Елена Мохова, Наталия Нуреева icon

Елена Мохова, Наталия Нуреева


Смотрите также:
Елена Мохова, Наталия Нуреева...
Насилие в отношении женщин в России Теневой доклад в работе над текстом Доклада принимали...
Насилие в отношении женщин в России Теневой доклад в работе над текстом Доклада принимали...
Насилие в отношении женщин в России Теневой доклад в работе над текстом Доклада принимали...
Рекомендованы к выступлению в очном туре конференции: Болдырева Наталия...
Закона, ни справедливости: Насилие в отношении женщин в России...
Новая система оплаты труда – ключевой механизм модернизации образования горбачева наталия...
«Актуальные проблемы правовой защиты результатов интеллектуальной деятельности в сфере...
«Великая трансформация» Карла Поланьи: прошлое, настоящее, будущее [Текст] / под общ ред проф. Р...
Елена Боннэр: «Мне снится другой народ»...
Опыт реализация программы intel ® "обучение для будущего" на базе спо ковригина Елена...
КИ­тап ел­ъяз­МА­СЫ...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7
вернуться в начало
скачать
*i

жить долго и жить хорошо. Если говорить о доле ВНП на душу насе­ления, то граждане Габона, Южной Африки, Намибии или Бразилии могут оказаться богаче, чем граждане Шри-Ланки, Китая или штата Керала в Индии, но у последних продолжительность жизни намно­го выше, чем у первых.

Еще один пример того же рода: известно, что афроамери-канцы в Соединенных Штатах относительно бедны по сравнению с белыми американцами, но они много богаче жителей «третьего мира». Почему же тогда все поголовно афроамериканцы имеют мень­ше шансов достичь зрелого возраста, чем представители многих со­обществ «третьего мира», таких как Китай, Шри-Ланка или некото­рые районы Индии (с различными структурами здравоохранения, образования и общественных отношений)? Если наш анализ раз­вития годится и для богатых стран, а не только для бедных (а мы ут­верждаем, что именно так оно и есть), то изучение межгрупповых контрастов в более богатых странах может стать важным подспорь­ем в понимании развития и отсталости.

Трансакции, рынок и экономическая несвобода

Наш третий пример связан с ролью рынка как составной части про­цесса развития. Свойство рыночного механизма существенно уси­ливать экономический рост и способствовать в целом экономичес­кому прогрессу получило широкое — и справедливое — признание в современных исследованиях, посвященных проблемам развития. Но было бы ошибкой считать рыночный механизм исключительно продуктом процесса развития. Как отмечал Адам Смит, свобода об­мена и совершения сделок сама по себе является неотъемлемой частью основных свобод, столь ценимых людьми.

Принципиально антирыночная позиция — нечто столь же абсурдное, как запрет на какие-либо беседы между людьми (даже если некоторые беседы откровенно непристойны и причиняют вред другим людям, а то и самим беседующим). Свобода обмени­ваться словами, товарами или дарами не нуждается в защите и оправдании той пользы, которую она способна принести; она — часть жизни общества и способ его членов взаимодействовать друг с другом (если этой свободой можно беспрепятственно пользо­ваться). Значение рыночного механизма для роста экономики, ра­зумеется, огромно, но для общества куда важнее прежде всего осо­знать непосредственную ценность свободы взаимообмена — сло­вами, товарами или дарами.

Известно, что запрет на свободное участие на рынке труда становится одним из способов удержания людей в крепостной за­висимости, и борьба с такой несвободой важна для современных стран «третьего мира» по тем же причинам, по которым разрази­лась Гражданская война в Америке. Сама по себе свобода выхода на рынок обеспечивает весомый вклад в развитие, при этом не столь важно, способствует рыночный механизм экономическому росту и индустриализации общества или нет. Похвала капитализму из уст Карла Маркса (в целом не самого большого поклонника капитализ­ма) и характеристика, данная им (в «Капитале») Гражданской войне в Америке как «величайшему событию в современной истории», напрямую связаны с необходимостью свободого заключения тру­довых соглашений, противопоставляемого рабству и насильствен­ному недопущению на рынок труда. Как будет показано в этой кни­ге, во многих современных развивающихся странах среди ключевых задач развития значится освобождение труда от явного и скрытого крепостничества, перекрывающего доступ на открытый рынок тру­да. Подобным же образом барьеры для выхода на рынок товаров часто являются одним из лишений, от которых страдают мелкие земледельцы и производители в обществах с традиционным укла­дом и свойственными этому укладу ограничениями. Свобода участ­вовать в экономическом взаимообмене имеет базовое значение для жизни общества.

Подчеркивая важность свободного обмена, которой часто пренебрегают, мы ни в коей мере не отрицаем необходимости все­стороннего анализа рыночного механизма с точки зрения его зна­чения и пользы, включая роль рынка в экономическом росте и до­стижении, при определенных обстоятельствах, экономической справедливости. С другой стороны, следует разобраться, почему погрязшие в лишениях группы в обществе, ориентированном на рынок, остаются отлученными от рыночных благ, а также рассмот­реть мнения, в том числе критические, касающиеся образа жизни и ценностей, связанных с культурой рынка. В подходе к развитию как к свободе необходимо учесть и должным образом осмыслить аргументы, поступающие со всех сторон. Трудно представить, что­бы плодотворный процесс развития обошелся без широкого ис­пользования рынка, но это не значит, что мы должны автоматичес­ки исключить из нашего анализа такие факторы, как социальная поддержка, государственное регулирование или управление, спо­собные, скорее, улучшить жизнь людей, чем ухудшить. Наш подход


^ РАЗВИТИЕ КАК СВОБОДА I 24 I

ВВЕДЕНИЕ. РАЗВИТИЕ КАК СВОБОДА I 25 I

позволяет шире взглянуть на рынок как явление и охватить боль­шее число его сторон, чем если бы мы лишь защищали рынок либо исключительно подвергали нападкам.

Перечень примеров я позволю себе закончить воспомина­нием из моего детства. Однажды днем (в ту пору мне было лет де­сять) я играл в саду у нашего дома в Дакке (ныне столице Бангла­деш), когда в калитку вбежал человек. Он был весь в крови и жалоб­но стонал - его ударили ножом в спину. То было время общинных беспорядков (индусы и мусульмане убивали друг друга), предшест­вовавших получению независимости и отделению Пакистана от Индии. Раненый по имени Кадер Мия был мусульманским поден­щиком и работал в соседнем доме за мизерную плату в нашем преи­мущественно индусском районе; нож в него всадил кто-то из мест­ной уличной шпаны. Пока я отпаивал его водой, громко призывая взрослых на помощь, и потом, когда мой отец повез Кадера Мию в больницу, он рассказал нам, что жена отговаривала его идти во враждебный район в столь беспокойное время. Но Кадеру Мию пришлось выйти из дома, чтобы хоть чуть-чуть подзаработать, по­тому что его семье было нечего есть. Штрафом за это нарушение экономической несвободы стала смерть, наступившая позже в больнице.

Это событие потрясло меня. Оно заставило задуматься о тяжком бремени узко понимаемой идентичности, в том числе идентичности, жестко привязанной к сообществам и группам (мы еще вернемся к этой проблеме). Но в первую очередь это событие указывает на факт экономической несвободы в виде крайней нище­ты, которая превращает людей в беспомощных жертв тех, кто поку­шается на иные виды свободы. У Кадера Мии не возникла бы необ­ходимость отправиться во враждебный район в те ужасные дни, если бы его семья могла прожить без его крошечного дохода. Эко­номическая несвобода способна порождать социальную и полити­ческую несвободу, так же как социальная и политическая несвобода способна выпестовать несвободу экономическую.

Организации и ценности

Можно привести немало примеров, иллюстрирующих радикаль­ные особенности понимания развития как интегрированного про­цесса расширения основных и взаимосвязанных между собой сво­бод. Именно такой подход представлен, исследован и использован в нашей книге с целью изучения процесса развития с позиций,

охватывающих экономические, социальные и политические аспек­ты. Столь широкий подход позволяет также оценить жизненно важную роль различных институтов в процессе развития, в том чис­ле рынка и организаций, с ним связанных, национальных прави­тельств и органов местного управления, политических партий и прочих гражданских объединений, системы образования и усло­вий для ведения открытого диалога и дебатов (включая роль СМИ и других средств коммуникации).

Наш подход позволяет также уяснить роль социальных цен­ностей и преобладающих нравственных устоев, влияющих на со­держание прав и свобод, которыми пользуются люди и которыми они не без основания дорожат. Общепризнанные нормы нередко оказывают влияние на такие социальные параметры, как тендерное равенство, методы воспитания детей, численность семьи и рождае­мость, отношение к окружающей среде и прочие явления и процес­сы. Преобладающие ценности и состояние общественной нрав­ственности имеют прямое отношение к наличию или отсутствию коррупции и к степени доверия, присутствующей в экономических, общественных и политических отношениях. Свободой пользуют­ся с целью приобретения ценностей, но на содержание этих ценнос­тей влияют публичные дискуссии и социальные контакты, которые, в свою очередь, зависят от осуществления права свободного учас­тия в общественной жизни. Каждая из этих взаимосвязей заслужи­вает самого пристального внимания.

Свобода экономических трансакций обычно становится мощным двигателем экономического роста — этот факт признан практически повсеместно, хотя до сих пор кое-кто рвется его ос­порить. Однако важно не только отдать должное рынку, но и оце­нить роль прочих экономических, социальных и политических свобод в улучшении материальных и прочих условий, в которых живут люди. В ходе нашего анализа мы не сможем пройти мимо даже столь запутанных вопросов, как, например, пресловутая проблема перенаселенности. На протяжении веков о роли свободы в существенном снижении рождаемости высказывались противо­речивые точки зрения. Если великий французский рационалист XVTII века Кондорсе полагал, что с «прогрессом разума» рождае­мость снизится, поскольку рост общественной безопасности, по­вышение уровня образования и предоставление большей свобо­ды принимать взвешенные решения ограничат рост населения, то его современник Томас Роберт Мальтус занимал кардинально


^ РАЗВИТИЕ КАК СВОБОДА I 26 I

ВВЕДЕНИЕ. РАЗВИТИЕ КАК СВОБОДА I 27 I

отличные позиции в этом вопросе. Мальтус утверждал, что «у нас нет оснований полагать, будто что-либо, кроме трудностей в обес­печении жизненных нужд, способно отвратить большинство лю­дей от раннего брака либо лишить их возможности растить здоро­вое и многочисленное потомство». Сравнительные достоинства этих двух позиций, основанных соответственно на осознанной свободе и экономическом принуждении, будут подробно рассмот­рены в этой книге (по моему мнению, доказательства в пользу точ­ки зрения Кондорсе явно перевешивают). Однако следует подче­ркнуть, что непримиримость этих двух позиций является одним из многих источников жарких дебатов, которые ведут сторонни­ки и противники свободы в развитии общества на протяжении многих столетий. Этот спор не кончается до сих пор, обретая раз­личные формы.

Институты и инструментальные свободы

В нашей книге мы эмпирическим путем исследуем пять различных типов свободы, именуемых нами «инструментальными». Это (1) политические свободы, (2) экономические возможности, (3) соци­альные возможности, (4) гарантии прозрачности и (5) социальная защита. Каждая из этих пяти разновидностей прав и свобод умно­жает потенциальные возможности отдельной личности. Свободы могут также дополнять друг друга. Политика, направленная в це­лом на расширение человеческих возможностей и основных сво­бод, обычно осуществляется путем развития этих различных, но взаимосвязанных инструментальных свобод. В последующих гла­вах мы подробнее остановимся на каждом из пяти типов, а также на связанных с ними институтах и их взаимовлиянии. Кроме того, мы рассмотрим роль этих свобод в усилении свободы в целом — свободы каждого жить так, как он считает нужным. С точки зрения «развития как свободы» инструментальные свободы связаны как друг с другом, так и с конечной целью расширения свободы лич­ности в целом.

Анализируя развитие, мы должны обратить внимание не только на цели и стремления, в достижении которых инструмен­тальные свободы играют важную роль, но и на эмпирические свя­зи, пронизывающие эти различные виды свободы, усиливая тем са­мым их совокупное значение. Заметим, что выявление этих связей более всего необходимо для понимания инструментальной роли свободы.

В заключение

Права и свободы являются не только основной целью развития, но и его основным средством. Уяснив фундаментальное положение о ценности свободы, мы также должны разобраться в особых эмпи­рических связях, существующих между различными формами сво­боды. Политические свободы (в виде свободы слова и выбора) спо­собствуют обеспечению экономической безопасности. Социальные возможности (в виде права на образование и медицинскую по­мощь) облегчают участие в экономической жизни. Экономические условия (в виде возможности участвовать в торговле и производ­стве) обычно способствуют как личному материальному благопо­лучию, так и накоплению общественных ресурсов для «подпитки» социальных возможностей. Свободы различных видов способны усиливать друг друга.

Эти эмпирические связи придают новый смысл приоритет­ным ценностям. Если воспользоваться средневековыми понятия­ми «объект воздействия» и «деятель», то наше сосредоточенное на свободе понимание экономики и процесса развития в значительной степени ориентировано на «деятеля». При адекватных социальных условиях индивидуумы способны эффективно строить свою жизнь и помогать друг другу. И не стоит считать их в первую очередь пас­сивными потребителями благ, поставляемых хитроумными прог­раммами развития. У нас имеются достаточно веские основания, чтобы признать позитивную роль свободной и плодотворной дея­тельности и даже конструктивной нетерпимости.


^ РАЗВИТИЕ КАК СВОБОДА I 2* I

Глава 1

С позиций свободы

Нет ничего необычного в том, что супруги обсуждают между собой, как бы заработать побольше денег, однако беседа на эту тему, состо­явшаяся приблизительно в VIII веке до н. э., представляет для нас в некотором смысле особый интерес. Согласно санскритскому текс­ту «Брихадараньяка упанишада», женщина по имени Матрейя и ее муж Яджнявалкья не ограничиваются перечислением способов разбогатеть, а ставят вопрос шире: возможно ли с помощью богат­ства осуществить любое желаниеГ Матрейе любопытно знать, смо­жет ли она достичь бессмертия в случае, если «все земные блага» окажутся в ее полном распоряжении. «Нет, — отвечает Яджня­валкья, — ты будешь жить, как все богатые люди. Не надейся стать бессмертной через богатство». На что Матрейя отвечает: «Тогда за­чем мне все это, если я не обрету бессмертия?»

Риторический вопрос Матрейи веками цитируется в ин­дийской религиозной философии с целью напомнить как о приро­де трудностей, с которыми сталкивается человек, так и о бренности материального мира. Я настроен чересчур скептически в отноше­нии иных миров, чтобы горевать вместе с Матрейей, но в беседе этой семейной пары затронута проблема, имеющая прямое отношение к экономике и к пониманию сущности развития. Эта проблема каса­ется взаимосвязи между доходами и личными достижениями, меж­ду средствами и возможностями, между экономическим благопо­лучием и нашей способностью жить так, как мы хотим. Следует от­метить, что связь между богатством и личными достижениями может усиливаться или ослабевать, и, кроме того, она чрезвычайно подвержена влиянию привходящих обстоятельств. Вопрос не в том, чтобы жить вечно, как того желала бедная Матрейя, но в том, что­бы жить действительно долго (а не погибать в расцвете сил) и жить хорошо (а не в нищете и угнетении) — этих двух вещей же­лают почти все люди. «Разрыв» между двумя подходами (т.е. меж­ду стремлением исключительно к богатству и более широким взглядом на человеческую жизнь) является основной проблемой

в концептуализации развития общества. Как заметил Аристотель в самом начале «Никомаховой этики» (показательно резонирую­щей с беседой Матрейи и Яджнявалкьи, происходившей за три ты­сячи миль от Древней Греции), «богатство — это, конечно, не иско­мое благо, ибо оно полезно, т.е. существует ради чего-то другого»2.

Поскольку у нас имеются причины стремиться к увеличе­нию нашего материального благополучия, мы обязаны спросить себя: каковы, собственно, эти причины, как они действуют, с чем сопряжены и что, собственно, мы можем делать с нашим прирас­тающим богатством? На самом деле, причины умножать доходы или материальные блага вполне обоснованны. И не потому, что до­ход и богатство желанны сами по себе, а потому, что они, как пра­вило, являются чудесным и универсальным средством обрести большую свободу — свободу жить, с нашей, вполне здравой, точки зрения, «хорошо».

Полезность богатства состоит в том, что оно позволяет нам обрести насущные права и свободы. Но эта зависимость не являет­ся ни исключительной (ибо не только материальные блага оказыва­ют значительное влияние на нашу жизнь), ни однородной (ибо сти­мулы, создаваемые богатством, варьируются в зависимости от иных влияний). Важно уяснить ключевую роль материального благопо­лучия в создании условий и качества жизни, а также понять сущ­ность этой взаимосвязи и то, каким влияниям она подвержена. Адекватная концепция развития не должна ограничиваться лишь накоплением материальных благ, ростом валового национального дохода и прочими показателями, связанными с доходами. Не упус­кая из виду значение экономического роста, мы обязаны взглянуть на проблему много шире.

Если мы хотим глубже понять процесс развития, нам потре­буется хорошенько изучить его цели и средства. Было бы упущением с нашей стороны принять за основной предмет исследования иск­лючительно достижение максимальных доходов или богатства, ко­торое, как отмечал Аристотель, «существует ради чего-то другого». По той же причине невозможно рассматривать экономический рост как самоцель. Развитие необходимо изучать в более тесной связи с общим улучшением нашей жизни и расширением свобод, которы­ми мы пользуемся. Расширение свобод (не зря столь высоко цени­мых нами) не только обогащает нашу жизнь и раскрепощает нас са­мих, но также повышает нашу социальную значимость: мы получаем возможность полнее выражать нашу волю и взаимодействовать —


^ РАЗВИТИЕ КАК СВОБОДА I 30 I

ГЛАВА 1. С ПОЗИЦИЙ СВОБОДЫ I 31 I

в том числе, оказывая влияние — с миром, в котором живем. В гла­ве 3 эта точка зрения будет рассмотрена глубже и обстоятельнее, ей будет также дана сравнительная оценка относительно других точек зрения, представленных в книге3.

Формы несвободы

Немало людей во всем мире страдают от различного рода несвобо­ды. В некоторых регионах до сих пор случаются вспышки массово­го голода, отнимающего у миллионов людей право на жизнь. А в тех странах, где научились не допускать голод, уделом многих хрупких человеческих существ может стать недоедание. Кроме того, значи­тельное число людей почти не получают медицинской помощи, не имеют доступа к чистой воде и живут в антисанитарных условиях; в результате эти люди тратят жизнь на борьбу с болезнями, которых можно было бы избежать, и ранняя смерть в их среде — обычное яв­ление. В более богатых странах также есть неимущие слои населе­ния, лишенные основных прав на здравоохранение, профессио­нальное образование и хорошо оплачиваемую работу, экономичес­кую и социальную безопасность. Даже в очень богатых странах продолжительность жизни определенных групп населения иногда не дотягивает до показателей в странах так называемого «третьего мира» с менее развитой экономикой. Далее, неравенство между мужчинами и женщинами ухудшает — а иногда и преждевремен­но обрывает — жизнь миллионов женщин и ограничивает различ­ными способами основные права и свободы женщин.

Другая разновидность несвободы, бытующая в разных стра­нах, — систематическое нарушение политической свободы и эле­ментарных человеческих прав. Иногда мы слышим заявления о том, что ущемление прав человека стимулирует экономический рост и потому «благоприятно» для ускоренного развития экономики. Некоторые даже оправдывают жесткие политические режимы, ли­шающие население основных гражданских и политических прав, утверждая, что такие режимы якобы обладают преимуществами, способствующими развитию экономики. Этот тезис (часто называ­емый «тезисом Ли» по имени бывшего премьер-министра Синга­пура Ли Кван Ю) иногда подкрепляют довольно примитивными эмпирическими доказательствами. На самом же деле более глубо­кие сравнительные межрегиональные исследования не подтверж­дают этот тезис, обнаруживая скудость фактов, доказывающих спо­собность авторитарного правления стимулировать экономический

рост. Более того, эмпирические данные наводят на мысль о том, что экономический рост скорее возможен в мягком экономическом климате, нежели в жесткой политической системе. Этот вопрос бу­дет рассмотрен подробнее в главе 6.

У экономического развития имеются и иные измерения, нап­ример экономическая безопасность. Зачастую экономическая неста­бильность связана с недостатком демократических прав и свобод. В самом деле, действующая демократия и наличие развитых полити­ческих прав способны предотвратить голод и прочие экономические катастрофы. Голод (и другие экономические катастрофы) редко зат­рагивает авторитарных правителей лично, оттого им недостает сти­мула для своевременного принятия превентивных мер. Напротив, у демократических правительств, стоящих перед необходимостью победить на выборах и подвергающихся публичной критике, имеют­ся сильные стимулы для принятия мер по предотвращению голода и других подобных бедствий. Неудивительно, что мировая история не знает примеров голода, случившихся при действующей демокра­тии, — будь то в экономически богатом регионе (как современная За­падная Европа и Северная Америка) или в относительно бедном (как в независимой Индии, Ботсване или Зимбабве). Голод обычно поражает колониальные территории, возглавляемые иностранны­ми правителями (как это было в Британской Индии или в Ирландии во времена зависимости страны от чужеземных английских прави-телей),либо страны с однопартийной системой (например, Украина в 1930-х годах, Китай в 1958-1961 годах и Камбоджа в 1970-х годах), либо страны с военной диктатурой (например, Эфиопия, Сомали и некоторые страны в районе Сахеля в недавнем прошлом). На тот момент, когда эта рукопись сдается в печать, в «голодной лиге» явно лидируют две страны — Северная Корея и Судан, и обе представляют собой яркий пример диктаторского правления. Если предотвраще­ние голода ярко и веско свидетельствует о преимуществах системы стимулов, то преимущества демократического плюрализма в целом сказываются практически во всех областях жизни.

Но — что самое главное — политическая свобода и граждан­ские права важны сами по себе и не требуют доказательств своей экономической полезности. Даже когда люди, лишенные полити­ческой свободы или гражданских прав, живут в условиях адекват­ной экономической безопасности (и, случается, пользуются благо­приятными экономическими условиями), им тем не менее отказано в важнейших свободах: жить своим умом и участвовать в принятии


^ РАЗВИТИЕ КАК СВОБОДА I 32 I

ГЛАВА 1. С ПОЗИЦИЙ СВОБОДЫ I ЗЭ I

ключевых решений, касающихся общественных дел. Эти лишения ограничивают социальную и политическую жизнь и должны счи­таться репрессивными, даже если они не приводят к иного рода бе­дам (вроде экономических катастроф). Поскольку политические и гражданские права являются определяющими компонентами че­ловеческой свободы, их нарушение приносит вред само по себе. Ис­следуя роль гражданских прав в развитии, мы обязаны обратить внимание как на основополагающее, так и на инструментальное значение гражданских прав и политических свобод. Эти вопросы также рассматриваются в главе 6.

Процессы и возможности

Из вышеизложенного ясно, что понимание свободы, представленное здесь, охватывает как процессы, предполагающие свободу действий и принятие решений,так и действительные возможности, доступные людям в определенных личных и социальных условиях. Несвобода может возникнуть либо в результате неадекватных процессов (на­пример, нарушения прав избирателей или иных политических и гражданских прав), либо из-за отсутствия возможностей для дос­тижения людьми минимума того, к чему они стремятся (в том числе из-за отсутствия элементарной возможности избежать преждевре­менной смерти или предупредить различные заболевания и голод).

Два взгляда на свободу — как на процесс и как на возмож­ность — существенно контрастируют друг с другом, и этот конт­раст проявляется на различных уровнях. В других работах я уже высказывался о преимуществах и недостатках (равно как и о взаи­мосвязи) этих двух точек зрения4. Здесь не место для обсуждения сложных и тонких вопросов, касающихся различий между процес­суальным и возможностным аспектами свободы. Однако очень важно подчеркнуть необходимость понимания свободы в более широком плане. Нельзя сосредотачиваться лишь на способах и ме­тодах развития (как иногда поступают так называемые либертари­анцы, нимало не беспокоясь о неимущих, которых, бывает, система­тически лишают возможностей для удовлетворения насущных нужд) или, напротив, на необходимых и достаточных возможнос­тях (как иногда поступают так называемые консеквенциалисты, ни­мало не беспокоясь о природе процессов, порождающих возмож­ности, или о свободе выбора, доступной людям). И процессы, и воз­можности важны сами по себе, и оба эти аспекта существенны для понимания развития как свободы.

Два значения свободы

Анализ развития общества, представленный в данной книге, исхо­дит из того, что свободы и права личности — это фундамент, на ко­тором строится все остальное. Поэтому наше внимание направле­но на развитие «умения» человека жить той жизнью, которую он ценит и имеет основания ценить. Потенциальные возможности человека могут быть расширены с помощью социальной полити­ки, а также и посредством эффективного участия общества в раз­работке новых направлений этой политики. Двусторонность свя­зей между интересующими нас явлениями — суть представленно­го здесь анализа.

Две причины обуславливают ключевое значение индиви­дуальной свободы в концепции развития; эти причины связаны соответственно с категориями ценности и эффективности5. Пер­вая причина заложена в основу нашего нормативного подхода, признающего базовые индивидуальные свободы решающим фак­тором. Следовательно, успех сообщества оценивается, в первую очередь, с точки зрения наличия базовых свобод, которыми поль­зуются члены этого сообщества. Такая ценностная позиция отли­чается от информационной позиции, свойственной более тради­ционным нормативным подходам, фокусирующим внимание на иных переменных, таких как полезность, процессуальная свобода или реальный доход.

Обладание большей свободой поступать так, как считаешь нужным, является, во-первых, непосредственно значимым для че­ловеческой свободы вообще и, во-вторых, такое обладание важно для развития личных возможностей, ведущих к получению ценных результатов6. И то и другое крайне важно в вопросе оценки степени свободы членов сообщества, а значит, и для определения уровня развития общества. Что побудило нас принять такую нормативную направленность (и, в частности, побудило рассматривать общест­венную справедливость с точки зрения индивидуальных свобод и их соотношения со свободой общества) — более подробно изло­жено в главе 3.

Вторая причина, заставившая нас признать базовые свобо­ды ключевым фактором развития, состоит в том, что свобода не только является мерилом успеха или провала, но и, прежде всего, оп­ределяет уровень индивидуальной инициативы и эффективности общества. Расширение свободы усиливает способность людей по­мочь самим себе, а также повлиять на окружающий мир, и эти две


^ РАЗВИТИЕ КАК СВОБОДА I 34 I

ГЛАВА 1. с ПОЗИЦИЙ СВОБОДЫ I 35 I

составляющие являются главными в процессе развития. Осталось уяснить (с риском несколько упростить вопрос),что мы подразуме­ваем, когда говорим о личности как о деятеле или, иначе, «агенте».

Использование этого термина требует некоторых разъясне­ний. В экономической литературе и теории игр слово «агент» иног­да используется для определения человека, который действует от чьего-либо имени (возможно.по велению «патрона») и достижения которого оцениваются относительно чьих-либо целей (целей «пат­рона»). Я же использую термин «агент» в его старом — и «возвы­шенном» — смысле, обозначая им человека, который своими действиями способствует переменам и о достижениях которого су­дят исходя из его собственных стремлений и ценностей; при этом внешние критерии для оценки этих достижений не столь важны. Что нас интересует, так это деятельность индивида как члена обще­ства и участника экономических, социальных и политических ак­ций (начиная с его присутствия на рынке до вовлеченности, прямой или опосредованной, в индивидуальную либо совместную деятель­ность в политической и прочих сферах).

Вопрос личного участия затрагивает многие стороны обще­ственной политики, начиная с экономических стратегий, когда, нап­ример, политические боссы, поддавшись неискоренимому соблаз­ну, начинают мелочно регламентировать экономику, доводя ее до «разлинованного» состояния (с целью «идеального обслуживания» предположительно инертного населения), и кончая фундаменталь­ными аспектами, например попытками вывести действующее пра­вительство из-под демократического надзора и критики (нарушая тем самым политические и гражданские права на участие в общест­венной жизни)7.

Оценочные системы:

доходы и потенциальные возможности

Что касается оценочной стороны, то благодаря фактической базе, на которую мы опираемся, наш подход приобретает черты, отлич­ные от более традиционных практик и методов анализа экономи­ческой стратегии, таких как «экономическая» направленность на первичность дохода и благосостояния (а не на характеристику усло­вий жизни и основных свобод), «утилитаристская» сосредоточен­ность на разумном удовлетворении (а не на творческом недоволь­стве и конструктивном неприятии), «либертарианская» озабочен­ность исключительно процедурами, обеспечивающими свободу

(при намеренном пренебрежении последствиями, к которым могут привести эти процедуры), и так далее. В полном объеме фактиче­ская база, связанная с основными правами и свободами, которые люди считают необходимыми, обсуждается в главе 3.

Нельзя отрицать, что «скудость» индивидуальных возмож­ностей бывает тесно связана с недостаточным доходом, и эта связь двояка: (1) низкий доход часто становится главной причиной негра­мотности и плохого здоровья, а также голода и недоедания, и, на­оборот, (2) повышение уровня образования и укрепление здоровья способствуют получению более высоких доходов. Эту взаимосвязь следует хорошенько уяснить. Но на базовые возможности индиви­дуума и эффективные свободы, которыми он пользуется, влияют не только доходы, и потому стоит изучить природу и глубину этих вза­имовлияний. Именно потому, что между скудным доходом и скуд­ными возможностями часто существуют корреляционные связи, очень важно не дать себя ими загипнотизировать, вообразив, будто изучение первого предоставит нам достаточную информацию о последних. Эти связи не так уж крепки, а отклонения зачастую бо­лее важны со стратегической точки зрения, чем локальная согласо­ванность двух переменных. Если мы переместим фокус нашего вни­мания с узкой проблемы низких доходов на более разностороннюю проблему отсутствия возможностей, мы сможем с помощью нашей информационной базы (включающей такие статистические дан­ные, в которых кривая доходов становится непригодной в качестве референтной опоры стратегического анализа) лучше понять при­роду бедности и свободы. Доходы и богатство — сколь бы много от них ни зависело — должны быть интегрированы в более широкое понимание успеха и лишений.

Бедность и неравенство

Анализ информационной базы, созданной для исследования бед­ности и неравенства, представлен в главе 4. Имеются веские осно­вания рассматривать бедность скорее как отсутствие базовых воз­можностей, чем наличие низкого дохода. Отсутствие элементар­ных возможностей приводит к ранней смертности, серьезному недоеданию (особенно это верно в отношении детей), постоянным болезням, массовой неграмотности и прочим бедам. Например, такой ужасный феномен, как «изчезнувшие женщины» (результат необычайно высокой повозрастной смертности женщин в некото­рых сообществах, в частности в Южной Азии, Западной Азии,


^ РАЗВИТИЕ КАК СВОБОДА I 36 1

ГлЛВА 1. С ПОЗИЦИЙ СВОБОДЫ 137 I

Северной Африке и Китае), следует анализировать с демографи­ческих, медицинских и социальных позиций, а не с точки зрения низких доходов, которые порою говорят нам чересчур мало о ген-дерном неравенстве8.

Смещение фокуса необходимо для того, чтобы выработать другую — и более объективную — точку зрения на бедность не только в развивающихся, но также и в более преуспевающих странах. Наличие массовой безработицы в Европе (от 10 до 12% в боль­шинстве крупных европейских стран) порождает лишения, кото­рые не очень хорошо отражены в статистике о распределении до­ходов. Эти лишения часто замалчивают на том основании, что ев­ропейская система социальной защиты (включая страхование от безработицы) стремится восполнить безработным потерю в дохо­дах. Но безработица — это не только недостаток доходов, который может быть компенсирован поступлениями от государства (за счет фискальной нагрузки на бюджет, что само по себе становится тяжким бременем для общества); безработица порождает далеко идущие последствия, губительные для индивидуальной свободы, инициативы и профессиональных навыков. Одним из многочис­ленных последствий безработицы является «социальная отвер­женность» некоторых групп, а также утрата самоуважения, уве­ренности в себе, потеря психического и физического здоровья. Право, трудно отделаться от ощущения грандиозной нелепости, глядя на попытки современных европейцев создать в обществе умонастроения, ориентированные на лозунг «помоги себе сам», без разработки адекватных мер по сокращению массовой безра­ботицы, недопустимо высокий уровень которой делает такую са­мопомощь крайне затруднительной.

Доход и смертность

Рассмотрим повнимательнее зависимость между смертностью и доходом (именно в этой связи Матрейя продемонстрировала чрезмерные амбиции). Примечательно, что степень обездоленнос­ти некоторых групп в очень богатых странах сравнима со степенью обездоленности в так называемом «третьем мире». Например, в США афроамериканцы как группа населения имеют не больше шансов — на самом деле даже меньше — достичь пожилого возрас­та, чем люди, родившиеся в чрезвычайно бедных в экономическом отношении Китае и штате Керала в Индии (а также в Шри-Ланке, Коста-Рике и на Ямайке)9.

Это обстоятельство отображено на рисунках 1.1 и 1.2. Даже при том, что душевой доход у афроамериканцев США значительно ниже, чем у белого населения, доходы афроамериканцев во много раз выше, чем у жителей Китая или штата Керала (с учетом ценовой корректировки стоимости жизни). В этом контексте сравнение перспектив выживаемости у афроамериканцев с перспективами го­раздо более бедных китайцев или индийцев в штате Керала пред­ставляет особый интерес. Афроамериканцы по сравнению с китай­цами или индийцами имеют лучшие показатели выживаемости в ранних возрастных группах (особенно это касается младенческой смертности), но затем картина меняется. Оказывается, что мужчи­ны в Китае и Керале значительно обгоняют афроамериканцев по выживаемости в старших возрастных группах.

Даже афроамериканские женщины в старших возрастных группах имеют тот же уровень выживаемости, что и более бедные китаянки, но значительно более низкий уровень по сравнению с еще более бедными индианками в Керале. Очевидно, дело не в том, что чернокожие американцы страдают от относительных лишений — если сравнить доход на душу чернокожего населения с доходами

10





Рисунок 1.1. РЕГИОНАЛЬНЫЕ РАЗЛИЧИЯ В ВЫЖИВАЕМОСТИ МУЖЧИН

65 75

15 25 35 45 55 Возраст(количество лет)

Источники: United States, 1991-1993: U.S. Department of Health and Human Services, Health United States 1995 (Hyattsville, Md.: National Center for Health Statistics, 1996): Kerala, 1991: Government of lndia, Sample Registration System: Fertility and Mortality Indicators 1991 (New Delhi: Office of the Registrar General, 1991): China, 1992: World Health Organization, World Health Statistics Annual 1994 (Geneva: World Health Organization, 1994).


^ РАЗВИТИЕ КАК СВОБОДА I 38 I

ГЛАВА 1. С ПОЗИЦИЙ СВОБОДЫ I 39 I




70





Рисунок 1.2. РЕГИОНАЛЬНЫЕ РАЗЛИЧИЯ В ВЫЖИВАЕМОСТИ ЖЕНЩИН

• США (чернокожие)

65

Китай

0 5 15 25 35 45 55 65 75 Возраст(количество лет)

Источники: United States, 1991-1993: U.S. Department of Health and Human Services, Health United States 1995 (Hyattsville, Md.: National Center for Health Statistics, 1996); Kerala, 1991: Government of India, Sample Registration System: Fertility and Mortality Indicators 1991 (New Delhi: Office of the Registrar General, 1991); China, 1992: World Health Organization, World Health Statistics Annual 1994 (Geneva: World Health Organization, 1994).

белых американцев; они абсолютно более обездолены, чем обладаю­щие низким доходом индийцы в Керале (как мужчины, так и жен­щины) и китайцы (мужчины) — если говорить о возможности до­жить до зрелого и старшего возраста. Эти контрасты (т.е. контрасты между уровнем жизни, определяемым душевым доходом, и уров­нем жизни, определяемым способностью дожить до преклонного возраста) во многом обусловлены социальным устройством и от­ношениями внутри сообщества, в том числе доступностью медици­нской помощи, развитостью систем здравоохранения и школьного образования, соблюдением закона и порядка, распространением насилия и прочее10.

Следует также отметить, что внутри афроамериканского со­общества в США расхождения в выживаемости еще значительнее. Чернокожее мужское население в некоторых городах США (таких, как Нью-Йорк, Сан-Франциско, Сент-Луис или Вашингтон ^уступа­ет в выживаемости в более ранних возрастах не только мужчинам из Китая и штата Керала11, ной населению во многих странах «треть­его мира». Например, мужчины в Бангладеш имеют больше шансов преодолеть сорокалетний рубеж, чем американские мужчины

^ РАЗВИТИЕ КАК СВОБОДА I 40 I

в Гарлеме, одном из районов процветающего Нью-Йорка12. И это вопреки тому обстоятельству, что афроамериканцы в США во мно­го раз богаче,чем люди из соответствующих групп в «третьем мире».

Свобода, потенциальные возможности

и качество жизни

Выше мы коснулись самой элементарной разновидности свобо­ды — свободы выживать, избежав преждевременной смерти. Эта разновидность свободы, очевидно, очень важна, но существует не­мало других и не менее важных разновидностей. В самом деле, диа­пазон соответствующих свобод может быть весьма широк. Бытует мнение, что при исследовании развития с позиций свободы «рас­ширение» числа свобод затрудняет выработку «рабочего» подхода. Мне такой пессимизм представляется надуманным, однако я отло­жу обсуждение этой проблемы до главы 3, в которой фундаменталь­ные оценочные подходы будут рассмотрены всесторонне.

Тем не менее следует отметить, что подход, в котором цент­ральное положение занимает свобода, по природе своей родственен житейской озабоченности «качеством жизни». Когда речь заходит о качестве жизни, нас в первую очередь интересует то, как протекает человеческая жизнь (и, вероятно, какой выбор предоставлен отдель­ной личности), а уж затем ресурсы и доходы, которыми эта личность располагает13. Фокусирование внимания на качестве жизни и на ба­зовых свободах, а не только на доходах и материальном благополу­чии, может показаться отклонением от установок традиционной эко­номики, и в каком-то смысле так оно и есть (особенно по сравнению с некоторыми более «чистыми» исследованиями доходов населения, бытующими в современной экономической литературе). Однако в действительности этот более широкий подход вполне согласуется с направлениями профессионального анализа, существовавшего в экономике с момента ее возникновения как науки. Подтверждение тому—аристотелевы взаимосвязи («процветание» и «способность», о которых более всего пекся Аристотель, имеют прямое отношение к качеству жизни и базовым свободам, как было показано Мартой Нуссбаум)14. В нашем подходе также прослеживаются явные парал­лели с работой Адама Смита о «потребностях» и условиях жизни15.

В самом деле, одной из основных причин возникновения экономической науки стала необходимость изучения тех возможнос­тей, которыми располагают люди для того, чтобы хорошо жить, а так­же каузальных влияний, которым эти возможности подвержены.

глава i. с позиций свободы





оставить комментарий
страница2/7
Дата15.10.2011
Размер2,4 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх