«Наш организм в тысячу раз умнее и мудрее, чем любой врач» эти слова принадлежат замечательному врачу Абраму Соломоновичу Залманову. Широко известное на Запад icon

«Наш организм в тысячу раз умнее и мудрее, чем любой врач» эти слова принадлежат замечательному врачу Абраму Соломоновичу Залманову. Широко известное на Запад


Смотрите также:
Предисловие
Предисловие
Предисловие
Четыре слова от переводчика...
Доклад на педагогическом совете Вертецкой И. В., зам директора по увр «Чем «умнее»...
-
Всероссийская олимпиада школьников по истории...
«Биологические часы» в организме это отражение суточных, сезонных...
«Движение может по своему действию заменить любое средство...
«Закон и справедливость две вещи, которые Бог соединил, а человек разъединил»...
«Роль валеолога в формировании здоровьесберегающей среды в школе»...
Библиотека всемирной литературы. Серия первая. Том 21. Ирано-таджикская поэзия...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7
вернуться в начало
скачать
^

Передвижники и «Мир искусства»


С 1891 г. И. Левитан – член Товарищества передвижных выставок, с которым был связан многие годы. В картине «Владимирка» (1892) впервые возникает одна из центральных для Левитана тем – дорога, влекущая вдаль. Но здесь художник заявил и о своей обще­ственной позиции, изобразив тракт, по которому шли сослан­ные на каторгу в Сибирь. Однако для «передвижников» Левитан всегда был чужим, т.к. почти не сле­довал их программе социального обличения.

Чу­жаком оказался он и для художников объединения «Мир искусства», с которыми сблизился в конце 1890-х гг. на почве поисков выразительной художественной формы, потому что никак не мог принять их основной лозунг «искусство для искусства».
^

Академик русского пейзажа


В 1898 г. Левитан, извест­ный уже далеко за пределами России, получил звание акаде­мика Академии художеств и возглавил пей­зажную мастерскую в Москов­ском училище живописи, ваяния и зодчества, из стен которого вышел. Тяжелая болезнь сердца помешала ему со­здать собственную школу русского пейзажа, но влияние Левитана на развитие русской пейзажной живописи в XX в. было огромным.

Исаак Ильич Левитан скончался в Москве 22 июля 1900 г. – общеприз­нанным великим художником. Прожив всего лишь около соро­ка лет, он создал не менее 1000 картин и законченных этюдов. После смерти Левитана в его мастерской осталось около 40 неоконченных картин и около 300 этюдов.

Художник был похоронен на Дорогомиловском еврейском кладбище, но в апреле 1941 г. его прах был перенесен в «Некрополь» Новодевичьего кладбища и захоронен ря­дом с могилой А. П. Чехова, его многолетнего друга (с началом этой дружбы в 1885 г. существенную роль в рассказах Чехова стал играть пейзаж).

Сегодня произведения Левитана (около тысячи) богато представ­лены в Третьяковской галерее и Русском музее, во многих частных собраниях и музеях России и государств бывшего СССР, а также в других странах, в том числе в музеях Иерусалима и Тель-Авива.


ПОРТРЕТЫ

^ БОРИС ПАСТЕРНАК

(1890-1960)


Гул затих. Я вышел на подмостки.

Прислонясь к дверному косяку,

Я ловлю в далеком отголоске

Что случится на моем веку.


Среди художников и музыкантов

Великий поэт России XX в. Борис Леонидович Пастернак родился 29 января (10 февраля) 1890 г. в Москве. Отец его, Леонид Осипович Пастернак, академик живописи, преподавал в Училище живописи, ваяния и зодчества, писал портреты известных людей, в т. ч. Льва Толстого, иллюстрировал его произведения. Мать, Розалия Исидоровна, урожденная Кауфман, была известной пианисткой, ученицей Антона Ру­бинштейна. Семья Пастернаков вращалась в высших художественных кругах России. В их доме бывали Рахманинов и Скрябин, Рильке и Толстой, Ге и Серов.

С первых лет и на всю жизнь Пастернак был захвачен искусством. В детстве он обучался живописи, а в 13 лет, под влиянием творчества А.Н.Скрябина, страстно увлекся музыкой. Пастернак поступает в Московскую консерваторию и шесть лет изучает теорию музыкальной композиции. Его музыкальные сочинения одобрены самим Скрябиным, ему прочат музыкальную карьеру.

Однако в 1909 г., после разговора со Скрябиным, Пастернак неожиданно оставляет за­нятия музыкой. «Музыку, любимый мир шестилетних трудов, надежд, тревог, я вырвал вон из себя, как расстаются с самым драгоцен­ным... Я перестал прикасаться к роялю, не ходил на концерты, избегал встреч с музыкантами».

От философии к поэзии

В 1909 г. Б. Пастернак поступает в Московский университет на философское от­деление историко-филологического факультета. Его новое увлечение – философия и религия. В 1912 г. он даже провел летний семестр в Марбургском университете в Германии, где слушал лекции философа Г. Когена. В 1913 г. Пастернак окончил Московский университет со званием кандидата философии. Эта профессиональная философская подготовка, как и музыкальная, сильно повлияла на художественный мир будущего поэта.

Сочинять стихи Пастернак начал зимой 1910 г. Позже он напишет: «В то вре­мя и много спустя я смотрел на свои стихотворные опыты как на несчастную слабость и ни­чего хорошего от них не ждал». Его первая книга стихов «Близнец в тучах» (1913 г.) отмечена ориентацией на поэтов-символистов, но в 1914 году, после знакомства с В. Маяковским, Пастернак становится участником футуристической группы «Центрифуга». Вторая книга стихов, «Поверх барьеров», вышла в декабре 1916 г.

Сестра моя – жизнь

Летом 1917 г. написаны сти­хи, вошедшие в книгу «Сестра моя – жизнь. Опубликованная в 1922 году, эта книга выдвинула Пастернака в число первых русских поэтов послереволюционного периода. А в 1923 г. вышла новая кни­га его стихов «Темы и вариации». «Световым ливнем» назвала поэзию Пастернака его великая сестра по «цеху поэтов» Марина Цветаева.

В середине 20-х годов Пас­тернак-лирик обращается к эпосу и пишет поэмы «Высокая болезнь», «Девятьсот пятый год», «Лейтенант Шмидт».

Подробности жизни Пастернака после революции весьма отрывочны и известны в основном из переписки с друзьями на Западе и двух книг: «Охранная грамота» (1931) и «Люди и положения. Автобиографический очерк» (1956–1957).

В 1931 г. Пастернак заканчивает ро­ман в стихах «Спекторский», в котором рисует человеческие судьбы эпохи войны и револю­ции. В 1932 г. выходит его новая книга стихов «Второе рождение».

На Первом съезде писателей в 1934 г. о Пастернаке говорят как о ведущем советском современном поэте. Однако похвалы в его адрес вскоре сменяются резкой критикой. С 1936 по 1943 г. не издано ни одной книги, и только чудо позволило Пастернаку избежать ссылки и смерти.

Пергаменты не утоляют жажды...

Лишенный заработка, не желающий ограничиваться «пролетарской» тематикой, подозреваемый в сочувствии к репрессированным, поэт был вынужден уйти в область перевода. С середины 1930-х гг. и до самого конца жизни перевод стал одним из главных литературных занятий Пастернака. Он переводил классиков английской, немецкой и французской поэзии, горячо любимых им грузинских поэтов, польских, венгерских, испанских поэтов и многих других. Вершинами переводческой деятельности Пастернака стали трагедии Шекспира и «Фауст» Гете – лучшие переводы на русском языке.

На ранних поездах

В начале Отечествен­ной войны Пастернак был с семьей эвакуирован в г. Чистополь на Каме. Он пишет патриотические стихи и просит отправить его на фронт в качестве военного корреспондента. В сентябре 1943 г. эта поездка Пастернака в составе писательской бригады состоя­лась. И в том же году, после 8-летнего перерыва, вышла его книга «На ранних поездках» – стихи предвоен­ных и военных лет. В 1945 г. изданы две последние прижизненные стихотворные книги Пас­тернака – «Земной простор» и «Избранные стихи и поэмы».

Доктор Живаго

После войны Пастернак начина­ет писать давно задуманный роман в прозе. В 1954 г. в журнале «Знамя» печатаются десять сти­хотворений под общим назва­нием: «Стихи из романа».

Роман «Док­тор Живаго» был окончен осенью 1955 г. В центре рома­на – судьба интеллигента в тра­гический период революции и гражданской войны в России. Герой романа не приемлет на­силия, он стоит на распутье меж­ду личным миром и суровым вещественным бытием. Прототипом главной героини романа Лары стала возлюбленная Пастернака в последние 12 лет его жизни Ольга Ивинская, а Юрия Живаго – сам автор.

В марте 1956 г. Б. Пастернак передал роман в редакции журналов «Новый мир» и «Знамя». Однако ни журналы, ни другие советские издательства романа не напечатали. Он был впервые издан на итальянском языке в Милане в ноябре 1957 г. и вскоре переведен на 18 европейских языков, а в Англии даже экранизирован. Власти СССР тщетно прилагали гигантские усилия, чтобы этому помешать.

Нобелевская премия

С 1946 г. Пастернака восемь раз выдвигали на Нобелевскую премию. Последний раз это сделал Альбер Камю, и 24 октября 1958 г. Борису Пастернаку была присуждена Нобелевская премия по литературе «за выдающиеся заслуги в современной лирической по­эзии и на традиционном по­прище великой русской про­зы». Он отвечает телеграммой секретарю Швед­ской академии: «Бесконечно благодарен, тронут, горд, удив­лен, смущен».

Однако в СССР это событие было воспринято как чисто политическая акция. На страницах печати развернулась кампания травли поэта. «Правда» и «Литературная газета» называли его «изменником», «злобным обывателем», «клеветником», «Иудой», «вражеским наймитом» и т.д. Известные писатели, открыто признаваясь в том, что не читали «Доктора Живаго», убежденно поносили роман и его автора. Пастернак был исключен из Союза писателей, ему грозили высылкой из страны, было даже заведено уголовное дело по обвинению в измене родине. Пастернак был вынуж­ден послать телеграмму в Шведскую академию с отказом от Нобелевской премии. Но эта жертва уже никому не была нужна. Ее не заметили.

^ Я пропал, как зверь в загоне.

Где-то люди, воля, свет,

А за мною шум погони,

Мне наружу ходу нет...


Что же сделал я за пакость,

Я убийца и злодей?

Я весь мир заставил плакать

Над красой земли моей.


Но и так, почти у гроба,

Верю я, придет пора —

Силу подлости и злобы

Одолеет дух добра.

Внезапный перелом в ходе событий произошел после телефонного звонка Джавахарлала Неру Хрущеву по поводу притеснений Пастернака. ТАСС тотчас же гарантировал неприкосновенность личности и имущества Пастернака. Но на практике его лишили всех средств к существованию: гонораров, публикаций, спектаклей по его переводам Шиллера и Шекспира.

Живым, и только – до конца

Два последних года жизни Пастернак продол­жал напряженно работать – над переводами Кальдерона, пьесой «Слепая красавица», название которой символизирует исторический образ России, стихотворным циклом «Когда разгуляется».

^ Во всем мне хочется дойти

До самой сути.

В работе, в поисках пути,

В сердечной смуте.

До сущности протекших дней,

До их причины,

До оснований, до корней,

До сердцевины,

Все время схватывая нить

Судеб, событий,

Жить, думать, чувствовать, любить,

Свершать открытья.

Борис Пастернак скончался 30 мая 1960 г. от рака легких с метастазами в желудок, печень и сердце. Свою жизнь он определял как единоборство с царствующей и торжествующей пошлостью за свободный и играющий человеческий талант.

^ Прощай, размах крыла

расправленный,

Полета вольное упорство,

И образ мира, в слове явленный,

И творчество, и чудотворство.





ПОРТРЕТЫ

^ ЧЕЗАРЕ ЛОМБРОЗО

(1836-1909)


Потомок раввинов

Знаменитый итальянский судебный психиатр и антрополог Чезаре Ломброзо родился 18 ноября 1836 г. в Вероне. Выходец из семьи выдающихся раввинов и талмудистов, Ломброзо в юности изучал семитские (иврит, арабский и арамейский) и китайский языки. Однако спокойной карьеры не получилось. Материальные лишения, заключение в крепость по подозрению в заговоре, участие в военных действиях 1859-1860 гг. пробудили в юноше интерес совсем к другой области – он увлекся психиатрией. В 19-летнем возрасте, учась на медицинском факультете университета в Павии, Ломброзо публикует свои первые статьи по психиатрии – по проблеме кретинизма, которые привлекли внимание специалистов. В 1862 г. он уже профессор психических болезней, затем директор клиники душевных заболеваний, профессор юридической психиатрии и криминальной антропологии. В 1896 г. Ломброзо получает кафедру психиатрии в Туринском университете.

Преступниками рождаются

Ломброзо – родоначаль­ник антропологического на­правления в криминологии и уголовном праве. Ему принад­лежит теория так называемого «прирожденного преступника», согласно которой преступника­ми не становятся, а рождаются.

Чезаре Ломброзо одним из первых предпринял систематическое исследование преступников, опираясь на строго фиксируемые антропометрические данные, которые определял с помощью «краниографа» – прибора для измерения размеров частей лица и головы. Результаты он опубликовал в книге «Антропометрия 400 правонарушителей» (1872).

Сопоставляя антропометрические данные преступников с тщательными сравни­тельными исследованиями их патологической анатомии, физио­логии и психологии, Ломброзо выдвинул тезис о преступнике как особом антропологическом типе, развитый им затем в цель­ную теорию («Преступный че­ловек», 1876). Он пришел к выводу, что преступник – это дегенерат, отставший в своем развитии от развития человечества. Он не может затормаживать свое преступное поведение, поэтому наилучшая стратегия общества в отношении такого «прирожденного преступника» – избавиться от него, лишая свободы или жизни.

«Преступный тип»

Согласно Ломброзо, «пре­ступный тип» отличается рядом врожденных особенностей ата­вистического характера, свидетельствующих об отставании в развитии и преступных наклонностях. Ученый разработал систему физи­ческих признаков («стигматов») и психических черт этого типа, которые, по его мнению, характеризуют личность, с рождения наделенную преступными наклонностями. Основными признаками такой личности ученый считал сплющенный нос, низкий лоб, большие челюсти, взгляд исподлобья и т.д. Наличие этих признаков позволяет идентифициро­вать потенциального преступ­ника еще до совершения им прес­тупления.

Сейчас подобные измерения проводятся в большинстве стран мира, и не только для армии и спецслужб: знание антропометрии необходимо, например, для изучения рынков рабочей силы и конструирования сугубо гражданских объектов и вещей.

Что же касается «взгляда исподлобья», то Чезаре Ломброзо считал его присущим в основном преступникам и дегенератам ошибочно. На самом деле это – одна из наиболее древних и простых мимических реакций, одинаково доступная многим людям в соответствующей обстановке.

Преступниками становятся

Быстрое и широкое распространение теории Ломброзо и особенно крайние выводы, которые нередко из нее делали, вызвали острую и доказательную критику. Ломброзо пришлось смягчить свою позицию. В более поздних тру­дах он относит к врожденному антропологическому типу лишь 40% преступников, которых он называет «дикарями, живущими в цивилизованном обществе». Ломброзо признает важную роль ненаследственных – психопатологических и социологических причин преступности.

В конце XIX в. на международных конгрес­сах по уголовной антропологии теория антропо­логической преступности была признана в целом ошибочной. Оппоненты Ломброзо основывались на том, что преступление – это условное юриди­ческое понятие, меняющее свое содержание в зависимости от условий, места и времени.

Не­смотря на это, идеи Ломброзо положили начало различным биосоциальным теориям в кри­минологии, которые отчасти нашли применение в кримино­логической практике.

Гений и безумие... совместны

Ломброзо принадлежит также работа «Гениальность и поме­шательство» (1895). В ней автор выдвинул тезис, что гениальность соответствует ненормальной деятельности мозга, граничащей с эпилептоидным психозом. Он писал, что сходство гениальных людей с помешанными в физиологическом отношении просто поражает. На рождение и особенности поведения как тех, так и других одинаково влияют атмосферные явления, раса и наследственность.

Множество гениев страдало умопомешательством: Ампер, Конт, Шуман, Тассо, Кардано, Свифт, Ньютон, Руссо, Шопенгауэр, целый ряд артистов и художников. С другой стороны, между сумасшедшими можно привести немало примеров гениев, поэтов, юмористов и др. В приложении к своей книге Ломброзо привел образцы литературных произведений помешанных, графоманов-преступников, а также описал аномалии черепа у великих людей.

Другими знаменитыми работами Ломброзо стали книги о политических преступлениях («Анархисты. Криминально-психологический и социологический очерк»), о любви у психически больных («Любовь у помешанных»), о преступности среди женщин («Женщина-преступница и проститутка»).

Первый «детектор лжи»

Чезаре Ломброзо впервые в мире стал применять достижения физиологии для выявления обмана. В 1980-х годах он начал измерять пульс и давление крови у подозреваемых во время их допроса следователями. Он утверждал, что может без труда определить, когда подозреваемые лгут.

В 1895 г. Ломброзо впервые опубликовал результаты использования примитивных лабораторных приборов при допросе преступников. В одном из описанных им случаев криминалист, обследуя подозреваемого в убийстве человека с помощью «плетизмографа», зафиксировал незначительные изменения в его пульсе, когда тот делал в уме математические вычисления, и не обнаружил у него «никаких внезапных изменений», когда подозреваемому предъявлялись изображения израненных детей, в том числе – фотография убитой девочки.

Ломброзо сделал вывод, что подозреваемый непричастен к убийству, и результаты расследования убедительно доказали правоту криминалиста. Описанный случай был, по-видимому, первым зафиксированным в литературе примером применения «детектора лжи», который завершился оправдательным результатом. Это означало, что контроль физиологических реакций человека может вести не только к выявлению скрываемой им информации, но – что не менее важно – способствовать установлению невиновности подозреваемого.

Антисемитизм в свете науки

Ломброзо постоянно инте­ресовался еврейскими пробле­мами и с большой симпатией относился к сионистскому движению. Ученый одобрял участие в нем своих учеников, ставших крупными деятелями еврейского движения за создание национального государства на рубеже XIX-XX вв. – М. Нордау и З.Жаботинского. В антисемитизме Ломброзо усматривал главным обра­зом черты атавизма и психопа­тологии (в русском переводе «Антисемитизм и современная наука», 1909).

Чезаре Ломброзо скончался 19 октября 1909 г. в Турине (Италия).


^ ВИРТУОЗ СКРИПИЧНОЙ ИГРЫ.

Яша Хейфец (1901-1987)

«Талант вундеркинда – это обычно болезнь с фатальным исходом. Я один из немногих счастливцев, кому удалось выжить. Моими преимуществами были великий учитель профессор Ауэр и семья, которая обладала инстинктом отличать в музыке хорошее от дурного».

Я.Хейфец.

Двадцатый век был богат на выдающихся скрипачей: Иегуди Менухин, Исаак Стерн, Давид Ойстрах, Леонид Коган, Гидон Кремер. Фигура Яши Хейфеца стоит в истории мировой культуры особняком. Хейфец – скрипач-виртуоз, которого сравнивали только с выдающимися музыкантами прошлого, Паганини и Венявским. Особенным было не только дарование Хейфеца, необычной была и его жизнь.


^ Вундеркинд из Вильно.

На самом деле Яшу Хейфеца звали Иосифом Робертовичем. Родился он в Вильно 20 января 1901 года в семье скрипача-самоучки. Отец будущего скрипача №1 не только играл на свадьбах, но и работал концертмейстером городского симфонического оркестра. Будучи музыкально одаренным человеком, Роберт Хейфец рано распознал дарование сына и стал заниматься с ним музыкой. Иосиф, которого в семье называли Яшей, начал учиться игре на скрипке уже в три года. После нескольких лет занятий с отцом, он начал брать уроки у местного учителя скрипки Э. Малкина и уже в пять лет дебютировал на сцене местной музыкальной школы. Годом позже Хейфец дал свой первый концерт в Каунасе, а в семь лет уже окончил музыкальную школу и поехал в столицу продолжать свое образование.

В Петербургскую консерваторию Хейфеца, несмотря на несомненное дарование, сначала брать не хотели (по закону о черте оседлости евреям не разрешалось жить в столице). Так что тогдашнему директору этого учебного заведения, композитору А. Глазунову, пришлось добиваться разрешения на зачисление Хейфеца у самого императора. В консерватории Хейфец занимался сначала у Набалдяна, а потом поступил к самому знаменитому преподавателю в скрипичном классе, легендарному Леопольду Ауэру.

В десять лет юный виртуоз уже исполнял концерт Ф. Мендельсона с оркестром под управлением самого Глазунова. Дебют Хейфеца в Петербурге произвел в видавшей виды столице эффект разорвавшейся бомбы. В одиннадцать лет Хейфиц впервые выступил в Берлине, в пятнадцать играл в Норвегии, и всюду его концерты производили на публику и критику огромное впечатление. Хейфецу прочили великое будущее.


^ Вынужденная эмиграция.

Через год после триумфального тура по Европе Хейфец подписал контракт на поездку в США. Там, после одного из выступлений, он получил в подарок от благодарного слушателя скрипку Страдивари. Правда, его манере игры больше соответствовал инструмент работы Гварнери, который нашел для Хейфица отец. У скрипача было еще и 8 смычков, в том числе смычок Киттеля, подаренный ему учителем – профессором Ауэром.

В 1917 году Хейфец вернулся в Россию, но ненадолго. 25 октября он должен был выступать в Петербурге, но по понятным причинам концерт отменили, и на афише кто-то написал от руки: «Не состоится из-за революции». Хейфец был вынужден эмигрировать в США, где довольно быстро получил гражданство и уже в том же году играл в Карнеги-холле.

На родину, в СССР, Хейфец приехал лишь однажды, в 1934 году, по личному приглашению министра иностранных дел Литвинова. Скрипач дал тринадцать концертов в обеих столицах, встретился со студентами Ленинградской и Московской консерваторий. Приезд Хейфеца произвел такое впечатление, что о нем еще долго ходили легенды и истории.


Музыкант-легенда.

Поселившись в Америке, Яша Хейфец играл с великими музыкантами: Артуром Рубинштейном, Артуро Тосканини, Григорием Пятигорским, много и увлеченно преподавал. Он исполнял Баха, венских классиков, романтиков, открывал забытые опусы и произведения современных авторов. Специально для Хейфеца писали лучшие композиторы, а он сам сделал более ста транскрипций Бородина, Рахманинова, Дворжака, Гершвина, Хачатуряна, большинство из которых стали хрестоматийными.

В 1939 году в Голливуде о скрипаче сняли фильм, где он сыграл самого себя. За свои выступления Хейфец получал столько, что его гонорары обсуждали шепотом: он зарабатывал больше звезд кино и театра. Его записи всегда становились бестселлерами и до сих пор считаются эталонными.

Начиная с 1960-х, Хейфец играл все меньше, уделяя все больше времени преподаванию в Южно-Калифорнийском университете. Свой последний концерт великий скрипач дал в 1972 году, за пятнадцать лет до смерти.


^ Рок-н-ролл, автомобили и слава.

Хейфец, как человек разносторонний, никогда не ограничивал свои интересы музыкой: он любил читать, занимался теннисом и греблей, играл в гольф, катался на велосипеде и плавал, фотографировал и коллекционировал автомобили. К современной музыке он относился по-разному – обожал джаз, но презирал рок-н-ролл, о котором сказал однажды: «Когда я услышал в одном клубе звуки рок-н-ролла, мне показалось, что я теряю сознание. Вытащил носовой платок, разорвал его на куски и заткнул уши». 

10 декабря 1987 года Яша Хейфец умер. Музыке он посвятил восемьдесят три из восьмидесяти шести лет своей жизни. Его называют самым выдающимся скрипачом минувшего века, гением скрипичной игры. Само выражение «романтический виртуоз» появилось только благодаря Хейфецу, первому соединившему в своей игре романтизм и классицизм. Неслучайно существует легенда, согласно которой другой выдающийся музыкант, знаменитый Фриц Крейслер, услышав игру Яши Хейфеца, воскликнул: «С каким удовольствием я разбил бы сейчас свою скрипку!». 




оставить комментарий
страница7/7
Дата16.10.2011
Размер0,94 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх