Интервью Комсомольской правде Интервью с писателем, опубликованное в «Комсомолке» icon

Интервью Комсомольской правде Интервью с писателем, опубликованное в «Комсомолке»


Смотрите также:
Интервью с методологом В. Дубровским (интервью брал А. Левинтов)...
Интервью Сдоктором Леонидом А. Гавриловым, Ph. D...
Интервью с Ш. Колларом...
Интервью с директором школы...
Как подготовиться к собеседованию...
«Жанр интервью в газете: цели, виды, тактика ведения интервью»...
Методика проведения структурированного интервью и планирования карьеры (с использованием отчетов...
Мишель Фуко Интеллектуалы и власть (Избранные политические статьи...
Интервью с Виктором Пелевиным...
Интервью с министром по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству области Н. В...
Конкурс исследовательских краеведческих работ «Литературный Петрозаводск» Как рождаются книжки и...
Электронное правительство работает круглосуточно продолжение интервью с Сергеем ковалевски m...



Загрузка...
скачать
Б.Войцеховский / Интервью Комсомольской правде

Интервью с писателем, опубликованное в «Комсомолке» 26 августа 1999 года.
© 1999, Б.Войцеховский [КП от 25.08.1999, С.12-13]

Виктор Пелевин: Ельцин тасует правителей по моему сценарию!

«Комсомолка» стала единственной газетой, которой дал интервью самый популярный из современных российских писателей.

Часто бывает — проезжаешь в белом «Мерседесе» мимо автобусной остановки, видишь людей… И на секунду веришь, что этот украденный у неведомого бюргера аппарат, ещё не до конца растаможенный в братской Белоруссии, но уже подозрительно стучащий мотором с перебитыми номерами, и правда, трофей, свидетельствующий о полной и окончательной победе над жизнью. И волна горячей дрожи проходит по телу; гордо отворачиваешь лицо от стоящих на остановке и решаешь в своём сердце, что не зря прошёл через известно что и жизнь удалась.

В.Пелевин «Поколение П»

У Пелевина жизнь точно удалась. По крайней мере, ни один из ныне творящих писателей не может похвастаться такой популярностью. И таким количеством слухов вокруг своего имени. Немудрено: на светских мероприятиях Виктор Олегович не появляется, фотографировать себя не разрешает, к телефону не подходит, интервью практически не даёт.

На днях вернулся из Тибета, где встречался с ламой. На этой неделе уехал в Канн. По словам людей, знающих писателя, в России он проводит дай Бог месяца два-три в год. Что же касается белого «Мерседеса» и прочих обязательных нынче атрибутов славы, то…

ВП: — Славу я не люблю, причём не вру, когда это говорю. Она мешает жить, уничтожает то, что называется словом privacy. Чтобы позволить себе быть известным, надо быть богатым, а я про себя не могу этого сказать. Деньги я не то чтобы люблю — я скорее не люблю сидеть без них. А женщины не лошади, чтобы любить или не любить их как класс или биологический вид. Любишь, как правило, какую-нибудь одну. Что касается дорогих автомобилей, то к ним я равнодушен абсолютно.


 — А вот реальная ситуация: мой брат пришёл в институт в майке с портретом Че Гевары. «О, да у тебя на футболке Пелевин!»  заявили ему видевшие обложку «Поколения П» сокурсники. Такая слава вам по душе?

 — Меня это несколько пугает. Насколько я себе представляю, Че Гевара что-то вроде Шамиля Басаева, различается только идеология, которая их вдохновила. Я человек абсолютно мирный, и романтик с автоматом — не самый симпатичный мне символ. Мне могут нравиться романтические порывы, но когда их реализацией становится стрельба по людям, это не вызывает ничего, кроме тоски и ужаса.

Другое дело, что даже Че Гевара и символизируемый им бунт стали со временем коммерческим клише — как-то на рейсе британских авиалиний я видел в каталоге Duty Free швейцарские часы «Swatch» с портретом Че Гевары.

Мир делает деньги на прямом бунте против себя. Мне кажется, что если бы Че Геваре показали эти часы пред его последней экспедицией в Боливию, он махнул бы на всё рукой и стал бы разводить тюльпаны.


 — Почему же тогда Че украшает обложки вашего трехтомника?

 — На трёхтомнике не портрет Че Гевары. Это просто коллаж, набор клише, которые собираются в случайную комбинацию.

Мы живём во время, когда «имиджи», отражения окончательно отрываются от оригиналов и живут самостоятельной жизнью. И каждый из них приобретает определённую суггестивно-коммерческую ценность, не соответствуя абсолютно ничему в реальности. То есть субстанцией такого символа является ничто, пустота. Точно так же на обложке книги мог быть Солженицын на пашне, Ельцин на танке или Джон Кеннеди-младший в кабине самолёта.

Из подобных калейдоскопических конструкций и строится картина мира современного человека. Кто-то сказал: когда Бог придумал радугу, дьявол придумал калейдоскоп.

^ Оральный, анальный и вытесняющий вау-импульсы


 — В какой степени правдив слух, что большинство персонажей «Поколения» реальны?

 — Можно сказать, что за книгой стоят наблюдения за людьми, работающими в рекламе и вокруг, но прямых прототипов у героев нет.

«Generation П» — не только о рекламщиках, но и об их жертвах. Например, оральный, анальный и вытесняющий вау-импульсы, описанные в книге, каждый человек может без особого труда заметить в своём уме.


 — Огромное место в вашем последнем романе занимает реклама продуктов. Если через год они исчезнут с рынка, будет ли понятна ваша книга?

 — Если с нашего рынка исчезнут продукты, упомянутые в книге, это, скорее всего, будет означать исчезновение самого рынка. Книга имеет дело со своего рода «базовым лексиконом» современного потребителя. Скажем, кока-кола — не столько софт-дринк, сколько символ. Когда в Америке несколько лет назад попытались заменить коку-колу на новый напиток «Coke», который был испытан многочисленными экспертами и фокус-группами и, по всеобщему мнению, был вкуснее оригинала, это чуть не стало катастрофой — производители не учли эмоциональной связи потребителя с продуктом. Задача рекламы — сформировать такую связь. Поэтому мне кажется, что книга будет понятна до тех пор, пока существует реклама (и политика).

В конце концов «Generation П» — это производственный роман. Только, в отличие от классических производственных романов, рассказывающих о цементе-шпалах-космических станциях, темой этой книги является производство той грохочущей и пёстрой пустоты, в которой проходит наша жизнь.

^ Солидный Господь для солидных господ


 — Есть ли будущее у рекламы? Можно ли считать её направлением искусства?

 — Скорее вопрос стоит так — есть ли будущее у других направлений искусства?

Если вы смотрите, скажем, какую-нибудь психологическую мелодраму, в которой Дастин Хоффман в момент, предшествующий катарсису, берёт со стола чашку с эмблемой «Мальборо» и делает большой глоток, можно не сомневаться, что появление этой чашки оплачено. Я допускаю, что скоро рекламу будут размещать в романах, если герои будут пить шампанское определённого сорта, то на это буду существовать расценки.

Из книги Поколение "П":

«Плакат (сюжет клипа): длинный белый лимузин на фоне храма Христа Спасителя. Его задняя дверца открыта, и из неё бьёт свет. Из света высовывается сандалия, почти касающаяся асфальта, и рука, лежащая на ручке двери. Лика мы не видим. Только свет, машина, рука и нога. Слоган:»

^ Христос спаситель.
Солидный господь для солидных господ!



 — Известный рекламщик Юрий Грымов сказал «КП»: «Реклама — линза, сквозь которую стереотипы и условности человеческого потребления становятся чудовищнее, чем на самом деле. Литература Пелевина — это реклама литературы…» Согласны?

 — Что тут скажешь. Слова Грымова — это реклама литературы Пелевина. Спасибо.

«Да не думаю я об этом Букере!»


 — Быть интересным для потомков входит в ващу задачу?

 — Когда пишешь книги, ставишь совсем другие задачи. Про потомков я точно не думаю. Мне кажется, что любой писатель, который держит в голове какие-то мысли о потомках в то время, когда он пишет, рискует оказаться малоинтересным даже современникам.

 — Всё-таки интересно, в чём, на ваш взгляд, секрет вашей нынешней суперпопулярности?

 — Не знаю точно. Рискну предположить — секрет в том, что я пишу занимательные книги.


 — Литературные критики с этим, кажется, не всегда согласны. Всенародно любимый «Чапаев и пустота» так и не получил Букеровскую премию.

 — Я не стал бы видеть в этом заговор — роман «Чапаев и пустота» мог просто не понравиться судьям. Это нормально. С «Generation П» получилось вообще смешно — один критик написал, что я специально дал главному негодяю книги фамилию будущего председателя Букеровского жюри с целью шантажа. Просто какая-то патология.

Да не думаю я об этом Букере, честное слово! Я и книгу-то дописал на пол года раньше, чем состав жюри стал известен.

«Всё-таки я злоупотребляю алкоголем»


 — О вас ходит множество слухов. Сами о себе запустить какую-нибудь «утку» вы не пробовали? Ну, например, о близких отношениях с Аллой Пугачёвой.

 — Меня вообще тяготит внимание к моей персоне. Книги — другое дело, мне очень приятно, что их читают, но это не значит, что я получаю удовольствие, например, от идиотских звонков. Никаких слухов о себе мне пускать не хочется. Хватит тех, о которых я читал и слышал.


 — А насколько правдив слух о том, что некоторые книги писались под воздействием наркотиков?

 — Это полная чушь. Я не принимаю наркотиков. Кроме того, под их воздействием невозможно написать ничего связного. Если же говорить о моих действительных недостатках, то я, к сожалению, иногда злоупотребляю алкоголем.


 — Откуда же такое хорошее знание предмета? Практически в каждой вашей книге то кто-то опиум употребляет, то эфедрин. А то и сушёные мухоморы ест.

 — Мой опыт в этой области весьма ограничен — скажем, я ни разу в жизни не кололся. И потом одно дело — знать, как действуют наркотики, и другое дело — пользоваться ими. Среди моих знакомых несколько человек пострадали от наркомании, и я хорошо знаком с их историями.

Наркомания отвратительна, особенно тяжёлые наркотики. В этом смысле «Generation П» кажется мне весьма полезной книгой. Вряд ли она вызовет желание испытать то, что происходит с главным героем.


 — Поэт Евгений Евтушенко, будучи в нашей редакции, признался, как поразил его телефонный разговор с вами: «Пелевин угадал всё — где я сижу, чем занимаюсь, о чём думаю и даже что собираюсь делать в ближайшее время…» Откройте секрет такого все знания?

 — Как поёт группа «Наутилус Помпилиус», «никакого секрета тут нет».


 — Между прочим, как вы относитесь к нашим нынешним политикам и ко всей этой чехарде с постоянными сменами премьеров?

 — Писатель должен писать хорошие книги, остальное — дело вкуса. Мне, например, политика малоинтересна. А о том, что творится с правительством, подробно написано во второй части «Generation П». Кстати, даже поражает, насколько всё совпадает с текстом — такое ощущение, что его используют как сценарий.

^ В газете помещены также два приложения, которые помещены ниже:

Личное дело

Пелевин Виктор Олегович родился в Москве в 1962 году.
Окончил Московский энергетический институт (МЭИ) по специальности электромеханик и Литературный институт. Служил в Военно-Воздушных силах. Первая публикация — сказка «Колдун Игнат и люди», напечатанная в журнале «Химия и жизнь» в 1989 году.
В 1993 году получил малую Букеровскую премию за сборник рассказов «Синий фонарь».
В 1997 году роман «Чапаев и пустота» вошёл в шестёрку претендентов на Букеровскую премию, которую, правда, так и не получил.

Четыре наиболее известные книги Пелевина:

Четыре наиболее известных слуха о Пелевине:

  • Пелевин — наркоман и торговец наркотиками.

  • Пелевин — куратор коммерческих палаток в районе Северное Чертаново.

  • Пелевин — профессиональный дизенсектор.

  • Пелевина вообще нет. Под этой фамилией трудятся несколько человек (другой вариант: Пелевин — женщина).

^ Мнение по поводу

Писатель Егор Радов, автор романов «Змеесос» и «Не вынимая изо рта»:

 — К Пелевину отношусь плохо. Во-первых, он обошёл меня в плане конъюнктуры — видимо, он более моего одарён в вопросах самопробивания. То, что нигде нет его интервью и фотографий, всего лишь часть имиджа, этакого подражания Кастанеде. Тоже мне Кастанеда!
А во-вторых, я не могу читать книги Пелевина, ибо люблю писателей, имеющих свой стиль.

Поэт ^ Андрей Вознесенский:

 — Пелевин — пелёнки компьютерного подсознания. Таясь от публики, он играет тезис Ролана Барта, мол, писатель умер. На тусовке в «Вагриусе» у него была типична внешность призрака — коренастый, коротко стриженный, в очках. Мне интересно, когда он пеленгует нашу ирреальность, но когда он популяризует новации поэзии — скучно — это хохмы для украинских болельщиков: «вин Пеле!».
В отличие от коллег он минималист в ненормативной лексике, «Generation П» — здесь изящная игра такого же плана, как «Скорбец» Гребенщикова.
Желаю партии любителей П(елевина) стать круче, чем партия любителей П(ива).




Скачать 81.59 Kb.
оставить комментарий
Дата16.10.2011
Размер81.59 Kb.
ТипИнтервью, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

хорошо
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх