К истории главного управления по делам военнопленных и интернированных нквп - мвп СССР icon

К истории главного управления по делам военнопленных и интернированных нквп - мвп СССР


1 чел. помогло.
Смотрите также:
Захоронения иностранных военнопленных в Кузбассе в 1940 – 1950-е годы...
Истерство энергетики и электрификации СССР основные положения по созданию автоматизированных...
I раздел: Цели...
Государственный комитет cОbeta министРов СССР по делам строительства (госстрой ссср)...
Совет по делам русской православной церкви при снк (СМ) СССР. 1943-1965 гг...
Государственный комитет совета министров СССР по делам строительства...
Главное управление мчс россии по Иркутской области проводит конкурс по созданию кадрового...
1 Дискуссионные вопросы Выводы по главе...
Безупречной службы на дорогах! Семьдесят четыре года на посту...
Государственный комитет СССР по делам строительства постановление от 11 мая 1983 г...
Конкурсная комиссия в составе...
Программа практики по получению первичных профессиональных умений (ознакомительная) и по профилю...



Загрузка...
страницы:   1   2
скачать
К ИСТОРИИ ГЛАВНОГО УПРАВЛЕНИЯ ПО ДЕЛАМ ВОЕННОПЛЕННЫХ И ИНТЕРНИРОВАННЫХ НКВП - МВП СССР


Представляемый вниманию читателей сборник «Главное управление по делам военнопленных и интернированных НКВД МВД СССР. Отчетно-информационные документы и материалы. 19411952» является продолжением (четвертым томом) серийной научной публикации документов органов НКВД — МВД СССР по организации и проведению работы с военнопленными и интернированными за период 1939—1956 гг., осуществляемой авторским коллективом архивистов и ученых из Волгоградского НИИ проблем экономической истории России XX века (НИИ ПЭИР XX века) Волгоградского государственного университета на базе федеральных архивов — Российского государственного военного архива (РГВА) и Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ). Настоящее издание является логическим продолжением вышедшего в 2000 г. сборника нормативно-распорядительных документов НКВД по данной проблеме1; оно также концептуально связано и с вышедшим в 2003 г. сборником документов о пребывании военнопленных в Сталинградe и на территории области в 1943—1954 гг.2

Целью настоящего издания является публикация отчетно-информационных материалов центрального звена системы органов военного плена — УПВИ — ГУПВИ НКВД — МВД СССР за весь период его деятельности.

В ходе Второй мировой войны войска Красной Армии взяли в плен и интернировали около 5 млн военнослужащих вражеских армий и гражданских лиц. В 1946 г. военнопленные и интернированные содержались в 267 лагерях с 2112 лагерными отделениями, 392 рабочих батальонах и 178 специальных госпиталях, расположенных практически во всех союзных республиках. Руководство этой хорошо отлаженной системой осуществляло Главное управление НКВД СССР по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ НКВД СССР).

Зарождение лагерной системы для военнопленных и интернированных происходит в самом начале Второй мировой войны. Уже 19 сентября 1939 г. Л.П. Берия издал приказ «Об организации лагерей военнопленных», согласно которому при НКВД было создано Управление по военнопленным (УПВ)3. Задачи УПВ были определены одновременно утвержденным Положением об Управлении по делам военнопленных при НКВД Союза ССР. В них входила организация по согласованию с Генеральным штабом РККА приемных пунктов, лагерей-распределителей и лагерей-стационаров военнопленных, прием военнопленных от полевого командования РККА и их своевременная эвакуация с приемных пунктов в лагеря, разработка норм и создание условий для содержания, обеспечения продовольствием и имуществом военнопленных и их трудовое использование4. Начальником УПВ был назначен майор П.К. Сопруненко, работавший ранее в секретариате НКВД СССР, комиссаром — полковой комиссар С.В. Нехорошев, переведенный из ГУЛАГа, заместителями начальника УПВ — лейтенант госбезопасности И.И. Хохлов (отвечал за оперативную работу) и майор И.М. Полухин (нес ответственность за охрану и учет военнопленных). Третьим заместителем П.К. Сопруненко вскоре был назначен М.А. Слуцкий (ведал финансовыми и хозяйственными вопросами). В структуру УПВ, штат которого первоначально состоял из 56 чел., входило 5 отделов — политический, режимный, учетно-регистрационный, снабжения и санитарный (прил. N° 1). Во главе отделов встали С.В. Нехорошев (политотдел), А.В. Тишков (режимный), И.Б. Маклярский (учетно-регистрационный), Н.В. Соколов (санитарный). В НКВД СССР контроль над работой УПВ был возложен на заместителя наркома внутренних дел СССР комдива В.В Чернышова, являвшегося одновременно и начальником ГУЛАГа. Не случайно поэтому в первое время при развертывании лагерей УПВ часто прибегали к помощи работников ГУЛАГа, накопивших к тому времени богатый опыт работы с заключенными. Нередко ГУЛАГ выступал и в роли поставщика необходимых для УПВ и его лагерей кадров.

В сентябре 1939 г. в структуре УПВ в западных районах страны были созданы приемные пункты для военнопленных и 10 лагерей на территории Вологодской, Ворошиловградской, Калининской, Горьковской, Ивановской, Полтавской, Смоленской, Сумской и Черниговской обл. Всего воинские части передали в руки НКВД более 130 тыс. военнослужащих польской армии. Лагеря и приемные пункты, не рассчитанные на размещение такого числа людей, оказались переполненными.

3 октября СНК СССР принял решение 25 тыс. военнопленных рядового состава направить на строительство дороги Новоград-Волынский — Корец — Львов, остальных военнопленных рядового состава отпустить домой, предварительно решив вопрос с немецкой стороной о передаче ей польских граждан, чья родина оказалась на оккупированной вермахтом территории. Всего осенью 1939 г. домой было отпущено более 87 тыс. чел., из них 42,5 тыс. жителей польской территории, 42,4 тыс. жителей Западной Украины и Западной Белоруссии.

Офицеры, крупные военные и государственные чиновники, разведчики, контрразведчики, жандармы, тюремщики и полицейские были направлены в специальные лагеря. Судьба 14.552 чел. из них оказалась трагичной. Они в соответствии с решением Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 г. в марте — мае того же года были расстреляны5.

К лету 1940 г в СССР осталось чуть более 23,5 тыс. военнопленных и интернированных6. Затем число обитателей лагерей УПВ вновь увеличилось за счет перевозки с территории Латвии и Литвы более 5 тыс. интернированных там военнослужащих и полицейских бывшего Польского государства7. Их положение ничем не отличалось от положения военнопленных. Менялось лишь название управления, которое с конца 1940 г. стало называться Управлением НКВД СССР по делам военнопленных и интернированных (УПВИ НКВД СССР).

На 22 июня 1941 г. в составе УПВИ НКВД СССР числилось 8 лагерей на 40—45 тыс. мест, в которых находилось 27.435 польских военнопленных (док. 1, 14). Вскоре военнопленные стали сниматься со всех объектов работ и сосредоточиваться в Старобельском (из Западной Украины), Южском и Суздальском (из северных районов) лагерях. При эвакуации военнопленных из Львовского лагеря в результате немецких бомбардировок погибло 1834 чел. (док. 14).

В сентябре и октябре 1941 г. 25.115 польских военнопленных и интернированных были переданы на формирование польской армии на территории СССР8.

В момент нападения фашистской Германии на Советский Союз штат УПВИ НКВД СССР был небольшим и состоял из 39 чел. В состав УПВИ входила группа кадров и 4 отдела: 1-й отдел (режима и охраны), 2-й отдел (учета военнопленных), 3-й отдел (снабжения) и 4-й отдел (санитарный). Управлению по делам военнопленных и интернированных непосредственно подчинялся каждый лагерь. Руководство приемными пунктами осуществлялось УПВИ через НКВД — УНКВД республик, краев и областей, на территории которых они располагались (док. 1).

Оперативное обслуживание военнопленных было возложено на Контрразведывательное управление (КРУ) НКВД СССР во главе с П.В. Федотовым. Политаппарата для работы среди военнопленных в составе УПВИ в первые дни войны не было. Снабжение лагерей всеми видами довольствия осуществлялось через ГУЛАГ НКВД СССР. Обязанности по наблюдению за работой УПВИ были возложены на И.А. Серова, который в это время одновременно контролировал работу главных управлений милиции, пожарной охраны, местной противовоздушной обороны, 1-го спецотдела и Тюремного управления.

В первые месяцы войны система УПВИ НКВД СССР сокращается. К августу 1941 г. в подчинении УПВИ осталось только три лагеря: Грязовецкий, Суздальский и Старобельский, рассчитанные на 8—9 тыс. чел. (док. 1). Но и эти лагеря пустовали. За время войны органы УПВИ НКВД СССР приняли всего 2385 военнопленных. Лишь осенью число пленных начало медленно расти. На 1 октября 1941 г. их было 6681 чел. и к 1 января 1942 г — 9147 чел. (док 18)9. В связи с увеличением числа военнопленных НКВД СССР принял решение развернуть новые лагеря. Однако многие вновь созданные лагеря не имели нормальных жилищно-бытовых условий. По этой причине 15 августа были расформированы Темниковский и Вологодский лагеря (док. N» 1).

В конце 1941 г. в связи с незначительным объемом работы с военнопленными на УПВИ НКВД были возложены дополнительные обязанности по руководству специальными лагерями, где содержались и проходили проверку вышедшие из окружения или освобожденные из немецкого плена военнослужащие Красной Армии10.

В целях упорядочения приема военнопленных 5 июля 1942 г. заместитель наркома внутренних дел СССР И.А. Серов утвердил Временное положение о лагерях-распределителях НКВД для военнопленных и пунктах НКВД по приему военнопленных. Были внесены изменения в организационную структуру лагерей и приемных пунктов. На базе ранее действующих спецлагерей были созданы 6 лагерей-распределителей для обслуживания 10 фронтов по приему военнопленных, временному содержанию в период трехнедельного карантина и организации дальнейшей отправки в тыл в производственные лагеря. Обслуживанием Карельского и Волховского фронтов стал заниматься Череповецкий лагерь (Вологодская обл.), Северо-Западного и Ленинградского — Боровичский лагерь (Ленинградская обл.), Западного и Калининского — Красногорский (Московская обл.), Брянского — Елецкий (Орловская обл.), Юго-Западного — Острогожский (Воронежская обл.), Южного и Северо-Кавказского — Каменск-Шахтинский (Ростовская обл.). Начальникам лагерей-распределителей были подчинены пункты по приему военнопленных, организованные при армиях11. К началу 1943 г. число лагерей-распределителей увеличилось до 9, число приемных пунктов — до 44 (док. 1, 9, 13).

3 августа 1942 г. заместитель наркома внутренних дел СССР комиссар госбезопасности 3-го ранга С.Н. Круглов утвердил Положение об Управлении НКВД Союза ССР по делам военнопленных и интернированных12. В соответствии с новым положением в структуру УПВИ, штат которого составлял более 60 чел., вошли секретариат, группа кадров, политинструкторская группа и 5 отделов: 1-й — режима и охраны, 2-й — учетно-распределительный, 3-й — хозяйственный, 4-й — санитарный и 5-й — организационно-производственный (прил. 1). Последний отдел создавался впервые. В его задачи входила организация трудового использования военнопленных, интернированных и спецконтингентов, разработка мобилизационных планов по подготовке сети приемных пунктов и лагерей, а также работа по их формированию. Политинструкторская группа должна была организовывать агитационно-пропагандистскую работу среди военнопленных, интернированных и спецконтингентов, руководить деятельностью организуемых на ППВ и в лагерях клубов красных уголков и библиотек, проводить среди военнопленных-антифашистов специальную работу.

Для координации работы по приему, эвакуации и снабжению военнопленных в прифронтовой полосе в январе 1943 г. при штабах фронтов были введены должности уполномоченных УПВИ НКВД СССР (док. 1, 9, прил. 1)13. В их задачи входило: учет военнопленных, организация их конвоирования в ППВ и дальнейшая отправка эшелонами в лагеря; обеспечение военнопленных продовольствием и медико-санитарными мероприятиями перед отправкой; контроль за передвижением военнопленных в пути; обеспечение НКВД СССР информацией о наличии военнопленных.

В связи с увеличением военнопленных при Управлении войск НКВД по охране тыла фронтов были организованы отделения по делам военнопленных (док. 1, 9, прил. 1). На эти подразделения возлагались задачи организации приемных пунктов, поддержания связи со штабами фронтов и армий, осуществления контроля и оказания помощи в отправке военнопленных на приемные пункты и из приемных пунктов в лагеря. В состав отделения входили начальник, его заместитель, секретарь и старшие инспекторы (по количеству армий на фронте)14.

На 1 марта 1943 г. было 35 лагерей для военнопленных, в их числе 20 для рядового и унтер-офицерского состава, 11 фронтовых приемно-пересыльных лагерей (ФППЛ)15 и 4 офицерских (Оранский № 74, Елабужский № 97, Грязовецкий № 150 и Суздальский № 160). Лагерь № 97 военнопленных офицеров начал принимать уже с августа 1941 г., Оранский лагерь № 74 — с лета 1942 г. В 1944—1945 гг. в системе УПВИ действовало 6 офицерских лагерей, но с окончанием войны число их выросло и по состоянию на 1 января 1946 г. военнопленные офицеры содержались в 11 лагерях, с 1947 г. число офицерских лагерей сократилось (на 1 марта 1947 г. — 7), в 1950 г. остается один лагерь — Лежневский № 48 (док. 1, 8, 9, 13).

После окончания Сталинградской битвы во фронтовых районах скопилось большое число военнопленных. Их вывоз в тыл страны из-за нехватки транспорта проходил очень медленно. В связи с плохим состоянием здоровья многих военнопленных так и не смогли вывезти. Из намеченных к эвакуации 110,5 тыс. чел. из Сталинграда и районов действий Воронежского и Юго-Западного фронтов в тыловые лагеря удалось вывезти чуть более 34 тыс. чел.16 Выход приказа запоздал почти на месяц. К этому времени многие из военнопленных уже умерли, у других в организме начались необратимые процессы (док. 44). Однако и многих попавших в эшелоны ждала страшная участь. По подсчетам немецких исследователей домой из числа попавших в плен в ходе Сталинградской битвы смогли вернуться лишь 6 тыс. чел.17

НКВД много внимания уделял налаживанию содержания и медицинского обслуживания военнопленных, упорядочению всей работы в лагерях. 12 февраля начальником УПВИ был назначен генерал-майор И.А. Петров, возглавлявший до этого войска НКВД по охране тыла Западного фронта, а полковник госбезопасности П.К. Сопруненко стал его заместителем. По приказу Л.П. Берия от 24 февраля штатная численность УПВИ была увеличена в 2 раза и доведена до 125 чел. На должности заместителей начальника УПВИ и начальников отделов были назначены новые кадры. Заместителем начальника УПВИ по политчасти назначается полковник М.А. Яковец, исполнявший до этого обязанности заместителя ответственного секретаря партийной комиссии пограничных войск, заместителем начальника УПВИ и начальником отдела по трудовому использованию военнопленных — майор госбезопасности Г.А. Брагилевский, работавший до этого заместителем начальника отдела ГУЛАГа, начальником организационно-оперативного отдела — подполковник И.Е. Энтин, занимавший до этого должность заместителя начальника штаба войск НКВД по охране тыла Закавказского фронта, начальником учетно-распределительного отдела — освобожденный от должности заместителя начальника отделения 1-го спецотдела НКВД СССР И.И. Круглов. Наблюдение за работой УПВИ 1 марта 1943 г. Л.П. Берия возложил на своего заместителя С.Н. Круглова18.

Лагеря НКВД для военнопленных территориально подчинялись наркомам внутренних дел республик, начальникам управлений внутренних дел краев и областей. Для осуществления контроля над деятельностью лагерей в составе НКВД Казахской, Узбекской и Украинской ССР, УНКВД Воронежской, Ивановской, Молотовской, Московской, Свердловской, Сталинградской, Тамбовской и Тульской обл. были созданы отделения по руководству лагерями для военнопленных19.

Продовольственное снабжение лагерей военнопленных было возложено на Управление военного снабжения (УВС) НКВД СССР. Для более оперативного решения вопросов материально-технического обеспечения лагерей военнопленных и осуществления связи с УВС НКВД СССР и Управлением тыла Красной Армии, для осуществления контроля за полным и своевременным обеспечением лагерей всеми видами довольствия по приказу НКВД СССР от 30 марта 1943 г. в штат УПВИ было введено отделение материально-технического снабжения (прил. 1)20.

16 марта 1943 г. С.Н. Круглов направил на имя руководителей НКВД — УНКВД республик, краев и областей, начальников лагерей директиву № 120 с комплексом мер по созданию в лагерях надлежащих санитарно-бытовых условий содержания военнопленных21.

По решению ГКО в апреле 1943 г. медицинское снабжение лагерей для военнопленных передано Главному военно-санитарному управлению Красной Армии22. Это способствовало улучшению снабжения лагерей медикаментами, медицинскими инструментами и дезинфицирующими средствами (док. 44).

В апреле 1943 г. для проведения оздоровительных мероприятий среди больных и ослабленных, поступающих с фронта, на базе Юрьевецкой колонии ОИТК УНКВД Ивановской обл. был организован первый оздоровительный лагерь для военнопленных — Юрьевецкий № 185 на 4 тыс. чел.23 В течение полутора лет он оставался единственным подразделением УПВИ подобного назначения (док. 44).

20 мая 1943 г. С.Н. Круглов в связи с неудовлетворительным бытовым устройством лагерей приказал снять всех военнопленных с производственных работ сроком на 10 дней и использовать их на благоустройстве лагерей, заготовке топлива, сборе дикорастущих витаминоносителей, заготовке сена и соломы для набивки матрацев. Тем лагерям, для которых отведенного времени не хватало, разрешалось продлевать срок использования военнопленных на благоустройстве лагерей24.

Принимаемые меры дали положительный результат лишь ко второй половине года. А весной смертность среди военнопленных хотя и снижалась, но все же оставалась высокой. К 15 апреля 1943 г. за два с половиной месяца в лагерях и приемных пунктах НКВД умерло 99.946 чел., в том числе в Бекетовском лагере № 108 — 24.346 чел., Хреновском № 81 — 13.796 чел., Хоботовском № 56 — 12.289 чел., Радинском № 188 — 7.222 чел., Темниковском № 58 — 5.031 чел. и Моршанском № 64 — 4.129 чел. Всего с начала войны к этому времени из 291.856 учтенных УПВИ НКВД СССР военнопленных умерло 171.774 чел., или почти 59 %. Из них 75.600 чел. умерло в лагерях, 29.006 чел. — в пути, 31.648 чел. — на приемных пунктах, 33.275 чел. — в госпиталях, 5.849 чел. — в частях Красной Армии до передачи в приемные пункты, 2.245 чел. — при приемке в лагерях военнопленных (док. 44, 58 60)25.

Осенью 1943 г. изменилась структура фронтовых органов УПВИ НКВД СССР. Каждый фронт имел закрепленный за ним ФППЛ (док. 9). Для осуществления с ними оперативной связи по приказу НКВД СССР от 29 апреля 1943 г. ФППЛ были снабжены радиостанциями типа «Белка»26. 26 сентября ФППЛ получили право помимо основного штата сотрудников иметь два территориально обособленных отделения по 42 чел. каждое для приема военнопленных в случае большого удаления приемных пунктов от лагерей27. Место их дислокации получило наименование сборных пунктов военнопленных (СПВ), которые, как правило, находились вблизи железнодорожных станций или автомобильных дорог на полпути от ППВ до ФППЛ. Организация СПВ позволила разгрузить ППВ, облегчить эвакуацию военнопленных из ППВ в ФППЛ за счет создания промежуточных баз отдыха, обогрева и первичной санитарной обработки, улучшить питание военнопленных в пути. Эта мера привела к сокращению потерь военнопленных в пути (док. 9).

В III квартале 1943 г. в структуре УПВИ были сформированы 4 специальных оперативных объекта МВД СССР. Они предназначались для временного содержания бывших офицеров и генералов. Все они находились вблизи Москвы. Объект «Луневский» № 15/В располагался в Краснополянском районе, «Планерный» № 20/В — в Химкинском районе, «Данченко» № 25/В — в г. Кунцево, «Озеры» № 30/В — на ст. Одинцово Московской области. После войны число спецобъектов увеличилось. По состоянию на 1 января 1946 г. оперативных объектов числилось уже 6, но уже к 1 марта 1947 г. в связи с сокращением численности военнопленных их опять осталось 4. В январе 1948 г. «для оперативного обслуживания военнопленных» был создан объект № 5 в поселке Новогорске (ст. Химки) Московской обл. (док. 1, 2, 8).

К началу 1944 г. в системе УПВИ НКВД СССР находилось чуть более 100 тыс. военнопленных, размещенных в 52 лагерях (6 — офицерских, 34 — для рядового состава и 12 — фронтовых приемно-пересыльных), 66 приемных, 20 сборных пунктов и 4 оперативных объекта (док. 1). К этому времени военнопленные были в основном размещены по национальному признаку. Так, рядовые военнопленные-итальянцы, как плохо переносящие условия северных районов СССР, были сосредоточены в Пахта-Аральском лагере в Южно-Казахстанской обл., Андижанском лагере Узбекской ССР и в одном из лаготделений Темниковского лагеря Мордовской АССР, офицеры — преимущественно в Суздальском лагере. Военнопленные-офицеры немецкой национальности находились в это время в Елабужском лагере Татарской АССР, румынской — в Оранском лагере Горьковской обл. и т. п. (док. 1)28.

В 1944 г. произошло дальнейшее совершенствование фронтовой сети УПВИ НКВД СССР. По совместному приказу НКВД и начальника Тыла Красной Армии от 27 января вместо отделений по делам военнопленных при Управлении войск НКВД по охране Тыла Красной Армии были организованы отделы НКВД при начальниках тыла фронтов со штатом по 19 чел. и назначено по одному уполномоченному НКВД на каждую армию (док. 9, 11, 13).

В июле в составе УПВИ НКВД СССР был создан фронтовой отдел в составе начальника и его заместителя, старших помощников начальника отдела (по одному на действующий фронт), секретаря, чертежника и машинистки (док. 1, 9, прил. № 1)29. Начальником отдела был назначен заместитель начальника УПВИ НКВД СССР полковник И.П. Воронов30. К этому времени фронтовая сеть получила дальнейшее развитие. Взятые в плен попадали в полковые и дивизионные пункты, оттуда они передавались в армейские приемные пункты военнопленных (ППВ). Из ППВ здоровые военнопленные направлялись во фронтовые СПВ, откуда переводились в ФППЛ, затем — в тыловые производственные лагеря (док. 9). Приказом НКО СССР от 23 апреля 1944 г. «Об упорядочении эвакуации военнопленных из войсковых районов», подписанным Маршалом Советского Союза A.M. Василевским, впервые было четко определено оптимальное удаление от переднего края дивизионных пунктов, ППВ, СПВ и ФППЛ — соответственно 10 — 12 км, 25 — 30 км, 50 — 70 км и 100 — 120 км31. Больных, раненых и обмороженных из армейских приемных пунктов полагалось направлять в специальные госпитали для военнопленных32.

В октябре 1944 г. в связи со значительным увеличением перевозок военнопленных и в целях улучшения организации и обслуживания эшелонов в пути следования в штат УПВИ были введены 20 групп по организации и обслуживанию эшелонов с военнопленными в составе начальника эшелона, его заместителя по снабжению, врача и фельдшера33.

Осенью 1944 г. НКВД СССР создал новый вид лагерей В связи с ослаблением охраны производственных лагерей в сентябре 1944 г. для содержания особых категорий военнопленных отделения № 3 и 7 Карагандинского лагеря № 99 (Казахская ССР) и Суслонгерский лагерь № 171 (Марийская АССР) были преобразованы в режимные подразделения. Численность охраны в них была увеличена на 50%. Охрана контингента этих подразделений на работе устанавливалась из расчета один конвоир на 10 чел.34 В режимные лагеря направляли три категории военнопленных: «участников злодеяний и зверств над гражданами СССР и партизанами в районах, временно находившихся под оккупацией немецко-фашистских войск; активных фашистов из сотрудников разведывательных, контрразведывательных и карательных органов противника; совершивших побеги из лагерей и спецгоспиталей и проявляющих активные стремления к организации побегов». При этом совершившие побег направлялись в режимные лагеря на срок от 6 до 12 месяцев, по истечении которого они по ходатайству начальника режимного лагеря при безукоризненном поведении могли быть возвращены в общие лагеря. Содержащиеся в режимных лагерях унтер-офицеры и рядовые, кроме больных и освобожденных врачом, в обязательном порядке привлекались к работам на участках, изолированных от окружающeгo населения, максимально приближенных к лагерю и обеспеченных надежной охраной. Продолжительность рабочего дня для них устанавливалась по 12 часов в сутки, нормы питания — особым указанием УПВИ НКВД СССР (док. 25)35.

Во второй половине 1944 г. число взятых в плен вражеских солдат выросло в несколько раз (док. 14). В ППВ и ФППЛ поступало большое число ослабленных, направлять которых в спецгоспитали не было необходимости, а в производственные лагеря — нецелесообразно. Для быстрейшего восстановления их трудоспособности в октябре 14 лагерей НКВД (№ 26, 35, 50, 58, 110, 123, 139, 145, 147, 148, 165, 172, 185, 188), а также отделение № 3 Бобруйского лагеря № 56 реорганизуются в специальные оздоровительные лагеря. Кроме того, на базе Моршанского лагеря № 64 был организован лечебно-оздоровительный лагерь для больных туберкулезом. По состоянию на 1 ноября 1944 г. действовало 15 оздоровительных лагерей для военнопленных. Однако к апрелю 1946 г. число их сократилось наполовину и осталось всего 8 оздоровительных лагерей. В производственных лагерях в наиболее благоустроенных помещениях организовывались оздоровительные отделения, которые могли принять 10% всех находившихся в лагере военнопленных (док. 44).

В оздоровительных лагерях и лаготделениях устанавливался особый режим содержания, питания и лечения, обеспечивающий более быстрое восстановление трудоспособности человека. Теперь всех ослабленных из ФППЛ предписывалось направлять только в оздоровительные лагеря. После восстановления физического состояния пленные переводились в производственные лагеря36. Если срок пребывания в ОК составлял от 2 до 4 — 6 недель, то в оздоровительных лагерях и отделениях — от 1 до 3 — 4 месяцев37.

Принимаемые меры давали возможность улучшать физическое состояние контингента. Если в 1943 г. доля военнопленных 1-й и 2-й категорий трудоспособности составляла 54% всего контингента, то в 1944 г. она повысилась до 64,7%. Число находящихся в оздоровительных учреждениях УПВИ понизилось с 15,2% до 5,9%, лазаретных больных — с 7,6% до 5,4% (док. 44, 51)38.

На 1 января 1945 г. в системе УПВИ НКВД существовало 72 ППВ, 49 СПВ, 12 ФППЛ и 12 фронтовых отделов НКВД. В связи с постоянным ростом количества поступающих военнопленных 16 октября 1944 г в прифронтовой полосе на базе бывших немецких лагерей, в которых до этого содержались советские военнослужащие и гражданские лица, для временной передержки военнопленных было создано 18 стационарных промежуточных лагерей, в том числе по три на территории Польши, Эстонии и Белоруссии, по два в Литве и Латвии, по одному на Украине, в Румынии, Крыму, Молдавии и Ленинградской обл. В этих лагерях одновременно могло находиться до 100 тыс. чел. (док. 1, 9).

Параллельно с созданием промежуточных лагерей на территории Советского Союза ускоренными темпами шло расширение существующей сети тыловых лагерей. К концу 1944 г. они могли уже принять более 900 тыс. чел.39 На 1 января 1945 г. в СССР действовало 144 тыловых лагеря для военнопленных, в том числе 6 офицерских и 138 для рядового состава (док. 1).

В целях улучшения руководства работой лагерей в связи с увеличением численности военнопленных в СССР 11 января 1945 г. НКВД реорганизовал УПВИ в Главное управление НКВД СССР по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ). Начальником ГУПВИ был назначен генерал-лейтенант И.А. Петров, которого 2 февраля сменил генерал-лейтенант М.С. Кривенко, до этого исполнявший обязанности заместителя начальника Главного управления пограничных войск НКВД СССР, первым заместителем и начальником оперативно-чекистского отдела — комиссар государственной безопасности III ранга А.З. Кобулов, младший брат Б.З. Кобулова, работавший ранее наркомом внутренних дел Узбекской ССР, заместителями — комиссары госбезопасности Н.Т. Ратушный и С.И. Шемена, исполнявший до этого обязанности начальника Северного железнодорожного ИТЛ НКВД, полковник И.П. Воронов. Последний одновременно являлся начальником фронтового отдела (док. 1, прил. 1)40.

В это же время производились структурные изменения и на местах. В составе НКВД Украинской и Белорусской ССР были организованы управления по делам военнопленных и интернированных (УПВИ), а в составе НКВД других республик, УНКВД краев и областей — отделы или отделения (в зависимости от количества лагерей и находящихся в них военнопленных) по делам военнопленных и интернированных. Статус, задачи, структура и обязанности аппарата в той или иной сфере деятельности новых подразделений НКВД были определены во Временном положении об Управлении (отделе, отделении) НКВД республик и УНКВД краев и областей по делам военнопленных и интернированных, введенном в действие приказом от 27 февраля 1945 г.41

Очередные структурные изменения в ГУПВИ происходили в связи с возложением на НКВД СССР новых обязанностей.

16 декабря 1944 г. ГКО постановлением обязало НКВД мобилизовать и интернировать с направлением для работы в СССР всех трудоспособных немцев в возрасте от 17 до 45 лет (мужчин) и от 18 до 30 лет (женщин), находящихся на освобожденной Красной Армией территории Румынии, Югославии, Венгрии, Болгарии и Чехословакии. Мобилизации подлежали немцы как немецкого подданства, так и немцы, подданные Румынии, Венгрии, Югославии, Болгарии и Чехословакии.

3 февраля 1945 г. ГКО принял постановление, в соответствии с которым НКВД СССР обязывался «в целях пресечения попыток совершения террористических актов и диверсий со стороны немцев, оставленных немецким командованием в тылу продвигающейся Красной Армии», мобилизовать и интернировать «всех годных к физическому труду и способных носить оружие» немцев-мужчин в возрасте от 17 до 50 лет из Верхней Силезии и Восточной Пруссии, находившихся в тылу 1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов42. Этим же постановлением был предусмотрен вывоз из Германии в СССР арестованных немцев из числа руководителей низовых нацистских партийных и административных органов (прил. 4.)

Во исполнение указанных постановлений ГКО в январе — апреле 1945 г. в СССР было завезено 208.239 чел. интернированных (мобилизованных) немцев и лиц других национальностей, в их числе 157.101 мужчин и 51.138 женщин. Интернированные были сведены в 221 рабочий батальон численностью 750 — 1000 — 1250 — 1500 чел. в каждом43. Из числа арестованных немцев в Советский Союз было вывезено 61.573 чел.44 Последние были направлены в специальные лагеря и лаготделения для интернированных (док. 1, 97).

Прибывшие контингенты интернированных иностранных граждан попали под контроль ГУПВИ. В связи с этим 20 февраля 1945 г. по приказу НКВД СССР в составе ГУПВИ было организовано два управления: Управление по делам военнопленных (начальник — комиссар госбезопасности Н.Т. Ратушный) и Управление по делам интернированных и мобилизованных (начальник — комиссар госбезопасности С.И. Шемена). Оперативный отдел реорганизовался в Оперативное управление ГУПВИ НКВД СССР (прил. 1)45.

Завершающий год Второй мировой войны был и годом наибольшего поступления военнопленных в Советский Союз. Если до 1945 г. лагеря НКВД для военнопленных приняли менее 1 млн. чел., то за последующий год их число возросло в несколько раз (док. 14, 15, 19). К началу массового поступления военнопленных только в Европе фронтовая сеть ГУПВИ состояла из 172 точек, в числе которых находилось 34 ФППЛ, 56 СПВ, 72 ППВ и 12 спецгоспиталей (док. 1, 9).

Организованный вывоз военнопленных в производственные лагеря Советского Союза завершился в ноябре 1945 г. По мере вывоза военнопленных фронтовая сеть сворачивается, сеть лагерей НКВД для военнопленных в СССР растет (док. 1, 9, 12). По состоянию на 8 июня 1945 г. на территории Советского Союза функционировало уже 206 лагерей. Особенно быстро фронтовая сеть стала сокращаться после капитуляции фашистской Германии. В течение второй половины 1945 г. было расформировано и отправлено на укомплектование стационарных лагерей 122 фронтовых учреждения (22 ФППЛ, 38 СПВ и 62 ППВ). Для проведения репатриации военнопленных при Группе советских оккупационных войск в Германии и при Южной группе войск в Румынии были оставлены 2 отдела НКВД по делам военнопленных и 3 лагеря: № 69 в г. Франкфурт-на-Одере (Германия), № 176 в г. Фокшаны и № 36 в г. Сегеде (Румыния) (док. 1, 123. 124).

Еще не завершилась транспортировка в СССР военнопленных западных армий, а через восточные границы Советского Союза стали поступать военнопленные японской армии. После разгрома Квантунской армии в Маньчжурии для временного содержания захваченных в плен японских военнослужащих было развернуто 19 армейских лагерей. 23 августа 1945 г. ГКО принял постановление, которым предусматривался вывоз пленных японцев из Маньчжурии на Дальний Восток, в Восточную Сибирь и другие районы СССР (док. 1, 9 23). Лагеря для военнопленных в срочном порядке развернулись на территории Приморского, Хабаровского, Красноярского краев, Южно-Казахстанской, Джамбульской обл., Бурят-Монгольской АССР и Узбекской ССР. Особенно много военнопленных японцев направлялось для продолжения строительства Байкало-Амурской магистрали.

Всего в течение 1945 г. было вновь организовано 222 лагеря и 2713 лагерных отделений. За это же время было расформировано 99 лагерей и 1080 лагерных отделений как не отвечающих своему назначению46. На 1 января 1946 г. ГУПВИ МВД СССР имело в своей структуре 267 лагерей для военнопленных, в их числе 11 — для офицеров, 199 — для военнопленных западных армий, 49 — для военнопленных японской армии и 8 смешанных, 6 оперативных объектов (док. 1). К этому времени количество военнопленных европейцев в СССР составило 1.651.036 чел., в числе которых находилось 1.103.233 немцев, 233.851 венгров, 68.616 австрийцев, 52.491 румын и др.47 Из числа взятых в плен военнослужащих японской армии на территорию СССР было вывезено около 500 тыс. чел.48

В конце войны НКВД СССР, как правило, заранее готовил резервные лагеря для размещения пребывающих военнопленных. Однако их не хватало, особенно на территории, освобожденной от оккупантов. Большая часть военнопленных размещалась на площадях тех предприятий, которые использовали их труд. Последние же чаще всего не располагали необходимыми жилыми помещениями. По существующим правилам завоз военнопленных должен был осуществляться после приема помещений начальником лагеря. На практике же это не всегда соблюдалось. Нередко начальники вновь созданных лагерей, как это следует из справки бывшего начальника 4-го отдела ГУПВИ полковника медицинской службы Ежова, неправильно информировали ГУПВИ49. В результате в 1945 г. норма жилой площади, предусмотренная нормативными документами для военнопленных в размере 2 м2, не выдерживалась и составляла 1,2 м2. Все жилые бараки, как правило, были оборудованы сплошными двух-, трехъярусными нарами. Около 85% лагерных отделений не имели полного комплекта лагерных помещений отсутствовали столовые, бани, прачечные, дезинфекционные камеры, сушилки, необходимые хозяйственные помещения. Кухни, хлебопекарни и лазареты в большинстве случаев были маломощными50.

Отсутствие нормальных жилищно-бытовых условий, плохие условия транспортировки военнопленных, приводили к росту заболеваемости и смертности. За 1945 г. только в лагерях и в спецгоспиталях без учета погибших в пути, на фронтах и в ОРБ НКО умерло 182.149 военнопленных западных армий (док. 58, 60, 61, 62, 64). НКВД принял меры для улучшения медицинского обслуживания бывших солдат противника, увеличил количество спецгоспиталей, оздоровительных лагерей и оздоровительных лагерных отделений. В начале 1946 г. нарком внутренних дел СССР генерал-полковник С.Н. Круглов на базе всего собственного жилого фонда НКВД СССР организовал оздоровительные лагеря на 100 тыс. мест (док. 44). Все здоровые военнопленные переводились в производственные лагеря, организуемые на базе жилфонда хозяйственных организаций. ГУПВИ получило указание все отпущенные на строительные нужды средства полностью использовать на благоустройство и расширение собственных лагерей, обеспечив до осени 1946 г. «образцовое состояние этих лагерей» (док. 4)51.

В результате принятых мер к середине 1946 г. положение военнопленных по сравнению с 1945 г. существенным образом изменилось. Снизилась заболеваемость и смертность, выросло число военнопленных 1-й и 2-й групп трудоспособности (док. 45, 5153).Однако в целом положение военнопленных оставалось тяжелым. Многие из них теряли здоровье и способность трудиться. Чтобы не нести расходы по содержанию нетрудоспособных, больных и инвалидов, Совет Министров СССР периодически принимал решение об их репатриации на родину (док. 4, 45, 122, 125, 130).

В результате сокращения численности военнопленных содержать некоторые из лагерей и лагерных отделений стало нерентабельно. Дислокация существующих лагерей и лаготделений постоянно пересматривалась, закрывались мелкие и нерентабельные отделения лагерей, а также те из них, в которых отсутствовали необходимые условия для жизни. В результате в 1946 г. было ликвидировано 523 лагерных отделения, из них 145 как неблагополучные и не подготовленные к зиме, 378 как малочисленные и нерентабельные. Кроме того, в целях укрупнения ликвидировано 127 лаготделений и 69 управлений лагерей (док. 4).

После окончания Великой Отечественной войны в связи с повышением роли военнопленных в народном хозяйстве страны наблюдение за работой ГУПВИ было вновь возложено на заместителя министра внутренних дел СССР В.В. Чернышова, который одновременно курировал деятельность ГУЛАГа, ГУШОСДОРа, ГУЛЖДС, Тюремного управления, ОДСК и Автотранспортного сектора52.

В 1946 г. в структуре Главного управления по делам военнопленных и интернированных происходят очередные изменения. 30 января было расформировано Управление по делам интернированных и мобилизованных. Осуществление контроля над содержанием и трудовым использованием интернированных возложено на отделение снабжения 1-го Управления ГУПВИ, состоящего из трех человек53. В соответствии с решением ЦК ВКП(б) МВД СССР 19 октября 1946 г. создало при ГУПВИ политический отдел со штатом в 18 чел.54 Начальником политотдела был назначен генерал-майор Е.И. Борисоглебский, работавший до этого заместителем начальника Управления войск НКВД по охране железных дорог по политчасти. В декабре на политотдел было возложено руководство политической работой среди военнопленных в лагерях МВД, руководство учебно-воспитательной работой в антифашистских школах и курсах, издание газет для военнопленных. Для выполнения этих задач при политотделе был создан отдел по антифашистской работе среди военнопленных со штатом в 55 чел. В структуру отдела входило 5 отделений: по руководству антифашистскими школами (4 чел), по руководству политической работой среди военнопленных в лагерях (8 чел), издательское (7 чел), по учету антифашистов и военнопленных коммунистов (4 чел.), снабжения культпросветимуществом и учебными пособиями (3 чел.), редакций трех газет (немецкой «Нахрихтен» — 9 чел., венгерской «Голос Правды» — 3 чел., румынской «Свободное слово» — 3 чел.) и австрийского бюллетеня (3 чел.) (107109 прил. 1)55.

Антифашистская работа стала проводиться с военнопленными с первых дней их пребывания в лагерях НКВД (док. 106). Ее целью в период войны было перевоспитание военнопленных и превращение их в друзей Советского Союза, подготовка антифашистских кадров, которые можно было бы использовать в работе не только по разложению войск и тыла противника, но и в борьбе против фашизма в послевоенное время по возвращении их на родину. Руководство антифашистской работой в лагерях было возложено на оперативные отделения, в НКВД — УНКВД — на оперативные отделы, при которых имелись группы и отделения по антифашистской работе.

При проведении антифашистской работы с военнопленными применялись разные формы и методы, наиболее распространенными из которых являлись индивидуальные и групповые беседы, лекции, собрания, конференции, с принятием на последних обращений и воззваний от имени военнопленных. При этом активно использовались стенные и другие газеты, журналы, политическая и художественная литература, клубная работа. Первое обращение к солдатам германской армии и к германскому народу с призывом о прекращении войны и свержении фашистского режима было принято и подписано 158 военнопленными на конференции в лагере № 58 в октябре 1941 г. В 1942 г. было получено уже 267 обращений и воззваний военнопленных, 3512 писем на фронт и на родину, 744 статьи в газеты военнопленных. Полученные от военнопленных документы передавались в ЦК ВКП(б), ГлавПУРККА, ИККИ, Радиокомитет и активно использовались в пропагандистской работе. Разворачивается работа по созданию антифашистского актива. В апреле 1942 г. при Оранском лагере № 74 была организована антифашистская политическая школа. В 1943 г. при Южском лагере № 165 были организованы антифашистские политические курсы. В лагерях разворачиваются антифашистские кружки. В 1943 г. проводится работа по созданию организаций военнопленных (Национальный комитет «Свободная Германия», Союз немецких офицеров, Румынский национальный блок, Венгерский национальный комитет, Союз гаррибальдийцев, организуется сбор заявлений от военнопленных о зачислении их в добровольческие национальные воинские формирования. Особенно активизировалась антифашистская работа после Сталинградской битвы. К концу 1943 г. в рядах антифашистского актива было уже 6693 чел. (док. 106).

После изменения обстановки на фронте и прочного перехода стратегической инициативы в руки командования Красной Армии на первое место в работе с военнопленными выходит политический аспект, который в послевоенный период становится доминирующим. Не случайно на Политотдел ГУПВИ было возложено именно «руководство политической работой среди военнопленных в лагерях МВД»56.

Антифашистская работа среди военнопленных, как это следует из справки об итогах работы ГУПВИ МВД СССР за 1946 г., «была направлена на осуществление следующих целей: а) добиться лояльного отношения основной массы военнопленных к СССР; б) добиться понимания военнопленными ответственности за причиненные их армиями на территории СССР разрушения и на этой основе добросовестного отношения к труду в лагерях; в) воспитать из числа военнопленных стойких антифашистов, способных по возвращении на родину вести борьбу за переустройство своих стран на демократических началах и выкорчевывания остатков фашизма; г) разоблачение участников зверств и фашиствующих элементов»57.

Политическая обработка военнопленных с каждым годом усиливалась. В 1947 г. работали три центральных антифашистских школы, в которых обучалось 1381 чел., при 32 политотделах действовали постоянные трехмесячные антифашистские курсы, которые окончило 3300 чел, непосредственно в лагерях функционировало свыше 6000 антифашистских кружков, в которых занималось 213.602 чел. (док. 110114)58.

В 1947 г. завершилась концентрация военнопленных румын, венгров и австрийцев в отдельных лагерях и лагерных отделениях, начатая по просьбе Г. Димитрова еще в конце 1944 г.59 и продолженная по директиве от 11 апреля 1946 г.60 концентрация позволяла усилить проведение среди них антифашистской и оперативной работы, улучшить материально-бытовое положение военнопленных названных национальностей. В целях активизации политической работы среди венгров и румын Е.И. Борисоглебский получил указание до 20 июня провести выпуск венгерского и румынского секторов антифашистской школы и направить окончивших в лагеря концентрации военнопленных этих национальностей (док. 113). Военнопленные венгры, румыны и австрийцы должны были получить полный комплект постельных принадлежностей, по одной паре нового нательного белья и одному новому полотенцу, кожаную обувь (работающие в народном хозяйстве), им полагалось отпускать основные продукты питания (мясо, жиры, рыба) без заменителей61.

Политотделы лагерей совершенствуют организационные формы антифашистской работы. Действующий в 1947 г. институт назначенных антифашистских функционеров из числа антифашистского актива в январе 1948 г. был заменен в лагерных отделениях выборными антифашистскими комитетами. Всего было избрано 684 таких комитета, в которые вошло 4440 чел. Их задачами стало руководство работой антифашистского актива среди военнопленных и оказание помощи администрации лагерных отделений в организации трудовых процессов, сохранении физического состояния военнопленных, в поддержании дисциплины и порядка (док. 115)62. ГУПВИ выпускало три газеты на немецком, румынском и венгерском языках, которые выходили четыре раза в месяц общим тиражом 69 тыс. экз. (док. 107109). Для военнопленных японцев газету на японском языке тиражом в 50 тыс. экз. издавало Политуправление Министерства Вооруженных Сил СССР (док. 106).

Тяжелые условия работы, сниженные осенью 1946 г. из-за неурожая нормы питания приводили к ухудшению физического состояния людей (док. 44, 46, 71). Чтобы не допустить роста смертности среди военнопленных, руководство СССР увеличило число репатриируемых больных и нетрудоспособных на родину. Численность военнопленных за 1947 г. уменьшилась с 1.793.255 чел. до 1.200.604 чел.63 В результате репатриации военнопленных в 1947 г. было расформировано 52 лагеря, 619 лаготделений, 21 спецгоспиталь и 39 рабочих батальонов интернированных, ОПВИ МВД Армянской, Киргизской ССР, Мордовской АССР, УМВД Молодеченской, Полоцкой, Джамбульской и Черниговской обл. (док. 5, 122, 130).

Массовая репатриация продолжилась и в 1948 г. За год на родину смогли выехать 647.295 военнопленных, в том числе 337.694 немцев, 173.606 японцев, 98.956 венгров, 31.761 румын, 1018 австрийцев и 4260 чел. других национальностей (док. 6, 75, 120, 126—130)64. В связи с этим МВД СССР пересматривает акценты в работе с военнопленными. Не забывая о .ловом использовании, все большее внимание уделяется вопросу поиска и наказания военных преступников. В июле обязанности по наблюдению за работой ГУПВИ были возложены на первого заместителя МВД СССР И.А. Серова, который одновременно курировал работу главных управлений милиции, борьбы с бандитизмом, пограничных войск, отдела контрразведки и 1 спецотдела (учет, статистика, архивы)65.

В это время начинает расти число режимных лагерей, куда сосредотачиваются военнопленные бывшей германской, венгерской, румынской и японской армий, состоящие на оперативном учете (док. 6). Режимные лагеря создаются на объектах Главгидростроя МВД СССР: Волго-Донской канал (Бекетовский лагерь № 108 в Сталинградской обл., Волго-Балтийский водный путь (Вытегровский лагерь № 211 в Вологодской обл.)66. В числе режимных в 1949 г. были лагеря: Хабаровский № 16, Спасозаводский № 99, Краснокамский № 207 (Молотовская обл.), Свердловский № 476 и Дрогобычский № 464 (УССР)67.

В 1949 — первом квартале 1950 г. СССР покидают практически все не осужденные военнопленные. За 1949 г. по данным МВД СССР было репатриировано 463.819 военнопленных. В 1950 г. СССР покинули еще 34.290 военнопленных, в т. ч. 17.522 немцев, 3109 японских военнопленных и интернированных, 100 подданных Голландии, 26 военнопленных и интернированных из Италии, 441 — из Австрии, 13.092 граждан Венгрии и Румынии. Кроме того, правительству Китая было передано 969 японских военнопленных и интернированных монголов (док. 23, 76, 136, 137).

Для содержания осужденных военных преступников в системе ГУПВИ оставлялось 13 лагерей: один — Хабаровский № 16 — для японцев, остальные — для бывших военнослужащих европейских армий: Киевский №62, Ворошиловградский № 144, Одесский № 159, Донбасский № 280, Днепропетровский № 460 (все УССР), Воронежский № 82, Шахтинский № 182 (Ростовская обл.), Боровичский № 270 (Новгородская обл.), Сталинградский № 362, Свердловский № 476, Дегтярский № 483 (Свердловская обл.). Тринадцатый лагерь — Лежневский № 48 (Ивановская обл.) предназначался для содержания осужденных военнопленных генералов всех национальностей68. В названные лагеря были переведены и ранее осужденные военнопленные, которые отбывали наказание в особых лагерях ГУЛАГа. В течение 1950—1951 гг. осужденные военнопленные и интернированные продолжали трудиться на стройках и предприятиях различных министерств и ведомств (док. № 91, 92).

Летом 1951 г. в лагерях УПВИ и спецгоспиталях содержалось менее 21 тыс. осужденных и не осужденных военнопленных и интернированных69. В связи со значительным уменьшением количества лагерей и содержащихся в них военнопленных 20 июня 1951 г. МВД СССР реорганизовало ГУПВИ в Управление по делам военнопленных и интернированных (УПВИ) со штатом в 39 чел. Руководство УПВИ было возложено по совместительству на генерал-лейтенанта А.З. Кобулова (прил. 1)70. В составе управления остались секретариат и три отдела: организационно-хозяйственный во главе с подполковником Н.И. Романовым, оперативный во главе с полковником П.П. Майоровым и учетно-справочный во главе с полковником A.M. Беловым. Таким образом, штат управления стал таким же, каким он был накануне Великой Отечественной войны. Однако существенным образом изменились задачи, решаемые управлением. На первый план выходят оперативная работа и цензура (17 чел.), архивно-справочная работа (9 чел). В организационно-хозяйственном отделе, который отвечал за трудовое использование контингента, его медицинское обслуживание, размещение, снабжение, за политическую работу среди осужденных и личного состава лагерей, находилось всего 6 чел.71

В течение 1952 г. УПВИ продолжало работу по репатриации военнопленных, всего на родину было отправлено 796 чел. Весь трудоспособный контингент в течение 1952 г. продолжал использоваться на объектах жилищного и промышленного строительства. По итогам трудовой деятельности лагерям удалось не только возместить стоимость содержания контингента, но и получить прибыль (док. 7, 93, 94).

На 1 января 1953 г. в лагерях и лагерных отделениях Управления содержалось 20.200 чел., но их численность в результате репатриации неуклонно сокращалась, и 20 апреля 1953 г. в связи с завершением репатриации интернированных и основной массы военнопленных УПВИ и его отделы были ликвидированы, а их функции переданы Тюремному управлению МВД СССР (док. 138, 139).

За весь период своего существования Главное управление по делам военнопленных и интернированных НКВД — МВД СССР проделало огромную работу по организации приема, размещения, содержания и репатриации военнопленных. Публикуемые документы показывают не только масштабы этой работы, не только ошибки и недоработки сотрудников центрального аппарата и лагерей, но и то, какой огромный отпечаток на всю деятельность Управления наложили трудности, которые переживала страна в военное время и период восстановления народного хозяйства.

Авторы сборника уверены, что только с учетом всех экономических, политических факторов, нашедших отражение в том числе и на страницах настоящего издания, ныне живущие смогут объективнее оценить произошедшее и, быть может, изменить свое уже сложившееся мнение.


Четвертый том серии выстроен по функциональному принципу. Избирая в основу публикации не хронологический, а функциональный принцип систематизации документов, составители, во-первых, продолжили традицию, начатую в первом томе при публикации нормативно-распорядительного комплекса документов НКВД — МВД СССР и УПВИ — ГУПВИ. Во-вторых, соблюдение функционального принципа при публикации отчетных материалов позволит исследователям легко сопоставлять обе группы (и нормативные, и отчетные) единого делопроизводственного комплекса документов высшего и центрального аппарата соответствующих органов. Таким образом, в основу настоящего издания положены отчетные материалы УПВИ — ГУПВИ по основным направлениям деятельности:

- общеорганизационная работа центрального аппарата;

- деятельность фронтовых органов УПВИ — ГУПВИ;

- учет военнопленных и интернированных;

- охрана и режим содержания военнопленных;

- медико-санитарное обслуживание лагерей и спецгоспиталей;

- трудовое использование военнопленных;

- деятельность отдельных рабочих батальонов военнопленных НКО — МВС СССР и рабочих батальонов интернированных (мобилизованных);

- политическая работа среди военнопленных;

- репатриация.

Публикуемые в сборнике отчетно-информационные материалы представляют собой совокупность нескольких видов этой категории документов. Это — обзорные, отчетные и справочные документы. Каждый тематический раздел сборника состоит из двух частей (подразделов). В первой части — «Отчетные документы» — представлены выявленные составителями обзорные и отчетные итоговые документы, обобщающие работу соответствующего подразделения (управления, отдела) по конкретному направлению за определенный период времени (несколько лет, год, полгода). К сожалению, далеко не по всем структурам были найдены годовые отчеты. Их отсутствие составители стремились восполнить полугодовыми или квартальными отчетами, в крайнем случае, привлекались доклады и докладные записки, содержащие отчетную информацию. Публикуемые отчетные документы функциональных подразделений воссоздают общую картину работы, а также ход выполнения конкретных приказов НКВД — МВД или постановлений правительства. Во второй части разделов — «Информационно-статистические документы» — представлены соответствующие материалы, в основном это справки и докладные записки с цифровыми показателями, а также различные перечни, акты и другие материалы, значительно дополняющие общие отчетные документы.

Каждый из разделов сборника открывает обзор работы УПВИ по соответствующему направлению деятельности (см. док. 1, 9, 25, 44, 73, 96, 106, 122); подобный обзор отсутствует только по разделу «Учет военнопленных и интернированных». Информационная насыщенность обзоров, обобщение опыта работы в них за достаточно большой период времени, присутствие элементов анализа в описании деятельности УПВИ — ГУПВИ позволяют рассматривать данные обзоры как важнейший архивный источник, обобщающий работу с военнопленными. Именно эти достоинства обзоров были учтены составителями при отборе и публикации их в качестве основополагающих итоговых материалов.

Эти обзоры представляют собой перепечатанный на машинке текст форматом с машинописный лист, переплетенный в период их появления. Однако такие важнейшие элементы оформления делопроизводственных документов, как дата и автор, в них отсутствует. Изучение содержания обзоров позволило сделать два важных вывода. Первое, отложенные в материалах Управления обзоры по направлениям деятельности являются составной частью одного общего труда, «выполненного коллективом УПВИ». Об этом говорится в вводной части обзора, характеризующего организационную деятельность ГУПВИ МВД СССР (док. 1). Из этого введения становится ясно, что этот обобщенный «труд» имел 10 разделов-тем. Все тома соответствующих разделов были выявлены и публикуются; исключение составляет только обзор работы по учету военнопленных и интернированных, который не обнаружен. Кроме этого, не публикуются документы, связанные с оперативной работой ГУПВИ. Второе, обобщающий «труд», по всей видимости, был составлен во второй половине 1951 г., когда после официального окончания репатриации военнопленных в 1950 г. работа Управления непосредственно с военнопленными была закончена и аппарат ГУПВИ мог приступить к обобщению опыта. В пользу предполагаемой датировки говорит и приказ МВД СССР № 00375 от 20 июня 1951 г.72, которым было объявлено о реорганизации ГУПВИ в УПВИ МВД СССР. К тому же упоминание этого приказа встречается в некоторых из публикуемых обзоров. Вероятное исключение составляют обзоры деятельности газет для военнопленных, т. к. составителями выявлен второй экземпляр обзора газеты для венгерских военнопленных, подписанный ее главным редактором, отложившийся в деле, датируемом 1949 — 1950 гг. (док. 108).

Таким образом, каждый тематический обзор был написан, по всей видимости, сотрудниками соответствующего отдела Управления: режима и охраны, фронтового, учетного, медико-санитарного, трудового использования (который с 1947 г. занимался и вопросами репатриации военнопленных, и политотдела). В обзорах дается, прежде всего, нормативная база деятельности по конкретному направлению, а также анализируется работа и организационные изменения в рамках общих задач ГУПВИ. В связи с тем, что целью общего «труда» было показать «в обобщенном виде опыт работы ГУПВИ на протяжении всего периода войны — с июня 1941 г. до капитуляции...», довоенный период работы с военнопленными (до 1941 г.) в нем не анализируется. Несмотря на тщательный поиск, составителям не удалось выявить какие-либо отчетные документы, характеризующие более ранний период деятельности Управления, хотя к работе с военнопленными НКВД приступил с 1939 г., когда началась Вторая мировая война и было создано Управление по делам военнопленных (УПВ)73.

К сожалению, среди выявленных архивных материалов отчетные документы как самого ГУПВИ, так и его подразделений неравнозначны. Полноценные годовые отчеты сохранились далеко не по всем структурным подразделениям и не за все периоды деятельности. Их отсутствие в сборнике восполняют в какой-то мере доклады, докладные записки, справки, характеризующие работу подразделений в более кратком виде. Зачастую при публикации оставлялись без изменения собственные заголовки документов, в которых указывалась и его разновидность. Эти материалы неравноценны по своему содержанию, однако в совокупности они позволяют воссоздать общую картину деятельности ГУПВИ — УПВИ и его подразделений.

Документы, составляющие «информационно-статистическую» группу, в большинстве своем представлены различного рода справками и докладными записками, содержащими обобщенный цифровой статистический (большая часть которого представлена в виде таблиц) либо аналитический материал. Так, различные справки учетного отдела УПВИ — ГУПВИ раскрывают динамику поступления военнопленных на приемные пункты НКВД в разрезе национальностей и армий, воевавших против СССР, показывают численность солдат и офицеров противника, содержащихся в лагерях Управления (док. 1822). В разделе «Режим и содержание» представлены справки с информацией о проступках и побегах военнопленных (док. 38, 40). Большую группу документов в разделе «Медико-санитарное обслуживание лагерей и спецгоспиталей» составляют справки 1-го Управления ГУПВИ со сводной информацией о физическом состоянии, заболеваемости, смертности военнопленных германской и японской армий в лагерях, ОРБ и спецгоспиталях за период 1941 — 1948, 1949 гг. (док. 5165), а также справки о количестве и месте дислокации спецгоспиталей для военнопленных в 1944—1949 гг. (док. 6670). В разделе «Трудовое использование» публикуются ежегодные сводные отчеты об итогах трудового использования военнопленных с 1942 г. по 1952 г. (док. 7894). В докладных записках Управления показан ход и результаты выполнения приказов НКВД — МВД СССР и постановлений ГКО о репатриации военнопленных разных национальностей в 1945, 1946, 1948 гг. (док. 123125, 126—128.)

Содержание публикуемых информационно-статистических документов расширяет представление исследователей о повседневной работе, как самого министерства, так и его Управления, обращает внимание на актуальные проблемы работы с военнопленными в зависимости от исторических периодов, а также раскрывает процесс взаимодействия всех звеньев центрального аппарата по решению поставленных задач.

Наряду с подобными документами составители сочли возможным включить в сборник и другие материалы, имеющие справочный характер, значительно добавляющий картину деятельности ГУПВИ — УПВИ. Так, например, в разделе по организационной деятельности публикуется приемосдаточный акт о передаче дел в апреле 1947 г. при смене руководства Управления (док. 8); в разделе «Фронтовые органы» — перечни фронтовых приемно-пересыльных лагерей (док. 1113): в разделе «Учет» — перечень кладбищ для военнопленных на территории СССР (док. 24); в разделе «Охрана и режим содержания» — справки о фактических расходах по содержанию военнопленных (док. 41), по содержанию аппаратов ГУПВИ, УПВИ — ОПВИ и пр. (док. 42), о стоимости суточной нормы питания военнопленных (док. 43) и др.; в разделе «Медико-санитарное обслуживание лагерей и спецгоспиталей» — стенографическая запись оперативного совещания руководящих работников ГУПВИ МВД СССР, состоявшегося в феврале 1947 г., в связи с резким ухудшением физического состояния военнопленных и повышением заболеваемости и смертности среди них (док. 71), докладная записка о конференции военнопленных врачей, проходившей в октябре 1947 г. в лагере № 27 (док. 72); в разделе «Отдельные рабочие батальоны военнопленных и интернированных» — докладные записки о результатах их проверок (док. 102104); в разделе «Политическая работа» — протокол митинга военнопленных пересыльного лагеря Центрального фронта в августе 1943 г. (док. 119), докладные записки о результатах поездки военнопленных генералов на фронт и разложении войск противника на 1-м Украинском фронте (док. 120121); в разделе «Репатриация» — справки о расходах по содержанию военнопленных при репатриации (док. 131), о финансовых затратах на репатриацию (док. 132—733, 139), о расходах на одного военнопленного во время репатриации (док. 134135), протокол служебного совещания 1-го Управления ГУПВИ МВД СССР, проходившего в феврале 1949 г, об итогах репатриации военнопленных и интернированных в 1948 г. и задачах на 1949 г. (док. 144). Последний документ интересен тем, что в нем освещается период массовой репатриации военнопленных, а также содержится анализ проявившихся в ходе этой работы недостатков. 31 декабря 1948 г. (по решению Московской сессии СМИД) должно было стать конечной датой завершения репатриации. Однако план, по которому должна была проходить репатриация, не был вовремя представлен Контрольным советом в Германии, в связи с чем военнопленные остались на территории СССР более чем на год.

Частично материал из документов, составляющих «информационно-статистическую группу», использовался при составлении итоговых обзорных и отчетных документов. Об этом свидетельствует повторение информации в публикуемых материалах по разделам «Режим и содержание», «Медицинское обслуживание», «Трудовое использование», «Политическая работа».

Внутри разделов и подразделов документы систематизированы по хронологическому принципу (по дате документа). Однако в ряде случаев, чтобы не нарушать цельность восприятия единой информации (либо по автору, либо по тематике), составители использовали объединение документов по группам. Так, например, под общим заголовком объединены док. 26—30, 35—37, 45—48, 51—53, 58—65, 66—70, 74—77, 78—94, 98—100, 102—104, 115—116, 117—118, 126—128, 134—135, 140—141, 142—143.

Каждый публикуемый документ снабжен редакционным заголовком, который включает в себя информацию о разновидности документа, авторе, адресате, кратком содержании с указанием делопроизводственного номера, места появления (при наличии) и даты. Если у публикуемых документов точная дата их составления отсутствует, то дается указание на приблизительную дату составления (не ранее, не позднее или год создания документа в квадратных скобках), установленную либо по содержанию документа, либо по делопроизводственным пометам, либо по другим документам. Отсутствие даты и установление ее по другим признакам оговаривается в примечаниях.

При указании автора или адресата в заголовке документа составители ограничивались названием структурного подразделения, опуская информацию о конкретном лице (его должность, звание и фамилия), подписавшем тот или иной отчетный документ. Такой подход позволил, во-первых, не утяжелять заголовки излишней информацией, во-вторых, концентрировать внимание не на лице, подписавшем или получавшем отчет, а на собственно подразделении. Исключения составляют отчетные или иные служебные записки, подписанные руководством ГУПВИ — УПВИ (начальником, заместителем); в этих случаях при первом упоминании указывается должность и звание, при повторном — звание и фамилия. В заголовках ряда публикуемых документов отсутствует указание на адресата. Это означает, что подобная информация отсутствует в самом документе, особенно это относится к различного рода справкам. В заголовках составителями активно использованы сокращенные названия учреждений, что способствует краткости заголовка и эффективности его восприятия. В ряде случаев к документам оставлены их собственные заголовки.

При публикации документа были сохранены все грифы секретности и срочности исполнения. Если документ имел несколько адресатов, то все они указываются либо в заголовке, либо перед текстом курсивом; сведения об адресатах документа позволяют проследить пути прохождения информации о событиях на местах по структурам ведомства.

Тексты документов печатаются с сохранением их стилистических особенностей, но в соответствии с правилами современной археографии. Пропущенные в тексте и восстановленные по смыслу части слов или слова заключены в квадратные скобки. В том случае, если воспроизвести утраченный текст не удалось, в примечании к документу делается оговорка. Все погрешности текста, неправильно написанные фамилии, инициалы, слова и т. п. сохраняются в тексте и оговариваются словами «Так в документе» в примечаниях в конце документа. Слова и предложения, имеющие какое-либо выделение (шрифтом, подчеркиванием, размером букв и т. п.) в самом тексте документа, отмечены при публикации курсивом.

Резолюции, значимые пометы и надписи на документе, позволяющие проследить путь прохождения документа, воспроизведены в конце документа после подписи (с указанием их расположения на листах); все неточности, трудности прочтения текста документа — в примечаниях по тексту Часть представленных в сборнике документов дана в извлечениях, что указывается в заголовке и в подстрочных примечаниях.

Часть документов в сборнике представлены копиями, в которых подписи либо отсутствуют, либо ограничены только указанием должности. Отсутствие подписей не оговаривается (исключение составляют только подлинные документы), указывается только наличие неразборчивой подписи.

Все документы снабжены легендой (контрольно-справочными сведениями), включающей в себя местонахождение документа (сокращенное название архива), номер фонда, дела, листа, указание на подлинность или копийность документа и способ его воспроизведения (машинопись, рукопись). Археографическое оформление документов проведено в соответствии с действующими Правилами издания исторических документов (Москва, 1990).

Наряду с документами в сборник включены приложения. В первом — публикуется справочная информация, систематизированная в виде таблиц, по функциональному признаку о подразделениях ГУПВИ — УПВИ, выполняющих конкретные функции (соответствующие разделам сборника) на различных этапах деятельности этого управления с указанием приказов (подготовлено сотрудником РГВА Л.А. Пыловой, сотрудником НИИ ПЭИР XX в. Е.М. Цунаевой)74. Второе приложение представляет собой фотокопию подлинного документа из фондов РГВА о взаимодействии различных отделов Управления (Ф. 1п. Оп. 12в. Д. 7. Л. 115—121). Приложения 3 и 4 — перечни решений ГКО и вопросов по военнопленным, обсуждавшихся на Политбюро ЦК ВКП(б) (подготовлены сотрудником РГАСПИ Л.Н. Малашенко).

Научно-справочный аппарат издания включает в себя введение, а также примечания к тексту документов, комментарии по содержанию документов (даны в конце сборника), именной комментарий сотрудников НКВД — МВД СССР, аннотированный указатель органов управления народным хозяйством союзного значения, которые применяли труд военнопленных, указатели имен и географических названий, перечень публикуемых в сборнике документов, список сокращений.


Авторский коллектив выражает благодарность всем, кто содействовал выходу сборника советами и консультациями — сотрудникам ГА РФ Д.Н. Нохотович и Т.В. Царевской, сотруднику НИИ ПЭИР ХХ в. С.А. Линченко, а также всем, кто помогал осуществлять технические работы (ксерокопирование, компьютерный набор, сверку и правку рукописи) при подготовке сборника к изданию: сотрудникам Российского государственного военного архива — Д.И. Борисову, С.С. Войтикову, А.Р. Ефименко, А.Д. Силаеву; Волгоградского НИИ проблем экономической истории России XX века — М.В. Дятчину, Л.В. Николаевой, Н.А. Соколовой, Е.И. Храмовой, Т.А. Щучкиной.






оставить комментарий
страница1/2
Дата16.10.2011
Размер1.11 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2
плохо
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх