Зарецкая Е. Н. 3-34 Риторика: Теория и практика речевой коммуникации. 4-е изд icon

Зарецкая Е. Н. 3-34 Риторика: Теория и практика речевой коммуникации. 4-е изд



Смотрите также:
Зарецкая Е. Н. 3-34 Риторика: Теория и практика речевой коммуникации. 4-е изд...
Зарецкая Е. Н. 3-34 Риторика: Теория и практика речевой коммуникации. 4-е изд...
Рабочая программа по дисциплине «Основы теории коммуникации» для направления «Филология»...
Н. А. Кузнецова " " 200 г...
Рабочая программа и учебно-методические материалы для студентов по дисциплине...
Стилистика. Культура речи. Теория речевой коммуникации учебный словарь терминов....
Авсеенко Н. А. Теория и практика межкультурной коммуникации для специалистов в области мировой...
Рабочая программа дисциплины практикум по межкультурной коммуникации...
Программа курса повышения квалификации профессорско-преподавательского состава по направлению...
Теория и практика связей с общественностью Лукиева...
Баранов А. Н. Лингвистическая экспертиза текста: теория и практика: учебное пособие / А. Н...
Алимов В. В. Теория перевода: перевод в сфере профессиональной коммуникации. 3-е изд., стереотип...



страницы: 1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   27
вернуться в начало
скачать

А В


Говорящий Объект иронии


Итак, ирония возможна, только если третье лицо, во-первых, доброжелательно по отношению к В, никак с ним ни иерархически (социально), ни эмоционально не связано. Распространенной формой иронии яв­ляется подшучивание над молодым человеком в присутствии девушки, ко­торая ему нравится. Это не просто жестоко, это возмутительно. Тем не менее вы сплошь и рядом можете это наблюдать. И сколько раз у человека пор­тилось настроение в компании, когда он с определенным эмоциональ­ным настроем приходил провести вечер, а после ироничной шутки в при­сутствии девушки вечер оказывался испорченным. Основная коммуни­кативная задача — не принести человеку зла; а если вы испортили на­строение даже на несколько минут, вы принесли зло. Если третье лицо социально превосходит В, то в этой ситуации тоже лучше обойтись без иронии: нельзя подшучивать над подчиненным в присутствии его начальника. Но нельзя и подшучивать над начальником в присутствии его подчиненного. Как бы ни была направлена зависимость (социальная или эмоциональная) между В и С, позволять себе иронию нельзя.

Конечно, это некоторая идеальная модель, и, анализируя поведе­ние конкретного человека, вы найдете множество отклонений от пра­вил. Но надо стремиться к реализации этой модели, вырабатывать при­стойную систему поведения с другими людьми.

Нельзя позволять себе иронию и в случае, если С — чужой. Таким образом, ироническое поведение по отношению к человеку в присут­ствии третьего лица допустимо крайне редко. Если ирония и уместна, то преимущественно в приватном диалоге с одним человеком.

Чем человек умнее, чем острее он на язык, тем точнее его удар и тем больше он ранит, а поэтому тем больше ограничений на иронию в коммуникации он должен иметь.

6. Нельзя иронизировать над человеком с каким-то явным недостатком. Это может позволить себе только человек с такой же бедой и боль­ше никто. Совершенно очевидно, что вы не можете иронизировать, если у вас более сильная позиция. Разве можно смеяться над человеком, ко­торый слабее вас, болен или не может вам ответить? Это одна из при­чин, по которой не следует иронизировать над своими детьми; ирония не самый лучший способ взаимоотношений педагога со школьника­ми и студентами, потому что коммуникативные позиции у препода­вателя и ученика (студента) неравные. Следует добиться очень дове­рительных, дружеских отношений, чтобы позволить себе роскошь поиронизировать над кем-нибудь из них.

7. Категорически не рекомендуется иронизировать над тем, что для человека важно: его вероисповедание, семья, часто работа или какое-то дело, которому он искренне предан, его система убеждений, нацио­нальность и все, что связано с культурной традицией его народа. На­циональное достоинство людей, особенно малых народностей, никог­да не должно быть унижено. (От этого унижения начинаются граж­данские войны, именно от унижения!). За пределами иронии должно находиться то, что, с вашей точки зрения, для человека дорого, то, что его по-настоящему волнует.

Но и это еще не все. Представьте себе компанию приятелей, отношения между которыми достаточно доброжелательны, в ней нет никакой социальной иерархии и нет специальных эмоциональных привязанностей. Ирония в такой ситуации вполне уместна, однако первым адре­сатом иронии должен быть сам говорящий, сначала надо подшутить над собой, вызвать смех, только после этого дозволительно обратиться и к другому человеку с ироничной фразой. Надо научиться высмеивать себя, что мало кто умеет. Только очень умные и сильные люди умеют смеяться над собой.

Преодоление внутренних комплексов и неуверенности, знание истинной цены всему (себе — в том числе) — признаки ума и силы, позволяющие смеяться над собой. Когда Фаина Раневская смотрела на себя в зеркало и говорила: "Да... Красота — это страшная сила" (и все "уми­рали" от хохота) — это был пример преодоления комплекса, который другой человек не в силах преодолеть в себе. Это привело к тому, что людям, которые ее знали, она казалась прекрасной. Ни один человек так блистательно не выглядит в обществе, как тот, кто умеет смеяться над собой. Это один из мощных ораторских приемов.

Надо сказать, что умение смеяться над собой — это редкий дар (как и высокий уровень интеллекта), данный человеку от Бога. Но, к счас­тью, он развиваем. Более того, в некоторых странах педагогическая кон­цепция предусматривает развитие в любом ребенке этого умения. Есть специальные способы воспитания способности над собой смеяться. Ан­гличане обладают изысканным чувством юмора, но это чувство не ге­нетическое, оно является следствием национальной системы воспита­ния детей. Они так остроумны потому, что в первую очередь умеют сме­яться над собой. Вспомните английские анекдоты: это всегда осмеива­ние себя, но тонкое и изящное.

"Джентльмен сидит в тапочках у камина и пьет чай. Входит ла­кей и говорит: "Сэр, говорят, в городе наводнение, Темза вышла из бе­регов". Джентльмен отвечает: "Сейчас время пить чай, не мешайте мне ". Лакей уходит и возвращается через 5 минут: "Сэр, вы меня изви­ните, пожалуйста, но говорят, что наводнение такое сильное, что уже достигло улицы, на которой мы живем". — "Я же вам сказал: я пью чай. Не беспокойте меня, пожалуйста". Проходит еще несколько ми­нут, лакей опять входит и говорит: "Вы знаете, сэр, вода достигла подъезда нашего дома ". — "Послушайте, сколько можно меня утом­лять? Я уже сказал, сейчас время пить чай". Проходит еще две мину­ты, лакей широко открывает дверь и торжественно докладывает: "Темза, сэр!" Это типичная английская шутка. В данном случае она "бьет" по национальной английской черте — педантичности. Но в этом нет грубости, нет пошлости, это совершенно нестандартно, и вы никогда не догадаетесь, какой будет концовка.

Можно предложить один из видов тренинга, который каждый спо­собен себе позволить. Вы заходите в ванную комнату и запираетесь там. Вам нужно находиться в закрытом помещении, где есть большое зеркало и хорошее освещение. Вы подходите к зеркалу и начинаете каждоднев­ное двадцатиминутное упражнение. Идет это упражнение от простого к сложному. Сначала вы смотрите на себя очень внимательно, присталь­но, оценочно и обязательно находите много такого, над чем точно мож­но посмеяться. А так как никаких свидетелей вашего смеха нет, то это смех от души, что и является началом возрождения. Вы идете от самого простого: смотрите, как вы "восхитительно" одеты — желтая рубашка, синие брюки, красный галстук, нечищенные ботинки и т.д. — "Боже мой!" А дальше начинается речь. Громкая. Вам нужен голос, поэтому следует быть в изоляции. "Только чучело может так одеться. Только человек, ко­торый не обладает никаким вкусом, может нацепить этот галстук на эту рубашку и ходить, как павлин... Я вообще не понимаю, как на меня еще смотрят люди!" — это речь длинная. В конечном итоге вам становится бесконечно смешно, глядя на "нечто" в зеркале, поскольку каждый чело­век достаточно критичен по отношению к себе. Итак, сначала вы осмат­риваете свою одежду — это наиболее простой способ. А потом, через не­которое время, вы начинаете осмеивать свою внешность. Надо встать перед зеркалом очень условно одетым и хорошо посмеяться над тем "со­вершенством", которое вы собою являете во всех отношениях. Это, прав­да, очень смешно. Поворачивайтесь несколько раз перед зеркалом, раз­глядывайте каждый прыщ на своем теле и смейтесь от души. Но так как вас никто не видит и никто не слышит, то вы единственный свидетель своего собственного позора. Это один из приемов, с помощью которых снимаются психологические комплексы, которые вы также можете в себе изжить. Кстати, когда вы смеетесь, вы не думаете, что вы смешны, — вам просто смешно. Все, что пришло через смех, превращается в радость — это очень важно понять. Когда вы наконец оценили меру своего физи­ческого "совершенства" и как следует над этим посмеялись, вы начинае­те переходить к процедуре несколько более серьезной. Вы подходите к зер­калу и начинаете вспоминать все свои мелкие промахи за день, исклю­чая, конечно, критические, серьезные ситуации, которые принесли боль, — они не осмеиваются никогда. Нет такого человека, который хоть раз за день не прошел через оплошности и промахи. Вы вспоминаете, как вы оплошали в разговоре с определенным человеком, опрокинули чашку со стола в силу собственной неуклюжести и т.д., и начинаете смеяться с полным ощущением, что вы смотрите на себя со стороны, что это уже не вы, а это медведь, который чашку опрокинул, в дверь не протиснулся (так "лов­ко" двигается, что не может стену от дверного проема отличить) или все абсолютно перезабыл, всюду опоздал, куда мог, или что-нибудь в этом духе. Вы все события дня, в которых проявили неловкость, начинаете ос­меивать, причем словами. Это обязательно должна быть осмеивающая речь, причем не бичующая, не мучительная, а, например, такая: "Ну, что ж ты за растяпа! Никуда не успел! Пять дел наметил, сделал одно, шестое, и то неудачно. Ты посмотри на себя. Боже мой, и ты еще чего-то от себя хочешь?"

На следующем этапе вы обращаетесь к проблемам еще более значительным: начинаете осмеивать свои недостатки, например жадность (которой, вообще говоря, обладает довольно большое количество лю­дей): "Ну, конечно, жмот ты несчастный, лишнюю купюру пожалел. Ко­нечно, кто же с тобой в кино пойдет, когда ты смотришь: мороженое купить — не купить". Или лень свою: "Ну правильно, лежи на этой кой­ке, так никогда с нее и не вставай. Всю жизнь пролежишь — толку никакого не будет". Или вы осмеиваете в себе "павлинье" поведение: "Ну, конечно, распустил перья перед всеми и ходит. Павлин он и есть павлин. Посмотри на эту одежду, посмотри на себя, посмотри на то, как ты себя вообще ведешь. Настоящий павлин".

Через некоторое время, входя в ванную, вы уже будете смеяться. Она станет вашим любимым местом, потому что вам всегда там весело. И потихоньку внутренняя привычка над собой подсмеиваться, сформированная каждодневным тренингом, позволит вам это делать в присут­ствии других людей.

Только овладев способностью смеяться над собой, можно перехо­дить на уровень иронии по отношению к другим. Можно ли иметь нравственное право смеяться над другими, если человек еще не научил­ся смеяться над собой? Это последовательное действие: сначала — над собой, потом — над другими, причем как в течение вашей жизни, так и в конкретном речевом эпизоде. Человек, обладающий настоящим чувством юмора, в 90% случаев смеется над собой, есть люди, умею­щие иронизировать даже над собственной жизнью. И это смешит всех и никогда человека не унижает, потому что в этом нет элемента само­бичевания, а есть одна из основных особенностей человеческого ума — понимание собственного несовершенства. Чем человек примитив­нее, тем более высоко он себя ставит среди других людей; чем он умнее, тем он осторожнее в оценках себя, он просто понимает меру своего не­совершенства, в частности интеллектуального, — это очевидно. И если он демонстрирует понимание своего несовершенства, он оказывается в выигрышном положении. Если же человек начинает в компании за­ниматься самобичеванием, то ничего, кроме характеристики "зану­да", он не добьется. Никто не хочет выслушивать, как вы плохи, и снимать таким образом ваши комплексы. Только человек, который вас очень любит или очень к вам привязан, готов терпеть ваши самоко­пания. Но ничего подобного не стоит ждать от людей, менее близких вам. Их надо насмешить, но никоим образом не изображая из себя клоуна, это не значит, что надо кривляться, — это может быть одна реплика, но очень остроумная. Полная дама, входя в комнату, гово­рит: "Да, эта дверь что-то узковата мне в бедрах" — и этой фразой снимает у окружающих восприятие ее фигуры как некрасивой, по­скольку ум сильнее красоты. Когда Ф.М. Достоевский писал: "Красо­та спасет мир", он имел в виду Софию, т.е. мудрость.

Если вы очень умны, вы можете убедить человека в том, что вы привлекательны, и иметь успех. А вот красивая, но глупая женщина ни в чем никого убедить не в состоянии, даже ее красота может быстро перестать восприниматься.

Замена на противоположное в иронии может быть любой. ^ Отколе, умная, бредешь ты, голова! — здесь признак субъекта заменяется на противоположный. Мне эта дверь узка в бедрах — тут не дверь узка, а бед­ра широковаты, объект и субъект меняются местами. Ирония построе­на не только на переносе признака, но и на переносе субъекта и объекта.

Не бойтесь того, что, если вы начнете иронизировать над собой, другие подхватят. Если вы умеете это делать, у вас получится лучше, умнее и смешнее. А тот, кто подхватит, скорее всего, будет выглядеть хуже. Если вы задали верхнюю планку, зачем подхватывать? Это про­блема интеллектуального приоритета. Человеческое общение — это спектакль, где у каждого свое амплуа. И все заключается в том, кто играет ведущую роль, а кто статист в этом спектакле, — это крайне важно. Если вы хотите быть лидером в жизни, вы должны играть заг­лавную партию, а не быть статистом. Посмейтесь над собой сами, а не ждите, когда это сделает кто-нибудь другой.

Еще раз повторим, что человек, который смеется над собой, показывает не то, что он сам себя не уважает, а то, что у него такая сила ума, что он способен постичь собственное несовершенство. Конечно, вас могут не понять — это вопрос выбора коммуникантов. Какие-то люди появляются в нашей жизни стихийно, скажем одноклассники, однокурсники, коллеги по работе. Если вам это человеческое простран­ство доставляет удовольствие, вам просто повезло, а если нет — то не повезло. Но это вне вашей воли. Однако умные люди стараются фор­мировать человеческое пространство для себя сами. И очень важно, кого мы выбираем. Человек должен выбирать людей, которые или на­ходятся на равных с ним, или превосходят его, иначе ему будет очень скучно. Придите в дом для умственно отсталых и станьте там лиде­ром — это доставит вам удовольствие? Нет, никакого стимула к саморазвитию не будет. Когда вас не понимают, это означает, что вы не перед теми людьми выступаете, не тех людей выбрали, не там нахо­дитесь — это не ваше пространство для речевой коммуникации. Люди интуитивно, без всякого специального знания, выбирают себе тех, с кем им интересно, кого можно вызвать на психологическую, интел­лектуальную дуэль. А иначе зачем? Даже в сфере интимных отноше­ний (как это ни парадоксально) очень важным является психологи­ческое соперничество. Кого любят долго? Того, кто в руки не дается. Это внутренний психологический стимул эмоционального постоян­ства. А кто в руки не дается? Тот, кто не глупее и не слабее вас.

Сделаем одно замечание. Есть очень неудачное и тяжелое амплуа, которое выбирают себе некоторые люди. Они — штатные весельчаки. В компании от них ждут, что они начнут всех веселить, рассказывать анекдоты и т.д. Надо сказать, что это очень неблагодарная позиция, и человек никогда не может удовлетворить такого рода запросам окру­жающих. Это не имеет ничего общего с самоиронией, поскольку иро­низирующий человек произносит всего несколько слов тихим серьез­ным голосом, и все долго смеются, надеясь, что через какое-то время последует еще одна реплика.

Тот факт, что очень часто мы на интуитивном уровне запрещаем себе в определенной ситуации иронию по отношению к другому чело­веку, позволяя ее по отношению к себе, означает наличие внутреннего барьера, и этот барьер, как правило, — человечность. Осторожность тоже может быть барьером: вы по опыту знаете, что шутки часто пло­хо кончаются. Чем меньше вы будете смеяться над другими людьми, тем больше ваш коммуникативный уровень станет соответствовать об­щечеловеческой норме. Единственный путь приобщения к нормам че­ловеческого общежития — постоянные усилия каждого человека по­бедить в себе гордыню, что возможно сделать только индивидуально (мало кто может в этом помочь).


Глава 23


^ РЕЧЕВАЯ ВЫРАЗИТЕЛЬНОСТЬ ФИГУР


Все во мне и я во всем.




оставить комментарий
страница23/27
Дата15.10.2011
Размер7,97 Mb.
ТипКнига, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   27
плохо
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх