М. Н. Микишатьев Кпроблеме датировки памятников архитектуры Петербурга Новейшего времени на примере работы по паспортизации памятников истории и культуры, проводимой в кгиоп с. Петербурга icon

М. Н. Микишатьев Кпроблеме датировки памятников архитектуры Петербурга Новейшего времени на примере работы по паспортизации памятников истории и культуры, проводимой в кгиоп с. Петербурга



Смотрите также:
Уры, истории и культуры Санкт-Петербурга с использованием электронной карты. Проблемы и решения...
В закон «о генеральном плане Санкт-Петербурга…» включены следующие территории исторического...
Методика и практика сохранения памятников архитектуры. М., 1974. С. 123-127...
Решение от 1 октября 1981 г. N 702...
Учебная программа для специальности 032600 «учитель истории» Составитель...
Список памятников истории и культуры...
Итоги работы Республиканского Фонда возрождения памятников истории и культуры Республики...
Музеи Санкт-Петербурга...
Приказ от 20 февраля 2001 года n 15 Об утверждении Списка вновь выявленных объектов...
Музей архитектуры начинает новый цикл лекций...
«О состоянии культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации»...
Администрация вологодской области постановление...



скачать
М. Н. Микишатьев

К проблеме датировки памятников архитектуры Петербурга Новейшего времени на примере работы по паспортизации памятников истории и культуры, проводимой в КГИОП С.-Петербурга

1

Казалось бы, датировка памятников архитектуры конца XIX — начала ХХ века в нашем городе в большинстве случаев не должна составлять проблемы. Исключением являются произведения архитектуры, совершенно лишенные архивной документации. Примером может служить произведение неизвестного автора — дом № 23 по улице Куйбышева, в котором живёт автор настоящего сообщения, хотя, по косвенным сведениям удается ориентировочно датировать эту постройку 1903 годом. В то же время, как свидетельствует недавняя статья Б. М. Кирикова, посвященная «натурной» датировке, т. е. датам строительства, помещенным на фасадах, полах, флюгерах и в прочих местах домов, возведенных в интересующий нас период1, многие коллеги умудряются игнорировать даже столь очевидный источник информации. Впрочем, Борис Михайлович предостерегает и от безоглядного доверия «натурным» датам и рекомендует проверять их сведениями, полученными из архивных материалов и публикаций в профессиональной периодике изучаемого времени2.

В частности, он справедливо указывает на важное значение проектной и разрешительной документации, наиболее мощный пласт которой откладывался в архиве Городской управы3. Представляют интерес аналогичные материалы, сохранившиеся в фонде Техническо-строительного комитета МВД4. Кроме того, проектная документация нередко обнаруживается в фондах непосредственных заказчиков и владельцев тех зданий, историю строительства которых мы изучаем.

Все это общеизвестно. Речь идет о другом. Насколько можно доверять информации, полученной из таких, казалось бы, максимально достоверных источников? Кириков в указанной статье приводит, по крайней мере, один случай, когда дата утверждения чертежа не совпадает с временем начала строительства. Так бывало, если проект был согласован в конце года. При такой ситуации приходилось большей частью ждать начала строительного сезона, наступавшего уже в следующем году.

Однако наш скромный опыт работы над паспортами по заказу КГИОП показал, что бывают и другие, разнообразнейшие случаи, когда однозначно доверять свидетельствам подобных документов бывает опасно.

2

Возьмем, к примеру, одно из известных произведений Ф. И. Лидваля — дом правления Азовско-Донского коммерческого банка на Морской улице. Этот памятник возник как знамение нового течения в русской архитектуре начала ХХ века — неоклассицизма. Вместе с тем методология автора проекта, к тому времени признанного мастера «северного модерна», выразилась в рациональной строгости решения интерьеров, а главное — в оригинальном и ярком пространственном и конструктивном приеме, составляющем основную идею всего замысла. Постройка состоит из двух частей, возведенных с интервалом в три–четыре года. Эта двухсоставность прочитывается на фасаде, но когда находишься внутри, в операционном зале, в строительную историю трудно поверить. Зодчий достиг исключительной ясности, завершенности и единства колоссального пространства банка. Тем не менее, существование двух этапов строительства — непреложный исторический факт. Эти этапы в наиболее почитаемом справочнике «Архитекторы-строители Санкт-Петербурга середины XIX — начала ХХ века» датируются 1908–1909 годами для первой очереди и 1912–1913 — для второй5. В книге Г. А. Оль и В. Г. Исаченко, посвященной творчеству Лидваля, сказано еще жестче: второй дом был возведен в 1912 году. Авторы сообщают также, что после возведения первой очереди здания банка на участке № 5 был приобретен соседний участок № 3. Это позволило приступить к расширению прежней постройки вправо6.

Между тем, дело обстояло несколько иначе. Как выясняется из архивных материалов, участок № 3 по Морской улице был куплен еще в 1907 году, причем в банковских отчетах об этом приобретении дом на участке № 5 неоднократно назван уже строящимся7. Таким образом, начало строительства следует датировать не 1908, а 1907 годом! Возможно, причиной укоренившегося мнения о том, что к строительству приступили в 1908 году, является дата утверждения окончательного проекта Городской управою. Управа сделала это только 7 апреля 1908 года. На самом деле проект был одобрен ею ещё в июле предыдущего года, однако, для окончательного утверждения приходилось подолгу ждать визы императора. В данном случае «высочайшее соизволение» было получено лишь 28 января 1908 года8. С другой стороны, необходимо отметить, что окончательный вариант фасада первой очереди был рассмотрен Городской Управою 14 апреля 1909 года, а «Высочайшее утверждение» он получил лишь 23 июня! Чтобы не затягивать окончание стройки, Технический отдел Управы проштамповал фасад задним числом, датировав свое утверждение проекта 22 июня (а должны были — после царя)9. На этом обстоятельстве хотелось бы особенно акцентировать внимание. Мы видим, сколь обманчивой может быть датировка документа, используемого исследователем в качестве исторического источника. Хорошо, что в данном случае мы имеем в своем распоряжении большой пакет технической и текстовой документации, позволяющий достаточно реально воссоздать хронологию работ (для второй очереди строительства Азовско-Донского коммерческого банка ситуация совсем иная...). А если бы этот последний проект был единственным документом, дошедшим до нас? Тогда мог бы явиться соблазн утверждать, что к оформлению фасада приступили лишь в конце июня 1909 года, в то время как, по нашему представлению, к этому моменту, под прикрытием глухих щитовых лесов, финские отделочники уже успели облицевать дом гранитом. Ведь 30 июля, т. е. немногим более чем через месяц после Высочайшего утверждения проекта, банк переехал в новопостроенное здание10. Если же в дате утверждающей подписи видеть обоснование даты начала строительства, как о том пишет Б. М. Кириков11, получилась бы совершенно искаженная картина, ибо в 1909 году строительство было не начато, а завершено...

Что касается второй очереди, то ее проектирование и строительство документированы куда беднее. Внутренняя документация банка по этому поводу почти не дошла до нас, известно лишь, что 28 мая 1912 года состоялось заседание Совета Азовско-Донского коммерческого банка, на котором было доложено «о подготовительных работах по постройке дома Банка в С.-Петербурге, на Морской улице, № 3». Были указаны и основные подрядчики12. Таким образом, действительно, можно полагать, что строительный сезон начался летом 1912 года.

Обратимся к проектам. Сохранившаяся в фонде Азовско-Донского коммерческого банка копия с полного проекта расширения здания, утвержденного во всех инстанциях, свидетельствует, что проект был подписан Ф. И. Лидвалем 9 февраля 1912 года. 29 марта он был утвержден Городской Управой13. Фасад по Морской улице был рассмотрен Техническо-строительным комитетом Министерства внутренних дел 15 мая и получил «Высочайшее соизволение» 16 июня 1912 года. После этого — 21 июня 1912 года проект был зарегистрирован в Техническом отделе Управы14. Тут, казалось бы, тоже всё ясно.

На титульном листе документа указано также, что 24 июля того же года землемер Городской Управы отвел «линию для постройки». Тем же числом проект зарегистрировал призванный контролировать строительство «участковый архитектор», а на другой день — полицейский пристав. Таким образом, можно было бы полагать, что строительство второй очереди здания Азовско-Донского банка началось в конце июля 1912 года. Однако из тех же записей мы узнаем, что «надзор за правильным производством работ со стороны домовладельца будет иметь архитектор П. Мильберг», и другой рукою добавлено: «а с 20 декабря 1912 г. инженер Вл. А. Барри». Но ведь инженеру Барри правление банка, как мы знаем из протоколов заседаний, поручило снос старого дома. Значит ли это, что к работам реально приступили лишь в следующем году? Или инженер Барри просто не имел возможности сам приняться за порученное ему дело в 1912 году и передал бразды правления в руки архитектора Мильберга? Ещё удивительнее, что запись такого же содержания участковый архитектор занес в свою «плановую книгу» лишь в начале 1913 года.

Точно не установлено и время завершения строительства. Характерно, что в восьмом выпуске «Ежегодника Общества архитекторов-художников», изданном в 1913 году, где опубликованы материалы, рассказывающие о второй очереди Азовско-Донского банка, помещены только чертежи: планы и разрез, а также фотографии рельефов скульптора Кузнецова. Скорее всего, к моменту подготовки издания постройка еще не была завершена. Не найдено нами и письменных свидетельств об окончании строительства. В любом случае, 1912 год как дата возведения дома № 3 нуждается в критическом осмыслении, уточнении и проверке. Можно лишь предполагать, что дом строился либо с 1912, либо даже с 1913 и, скорее всего, — до 1914 года.

3

Ориентация на время утверждения проектных документов заключает в себе еще одну опасность. У историков архитектуры, особенно не имеющих архитектурного образования, наблюдается своеобразная «фасадомания». Исследователи любят датировать памятник именно по проекту фасада, на котором стоит столь соблазнительная своей достоверностью разрешительная дата. Показателен пример с другим памятником неоклассицизма — домом правления страхового общества «Саламандра» на Гороховой улице, 6 (в справочнике «Архитекторы-строители Санкт-Петербурга середины XIX — начала ХХ века» он ошибочно назван доходным15). В литературе здание датируют 1910—1911 годами. Интересно, между прочим, что это сооружение, имеющее гармонично-целостный и достаточно типичный неоклассицистический фасад, было выстроено не заново на расчищенном участке, как тот же Азовско-Донской коммерческий банк, а представляет результат перестроек дома 1770-х годов (видимо, возведенного по образцовому проекту А. В. Квасова16), последовательно производившихся в конце XIX — начале ХХ века.

Действительно, хранимый в архиве Городской Управы комплексный проект перестройки здания правления «Саламандры», выполненный гражданским инженером Н. Н. Веревкиным, датирован 1911 годом, однако, заниматься этим домом зодчий начал с 1906. В целом же окончательная перестройка каре корпусов, начиная с дворовых, которая придала зданию его нынешний облик, велась с 1903 года. Проект Веревкина 1911 года, приведший к полному изменению облика фасада, был завершающим17.

Совершенно непонятно, откуда взялась фигурирующая в литературе дата «1910 год». В конце концов, даже в докладе правления пайщикам товарищества «Саламандра», датированном 26 марта 1911 года сообщается, что «им признано неотложным ныне же приступить к капитальной перестройке занимаемого конторой правления дома № 6 по Гороховой улице»18. Таким образом, если правление не лукавило, если не заявляло пайщикам о своих намерениях задним числом, начáло строительства надо датировать 1911 годом. Как утверждается в докладе от 30 марта следующего, 1912 года, дом был закончен постройкой в том же 1911 году19. Возможно, исследователи посчитали, что к 1910 году следует отнести проект. Так или иначе, неясности такого рода только убеждают нас в своевременности разговора на эту тему.

4

До сих пор мы исходили из принятой практики датировать произведение архитектуры временем его строительства. Однако если взглянуть на задачу датировки памятника с точки зрения изучения истории архитектуры, с точки зрения анализа имманентного развития зодчества, понимаемого как некий историко-культурный или художественный феномен, возникает новая проблема.

Не нами замечено, что всякая идея получает свое воплощение в реальности только тогда, когда общественное сознание созрело для ее понимания и реализации20. С другой стороны, каждая новая постройка, каждый проект, если они злободневны, если отвечают насущным культурным и общественным потребностям времени, неизменно привлекают внимание профессионалов и заказчиков. Не случайно, архитектура того же здания Азовско-Донского коммерческого банка, вызвавшая после того, как были сняты леса, широкий резонанс в профессиональной среде, сразу же породила целый поток реплик и подражаний в постройках Москвы и Петербурга. Характерными примерами такого подражания Лидвалю в Петербурге явились постройки Б. И. Гиршовича на Невском проспекте (1909–1910)21, В. С. Шорохова на Большой Посадской улице (1911), А. И. Герчанникова возле Александринского театра (1911–1912), А. Г. Космачевского на Знаменской улице (1913–1914); в Москве — А. Н. Милюкова и братьев Весниных на Мясницкой (1910), С. В. Баркова на Пушкинской улице (1911)22. Однако здание Азовско-Донского банка возводилось за глухими лесами и в самые короткие сроки. Проект его не был опубликован до окончания строительства, хотя и был известен узкому кругу архитекторов, служивших в Городской Управе и в Техническо-строительном комитете. Поэтому реакция последовала только после 1909 года.

В прежние времена, когда крупные постройки осуществлялись многими годами и даже десятилетиями, обеспечивалась непрерывная преемственность в развитии архитектурных школ. Естественно, при изучении подобных явлений историк зодчества должен обращать внимание не только, и даже не столько на время завершения, но, в особенности, на время начала строительства объектов исследования. Однако, во второй половине XIX века ситуация переменилась. Появились архитектурные сообщества, специальная пресса. Посредством публикации проекта в журнале, заложенные в нем идеи сразу же становились достоянием широких профессиональных (и не только профессиональных) кругов. Если в эпоху барокко зодчие ездили смотреть на новые строящиеся храмы, чтобы набраться опыта у коллег23, подобно тому, как молодой Бах предпринял пешее странствие в Любек, чтобы послушать игру Букстехуде, то в начале ХХ века заинтересованный разговор начинался еще на стадии конкурса, при обсуждении выставленных проектов и разгорался после их публикации в профессиональном издании24. В этих условиях возросла информационная роль проекта, приобрели особое значение даты его создания и введения в профессиональный оборот.

Бывают, впрочем, и такие критические точки в архитектурном процессе, как и вообще в процессе духовного развития страны, когда идеи, как говорится, «носятся в воздухе». Тогда коллизии, связанные с трансляцией композиционных идей, приобретают загадочный, прямо детективный характер. Наряду с подражаниями архитектуре здания Азовско-Донского банка, упомянутыми выше, наше внимание привлекло решение центральной части главного фасада Купеческого клуба на Дмитровке в Москве, спроектированного известным мастером московского модерна И. А. Ивановым-Шицем. В основе его — противопоставление классической колонной лоджии двум фланкирующим ее монументальным ризалитам. Купеческий клуб в Москве был построен в 1907—1908 годах25. Принятая в литературе датировка лидвалевского произведения (1908–1909) позволяет предположить, что петербургский мастер подхватил мысль московского коллеги, доведя ее до логического завершения. Эклектическому приему включения крупномасштабного ордерного фрагмента в контекст фасада, хотя и симметричного, но осуществленного москвичом в стилистике модерна, Лидваль противопоставил почти ортодоксальную ампирную систему решения фасада, где лишь некоторые «остраняющие» приемы сигнализируют о художественной провокации26. Повторимся, так можно было бы рассуждать, опираясь на принятую датировку начала строительства петербургского банка. Но мы установили, что Азовско-Донской банк начали строить тоже в 1907 году. Проект Лидваля не публиковался, а проект Иванова-Шица? Любопытно, что этот зодчий, создав ордерную композиционную схему в центральной части фасада Купеческого клуба, вновь повторил ее в сходном стилевом контексте, проектируя здание Народного университета А. Л. Шанявского на Миусской улице в Москве (1910–1913)27. В последнем случае некоторое сходство с композицией фасада Азовско-Донского банка можно было бы списать на счет того эффекта, который произвела работа Лидваля в кругах современников, отнеся архитектуру здания Народного университета к числу реплик на лидвалевскую постройку. Однако внутренняя логика творческих поисков самого Иванова-Шица не позволяет этого сделать...

Как бы то ни было, подобные коллизии подтверждают нашу мысль, что не только даты начала и завершения строительства, но и время выполнения и публикации проекта могут стать важными компонентами историко-архитектурного исследования.

1 Изучением и, можно сказать, «коллекциониро­ванием» таких памятных знаков этот исследователь занимается давно.

2 Кириков Б. М. Об одном из источников датировки петербургских зданий середины XIX — начала ХХ века // Памятники истории и культуры Петербурга: Исследования и материалы. Вып. 4. СПб., 1997. С. 291–303.

3 ЦГИА СПб. Ф. 513. Оп. 102.

4 РГИА. Ф. 1293.

5 Архитекторы-строители Санкт-Петербурга середины XIX — начала ХХ века: Справочник / Под общей ред. Б. М. Кирикова. СПб., 1996. С. 194.

6 Исаченко В. Г., Оль Г. А. Указ. соч. С. 50; Ср. также: Кириков Б. М. Архитек­тура петербургских банков // Краеведческие записки: Исследования и материалы. Вып. 5. СПб., 1997. С. 146. Аналогичные суждения можно встретить и в др. изданиях.

7 РГИА. Ф. 616. Оп. 1. Д. 22. Л. 36.

8 ЦГИА СПб. Ф. 513. Оп. 102. Д. 136. Л. 63–82.

9 РГИА. Ф. 1293. Оп. 167 (СПб. губ.). Д. 151. Ср. также: ЦГИА СПб. Ф. 513. Оп. 102. Д. 136. Л. 97–100.

10 РГИА. Ф. 616. Оп. 1. Д. 36. Л. 14, 15 об.

11 Кириков Б. М. Об одном из источников датировки петербургских зданий. С. 292.

12 РГИА. Ф. 616. Оп. 1. Д. 62.

13 Там же. Оп. 2. Д. 583.

14 Оригинал фасада см.: РГИА. Ф. 1293. Оп. 167 (СПб. губ.). Д. 152.

15 Архитекторы-строители Санкт-Петербурга середины XIX — начала ХХ века. С. 72.

16 См., например: НРБ ОР. Ф. 342 (Собрание карт и планов). № 187. «Часть города от Адмиралтейства до Мойки и от Дворцовой площади до Почтамтского переулка». Фрагмент аксонометрического плана Петербурга. 1797 (?) г.

17 ЦГИА СПб. Ф. 513. Оп. 102. Д. 82.

18 Доклад Правления общему собранию гг. Пайщиков Страхового Товарищества «Саламандра», учрежденного в 1846 году. 26 марта 1911 года. СПб., 1911. [С. 2].

19 Доклад Правления <...> Страхового Товарищества «Саламандра», учрежденного в 1846 году. 30 марта 1912 года // Страховое Товарищество «Саламандра», учрежденное в 1846 году. Отчет за 1911 год. СПб., 1912. [С. 2, разд. паг.].

20 К такому заключению пришел еще итальянский историк и философ XVIII века Джамбатиста Вико. См.: Коллингвуд Р. Дж. Идея истории // Его же. Идея истории. Автобиография. М., 1980. С. 67–68.

21 Кириков Б. М. Архитек­тура петербургских банков. С. 149.

22 Ревзин Г. И. Неоклассицизм в русской архитектуре начала ХХ века // Архив архитектуры. Выпуск II. С. 197, 199.

23 Wermeulen F. Handboek tot de geschidenis der nederlandsche bouwkunst. D. 2. ’S-Gvh., 1931. S. 354–355.

24 Ср.: Ревзин Г. И. Неоклассицизм в русской архитектуре начала ХХ века. С. 150–152.

25 Борисова Е. А., Каждан Т. П. Русская архитектура конца XIX — начала ХХ века. М., 1971. С. 180–181.

26 Микишатьев М. Н. Здание Азовско-Донского коммерческого банка — одно из первых произведений петербургского неоклассицизма начала ХХ века // Невский архив. Вып. 4. Готовится к печати.

27 Е. А. Борисова, Т. П. Каждан. Указ. соч. С. 25.




Скачать 123,05 Kb.
оставить комментарий
Дата16.10.2011
Размер123,05 Kb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх