В. П. Кохановский Ростов-на-Дону «Феникс» icon

В. П. Кохановский Ростов-на-Дону «Феникс»


1 чел. помогло.
Смотрите также:
Кохановский;В. П. Философия для средних специальных учебных заведений;[Текст] Учеб пособие В. П...
Учебники и учебные пособия». Ростов-на-Дону: «Феникс»...
Кохановский В. П., Золотухина Е. В., Лешкевич Т. Г., Фатхи Т. Б...
Философия для аспирантов. Кохановский В. П., Золотухина Е. В., Лешкевич Т. Г., Фатхи Т. Б...
Www i-u. Ru
Ростов-на-дону...
Монография / Под общ ред. М. А. Поваляевой. Серия «Учебники, учебные посо­бия*...
Справочник современного ландшафтного дизайнера Ростов-на-Дону «Феникс» 2005 к 71(035. 3)...
Основы политологии: Курс лекций. 2-е изд., доп. Ростов на/Дону.: Феникс, 1999. 573 с...
Кр вуз фпт
Учебное пособие Ростов-на-Дону «феникс» 199 7 ббк ю952 Л64 удк 615. 856 (071)...
Книга на сайте...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   23
скачать
ФИЛОСОФИЯ

Рекомендовано Министерством образования Российской

Федерации в качестве учебного пособия для студентов

высших учебных заведений

Издание 2-е, переработанное и дополненное

Ответственный редактор

доктор философских наук, профессор

В. П. Кохановский

Ростов-на-Дону

«Феникс»

2000

ББК А5я72-1 Ф 56

Рецензенты:

Доктор философских наук, профессор Е. Я. Режабек Доктор философских наук, профессор В. Б. Устьянцев

Редактор Т. И. Кохановская

Ф 56 Философия: Учебное пособие для высших учебных заведений (Издание 2-е, переработанное и допол­ненное). — Ростов н/Д: «Феникс», 2000. — 576 с.

Учебное пособие «Философия» для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязатель­ному минимуму содержания и уровню подготовки бакалавра и дип­ломированного специалиста по циклу «Общие гуманитарные и социально-экономические дисциплины» в государственных обра­зовательных стандартах высшего профессионального образования.

Указанные стандарты утверждены Министерством образования Российской Федерации 3 февраля 2000 г. В соответствии с данны­ми стандартами часть тем исключена (или переработана), введены новые темы (например, «Диалектика»), усилено внимание к пробле­ме человека в разных его «ракурсах».

Рассчитано на студентов, аспирантов, всех, интересующихся ак­туальными вопросами философии.

ISBN 5-222-00051-6 ББКА5я72-1

© Ватин И. В., Давидович В. Е., Жаров Л. В., Золотухи­на Е. В., Кохановский В. П., Матяш Т. П., Несмея­нов Е. Е., Яковлев В. П., 2000

© Оформление. Издательство «Феникс», 2000

ВВЕДЕНИЕ

XX век ушел с исторической арены, продемонстриро­вав возрастание динамики социальной жизни, потрясая наше воображение глубинными переменами во всех струк­турах политики, экономики, культуры. Человечество по­теряло веру в возможность обустройства планеты, предпо­лагающего устранение нищеты, голода, преступности. Цель — превратить нашу Землю в общечеловеческий дом, где каждому найдется достойное место под солнцем, где судьба каждого станет бшью и заботой общества, — дав­но перешла в разряд утопий и фантазий. Неопределен­ность и альтернативность исторического развития человечества поставила его перед выбором, принудив ог­лядеться и задуматься над тем, что же происходит в мире и с людьми.

В этой ситуации проблемы мировоззренческой ориен­тации человека, осознание им своего места и роли в об­ществе, цели и смысла социальной и личной активности, ответственности за свои поступки и выбор форм и направ­лений своей деятельности становятся главными.

В становлении и формировании духовной культуры че­ловека философия всегда играла особую роль, связанную с ее многовековым опытом критически-рефлексивного размышления над глубинными ценностями и жизненны­ми ориентациями. Философы во все времена и эпохи бра­ли на себя функцию прояснения проблем бытия челове­ка, каждый раз заново ставя вопрос о том, что такое человек, как ему следует жить, на что ориентироваться, как вести себя в периоды кризисов культуры.

Авторы учебного пособия ставили перед собой задачу выйти на мировой уровень философского знания, рас­смотреть новые проблемы и их решения, характерные для современной философии.

Любой учебник по философии имеет один существен­ный недостаток: в нем излагается определенная сумма знаний, итоги философствования того или иного мысли­теля без прояснения пути, ведущего к ним. Это бесспор­но обедняет философское содержание, затрудняет пони-

3-

мание того, что такое подлинная философия и философ­ствование. И хотя освободиться от подобного недостатка полностью невозможно, авторы тем не менее попытались смягчить его. С этой целью многие разделы книги напи­саны в жанре размышлений о какой-либо проблеме, оставляющих место для вопросов и дискуссий. По многим темам и проблемам представлены различные точки зре­ния, с тем чтобы пригласить читателя к участию в их об­суждении. Содержание данного учебного пособия, форма его изложения строились таким образом, чтобы разрушить стереотип восприятия философии как свода готовых, ус­тоявшихся истин, которые надлежит неукоснительно за­учить, а затем, часто бездумно и некритически, вос­произвести.

И наконец, авторы стремились к открытому и честно­му философскому анализу проблем и противоречий обще­ства и человека, как тех, которые унаследованы от про­шлого, так и возникших в наше время. Вызвать озабоченность будущих специалистов глобальными пер­спективами развития мировой цивилизации, судьбой че­ловечества, входящего в новый виток развития, — с такой надеждой писалось настоящее учебное пособие.

Авторский коллектив: доктор философских наук, про­фессор И. В. Ватин (гл. V, гл. VIII, § 5, гл. X, § 6); доктор философских наук, профессор, заслуженный деятель на­уки РФ В. Е. Давидович (гл. XII); доктор философских наук, профессор Л. В. Жаров (гл. VII, гл. VIII, § 1—4); док­тор философских наук, профессор Е. В. Золотухина (гл. XI); доктор философских наук, профессор В. П. Ко-хановский (гл. IV, гл. IX, § 1, 2, 3 (в соавторстве), 4, 5, 7, 8, гл. X, § 1—4); доктор философских наук, профессор Т. П. Матяш (Введение, гл. III, гл. VI, гл. IX, § 3 (в соав­торстве), гл. X, § 5); доктор философских наук, профес­сор Е. Е. Несмеянов (гл. I, § 1, гл. II, § 2); доктор фило­софских наук, профессор В. П. Яковлев (гл. I, § 2—4, гл. Ц § 1, 3, Заключение).

Глава I

^ ФИЛОСОФИЯ, ЕЕ ПРЕДМЕТ И РОЛЬ В ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА И ОБЩЕСТВА

1. Предмет философии. 2. Специфика философского знания. 3. Основные части (структура) философии. 4. Место и роль философии в культуре

1. Предмет философии

В современной науке сложились и стали общеприня­тыми представления о том, как определить предмет лю­бой науки. Для этого необходимо: 1. Зафиксировать, ка­кие объекты, процессы, область бытия или сознания изучает наука сегодня. 2. Определить возможные направ­ления развития науки, т. е. направления исследований. 3. Уточнить границы изменения предмета науки, выходя за которые наука становится другой наукой или ненаукой. Однако применить эти критерии к философии не пред­ставляется возможным. Почему? Потому что философия, по выражению крупнейшего мыслителя современности Бертрана Рассела (1872—1970), «представляет собой размыш­ление о предметах, знание о которых еще невозможно».

И сегодняшнее значение философии в том, «что она заставляет нас осознать существование многих вопросов, не входящих сейчас в сферу науки». Например: существу­ют ли во Вселенной некие универсальные законы, дей­ствующие в природе,обществе и мышлении? Имеет ли смысл человеческая история для Космоса? Возможно ли справедливое государство? Что такое душа человека? То есть философия существенно отличается от специальных наук, существующих сегодня в нашем мире, и критерии вычленения «предмета науки», определения последнего к философии полностью не подходят. Как же быть? Мож­но обратиться к истории философии и посмотреть, как там определялся предмет философии. Классический подход, у истоков которого стоял Аристотель (384—322 до н. э.), в качестве критерия предмета философии выделял степень

5

«общего». Философия занимается более общими вещами, «вечными» и «божественными» первоначалами. Она пока­зывает нам «первоначала бытия и познания». Филосо­фия — это учение о первопричинах или о первосущнос-тях вещей. Так думали и мыслители Нового времени: Декарт, Гегель и др.

В целом такое понимание предмета философии сохра­нялось очень долго и считалось «классическим». С неко­торыми модификациями это определение предмета фило­софии господствовало в программах и учебниках и в нашей стране. Философия определялась как «... наука о всеобщих законах развития природы общества и мышле­ния». Обычно к этому добавляли, что философия не толь­ко наука, но и форма общественного сознания, а также «учение об общих принципах бытия и познания, об отно­шениях человека к миру»2.

Такое определение является «собирательным»: здесь философия определяется и как наука, и как учение, и форма общественного сознания, а если читать дальше, то и как мировоззрение, способ постижения мира. Все это правильно, но что же главное в предмете философии? Можно отвлечься от классического подхода к философии и посмотреть на другие определения ее предмета.

Существуют такие древние, идущие от Пифагора (V в. до н. э.) определения философии как «любви к мудрости». Именно так переводится само слово «философия» с древ­негреческого на русский язык. Тогда предмет фило­софии — мудрость, и возникает проблема, как определить мудрость?

Древние греки определяли мудрость как некий косми­ческий «Ум», который правит всей Вселенной; или счи-'тали мудростью познание сущности дел божественных и человеческих. Есть другие определения мудрости, их не меньше, чем определений философии. Другие, более по­здние мудрецы, например Сенека (I в.) считали, что фи­лософия имеет предметом не внешний мир, а человечес-

1 См.: Рассел Б. Искусство мыслить. М., 1999. С. 83, 89.

2 Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 726.

кую мораль, т. е. предмет философии — это учение о доб­ре и зле.

Философия прежде всего учит нас мудро прожить жизнь и с достоинством завершить ее. Такую же мысль развивал философ — Мишель де Монтень (XVI в.), И. Кант (XVIII в.), философ XIX в. Фридрих Ницше, а в XX в. Альберт Швейцер и др. В Новое время (XVII— XVIII вв.) большинство мыслителей связывали предмет философии с истинным познанием вещей (Локк, Гоббс). В XIX—XX вв. предметом философии называли «мировое целое», «супдаость и законы общества», «изучение наибо­лее общих понятий», «познание Универсума», науку о цен­ностях, изучение наилучшей системы общественного ус­тройства и т. д.

Сказанного вполне достаточно, чтобы понять, что предмет философии — это проблема, которая связана с историей развития самой философии. Более того, сегод­ня возможны разные определения предмета философии, дело зависит от того, на каких позициях находится сам философ, желающий очертить этот предмет.

Возможен такой ход мысли. Существует множество наук, которые изучают реальный мир, объекты, процессы объективной реальности, например, физика, химия, био­логия, физиология нервной деятельности, история, социо­логия и т. д. Такие науки называются частными. К ним относятся и те из них, которые изучают субъективную ре­альность. (Например, психология, психопатология и т. д.).

Философия изучает не объекты, не эмпирическую ре­альность, а то, как эта реальность «живет» в обществен­ном сознании; она изучает смыслы реальности для обще­ства и человека. Поясним сказанное. Наука изучает физическую природу, вскрывает ее законы, а философия объясняет, как и почему понимали природу ученые раз­ных эпох и культур, древние греки или средневековые мыслители, или философы эпохи Просвещения и т. д. Философия изучает не столько сам мир, сколько знание людей о мире, смысл отношения объектов, процессов мира. Главное в предмете философии — это философская рефлексия. Это значит, что философия рассматривает мир через призму субъект-объектных отношений, т. е. отноше-

7

ний человека к миру, обществу, другим людям. Философия ищет в мире его онтологические, методологические, нрав­ственные, эстетические основания. Философ всегда стро­ит систему ценностей мира, и тем самым показывает исход­ные основания человеческой деятельности. Философия, в отличие от любой другой науки, начинается с человека. С попытки ответить на вопрос — что такое человек? Что есть мир для него, чего может желать и добиться в этом мире человек.

Пытаясь очертить предмет философии в наше время, Бертран Рассел писал об истинно философских проблемах так: «... в чем смысл жизни, если он вообще есть? Если у мира цель, ведет ли куда-нибудь развитие истории, или все это бессмысленные вопросы? ... действительно ли при­родой управляют какие-то законы, или мы только так ду­маем из-за того, что нам нравится видеть во всем какой-то порядок? ... разделен ли мир на две в корне различные части — дух и материю, и если это так, то как они сосу­ществуют? А что мы должны сказать о человеке? Частица ли он пыли, беспомощно копошащаяся на маленькой и незначительной планете, как это видится астрологам? Или он, как это могут представить себе химики — кучка хими­ческих веществ, соединенная вместе хитроумным обра­зом? Или, наконец, человек таков, каким он представляет­ся Гамлету, в основе своей благородный, с безграничными возможностями. А может быть человек — все это вместе?... Существует ли один жизненный путь — хороший, и дру­гой — плохой, или не имеет значения как мы живем. А если существует хороший жизненный путь, то что это та­кое или как нам научиться жить, следуя ему? Существует ли нечто, что мы можем назвать мудростью, или то, что Нам кажется таковой, — просто пустое сумасшествие?»1.

Эти вопросы являются частью нашего жизненного мира. Именно поэтому мы изучаем философию.

1 Рассел Б. Мудрость Запада: историческое исследование запад­ной философии в связи с общественными и политическими обсто­ятельствами. М., 1998. С. 29—30.

^ 2. Специфика философского знания

Чтобы войти в мир творчества великих философов, тре­буется настойчивое и систематическое изучение филосо­фии и ее истории, немалый запас научных и иных знаний. В массовом сознании нередко философия представляется чем-то весьма далеким от реальной жизни, а философы-профессионалы — людьми «не от мира сего». Философство­вание в таком понимании — это пространное, туманное рассуждение, истинность которого нельзя ни доказать, ни опровергнуть. Подобному мнению, однако, противоречит тот факт, что в культурном, цивилизованном обществе каж­дый мыслящий человек хотя бы «немножко» философ, даже если он не подозревает об этом.

Прислушаемся к разговору «за коньячком», который ведут в романе Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы» в уездном, глухом городишке Федор Павлович Карамазов и его сыновья: Иван и Алеша. Старик Карамазов обраща­ется сначала к старшему сыну, Ивану.

— ... А все-таки говори: есть бог или нет? Только серь­езно! Мне надо теперь серьезно.

— Нет, нет бога.

— Алешка, есть бог?

— Есть бог.

— Иван, а бессмертие есть, ну там какое-нибудь, ну хоть маленькое, малюсенькое?

— Нет и бессмертия.

— Никакого?

— Никакого.

— То есть совершеннейший нуль или ничто!

— Совершенный нуль.

— Алешка, есть бессмертие?

— Есть.

— А бог и бессмертие?

— И бог и бессмертие. В боге и бессмертие.

— Гм. Вероятнее, прав Иван. Господи, подумать толь­ко о том, сколько отдал человек веры, сколько всяких сил даром на эту мечту, и это столько уже тысяч лет! Кто же это так смеется над человеком? Иван? В последний раз и решительно: есть бог или нет? Я в последний раз!

— Ив последний раз нет.

— Кто же смеется над людьми, Иван?

— Черт, должно быть, — усмехнулся Иван Федорович.

— А черт есть?

— Нет, и черта нет.

— Жаль. Черт возьми, что б я после того сделал с тем, кто первый выдумал бога! Повесить его мало на горькой осине.

— Цивилизации бы тогда совсем не было, если бы не выдумали бога1.

Вряд ли Федор Павлович Карамазов, человек мало­культурный и малообразованный, читал Канта или сочи­нения других философов. А если бы прочел, то узнал бы, что не он один мучился вопросами о Боге, душе и бессмер­тии. По Канту, все эти идеи — трансцендентальные идеи чистого разума, объекты которых не даны в опыте, но ко­торые жизненно необходимы человеку как высшие прин­ципы, регулятивы его нравственного поведения и мораль­ной ориентации в мире.

Уже из диалога Карамазовых видно, что философские вопросы — это и есть вопросы не об объектах, природных или созданных людьми, а об отношении к ним человека. Не мир сам по себе, а мир как обитель человеческой жизни — вот исходная точка зрения философского сознания. Что я могу знать? Что должен знать? На что могу надеяться? — именно в этих вопросах заключены, по Канту, высшие и вечные интересы человеческого разума. Это вопросы о судьбе, предназначении человечества, о высших идеалах и ценностях человека: во имя чего и как жить, как сделать жизнь действительно мудрой и счастливой и как с досто­инством завершить ее? Они не могут быть решены окон­чательно, так как каждая эпоха такие вопросы перед че­ловеком ставит заново.

Не философы придумывают эти вопросы. Их «приду­мывает» жизнь. Философы — в меру своих сил и способ­ностей — ищут ответы на них. Сам характер философских проблем, однако, таков, что простое, однозначное, окон-

1 Достоевский Ф. М. Братья Карамазовы //БВЛ. Т. 84. М., 1973. С 161-162.

10

чательное их разрешение невозможно. Философские ре­шения всегда гипотетичны. Но каждый шаг человеческой истории, каждый новый рубеж обретенного социального опыта, каждая заметная веха в истории науки открывает перед философским разумом неведомые ранее грани дей­ствительности, дают возможность найти все более и более весомые аргументы в философских спорах, в отстаивании своих жизненных позиций и убеждений. Философии, как и философских споров, нет только там, где нет человечес­ких целей, человеческого присутствия, там, где люди не осознают ни свободы, ни ответственности.

Философские вопросы — это прежде всего мировоз­зренческие вопросы, ответ на которые цивилизованный, культурный человек ищет не в преданиях предков (миф), не в вере в авторитет (религия), а в доводах и умозаклю­чениях разума. И даже когда философ критикует разум, делает это он с помощью... разума! Всякая философия (ир-рационалистическая в том числе) есть рациональное по­строение человеческого духа, так как иначе философские вопросы не могли бы стать предметом споров и критики.

Рациональным (и новейшим) построением человечес­кого духа является и наука. Научное и философское зна­ние во многом совпадают (требованием к обоснованнос­ти, доказательности выдвигаемых ими положений). Но есть и различие. Научное знание безразлично к смыслам, целям, ценностям и интересам человека. Напротив, фи­лософское знание — ценностное знание, т. е. знание о месте и роли человека в мире. Такое знание глубоко лич-ностно, императивно (т. е. обязывает к определенному образу жизни и действия). Философская истина объектив­на, но переживается она каждым по-своему, в соответ­ствии с личным жизненным и моральным опытом. Толь­ко так знание становится убеждением, защищать и отстаивать которое человек будет до конца, даже ценой собственной жизни.

Философское знание всегда хранит свою память о себе, свою историю, свои традиции. В то же время по природе, по сущности своей оно антидогматично. Дух философии — критика: критика наличного знания, суд над ним. Такой суд есть — опосредованно — и критика бытия, т. е. суще-

11

ствующего строя и образа жизни, ибо именно они поро­дили «свое» сознание. Высшие проявления философско­го гения — это те высшие отметки, которые достигнуты культурным, мировым развитием.

Философия глубоко, органично связана с историчес­ким временем (Философия есть «эпоха, схваченная в мыс­ли», как говорил Гегель). Но и на свою современность философ глядит глазами вечности. Философское освоение действительности — это освоение ее в глобальных, а те­перь уже и в космических масштабах. Философское знание есть знание о всеобщем.

Но возможно ли такое знание? И возможно ли оно не как догадка, а как знание объективное, т. е. необходимое и достоверное, поддающееся проверке, апробации на свою истинность? Такой вопрос всерьез беспокоил, волновал самих философов не только в силу своей теоретической значимости, но и потому, что его положительное разреше­ние должно было оправдать философию в глазах общества: убедить людей в доверии к философским учениям, брав­шим на себя очень большую роль и ответственность быть учителем и наставником человечества.

Смысл проблемы заключался в следующем: все наше знание — из опыта. Но сам по себе опыт может свидетель­ствовать только о единичном и случайном. Эмпирики за­ранее обрекали себя на неудачу, тщетно пытаясь получить суждения и умозаключения всеобщего на пути простого количественного прибавления и расширения фиксирован­ных в опыте, подтвержденных фактов, т. е. на пути логи­ческой индукции. Тщетно потому, что опыт всегда огра­ничен и конечен, а основанная на нем индукция неполна. Эти неудачи явились одним из источников агностицизма (гносеологического пессимизма) — выводе о невозможно­сти познать внутреннюю суть вещей, которая решитель­но отделялась при таком ее понимании от своей внешней стороны — явлений.

Мистики и иррационалисты путь к всеобщему видели в признании сверхопытного и сверхфизического знания, в конечном счете — в мистическом экстазе или откровении.

Основоположник классической немецкой философии Кант попытался избежать обеих крайностей. Он предло-

12

жил в «Критике чистого разума» (1781) свой оригиналь­ный путь решения проблемы: резко отделил содержание знаний от его формы, содержание познанного он выводил из опыта, но это содержание — так считал философ — только тогда может быть признано всеобщим и достовер­ным, когда оно обретает для себя доопытную (априорную) форму, без которой невозможен сам мысленно организо­ванный опыт.

Решение, предложенное Кантом, — идеалистическое. Современная наука и практика не подтверждают кантов-ского предположения о доопытном происхождении чув­ственных и мыслительных форм. Но в таких предположе­ниях и догадках есть глубокое рациональное зерно. Оно состоит в том, что опыт, к которому как к источнику и критерию знания обращалась за поиском оснований все­общего прежняя философия, должен значительно расши­рить свои границы: это уже не только опыт индивида, а всечеловеческий опыт, опыт истории.

Человеческая история (история мысли, история духа в особенности) есть самый высший, самый развитый и са­мый сложный уровень реальности. Мир человека — самый богатый диалектикой. Для философии же, как говорил еще Древний философ Протагор (VI в. до н. э.), человек всегда был «мерой всех вещей». Познавай этот мир, т. е. глубинные процессы, происходящие в человеческой исто­рии, осмысливая радикальные перевороты в духовной жизни, в сознании, философия познавала тем самым все­общее, поскольку в высших проявлениях мирового разви­тия объективирована, осуществлена действительно всеоб­щая потенция, всеобщая мощь Универсума.

Только этим можно объяснить ту огромную эвристи­ческую и прогностическую силу, которая заключена в философском знании. Философские прозрения нередко и намного опережали открытия и выводы науки. Так, идеи атомистики были высказаны еще древними философами за несколько веков До нашей эры, тогда как в естество­знании (физике, химии) дискуссии о реальности атомов продолжались даже в XIX в. То же можно сказать и о дру­гих фундаментальных идеях (законах сохранения, прин­ципах отражения), которые были выдвинуты в философии

13

значительно раньше, чем получили признание и подтвер­ждение в естествознании, в науке.

Но, пожалуй, самый яркий и убедительный тому при­мер — философские открытия Гегеля, разработка им сис­темы диалектики как логики и теории познания. Гегелев­ская диалектика уже ближайшими его последователями — Марксом и Герценом — была глубоко и точно понята и охарактеризована как теория (или «алгебра») революции. Именно революция — и не только и не столько даже по­литическая, сколько Духовная, т. е. радикальная пере­стройка в общественном сознании, — дала философу ни с чем не сравнимый и не сопоставимый, богатейший и ценнейший материал для раздумий, выводов и обобще­ний. Из этих обобщений (центральное из них — учение о противоречии) был выведен категориальный каркас диалектической теории, однако в идеалистическом вари­анте.

В гениальных произведениях Гегеля — «Феноменоло­гии духа» (1807) и «Науке логики» (1812—1816) — можно проследить лабораторию высокого философского творче­ства. В первом из них вся история европейской культуры (от античности до Французской революции) прочитыва­ется как история изменяющихся ликов сознания; во вто­ром категории и фигуры логики осмысливаются как вехи всемирного исторического опыта, развития, усложнения всесторонней трудовой и общественной деятельности че­ловека.

Из чего и как «рождается» философия? Из каких ду­шевных сил и сил человеческого ума возникают философ­ские идеи и образы? Речь, тем самым, пойдет теперь не только о гносеологических (теоретических), но и о пси­хологических источниках философского знания.

Уже древние греки указали на два таких источника. Важно подчеркнуть, что они отнюдь не исключают, а до­полняют друг друга. Один из них назвал Аристотель, дру­гой — Сократ. Все наше знание, считал Стагирит1, а фи­лософское знание в особенности, обязано своим происхождением такой счастливой способности человека,

1 Аристотель родился в городе Стагире. — Ред. 14

как способность удивляться. Чем богаче, сложнее духов­ный мир Личности, тем сильнее развита у нее эта способ­ность: искренне, естественно переживать радостное вол­нение от встречи с еще не познанным, не разгаданным. Словами Аристотеля выражен оптимистический, рацио­налистический «дух Афин» — убежденность, глубокая вера человека в собственные силы, в разумность мира и в воз­можность его познания.

Способность удивляться (любознательность) — драго­ценное свойство человека, наполняющее его жизнь ожи­данием все больших и больших радостей от свободной игры ума, сближающей мыслящего человека с богами.

Так же, как здоровому, физически развитому человеку приятна игра мускулов, так и человеку умственно, нрав­ственно развитому приятна и даже необходима постоян­ная, непрерывная работа мысли. «Мыслю, следовательно существую», — говорит великий философ и ученый Р. Де­карт (XVII в.). Об интеллектуальном наслаждении как высшем благе, не сравнимом ни с какими другими блага­ми мира, говорили по-своему Б. Спиноза и Г. Гегель, К. Маркс и А. Эйнштейн. Маркс добавлял: духовно бога­тый человек — всегда нуждающийся человек, ибо он все­гда жаждет эти богатства умножить. -А Эйнштейн самой большой и удивительной загадкой мира считал, что он по­стижим разумом, познаваем.

Но человек не только познает мир. Он живет в нем. Человеческое отношение к миру (и к себе самому) есть переживание, и самым глубоким и сильным в нем явля­ется переживание времени, т. е. конечности собственно­го бытия, переживание неизбежности смерти. Именно смерть называет Сократ (V в. до н. э.) вдохновляющим гением философии. Только человек (даже когда он молод и здоров) знает о неизбежности собственной смерти, и это знание заставляет его думать о смысле жизни, а это и есть философствование.

Все это придает философскому сознанию трагическую, но и возвышенную тональность. Трагизм философского сознания, особенно ярко выраженный в восточной филосо­фии, не следует относить только к откровенно пессимисти­ческим этическим и антропологическим учениям (А. Шо-

15

пенгауэр, Э. Гартман). Трагичен и философский опти­мизм, ибо он тоже открывает перед человеком суровую истину без прикрас: жизнь есть борьба, а в борьбе неиз­бежны жертвы. Реализм философии рассчитан на муже­ственное принятие любого обоснованного разумом выво­да, на полный отказ от иллюзий.

Вот почему чисто рационалистический, просветитель­ный взгляд на философию как на удовлетворение частной человеческой любознательности явно недостаточен. Он должен быть доволен: философия — это «ответ» человека на вызов судьбы, поставивший его — смертное, но един­ственное в мире мыслящее существо — в положение «один на один» с бесконечной, безразличной по отношению к нему Вселенной.

Чисто интеллектуальный источник философской мудро­сти — аристотелевское «удивление» — составил, развившись, первую, научно-теоретическую компоненту философского знания. Второй источник (назовем его эмоционально-ценностным переживанием человеком себя и мира) род­нит философию с религией и искусством, т. е. уже не с теоретическим, а с принципиально иным — духовно-практическим — способом, видом освоения человеком действительности. Специфика, уникальность философии в том, что в ней (и только в ней) оба эти способа человечес­кой жизнедеятельности — научно-теоретической и ценно­стный, духовно-практический объединены. Но каждый из них хранит в этом единстве свою относительную самосто­ятельность: теоретический вектор философии устремлен, по законам диалектической логики, ко всему более полно­му и всестороннему знанию, вектор эмоционально-ценно­стный (духовно-практический) сосредоточивает в себе нравственный, социальный опыт народа, нации. Его вы­воды в определенном смысле не зависят от времени, они вечны, как вечны великие творения искусства.

Говоря словами И. Канта, в соотношении теоретичес­кого и практического разума первенство принадлежит последнему. Это значит, что философские истины мало понять (и принимать) умом. Их нужно и выстрадать сер­дцем. Тогда они становятся убеждением — такой ценнос­тью, за которую люди готовы отдать жизнь. «Никто не

16

умирал из-за онтологических (космологических) про­блем», — писал французский философ и романист А. Ка­мю. За философские истины (и убеждения) — умирают! Если бы философские истины были истинами отвлечен­ного знания, они бы распространялись в мире, как рас­пространяется любая научная информация (так и пред­ставляли себе дело просветители, считавшие, что смысл жизни можно так же объяснить человеку, как и математи­ческую теорему). Опыт, однако, свидетельствует о другом: философские идеи только тогда могут стать побудителем человеческих поступков, когда они верно «угадывают» об­щественный, социальный интерес своего времени.

Говоря о специфике и характере философского знания, нельзя обойти понятия социального и духовного опыта, потому что все наше знание (не только знание философ­ское) имеет, в конечном счете один универсальный источ­ник — человеческий опыт. Опыт, на который опирается философия, — особого рода. Он отнюдь не есть ни непо­средственная достоверность, которая составляет матери­ал для повседневной работы наших чувств, ни наблюде­ние, ни эксперимент ученого (естествоиспытателя). Никакая эмпирия, никакой эксперимент не могут сами по себе слу­жить основой для всеохватывающих, предельно широких обобщений, что нередко истолковывается (скептицизмом, позитивизмом) как аргумент против самой возможности объективного, достоверного философского знания, которое низводится тем самым на уровень только субъективных, не общезначимых мнений и предположений.

Не спасает положение и другой (тоже позитивистский) взгляд на философское знание как на простое «обобще­ние» опытной науки. Во-первых, такой взгляд неверен по чисто историческим соображениям, так как философий намного старше науки (античная и средневековая фило­софия не могли обобщать науку, которой тогда еще не было). Во-вторых, если бы философия могла только что-то обобщать, она бы не несла в себе нового знания, цен­ность ее в культуре, т. е. в сотворенном мире человека, была бы тогда минимальной. В действительности же фи­лософия, напротив, не отстает, а опережает науку. Как это возможно?

17

Это возможно, потому что в мире есть история, разви­тие — движение от простого к сложному, от низшему к высшему. Познавая высшие, развивающиеся формы (структурные образования), диалектический разум познает тем самым общую логику общие законы движения, при­сущие не только самой этой форме, но и формам, ей пред­шествующим. Высшее есть в то же время и общее. Зако­ны, действующие на самом высоком уровне эволюции, являются общими для эволюции и охваченного ею мира в целом.

Самая высшая в мире реальность — это человек и мир человека: социальный и духовный. В нем диалектика жиз­ни достигла самого глубокого и полного выражения. За­коны этого мира — ключ ко всей диалектике действи­тельности. Это и дает философии как человекопознанию право быть категориальным, методологическим орудием познания, освоения, постижения всей бесконечной Вселен­ной, всех ее возможных форм и перевоплощений. Катего­рии философии — это «узелки на память», оставленные в наследство новым поколениям их предшественниками. В них сжат и сконцентрирован весь исторический опыт че­ловечества, зашифрован социогенетический код культуры. Только на этой основе возникает, работает человеческая мысль, в том числе и мысль философская.





оставить комментарий
страница1/23
Дата16.10.2011
Размер7.68 Mb.
ТипУчебное пособие, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   23
средне
  1
отлично
  4
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх