Школа и педагогика в странах Западной Европы и в Северной Америке в XVII icon

Школа и педагогика в странах Западной Европы и в Северной Америке в XVII



Смотрите также:
Http://www who int/influenza/surveillance monitoring/updates/2012 03 02 influenza update 154...
А. Н. Першиков Социально-экономическое развитие и эволюция государственности в XIX в в Европе и...
А. Н. Джуринский история зарубежной педагогики...
А. Н. Джуринский история зарубежной педагогики...
Рабочая программа дисциплины «государственное и муниципальное управление в странах западной...
Рабочая программа для аспирантов...
Физическая культура в первый период нового времени (с XVII в до 1871 года) Особенности развития...
Курс понедельник 08. 00. 09. 35...
Отчет о работе кафедры истории стран Северной Европы в 2010-2011 учебном году. Кадры...
Итоги Второй мировой войны 14 Список литературы 15...
Выставка cartes в Америке Организаторы выставок cartes & identification и cartes in asia...
Урок-путешествие по географии в 7 классе «Зарубежная Европа. Страны Западной Европы»...



страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
скачать
Школа и педагогика в странах Западной Европы и в Северной Америке в

XVII — XVIII вв.


Семнадцатый век, с которого традиционно начинают от­счет Нового времени, в значительной мере сохранил многие социально-экономические устои и особенности духовной жизни Средневековья, и поэтому его, или, по крайней мере его первую половину, следует рассматривать лишь как пере­кидной мостик к собственно началу Нового времени.

Состояние школьного дела в начале Нового времени мало чем отличалось от эпохи Реформации и Контрреформации: в течение XVII—XVIII вв. в основном укреплялись и со­вершенствовались сложившиеся ранее латинские школы, называвшиеся по-разному— гимназии (в протестантских странах немецкого языка), коллегии (во Франции и у иезу­итов), грамматические школы (в Англии). Все эти школы исходили из того, что овладение школьниками не только гуманитарными, но и реальными знаниями происходит че­рез освоение литературного наследия античного, главным образом римского, мира. Поэтому естественно, что цент­ральное место во всех этих школах отводилось изучению латинского языка. В этом отношении латинские школы у католиков и протестантов различались преимущественно трактовкой религиозных догм. С точки же зрения поста­новки учебного процесса католические школы, содержавшиеся орденом иезуитов, стояли даже выше протестант­ских гимназий.

В содержании образования, дававшегося в латинских шко­лах, как бы они ни назывались, происходили постепенно зна­чительные изменения: само изучение латинского языка стало рассматриваться как средство обучения учащихся правиль­ному и осмысленному владению речью, а не пустому подра­жанию языку римских классиков. В связи с этим стали появ­ляться грамматики латинского языка с использованием род­ного языка учащихся. Популярные в то время постановки школьных спектаклей на латинском языке стали наполняться библейским и даже светским содержанием, что должно было способствовать использованию латинского языка в качестве разговорного. Вместе с этим в школах повышенного типа начинают включать в число предметов изучения родной и французский языки, последний как язык международного общения.

В содержание повышенного образования начали вводить­ся сугубо светские предметы: в той или иной форме мате­матика, история, естествознание, астрономия, география и т.п. Однако изучение тех или других учебных предметов полностью зависело от руководителей образовательных уч­реждений, как, например, это имело место в германских государствах.

Может быть самым специфичным явлением в организа­ции образования в XVII— первой половине XVIII в. было распространение так называемых рыцарских, или дворян­ских, академий, получивших особо широкое распростране­ние в немецких княжествах. Их развитие было связано с упадком в ходе Тридцатилетней войны городов и городских сословий, возвышением дворянства, которое, поглощенное придворными делами, не хотело, чтобы дворянские дети обу­чались в латинских школах вместе с детьми горожан. Само­изоляция дворянства от других сословий нашла крайнее вы­ражение в том, что дворянское сословие в Германии в 1672 г, потребовало даже того, чтобы их детей крестили на дому, дабы не было смешения в одной купели детей благородных и низших сословий.

Содержание образования в учебных заведениях для дво­рян определялось традиционным требованием подготов­ки «воспитанного человека»: на первое место здесь высту­пали языки — французский, частично итальянский и ис­панский, а позднее и английский; изучались история в различных ее аспектах— общая история, история права, мораль и естественное право, логика; было положено на­чало изучению математики и механики и их практическо­му применению в архитектуре, строительстве и военном деле. Большое внимание уделялось и обучению «рыцар­ским искусствам» — верховой езде, фехтованию, танцам, игре в мяч и т.п.

В годы Тридцатилетней войны особенно пострадали на­родные школы, что было связано с разрушением многих сель­ских населенных пунктов и мелких городов. Значительное число школ для народа прекратило свое существование из-за отсутствия мало-мальски грамотных людей, которые могли бы быть учителями.

Однако, как бы это парадоксально ни казалось, но именно в тяжелейшие годы накануне и во время войны в немецких протестантских княжествах зародились многие плодотворные идеи, касавшиеся всех сторон деятельности народных школ: всеобщность обучения, обучение на родном языке, при со­хранении в школах религиозного духа выдвижение на перед­ний план реальных знаний, упорядочение самого учебного процесса, создание дидактических пособий для учителей и учебников для учащихся и др.


^ Педагогические идеи В.Ратхе.


Одним из основоположников педагогики Нового времени в Германии был, не­сомненно, Вольфганг Ратке (1571—1635), известный также под латинизированным именем Ратихий. Он родился в небольшом городке Вильстер недале­ко от Гамбурга, где окончил гимназию. После этого В. Ратке учился в лютеранском университете в Ростоке, изучая теоло­гию и философию. Однако его интересы очень скоро сосре­доточились на изучении иностранных языков и совершенст­вовании методов обучения им. Он стремился сделать обуче­ние иностранным языкам легким и приятным для учащихся. От методов обучения иностранным языкам В. Ратке перешел к общим вопросам организации школьного дела и дидакти­ки.

В 1612 г. во Франкфурте-на-Майне, В. Ратке обратился к съезду «Франкфуртским мемориалом», в котором изложил свои реформаторские замыслы, касавшиеся школьного дела и даже проблем религиозной и политической жизни.

В своем «Мемориале» В. Ратке выделил три группы во­просов: реформа обучения в школе языкам, реформа всего школьного дела, реформа политической и религиозной жиз­ни в Германии в целом.

В. Ратке выдвинул требование уделять в школах, по край­ней мере на первых годах школьных занятий, основное вни­мание обучению учащихся родному языку, сделав его языком преподавания всех других предметов. К обучению учащихся другим языкам он считал возможным приступать лишь после того, как они хорошо овладеют родным языком, сделав его базой для изучения и латинского, и новых языков. Поставив вопрос о приоритете в школах родного языка, В. Ратке пред­ложил методику одновременного обучения чтению и письму, что было для того времени большим новшеством.

Эти идеи В. Ратке, по существу, выходили далеко за рам­ки простого школьного обучения: они были направлены про­тив монополии церкви в школьном деле и создавали прин­ципиальную основу для придания школам во всех немецких княжествах единого, национального характера.

Далее В. Ратке настоятельно предлагал сделать «немецкую школу» — школу родного языка — основой всей школьной системы, если о таковой в то время можно было вести речь. В этой школе должна была обучаться вся молодежь — мальчи­ки и девочки, овладевая родным языком и изучая с его помо­щью все нужные «науки и искусства».

Наконец, в «Мемориале», говоря современным языком, затронуты вопросы взаимоотношений школы и общества. Здесь В. Ратке набросал в общих чертах как бы программу достижения национального, политического, культурного и религиозного объединения Германии: в едином государст­ве должны быть один общий язык (на основе верхнене­мецких диалектов), единое правительство и единая церковь (на основе лютеранской). Всему этому должна предшест­вовать широкая реформа образования во всех немецких кня­жествах.

Свои общедидактические и методические идеи В. Ратке изложил в объемистой книге «Всеобщее обучение по спо­собу Ратихия» (1619), дополнениях к ней, частью школоведческого характера, а также в ряде учебников новых язы­ков, логики, метафизики, Священного писания и др. Во всех этих работах содержались предложения относительно как содержания образования с акцентом на реальные зна­ния, так и новых методов обучения, новой организации школы в целом.

Несомненной заслугой В. Ратке было создание на немец­ком языке научных терминов, которые ранее использовались только в латинском варианте.

Из практики использования новых методов обучения род­ному и иностранным языкам В. Ратке сумел вывести важней­шие общедидактические принципы, которые практически одновременно с ним, но гораздо обоснованнее, сформулиро­вал великий чешский педагог Я. А. Коменский.

Эти общие принципы обучения В. Ратке сводятся к сле­дующим основным положениям, которыми должен руковод­ствоваться каждый учитель:

1) обучение должно протекать в соответствии с ходом при­роды, не нарушая его;

2) обучение должно быть последовательным, нельзя изу­чать одновременно разные вещи;

3) в обучении следует постоянно использовать повторение;

4) первоначальное обучение должно обязательно вестись на родном языке учащихся;

5) обучение должно вестись без принуждения;

6) заучивать ученики должны только то, что ими понято;

7) в обучении следует идти от частного к общему, от из­вестного к неизвестному;

8) в ходе обучения всегда нужно опираться на индукцию и опыт.

Последнее утверждение, или принцип, В. Ратке, по-види­мому, вытекает из философских идей его современников Ф.Бэкона (1561-1626) и Р. Декарта (1596-1650), которые призывали не доверять силе авторитета, а опираться на до­статочные доказательства и опыт, пропущенные через собст­венный разум.


^ Педагогические идеи Я.А.Коменского как составная часть его «Всеобщего совета об исправлении дел человеческих».


Начиная с XV в. в различных частях Европы получили достаточно широкое распространение различные плебейско-крестьянские сектантские движения протестантского толка, выступавшие против католической церкви и поддерживаемых ею феодальных порядков. Наиболее мощным среди них было движение гуситов на востоке империи Габсбургов, в Чехии.

В идейном наследии гуситов, как наиболее характерные, следует выделить требования всеобщего равенства, ликвида­цию наследственных привилегий, признания равноправия женщин, образования детей на родном языке. В XVI—XVII вв. многие идеи гусизма сохранялись в общинах Чешских (Бо­гемских, Моравских) братьев.

Следует заметить, что практически для всех антикатоли­ческих, протестантских движений, начиная с эпохи Средне­вековья, было характерно резко отрицательное отношение к схоластическому образованию, насаждавшемуся католической церковью. Это в полной мере относится и к общинам Чеш­ских братьев, в которых очень большое внимание уделялось воспитанию и обучению детей. Все члены этих общин долж­ны были уметь читать и писать на родном языке, с детства всех мальчиков и девочек обучали сельскому хозяйству и раз­личным ремеслам.

Нелишне вспомнить, что в Европе XV—XVII вв. вообще были распространены разного рода братства и коллегии еди­номышленников, стремившихся реализовать тот или иной из популярных в ту эпоху утопических проектов реоргани­зации общества на разумных, по их представлениям, нача­лах. Стоит при этом упомянуть «Утопию» Т. Мора, «Город Солнца» Т. Кампанеллы, «Описание республики Христиан­ский город» И.В.Андреэ, в которых значительное место от­водилось рассмотрению вопросов рационального воспита­ния молодежи.

Эти идеи не могли не повлиять и на образ мыслей Чеш­ских братьев, в среде которых родился, вырос и сформировался в духовном отношении один из самых выдающихся пе­дагогов-мыслителей Ян Амос Каменский (1592—1670).

Очевидно, что не без влияния своих предшественников Я.А, Коменский посвятил многие годы своей жизни созда­нию «Всеобщего совета об исправлении дел человеческих», значительную часть которого он отвел рассмотрению проблем воспитания, изложив здесь все основные положения своей педагогической концепции в обобщенном виде.

Однако это великое творение гениального чеха привлекло внимание ученых и политиков всего мира лишь в середине XX в. в связи с международным празднованием 300-летия опубликования «Собрания дидактических трудов» Я.А. Коменского (1657), в котором были собраны воедино все публи­ковавшиеся при его жизни и оставшиеся в рукописях части «Всеобщего совета об исправлении дел человеческих». При жизни же Я.А. Коменский был широко известен в самых раз­личных странах мира как автор лучших для своего времени школьных учебников и дидактических сочинений, совершив­ших переворот как в теории, так и в практике обучения и воспитания.

Я.А. Коменский родился в Ю. Моравии в местечке Нивница, по-видимому, в довольно зажиточной семье. Рано лишив­шись родителей, он учился урывками сначала в братской, по­том, уже в возрасте 16 лет, в традиционной латинской школе. То, что он так поздно поступил в латинскую школу, позволило ему осмыслить все погрешности организации, содержания и методов работы в ней. Недаром позднее Я.А. Коменский на­зывал школьные годы потерянным временем. Личный отрица­тельный опыт побудил его заняться разработкой вопросов, свя­занных с усовершенствованием организации и методов школь­ной работы, содержанием школьного образования.

Проучившись некоторое время в немецких университетах в Герборне и Гейдельберге, Я.А. Коменский вернулся на ро­дину, где и началась его педагогическая деятельность. В ходе начавшейся Тридцатилетней войны Чехия потеряла свою не­зависимость, а чешские протестанты, подвергавшиеся жесто­ким преследованиям, в конце концов были изгнаны за пре­делы родины. Я.А. Коменский вместе с частью общины Чеш­ских братьев нашел пристанище в польском городе Лешно, где он прожил 28 лет и создал большинство своих педагоги­ческих трудов, получивших известность во всем мире.

В тяжелый период потери Чехией национальной незави­симости Я.А. Коменский хотел помочь своему народу сохранить культурное наследие предков путем улучшения дела образования и воспитания молодежи. На это и был направлен самый известный его теоретический труд по педагогике «Ди­дактика», т.е. общая теория обучения. Первоначально он был написан на чешском языке, а потом в переработанном виде переведен на латинский язык, международный язык науки, под названием «Великая дидактика».

Кроме того, за годы пребывания в Лешно Я.А. Коменский написал первую в мире педагогическую книгу для родителей «Материнская школа» — о воспитании детей в семье, а также подготовил целый ряд учебных книг — «Открытая дверь язы­ков», «Физика», «Астрономия». Первая из них была учебни­ком латинского языка, где вместо обычных для того времени таблиц склонений и спряжений, правил и исключений дава­лось описание реальной действительности, обучение латин­скому языку сопровождалось сообщением различного рода знаний. Ни одна учебная книга ни до ни после Я.А. Коменского не получила такого широкого распространения в стра­нах Европы и Азии, как «Открытая дверь языков».

Позднее в Венгрии, куда он был приглашен для организа­ции школьного дела в 1650 г., Я.А. Коменский закончил еще один учебник «Мир чувственных вещей в картинках», кото­рый произвел подлинную революцию в учебном деле.

«Мир чувственных вещей в картинках» можно рассматривать как синтез педагогических воззрений Я.А. Коменского в их практическом преломлении: здесь он реализовал свои идеи о признании внешних органов чувств ребенка в качестве основных источников познания внешнего мира, о развитии у детей в первую очередь чувственного вос­приятия окружающих их вещей, о широком использовании в обучении наглядности. В этой книге на практике было пока­зано, в чем состоит смысл дидактических правил перехода в обучении от конкретного к абстрактному, от простого к слож­ному, от общего к специальному.

В «Чувственном мире в картинках» особенно четко про­слеживается стремление Я.А. Коменского реализовать свою главную идею: дети в процессе школьного обучения должны получать реальное и при том энциклопедическое образова­ние, естественно, соответствующее уровню их понимания и развития.

Все учебные книги Я,А. Коменского, как и все его дидак­тические труды, пронизаны идеей пансофии, всеобщей муд­рости, под которой он понимал знание всех вещей, реально существующих в мире.

Внешне эта идея Я.А. Коменского сходна с идеей эн­циклопедизма, распространенной и Европе его эпохи. На самом же деле идея пансофии Я.А. Коменского была гораз­до глубже, она предполагала большее, чем овладение каки­ми-то общими сведениями из различных областей действи­тельности. Пансофия, в понимании Я.А. Коменского, — это отражение в сознании человека всего реально существую­щего, а не выдуманного мира со всеми его сложностями и противоречиями.

В общем, для понимания пансофических идей Я.А. Ко­менского, которые являются краеугольным камнем его педа­гогической концепции в целом, необходимо иметь в виду его основополагающую мысль о пангармонии, согласно которой все в мире органически связано между собой и отдельные части целого отражают в себе черты общего.

Проблема пансофии у Я.А. Коменского рассматривалась в его трудах весьма многогранно, применительно же к его пе­дагогической системе она играла важнейшую роль при реше­нии вопроса как о содержании образования, так и об органи­зации и методах обучения. В упоминавшемся уже ранее все­мирно известном труде «Великая дидактика» Я.А. Коменский как раз и сформулировал цель воспитания подрастающего по­коления на основе своей концепции пансофизма.

Однако, находясь в условиях той эпохи, будучи человеком глубоко религиозным, он раскрывал цель воспитания: каждый человек должен быть подготовлен к существованию в вечной, загробной жизни, но при этом в своем земном существовании он должен быть разумным создани­ем. Он должен, утверждал Я.А. Коменский в четвертой главе «Великой дидактики», все исследовать и давать всему имена и все исчислять, т.е. знать и иметь возможность назвать и по­нять, что находится в мире... Чтобы ... ничто не было неиз­вестным в какой-либо как малой, так и в большой вещи... В самом деле, таким лишь образом человек будет в состоянии удержать за собой имя разумного существа, если он будет по­нимать разумные основания (устройство) всех вещей...

Быть владыкой всех созданий - это значит, приспособляя к надлежащему назначению все вещи, употреблять их с поль­зой для своих выгод, везде среди созданий вести себя царст­венно, т.е. с достоинством и святостью, ... соблюдать даро­ванное достоинство, ... свободно пользоваться всем для соб­ственных услуг: хорошо знать, где, когда, каким образом и до какого предела нужно уступать ближнему, — словом, быть в состоянии разумно управлять движениями и действиями, внешними и внутренними, своими и чужими.

Наконец, быть образцом Божьим — значит в точности пред­ставлять совершенство своего прообраза.

Отсюда следует, что истинные требования, предъявляемые к человеку, заключаются в том, чтобы он был: 1) знающим все вещи, 2) владыкою всех вещей и самого себя, 3) чтобы он себя и все возводил - к Богу, источнику всех вещей. Если эти требования мы выразим тремя хорошо известными словами, то получим:

I. Научное образование.

II. Добродетель или нравственность.

III. Религиозность, или благочестие»

Формулируя эти три коренные задачи воспитания, Я.А. Коменский конкретизировал свою основополагающую идею об универсальности воспитания, имеющую в его педа­гогической концепции и философское, и сугубо практичес­кое значение.

Из этих положений Я.А. Коменского вытекало и его кон­кретное требование, чтобы во всяком благоустроенном об­ществе создавались и функционировали школы как воспи­тательно-образовательные учреждения для совместного вос­питания подрастающего поколения независимо от пола, происхождения и рода занятий родителей.

В «Великой дидактике» Я.А. Коменский впервые в исто­рии образования предложил и стройную систему школ, аргу­ментируя ее разработанной им же самим возрастной перио­дизацией развития человека от рождения до зрелости, по Я.А. Коменскому, до 24 лет.

Первой ступенью воспитания и образования детей от рож­дения до 6 лет должна быть материнская школа— воспита­ние в семье под руководством матери. Интуитивно являясь тонким психологом, проникшим в мир детских интересов, переживаний и возможностей, исходя из своей сенсуалисти­ческой гносеологии, Я.А. Коменский видел главную задачу воспитания детей этого возраста в развитии их органов чувств, обогащении представлений об окружающей жизни, в разви­тии речи и первоначальных ручных умений. Детально все эти вопросы были рассмотрены Я.А. Коменским уже в одном из его ранних педагогических сочинений — «Материнская шко­ла», благодаря которому он с полным основанием рассматри­вается как родоначальник методики воспитания и обучения детей дошкольного возраста в современном смысле этого понятия.

За материнской школой у Я.А. Коменского следует школа родного языка для всех мальчиков и девочек независимо от сословной принадлежности в возрасте от 6 до 12 лет. В отли­чие от многовековой традиции вести обучение в школах только на латинском языке - языке католической церкви и схолас­тической учености, эта школа должна была, пользуясь род­ным языком, сообщать знания о вещах окружающего детей мира, совершенствовать владение общим для всех народным языком, который, по Я.А. Коменскому, является средством укрепления и сохранения нации как таковой.

В отличие от всех существовавших в эпоху Я.А. Комен­ского школ эта школа должна была сообщать учащимся ши­рокий круг реальных знаний, достаточно систематизирован­ных, по арифметике, географии, истории, экономической жизни и государственному устройству, знакомить с различ­ными ремеслами и, конечно, осуществлять религиозное вос­питание на основе чтения текстов Священного писания, пере­веденных на родной язык. Для каждого из шести лет обуче­ния в школе родного языка Я.А. Коменский предполагал написать особый учебник. Часть их он написал, но все они погибли во время пожара в г. Лешно в 1656 г., да и сама идея создания школы родного языка лишь частично была реализо­вана Я.А. Коменским при организации школ в г. Шарош-Патаке (Венгрия).

Третья ступень школьного образования, по Я.А. Комен­скому, гимназия или латинская школа, должна была откры­ваться в каждом городе, будучи предназначенной для юно­шей 12—18 лет, проявивших склонность к занятиям наукой уже в школе родного языка. На первый взгляд латинская школа Я.А. Коменского похожа на традиционную латинскую школу, существовавшую на протяжении нескольких веков: в ее учебном плане внешне по-прежнему сохранялось изу­чение традиционных «семи свободных искусств». Однако при внимательном рассмотрении в нем обнаруживается ряд прин­ципиальных новшеств, которые сближают эту школу с об­щеобразовательной школой нового времени. Здесь наряду с латинским языком, языком науки, большое место отводи­лось изучению реальных предметов — математики, физики, естествознания; как самостоятельные отрасли знания фигу­рировали история, этика, предусматривалось изучение но­вых языков. Лишь потом, венчая весь курс общего образо­вания, должны были изучаться риторика и диалектика. Имен­но для этого типа школы, Я.А. Коменский разработал целостную систему учебников — «Преддверие», «Открытая дверь языков», «Зал», «Школа-игра», которые принесли ему широкую известность еще при жизни.

Завершающую ступень школьного образования в системе Я.А. Коменского составляли академии - высшие учебные заведения для молодых людей 18—24 лет, проявивших осо­бые умственные дарования. Внешне академии, которые, по замыслу Я.А. Коменского, должны были открываться в каж­дом государстве или крупной провинции, опять же напоми­нают существовавшие с XII столетия университеты с обыч­ными факультетами. Однако и на этом этапе образования, не раскрывая в деталях его содержание, Я.А. Коменский имел в виду сообщение студентам пансофических знаний, т.е. всех обобщенных достижений наук.

Таким образом, Я.А. Коменский практически впервые в истории предложил стройную систему взаимосвязанных школ, позволяющую юношеству, начиная с раннего детства, дости­гать высот научного образования.

Вместе с этим он разработал оригинальную дидактичес­кую систему, получившую позднее название классно-уроч­ной и сохраняющуюся во многих своих чертах до настоящего времени. Он стремился к такой организации обучения, при которой было бы предусмотрено четкое распределение со­держания всех видов школьной работы по годам, месяцам и даже дням обучения.

При предлагавшейся Я.А. Коменским системе организации процесса обучения детей одного возраста и приблизительно одного уровня знаний под общим руководством учителя уча­щиеся должны были одновременно продвигаться вперед к еди­ной для всех образовательной цели. Так возникли классы с постоянным составом учеников, учебный год со строго опре­деленным началом и концом, определенная продолжительность учебного дня — от четырех уроков в школе родного языка до шести уроков в день в латинской школе. Все это поразительно напоминает общую организацию обучения в школах многих стран мира, сохранявшуюся на протяжении трех с лишним сто­летий. Предпринимаемые в XX столетии попытки перестро­ить все школьное дело, организацию и методы образователь­ной работы пока что ощутимых преимуществ не показали.

Я.А. Коменский прекрасно знал и обобщил все положи­тельное, что было достигнуто его предшественниками и со­временниками в области методики обучения. Его труды пе­стрят именами тех мыслителей, которые высказали какую-либо интересную мысль относительно организации и методов обучения или требований к ним.

При обосновании тех или иных выдвигаемых им педаго­гических положений Я.А. Коменский постоянно ссылался на параллели из жизни природы или хозяйственной деятельнос­ти человека, однако фактически все они опирались на много­вековой опыт обучения детей и юношества.

Я.А. Коменский был глубоко убежден в том, что в облас­ти обучения и воспитания в целом действуют законы, об­щие для природы, и методы школьной работы должны на эти законы опираться, т.е. они должны быть природосообразными.

Метод обучения, предлагавшийся Я.А. Коменским, был достаточно прост и в целом характеризовался рядом при­знаков, которые сам великий педагог изложил в ряде пра­вил и основоположений, раскрытых в многочисленных его сочинениях, прежде всего в «Великой дидактике». В общем же требования к организации обучения, сформулированные Я.А. Коменским, могут быть сведены к следующим: посколь­ку в школе нужно учить самим вещам, а не обозначающим их словам, обучение нужно начинать с наблюдения над эти­ми вещами, лишь после этого можно обсуждать увиденное. «Все, что возможно, предоставлять для восприятия зрением, слышимое – слухом, запахи обонянием, подлежащее вкусу – вкусом, доступное осязанию - путем осязания. Если какие-либо предметы сразу можно воспринять несколькими чувствами, пусть они сразу схватываются несколькими чув­ствами...»

Я.А. Коменский постоянно говорил о необходимости оз­накомления детей с реальными вещами, но он прекрасно понимал, что это возможно далеко не всегда. Поэтому он рекомендовал использовать в процессе обучения различные вспомогательные средства — картины, макеты, модели и т.п. Можно с уверенностью утверждать, что именно от Я.А. Коменского в теории и практике обучения принцип нагляднос­ти занял прочное место и входит в число ведущих дидакти­ческих принципов до настоящего времени.

Придавая особое значение непосредственному ознаком­лению детей с изучаемыми вещами и явлениями, Я.А. Ко­менский уделял особое внимание раскрытию причинных вза­имосвязей между явлениями внешнего мира, приучению уча­щихся к их обнаружению и анализу.

Метод обучения, пропагандировавшийся Я.А. Коменским, характеризовался стремлением сделать весь педагогический процесс разумно организованным и Целенаправленным: со­держание, расположение и изучение учебного материала долж­ны быть последовательными, переходящими от простого к сложному, от близкого к далекому, от краткого к распростра­ненному. Теоретически все эти положения обоснованы во мно­гих трудах Я.А, Коменского, особенно же подробно в «Вели­кой дидактике». Практически он опирался на них в своих учебниках, которые уже упоминались выше.

Метод обучения, который предлагал ЯЛ. Коменский, в полную противоположность схоластической школе Средне­вековья должен был возбуждать у детей радость от овладения знаниями, позволяя без скуки, без окриков и побоев идти по пути познания.

Однако эти мысли Я.А. Коменского не следует понимать буквально: он предполагал систематический учебный труд школьников в классе, выполнение ими домашних заданий, но при учете уровня их развития и имеющихся знаний, их интересов, направленных на познание окружающего мира.

Если содержание и методы обучения будут отвечать дет­ским возможностям, т.е. будут им доступными, то и весь учеб­ный труд будет восприниматься детьми радостно, с искрен­ним удовольствием.

Только учитывая все это, побуждая детей к накоплению личного опыта в процессе активной деятельности, и можно будет реформировать школу, превратив ее в место, где фор­мируется человеческая личность.

Главный педагогический труд Я.А, Коменского назван «Великая дидактика». Однако следует иметь в виду, что сам автор этого труда и многие его современники трактовали тер­мин «дидактика» значительно шире, чем это делается в наши дни: в содержание этого понятия включались не только во­просы образования и обучения, но и деятельности учителя, организации школы, различные аспекты воспитания — нрав­ственного, трудового, религиозного и т.д. В своих многочисленных трудах Я.А. Коменский посто­янно обращался к причинам пороков человеческого обще­ства и путям их устранения, главным из которых он считал правильно организованное воспитание. Именно поэтому многие его дидактические идеи имеют самое непосредст­венное отношение к воспитанию, а само образование и обу­чение являются фундаментом человеческой нравственности. Поэтому безнравственными, порочными людьми ста­новятся те, кто или был лишен образования, или же полу­чил образование неправильное, извращенное. Я.А. Коменский считал необходимым воспитание у детей, в их созна­нии и поведении таких общечеловеческих добродетелей, как мудрость, умеренность, мужество, справедливость, чест­ность, выносливость в труде и т.п. Все эти качества лич­ности должны развиваться у каждого ребенка с раннего возраста путем наставлений, подкрепляемых конкретными делами и поступками.

В процессе воспитания Я.А. Коменский решающую, мо­жет быть, роль отводил примеру самого учителя, а также при­мерам, заимствованным из истории и литературы.

В школьной работе Я.А. Коменский огромное значение придавал соблюдению дисциплины, порядка во всем - со­блюдению учащимися и учителями установленных правил. Общеизвестна крылатая фраза Я.А. Коменского: «Школа без дисциплины, что мельница без воды». Однако его понимание школьной дисциплины, школьных порядков принципиально отличалось от традиционного для того времени как с точки зрения трактовки их сущности, так и при рассмотрении средств ее становления.

В традиционной схоластической школе того времени глав­ным средством установления порядка были наказания. Они применялись по любому поводу, в частности и для «стимули­рования» учебной деятельности школьников.

Я.А. Коменский в противоположность существующей практике полагал, что подлинная дисциплина должна быть созна­тельным соблюдением учащимися школьных законов, норм человеческого общежития, своего долга.

В течение не одного столетия Я.А, Коменского считали просто великим педагогом, и только в середине XX столетия он был признан и оценен как великий мыслитель-философ, который не абстрактно, а вполне конкретно предложил свою концепцию преобразования человеческого общества, изло­женную в уже упоминавшемся выше труде «Всеобщий совет об исправлении дел человеческих», который ему завершить не удалось.

Этот его труд состоит из семи частей: «Панегерсия» — «Все­общее пробуждение», «Панавгия» — «Всеобщее озарение», «Пансофия» — «Всеобщая мудрость», «Пампедия» — «Всеоб­щее воспитание», «Панглоттия» — «Всеобщий язык», «Панортосия» — «Всеобщее исправление», «Паннутесия» — «Всеоб­щее побуждение». Первые две части были опубликованы еще при жизни ав­тора. Рукописи же остальных, не вполне завершенных час­тей, были найдены лишь в середине 30-х годов XX в. и опуб­ликованы в 50-х годах.

«Панегерсия» была как бы введением ко всему этому ка­питальному труду Я.А. Коменского. Здесь изложено его по­нимание сущности организации человеческой жизни: мудрость мысли, набожность сердца, соблюдение порядка. Я.А. Коменский полагал, что на практике все это отсутствует или, по крайней мере, не согласовано между собой: мудрость суще­ствует только в книгах, религия" вырождается в идолопоклон­ство и является поводом для распрей между людьми, разла­женность гражданского управления приводит к постоянным войнам. Все эти пороки могут быть исправлены только сами­ми людьми.

«Панавгия» посвящена философскому обоснованию всех последующих рассуждений Я.А. Коменского, который пола­гал, что правильное поведение всех людей должно основы­ваться на правильном понимании всего существующего. Поль­зуясь своим излюбленным приемом сравнения и аналогий, Я.А. Коменский утверждал, что для понимания всего сущест­вующего человек должен опираться на божественную муд­рость, природный разум и собственную вогю. А для этого ему даны чувства, разум, вера.

В «Пансофии» Я.А. Коменский раскрыл свое понимание того, что должно быть предметом человеческого познания. Это, по его терминологии, мир идей (мир прообразов), мир духовный, мир материальный, мир моральный, мир челове­ческого труда, мир душевный, мир вечный.

Для педагогов наибольший интерес представляет четвер­тая часть «Всеобщего совета об исправлении дел человечес­ких» — «Пампедия», которая полностью посвящена всем ас­пектам воспитания и образования и синтезирует все педагогические идеи Я.А. Коменского. Основное назначение этого того труда, по мнению самого автора, состояло в том, чтобы ука­зать людям, как следует готовить подрастающие поколения для перестройки существующего, весьма несовершенного че­ловеческого общества.

Развивая свои ранние идеи о воспитании, Я.А. Коменский в «Пампедии» высказал весьма продуктивную мысль о том, что вся жизнь человека должна быть школой. Если в «Вели­кой дидактике» он говорил о четырех школах — материнской, родного языка, гимназии и академии, то в «Пампедии» у него речь идет о школах зрелости и старости, в которых главным наставником и учебником является сама жизнь. Можно ска­зать, что в этих высказываниях великого педагога-мыслителя в зародыше содержится ведущая идея современной концеп­ции непрерывного образования.

Пятую часть «Всеобщего совета об исправлении дел чело­веческих» — «Панглоттию» Я.А. Коменский посвятил пробле­мам языка, который является фактически единственным сред­ством общения между людьми, средством их обучения и обра­зования. В условиях слаборазвитых в его эпоху национальных языков сделать всех людей пансофически образованными пред­ставлялось Я.А. Коменскому делом весьма трудным, и он вы­сказал идею создания нового языка, строго логичного по струк­туре, с хорошо отработанным словарным составом, который отражал бы саму сущность вещей.

Идея Я.А. Коменского о создании мирового, международ­ного универсального языка, при всей ее утопичности была возрождена в 80-е годы XIX столетия в очень похожей форме в виде пропагандируемого до настоящего времени искусственного языка – эсперанто. В своей «Панортосии» Я.Коменский рассматривает пути реализации идей реформирования человеческого общества в трех сферах – просвещения, религии, гражданского управления. Он предлагал создать ряд международных организаций: коллегию света — собра­ние виднейших представителей науки, которое заботилось бы о распространении истинных знаний, контролировало бы школы и следило бы за качеством издаваемых книг; мировой суд, который следил бы за взаимоотношениями между госу­дарствами и мирным путем решал бы возникающие между ними конфликты; всемирную консисторию — духовное уп­равление, которое должно было бы заботиться о чистоте хрис­тианской религии.

Седьмая часть всего этого монументального творения Я.А. Коменского — «Паннутесия» — полностью не сохрани­лась, но из дошедших до нас набросков можно увидеть, что здесь автор предполагал изложить свои соображения о том, как можно побудить всех людей —- частных лиц, философов, ученых, богословов, государственных деятелей и политиков — принять участие в реализации всего этого грандиозного пла­на переустройства человеческого общества.

В общем, рассматривая процесс развития педагогической мысли, можно сделать достаточно обоснованный вывод, что Я.А. Коменский является не просто педагогом, заботившим­ся о совершенствовании школьного дела. Он был и остается пока единственным педагогом-философом, увидевшим в вос­питании подрастающих поколений предпосылку дальнейше­го прогресса человечества. Традиционное сведение его заслуг к формулированию узко педагогических принципов и правил обучения не только принижает его значение в истории разви­тия философско-педагогических идей как мыслителя, размыш­лявшего о судьбах человечества, но и принижает роль воспи­тания и науки о нем в жизни современного общества, значе­ние истории педагогики в системе подготовки будущих учителей.





оставить комментарий
страница1/11
Дата16.10.2011
Размер4,05 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх