Трансформация политической системы современного российского общества: институциональные и социокультурные составляющие icon

Трансформация политической системы современного российского общества: институциональные и социокультурные составляющие



Смотрите также:
Программа конференции: 9: 30 10: 00 регистрация участников конференции...
Программа конференции: 9: 30 10: 00 регистрация участников конференции...
Е. В. Дрожжина (компьютерный набор и вёрстка)...
Преступные организации (сообщества) как элемент политической системы российского общества...
Нравственное состояние современного российского общества симптомы моральной деградации...
Сми в политической системе общества...
Темы контрольной работы по курсу «политология» для студентов заочного отделения фдфо 5 курса...
Понятия и сущность модернизации и её составляющие...
В. А. Сухомлинский составляющие образовательной системы...
Башкирский государственный педагогический...
Избирательная кампания в системе политической культуры современного российского общества:...
Электоральное поведение граждан в контексте модернизации современного российского общества 22...



страницы:   1   2   3   4
скачать
На правах рукописи


БРОДОВСКАЯ Елена Викторовна


ТРАНСФОРМАЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ

СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА: ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ И СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ


Специальность 23.00.02 - Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии


Автореферат диссертации на соискание ученой степени

доктора политических наук


Тула 2008

Диссертация выполнена на кафедре социологии и политологии Тульского государственного университета


Научный консультант - доктор политических наук, профессор

^ Батанина Ирина Александровна


Официальные оппоненты – доктор политических наук, профессор

Анохин Михаил Григорьевич;

доктор философских наук, профессор

^ Васильева Наталья Алексеевна;

доктор политических наук, профессор

Огнева Валентина Васильевна

Ведущая организация – Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова


Защита состоится 16 октября 2008 г. в 14.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.271.14 при Тульском государственном университете по адресу: 300600, г. Тула, ул. Болдина, д. 151, ауд. 201.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Тульского государственного университета


Автореферат разослан _____________2008 г.


Ученый секретарь Е.И. Кузнецова

диссертационного совета

доктор исторических наук,

профессор


^ I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ


Актуальность исследования. Основные характеристики и тенденции развития политической системы современного российского общества отражают специфику трансформационных процессов, начавшихся в 90-е гг. ХХ в. Представляя собой сложный комплекс качественных изменений в структуре, функционировании и способах взаимодействия политической системы со средой, системная трансформация связана с коэволюционными процессами взаимной адаптации институциональной и социокультурной подсистем. Новые политические институты и доминирующие ценностные ориентации одновременно выступают по отношению друг к другу и как условие существования, и как результат функционирования. Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих политической трансформации обеспечивает баланс системообразующих и системоизменяющих факторов развития, определяет параметры конкуренции формальных и неформальных институтов, влияет на функциональность политической системы общества.

В процессе посткоммунистического перехода к демократии Россия столкнулась с рядом проблем, которые характерны для транзитивных стран (экономическим спадом, высокими социальными издержками преобразований, олигархической формой собственности, распространением коррупции, нестабильностью демократических институтов и т.д.). Вместе с тем особенности ее политического развития были связаны не столько с самой ситуацией трансформации политического режима, сколько с построением новой государственности и сложносоставными конфликтами, сопровождавшими этот процесс. Противостояние оппонирующих сторон («реставраторов» и «реформаторов») носило открытый конфликтный характер, имело силовое разрешение (октябрьский кризис 1993 г.), в результате чего конституционное закрепление получили нормы, свойственные суперпрезидентской форме республиканского правления.

Существенная роль в процессе посткоммунистической трансформации России принадлежала политической элите, изменение ценностных ориентаций представителей которой существенно опережало аналогичные процессы в массовой среде. Исходя из этого адаптивность политической системы повышалась/понижалась в зависимости от того, в какой мере создание новых политических институтов/модификация функционирования прежних структур опирались на неформальную культуру массовых групп. Однако интенсивная поверхностная либерализация массового сознания, распространение ориентаций на западные стандарты потребления обеспечивали общественную поддержку демократических преобразований на этапе инициирования трансформационного процесса. Это обстоятельство позволило не только преодолеть кризис «конституционного двоевластия», но и перейти к формированию институтов, определяющих облик политической системы современной России.

Следует отметить, что трансформация политической системы постсоветской России проходила в сложных социокультурных условиях, так как традиционные компоненты ценностной системы, сложившиеся типы политического сознания, доминирующие стратегии политического поведения в определенной мере препятствовали усвоению демократических норм и укоренению демократических институтов. Как и в большинстве транзитивных стран, демократический переход в России сопровождался ценностной делегитимацией институциональных нововведений. Ограниченная социальная база трансформации политической системы стимулировала закрепление принципа «обмена ресурсами» в отношениях нового режима и формирующихся региональных и экономических элит, компенсировавших дефицит массовой поддержки. Неустойчивость демократических институтов и высокий уровень инверсионности политических процессов предопределили достижение режимной консолидации в двух основных формах: олигархического авторитаризма (1996 – 1999 гг.) и плебисцитарной демократии с сильной исполнительной властью (2000 – 2007 гг.). Режим олигархического авторитаризма нежизнеспособен, так как продуцирует такие механизмы саморазрушения, как негативная массовая мобилизация, делегитимация власти, сепаратизм в регионах. Режим плебисцитарной демократии с сильной исполнительной властью более устойчив благодаря ограничению давления на систему сил, ее разрушающих, но не способен обеспечить воспроизводство политической системы без лидера, легитимность которого поддерживает функционирование основных политических институтов.

Показателем успешности посткоммунистической трансформации выступает глубина многоуровневого интеграционного процесса, включающего в себя консолидацию демократии, внутриэлитную консолидацию и консолидацию общества. Консолидация демократии, обеспечивающая необратимость демократических преобразований и формирующаяся развитием ряда других процессов, предполагает достижение процедурного, ценностного и поведенческого уровней консенсуса в обществе. В современной России фактически отсутствуют влиятельные акторы, выступающие за отмену тех или иных институтов и норм, образующих основу демократического развития общества. С одной стороны, это обстоятельство указывает на наличие процедурного консенсуса. С другой стороны, его достижение обеспечено, во-первых, режимной консолидацией (вокруг национального лидера), и, во-вторых, навязанным внутриэлитным консенсусом (посредством вытеснения внесистемной оппозиции). Стабилизируя развитие политической системы, процедурный консенсус, тем не менее, не приобретает иное качественное состояние, так как режимная консолидация не только имеет ограниченный ценностный фундамент (базовый функционально-целевой консенсус не достигнут), но и лишена поведенческих оснований (уровень политической субъектности масс не соответствует потребностям созданной институциональной структуры).

В условиях посткоммунистической трансформации достижение ценностного и поведенческого уровней общественного консенсуса, необходимых для консолидации демократии, осложнено неравномерностью этого процесса, так как восприятие новых норм и реализация инновационных стратегий поведения существенно дифференцируются в зависимости от принадлежности к различным социальным стратам, возрастным когортам, политическим субкультурам. Следовательно, дальнейшее демократическое развитие российского общества будет зависеть как от качества ценностной системы (степени ее гомогенности, соотношения аккультурационных/инкультурационных составляющих, специфики адаптационного/инновационного потенциала), так и от преодоления проблем, связанных с формированием политической субъектности масс (ограниченность социального капитала в обществе, дефицит демократических акторов, рассогласование ценностных приоритетов разностатусных групп, выраженность в массовом сознании ориентации на сильного лидера).

Ценностная система задает пределы, границы трансформации институциональной подсистемы и поэтому во многом определяет инновационный потенциал общества. Вместе с тем результативность трансформационного процесса также зависит от характера и интенсивности изменений ценностной системы общества, которая способна выполнять роль как катализатора, ускоряющего политические процессы, так и барьера, существенно замедляющего их. Игнорирование основных особенностей ценностной системы в частности не только влечет за собой возникновение разного рода институциональных искажений, но и в целом влияет на дисфункциональность результата трансформации. Исходя из этого, развитие политической системы общества предопределяется ее способностью соединять как институциональные, так и социокультурные аспекты своего функционирования.

Таким образом, между трансформацией политической системы и изменением ценностной системы общества существуют отношения коэволюции, то есть одно развивается, как правило, по мере развития другого. В настоящее время в процессе политической трансформации сложилось несоответствие существующих институциональных характеристик политической системы и ценностной системы общества, препятствующее демократизации современной России. Разрыв стал результатом воспроизводства политической системой мобилизационной модели развития, поэтому институциональные преобразования значительно опередили становление политического субъекта.

Ценностная легитимация демократических институтов, консолидация демократии во многом будут зависеть от ряда условий, к которым можно отнести: реализацию нормативного структурирования политической системы; формирование политической инфраструктуры, артикулирующей и агрегирующей ценностные приоритеты различных слоев; преодоление ценностного размежевания между элитными и массовыми группами; развитие гражданской культуры и культуры автономного участия; складывание функционально-целевого согласия.

Степень научной разработанности проблемы. Процессы демократического перехода, институционализации демократических правил и процедур в постсоветских государствах, повлекшие за собой изменение политического сознания и поведения граждан, обострили потребность в изучении закономерностей взаимосвязи институциональных и неинституциональных факторов, оказывающих влияние на трансформацию политической системы общества.

Для теоретического осмысления взаимообусловленности институциональных и социокультурных факторов политической трансформации базовыми являются классические труды П. Бергера, Э. Гидденса, Э. Дюркгейма, Т. Лукмана, У. Мура, Т. Парсонса, А. Турена и др.1, заложивших основы исследования факторов и механизмов формирования, вариативности и условий функциональности социальных изменений. Разнообразные аспекты политических изменений представлены в известных работах Г. Алмонда, Р. Арона, Р. Даля, К. Дойча, Д. Истона, С. Липсета, Т. Скокпол, С. Хантингтона и др.2

Комплекс исследований, направленных на изучение тех или иных сторон политического трансформационного процесса, можно классифицировать следующим образом.

^ Первую группу составляют исследования теоретико-методологического плана, которые посвящены особенностям различных форм политического процесса, таких, как модернизация (У. Бек, Р. Бендикс, С. Блэк, М. Леви, У. Ростоу, Д. Рюшемейер, П. Штомпка, Ш. Эйзенштадт и др.)3 и трансформация (И.А. Батанов, В.Я. Гельман, Т.И. Заславская, В.В. Локосов, В.А. Ядов, И.С. Яжборовская и др.)4. В эту же группу входят работы, посвященные формированию новых и функционированию традиционных институтов в условиях трансформации политической системы общества. Центральное место в них отводится изучению соотношения системоизменяющих и системосохраняющих компонентов в обозначенном процессе (М.Г. Анохин, Л.Е. Бляхер, С.В. Володенков, А.Ю. Зудин, И.Н. Игошин, С.Г. Кирдина, А. Рыбаков и др.)5. Обобщение теоретических подходов указанной группы исследований позволило уточнить и систематизировать вопросы интенсивности, вариативности и результативности трансформационных процессов.

^ Во вторую группу объединены исследования, написанные зарубежными (Р. Инглехарт, Т. Карл, Т. Карозерс, А. Круассан, Х. Линц, С. Липсет, В. Меркель, А. Пшеворский, Д. Растоу, А. Степан, С. Хантингтон, Ф. Шмиттер и др.)6 и отечественными учеными (Н.А. Баранов, Г.И. Вайнштейн, П.К. Гончаров, А.Н. Медушевский, А.Ю. Мельвиль и др.)7 в рамках транзитологии и консолидологии. В этой группе также можно выделить исследования, связывающие процесс демократической консолидации с приоритетным влиянием тех или иных структурных и процедурных факторов: Т. Байхельт, Л. Даймонд, Ф.В. Рюб, Х.А. Чейбуб, А. Шедлер, Ф. Шмиттер и др.8 Анализ основных положений указанных исследований позволил сформировать целостное представление относительно условий, моделей, темпов, результатов демократического транзита.

^ Третью группу образуют исследования, в которых рассмотрены особенности протекания политической трансформации на постсоветском пространстве (В. Банс, Р. Дарендорф, Г.О’Доннелл, М. Макфол, К. Оффе, С. Уайт, А. Шляйфер и др.)9. Опираясь на позиции, разработанные зарубежными учеными, представители российской политической науки анализируют специфику стадиальности, иерархии процедурных и структурных факторов, форм транзита, роль властных номенклатур в этом процессе, проблему формирования сложносоставных конфликтов в посткоммунистической России (М.Г. Анохин, В.Я. Гельман, С.М. Елисеев, В.И. Коваленко, Л.И. Никовская др.)10.

Данная группа также включает в себя исследования, в которых проведен анализ тенденций, характеризующих развитие институциональной структуры в условиях трансформации политической системы современного российского общества (Л.Е. Бляхер, С.Г. Кирдина, К.Е. Коктыш, П.В. Панов, В.И. Пантин и др.)11. Особое место в рассматриваемой группе принадлежит исследованиям, в которых характеризуются процессы «партизации» российской политической системы, режимной консолидации, достижения навязанного внутриэлитного консенсуса (О.В. Гаман-Голутвина, В.Я. Гельман, С.Н. Пшизова, А.Н. Щербак и др.)12.

^ Четвертая группа включает исследования ценностного уровня базового консенсуса общества трансформационного типа. Изучение изменений, произошедших в ценностной системе общества, их влияния на трансформационный процесс, опиралось на анализ работ, изучающих предпочтения и установки, сложившиеся в массовом сознании (Е.И. Башкирова, Л.Г. Бызов, В.П. Горяинов, В.С. Магун, Н.Е. Тихонова и др.)13. Особый интерес представляют три модели коэволюции институциональных и социокультурных составляющих трансформации политической системы российского общества, разработанные отечественными учеными. Первая модель анализирует влияние на трансформационный процесс соотношения между либеральными и традиционными ценностями в сознании россиян (Н.И. Лапин)14; вторая - подчеркивает взаимозависимость между трансформацией ценностных ориентаций элитных и массовых групп (В.В. Лапкин)15; третья - отталкивается от сочетания инновационного и инверсионного в процессе политической трансформации (М.К. Горшков)16. В данную группу также входят исследования, в которых анализируется трансформация ценностных предпочтений и установок политических элит, их сопряженность с ценностными ориентациями массовых групп (О.В. Крыштановская, Н.Ю. Лапина, В.Д. Нечаев, А.В. Понеделков, В.И. Тимошенко и др.)17.

^ Пятая группа объединяет исследования, оценивающие состояние поведенческого уровня консолидации трансформирующегося общества, выявляющие взаимозависимости между трансформационными процессами и освоением российскими гражданами новых принципов и норм жизнедеятельности. Специфика поведенческого уровня консолидации общества раскрывается в них через анализ таких показателей ресоциализации россиян, как состояние социально-слоевой и идейно-политической идентичностей (Е.А. Бреднева, Е.Н. Данилова, В.В. Лапкин, А.И. Соловьев, В.А. Ядов и др.)18; характеристика типов адаптационного поведения (Л.А. Беляева, А.С. Готлиб, Л.В. Корель, М.А. Шабанова, О.И. Шкаратан и др.)19.

Существует значительная часть исследований, в которых изучался трансформационный потенциал российского общества через такие индикаторы, как степень вовлеченности граждан в политический процесс, уровень протестного потенциала, соотношение электоральных и неэлекторальных форм политического участия (А.С. Ахременко, И.А. Батанина, С.П. Перегудов, В.В. Петухов и др.)20.

^ В шестой группе исследований представлены вопросы, касающиеся интегративных возможностей властной элиты. С одной стороны, усилия исследователей в большей степени направлены на концептуализацию самого процесса консолидации общества (Е.А. Агеева, М.М. Акулич, Н.А. Великая, М.Н. Руткевич, Н.С. Федоркин и др.)21. С другой стороны, за последние годы появились исследования, в которых изучается роль партийной элиты, административных элит субъектов Федерации в процессе консолидации общества (К. фон Байме, О.В. Гаман-Голутвина, В.Я. Гельман, Л.В. Поляков и др.)22.

Объектом исследования является трансформация политической системы общества как процесс, протекающий на институциональном, ценностном и поведенческом уровнях.

Предметом исследования выступает посткоммунистическая трансформация политической системы российского общества как совокупность коэволюционных процессов институционализации демократии, изменения ценностных ориентаций массовых и элитных групп, формирования субъектов политической активности.

Цель диссертационной работы заключается в комплексном анализе специфики, динамики и результативности трансформации политической системы современного российского общества посредством изучения состояния и взаимосвязи институционального, ценностного, поведенческого уровней трансформационного процесса.

Данная цель потребовала решения следующих исследовательских задач:

  • выделить особенности трансформационных процессов в политической сфере, используя во взаимосвязи системный, структурно-функциональный и неоинституциональный подходы;

  • обосновать возможность использования транзитологических и консолидалогических подходов для исследования трансформационных процессов в России;

  • определить специфические черты посткоммунистических переходов к демократии;

  • проанализировать тенденции политического развития посткоммунистической России, связанные с институциональными усложнениями и институциональными искажениями переходного политического режима;

  • раскрыть факторное значение ценностной системы общества по отношению к политико-трансформационному процессу;

  • изучить проблему аксиологической трансформации, выступающей в качестве одного из компонентов трансформации политической системы общества;

  • охарактеризовать динамику и специфику процесса политической ресоциализации/десоциализации граждан в условиях системной трансформации через анализ таких показателей, как структура идентичности и адаптационный потенциал общества;

  • исследовать основные уровни и формы политической активности населения (вербально-эмоциональные и инструментальные, электоральные и неэлекторальные, конвенциональные и неконвенциональные);

  • выявить особенности ценностных ориентаций и политических установок партийных и административных элит федерального и регионального уровней, определить их интегративные возможности;

  • рассмотреть влияние правящей элиты на процесс формирования предпосылок консолидации трансформирующегося общества.

Основное направление научного исследования отражено автором в выдвинутой гипотезе: в ходе трансформации политической системы посткоммунистической России был достигнут процедурный консенсус, заключающийся в признании большинством политических акторов значимости сохранения демократического вектора развития. Однако внутриэлитная консолидация обеспечивается высоким уровнем легитимности национального лидера и институциональными преобразованиями, препятствующими деятельности антисистемных акторов. Вместе с тем институциональные изменения не подкрепляются достижением базового ценностного консенсуса в обществе, а доминирующие стратегии политического поведения не соответствуют потребностям институциональной структуры, тогда как для воспроизводства демократического режима, снижения риска фрагментации политического пространства в условиях режимной консолидации вокруг лидера необходимо достижение соответствия институциональных, ценностных, поведенческих параметров функционирования политической системы российского общества.

Следовательно, дальнейшие институциональные преобразования должны быть направлены на расширение политической инфраструктуры и способов влияния граждан на политический процесс, развитие институтов гражданского общества и новых форм их взаимодействия с государством. Указанные меры будут способствовать как укоренению демократических институтов, повышению уровня политической субъектности населения, так и консолидации трансформирующегося общества. Таким образом, переход от плебисцитарной демократии с сильной исполнительной властью к демократии либерального типа станет возможным по мере того, как процедурный консенсус будет дополняться изменениями в ценностной системе общества и формированием политической культуры участия.

Теоретико-методологическая основа исследования. В основе диссертационного исследования лежат положения и выводы ведущих российских и западных ученых, специализирующихся на изучении процессов трансформации политической системы общества. Анализ базировался на совокупности методов, приемов, принципов, применяемых в политической и смежной с ней науках, прежде всего политической истории, политической философии, политической социологии, политической психологии.

Теоретическую основу диссертационного исследования составляют труды и научные положения отечественных и зарубежных ученых, выраженные в теориях: политических систем (Г. Алмонд, К. Дойч, Д. Истон, Т. Парсонс и др.); политической культуры (Г. Алмонд, С. Верба, У. Розенбаум, П. Шаран и др.); социальных изменений (М. Арчер, П. Бергер, Э. Гидденс, Э. Дюркгейм, Т. Лукман и др.); политических изменений (Р. Арон, Р. Даль, С. Липсет, С. Хантингтон и др.); модернизации (С. Блэк, М. Леви, У. Ростоу, Д. Рюшемейер, А Турен, Ш. Эйзенштадт и др.); институциональных изменений (С.М. Елисеев, И.Н. Игошин, С.Г. Кирдина, А. Круассан, В. Меркель, Д. Норт, А. Рыбаков, и др.); трансформации (И.А. Батанов, Т.И. Заславская, В.В. Локосов, В.А. Ядов и др.); демократии (Р. Даль, А. Лейпхарт, С. Липсет, Дж. Сартори, С. Хантингтон, Й. Шумпетер и др.); демократического транзита (Л. Даймонд, Г. О’Доннелл, Т.Л. Карл, А. Пшеворский, Д. Растоу, Ф. Шмиттер и др.); демократической консолидации (А. Валенсуэла, Р. Гюнтер, Х. Линц, А. Степан, А. Шедлер и др.).

Методологическую основу исследования образуют использованные во взаимосвязи неоинституциональный, структурно-функциональный, бихевиоралистский, социетально-деятельностный подходы, методы сравнительного и системного анализа. Неоинституциональный подход позволил выявить специфику функционирования различных институтов политической системы общества, проанализировать особенности институциональных усложнений и институциональных искажений в условиях трансформационного процесса. На его основе рассмотрена взаимосвязь функционирования формальных и неформальных институтов, развития институциональной структуры и деятельности субъектов трансформационной активности. Опираясь на принципы структурно-функционального подхода, автор исследовал процесс трансформации политической системы общества на трех взаимообусловленных уровнях: институциональном, ценностном и поведенческом. Руководствуясь положениями бихевиоралистского подхода, диссертант охарактеризовал стратегии политического поведения, используя такие показатели, как уровень адаптированности, степень сформированности системы идентичностей, характер политических ценностей и установок. Применение социетально-деятельностного подхода было продиктовано необходимостью учета инверсионной природы социально-политической динамики, определения специфики протекания трансформационных процессов, направленных как на воспроизводство, так и на изменение тех или иных структур.

Метод сравнительного анализа позволил охарактеризовать общее и особенное в трансформационных процессах, происходящих на различных уровнях политического пространства. Сопоставление ценностных ориентаций и политических установок элитных и массовых групп сделало возможным исследование консолидационного потенциала российского общества. Благодаря выявлению базовых ценностных типов и разновидностей стратегий политического поведения определены основные параметры ценностных и поведенческих компонентов трансформационного процесса. С помощью системного анализа раскрыт коэволюционный характер взаимосвязи институциональных и социокультурных составляющих трансформации политической системы общества.

Также в работе применялись такие методы социально-политических исследований, как опрос (массовый и экспертный), интервью (фокус-групповое и глубинное), контент-, интент- и структурно-ценностный анализ программных документов, факторный и кластерный анализ результатов исследований. Для анализа эмпирического материала был использован пакет статистической обработки данных SPSS Base 10.0, DA-система 4.0, текстовый анализатор TextAnalyst 2.0.

Эмпирическую базу диссертационной работы составили качественные и количественные социально-политические исследования, выполненные в 1994 - 2008 гг., часть из которых проведена при непосредственном участии автора.

Массовые опросы и мониторинги

-«Социально-политическая ситуация в Тульской области: характеристики, тенденции развития и перспективы» (1996 - 2005 гг.). Мониторинг. Руководитель: И.А. Батанина, кафедра социологии и политологии ТулГУ. Объем выборки - 2500 человек. Выборка репрезентативна по полу, возрасту, образованию и роду занятий.

-«Социально-политическая ситуация в городе Туле и Тульской области» (31 января - 17 февраля и 21 - 29 марта 2004 г.). Массовый опрос. Руководитель: Е.В. Бродовская, Тульская ассоциация учебных заведений. Объем выборки – 1500 человек. Выборка репрезентативна по полу, возрасту и образованию.

-«Особенности образа политического лидера и электоральные предпочтения в Тульском регионе» (2004 – 2005 гг.). Мониторинг. Руководители: И.А. Батанина, Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки – 2300 человек. Выборка репрезентативна по полу, возрасту и образованию.

-«Ценностные ориентации населения Тульской, Орловской, Липецкой областей» (2006 г.). Массовый опрос. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ, А.В. Морозова, Орловский государственный технический университет, С.С. Фоменко, Елецкий государственный университет им. И.А. Бунина. Объем выборки – 1500 человек. Выборка репрезентативна по полу и возрасту.

-«Политическое участие: характер, формы, тенденции развития» (2006 – 2008 гг.). Региональный мониторинг. Руководители: И.А. Батанина, Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки – 450 человек. Выборка репрезентативна по полу и возрасту.

-«Демократизация общества: условия и перспективы» (2006 – 2008 гг.). Региональный мониторинг. Руководители: И.А. Батанина, Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки – 450 человек. Выборка репрезентативна по полу и возрасту.

-«Институты социального представительства: роль в политическом процессе России» (2006 – 2008 гг.). Региональный мониторинг. Руководители: И.А. Батанина, Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки – 450 человек. Выборка репрезентативна по полу и возрасту.

-«Отношение населения к деятельности государственных и муниципальных органов власти» (2006 – 2008 гг.). Региональный мониторинг. Руководители: И.А. Батанина, Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки – 450 человек. Выборка репрезентативна по полу и возрасту.

Фокус-групповые и глубинные интервью

-«Ценностное сознание молодежи Тульской области» (март 2004 г.). Фокус-групповое исследование (три группы: 15 – 19, 20 – 25 и 26 - 30 лет). Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ.

-«Ценностное сознание жителей Тульской области» (28 – 30 апреля 2004 г.). Фокус-групповое исследование (три популяции: 18 - 31, 32 - 44, 45 - 65 лет; пять групп: три в областном центре, одна в районном центре, одна в селе). Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ.

-«Ценностные приоритеты туляков» (март – июнь 2004 г.). Глубинное интервью. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ.

-«Специфика восприятия института президентализма населением Тульской области» (январь – февраль 2008 г.). Глубинное интервью. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ.

-«Образ «партии власти» в массовом сознании населения Тульской области» (январь – февраль 2008 г.). Глубинное интервью. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ.

Экспертные опросы

-«Восприятие ценностных ориентаций политических партий РФ» (март – апрель 2003 г.). Экспертный опрос. Руководители: Е.В. Бродовская, А.А. Лаврикова, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки - 30 экспертов.

-«Ценностные ориентации муниципальной элиты: состояние, тенденции, перспективы» (две волны - февраль 2003 г., февраль 2004). Экспертный опрос в органах местного самоуправления г. Тулы (Тульская обл.) и г. Благовещенска (Амурская обл.). Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки - 50 экспертов.

-«Ценностная система политической элиты Тульской, Орловской и Амурской областей, Республики Коми» (апрель 2003 г., март – май 2004 г.). Экспертный опрос. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки - 100 экспертов.

-«Политические ориентации и предпочтения представителей политической элиты Липецкой области» (март 2006 г.). Экспертный опрос. Руководители: В.И. Ильин, С.С. Фоменко, кафедра философии Елецкого государственного университета им. И.А. Бунина. Инструментарий исследования предоставлен лабораторией социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки – 45 экспертов.

-«Политические предпочтения и ценностные ориентации представителей региональных отделений политических партий Тульской области» (апрель 2006 г.). Экспертный опрос. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки – 80 человек.

-«Роль политической элиты в процессе режимной консолидации» (январь – февраль 2008 г.). Экспертный опрос. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки – 30 человек.

-«Ценностные ориентации административной элиты Тульской области» (январь – февраль 2008 г.). Экспертный опрос. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Объем выборки – 30 человек.

Контент - и интент-анализ

-«Анализ ценностных ориентаций политических партий по материалам периодической печати» (2007 г.). Интент-анализ материалов общероссийской периодической печати. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ. Количество проанализированных материалов – 120.

-«Категория «демократия» в программах политических партий РФ (на примере «Единой России», КПРФ, «Справедливой России», СПС, ЛДПР)» (2007 г.). Контент-анализ. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ.

-«Ценностные приоритеты в Посланиях Президента РФ Федеральному Собранию РФ» (2007 г.). Интент-анализ. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ.

-«Ценностные приоритеты в Посланиях Губернатора Тульской области к Тульской областной Думе» (2008 г.). Интент-анализ. Руководитель: Е.В. Бродовская, лаборатория социально-политических исследований ТулГУ.

Для раскрытия темы диссертационного исследования соискателем также востребованы результаты социологических исследований базовых научно-исследовательских центров РФ (ФОМ, ВЦИОМ, РОМИР, Социологический центр РАГС при Президенте РФ, Аналитический Центр Ю. Левады и др.).


Основные результаты исследования, полученные лично автором,

и их научная новизна


Во-первых, процесс трансформации политической системы общества проанализирован через призму коэволюционных взаимосвязей между институциональными, ценностными и поведенческими составляющими. На основе изучения соотношения между этими составляющими автором определена основная причина институциональных искажений, возникающих в трансформационном процессе, заключающаяся в расхождении скорости и направленности институциональных и социокультурных изменений.

Во-вторых, использование транзитологической парадигмы, адаптация ее базовых положений к отечественной практике переходного процесса позволило автору выделить ряд особенностей посткоммунистического развития России, таких, как нетрадиционная стадиальность, специфичная иерархия процедурных и структурных факторов, смешанный характер форм транзита, рассогласование целей преобразований в различных сферах, сохранение статуса властных номенклатур, появление сложносоставных конфликтов. На основе их комплексного анализа диссертант отмечает, что именно асимметрия развития демократии и суверенитета во многом определила формы и результаты транзитов на посткоммунистическом пространстве.

В-третьих, в результате исследования институциональной структуры политической системы современной России автор приходит к выводу о том, что режимная консолидация, достигнутая в ходе посткоммунистического транзита, становление плебисцитарной демократии с сильной исполнительной властью стали возможными благодаря воспроизводству таких специфических характеристик институционального развития, как мобилизационный стиль функционирования, осуществление легитимации за рамками общества, преобладание неформальных институтов над формальными структурами и практиками, харизматическое лидерство, синкретизм власти, низкий уровень политической субъектности граждан.

В-четвертых, изучение особенностей функционирования политического режима плебисцитарной демократии с сильной исполнительной властью и системы мер, направленных на предотвращение его фрагментации, позволило автору выделить основные тенденции трансформации политической системы российского общества, среди которых особое место принадлежит формированию параконституционных институтов вторичной легитимности, усилению партизации, высвобождению от антисистемных акторов.

В-пятых, автор обосновывает, что по мере завершения посткоммунистического перехода к демократии, складывания новой институциональной модели политической системы все большая роль в трансформационном процессе принадлежит социокультурным факторам, центральное место среди которых занимает ценностная система общества. Диссертант раскрывает темпоральные и пространственные, социоструктурные и функциональные особенности аксиологической трансформации, которая выступает в качестве составной части системной трансформации общества. Исходя из этого, аксиологическая трансформация определена как детерминируемый системными преобразованиями процесс комплексных, многоуровневых изменений в представлениях индивидов, групп, слоев о приоритетных целях и способах развития общества - процесс, влекущий за собой формирование новых качественных характеристик ценностной системы и связанных с ними моделей трансформационного поведения.

В-шестых, в динамике исследована трансформация ценностных ориентаций общества, включающая длительный период, в течение которого были преодолены дисфункциональность и амбивалентность ценностной системы, сформированы предпосылки ценностной интеграции общества, что нашло выражение в частичном преодолении аморфности и диссонансности ценностной иерархии, а также в инверсии ориентаций, характерных для начального этапа преобразований. Автором доказывается, что в условиях трансформационного процесса коэволюционное развитие институциональной и социокультурной подсистем влияет на реализацию основных функций политической системы общества (нормативной, регулятивной, социализационной, коммуникативной и др.) за счет ценностной верификации нового политического опыта, политических отношений, стратегий поведения политических акторов и т.п.

В-седьмых, на основе изучения эмпирических материалов, полученных благодаря использованию комплекса количественных и качественных методов социально-политических исследований, автором определена региональная специфика трансформации ценностных ориентаций, выражающаяся в доминировании «традиционалистских» компонентов ценностной системы над «либеральными» элементами. Применение факторного и кластерного анализа позволило дифференцировать сложившиеся ценностные типы на три группы: «атомизированные индивидуалисты», «патерналисты» (ориентированные на помощь государства в решении социальных проблем), «патерналисты» (ориентированные на обеспечение порядка), которые не соответствуют потребностям институционализации и консолидации демократии, связанных с достижением ценностного консенсуса, способствующего формированию у политических акторов стратегий поведения, направленных на воспроизводство и развитие политической системы демократического типа.

В-восьмых, предложена операционализация политической ресоциализации. В качестве показателей этого процесса рассматриваются: состояние системы идентичностей, доминирующие адаптационные стратегии, уровень легитимности и реципрокности в отношениях власти и граждан, соотношение вербально-эмоционального и инструментального уровней политической активности, востребованность различных каналов вовлечения граждан в политический процесс. С помощью измерения указанных показателей посредством процедуры кластерного анализа автором типологизированы стратегии политического поведения, превалирующими среди которых являются «иррационально-пассивный» («советский»), «рационально-пассивный» («промежуточный») и «либерально-пассивный» (эффект «стоячей волны») типы.

В-девятых, в процессе исследования автор приходит к выводу о том, что рассогласование ценностно-нормативных комплексов различных групп политической элиты, их низкая когерентность с ценностными предпочтениями массовых групп, выявленные посредством структурно-ценностного анализа программно-платформенных документов и серии экспертных опросов, являются важнейшими факторами внутренней («фрагментированная» элитная структура) и внешней (снижение интегративных способностей по отношению к разобщенному социуму) деконсолидации общества. Сравнительный анализ ценностных ориентаций и политических установок административных региональных элит с последующим выявлением уровня их институциональной легитимности (соответствия нормам функционирования политической системы и ценностным приоритетам элиты федерального уровня) и конфликтного/интеграционного потенциала по отношению к обществу подтвердил сделанный вывод.

В-десятых, использование совокупности различных подходов к исследованию факторов, форм, особенностей многоуровневых интеграционных процессов в условиях трансформации политической системы (консолидация режима, внутриэлитная консолидация, партийная консолидация, консолидация общества и т.д.), позволил сделать вывод о том, что правящей элитой создаются институциональные предпосылки для обеспечения процесса консолидации общества. Анализ ценностного аспекта демократической консолидации демонстрирует сочетание «навязанного консенсуса» элит, с одной стороны, и достижение ценностной стабилизации массового сознания - с другой. Однако стабилизация ценностной системы (консолидация-адаптация) не сопровождается процессами социальной интеграции и формирования нормативного консенсуса, закрепляющими стратегии политического поведения, необходимые для реализации базовых демократических процедур.


Положения, выносимые на защиту


1. В ходе эволюции различных подходов к пониманию социально-политической динамики в рамках политической науки сформировались представления о необходимости комплексного анализа системы факторов, нелинейности траекторий, вариативности направленности и результативности политических изменений. Синтез системного, бихевиорального, структурно-функционального и неоинституционального подходов позволил выделить ряд методологических принципов анализа взаимообусловленности институциональных и неинституциональных аспектов функционирования и трансформации политических систем:

-развитие политических систем сопряжено с инверсионными, дихотомичными процессами, обеспечивающими сочетание устойчивости и динамичности;

-стабильное функционирование политической системы базируется на ее способности реализовывать три основные формы динамики: воспроизводство, адаптацию и развитие;

-внутрисистемные характеристики политической системы в значительной степени зависят от усложнения и дифференциации ее структурных и функциональных параметров;

-состояние внесистемных характеристик политической системы отражает степень политической вовлеченности граждан и социальной интегрированности общества, распространенности горизонтальных связей и самоорганизации различных акторов;

-политические системы различаются формами взаимосвязи со средой, качеством политических акторов, особенностями взаимодействия между ними;

-дифференцированность политических систем делает невозможной экстраполяцию линейных унифицированных моделей развития;

-характер взаимосвязи политической системы со средой опосредован политической культурой общества;

-институциональные и неинституциональные аспекты функционирования политической системы общества находятся в коэволюционном взаимодействии;

-нарушение внутрисистемного и коэволюционного взаимодействия политической системы со средой приводит к дискретности (в той или иной степени) поступательного перманентного процесса развития.

2. Основным содержанием трансформационного процесса является качественное и комплексное изменение структуры и функционирования политической системы общества, динамика и результативность которого зависит от способности политических институтов, политических акторов реагировать на внутренние и внешние импульсы. При этом политическая трансформация может рассматриваться как процесс стадиальный, но не непрерывный, вбирающий в себя три взаимосвязанных направления: инновационное (связанное с созданием новых более эффективных элементов системы), инерционное (стабилизирующее, ограничивающее радикальные преобразования) и дисфункциональное (выражающееся в разрушении элементов старой системы и, как следствие, в дезорганизации жизнедеятельности общества). Следовательно, политическая трансформация отражает способности политической системы адаптироваться к новым социальным требованиям, поддерживать рациональные традиционные структуры, создавать новые институты, обеспечивающие оптимизацию механизмов «обратной связи» между властью и гражданами.

Анализ институциональных и социокультурных аспектов трансформации политических систем во многом предопределен взаимообусловленностью внутрисистемных «процедурных» (политические акторы, формы и правила их деятельности) и внесистемных «средовых» (социокультурные факторы политического развития, одним из которых является ценностная система) потоков преобразований, скорость и направленность которых могут существенно отличаться. Неравномерность трансформационного процесса часто является следствием отставания социокультурных изменений от перемен в институциональной структуре. Исходя из этого, политическую трансформацию целесообразно рассматривать как процесс, складывающийся из чередований подъемов и падений, реформации и деформации, консолидации и деконсолидации.

3. Исследование трансформационного политического процесса, осуществляемое в рамках транзитологии, опирается на взаимодополняющие и взаимокорректирующие друг друга подходы. Благодаря структурному подходу в каждом конкретном случае определяется комплекс экзогенных/эндогенных факторов (социально-экономических, социально-культурных, геополитических и др.), жестко не детерминирующих развитие переходной политической системы, но создающих определенные условия, интенсифицирующие или замедляющие демократический транзит. Значимым достоинством данного подхода является возможность диверсификации набора структурных факторов, оказывающих влияние на политический процесс в ходе этапов установления и утверждения демократии.

Процедурный подход к анализу демократических транзитов акцентирует внимание на стратегиях и практиках политических акторов институционального, инфраструктурного и личностного уровней. Преимуществом этого подхода является возможность выявления взаимосвязей между характером взаимодействия акторов различных уровней и формой демократического транзита. Наиболее благоприятные для становления демократии результаты достигаются в условиях определенного консенсуса между конфликтующими и конкурирующими сторонами. При этом важно подчеркнуть, что дальнейшее развитие и укоренение демократии предполагает все большую трансформационную активность акторов личностного и инфраструктурного уровней.

Неоинституционализм интегрирует положения структурного и процедурного подходов и рассматривает систему ценностей и стратегий политического поведения в качестве факторов, обеспечивающих устойчивость демократических правил, норм и процедур. Согласно его положениям, для результативного демократического перехода не достаточно создания демократических институтов, так как воспроизводство демократии основывается на формировании гражданской культуры и наращивании социального капитала в обществе. Таким образом, институциональные и социокультурные составляющие трансформационного процесса как бы взаимно поддерживают друг друга. Поэтому достижение уровня консолидированной демократии измеряется не столько с помощью таких параметров, как длительность существования институтов, способность к функционированию в условиях кризиса, сколько взаимозависимыми изменениями институциональных, ценностно-нормативных и поведенческих (социокультурных) компонентов трансформационного процесса.

4. Необходимость изучения взаимообусловленности институциональной и социокультурной составляющих трансформационных процессов общества вызвана тем, что его устойчивое и динамичное политическое развитие в значительной степени зависит от согласования целей и ценностей правящего режима с ценностями и нормами основной части населения. Трансформация политической системы, формирование гражданского общества, становление субъектов политического участия, образующие ключевые проблемы демократических преобразований, сопряжены с изменениями в ценностной системе. Последняя, являясь носителем социокультурной специфики общества, выступает в качестве фактора, фиксирующего особенности отражения политических процессов в коллективном политическом сознании.

Это связано со следующими функциональными особенностями ценностной системы общества. Во-первых, представляя собой инвариантный механизм, обеспечивающий поддержание функциональности основных подсистем политической системы общества, ценностная система определяет качество субъектно-деятельностных составляющих политической трансформации. Во-вторых, сохраняя направленность на достижение общегрупповых целей, традиционные и инновационные компоненты ценностной системы не только способствуют реализации механизмов социальной регуляции, но и стимулируют поиск новых оснований для преодоления дезинтеграции в обществе трансформационного типа. В-третьих, состояние ценностной системы общества оказывает влияние на темпоральные характеристики процесса трансформации, динамика которого часто определяется относительной синхронизацией/десинхронизацией институциональных и социокультурных изменений. Ценностная система общества - одно из основных условий политической трансформации, социальный фундамент для формирования и функционирования новых политических институтов.

5. В качестве общих факторов, определивших специфику демократических переходов «третьей волны», выделяют, прежде всего, наличие/отсутствие демократических традиций, социально-экономические и социокультурные деформации коммунистического периода развития, заимствование существующих моделей преобразований, изменение мировой политической системы и другие. Факторами, детерминирующими особенности политической трансформации в современной России, являются: радикальные изменения в экономической системе и социальная дифференциация общества; неравномерный преимущественно вынужденный характер адаптации и рекомбинация значимости основных типов идентичностей; транзитивное функционирование политического режима и несформированность механизма целенаправленного саморазвития общества; моносубъектность властных структур и преобладание мобилизационной политической активности граждан; деидеологизация и противопоставленность ценностных ориентаций элитных и массовых групп. Система факторов, оказавших существенное влияние на процесс институционализации демократии в посткоммунистической России, во многом предопределила становление режима плебисцитарной демократии с сильной исполнительной властью. Основная проблема его функционирования заключается в обеспечении воспроизводства базовых параметров политической системы в условиях отсутствия ценностного согласия, слабой социально-политической инфраструктуры и низкого уровня трансформационной активности граждан и консолидационного потенциала общества.

6. Ценностная легитимация институциональных нововведений предполагает осуществление сложного процесса взаимной адаптации структурных преобразований институционального пространства и изменений в политическом сознании общества. Так, традиционные, выражающие специфику ментальности, компоненты ценностной системы препятствуют формированию структур, деятельность которых приводит к институциональным искажениям, угрожающим жизнеспособности политической системы общества. И, наоборот, инновационные структуры, являющиеся результатом политической трансформации, наиболее адекватные как потребностям средового окружения, так и возможностям политической системы, закрепляют новые ориентации и нормы (поддерживающие функциональность последней) в ценностном сознании общества. В политической науке сложились три основные модели, объясняющие коэволюционный характер институциональных и социокультурных изменений в процессе трансформации политической системы современной России. Модель «ценностной легитимации» трансформационных процессов акцентирует внимание на социокультурных условиях фундирования новых политических институтов. «Консенсусная» модель в качестве одного из факторов трансформации политической системы рассматривает взаимообусловленность изменений ценностных ориентаций массовых и элитных групп. Модель «инверсионного развития» исходит из понимания зависимости между процессами институциональных искажений и стабилизацией ценностной системы.

Использование основных положений этих моделей позволяет выделить особенности функционирования политической системы трансформационного периода во взаимосвязи с рядом характеристик ценностной системы российского общества. Так, снижение значимости традиционных ценностей на первом этапе преобразований, с одной стороны, позволило осуществить институциональный импорт, с другой стороны, способствовало формированию институциональных искажений (дисфункциональность некоторых элементов политической инфраструктуры, кризис легитимности, постоянный поиск новых институциональных форм и др.). В дальнейшем маятниковый характер динамики ценностных изменений массовых и элитных групп, актуализация ценностных конфликтов выступили в качестве необходимого условия переоценки политических ориентаций, норм, стандартов. Вместе с тем девальвация либеральных ценностей и обособление граждан от политического процесса продуцировали традиционную для посткоммунистических трансформаций проблему «дефицита демократических акторов». Кроме этого, достижение институциональной консолидации (в форме «навязанного консенсуса») и складывание режима плебисцитарной демократии с сильной исполнительной властью стали возможными благодаря как относительной стабилизации динамики ценностных изменений, так и частичному преодолению аморфности, диссонансности, конфликтности ценностной системы общества.

7. Специфические черты посткоммунистической трансформации политической системы российского общества (ограниченность социального капитала, сохранение значимости властной номенклатуры, дефицит демократических акторов, рассогласование ценностных приоритетов разностатусных групп, ориентация на сильного лидера в массовом сознании) отражают состояние поведенческого уровня институционализации и консолидации демократии, определяющего трансформационный потенциал общества. В процессе его формирования существенная роль принадлежит изменениям в механизме политической социализации, функционирование которого связано с обретением новой системы идентичностей, стратегий социальной и политической адаптации, оказывающих непосредственное влияние на становление субъекта политической активности.

Однако развитие трансформационного и адаптационного потенциала в посткоммунистических обществах осложнено неравномерностью этого процесса, так как восприятие новых норм и реализация инновационных стратегий поведения значительно дифференцируются в зависимости от принадлежности к различным социальным стратам, возрастным когортам, политическим субкультурам. Данная ситуация негативным образом сказывается на процессе трансформации политической системы общества. Так, несформированность идейно-политической идентичности в определенной мере препятствует развитию политической инфраструктуры, доминирование регрессивных моделей адаптации стимулирует отчуждение индивидов от власти и процессов преобразования, преобладание пассивных и нерациональных моделей политического участия ограничивает эффективное функционирование механизма взаимодействия элитных и массовых групп. В данном случае ярко проявляется коэволюционная зависимость институциональных и социокультурных составляющих трансформации политической системы, так как проблемы в развитии одной из подсистем влекут за собой сложности в функционировании другой.

8. В условиях трансформации политической системы российского общества структуризация ценностно-нормативного комплекса связана с противоположными процессами десоциализации и ресоциализации граждан, которые отличаются по глубине, характеру, результативности усвоения инновационных ценностей и моделей поведения. Отторжение новых ценностей, низкий уровень межличностного доверия, дезадаптивные модели поведения являются признаками процесса десоциализации, тогда как ресоциализация представляет собой процесс интенсивного изменения сложившихся политико-культурных и социокультурных ориентаций и установок, имеющий стихийные и организованные формы, детерминированный трансформацией институционального и ценностного пространств общества.

Незавершенность институционализации демократии и консолидация режима гибридного типа в России обусловлены неразвитостью поведенческих параметров трансформации политической системы. С одной стороны, эта ситуация не является уникальной, так как асимметрия целей в посткоммунистических трансформациях, как правило, затрудняет процессы политической адаптации и ресоциализации граждан, детерминируя тем самым низкий уровень политической субъектности и самоорганизации общества. С другой стороны, сочетание патернализма (комплекса установок, унаследованного от прежней системы) и прагматизма (совокупности установок, выступающей результатом системной трансформации общества) привело к совмещению в поведении россиян отчуждения от политического процесса и апеллирования к помощи государства, что благоприятствует стабилизации режима плебисцитарной демократии с сильной исполнительной властью.

9. Процесс формирования субъекта политической активности в России находится на начальных этапах развития, что двойственным образом отражается на функционировании политической системы. С одной стороны, синкретичный образ власти, персонифицированный характер легитимности, моносубъектность государства, низкий уровень протестной активности масс обеспечивают относительную равновесность (стабильность) развития политической системы российского общества. С другой стороны, эти условия продуцируют доминирование мобилизационного типа политического участия, телеологическое, а не инструментальное понимание принципов демократического устройства, что существенно ограничивает развитие политической субъектности индивидов, самоорганизации групп и политической инфраструктуры общества. Незавершенность процессов политической ресоциализации и становления субъектов политического участия связаны с основными противоречиями политической трансформации России, среди которых можно выделить: несовпадение модели институциональных преобразований и традиционного ценностно-нормативного комплекса общества; расхождение между процессами демократизации и практикой отчуждения общества от власти; несоответствие инновационной роли элит в трансформационном процессе и их ценностной бессубъектности.

Постсоветская элитная структура соответствует «разделенным» и/или «фрагментированным» типам, для которых характерны такие признаки, как отсутствие ценностного единства, высокий уровень дифференциации элитных групп и неприятие норм политической конкуренции. Периодизация ценностной трансформации элит показывает, что на ранних этапах преобразований внутренняя консолидация элит достигалась посредством искусственной поляризации противников и сторонников реформ (размежевание в плоскости «традиционализм – модернизм»). В 2000 г. «поляризованная» солидаризация сменяется принудительной (контролируемой, «навязанной») консолидацией элит.

10. Российская партийная система, пройдя этапы поляризации и фрагментации, постепенно вступает в стадию умеренного плюрализма. На процесс партийной консолидации оказывают влияние такие особенности политической трансформации, как динамичность развития партийной системы, существенная фрагментация партий и электоральная неустойчивость. Вместе с тем в трансформационном процессе наблюдаются тенденции, создающие условия для дефрагментации, а следовательно, и для дальнейшей консолидации партийной системы. В рассматриваемый период партийная система России переходит от крайней к умеренной поляризации, о чем свидетельствуют разрастание электоральной базы центристских сил, сокращение числа избирателей, голосующих за спектрально-крайние партии, снижение интенсивности и остроты идеологического противостояния в обществе, формирование системообразующих партий. Таким образом проявляется попытка формирования «сверху» партийной системы умеренного плюрализма, которая может институционализироваться после электорального цикла 2007 – 2008 гг.

«Навязанный» внутриэлитный консенсус, отражающий институциональный уровень консолидации, выражается также в том, что «партия власти» становится элементом политической системы, чья деятельность направлена на ретрансляцию интегрирующих общество ценностей и норм. Идеологические предпочтения партии «Единая Россия» эволюционировали от эклектичного набора популярных лозунгов до формирования праволевоцентристкой доктрины, в наибольшей степени соответствующей позиции партии-модератора. Сегодня складывание структурированной системы ценностных ориентаций «партии власти», сочетающей консервативные, либеральные и традиционные (универсальные) элементы, стимулирует негативную мобилизацию общества.

11. Состояние ценностного сознания масс во многом отражает особенности состояния ценностно-нормативного комплекса властной элиты. При этом наблюдаются две противоположные тенденции. С одной стороны, рассогласование ценностных ориентаций элиты и масс населения, а с другой стороны – их относительная когерентность. В значительной мере противоречивость и конфликтогенность ценностных предпочтений элит проявляются на региональном и муниципальном уровнях управления, что находит выражение в несформированности или недостаточной зрелости установок на практическое воплощение преобразований, на готовность взять личную ответственность за их результат, на взаимодействие с институтами гражданского общества. По своему профессиональному становлению, ментальности, методам управленческой деятельности современная административная элита существенно не отличается от прежней советской элиты. Степень преемственности ценностей советской системы варьируется в различных регионах страны. Анализ когнитивных, нормативных, интерперсональных и стилистических политических установок региональных элит позволил выделить «советский», «расколотый» и «переходный» типы ценностных систем. Несмотря на то, что отдельные признаки институциональной легитимности наблюдаются в «переходном» варианте ценностной системы административной региональной элиты, ни один из выделенных типов в полной мере не отвечает ценностным параметрам новой политической системы. Вместе с тем определенные предпосылки для консолидационного процесса наблюдаются как на уровне элит, так и на уровне общества. В 2003 – 2008 гг. представления граждан относительно основ консолидации общества приобрели большую определенность и непротиворечивость. По сравнению с более ранними периодами преобразований среди консолидационных идей все меньше тех из них, которые являются производными от советских пластов ментальности.

12. Оценивая результативность перехода к демократии в посткоммунистической России, следует подчеркнуть, что, несмотря на то, что развитие многих демократических институтов не приобрело инерционного характера и не все политические акторы являются приверженцами демократических ценностей и практик (т.е. не все из них стремятся сохранить демократический вектор развития), сегодня мы можем констатировать достижение процедурного уровня консенсуса, при котором фактически отсутствуют влиятельные акторы, выступающие за отмену тех или иных институтов и норм, образующих основу демократического развития российского общества. Данная ситуация обеспечивается институциональной/режимной консолидацией, которая является относительно неустойчивой (хотя многие нормы стали привычными, а модели поведения типичными, легитимация ряда демократических институтов по-прежнему зависит от степени доверия национальному лидеру). Трансформация режима плебисцитарной демократии с сильной исполнительной властью неизбежно потребует иного качества функционирования политической системы. Ни стабилизация ценностной системы общества, ни достижение навязанного внутриэлитного консенсуса не дополняются формированием поведенческого уровня консолидации в процессе трансформации политической системы современной России. Указанное обстоятельство свидетельствует, во-первых, о сохранении рассогласования в ценностных ориентациях массовых и элитных групп и, во-вторых, о сложности реализации естественного воспроизводства политических норм и институтов, которое не обеспечивается соответствием институциональной и социокультурной подсистем политической системы общества. Поэтому актуальной и во многом определяющей дальнейшее развитие России остается проблема достижения ценностного и поведенческого уровней демократической консолидации.

Теоретическая значимость результатов исследования заключается в комплексном осмыслении проблем посткоммунистической трансформации политической системы российского общества, позволившем выявить взаимосвязь между институциональными и неинституциональными аспектами процесса демократизации. Положения и выводы диссертации расширяют сферу научного знания о специфике, формах, динамике трансформации политической системы, методах исследования институциональных, ценностных, поведенческих аспектов трансформационного процесса. Изучение ценностных и поведенческих факторов политической трансформации влечет за собой необходимость уточнения ряда устоявшихся положений политической науки, в частности, дополнения транзитологической теории положением об аксиологической трансформации общества. Автором предложена методика исследования противоречивых процессов ресоциализации и десоциализации в условиях трансформации, которая включает в себя определение системы эмпирических индикаторов, их оценку на основе вычисления индексов, типологизацию доминирующих стратегий. Учет коэволюционной взаимосвязи между функционированием институтов, их ценностной легитимацией и трансформационной активностью политических акторов позволяет не только оценить происходящие политические процессы, но и прогнозировать их дальнейшее развитие.

Практическая значимость работы. Материалы диссертационного исследования, конкретные результаты могут быть применены региональными и муниципальными органами власти в их работе, направленной на расширение взаимосвязей и формирование партнерских отношений с гражданами на различных уровнях политической инфраструктуры. Данные аналитического исследования ценностно-нормативных комплексов институционализированных субъектов политики могут быть востребованы политическими партиями для оптимальной реализации идеологической и социализационной функций, выстраивания конструктивного диалога между различными участниками политического процесса.

Теоретико-методологические выводы, содержащиеся в работе, использовались автором при подготовке аналитических материалов для комитетов по молодежной политике, по вопросам женщин и демографической политике, информационно-аналитического отдела Администрации Тульской области, глав районных администраций г. Тулы, включающих рекомендации по взаимодействию органов власти с институтами гражданского общества, формированию гражданской культуры у молодежи, стимулированию политической активности граждан и самоорганизации местного сообщества.

Результаты исследования могут обогатить теоретическим и эмпирическим материалом учебные курсы и спецкурсы, читаемые на разных уровнях университетского образования по специальностям: «Политология» и «Социология» («Политическая регионалистика», «Партийная система современной России», «Политическая история России», «Политические отношения и политический процесс» и др.).

Тема исследования соответствует паспорту специальности 23.00.02 – «Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные политические процессы и технологии» пункту 5 «Политические системы: тоталитаризм, авторитаризм, демократия. Политические режимы. Современный парламентаризм: функции, особенности и проблемы. Проблема становления демократии и гражданского общества в современной России».

Апробация работы. Материалы и выводы диссертации апробированы в следующих формах:

- опубликованы монографии: «Ценностная система общества как фактор политической трансформации современной России» (2004 г.), «Взаимовлияние политической трансформации и эволюции ценностной системы современного российского общества» (2006 г.), статьи в журналах и сборниках общим объемом 75 п.л.;

- выводы и положения работы изложены в докладах на конференциях и семинарах, круглых столах, таких, как: Международный симпозиум «Политическая конфликтология между старыми и новыми парадигмами» (2001, г. Воронеж); Всероссийский научный форум в рамках III фестиваля гуманитарных наук «Новый университет: классика и современность» (2002, г. Тула); Международная научно-практическая конференция «Россия на пути к демократии и устойчивому развитию: характер общества и его способность к модернизации» (2003, г. Тула); Международный форум по проблемам науки, техники и образования (2004, г. Москва); Межрегиональная научно-практическая конференция «Гражданское общество: проблемы, исследования, перспективы развития» (2004, г. Тула); ежегодные научно-практические конференции профессорско-преподавательского состава ТулГУ (2000 – 2008, г. Тула); Межрегиональная научно-практическая конференция «Семья, общество, государство: партнерство и взаимная ответственность» (2005, г. Тула); Межрегиональная научно-практическая конференция «Социальные реформы в России: участие регионов и общественных организаций» (2005, г. Тула); Всероссийская научно-практическая конференция «Молодежь. Образование. Предпринимательство» (2005, г. Тула); экспертный семинар «Символические проекции гражданского общества» (2005, г. Великий Новгород); Международная научно-практическая конференция «Модернизационные процессы в обществе: проблемы теории и практики» (2005, г. Тверь); Межрегиональная научно-практическая конференция «Толерантность как фактор развития современного общества» (2006, г. Тула); Международная научно-практическая конференция «Парламентаризм в России: состояние, тенденции развития, перспективы (к 100-летию Государственной Думы)» (2006, г. Тула); Международная научно-практическая конференция «Социально-технологическая культура как феномен XXI века» (2006, г. Белгород); Международная конференция «Диалог Восток – Запад: становление и развитие постсоциалистических систем», организованная в рамках Международного дискуссионного клуба (2006, г. Прага); Российско-польская политологическая школа «Политика. Общество. Государство» (2007, г. Тула); Всероссийская научно-практическая конференция «Роль высшей школы в разработке и реализации образовательных программ для структур гражданского общества» (2007, г. Москва); Международная научно-практическая конференция «Модель социально-экономического и политического развития современной России: проблемы, перспективы» (2007, г. Магнитогорск); Российская научно-практическая конференция «Социально-политическая трансформация России и молодежь» (2007, г. Тула);

- материалы и результаты исследования использованы при разработке учебно-методических комплексов по дисциплинам: «Теория политики», «Политическая психология», «Политическая элита и политическое лидерство в современной России», «Политическая система современной России»;

- различные аспекты исследования нашли отражение в лекционных и семинарских занятиях, проводимых автором с кадрами городских и районных администраций, организованных общественным объединением «Лига избирательниц»;

- вопросы диссертации обсуждались на кафедре социологии и политологии Тульского государственного университета.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, пяти глав, заключения, списка использованных источников и литературы, приложений.





оставить комментарий
страница1/4
Дата15.10.2011
Размер1,2 Mb.
ТипДиссертация, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх