность темы диссертации, дается характеристика степени ее разработанности. Сформулированы цель и задачи исследования, определяются объект и предмет изучения, обозначается методологическая основа диссертации, раскрывается ее новизна и практическая значимость, изложены основные положения, выносимые на защиту.

^ Глава первая. «Справедливость как объект философского, этического, экономического дискурсов» посвящена истолкованию социальной, этической, экономической природы справедливости.

В первом параграфе 1.1. «Справедливость в пространстве релевантных понятий» показано, что понятие «справедливости»! получает смысл среди таких релевантных понятий (таким способом компенсируется его многозначность) как равенство, право, общественный договор, свобода, долг. Понятие «справедливость», транслируемое философскими, этическими, религиозными, политическими, экономическими, психологическими учениями, выражает меру соответствия сущего должному в границах норм и ценностей.

В античной философии к справедливости обращаются в связи с темой античного полиса. Античный полис берет свое начало с реформ Солона, когда появляется идея номоса, который должен в согласии с правом (Дике) занять место прежнего порядка. Полис конституируется как правовая общность свободных и равных. Индивидуальная свобода и гражданское равенство связаны с частной собственностью, политические права соизмеряются с доходами. В параграфе показано, что равенство, начиная с Солона, –становится синонимом справедливости. Критерий дифференциации основан на понятии общественных благ. Справедливость управляет распределением на равные или неравные части. В античности справедливость мыслилась в парадигме всеобщего универсализма. Платон был первым философом, использовавшим понятие «справедливость» для обоснования существующего миропорядка. Космос рассматривался им как порядок, конституированный идеей блага. Понятие «справедливости» трактуется как равновесие или гармония. Платон наделял справедливость такими характеристиками как сверхчувственность, всеобщность, неизменность, необходимость. В справедливости укоренена проблема естественных ее оснований и их соотношения с социальными институтами. В Сократических диалогах у Платона несправедливое - to adikon – выступает впереди справедливого. Справедлив тот, кто не совершает несправедливости, и даже тот, кто считает, что лучше подвергнуться несправедливости, чем совершить ее. По Платону –«наисправедливейшая жизнь есть наисчастливейшая». Политическая проблема есть проблема соответствия справедливости и счастья, согласно Платону.

В Никомаховой этике, Аристотель пишет, что справедливое - to dikaion - есть то, что сообразно закону, и то, что соблюдает равенство; а несправедливое - to adikon – то, что противно закону и чему недостает равенства. Аристотель связывает справедливость и добродетель правосудия. Аристотель, выделяя формальную структуру справедливости, разделяет ее на уравнительную и распределительную. Уравнительная справедливость предполагает воздаяние равным за равное, уравнение того, что является предметом обмена, эквивалентного восстановления попранных кем-то прав человека. Такая справедливость имеет безусловный, универсальный характер. Согласно Аристотелю распределительная справедливость полностью исключает равенство. Согласно распределительной справедливости блага распределяются не поровну между людьми, а по достоинству каждого. Поэтому распределительная справедливость не имеет универсального характера, и зависит от общественного устройства, принятых в обществе норм и ценностей.

Справедливость в формальном смысле - сущностное свойство права. Право- всеобщая форма справедливости, равенства, свободы. Право в контексте измерения всех равной мерой утверждает формальную справедливость, то есть эквивалентность взаимных предоставлений и получений, в основанных на свободной воле взаимоотношениях людей.

Фома Аквинский, вслед за Аристотелем, рассматривал вопрос о справедливости договора, связывая статус партнеров по договору с характеристикой договора как справедливого или несправедливого, Согласно его концепции справедливой цены, не только блага, которыми обмениваются в рамках договора, должны быть равноценны, но необходимо уравнять приоритеты и преимущества партнеров. Их социальный статус и потребности должны учитываться при вынесении суждения о справедливости договора. Только когда заслуги и потребности обеих сторон в договоре взаимно соотносятся и это отношение является справедливым, договор может быть также назван справедливым. Фома мыслил в парадигме коммутативной справедливости. Суть её - в отношениях между людьми - покупатель и продавец обманывают друг друга, когда продавец продает вещь дороже, чем ее стоимость, а покупатель покупает дешевле по сравнению со стоимостью вещи. Фома исходит из понимания договорной справедливости как морального закона, он различает моральную и правовую оценку договора справедливости.

Справедливость имманентна общественному договору, это начало общественного договора. Идею общественного договора разделяли и разрабатывали Т. Гоббс, Дж. Локк, Б. Спиноза, Ж.-Ж. Руссо, И. Кант и др. Важнейший аспект справедливости заключался в принципе адекватности, соразмерности ответного (возмещенного) ущерба нанесенному. В Новое время Т. Гоббс, обосновывая концепцию естественного права, под справедливостью понимал соблюдение соглашений. Гоббс различал уравнительную и распределительную справедливость. Уравнительная справедливость проявляется в эквивалентности вещей. Распределительная справедливость заключается в наделении одинаковыми благами людей с одинаковыми заслугами.

Понятие справедливости, по Гоббсу, имеет в качестве своего критерия согласие, договоренность людей между собой, а не онтологическое соответствие цены, стоимости и статуса партнеров по договору, как у Фомы. Гоббс различает договорную (коммутативную) и распределяющую (дистрибутивную) справедливость. Уравнительная справедливость проявляется в эквивалентности вещей, распределительная справедливость заключается в наделении одинаковыми благами людей с одинаковыми заслугами.

Локк справедливость толковал относительно такого политического института как государство. Государство и его справедливость смогли возникнуть из преодоления людьми естественного состояния, из договора, к которому люди приходят относительно всеобщего блага и согласования противоречащих интересов. Дж. Локк приписывал справедливости двоякое основание. Первое – естественная человеческая природа, сущностью которой являются имманентное стремление к собственности, требование личной свободы, способность к труду. Второе основание – установление общественных законов для регулирования естественных стремлений человека, формирование техник управления. Б. Спиноза полагал, что справедливость и несправедливость могут быть представлены только в государстве (обществе), источник естественного права коренится в необходимости согласовывать противоречащие друг другу человеческие страсти сообразно «велениям разума».

Согласно либеральной трактовки проблемы справедливости И. Кантом все ее вопросы должны решаться в сфере нравственности, справедливость относится только к суду совести. Источник подлинной свободы – категорический императив. Свобода индивида является начальной предпосылкой справедливости в отношениях между людьми. Г. Гегель считал справедливость предметом философии права. Гегель редуцирует справедливость до уравнительной справедливости. Согласно немецкому философу вопрос о государственной власти исключался из договорных отношений. Государство выше свободы личности, народа, общества и не может быть предметом договора. Справедливость – это основа права, она закрепляется конституционно. Конституция есть существующая справедливость, как действительность свободы.

В русской философии к теме социальной справедливости, в контексте вопросов частной собственности, обращался И. Ильин. Русский философ считал, что духовность лежит в основе социальной справедливости. Он увязывает тему справедливости с критикой коммунизма. Все люди от природы не равны и уравнять их естественные свойства (возраст, пол, здоровье, мускульную силу, нервную конституцию, таланты, склонности, влечения, потребности, желания) – невозможно. Справедливость требует не «равенства», а предметно-неравного обхождения с предметно-неравными людьми. Формула справедливости гласит не «всем одно и то же», а «каждому свое». И. Ильин размышлял о справедливости в стиле распределительной парадигмы.

Уже ретроспектива философских взглядов на феномен социальной справедливости позволяет констатировать, что существуют две парадигмы справедливости: справедливость может быть понята в духе равенства (справедливо –всем поровну), она может быть понята в духе демократии свободы (справедливо – каждому по результату).

^ В параграфе 1.2 «Герменевтика справедливости в современной социальной мысли» показано, что в современной социальной философии смысл и роль социальной справедливости, равенства многообразны. Так главными формами равенства являются обладание равными правами, равенство имущественное и статусное. Равенство составляет неразрешимый предел справедливости. Равенство выявляется в разности.

Различают либерально ориентированные социальные теории. которые позиционируют справедливость как нейтральность, беспристрастность, честность. Справедливость идентифицируется как абсолютная нейтральность, беспристрастность и ситуативная нейтральность, беспристрастность. И. Кант, И. Бентам, Дж. Милль абсолютную нейтральность трактовали как применение чисто формального принципа. Дж. Роулз, Ю. Хабермас, связывают справедливость с ситуативной беспристрастностью. Беспристрастность здесь интерпретируется как «способность преодолеть индивидуальную точку зрения, а также равенство как обязательство максимизировать минимальную часть, сопрягаются между собой в смешанном суждении, согласно которому мы можем то, что должны, и мы должны то, что мы можем» (П. Рикер).

В диссертации рассматривается концепция справедливости Дж. Ролза и ее критика. Американский философ считает, что возможен такой тип общества как общество «социальной справедливости». Категория справедливости должна сопрягаться с базовыми структурами общества, конституирующими социальный порядок в целом. Идея справедливости фундирована в исходную позицию индивидов при выработке социальных договоренностей, предполагающих исходное равенство людей. Для каждого приемлемо все-уравнивающее и все-усередняющее незнание. Никто не ведает собственного интереса, все рациональны и обоюдно бескорыстны. Ролз считал, что мораль нужно понимать как систему общепринятых правил. С позиций деонтологического подхода основной целью «теории справедливости» Ролз полагал адекватную реконструкцию процедур распределения справедливости и благ в обществе. Для Ролза значима не столько максимизация полной или средней общественной полезности, сколько параметр «честности» в этих процессах. Концепция «справедливости как честности» предполагает принцип «равной свободы», принцип «равной доступности», принцип «различия».

Ролз предлагает принцип распределения, позволяющий индивидам объединиться как изначально свободным и разумным существам в ситуации равенства, в рамках которой они и примут решение относительно их будущего социального положения исходя из естественных способностей и степени осведомленности. По мнению Ролза индивиды придут к принципу дифференциации.

Современный немецкий философ П. Козловски высказывается о сложности использования принципа справедливости Ролза, поскольку теорию справедливости можно трактовать как теорию эгалитарную и как чисто консервативную, ориентированную на сохранение статус-кво и чрезмерно ограничивающую социальные возможности перераспределения. П Козловски полагает, что правила Ролза неприменимы к реалиям фактического консенсуса, они действуют только в рамках его идеальной модели. Концепцию справедливости Ролса можно воспринимать как обоснование правомерности перераспределения в социальном государстве.

В параграфе показано, что среди оппонентов теории справедливости Ролза, американский философ Роберт Нозик. Свою концепцию, ориентированную на установки - «распределение должно совершаться по справедливости», «должны быть реализованы исторические основания распределения»», «все мероприятия, направленные на осуществление распределения, должны учитываться» - Нозик называет «теория процесса справедливости». Согласно этой теории, нельзя спрашивать, осуществляется ли распределение по той или иной схеме; нужно задавать вопрос, насколько справедливы притязания того или другого индивида на то, чем он владеет, будет ли справедливым вследствие этого перераспределение. Нозик выделяет критерии справедливого владения собственностью. Справедливо владение, если оно возникло в результате присвоения или справедливой передачи права собственности. Таким образом, нормы частного права становятся правилом справедливого распределения. Вопреки Ролзу, утверждающему, что блага –это дар богов, Нозик считает, что собственность личности оправдана, если установлены права на нее посредством принципов справедливости в приобретении, передаче и ректификации (исправлении) от возможной несправедливости». Государство может вмешиваться во взаимоотношения людей тогда, когда нарушаются чьи-то естественные свободы, либо при абсолютно добровольном перераспределении определенных функций, власть – гарант основных прав человека. Нозик доказывает, что «минимальное государство», то есть формальное правовое государство, является наиболее значительным и оправдывает себя. Считая свою модель «ультраминимального государства» не более чем утопией, Нозик предлагает поразмыслить над ней, поскольку такое государство предоставляет каждому индивиду или группе индивидов абсолютное право на выбор собственного пути и полную свободу в реализации своих утопических чаяний. «Ультраминимальное государство» удерживает монополию на любое применение силы, исключая случаи необходимой и немедленной самозащиты, увольнение провинившихся и другие подобные случаи. Право на монопольную защиту от насилия приобретают лишь лица, заключившие с государством соответствующий договор. Поэтому налоги выплачивают все, ибо всем гарантируется право на защиту. Исходя из базового принципа морали, согласно которому никого нельзя принуждать помимо его воли, Нозик доказывает, что государство нельзя наделять широкими распределительными функциями. Распределять нельзя как некто «раздает детям куски пирога и в последнюю минуту исправляет те из них, которые плохо «отрезаны». По мнению Нозика, в подобной ситуации невозможно никакое ответственное действие. Это означает, что признается существование лиц, которые вправе контролировать все источники помощи и решать, как они должны быть распределены. Нозик исходит из того, что нельзя распределять с нуля, как если бы вещи возникали из ничего, должен осуществляться другой принцип справедливого распределения: «Каждому в соответствии с тем, что он сделал для самого себя (по возможности с учетом договорного содействия других), а также с тем, что готовы сделать для него другие, что готовы передать ему из того, что они имели раньше (в соответствии с правилом собственности) и еще не израсходовали или не передали.

В работе «Сферы справедливости» М. Уолзер соизмеряет справедливость с равенством. Критерий дифференциации основан на понятии общественных благ. М. Уолзер предлагает формулу проекта –«цель, преследуемая эгалитаристами, есть общество, избавленное от господства». Господство проявляется в способе распределения общественных благ. М. Уолзер исходит из парадигмы справедливости в распределительном смысле, идея равенства отождествляется с идеей справедливого дележа. Он утверждает, что общественные блага нередуцируемым образом многосложны; каждое из них основывается на некоей разделяемой символике; каждое развивается через понимание его соответствующими группами, благодаря некоей внутренней логике, т.е. в силу действия причин, определяющих одновременно и диапазон его пригодности и границу его отстаивания. Согласно Уолзеру понятие сложного равенства возникает при пересечении проекта борьбы с господством и программы дифференциации сфер справедливости. Понятие общественных благ распространяется до сферы интимности и даже в пределах совести. Уолзер прибегает к понятию конверсия и конвертируемость с целью выделения сфер или границ справедливости. Конверсия состоит в том, что некое данное благо – деньги или богатство, выступает в качестве ценности в какой-либо другой сфере справедливости, например –в сфере политической власти. И в этот состоит секрет феномена господства, определяемого как «средство пользоваться некоторыми благами, не ограничивающееся внутренне присущими им значениями или конфигурирующее эти значения по собственному образу и подобию. Теория Уолзера, ориентированная на дифференциацию сфер, не ставит вопроса об интеграции этих сфер в одном и том же политическом теле. Уолзер избегает вопроса об унитарном обосновании политического тела. Согласно Уолзеру наибольшую опасность представляет политическая власть. В той мере, в какой политическая власть служит регулятивным принципом многочисленных распределений, она как будто бы выходит за пределы распределительной справедливости и ставит особую проблему самосложения и коррелятивную ей проблему самоограничения. Однако Уолзер уклоняется от постановки проблемы государства и суверенитета и занимается проблемой ограниченного управления.

П. Рикер в серии своих работ, посвященных теме справедливости выясняет отношение между идеей справедливости как морального правила и справедливости как института. Вслед за Платоном и Аристотелем Рикер усматривает несправедливое впереди справедливого, ссылаясь на ситуации неравного дележа, доверия (несдержанных обещаний), на котором построены все обмены, контакты, договоры, ситуации непропорционального вознаграждения. Справедливая дистанция, посредничество кого-то третьего, становятся великими синонимами чувства справедливости, беспристрастность выступает главной характеристикой справедливости, согласно П. Рикеру.

В диссертации показано, что П. Рикер анализирует справедливость в призме двух проблем: проблемы самости, идентичности и проблемы предикатов человеческого морального действия. Философское место справедливого находится в Себе как Другом, в точке пересечения этих проблем. Философская теория справедливости находит опору в утверждении, согласно которому самость формирует свою идентичность только в структуре отношений, где диалогическое измерение преобладает над монологическим. Добродетель справедливости устанавливается на отношении дистанцированности от Другого. Эти отношения к Другому опосредованы особым институтом. Другой сообразно дружбе, есть ты; другой согласно справедливости есть каждый, что отмечено в латинской поговорке: suum cuigue tribuere –каждому свое. Справедливость читается через институцию, где общество – это предприятие по распределению ролей, задач, привилегий и повинностей. Справедливость здесь выступает в виде справедливого распределения, а несправедливость в виде неравного дележа, не сдержанных обещаний, несправедливых вознаграждений и соответствующих институциональных обстоятельств.

П. Рикер пишет, что человеческие действия ведомы желанием, нехваткой, и что именно в терминах желания и нехватки можно говорить о стремлении к полной, осуществленной жизни. Эта связь между жизнью, желанием, нехваткой и осуществлением образует уровень моральности. Справедливость, согласно такому телеологическому прочтению, образует неотъемлемую часть стремления к благой жизни. Стремление жить в справедливых институтах относится к тому же уровню нравственности, что и желание личных свершений и желание взаимности в дружбе. Справедливое прежде всего есть объект желания, нехватки, стремления. И выражается оно сначала в оптативе, а уже потом –в императиве, считает французский философ.

На деонтологическом уровне предикат благой соотносится с предикатом обязательный. Рикер считает, что на деонтологическом уровне происходит мутация смысла справедливости, в силу того, что закону придается формальный статус и где закон выступает не просто как моральный закон, но и как закон юридический, обремененный юридической практикой. Смысл справедливости, возведенный на уровень формализма не может стать полностью независимым от всякой соотнесенности с благом в силу самой проблемы, выдвигаемой идеей справедливого распределения, а именно –учета реальной разнородности распределяемых благ.

Кроме телеологической и деонтологической точек зрения, которые не редуцируемы друг к другу, кроме двух уровней морального суждения, управляемого предикатами благой и обязательный, П. Рикер акцентирует внимание на точке зрения практической мудрости. Эта точка видения реальных ситуаций, которые он называет трагизмом действия. Согласно практической мудрости справедливое квалифицируется как сингулярное решение, принятое в обстановке конфликта и неопределенности. Свою рефлексию о справедливом П. Рикер отнес к такому объекту как судебные институты. Рикер задает последовательность «справедливости» -«чувство справедливости, которое сохраняет укорененность в стремлении к благой жизни и находит наиболее аскетичную рациональную формулировку в процедурном формализме, достигает конкретной полноты только на стадии применения нормы к ситуативной реализации суждения. В плоскости практической мудрости – там, где выносится ситуативное суждение, справедливое является беспристрастным. Беспристрастное – это такая фигура, в которой воплощается идея справедливого в ситуациях неопределенности и конфликта, трагизма действия. П. Рикер видит кульминационную точку справедливости в тех случаях, когда трагизм происходящего не дает возможности применения норм, но заставляет черпать из источников здравого смысла, лежащего в основе телеологии изначального намерения «жить хорошо с другими и для других в справедливых институциях». Говоря о принципе распределения, П. Рикер замечает, что не существует универсально пригодной системы распределения. В процессе принятия решения необходимо правильно сформулировать аргументацию и интерпретацию в ходе применения норм.

В параграфе делается вывод, что современная социальная мысль, рассматривает справедливость в призме полифункциональной, гетерологической парадигмы универсальности, основанной на рефлективном суждении, идентичности и аутентичности; справедливость понимается как суждение о справедливости локальных проблем в свете локальных и специфических нормативных рамок.

^ Параграф 1.3 «Нравственные идеомы справедливости» - посвящен толкованию справедливости как феномена морального сознания. В этике справедливость трактуется как понятие, выражающее соотношение нравственных ценностей, как конкретное распределение благ между индивидами. Справедливость репрезентирует должный порядок человеческого общежития. Представления о справедливости в культуре служат для регуляции поведения членов социума, для предотвращения конфликтов, которые возникают при распределении ресурсов.

Сегодня вся этическая проблематика, сопряженная с темой справедливости, представлена в модусах таких традиций как аристотелевская, деонтологическая, утилитаристская, этика дискурса, этика ответственности, прикладная этика (биоэтика, этика бизнеса).

Справедливость есть добродетель, существует связь между справедливостью и равенством. Так считали Сократ, Платон, Аристотель, И. Кант, Г. Гегель. Модель распределительной справедливости предполагает радикальную форму равенства, ценностное равенство между действующими субъектами. Каждая жизнь столь же существенна, значительна, достойна уважения, как и моя. При любых обстоятельствах надо принимать во внимание намерения, интересы, верования и требования других. Справедливость как добродетель постоянно отсылает к другим. Справедливость ориентирована на других – в той мере, в какой другие добродетели принимают во внимание существование, потребности и требования другого.

По Аристотелю справедливость рассматривается как одно из благ, служащее достижению высшего блага. Стремление к высшему благу совместимо с обязанностями человека, его истинными желаниями, его

экзистенциальным проектом. С точки зрения блага, жизнь, хорошая для индивида, затрагивает общие жизненные формы социума. Реализуя свой экзистенциальный проект с позиции "блага", индивид соотносит его и подчиняет некоторому более широкому социальному проекту. Тем самым он несет моральную ответственность за поддержание социальной динамики.

По словам И. Канта «ничто не возмущает нас больше, чем несправедливость; все другие виды зла ничто по сравнению с ней». Рациональное осознание и принятие априорных моральных норм, обязанности гражданина перед обществом – таков дискурс Канта. Такая этическая концепция концентрируется на анализе внутренних мотивов, Так, лгать нельзя, поскольку если таким образом будут действовать все, то люди перестанут доверять друг другу и общество распадется. С точки зрения деонтологического подхода моральная точка зрения выражается в стремлении к справедливости, к такому беспристрастному решению, которое в равной мере хорошо для всех. Должное, по Канту, предстает как основной моральный феномен, приоритет отдается правильности. В кантовской этике ключевое значение придается понятию долга, который указывает на моральные обязательства и моральной ответственности. Поступок является правильным, когда он находится в соответствии с правилом, которое удовлетворяет принципу "категорического императива".

В границах деонтологического подхода Дж. Ролз создает концепцию «справедливости как честности». Правильность первична над благом, считает Дж. Ролз. Принцип приоритета правильности над благом запрещает максимизацию общего блага средствами, которые наносили бы несправедливый ущерб находящемуся в невыгодном положении меньшинству. Справедливость провозглашает себя в качестве первой добродетели социальных институтов. По описаниям Ролза, общество –это гигантское предприятие по распределению благ. Осуществление этого распределения оказывается проблемным. Решение Роулз видит в наличии некой изначальной ситуации, когда партнеры ставятся в ситуацию обоюдной честности (fairness), выбирают из нескольких принципов справедливости такие принципы, которые могут быть приняты всеми. Выбор правила справедливости состоит в максимизации минимальной части при всех неравных дележах. Второй принцип справедливости –увеличивать минимальную часть при неравных дележах.

Основная черта утилитаристской этики – гипертрофия выгоды. Процесс достижения максимальной выгоды, размеры пользы, создание оптимального конечного результата вытесняют моральные критерии. И. Бентам поднял идею утилитаризма до уровня универсального принципа, соединившего в себе этический, юридический, психологический, социально политический смыслы. Представители утилитаристской этики (И. Бентам, Д.С. Милль и др.) отождествляют пользу с благом, определяют справедливость как пользу, через наибольшую максимизацию блага. Они понимают благо как удовольствие или удовлетворение желания. Они считают морально правильным то, что способствует максимизации общего количества блага, достижению «наибольшего счастья наибольшего числа людей (И. Бетнам). Согласно принципу полезности, моральность действия полностью зависит от того, как его результаты влияют на общее преуспевание, насколько они способствуют превышению общего количества блага над страданием. Согласно утилитаристскому подходу индивиды обладают способностью определять наиболее эффективный способ реализации своих целей. При этом община чаще всего играет либо незначительную, либо негативную роль в процессе принятия решений

В дискурсивной этике Ю. Хабермаса понимание основных ценностей определяется контекстом обычаев и практик сообщества. Ю. Хабермас видит в проблемах морали вопросы самоопределения субъекта, считая, что из всех практических вопросов к морали относятся только вопросы справедливости. Хабермас настаивает: «мы не можем рассчитывать на общий обязательный ответ, когда мы спрашиваем, что хорошо для меня, или для нас, или для них; вместо этого мы должны спрашивать, что в равной мере хорошо для всех. Эта «моральная точка зрения» выделяет из оценочных вопросов практические конфликты, которые могут быть разрешены путем обращения к обобщаемому интересу; другими словами, вопросы справедливости». К.-О. Апель, Ю. Хабермас считали, что для всех участников реального коммуникативного сообщества моральная точка зрения требует равного уважения к каждой личности и равного учета интересов всех, - это то, что их объединяет, что все они принимают и при расходящихся ценностных ориентациях.

Биоэтика сегодня представляет собой «перекресток», где деонтологическая этика встречается с утилитаризмом, с ситуациями неопределенности и конфликта, где трансцендентальное проходит апробацию в реальном и где справедливое, как выражается П. Рикер напрямую имплицируется в «невыраженных положениях кодексов». Принцип справедливости в биоэтической проекции понимается как справедливое распределение некоторого ресурса (финансы, квалифицированные специалисты, медицинские установки и препараты и др.) между теми, кто в нем нуждается, либо бремени затрат (издержек), возникающих при осуществлении каких-либо социально необходимых мероприятий (реализации программ здравоохранения). Справедливое в биоэтике, считает П. Рикер, напрямую имплицируется в «невыраженных положениях кодексов». В сфере медицины, понятой как ситуации неопределенности и неотложных действий, «под прикрытием «невыраженных положений кодексов» конечные интересы биоэтики и права на жизнь, права живых, выдвигаются в замаскированном виде – обслуживая то личностей, то общества. Современный французский философ А. Бадью замечает, что гедонистическая доктрина «благо-смертия» не сумеет стать плотиной для могучего и действительно смертоносного стремления к «благо-рождению», очевидной инстанции жизненного «благо-получия». Суть проблемы в том, что любое исходящее из счастья определение Человека некоторым образом нигилистично. В комиссиях по биоэтике нет определенности, «ответственных» и «коллективных» критериев, на основании которых собираются четко разграничить евгенику и эвтаназию, научное усовершенствование белого человека и «достойную» ликвидацию уродов, страдальцев.

^ В параграфе 1.4. «Идеологема справедливости в экономике» дается панорама экономических моделей интерпретации справедливости. В последнее время в экономической науке наметился переход от «жестких» моделей, моделей математического моделирования к экономике, которая учитывает социокультурные, моральные, психологические детерминанты экономического поведения и организации. В объект экономической науки входят проблемы, связанные с моралью и рынком, этикой бизнеса, ответственностью бизнеса, доверием, справедливостью и распределением богатства.

А. Смит, будучи критиком утилитаризма, считал, что справедливость, распределение не могут рассматриваться как конечный результат по следующим основания. Условия человеческого бытия изменчивы, и неопределенны, будущее непредсказуемо, поэтому результаты общего или конечного состояния системы не могут считаться предметом оценки или критерием. Конечный результат остается открытым. Достижение оптимального равновесия возможно только при условии соблюдения законов. Морально индифферентные (не плохие и не хорошие) индивидуальные интересы при соблюдении законов позволяют достигнуть всеобщего благосостояния в процессе постоянно расширяющегося обмена. О справедливости А. Смит рассуждал в контексте вопросов эффективности функционирования экономики. Для эффективного функционирования экономики очень важен моральный климат в обществе, который должен быть обеспечен государством, а также справедливой легальной системой правосудия и заданными «стандартами качества» жизни работающих людей всех сословий и классов. Таким образом, А. Смит был обеспокоен системой ценностей, которые должны быть установлены и обеспечены государством. В современном толковании А. Смит, можно сказать, предрек проблему качества жизни.

Представитель австрийской экономической школы и неоклассической модели экономики Ф. Хайек рассматривает проблему распределения как результат игры, в которой взаимодействует удача, умение, случай. Он требует, чтобы результаты этой игры признавались полномочными, а вопросы распределения могут решаться на основе договоренностей, без принуждения. По Хайеку, «невидимая рука» рынка наилучшим образом способствует распределению. «..очевидно, во всех свободных странах…. В людях живет вера в провидение, управляющее их поступками и превращающее их беспорядочные усилия в благо». Хайек отрицает тем самым проблему государственного принуждения к благу как несовместимого с идеей всеобщности права, с идеалом правового государства. Рассматривая проблему соотношения рынка и морали Хайек утверждает, что рынок основан на честном выполнении партнерами своих обязательств. Бывают исключения, но, по логике Хайека, если бы каждый обманывал каждого, то рынок как система действий просто не мог существовать. Получается, что обмен происходит автоматически, не требует никаких затрат и осуществляется всегда успешно.

Как считает А. Рих, автор фундаментального труда «Хозяйственная этика» - нравственные ориентиры (критерии гуманности), обязательные для всякой экономической системы хозяйствования, включают: 1) уважение достоинства человека на всяком месте и во всякое время; 2) согласование интересов как субъектов хозяйства, так и интересов общества в целом, включая каждого отдельного его члена; 3) стабилизацию и улучшения состояния окружающей среды. В качестве предпосылок этих ориентиров Рих принимает: 1) теорию справедливости Дж. Ролза, которая оптимально решает проблему неравенства при распределении общественных благ; 2) систему рыночной экономики

В параграфе показано, что в настоящее время в экономическом пространстве появилась бизнес-этика, занимающаяся этическим регулированием предпринимательской деятельности с двух позиций - утилитаризма и деонтологии. В экономическом дискурсе социальная справедливость измеряется такими инструментами как ответственность, доверие, желания (потребности), качество жизни. Совсем недавно возникла концепция корпоративной социальной ответственности или социальной ответственности бизнеса. Согласно этой концепции, все, на кого деятельность корпорации оказывает какое-либо влияние ( потребители, члены организаций по охране прав человека и окружающей среды, представители местной общественности и т.д.), имеют право как на принятие бизнес решений, так и на часть прибыли.. Предполагается, что предпринимательские структуры принимают на себя ответственность за решение социальных проблем помимо требований, определяемых законом. К социально ответственным действиям корпораций относятся: - благотворительность, обеспечение занятости, сохранение окружающей среды, развитие социальных программ поддержки территорий, предоставление потребителям дополнительной (сверх предусмотренной законом) информации о качестве производимых товаров; отказ от производства опасной для потребителя продукции по собственной инициативе и т.д.

Согласно мнению экономиста-утилитариста М. Фридмана только индивид может нести ответственность, заслуживать или нет доверия. Бизнес в целом не может быть ответственным или безответственным. Позитивно видится решение проблемы корпоративной социальной ответственности сторонниками деонтологической концепции этики бизнеса. Корпорации приобретают привлекательный для потребителей, поставщиков и представителей местной администрации имидж, который создает благоприятные условия для долгосрочного бизнеса и укрепляет общественное доверие к их деятельности. Социально-ответственное поведение базируется на моральных обязательствах, которые позволяют решить этические проблемы, не регулируемые законодательством. Бизнес предоставляет ресурсы для решения социальных проблем. Очевидно, что данный деонтологический проект возможен, если всякие действия считать морально оправданными, которые подкрепляются соответствующими принципами или долгом. Правда, доверие является сутью в деловых отношениях.

^ Глава вторая «Этос справедливости» - сфокусирована на изучении таких инструментов справедливости как ответственность, доверие, желание, а также на психологических моделях, удостоверяющих переживания справедливости.

^ В параграфе 2.1. «Ответственность, доверие, желание» - показано, что этос справедливости преломляется в таких реалиях как ответственность, доверие, желания, которые манифестируют намерения, принципы, нормы, права в повседневной социальной жизни.

В параграфе дается толкование понятия «ответственности» в философском, этическом, юридическом, социально - политическом, психологическом дискурсах. Сегодня идея ответственности выводится из вменяемости. Субъект права, справедливости должен быть вменяемым (подлинным автором) или ответственным (считать себя ответственным за свои действия) (П. Рикер). В юридическом значении дефиниция «ответственности» жестко увязана с обязанностью. В значении «обязательство сделать что-либо, которое выходит за рамки вознаграждения и наказания» ответственность становится термином моральной философии (например, «принципом» у Х. Йонаса и у Э. Левинаса). Идея ответственности без вины (вина сегодня заменяется риском, безопасностью) возникла через механизм страхования, когда индивидуальное управление виной заменилось социализированным управлением риском. Рикер справедливо делает вывод, что сегодня жертва, риск несчастных случаев, понесенный ущерб занимают центр проблематики права ответственности, а уязвимое и хрупкое считаются в моральном плане подлинными объектами ответственности. Ж. Бодрийяр говорит о циркуляции ответственности. Моральная ответственность стремится заставить каждого из нас взять на себя всю полноту ответственности, что равносильно экстрадиции Другого. Нести всю ответственность за жизнь является утопией, поскольку для этого надо, чтобы индивидуум превратился в раба собственной идентичности, в раба своей ответственности, воли, желаний.

В параграфе раскрывается содержание и диалогическая природа доверия. На доверии основаны все обмены, все контакты, все договоры. Существует интерпретация доверия с деонтологической и утилитаристской точек зрения. Доверие имеет важную ценность с прагматической точки зрения. Это своеобразная смазка общественного механизма, оно «экономично» и крайне эффективно (К. Эрроу). Доверие –это опыт, формирующийся на основе предыдущих сделок. Доверие, имеющее вероятностную природу, связано с экономикой, рынком (с природой разделения труда в современной рыночной экономике).

Справедливое прежде всего есть объект желания, нехватки, стремления. И выражается оно сначала в оптативе (желательное наклонение), а затем в императиве. Здесь знак его укорененноси в жизни.(П. Рикер)

В параграфе дается философская ретроспектива анализа феномена желания такими авторами как Платон, Аристотель, З. Фрейд, Э. Левинас, Ж. Лакан, Ж. Бодрийяр, Ф. Фукуяма и др. Показано, что тема желания и справедливости коренится в социальной проблеме Другого.

^ Во втором параграфе 2.2. «Психологическая модальность справедливости» рассматриваются основные направления и проблемы психологического изучения феномена справедливости. Показано, что исследования касаются измерения чувства справедливости, связанные с социальной идентификацией субъекта, с его Я-концепцией, а также вопросов формирования и развития нравственного мышления. Показана корреляция таких чувств как зависть и несправедливость. В современной психологии исследуются психологические (аффективные - страх, гнев, печаль, отвращение, стыд, вина, зависть, - и когнитивные - восприятие, самооценка- ) и поведенческие (конструктивные и разрушающие –месть, агрессия) реакции, а также личностные и групповые реакции на несправедливость.

В параграфе показано, что психологическое измерение дистрибутивной справедливости верифицирует проблему возникающего напряжения и конфликтности на индивидуальном, межгрупповом, межличностном уровнях. Проблема выборов критериев справедливости требует учета социокультурных детерминант и тенденций глобализации. Глобализация в различных сферах жизни способствует стремительному расширению межкультурных контактов, в результате чего культурные различия в понимании справедливости и честности могут привести к недоразумениям и конфликтам. Сегодня известна кросс-культурная модель справедливости К. Лейнга и Дж Стефана. Они показывают, что справедливость и мораль могут носить одновременно универсальный и культурно-специфический характер. В рамках этой модели абстрактные конструкты и нормы взаимодействуют с конкретной контекстно − релевантной информацией, в результате чего происходит формирование моральных норм и принятия решений, касающихся справедливости.

Функциональный взгляд на справедливость предполагает, что общие принципы справедливости присутствуют во всех культурах, тогда как критерии их применения в разных культурах могут быть различными. Культура оказывает воздействие на интерпретацию социальной ситуации, на выбор принципов справедливости и на критерии применимости этих принципов. Кросс-культурное исследование справедливости опирается на трехчастную концепцию справедливости, которая касается трех аспектов верификации справедливости – справедливость распределения (дистрибутивная), процессуальная справедливость и карающая справедливость. Справедливость распределения связана со справедливым распределением результатов труда; под процессуальной справедливостью понимается справедливость процедуры принятия решений; карающая справедливость предполагает справедливость определения наказания, применимого к правонарушителям. Культурные различия здесь проявляются в конструкте – индивидуализм-коллективизм. Кросс-культурное исследование показало, что при разрешении конфликтов индивидуалисты чаще идут на прямую конфронтацию. В то время как коллективисты предпочитают процедуру, которая позволяет сохранить гармоничные отношения между участниками конфликта.

В условиях культурного многообразия соблюдение принципов справедливости предотвращает межкультурные конфликты. Культурные различия часто мешают взаимопониманию и являются препятствием для межкультурного диалога.

Новейшие тенденции изучения проблемы справедливости в социальной психологии связывают справедливость с идентичностью. Изучаются параметры справедливого/несправедливого в зависимости от доминирования того или иного аспекта идентичности – материального, социального, личностного, морального и в конкретной ситуации. Перспективными считаются исследования, посвященные ретрибутивной, карающей или негативной справедливости.



^ В «Заключении» подводятся теоретические итоги исследования, которые заключаются в выделении социально- философского, этического, экономического, психологического дискурсов о социальной справедливости. Путем общефилософского и междисциплинарного изучения феноменов ответственности, доверия, желания, показано, как они соизмеряются с социальной справедливостью, наполняют её конкретным содержанием, адаптируются в социальной практике.


Основные положения диссертации получили отражения в следующих публикациях:

  1. Кочергин М.С. Социально-философский и междисциплинарный дискурс о справедливости// Вестник МГОУ №.3. 2007.- 0,5 п.л.

  2. Кочергин М.С. Справедливость как междисциплинарное понятие/ Вестник ТГТУ. Тверь : ТГТУ, 2007. № 3.- 0,5. п.л.

  3. Кочергин С.М. Междисциплинарный и психологический дискурс о справедливости // Человеческий фактор: проблемы психологии и эргономики. Тверь, 2007.№ 3(40) -0,3/0,4 п.л.(в соавторстве с Е.А. Евстифеевой).

  4. Кочергин М.С. Экономическое измерение справедливости и страхование // Состояние и проблемы профессионального образования в Российской Федерации. Материалы Первой Всесоюзной научно-практической конференции по проблемам страхового образования. Екатеринбург. 2007. - 0,3 п.л.




Скачать 389.59 Kb.
оставить комментарий
Дата17.10.2011
Размер389.59 Kb.
ТипДиссертация, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх