Учебное пособие Рекомендовано учебно-методическим советом угаэс уфа-2006 icon

Учебное пособие Рекомендовано учебно-методическим советом угаэс уфа-2006



Смотрите также:
Учебное пособие Рекомендовано учебно-методическим советом угаэс уфа 2006...
Учебное пособие Рекомендовано учебно-методическим советом угаэс уфа-2006...
Учебное пособие Рекомендовано учебно-методическим советом угаэс уфа-2006...
Учебное пособие Часть 3 Рекомендовано учебно-методическим советом угаэс уфа-2006...
Учебное пособие Рекомендовано учебно-методическим советом угаэс уфа-2010...
Учебное пособие Рекомендовано учебно-методическим советом по анатомии и гистологии...
Учебное пособие Рекомендовано Дальневосточным региональным учебно-методическим центром...
Учебное пособие для студентов специальности 5B050200 «Политология» Павлодар...
Учебное пособие Часть I рекомендовано научно-методическим советом университета белгород...
Учебное пособие Изд. 2-е, перераб и доп. Петрозаводск Издательство Петргу 2006...
Учебное пособие Изд. 2-е, перераб и доп. Петрозаводск Издательство Петргу 2006...
Учебное пособие Рекомендовано Учебно-методическим объединением по образованию в области водного...



страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8
вернуться в начало
скачать
^ ГЛАВА 4. НАЧАЛО НОВОГО ПЕРИОДА

РУССКОЙ ИСТОРИИ XVII в.


Смутное время в России. Бурные события начала XVII в. в России получили у современников название Смуты. Они представляли собой выражение глубокого кризиса русского общества и являлись гражданской войной, осложненной вмешательством со стороны Польши и Швеции.

Одной из причин Смуты стал глубокий хозяйственный кризис, охвативший страну с конца царствования Ивана Грозного. Кризис был вызван прежде всего распространением в XVI в. поместного землевладения как наименее эффективной формы средневекового хозяйства. Однако такова была политика властей, поскольку расширение поместной системы позволяло усилить войско, основу которого составляли служилые люди – помещики. К кризису вели также: рост податного обложения в ходе длительной Ливонской войны, репрессии опричников, «моровое поветрие» - эпидемия чумы 1570-х гг.

Под воздействием этих причин усилилось бегство крепостных крестьян и холопов, что привело к запустению самых развитых тогда территорий страны – Центра и Северо-Запада. К примеру, площадь пашни под Москвой уменьшилась в 6 раз. Многие помещики остались без крестьян, разорялись. От побегов страдало и государство: уменьшались поступления в казну, а оскудение дворян не позволяло им нести военную службу. Развивался кризис поместного войска. Единственный способ удержания населения от побегов правительство видело в ужесточении крепостнического режима. Но на деле эти меры бегство населения не предотвратили и способствовали росту в народе недовольства политикой власти, что становилось одной из предпосылок смуты.

Предыстория смуты связана с династическим кризисом. После Ивана Грозного престол унаследовал его сын Федор (1584-1598), неспособный к управлению страной и умерший бездетным. Реальная власть находилась в руках Бориса Годунова, на сестре которого был женат царь. В 1591 г. в Угличе погиб младший сын Ивана IV – Дмитрий. Это обстоятельство сыграло главную роль в последующих событиях. Со смертью Федора династия Рюриковичей пресеклась. Земский собор избрал царем Б. Годунова. Знатные бояре были недовольны воцарением «худородного» Бориса, опиравшегося на дворян, и стали выжидать удобного случая, чтобы свергнуть его. И народ не считал его законным царем. Несмотря на разумные меры в социальной сфере, Годунов не справился с резко ухудшившейся ситуацией. В 1601-1603 гг. на страну обрушился страшный голод, уничтоживший, по некоторым оценкам, до трети ее населения. Он явился как следствием стихийного бедствия, неурожая, так и результатом истощения крестьянского хозяйства, вызванного его закрепоще­нием. Насилие и голод ожесточили крестьянство. В 1603 г. впервые в истории Руси развернулось повстанческое движение. Страна оказалась во власти Смуты.

После восшествия Годунова на престол стали распространяться слухи о чудесном спасении царевича Дмитрия, который объявился на южных рубе­жах России, чтобы принять отцовское наследство. И в 1604 г. при поддержке поляков в Северской земле появился человек, называвший себя царевичем Дмитрием. Принято считать, что это был беглый монах московского Чудова монастыря Григорий Отрепьев. Против него высылались войска, но и разбитый царскими воеводами, Лжедмитрий быстро восстанавливал силы, приобретая все больше сторонников и продвигаясь к Москве. Борьба закончилась весной 1605 г., когда армия перешла на сторону самозванца, а Годунов скоропостижно скончался. 20 июня самозванец въехал в столицу и стал править государством. Главную роль в его возвышении сыграла боярская оппозиция царю Борису, в первую очередь Василий Шуйский. Он же был центральной фигурой заговора против Лжедмитрия в мае 1606 г. Самозванец и сотни окружавших его поляков были убиты. На царство избирается В. Шуйский (1606-1610). По знатности рода он имел право на трон как Рюрикович, но не имел талантов правителя. Ему сразу пришлось столкнуться с таким грозным и опасным по последствиям явлением, как первая в истории России гражданская война. Против боярского царя повсюду вспыхнули восстания, в которых принимали участие представи­тели различных социальных слоев: дворяне, казаки, крестьяне, холопы, недав­но присоединенные народы Поволжья. Причем волнения крестьян приняли огромные масштабы и поднялись до уровня крестьянской войны, во главе ко­торой встал Иван Болотников. Ситуация осложнилась также тем, что бунтов­щики часто воевали не только против правительственных войск, но и друг про­тив друга.

Не удивительно, что в такой обстановке появляется второй самозванец, на этот раз безвестный учитель из Шклова (город в восточной Белоруссии). Новый претендент на царский трон был искусно «создан» врагами Шуйского. Лжедмитрий II дошел до Москвы и расположился лагерем в Тушине. Шуйский обратился за помощью к шведам. Их отряды появились на северо-западе страны. В 1610 г. Польша открыто вмешивается во внутренние дела России. Лжедмитрий II стал не нужен. Поль­ские войска берут Смоленск, занимают Москву. Перед этим бояре свергают Шуйского. Государственная власть в России практически перестала существо­вать.

На этом этапе решающую роль стало играть национально-освободительное движение. Попытку отстоять русскую землю в 1611 г. предприняло Первое ополчение, но добиться успехов не смогло. Во главе Второго ополчения, формируемого в Нижнем Новгороде с осени 1611 г., встают посадский староста Кузьма Минин и князь Дмитрий Пожарский. Они образуют времен­ное правительство – «Совет всей земли». В октябре 1612 г. Москва была осво­бождена от поляков. Страшная смута кончилась.

Смута является одним из самых трагических периодов в истории Оте­чества. Однако это время отмечено не только бедствиями и суровыми испыта­ниями, но и новыми для Московской Руси явлениями, утверждение которых могло оказать существенное воздействие на весь ход российской истории. Это было время, когда все общество пришло в движение и социальные процессы приобрели высокий динамизм. Царей избирали на Земских соборах, а Василий Шуйский впервые в истории Руси присягнул своим подданным: дал запись, которую скрепил целованием креста. Тем самым был создан прецедент огра­ничения самодержавной власти. Но эти тенденции не утвердились. Возрожде­ние отечественной государственности после Смуты происходило на основе возвращения к самодержавному характеру государственного строя.

Восстановление. Изгнание чужеземцев, возрождение отечественной государственности и прекращение Смуты были связаны в то время с восста­новлением единовластия. Для решения этой задачи в январе 1613 г. в Москве был созван Земский собор, самый представительный за всю историю страны. Он объявил царем Михаила Романова. Его избрание объяснялось знатностью рода, близостью к последним Рюриковичам: Романовы были родней Анаста­сии, первой жены Ивана IV, а сам Михаил - племянником Федора Ивановича. Бояре надеялись, что 16-летний царь будет управляемым. Воцарение новой династии создало предпосылки для политической стабилизации, прекращения междоусобиц и военных действий.

Первое время новое правительство занималось исключительно вопро­сами преодоления последствий Смуты. Прежде всего надо было покончить с проблемами, связанными с интервенцией. Формально это завершается подпи­санием мирного договора со Швецией в 1617г. и перемирия с Польшей в 1618г. Был восстановлен мир, но Россия опять лишалась выхода к Балтийскому морю, Смоленска, Чернигова.

Власти восстанавливали разрушенную систему управления и сбора налогов. Трудовой народ возрождал разоренные города и села. В 30-х годах эти процессы в основном завершились. Тогда укреплявшаяся царская власть нуждалась в поддержке сословий. Поэтому царь правит совместно с Земским собором, который заседает почти непрерывно.

Однако эти зачатки сословной монархии не получили развития. Возро­дились самодержавные тенденции, укрепившиеся при сыне Михаила – Алексее Михайловиче (1645-1676). Земский собор собирается все реже, а в 1653 г. прошел последний. Теперь царь собирал иногда выборных от одного из сосло­вий. Он правил вместе с Боярской думой. Действовала формула: «Царь указал, а бояре приговорили». Но постепенно и роль Думы уменьшалась. Царь все чаще собирал Ближнюю думу. Происходил упадок представительных органов, повышалась роль бюрократии. Число приказов возросло до 80. Они были по­слушным орудием в руках царя, но всемогущи – в глазах подданных. В них процветали волокита и взятки.

Укреплению самодержавия способствовало принятие в 1649 г. Собор­ного уложения – важнейшего законодательного акта ХVII в. Оно привело в систему изданные за столетие законы и указы, содержало 25 глав и 967 статей. На первом месте – наказания за преступления против религии и царя. Уложе­ние определило правовой статус основных сословий России. Было увеличено тягловое сословие (платившее налоги и несшее повинности). Произошло за­крепление посадского населения за своими городами. Получила юридическое оформление система крепостничества. Сыск крестьян стал бессрочным.

Церковная реформа. Раскол. В середине XVII в. произошли события, порожденные церковной реформой и вызвавшие глубокие потрясения в духов­ной и общественной жизни Руси. Кризис начался с попыток церковных иерар­хов восстановить единство содержания священных книг и обрядов, утраченное из-за накапливавшихся веками грубых ошибок переписчиков книг и наруше­ний церковного устава. В 1641 г. в Москве сложился Кружок ревнителей древнего благочестия, в который входили и будущие идейные противники игумен Никон и протопоп Аввакум. Они пытались противостоять произвольному сокращению церковных служб, разгульной жизни части духовенства. Уже внутри Кружка развернулся спор по поводу образцов, по которым надлежало исправлять свя­щенные тексты. Для одних это были древнерусские рукописные книги, для других – их греческие оригиналы. В глубине конфликта лежали не только чис­то церковные дела, но и принципиальный выбор между византийским и древ­нерусским наследием, а, в конечном счете, отношения России и Европы. Для Никона вселенское (греческое) православие обеспечивало влияние Москвы на греков, сербов и других православных, томившихся под турецким игом. А для таких, как Аввакум, православие украинцев, сербов, греков было «порченым», за что бог и покарал их, отдав под власть иноверцев.

Став в 1652 г. патриархом и желая укрепить позиции церкви, Никон начал церковную реформу. Суть ее заключалась в унификации норм церковной жизни и приведении их в соответствие с нормами греческой и других право­славных церквей. Основные нововведения: креститься надо не двумя перстами, а тремя (символ Троицы); крестный ход вокруг церкви совершать не с востока на запад, а наоборот; вместо земных поклонов класть во время богослужения поясные; вместо написания «Иисус» вводилось «Иисус» и т.д. Было приказано допускать до богослужения иконы только греческого образца и изъять иконы старорусского письма. Старинное церковное пение в унисон стало заменяться многоголосием. Прекращалось строительство самобытных шатровых храмов. Этим изменениям противостояла группировка, настаивавшая на «чистоте» рус­ских текстов и истинности традиционной обрядовости. Ее возглавил протопоп Аввакум. Очевидно, что изменения касались все же деталей, а не сути самого вероучения. Разногласия могли бы быть урегулированы. Но Никон стал вне­дрять реформу поспешно и жестоко. В ответ «ревнители» старой веры фана­тично защищали свои традиции и обряды. В итоге произошёл раскол русской церкви на новую, никонианскую и старообрядческую.

Реформа Никона имела не только религиозные, но и политические причины. Она была вызвана укреплением самодержавия. Этот процесс был связан с унификацией всех сторон общественной жизни, в том числе и с введе­нием единообразия в церковных обрядах. Никону, а вместе с ним и царю, надо было навязать верующим единую культовую систему. Вот почему активное участие в реформе приняла светская власть. Но патриарх стремился создать сильную церковную власть, независимую от светской и имеющую превосход­ство над ней. Это шло вразрез с интересами самодержавия. Царя стало тяго­тить властолюбие патриарха. В 1658 г. между ними произошел конфликт, при­ведший к разрыву отношений. Никон уехал из Москвы. В 1666 г. церковный Собор лишил его патриаршего сана. Но смещение Никона не означало отмены его реформы. Она признавалась делом царя, государства и церкви. Старооб­рядцы были преданы анафеме и сурово преследовались. Руководителей раско­ла постигла тяжелая участь. Аввакум в 1682 г. погиб на костре. Но это лишь усилило движение староверов. Они нашли поддержку в разных слоях общества – от феодальной аристократии до угнетенного крестьянства. По подсчетам не­которых историков, до четверти русских людей ушло в раскол. Под знаменем раскола проходили такие крупные движения, как Соловецкое восстание (1662г.), крестьянская война под предводительством Степана Разина (1670-1671 гг.) и многие другие.

Новые явления в экономическом развитии. Начало XVII в. современ­ники характеризовали как «великое московское разорение», настолько тяже­лыми были экономические последствия событий тех лет. Восстановление ра­зоренного Смутой хозяйства в основном завершилось к 40-м годам. Сравни­тельно медленно восстанавливалось сельское хозяйство, остававшееся основ­ной отраслью экономики. Здесь продолжает господствовать трехполье, остава­лись прежние орудия труда (соха, борона, серп, коса) и методы обработки зем­ли. Однако производство продукции существенно росло, главным образом за счет расширения посевных площадей на юго-востоке страны. Именно в этот период земледелие проникает и в Башкирию.

Быстрее развивалось ремесло. Характерным для того времени стано­вится перерастание ремесла в товарное производство. Многие ремесленники переходят от работы на заказ к работе на рынок, выясняя его конъюнктуру и удовлетворяя спрос покупателей. Стала чётко проявляться товарная специализация отдельных районов. Центрами металлообработки были Москва, Серпухов, Тула, Устюжна. Выработкой тканей (полотно, сукно) славились Псковский, Тверской, Ярославский, Вологодский уезды. Центрами солеварения были Новгород, Соликамск, Тотьма, кожевенного дела – Ярославль, Нижний Новгород, Казань.

Развитие мелкотоварного ремесла и рост специализации производства подготовили почву для возникновения мануфактур, что явилось самым важ­ным новшеством в промышленности XVII в. Мануфактуры представляли со­бой крупное производство, основанное на разделении ручного труда с приме­нением простых механизмов. Их создание ускорялось государственными по­требностями. Мануфактуры появлялись в местах товарного производства. Пер­вые из них возникли в металлургии. В 1636 г. голландский купец А. Винниус пустил вододействующий завод под Тулой. Железоделательные мануфактуры появились также в Кашире, Олонецком крае. Работали канатные дворы в Воло­где, Холмогорах, Архангельске, стекольный завод под Москвой. На них преоб­ладал принудительный крепостной труд. К концу XVII в. насчитывалось уже 30 мануфактур, но это был лишь зародыш той крупной промышленности, ко­торая работала бы на всю страну.

В связи с ростом и специализацией производства увеличивался обмен товарами, интенсивно развивалась торговля. Становилось все больше местных торговых рядов и торжков. Повышалось значение областных торговых цен­тров. Таковыми являлись Ярославль, Вологда, Кострома, Казань, Нижний Нов­город и др. Узлами, связывающими межобластные производства, стали ярмарки российского значения: Макарьевская (Ниж. Новгород), Ирбитская (Урал), Свенская (Брянск), Тихвинская. Некоторые города (Москва, Архангельск, Новгород, Астрахань) выступали в роли постоянного рынка. Всего в России к середине века было 254 города. Росли объемы внешней торговли. Главными торговыми партнерами России были Англия, Голландия, Швеция, Польша, Персия и Бухара. Вывозились мех, лес, поташ, холст, пенька, кожи, сало, икра и т.п. Ввозились вина, пряности, тонкие сукна, металлические и ювелирные изделия, бумага, аптекарские товары. В структуре внешней торговли достаточно точно отражается уровень экономического развития страны.

Новым в развитии рыночных отношений было появление торгового капитала и развитие купечества, которое подчинило себе обмен. Оно втягивало в рыночный оборот ремесленников и кустарей. Препятствием для деятельности русских купцов был иностранный капитал, стремившийся захватить россий­ский рынок. Чтобы оградить отечественное купечество от этой конкуренции, в 1667 г. был принят Новоторговый устав. Иностранным купцам запрещалось торговать в розницу, а заграничные товары облагались большими таможенны­ми сборами.

Все отмеченные изменения говорят о том, что Россия вступает в новый этап своего развития. Возникают буржуазные отношения, в основном лишь в сфере торговли. Рост товарно-денежных отношений, усиление товарообмена между областями приводят во второй половине XVII в. к складыванию всерос­сийского рынка. Именно в это время преодолеваются следы прежней раздроб­ленности в экономической сфере.

Основные итоги развития России в XVII в. Этот век занимает особое место в отечественной истории. В то время происходили процессы, которые во многом определили дальнейшие исторические судьбы России.

XVII столетие характеризовалось быстрым расширением границ страны. За фантастически короткий по историческим меркам период времени (экспедиция В. Пояркова уже в 1645 г. достигла Охотского моря) Сибирь была включена в состав Русского государства и началось ее освоение. Огромное значение имело присоединение в 1654 г. Украины к России. Объединение двух славянских народов превращало ее в центр славянского мира. Таким образом, Русь превратилась в огромное государство, раскинувшееся на просторах Евра­зии. Формировалась основа своеобразного цивилизационного комплекса, за­нимающего особое место в мировой системе цивилизаций. На смену Москов­скому государству пришла Россия, которая уже в конце XVII в. по существу являлась империей и великой державой. Однако она еще не обрела соответст­вующий международный статус, была лишена доступа к удобным морским путям.

Глубокие сдвиги происходили в социально-политической сфере. Про­изошло окончательное закрепощение крестьянства, причем в очень суровой форме. Так была заложена основа непримиримых социальных конфликтов. Укрепились позиции дворянства. Оно становилось оплотом самодержавной монархии. Определилась тенденция превращения боярского царства в дворян­скую империю. Уже к концу столетия обнаружилось, что старые органы власти не справляются с усложнившимися управленческими задачами. Обстановка в стране характеризовалась политической нестабильностью.

XVII в. отмечен определенными успехами в области торговли и ману­фактурного производства. Но изменения происходили все же медленно. Обнаружилось значительное экономическое отставание России от развитых стран Западной Европы. Следствием экономической отсталости была военная сла­бость, проявившаяся вскоре в начале Северной войны.

XVII в. стал важным этапом в развитии русского общества. Он подго­товил почву для возникновения и распространения новых, передовых идей и веяний. Пережив в начале века тяжелейший период внутренних распрей, Рос­сия сумела не только покончить с последствиями Смуты, но и вступить в но­вый этап своего развития, связанный с укреплением самодержавной власти, упрочением международного положения, усилением связей с Западом, зарож­дением буржуазных отношений в экономике. В России созрели предпосылки для крупных перемен.


^ ГЛАВА 5. РОССИЯ В ЭПОХУ УТВЕРЖДЕНИЯ АБСОЛЮТИЗМА:

XVIII в.


I. ЭПОХА РЕФОРМ ПЕТРА I


В XVIII ст. в большинстве стран Европы господствовал социально-политический строй, который на исходе века, уже после Великой Французской революции 1789–1794 годов, получил название «старый порядок». Отличительными его чертами были господство крупных земельных собственников, абсолютизм, сословное неполноправие основной массы населения, полицейско-чиновничий (иногда еще и клерикальный) контроль над жизнью общества. В странах «восточной окраины» западного мира – Прусском королевстве, Мекленбурге, Австрийской империи, Польше – господствовало крепостное право, принимавшее не менее жестокие формы, чем в России. Конечно, «старый порядок» имел много отличий от классического феодализма средневековья: 1) превращение товарно-денежных отношений из периферийного явления в основу экономической жизни общества; 2) втягивание в торгово-предпринимательскую деятельность значительной части «благородного» сословия; 3) огромная экономическая роль государства, своими налогами ставящего крестьянскую массу на грань нищеты и разорения; 4) развивающаяся при государственной поддержке мануфактурная промышленность; 5) рост технического и культурного потенциала общества и т. д.

Исключение в общей массе «старорежимных» государств XVIII в. составляли Англия и Голландия – страны с либеральными политическими порядками, парламентским правлением и бурно развивающимися капиталистическими отношениями. Демонтаж английского абсолютизма во второй половине XVII в. создал в Англии общественную систему, одним из устоев которой была юридическая и моральная защита прав собственности и личных свобод имущих слоев населения. Специфика британской социально-политической системы стала одним из факторов успешного торгового, промышленного и технического развития. В первой половине XVIII в. Англия превращается в обладательницу самого большого торгового и военного флота в Европе. С 60-х гг. XVIII в. в Великобритании – на десятилетия раньше, чем в других странах Европы – начинается промышленный переворот, обеспечивший стране техническое превосходство и положение «мастерской мира».

Россия по своему социально-политическому устройству принципиально не отличалась от стран «старого порядка», особенно от своих ближайших западных соседей. Поэтому «европеизация», осуществленная в годы реформ Петра I, не представляла угрозы ни для господствующего класса, ни для власти русского самодержца. Основными предпосылками петровской европеизации стали: а) необходимость выдерживать военно-политическую конкуренцию европейских держав, б) стремление к усвоению западных технических достижений, в) культурное влияние – мир католической и протестантской Европы мог предложить гораздо больше возможностей для удовлетворения культурных потребностей господствующего класса, чем рутинная жизнь по старозаветным традициям Московского царства.

Содержание петровских реформ не исчерпывается понятием «европеизация» (или модным ныне термином «модернизация»). На исходе XVII – в первой четверти XVIII ст. произошло укрепление сословного строя и крепостничества, возросла роль государства во всех сферах жизни общества, усилился деспотический характер деятельности верховной власти, впервые в истории России были созданы регулярная армия и военный флот (что потребовало колоссального увеличения налогового бремени) и обслуживавшая их нужды крупная промышленность. Освоение европейских «диковинок» было зачастую формой, в которой осуществлялись перечисленные выше изменения в жизни общества.

Эпохе петровских реформ предшествовал период ожесточенной борьбы за власть в Московском государстве в 80-е гг. XVII в. Эта борьба никак не была связана с вопросом о европеизации. Трон и высшие должности не могли поделить дети и родственники двух жен царя Алексея Михайловича (1645–1676) – Марии Ильиничны Милославской (ум. 1669) и Натальи Кирилловны Нарышкиной (царица с 1671 г.). После смерти Федора Алексеевича (1676–1682) патриарх и бояре провозгласили царем 10-летнего Петра, сына царицы Натальи. Но сторонникам Милославских во главе с царевной Софьей удалось переиграть боярское большинство: был организован бунт стрельцов 15–17 мая 1682 г., во время которого оказались убиты наиболее влиятельные представители клана Нарышкиных. После этого царями были объявлены двое сводных братьев: болезненный и неспособный к делам правления Иван (сын Милославской) и Петр. С 29 мая 1682 г. титул правительницы и фактический контроль над нитями управления государством получила царевна Софья Алексеевна. Однако попытка опереться на мятежных стрельцов (укомплектованных из представителей торгово-ремесленного населения) поставила страну на грань социально-политического переворота. Стрельцы в мае – сентябре 1682 г. требовали признания их первенствующим сословием в государстве и укрепления своего положения в качестве особой придворной гвардии. В сентябре 1682 г. царевне Софье удалось расправиться с главарями стрельцов – боярами И.А. и А.И. Хованскими (казнены 17 сентября, в день именин царевны). Притязания стрелецкой «гвардии» были отклонены. Однако эта победа ограничивала для правительства Милославских возможность социального маневра. Во время следующего политического кризиса в 1689 г. представители землевладельческого класса, прежде всего поместного дворянства, оказали поддержку Нарышкиным. Софья была лишена звания правительницы и заточена в монастырь. Реальная власть с сентября 1689 г. перешла в руки Петра I (род. 1672 – ум. 1725), его матери Н.К. Нарышкиной (ум. 1694), их родственников и сторонников из числа бояр. Формально царем-соправителем оставался старший брат Петра Иван (ум. 1696), однако последний по причине своей хилости, и по-видимому, слабоумия, не принимал участия в государственном управлении.

Молодой Петр проводит большую часть времени в развлечениях, главным среди которых были «Марсовы и Нептуновы потехи» – не всегда безобидные инсценировки военных действий с участием потешных полков и потешного флота. Потешные игры, а также знакомство с проживавшими в московской Немецкой слободе иностранцами стимулировали интерес Петра к европейским техническим изобретениям и западной культуре.

Первым серьезным предприятием молодого царя стали Азовские походы 1695–1696 гг. Первую осаду Азова – хорошо укрепленной турецкой крепости в устье Дона – русская армия предприняла летом 1695 г. Осада закончилась неудачей: у русских не было флота, и турецкие суда свободно подвозили продовольствие и боеприпасы осажденным. В течение зимы 1695–1696 гг. в Воронеже и других городках по Дону свыше 25 тыс. крестьян из ближайших уездов построили около 1300 стругов; еще 22 галеры выстроены под Москвой и по частям доставлены на Дон. В итоге во время летней кампании 1696 г. удалось установить полную блокаду Азова. 18 июля 1696 г., за несколько дней до намеченного Петром штурма, турецкий гарнизон капитулировал. Внешнеполитическое значение взятия Азова было невелико, в основном оно сводилось к тому, что Россия получила возможность держать флот на Азовском море. Гораздо более значительными были внутриполитические последствия. Появилась возможность установить более жесткий контроль над донским казачеством. Начинает складываться более масштабная, чем в предыдущие десятилетия XVII в., система трудовой повинности. Кораблестроение из личной забавы молодого монарха превращается в государственное дело. В октябре 1696 г. на заседании Боярской думы принято решение о финансировании строительства российского флота, протокольная запись начиналась словами: «Морским судам быть».

В конце 90-х гг. XVII в. перед правительством Петра встала дилемма: продолжать борьбу с Турцией за обретение выхода к Черному морю или вступить в войну с северным соседом – Швецией – за обладание землями в Прибалтике. «Великое посольство» 1697–1698 гг. показало бесперспективность попыток сохранения распадавшейся антиосманской коалиции (войны с Турцией в 80–90-е гг. XVII в., кроме России, вели Австрия, Польша, Венеция) и тем более попыток привлечения новых стран для участия в ней. Зато наметились возможные союзники на случай конфликта со Швецией. «Великое посольство» было первым выездом русского монарха в зарубежные страны со времен ордынских поездок московских князей. В число целей этого дипломатического мероприятия входили знакомство с корабельным делом, техническим опытом, культурной и политической жизнью европейских стран, закупка оружия, заключение договоров об обучении русских «волонтеров» различным специальностям и найм иноземцев-мастеров. Пришедшее из России известие о стрелецком бунте заставило Петра прервать поездку и вернуться в Москву. Мятеж стрельцов был подавлен еще до возвращения царя. Петр потребовал пересмотреть и ужесточить приговоры участникам бунта. В результате вдобавок к 122 казненным до прибытия Петра еще около 1000 человек были обезглавлены или повешены. Стрельцы, не причастные к мятежу, подлежали выселению из Москвы вместе с семьями, их дома были разрушены.

Расформирование стрелецкого войска ускорило введение новых принципов комплектования вооруженных сил. С 1699 г. начинаются наборы «даточных людей» (с 1703 г. входит в обиход немецкое слово «рекруты»). Во время наборов, происходивших с разной периодичностью, определенное количество крестьянских или посадских дворов должно было выставить одного рекрута в возрасте от 15 до 35 лет, который призывался на пожизненную военную службу и утрачивал связь с прежней социальной средой. Таким образом, было положено начало формированию регулярной армии, и принцип пожизненной военной службы пришел на смену принципу ополчения, на котором основывались русские вооруженные силы, прежде всего дворянская конница, в XVI – XVII вв.

В 1698–1699 гг. начинаются так называемые «культурные реформы» Петра I – вводится брадобритие (для дворян и горожан), ношение «немецкого платья», табакокурение; в конце 1699 г. введено общеевропейское летосчисление от рождества Христова, начало года перенесено с 1 сентября на 1 января. Демонстративный разрыв с бытовыми традициями и навязывание высшему обществу новых стандартов жизни стали возможны в результате усиления режима личной власти царя, что было одним из итогов политической борьбы 80–90-х гг. Более серьезные культурные нововведения приходятся уже на первую четверть XVIII в., когда появляется светская школа, создается ряд специальных военно-учебных заведений – Морская академия, Артиллерийское и Инженерное училища, появляется периодическая печать (первая и единственная газета «Ведомости» выходила с декабря 1702 г.), расширяется книгоиздательское дело и начинается систематическое печатание переводной литературы, проводится реформа алфавита (1708–1710 гг.), начальное образование объявляется сословной повинностью дворян (1714), более серьезный характер принимают географическое изучение страны и картографические работы, основывается (в 1725 г.) Петербургская Академия наук. Узость культурных преобразований отчасти объясняется недостатком финансовых средств, которые тратились на удовлетворение совершенно иных государственных потребностей.

В первые годы XVIII в. основные силы царя и его окружения были поглощены войной со Швецией. Шведские короли в XVII – начале XVIII в. располагали одной из сильнейших армий в Европе и контролировали большую часть балтийского побережья. Балтийское море в те времена было средоточием всей торговли Северной Европы, и любой прилегающий к нему участок суши был лакомым куском для соседних государств. Для России конфликт со Швецией позволял решить две принципиально важные внешнеполитические задачи: во-первых, добиться пересмотра договоров 1609 и 1617 гг., по которым Русское государство теряло исконно принадлежавшие ему земли по р. Неве, на восточном побережье Финского залива и северном побережье Ладожского озера; во-вторых, добиться положения морской державы, что в ту эпоху было главным условием успешного торгово-экономического развития. Обладание выходом к Баренцеву и Белому морям не решало проблемы из-за ограниченного срока навигации (3-4 месяца в году на Белом море) и из-за удаленности от экономических центров как самой России, так и Западной Европы.

Антишведская коалиция складывается в 1699 г. в составе России, Дании и Саксонии, образовавших Северный союз. Курфюрст Саксонии Август II одновременно являлся королем Польши, однако Речь Посполитая на первых порах формально в войне не участвовала. Петр вступил в войну позже своих союзников, после получения известия о заключении в Стамбуле «мира в образ перемирья» с турками сроком на 30 лет. Основными вехами Северной войны стали: начало датско-шведского конфликта в марте 1700 г.; разгром шведским королем Карлом XII датчан и выход Дании из войны в августе 1700 г.; объявление Россией войны Швеции 19 (30) августа 1700 г.; тяжелое поражение русских войск под Нарвой в ноябре 1700 г.; вторжение шведов в Польшу, превратившуюся в главный театр военных действий в 1701–1708 гг.; изгнание шведов с берегов Невы в 1702–1703 гг. и основание крепости Санкт-Петербург 16 (27) мая 1703 г.; взятие русскими Нарвы в 1704 г.; военное поражение и выход из войны саксонского курфюрста в 1706 г.; вторжение армии Карла XII в пределы России в сентябре 1708 г.; измена украинского гетмана И.С. Мазепы, перешедшего с небольшим отрядом на сторону шведов в октябре 1708 г.; разгром 30-тысячной шведской армии под Полтавой 27 июня (8 июля) 1709 г. и бегство Карла XII в пределы турецких владений; взятие русскими войсками Риги, Ревеля (современный Таллинн), Выборга и Кексгольма в 1710 г.; объявление Турцией войны России и неудачный Прутский поход Петра I в мае – июле 1711 г., в результате чего Россия была вынуждена вернуть туркам Азов; первая победа русского флота над шведским у мыса Гангут в 1714 г.; мирные переговоры на Аландских островах в 1718 г., прерванные после гибели Карла XII в ноябре 1718 г. и прихода к власти в Стокгольме сторонников продолжения войны; крупная победа русского флота над шведами в сражении у о. Гренгам в 1720 г.; мирные переговоры в финском городке Ништадт в апреле – августе 1721 г. и заключение 30 августа (10 сентября) 1721 г. Ништадтского мирного договора, устанавливавшего между Россией и Швецией «вечный истинный и ненарушимый мир на земле и на воде».

По условиям Ништадтского мира Россия возвращала себе Ингрию – земли по р. Неве и прилегающий участок Финского залива, а также район Выборга и Кексгольма. Помимо этого, к России отходили Лифляндия и Эстляндия с городами Ригой, Ревелем, Нарвой, Дерптом. За территориальные приобретения Россия выплачивала Швеции немалую по тем временам денежную компенсацию в 2 млн ефимков. Утверждение России на Балтике создавало более благоприятные условия для развития торговли с западноевропейскими странами. Уже в 1722 г. основной поток внешней торговли перемещается из Архангельска в Петербург и Ригу (до 1721 г. полноценное торговое судоходство на Балтике было невозможно из-за действий шведских каперов). Не менее важным итогом Северной войны стало превращение России в одну из ведущих европейских держав. В октябре 1721 г. Сенат преподнес Петру титул императора, наименование великого и отца отечества.

Последней крупной внешнеполитической акцией Петра I стали малоудачные Каспийские походы 1722–1723 гг. В результате непродолжительного русско-персидского конфликта был установлен контроль над узкой полосой западного и южного побережья Каспия с городами Дербент, Баку, Решт. Однако новозавоеванные провинции приносили российской казне одни лишь убытки, собираемые с них доходы не покрывали расходов на содержание русских гарнизонов, русские войска несли огромные потери от болезней, и при преемниках Петра в 1732–1735 гг. Россия возвратила Персии все приобретенные в Каспийских походах территории.

Войны и военные походы занимают большую часть петровского правления. Они потребовали огромного напряжения людских, материальных и финансовых ресурсов страны. Потребности военного времени дали толчок многим внутренним преобразованиям, но при этом наложили своеобразный отпечаток на всю реформаторскую деятельность Петра I.

Военные нужды вызвали важнейшие экономические преобразования петровской эпохи, прежде всего создание собственной крупной промышленности. До конца XVII в. Россия закупала цветные металлы и частично железо за границей. Таким образом, производство оружия, артиллерийское дело и монетное обращение зависели от импорта металла. Наиболее высококачественное железо и часть меди ввозились из Швеции. Разрыв отношений в 1700 г. послужил важным толчком к созданию собственной металлургии, центром которой становится Средний Урал. Еще в 1699 г. на Урале началось строительство Невьянского железоделательного завода, пущенного в действие в 1701 г. В 1701–1704 гг. вступили в строй еще три уральских завода (железоделательные Каменский и Алапаевский и медеплавильный Уктусский). Урал, по замечанию Н.И. Павленко, «обладал удачным сочетанием трех важнейших элементов горнорудного дела: руды, воды и леса». Проблемой оставалась малонаселенность региона и неразвитость путей сообщения, затруднявшая доставку грузов в центральные районы страны. Еще два района горнорудного и оружейного дела складываются в Олонецком крае (Карелия) и Липецком уезде.

Первые заводы строились на средства казны, однако проблема убыточности заставила вскоре передать некоторые из них в частные руки. Так, Невьянский завод уже в 1702 г. был отдан во владение богатому тульскому оружейнику Н.А. Демидову. Постепенно роль частного капитала возрастает. В течение первого десятилетия XVIII в. казной построены 14 металлургических предприятий, а частными лицами – 2, в последующие 15 лет это соотношение изменилось: на казенные средства основаны 5 заводов, а частными предпринимателями – 10. Допущение частной инициативы сопровождается сохранением жесткого контроля со стороны государства за работой предприятий и выполнением многочисленных казенных заказов.

Основной рабочей силой стали местные государственные крестьяне, приписанные правительственными указами к заводам и обязанные отбывать заводские работы в зачет казенных податей в течение 4 и более месяцев в году. К концу первой четверти XVIII в. число приписных крестьян на Среднем Урале достигло 25 тыс. душ мужского пола. Дефицит рабочих рук, тем не менее, сохранялся, и власти были вынуждены смотреть сквозь пальцы на использование труда беглых крестьян на частных предприятиях. В 1721 г. издается указ, разрешавший купцам покупать помещичьих крестьян и переселять их на заводы, но таких купленных и переселенных на заводы крестьян нельзя было продать отдельно от предприятия. (Позднее, с конца XVIII в., за этими крестьянами закрепилось название «посессионные».) На тех же принципах, в большинстве случаев с использованием подневольного труда, возникает крупное производство мануфактурного типа в суконной, судостроительной, лесопильной, стекольной и других отраслях промышленности. Приписка и покупка работников были неизбежным следствием господства в стране крепостного права и ничтожности рынка свободной рабочей силы. Вольнонаемный труд служил основой развития лишь некоторых отраслей текстильной промышленности, солеварения и речного транспорта. К концу царствования Петра в России насчитывалось около 100 (по другим подсчетам – около 200) крупных промышленных предприятий. Самым крупным предприятием страны была адмиралтейская верфь в Петербурге с числом рабочих около 10 тыс. человек.

Становление крупной промышленности стало важным фактором бытовых и культурных изменений петровской эпохи. В 1717 г. вице-канцлер П.П. Шафиров отмечал, что в стране налажено производство таких товаров, «о которых многих и имена прежде сего в России мало слыхано». Наметились определенные изменения в положении России в системе международного разделения труда. С 1722 г. начался экспорт русского железа; в 1726 г. вывезено 55 тыс. пудов. В 1726 г. Россия выплавляла более 800 тыс. пудов железа и по этому показателю занимала 3-е место в Европе (после Англии и Швеции). В 30-е гг. XVIII в. российская промышленность по производству чугуна вышла на первое место в Европе и мире. В 1770 г. Россия производила 5,1 млн. пудов чугуна, а Англия – только около 2 млн Уральское железо во второй половине XVIII в. превращается в один из главных товаров русского экспорта. Однако достигнут этот успех был ценой разорения и превращения в подневольных работников десятков тысяч государственных и купленных помещичьих крестьян. Именно дешевизна дармового крестьянского труда обеспечивала конкурентоспособность русского металла на внешнем рынке.

Финансовые потребности армии и флота обусловили осуществление еще одной важнейшей меры социально-экономической политики Петра I – реформы налогообложения. Еще в 70-е гг. XVII в. произошел переход от поземельной («посошной») к подворной системе взимания податей. Непомерный рост налогов в годы Северной войны вызвал естественное стремление населения к уклонению от их уплаты. Произошло укрупнение крестьянских и посадских дворов: в одном дворе продолжали жить семьи братьев, взрослых сыновей с отцом, племянников с дядей и т. д. Перепись 1710 г. зафиксировала сокращение числа дворов по сравнению с подворной переписью 1678 г. Поэтому правительство и после 1710 г. продолжало взыскивать налоги исходя из данных переписи 1678 г. В первой четверти XVIII в. произошло увеличение всевозможных сборов с промыслов, торговых заведений и т. п., появилась масса мелочных налогов. В конце концов, для увеличения доходов государства и для упорядочения налоговой системы правительство Петра I решилось на введение «поголовщины», т.е. подушной подати. В 1718–1728 гг. в России была проведена первая подушная перепись крестьянского и посадского населения. На первых порах власти столкнулись с утайкой душ: помещики, монастырские власти, крестьянские старосты подавали неверные сведения. Тогда в 1722–1727 гг. правительство провело ревизию – проверку материалов подушной переписи при помощи армейских офицеров. С этого момента подушные переписи в Российской империи получили название ревизий, хотя сами ревизии с участием военных после 40-х гг. XVIII в. не проводились. Проверка 1722–1727 гг. выявила утайку около 1 млн. душ мужского пола. Всего первая ревизия зафиксировала 5,7 млн душ мужского пола. С учетом привилегированных слоев и военно-служилого населения, а также жителей не попавших под перепись окраин (Прибалтика, Украина) общая численность населения России начала 20-х гг. XVIII в. определяется приблизительно в 15,6 млн человек обоего пола.

В 1724 г. были отменены прежние подворные налоги и установлены ставки подушной подати. Для помещичьих крестьян и дворовых людей, монастырских и дворцовых крестьян она назначалась в размере 74 коп. с души м.п. (в 1725 г. снижена на 4 коп. и составила 70 коп. с души). Для государственных крестьян устанавливался дополнительный четырехгривенный оклад, и норма подушного сбора определялась (с 1725 г.) в 1 р. 10 к. с души м.п. Считалось, что добавочные 40 коп. примерно соответствуют размеру помещичьего оброка, хотя на деле норма эксплуатации крепостных крестьян была выше. Посадские люди – купцы и другие представители торгово-ремесленного населения городов – должны были платить по 1 р. 20 к. с души м.п. Введение подушной подати не отменяло промысловых и мелочных сборов, а также разнообразных видов трудовой повинности крестьян, которые привлекались местными властями к строительным, лесозаготовительным, дорожным работам, отбывали подводную гоньбу и т. д.

От подушной подати освобождалось меньшинство населения – дворяне, православное духовенство, чиновники и канцелярские служители, отставные солдаты, а также население плохо контролируемых правительством окраин – казаки, калмыки, башкиры, ясачные народы Сибири. Уплата подушной подати становится признаком принадлежности к непривилегированным сословиям. Податной статус купцов подчеркивал неполноправное положение данной сословной группы в Российской империи. В последующие годы богатые купцы неоднократно просили правительство избавить их от подушной подати не из-за тяжести последней, а именно из соображений сословной гордости, из-за того, что уплата «сорокаалтынного оклада» как бы уравнивала купечество с деревенскими мужиками.

Подушная подать взыскивалась независимо от хозяйственной состоятельности крестьянина или посадского человека. Она собиралась со всех записанных в I ревизию, не исключая и грудных младенцев. Смерть или бегство ревизской души не избавляли ее от обязанности платить налоги: за выбывших и нетрудоспособных платил глава семьи или вся община по мирской раскладке. Так продолжалось вплоть до следующей ревизии (II ревизия проведена в 1744–1747 гг.), которая исключала умерших и выбывших и включала в число налогоплательщиков родившихся в промежуток времени между переписями. Всего за время существования подушной подати в России в XVIII–XIX вв. было проведено 10 ревизий.

Введение новой налоговой практики лишь обострило проблему низкой платежеспособности крестьянства. Ситуацию усугубил голод в центральных уездах в 1723–1726 гг. В результате уже в первые годы взимания подушной подати недоимки достигли 30 %. Преемники Петра столкнулись с хронической нехваткой денег для покрытия расходов на содержание армии и чиновничества. Л.В. Милов считает возможным говорить о «финансовом кризисе 20–30-х годов XVIII в.». К 1739 г. недоимка по подушному сбору выросла до 5 млн руб. Правительство пыталось выколачивать подушные деньги из крестьянства при помощи армии, делало ответственными за исправное внесение подати крестьянами их помещиков. За неуплату крестьянских податей дворян-землевладельцев нередко сажали под караул, а в их имения направляли экзекуторские команды. Иногда использовались и меры противоположного характера: разовое снижение подати (на 3–10 коп. с души в год), прощение недоимок. В 40–50-е гг. была сделана ставка на увеличение косвенных налогов – питейного и соляного сбора. Другим средством борьбы с дефицитом денег в казне было сокращение жалованья чиновникам и ликвидация некоторых из созданных Петром государственных учреждений.

Финансовый кризис был преодолен по мере приспособления крестьян к новой системе налогообложения, в результате увеличения доли продукции крестьянского хозяйства, поставляемой на рынок, роста торгово-промысловых и ремесленных занятий сельского населения. «Петр Великий наложением подати принудил крестьян стараться другими ремеслами приобретать себе на пропитание и на уплату податей…» – писал во второй половине XVIII в. князь М.М. Щербатов. Некоторому облегчению податного бремени способствовал рост цен на продукцию сельского хозяйства, наблюдавшийся на протяжении всего XVIII в. и опережавший рост цен на промышленные и ремесленные изделия (объяснялось это, прежде всего, увеличением доли неземледельческого населения, питающегося покупным хлебом).

Государственное управление было той областью, где реформаторские начинания Петра получили наибольший простор и размах. Одна из тенденций административных реформ первой четверти XVIII в. заключалась в заимствовании из практики европейских стран тех или иных учреждений, должностей, правовых норм. Новые бюрократические инстанции и должностные лица получали наименования, как правило, на западный («немецкий») манер. Приказы превратились в коллегии и канцелярии, дьяки – в секретарей, подьячие – в регистраторов и канцеляристов. Произошло заимствование европейских форм ведения делопроизводства.

Уже в 90-е гг. XVII в. теряет свое значение и постепенно перестает созываться Боярская дума. Новые пожалования думными чинами не производятся, и высшее аристократическое учреждение почти в буквальном смысле слова вымирает. Роль высшего государственного учреждения переходит с 1711 г. к Правительствующему сенату. Назначение в сенаторы зависело исключительно от воли царя и определялось личными служебными заслугами, а не аристократическим происхождением. При Сенате в 1722 г. учреждена должность генерал-прокурора; при Петре ее занимал П.И. Ягужинский. На генерал-прокурора возлагался контроль за деятельностью Сената и других звеньев государственного аппарата, «…сей чин – яко око наше и стряпчий о делах государственных…» – гласил указ 1722 г. Этот контроль осуществлялся через прокуроров, назначаемых в центральные, губернские и провинциальные учреждения. Прокуроры следили прежде всего за официальным делопроизводством, за законностью принимаемых той или иной инстанцией решений.

Параллельно с прокуратурой существовала служба фискалов, созданная в 1711 г. Фискалы назначались во все провинции и уезды и подчинялись столичному обер-фискалу (позднее генерал-фискалу), с 1722 г. они поставлены в зависимость от генерал-прокурора. Эти чиновники имели полномочия «тайно надсматривать и проведывать про неправый суд, також в сборе казны и прочего… и буде уличит кого, то половина штрафа в казну, а другая половина ему, фискалу…». Деятельность целой службы доносчиков вызывала всеобщую ненависть, и сам Петр признавал, что «земского фискала чин тяжел и ненавидим». Вскоре после смерти царя фискалат был ликвидирован (в 1726 г.). По мнению специалистов, институт прокуратуры был заимствован Петром I из Франции, а должность и наименование фискалов – из Пруссии.

Система органов отраслевого управления (старые московские приказы) оказалась преобразована в 1718–1721 гг. в результате учреждения коллегий. Коллегии учреждались по шведскому образцу – в годы Северной войны Петр придавал большое значение изучению и частичному заимствованию шведского административного опыта. Система коллегий последовательно проводила принцип централизованного управления страной с четким разграничением полномочий бюрократических ведомств. Коллегия иностранных дел (преемница бывшего Посольского приказа) ведала дипломатической работой, Военная коллегия – сухопутными вооруженными силами, Адмиралтейств-коллегия– кораблестроением и военным флотом. К компетенции Юстиц-коллегии относилось судопроизводство по делам гражданского населения, Берг-Мануфактур-коллегии – управление промышленностью (в 1722 г. разделена на Берг-коллегию и Мануфактур-коллегию; первой подчинялись горные заводы, второй – вся остальная промышленность), Коммерц-коллегия ведала внешней торговлей. Управление финансами находилось в ведении трех инстанций: Камер-коллегия следила за сбором государственных доходов, Штатс-контор-коллегия составляла смету расходов государства, Ревизион-коллегия проверяла финансовую отчетность государственных учреждений. На правах коллегии существовал Главный магистрат, занимавшийся делами посадского (торгово-ремесленного) населения городов. Дела каждой коллегии решало ее «присутствие» в составе президента, вице-президента и нескольких советников и асессоров. Если мнения членов присутствия расходились, то для принятия постановления проводилось голосование. На практике принцип коллегиальности не соблюдался; в большинстве случаев решения принимались президентом и лишь оформлялись в виде постановления всего присутствия. Фактически на положении одной из коллегий находился Синод, созданный для управления церковными делами после ликвидации Петром должности патриарха. Царь придавал огромное значение выработке процедурных правил, подготовке различных регламентов и иных нормативных актов, направленных на создание такого механизма, при котором, по выражению Петра, деятельность «коллегиумов» напоминала бы работу часов, где колеса взаимно приводят в движение друг друга.

Местное управление в первой четверти XVIII в. пережило целый ряд административных экспериментов. В 1708 г. введено деление страны на губернии; первоначально образовано 8 губерний (с 1714 г. – 11), и большинство из них охватывало довольно обширную территорию. Губернаторы соединяли в своих руках исполнительную и судебную власть, однако положение губернских администраторов осложнялось тем, что они подчинялись не только царю и Сенату, но и всем коллегиям, распоряжения и указы которых нередко противоречили друг другу. В составе губерний создаются провинции (их было около 50), объединявшие несколько уездов. Уезды с 1715 г. заменяются на более мелкие административно-территориальные единицы – доли, переименованные затем в дистрикты; впрочем, впоследствии уездное деление было восстановлено. Административная власть в провинции принадлежала воеводе или обер-коменданту (иногда вице-губернатору), в дистрикте – земскому комиссару. В провинциях и дистриктах появляется еще целый ряд должностных лиц и учреждений с полномочиями финансового или судебного характера. В какой-то мере Петр пытался провести разделение административной и судебной власти на местах. Большинство из этих местных учреждений оказались ликвидированы вскоре после смерти Петра из соображений экономии государственных средств, и вся полнота власти в регионах перешла в руки губернаторов, провинциальных и уездных воевод с их канцеляриями (областная контрреформа 1727 г.).

Одним из итогов административных преобразований первой четверти XVIII в. стал рост численности чиновничьего аппарата. Деятельность его, по крайней мере, официально подчинялась многочисленным указам, регламентам, уставам, инструкциям. Одним из важнейших законодательных актов, на долгие годы определивших жизнь чиновничьего мира, стала «Табель о рангах», изданная в 1722 г. «Табель» устанавливала иерархию военных, гражданских и придворных чинов, разделенных на 14 рангов или классов. I классу соответствовал чин канцлера (давался главе Коллегии иностранных дел) на гражданской службе и генерал-фельдмаршала в сухопутной армии. К низшему XIV рангу в армии принадлежал чин прапорщика, в чиновничьем аппарате – коллежского регистратора. Обладатели военных чинов I–IV классов назывались генералами, V–VIII классов – штаб-офицерами, IX–XIV классов – обер-офицерами, не имевшие XIV класса – унтер-офицерами. На гражданской службе ниже XIV ранга находились приказные (или канцелярские) служители. Важным нововведением «Табели о рангах» стала норма, согласно которой получение определенного чина при повышении по службе давало право на дворянство. Тем самым «Табель о рангах» способствовала появлению нового социального слоя – служилого дворянства, пополнявшегося за счет выслужившихся выходцев из непривилегированных сословий. Успехи представителей этого слоя на протяжении всего XVIII в. вызывали заметное раздражение у представителей старого поместного дворянства. Основное значение «Табели» 1722 г. в том, что она ввела строго упорядоченную иерархическую лестницу, продвижение по ступенькам которой становится одним из главных показателей социального статуса для дворянина (наряду с родовитостью, имущественным положением и личными связями).

По мнению Н.И. Павленко, одним из результатов административных реформ Петра I стало формирование в России бюрократии и бюрократической системы управления. Последняя, в интерпретации Н.И. Павленко, предусматривает наличие таких признаков, как строгая и установленная законом иерархия учреждений и должностных лиц; регламентация служебной деятельности чиновника, превращающегося в орудие для исполнения уставов, регламентов, инструкций; унификация структуры и штатов учреждений; углубление разделения труда в управленческом аппарате, выражающееся хотя бы в последовательном разделении сферы гражданского и военного управления. Эти черты российская административная машина приобретает лишь в петровскую эпоху. Впрочем, в отечественной исторической литературе существует и более широкое понимание термина «бюрократия» как системы управления, основанной на письменном делопроизводстве. Н.Ф. Демидова считает возможным говорить о «служилой бюрократии» XVII в., подразумевая под ней дьяков и подьячих приказных учреждений.

Господство бюрократического строя, по мнению Н.И. Павленко, позволило Российской империи выдержать чехарду дворцовых переворотов 1725–1762 гг. – периода безвременья, «когда русский трон занимали серые личности, лишенные инициативы и способностей к государственной деятельности». В силу бюрократической инерции страна в эти годы продолжала «двигаться вперед, правда, медленнее и без прежнего блеска, но в ранее заданном направлении».

Становление бюрократии – одно из звеньев другого, более сложного процесса, который в историографии XIX – XX вв. получил название утверждение абсолютизма. Тенденция к установлению абсолютной, неограниченной власти монарха прослеживается уже в правление отца Петра I царя Алексея Михайловича, при котором возрастает роль приказного аппарата, перестают (после 1653 г.) созываться Земские соборы, происходит ослабление патриаршей власти. Политическая борьба 80–90-х гг. XVII в. окончательно уронила влияние и престиж старой московской аристократии. В первой четверти XVIII ст. опорой царской власти становятся регулярная армия и чиновничий аппарат, полностью зависящий от монарха. Власть царя освободилась от пут старого московского порядка и приобрела неограниченный, бесконтрольный характер. «…Его величество есть самовластный монарх, который никому на свете о своих делах ответу дать не должен. Но силу и власть имеет свои государства и земли, яко христианский государь, по своей воле и благомнению управлять…»– гласила одна из статей «Артикула воинского» (военно-судебного устава), изданного в 1715 г.

Абсолютизм – это стадия, которую прошло большинство европейских государств XVI – XVIII вв. Российское царство вступило в эту стадию позже других монархий Европы. Для утверждения абсолютизма необходимы определенный уровень развития товарно-денежных отношений и наличие крупной промышленности. Именно эти экономические предпосылки делают возможным содержание бюрократического аппарата, регулярной армии и флота. Постоянный дефицит денег, в котором существовали почти все абсолютистские режимы, делал их особенно внимательными к проблемам поддержки и расширения торговли. Внешняя политика большинства европейских монархий примерно со второй половины XVII в. утрачивает религиозно-идеологический оттенок и все больше подчиняется задачам защиты экономических интересов. Однако российский пример наглядно показывает, что одних внешнеполитических приобретений для господства в торговле недостаточно. В отличие от западных стран русский абсолютизм имел дело не с богатой и строптивой буржуазией, а с бедным, малокультурным и рептильным купечеством. По недостатку капиталов российское купечество оказалось не в состоянии освоить морскую торговлю, и в течение всего XVIII – первой половины XIX в. практически вся внешняя торговля России осуществлялась на судах иностранных негоциантов.

Экономическое и политическое господство в России XVIII в. оставалось в руках дворянства, которое смотрело на внешнюю торговлю, прежде всего, как на источник получения потребительских товаров и предметов роскоши. Именно поэтому после смерти Петра I происходит отход от его протекционистских мер, например, отменяется таможенный тариф 1724 г., устанавливавший высокие ввозные пошлины (до 75 %) на товары, которые могут быть произведены в самой России. Россия по-прежнему сохраняла статус поставщика на европейский рынок сельскохозяйственных товаров, сырья и материалов и покупателя готовой промышленной продукции. Экспорт металла в середине – второй половине XVIII ст. лишь непродолжительное время давал слабую надежду на изменение этого статуса. Отсутствие экономически сильного торгово-предпринимательского слоя ограничивало рамки петровской европеизации. Россия в первой четверти XVIII в. сумела освоить лишь часть технического опыта европейских стран, преимущественно ту часть, которая была связана с военным делом, кораблестроением и производством вооружения. Реформы Петра I обеспечили стране силу и блеск великой державы, но ни они, ни их «инерция» не могли в полной мере решить проблему экономической и культурной отсталости.





оставить комментарий
страница4/8
Дата16.10.2011
Размер2,47 Mb.
ТипУчебное пособие, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх