\"Проблемы законодательного обеспечения охраны окружающей среды при использовании природных ресурсов\" icon

"Проблемы законодательного обеспечения охраны окружающей среды при использовании природных ресурсов"


Смотрите также:
I. Реализация государственной политики в области природных ресурсов...
Аналитический отчет об итогах работы министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды...
Рабочая программа дисциплины экологический менеджмент и экологическое аудирование для...
Рабочая программа дисциплины экологический менеджмент и экологическое аудирование для...
Инструкция о порядке применения и заполнения унифицированных форм первичной учетной документации...
Отчет об основных результатах работы Комитета природных ресурсов и охраны окружающей среды...
Перечень сертифицированных видов услуг в области охраны окружающей среды...
«Об итогах работы управления природных ресурсов и охраны окружающей среды Алтайского края в 2011...
План работы управления рационального использования недр и водных ресурсов на 2009 год...
Е. В. Кучменко заместитель начальника отдела охраны окружающей среды министерства природных...
Экологические проблемы геологической среды кузбасса и развитие опасных техногенных процессов...
Итоги работы Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Республики Беларусь в...



Загрузка...
страницы:   1   2   3
скачать
стенограмма


парламентских слушаний на тему "Проблемы законодательного обеспечения охраны окружающей среды при использовании природных ресурсов"


27 марта 2008 года


Н.П. Чуркин

Уважаемые коллеги! Раз уж мы все собрались в этом зале (а, я надеюсь, собрались именно единомышленники), объявим старт (уже 10 часов ровно) нашему очередному мероприятию, которое мы сегодня с вами проводим, – это парламентские слушания по проблеме законодательного обеспечения охраны окружающей среды при использовании природных ресурсов. Посещаемость у нас хорошая, поэтому, для тех, кто не вместился в этот маленький зал (к сожалению, это действительно так, зал для таких мероприятий у нас маленький), мы организовали трансляцию в холле. То есть то, что мы здесь будем обсуждать, говорить, все это будет транслироваться.

Мы уже пришли к такому мнению, что не только рекомендации нужно высылать всем участникам подобного рода мероприятий, а готовить обобщенные материалы по парламентским слушаниям, по "круглым столам", с докладом… То есть там же, в этом сборнике, и доклад, и все выступления по докладу, и рекомендации, и кое-какие справочные материалы приобщены к этому мероприятию, в частности, к парламентским слушаниям или "круглым столам", и все это в виде сборника буквально через месяц после проведенного мероприятия рассылается во все субъекты Российской Федерации, членам Совета Федерации и, безусловно, всем участникам таких мероприятий. Ваши адреса и ваши заявки на участие у нас есть. Поэтому по этой адресной справке мы разошлем вам обобщенный материал того мероприятия, на котором мы с вами сегодня присутствуем.

После такого маленького объявления хотел бы еще сказать, что тема сегодняшних слушаний выбрана не случайно, потому что возросшая роль природных ресурсов в жизни человечества на современном этапе развития общества требует от нас особого осмысления практически по всем направлениям их использования. Известно, что экономика любого государства напрямую зависит от объемов природных запасов. Но без рационального подхода к их освоению, без грамотного подхода к добыче, переработке, пополнению и их воспроизводству не может идти речь о прогрессе или обеспечении жизненных потребностей человека, или обеспечении безопасности и процветания государства.

Место государства в мире по уровню развития оценивается по экономическим показателям. Однако нельзя забывать, что излишняя погоня за экономическими показателями и несоблюдение элементарных требований по охране окружающей среды могут быть пагубны не только для отдельных регионов, но и для государства в целом. Элементарное пренебрежение вопросами экологии в ходе разработки и добычи ресурсов, а также в ходе их транспортировки, обработки, производства оборудования и товаров потребления могут привести, а кое-где уже и привели, к серьезным экологическим последствиям и нарушениям техногенного порядка. Уже сегодня мы наблюдаем эрозию и деградацию почв, истощение водных и лесных ресурсов, нарушение климата и другие катаклизмы.

Почему все это происходит? Да потому, что человек, чувствуя безнаказанность, зачастую действует в обратном направлении – не сохраняет, а разрушает. Поэтому нам нужна строгая и четкая система правил и норм при обращении с природной средой. Эти нормы и правила должны быть строго обоснованы, чтобы не было и тени сомнения в их правильности. Только это сможет исключить различного рода спекуляции и политизирование многих вопросов в соотношении "человек – общество – природа".

Начало объединению таких усилий на пути создания новой модели взаимоотношений человека с природой положила Конференция ООН по окружающей среде еще в далеком 1992 году. И именно там был принят принцип, что устойчивое экономическое развитие любого государства может быть обеспечено при условии достижения определенных результатов в области политики, экономики, экологии и социальных отношений. И была разработана такая формулировка: устойчивому развитию способствует только то решение в области природопользования, при котором экономическая, экологическая и социальная цели однонаправлены, а конечный результат сбалансирован по названным целям.

Я думаю, что это может стать нашим лозунгом при проведении этих парламентских слушаний. И мы с вами сегодня, выступая, будем говорить конкретно о тех проблемах, которые назрели у нас в государстве, и не только в нашем государстве, но и в соседних государствах, потому что трансграничное сотрудничество у нас сегодня пока, к сожалению, хромает.

У нас существуют проблемы и в законодательном плане, в том числе и по рассматриваемой теме, и мы не случайно затронули эту тему, проблемы законодательства.

Вопросы, связанные с ростом экологического ущерба и нарушений правил использования природных ресурсов, связанных с этой деятельностью человека, уже выходят на первый план. Я не буду приводить примеры пагубности всех производств, я попытаюсь об этом сказать еще в докладе после этого вступительного слова. Я вас призываю много не говорить, материалы, которые вы подготовили для выступления, сдайте, пожалуйста, в секретариат (они будут опубликованы), все конкретные предложения, сделанные с этой высокой трибуны, будут зафиксированы в стенограмме, и мы будем также их использовать в нашей работе.

Я бы попросил всех, кто записался на выступления (естественно, им будет предоставлено слово), соблюдать регламент. Выступающих очень много, и давайте мы по этому регламенту будем выступать пять, максимум семь минут. Все, кто еще желает выступить в ходе нашей работы, записывайтесь на выступления. У нас, в стенах Совета Федерации, установлены такие правила, что член Совета Федерации имеет право поднять руку и выйти на трибуну и выступать. Конечно, не перебивая докладчика, а после его выступления. Это такое правило.

Мы посоветовались и решили, что это мероприятие мы проведем без обеда. Нет, обеденное время будет, мы проведем его без перерыва (извиняюсь, я неправильно сказал). Мы проведем его без перерыва, но я считаю, что мы должны закончить… По графику у нас 12 часов 45 минут – 13 часов – подведение итогов, мы к этому времени постараемся его завершить. Если у кого-то потом будут дополнительные предложения или проблемы или желание еще поработать, я готов здесь работать до конца рабочего дня. Члены нашего комитета, кто ведает этими вопросами, тоже будут здесь, специалисты наши будут здесь, мы можем продолжить работу уже за рамками наших парламентских слушаний.

Мезенцев Дмитрий Федорович сейчас, к сожалению, находится на заседании Правительства. Там доклад Трутнева, и он участвует в содокладе второго вопроса. После завершения доклада на заседании Правительства он будет здесь. Я с удовольствием хочу вам представить наш высокий президиум: Алексеев Сергей Михайлович, председатель комитета Торгово-промышленной палаты Российской Федерации по природопользованию и экологии; ваш покорный слуга, первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по природным ресурсам и охране окружающей среды. Нам, в ведение нашего комитета, переданы вопросы экологии, поэтому мы этими вопросами занимаемся.

с места

Я добавлю только, уважаемые коллеги, – представитель в Совете Федерации от Московской области, где сосредоточена вся экология.

Н.П. Чуркин

Спасибо. Не вся экология, а вся соль промышленности Российской Федерации. Васьков Анатолий Тихонович, член нашего комитета. Он представляет правительство Тульской области в Совете Федерации и является заместителем председателя Комиссии по контролю за обеспечением деятельности Совета Федерации. И уважаемый депутат Государственной Думы Друсинов Валентин Дмитриевич. Он является членом родственного нам комитета Государственной Думы. Поэтому, если хотите Госдуме больше критики, это будет в его адрес. Позвольте на этой ноте наши парламентские слушания открыть и слово предоставить…

А.Т. Васьков

Слово предоставляется Чуркину Николаю Павловичу. Тема его выступления – "Проблемы законодательного обеспечения природоохранной деятельности в Российской Федерации". Подготовиться Ветошкиной Ларисе Павловне.

Николай Павлович, как Вы установили, соблюдение регламента для всех обязательно.

Н.П. Чуркин

Уважаемые коллеги, для доклада я просил 20 минут, по регламенту мне определили. Я обязуюсь все это выполнить.

Во-первых, слова благодарности всем присутствующим, слова благодарности руководителям субъектов Российской Федерации, которые прислали нам соответствующие предложения по этой теме, высказали свое мнение и также направили своих представителей для участия в нашем мероприятии.

Надо отметить, что Российская Федерация обладает огромными и разнообразными природными ресурсами. В стране сосредоточено около 50 процентов мировых запасов природного газа, более 20 процентов угля, 13 процентов нефти. Одна пятая часть территории Российской Федерации покрыта лесом, что составляет 22 процента от общих лесных площадей земного шара. У нас имеются и другие ресурсы. На основании этого мы можем самостоятельно и полностью развивать такие производства, как ТЭК, черную и цветную металлургию, химическую промышленность, лесоперерабатывающую отрасль, стройиндустрию.

Кроме этого, у нас, казалось бы, есть и основополагающая законодательная база, позволяющая успешно перерабатывать эти природные ресурсы в строгой системе природоохранных мер и с соблюдением экологических норм. Но весомых результатов в системе устойчивого экономического развития мы с вами пока еще, к сожалению, не достигли.

На заседании Совета Безопасности Российской Федерации, которое проходило под председательством Владимира Владимировича Путина 30 января этого года, были рассмотрены вопросы экологической безопасности, определены главные направления, и было сказано в решении, что экологическая безопасность является одной из приоритетных задач государства. Громко сказано и правильно. К сожалению, этот лозунг оказался не новым, мы про такие лозунги говорили и раньше, но пока воз и ныне там.

Ежегодно растет негативное воздействие на окружающую среду, на состояние здоровья и качество жизни населения. И надо сказать, что в этом как раз и виноваты предприятия промышленности, транспорта, сельского хозяйства, коммунального хозяйства, рудные и, к сожалению, лесные. Казалось бы, что это не так, но это действительно так. Я мог бы приводить конкретные примеры этого воздействия, но чтобы не отойти от темы — искать причины в правовом поле, отмечу, что это все происходит при отсутствии стимулирования социального законодательства и правовой базы природоохранной деятельности, перехода на экологически эффективные технологии и обязательно с проведением охранных мероприятий.

В чем же кроются причины? Их много, но мы выбрали только те, которые касаются нашей тематики. И я их разбил на несколько групп. Но это не означает, что они по значимости разбиты, они просто условно разделены.

Вот одна из них. Это устаревшая практика выдачи предприятиям индивидуальных разрешений на временно согласованные сбросы и выбросы. Так решать проблемы, даже временного характера, вообще-то нельзя. Требования экологии должны опираться на обоснованные нормативы, регламенты, технические и научные достижения, в том числе и нанотехнологии, необходимо обеспечивать безопасность экосистемы, среды обитания и жизнедеятельности человека, обеспечивать его потребности и способствовать устойчивому экономическому развитию.

Следующее. Огромный вопрос заключается в незавершенном процессе разграничения предметов ведения и полномочий в сфере охраны окружающей среды между федеральными органами государственной власти, между центром, субъектами Российской Федерации и муниципалитетами. Одна структура подменяет другую, бюджет не распределен, ответственность размытая. Также много проблем и в законодательстве, касающемся этих структур. Мы видим, что изменяющиеся функции не успевает даже субъект Российской Федерации отразить в законе, ему передали полномочия из центра, а закон еще пока там в надлежащем виде не оформлен. И получается нарушение правового поля. В результате появляется коррупция, возникают и другие вопросы.

Третье – управление. В системе любого управления его основу составляют не только органы управления, объекты управления, но и такие важные мероприятия, как линии связи и контроль. А у нас почему-то эти линии связи и контроль нарушаются, получаются целые провалы в системе управления и оторванное мнение одного субъекта, оторванное мнение центра, оторванное мнение от законодательства субъекта Российской Федерации. В результате происходят такие страшные коррупционные действия в системе, что мы не успеваем их не то что пресекать, а даже их учет не можем организовать правильно.

Что касается бизнеса, производства и потребителя, то без разработки систем экологических платежей за негативное воздействие на окружающую среду, которые способствовали бы проявлению интереса бизнеса к модернизации производства использования ресурсов, вряд ли можно рассчитывать на прогресс, тем более заинтересованность производителя в выпуске экологически безопасной продукции.

Следующее – это загрязнение. Мы уже приняли нашу экологическую доктрину в 2002 году (постановлением Правительства она принята), и там сказано, что загрязнитель должен платить, то есть определена платность за нанесенный вред. Там же сказано об отходах производства и потребления. Этот продукт должен быть, там сказано, собственностью производителя. Отходы – это собственность производителя. У нас же это бесхозный мусор, который бросается везде и всюду.

Даже вы, когда едете на дачу, берете, например, колбаски 100 граммов в "Ашане", кладете ее в упаковку, в хорошую, полиэтиленовую, потом эту упаковку кладете еще в один мешок, потом берете большой целлофановый пакет, где написано "Ашан", эти 100 граммов колбаски, едете на дачу. Вы не сжигаете этот целлофан на дачном участке, он воняет. Поэтому вы его, выезжая оттуда, скромненько берете (едете на машине или идете к электричке) и кладете в лесочке, если едете на машине, в безлюдном месте на повороте выбрасываете его опять-таки в лес или на обочину дороги.

Кто отвечает вот за колбасу, понятно, вы ответили, а за эти отходы?.. Есть много предложений, и много уже идет дебатов по поводу упаковки и ответственности за эти отходы. И если мы не скажем, что должна быть отдельная сфера пользования – это оборот отходов, то, наверное, мы мало решим или вообще не решим эти проблемы.

Вот в результате всего этого получается такая статистика, что 15 процентов территории России по экологическим показателям находится в критическом состоянии. Отмечается тенденция сокращения видового биологического разнообразия, изменения состояния окружающей среды на фоне, как говорят, потепления климата. Это происходит, хотя тоже надо поспорить… Но мы эту фразу, как клише, везде употребляем.

Отмечаются такие тенденции, как высокий уровень загрязнения воздуха и загрязнения воды, особенно там, где проживает, где сконцентрировано большое количество людей: крупные города, крупные регионы, наличие большого сконцентрированного производства.

Развитие рыночных отношений в Российской Федерации, формирование института частной собственности, расширение экономических свобод для участников хозяйственной деятельности пока, к сожалению, не ведут к повышению их ответственности за экологические результаты своей деятельности. В этих условиях предоставление финансовых гарантий на случай нанесения вреда окружающей природной среде, в первую очередь страхование экологических рисков, приобретает все большее значение. И это необходимо для гарантированного обеспечения экологической безопасности, предупреждения и ликвидации последствий негативного воздействия на окружающую среду и привлечения негосударственных ресурсов в сферу природопользования и охраны окружающей среды.

Что мы имеем? По статистике Контрольного управления Президента Российской Федерации (2005–2006 годы) на ликвидацию последствий техногенных аварий и катастроф было направлено 7,4 млрд. рублей, из которых доля федерального бюджета — 92 процента, бюджетов субъектов Российской Федерации — 7 с небольшим процентов, а средств страховых компаний — лишь 0,2 процента.

Причиной такой несправедливой нагрузки на бюджет является недостаточная разработанность нормативно-правовой базы, регулирующей вопросы возмещения ущерба в сфере природопользования и охраны окружающей среды. В связи с этим одним из базовых элементов правовых инвестиционных механизмов ликвидации экологического ущерба, связанного с хозяйственной деятельностью, должен стать законопроект об обязательном экологическом страховании. Мы говорим, но пока он еще только в виде разработки находится в Комитете Совета Федерации по природным ресурсам и охране окружающей среды. И это же поручение по разработке такого документа было высказано как раз на прошедшем заседании Совета Безопасности в решении Совета Безопасности, чтобы Правительство Российской Федерации разработало и представило на рассмотрение проект закона именно об обязательном экологическом страховании.

Целью этого законопроекта, на мой взгляд, должно быть создание механизма экономического регулирования охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности, позволяющего создать финансово-экономическую основу для гарантированного возмещения вреда, причиненного пользователем или произошедшего в результате природно-техногенного явления.

Мы этот вопрос рассматривали неоднократно. И в соответствии с рекомендациями парламентских слушаний, проведенных и в 2006 году, и в 2007 году, в частности по теме "Перспективы развития нормативно-правового обеспечения экологического страхования в Российской Федерации", уже ведется подготовка пилотных проектов добровольного экологического страхования в ряде регионов Российской Федерации, в том числе в Московской области, в Удмуртии, в Республике Татарстан и других. Инициативу поддержали ряд федеральных органов исполнительной власти. Это очень правильно. Это Ростехнадзор, Росстрахнадзор и Минфин Российской Федерации. Представители этих организаций входят в нашу рабочую группу, и я думаю, что мы скоро достигнем определенного результата.

Региональные проекты добровольного экологического страхования, на наш взгляд, должны быть направлены на отработку механизма экологического страхования, его нормативно-правового и методического обеспечения и должны предусматривать уточнение единых подходов к проведению экологического страхования, разработке единой методики расчета ущерба, нанесенного окружающей среде, а также должны способствовать накоплению статистических данных, позволяющих достоверно оценивать вероятность наступления страхового случая и определять величину страхового тарифа.

Предполагается, что мы проведем апробацию новых видов страхования в различных отраслях, например, в сфере лесопользования, страхования участков лесного фонда и особо охраняемых природных территорий (это государственные природные заповедники, национальные парки) в первую очередь от пожаров и других рисков. А что касается проблемы пожаров в лесах, то это очень сложный страховой случай и без четкого анализа его определить практически невозможно. Поэтому я считаю, что такое направление наиболее целесообразно и здесь будут достигнуты определенные результаты.

Другим основным направлением совершенствования механизма охраны окружающей среды является законодательное обеспечение системы платежей за негативное воздействие на окружающую среду.

Ситуация, которая сложилась в настоящее время с платежами за загрязнение окружающей среды, приравненными к рядовому налогу и являющимися лишь средством пополнения бюджета, не способствует улучшению экологической обстановки. Да и бюджет такими вопросами не наполнить, это просто невозможно, так как платежи смехотворны, а методика расчета этих платежей находится в свободном полете: как какой-либо специалист решил, так и предполагает. Более того, у нас даже, будем открыто говорить, нет специалистов, которые могли бы дать правильную оценку нанесенного вреда. Поэтому здесь еще очень много вопросов. Надо начинать снизу и не говорить, что, всё, мы уже приплыли и нам виден берег. Берега пока не видно, еще только надо начинать работать.

Для дальнейшего совершенствования системы платежей в направлении восстановления регулятивного и компенсационного характера взимаемой платы требуется незамедлительное принятие закона о плате за негативное воздействие на окружающую среду, в котором необходимо предусмотреть целевое использование средств от платы за негативное воздействие на окружающую среду на выполнение природоохранных мероприятий и создание целевых экологических фондов. И, наверное, не надо молчать, а про это надо говорить, мне кажется.

В настоящее время одной из основных угроз экологической безопасности Российской Федерации, как и подчеркивалось опять-таки 30 января на Совете Безопасности Российской Федерации, является проблема накопления отходов производства, о чем я вам немножко сказал.

На территории Российской Федерации в отвалах и хранилищах уже накоплено около 80 млрд. тонн (вдумайтесь в цифру) твердых промышленных и бытовых отходов. При этом количество таких отходов ежегодно увеличивается на 7 млрд. тонн, что создает реальную угрозу здоровью населения и наносит значительный вред окружающей среде. Я скромно подсчитал: чтобы вывести все бытовые отходы из Москвы для переработки их на любой территории (в Московской области или других), потребуется ежедневно 3500 машин.

Простой подсчет отходов на каждого гражданина (можно в килограммах и граммах), считайте, не ошибетесь: в год это 500 килограммов на городского и 200–250 – на сельского жителя. Вот и считайте, других подходов здесь быть не может. Вот сколько мы с вами даем отходов, и это только твердые бытовые отходы, не говоря уже об отходах производства, об отвалах и так далее, о которых вы, наверное, будете здесь говорить. Эта проблема на сегодняшний день пока еще стоит очень остро и не решается.

А тот закон, который есть у нас по отходам, наверное, надо бы уже давно дополнить либо изменить. Он стоит на повестке дня и будет меняться. Потому что уже многие предложения претворяются. Эту проблему я вас приглашаю обсудить в этом же зале на очередных парламентских слушаниях, которые мы будем проводить здесь 24 апреля, конкретно – по бытовым отходам и отходам производства.

Важным базовым элементом создания правовых и инвестиционных механизмов предотвращения и ликвидации экологического ущерба, связанного с хозяйственной деятельностью, является необходимость восстановления государственной экологической экспертизы для предпроектной и проектной документации на строительство особо опасных объектов хозяйственной и иной деятельности, а также объектов, намечаемых к размещению на особо охраняемых природных территориях.

Получилась на сегодня казуистика: с принятием в 2006 году Федерального закона № 232-ФЗ "О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты" упрощены процедуры получения разрешений на осуществление градостроительной деятельности и вовлечения в хозяйственный оборот земельных участков, но это вызывает опасения по поводу возможного роста негативного влияния на состояние окружающей среды и снижения ответственности хозяйствующих субъектов за экологические результаты своей деятельности.

В настоящее время из объектов экологической экспертизы исключены предпроектная и проектная документация на строительство объектов хозяйственной деятельности, в том числе таких опасных объектов, как атомные станции, гидроэлектростанции, нефтепроводы, химические и нефтехимические предприятия. Вы представляете, что это может повлечь за собой.

Мы этот вопрос подняли, уже поступило несколько предложений о внесении изменений в законодательство. Мы их рассмотрели, дали положительное заключение, но, на мой взгляд, этот вопрос надо как можно быстрее поднимать и обсуждать, тем более что есть много нареканий, и не только этого плана, в Градостроительный кодекс, который мы захотели сделать по принципу: вот тебе и на! – и все условия работы будут уже прописаны именно в этом Градостроительном кодексе. А там появились нестыковки с Земельным кодексом, с Лесным кодексом и с законодательством по другим вопросам – охраны окружающей среды, экологии и так далее. То есть в этом Градостроительном кодексе много недоработок, потому что его сделали по схеме "быстро, давай бегом". Вот это "быстро, давай бегом", недоработка, и привело к такой ситуации, когда можно строить опасное производство на землях и представлять совершенно другой проект освоения.

Необходимо отметить, что при создании правовых инвестиционных механизмов обеспечения экологической безопасности в Российской Федерации значительную поддержку могут обеспечить инициированные и подготовленные в Совете Федерации модельные законодательные акты Содружества Независимых Государств. Это отдельная тема. Я вам просто хочу сказать, что мы на уровне Межпарламентской Ассамблеи государств – участников СНГ отработали ряд модельных законов. Уже приняты законы и по охране окружающей среды, и по экологической безопасности, и по отходам производства. Сейчас рассматриваются проекты таких законов, как закон о предотвращении и комплексном контроле загрязнений, конвенция об экологической безопасности государств – участников СНГ, проект модельного кодекса об упаковке и упаковочных отходах (кстати, он уже будет 5-го числа приниматься на Межпарламентской Ассамблее в Питере, он уже готов). А мы в своем законодательстве почему-то эти модельные законы слабо используем. А там опыт международный. Пусть это международный опыт Казахстана, Украины, Беларуси, но это опыт, его надо использовать.

Уважаемые коллеги, перечень проблем в сфере охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности можно было бы продолжать. Однако я надеюсь, что многие из них будут обозначены в ваших выступлениях, и в заключение я бы сказал следующее.

Уважаемые коллеги, я всегда говорил и буду утверждать, что, не признав равенство природы и человека, без осознанного взаимного существования, исключив лозунг "Человек – царь природы", мы с вами вымрем. Мы – люди, и лозунги у нас были – "Взять эти богатства – вот наша задача" (любым путем взять). Нельзя, надо думать о поколении. Без прекращения этого варварства мы при любом законодательстве будем вымирающими. И наши дети и внуки, кроме нехороших слов в наш адрес, в данной ситуации говорить ничего другого не будут.

Мы с вами люди, как бы микробы на теле Земли, Земля – это тоже живое. Мы – микробы. Поэтому, уважаемые коллеги, надо жить в понимании с природой. Если мы этого не поймем, природа нас просто отвергнет. Я вас призываю к диалогу, к такому виду обсуждения этих проблем, и прошу еще раз конкретно по всем предложениям документы передать сюда для опубликования.

Спасибо за внимание. Я свой доклад закончил. Если будут вопросы, – пожалуйста, в письменном виде или в конце наших слушаний я готов ответить.

А.Т. Васьков

Благодарим Вас, Николай Павлович, за столь доброе и бурное начало.

Слово предоставляется Ветошкиной Ларисе Павловне, заместителю председателя комитета Торгово-промышленной палаты Российской Федерации по природопользованию и экологии. Тема – "О системе взимания платы за негативное воздействие на окружающую среду". Хорошая тема. Пожалуйста.

Л.П. ВЕТОШКИНА

Одним из основных экономических инструментов охраны окружающей среды является система платежей за негативное воздействие, которая, естественно, тесно связана с требованием возмещения нанесенного вреда, потому что и в законе об охране у нас с вами написано, что плата – только часть возмещаемого вреда. Сама система создавалась где-то 17 лет назад.

Я представляю комитет ТПП по природопользованию и экологии. Многие члены нашего комитета участвовали в формировании экономического механизма природопользования и экологии, работали тогда в Госкомэкологии. Сейчас мы уже прекрасно понимаем необходимость совершенствования этого механизма. За это время у нас с вами изменилась система производственных отношений. Вы сами понимаете, что это нашло отражение в новых законах, законодательных актах. А сама система просто трансформировалась, на мой взгляд, сильно изменилась цель системы платежей и ущербов. Если в мое время, в 90-е годы, я имею в виду, когда формировалась система, целью было подвигнуть предприятия на правильную организацию производства, на то, чтобы заменить старое оборудование, поставить нужные очистные сооружения (то есть смена оборудования и правильная организация производства), то сейчас мы с вами оцениваем, например, работу Ростехнадзора следующим образом: они собрали много платежей за сверхлимитное загрязнение. С моей точки зрения, у нас это было бы серьезным основанием для совещания у начальника управления. Не может быть такого, чтобы вдруг, ни с того ни с сего, резко увеличилась сверхнормативная плата, то есть последовало бы обязательное разбирательство. Почему в некоторых субъектах Федерации это произошло? Либо там раньше была неправильная организация управления охраной окружающей среды, как и на предприятиях... С чего бы это вдруг выросло? Сейчас все это произошло, потому что существует не одно, а много ведомств, и каждое ведомство требует разработки многочисленных документов. Эти документы требуют, чтобы их разрабатывали в близких профилированных структурах, которым предприятия платят, платят и платят.

Дальше. Если вы вовремя не заказали их тому, кому надо, вы не получили один из 100 или 150 разрешительных документов. Раз вы не получили один из этих документов, значит, вы уже получили сверхлимитный платеж. Для любого нормального руководителя предприятия следует вывод, что у него плохо работает служба. С другой стороны, если они все равно не могут выполнить эти требования, которые предъявляются многими документами, и все равно нужно платить сверхлимитно, значит, вообще ничего делать не надо, цель потеряна.

Нам кажется, это позиция нашего комитета и Торгово-промышленной палаты, насколько я знаю, что сейчас мы должны по-прежнему требовать от предприятий перехода на новые технологии и методы, на грамотную организацию работы, производства. Только в этом случае будет и экономия природных ресурсов, и экономия электроэнергии, и уменьшение воздействия. Понимаете, если у меня на кухне течет кран, то в первую очередь необходимо его перекрыть, а потом убирать вокруг. Правильно? Вы не можете убирать, если у вас старое оборудование, которое в любой момент грозит аварией и недопустимым воздействием на окружающую среду.

Значит, в первую очередь необходимо совершенствование законодательства, совершенствование нормативных правовых актов в развитие законодательства. Хотелось бы, чтобы был создан единый орган, о чем наш комитет просил, и было обращение в Правительство. При этом при формировании всегда надо выяснять, какую цель мы ставим. Не надо забывать об этом и ни в коем случае не допускать многочисленных требований разработки разрешительных документов, если сейчас, наверное, и у субъектов Федерации были многочисленные обращения предприятий по приказу Ростехнадзора № 204.

Понимаете, если нет закона, если старые постановления Правительства, то дальше Ростехнадзор своим ведомственным актом регулирует вопросы платы. Причем этим ведомственным актом он (мы обсуждали это у себя в Торгово-промышленной палате) превысил свои полномочия, решив брать плату не за размещенные в текущем периоде отходы, а за все отходы, которые имеются. Причем если раньше у нас был отчетный период – год, то сейчас – квартал. И мы подсчитали, получается, что для большинства предприятий ежеквартальная плата вместо 300 тысяч, мы говорим, например, о крупных предприятиях – горно-добывающих, металлургических, химических, вместо 300 тысяч ежеквартально 3–5 миллиардов. То есть это явно не может быть выполнено. Значит, через два месяца можно закрывать предприятие.

Принималось решение без оценки последствий. Наверное, они хотели получить как можно больше средств и пополнить бюджет. Вы понимаете, опять-таки смещение целей.

Дальше. У нас с вами вводилось квартальное нормирование. Вы понимаете, что нам только не хватает ежеквартально согласовывать разрешения на выбросы и сбросы. Ежеквартально менять и что-то… то есть эти 150 разрешительных документа, которые вы должны заказывать, оплачивать, умножьте на 4...

Вы понимаете, что у Ростехнадзора нет сотрудников, чтобы вовремя проверить эти многочисленные документы. Чтобы получить разрешение, надо вставать в очередь с 5 часов утра, записываться, чтобы получить что-то. Вовремя не получил – всегда виноват природопользователь. Вы понимаете, сейчас нет ответственности чиновника за то, что он вовремя не подписал, не выдал разрешение. Если он не выдал, он – молодец, он серьезно подходит к своей работе. Изучил глубоко, выяснил, что из 150 документов один разработан не совсем точно, и не выдал разрешение, он – молодец. А то, что предприятие провело эту огромную работу и осталось все равно виноватым, ну, это его проблемы.

Вовремя не подготовили условия лицензирования. Полтора года не выдавали лицензии. Сейчас выставили условия, которые почти нельзя выполнить. Почти нельзя. Опять виноват природопользователь. И в связи с этим увеличились сверхлимитные платежи за размещение отходов. Вы понимаете, опять смещение, трансформация цели. Нам кажется, что, безусловно, необходимо принятие закона о плате, это мы давно говорим, и такие законопроекты есть. Был близкий к разумному законопроект 2003 года. Дальше был законопроект, который прошел почти все согласования, и только почему-то при рассмотрении в Правительстве предложили сделать некоторые уточнения, и все остановилось.

Сейчас внесен законопроект Грачева. Да, там есть над чем работать. Но все равно мы поддержали, наш комитет поддержал этот законопроект. Мы считаем, он, безусловно, может быть рассмотрен в первом чтении и потом доработан. Я понимаю. В этом законе не смещены цели. Там записаны все-таки важнейшие основные положения. И это мы приветствуем.

По поводу этого 204-го приказа потребовалось обращение в середине декабря, хотя письма шли в Ростехнадзор. Понимаете? Поэтому необходимо, прежде чем принимать законодательные акты, обязательно их обсуждать. Ну, вот мы предлагаем, площадка очень неплохая. Какие бы мудрые ни были сотрудники законодательных органов власти, органов исполнительной власти… Мы не говорим, что они неквалифицированные, просто их очень мало, а работы очень много. Нужно обсуждение с отраслями. Они не могут учесть все особенности. Необходима обязательная дифференциация требований к крупным предприятиям, малому и среднему бизнесу. Требовать от фермера оформления 150 документов, на мой взгляд, это просто закрывать все производство.

Еще раз, срочно нужен единый орган, необходимо сократить количество разрешительных документов, сделав бóльшую часть из них заявительной. Обязательно нужна новая система нормирования, потому что действующая… мы уже устали ее критиковать. Но проект постановления, насколько я знаю, который согласовывается, опять на будущее консервирует старую систему нормирования. Десять лет мы обсуждаем, критикуем, и снова откуда-то появляется проект постановления Правительства, который предлагает старую систему нормирования. Сколько можно?

Все. Спасибо за внимание.

А.Т. Васьков

Спасибо, Лариса Павловна. Есть конкретные постановочные вопросы, в рекомендациях также отражены Ваши предложения, они будут учтены. И здесь, наверное, правильно Вы говорите о едином органе, в котором давно назрела необходимость, для того чтобы сосредоточить это в одних руках. И не надо нам эти серьезные моменты упускать.

Александр Николаевич Калита, президент Международного экологического общественного движения "Живая планета". Тема выступления – "Правовые аспекты взаимодействия общественных экологических организаций с государством". Подготовиться Архипову Николаю Александровичу.

Пожалуйста, Александр Николаевич.

А.Н. КАЛИТА

Уважаемый президиум, уважаемые участники парламентских слушаний! Все мы знаем, что одной из важнейших функций государственного управления в сфере использования природных ресурсов и охраны окружающей среды является экологический контроль. Исходя из задач экологического контроля, определенных в законодательстве, можно сформулировать его понятие как совокупность мероприятий по наблюдению за состоянием природной среды, ее изменениями, а также по проверке выполнения экологических требований всеми предприятиями, организациями, должностными лицами и гражданами.

Система экологического контроля состоит из государственного, производственного, муниципального и общественного контроля. Именно на общественном контроле я хотел бы заострить свое внимание. Если государственные органы контроля обязательно решают функцию, строить или не строить, как строить, и дают разрешение, то общество, которое живет в этом месте, которое дышит этим воздухом, которое пользуется этими водоемами, лесами, как раз придерживается другой позиции. Понимаете, получается вот та граница, то противостояние в охране окружающей среды, которая не позволяет чиновникам именно экономику ставить выше природы. Это мы наблюдаем каждый день, в каждом субъекте Российской Федерации, в том числе и в Москве.

Все мы понимаем, что в нашей стране, в России, когда идет бум строительства, при тех огромных территориях, которыми располагает наша страна, невозможно контролирующие органы поставить у каждого водоема, или в каждом лесном массиве, или в заповеднике, или, как говорил Николай Павлович, вдоль дороги, где засорение полностью…

Опора и надежда на то, что экологические проблемы будут решаться с помощью населения, с помощью тех общественных организаций, объединений, которых множество в России. И мы убедились, что даже на таких важнейших направлениях первыми сигналят о неблагополучии общественные объединения. Вспомните, парламентская комиссия выезжала на "Сахалин-Энерджи", когда на крупнейшем строительстве началось безобразие… Мы убедились, что наиболее верные, наиболее оптимальные подходы были у общественных организаций Сахалина, которые сигнализировали, говорили, ходили к чиновникам, писали в Москву. Но от них отмахивались, как от назойливых мух, и делали свое дело. Деньги делают свое дело. Экономика делает. И мы бессильны, бессильны потому, что деятельность общественных организаций не прописана в должной мере законодательно.

Основой деятельности общественных организаций в области природоохранного контроля является, вы все прекрасно знаете, статья 42 Конституции Российской Федерации: "Каждый имеет право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением".

Однако надо учитывать, что наши правоохранительные органы не имеют традиции рассматривать Конституцию как акт прямого действия. И в данном случае необходимы прецеденты – или суды, или шумиха в прессе, или привлечение высших должностных лиц для решения этой проблемы. В цивилизованных странах, если Конституцией это прописано, любое действие чиновника, любое действие нормативно-правового акта должно не в противоречие с Конституцией вступать, а в подтверждение Конституции.

В постановлении Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2000 года "О мерах по совершенствованию природоохранной деятельности в Российской Федерации" отдельным пунктом отмечена необходимость налаживания конструктивного взаимодействия органов исполнительной власти с экологическими и общественными организациями и движениями, объединениями предпринимателей по вопросам природоохранной деятельности.

В развитие этого есть такие статьи и в Положении о Министерстве природных ресурсов, но их постоянно и повсеместно игнорируют. Несмотря на это, многие общественные организации, предприятия активно работают по охране окружающей среды. Они были отмечены на первом Всероссийском конкурсе "Экологическая опора России", который по решению Комитета Совета Федерации по природным ресурсам и охране окружающей среды был проведен в 2007 году. Были представлены и отмечены 139 организаций всех субъектов Российской Федерации (всей России) соответствующими общественными и государственными наградами. Это говорит о том, что наши люди хотят жить в здоровой обстановке, что они, несмотря на те препоны, которые существуют в законодательстве и со стороны органов власти, все-таки работают, борются и добиваются, чтобы наша жизнь была чище и лучше.

В жизни все намного сложнее, чем даже я говорю, особенно в современных условиях, когда перед тем, как строить, должна быть готова предпроектная, проектная документации. Именно на этой стадии общественные организации должны участвовать непосредственно в подготовке того или другого мероприятия. Я вам скажу, что к этим документам у нас общественные организации никогда не допускаются. Вот в Москве в районе Новокосино есть замечательный зеленый массив, столетние сосны. А решение приняли без всякого экологического обоснования, по крайней мере не показали не только общественным международным организациям, но даже Общественной палате! И получилось так, что вырубают столетние сосны, 100 деревьев вырубают, три оставляют и говорят: "Вот, видите, мы вписались в ландшафт, оставили три сосны". Понимаете, какое идет варварство!

Если бы общественные организации на этапе предпроектного планирования были в курсе, этого не было бы. Если бы общественные организации знали, видели из документов и вынесли гласно на суд общественности, не было бы такого положения. И это не только там, я привел как пример только один район, где мне непосредственно лично надо было участвовать, и я участвовал в этом, а другие примеры вы видите сплошь и рядом. Каждый день из средств массовой информации мы это видим.

Именно к такому итогу, на мой взгляд, привело изъятие из Федерального закона № 232 от 18 февраля 2006 года "О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации" такой документации, как объекты для экологической экспертизы. В соответствии с Федеральным законом "Об экологической экспертизе", действовавшем до 1 января 2007 года, государственная экологическая экспертиза предпроектной документации должна была проводиться в обязательном порядке. Требования обязательности и гласности проведения экологической экспертизы, правовых и экологических последствий реализации объектов в природной окружающей среде обеспечивали реализацию конституционных прав граждан на благоприятную окружающую среду. Изменения, внесенные в Федеральный закон "Об экологической экспертизе", ограничивают права граждан, практически лишая нас возможности выражения своего мнения по объектам, исключенным из области применения Федерального закона "Об экологической экспертизе".

Общественные организации поддерживают необходимость восстановления экологической экспертизы как правового инструмента предупреждения негативного воздействия на окружающую среду для особо опасных и технически сложных объектов, об этом уже говорилось в докладе Николая Павловича. Я подчеркиваю, что это требование людей, они говорят, что это надо делать, надо проводить в жизнь.

В соответствии с экологической доктриной Российской Федерации, которая принята и одобрена на долгосрочный период, вы знаете, одними из необходимых направлений в системе государственного управления и охраны окружающей среды являются совершенствование механизма и усиление роли государственной и общественной экологической экспертизы, включая экспертизу проектов, технологий и государственных программ. Это отвечает и основным подходам к оценке окружающей среды, принятой европейским сообществом.

К сожалению, на сегодня мы можем говорить, что понятие "общественный экологический контроль" в российском законодательстве прописано слабо, а он может и должен включать в себя следующие направления. Не буду их озвучивать, отдам Вам, это непосредственно можно прочитать в сборнике. Я думаю, что их необходимо было бы включить и в проект решений парламентских слушаний. Все эти права в той или иной степени отражены в законах, но, к сожалению, не регламентируются в подзаконных актах и не имеют механизма реализации. Поэтому многие чиновники госорганов, руководители строек различного уровня отмахиваются, как от назойливых мух, и от общественных организаций, и от всех нас.

Н.П. Чуркин

Спасибо, Александр Николаевич. Вы затронули действительно больную тему – общественный экологический контроль. Вы знаете, я со всем согласен на 100 процентов. Бизнес делает свое дело, но, к сожалению, бизнес до такой степени стал нечистым (мы его заставляем быть нечистым), что он уже вошел полностью и в среду общественного, будем так говорить, мнения. И иногда это общественное мнение, к нашему сожалению, за деньги высказывается совершенно не то, которое реально существует в том или другом случае.

Поэтому, действительно, необходимы не только законодательство, не только наши подходы, расчеты и так далее, но и должны быть честные, профессиональные люди на своих местах, а самое главное, наше общество должно быть немножко… Ну, я так скажу, раз мы экологи, мы должны провести экологическое воспитание человека со всех позиций, в том числе и с позиции сознания по отношению к ближнему, по отношению к государству, по отношению к будущему и прошлому, тогда мы с вами будем жить нормально.

Слово предоставляется Николаю Александровичу Архипову, председателю постоянного комитета Законодательного Собрания Вологодской области по экологии и природопользованию. Подготовиться Пикунову Сергею Владимировичу.

Очень приятно, что Вологодская область у нас сейчас во всех мероприятиях принимает активное участие. И Грачев, заместитель губернатора области, постоянно присутствует на многих мероприятиях. Самое главное, что они вносят нам очень хорошие предложения. И я скажу, что, наверное, это правильно, это поворот субъекта в сторону центра для того, чтобы вести диалог с центром.

Тему выступления Николай Александрович, наверное, обозначит сам. Пожалуйста.

Н.А. АРХИПОВ

Уважаемый президиум, уважаемые слушатели! Сегодня такая актуальная тема. Действительно, равнодушно к этому вопросу отнестись нельзя. Я, Лариса Павловна, полностью согласен с Вашим выступлением, потому что на сегодняшний день о системе управления охраны окружающей среды у нас в Российской Федерации говорить просто, наверное, и нельзя, потому что ее нет. Если я могу сказать, может, это и нехорошее слово, но это – "бурливая" система, которая направлена не на экологию, а против нее.

Посмотрите сегодня по платежам. Платежи на сегодняшний день – это чисто пополнение бюджета. И если у законодательной власти нет взаимоотношений с исполнительной властью, то и все платежи, и все мероприятия будут просто-напросто забыты.

Я могу сказать, что в Вологодской области в этом направлении есть определенный положительный момент. При формировании бюджета области на текущий год мы выделяем отдельную статью "Охрана окружающей среды", где 100 процентов платежей (это 40 процентов в части субъекта) идет четко на экологию. Это распределяется и на воспитание подрастающего поколения, и на проведение занятий школ практической экологии, на техническое перевооружение и так далее. И плюс к этому – дополнительно деньги из бюджета, которые идут в так называемые дотационные районы.

Что касается вопросов экологического страхования, то эта тема, наверное, будируется уже давным-давно. Мы три года назад в Вологодской области провели большую конференцию по Северо-Западу, направили материалы в Государственную Думу, а там забыли, наверное, их прочитать.

На сегодняшний день мы имеем определенный опыт работы в экологическом страховании. Страховой компанией "Шексна", которая работает в этом направлении, у нас застрахованы накопители, то есть гидротехнические сооружения и объекты, которые могут негативно воздействовать на окружающую среду.

Я считаю, что эту тему необходимо поднять. И те законы, которых сегодня нет в Российской Федерации… Считаю, это заложено в рекомендациях, эти законы нам необходимы.

Я бы добавил к рекомендациям еще один момент, по пункту 2.2, в котором Правительству Российской Федерации рекомендуется разработать целевую программу. Необходима еще целевая программа "Чистая вода", потому что с водными ресурсами, особенно с питьевыми водными ресурсами, наверное, во многих субъектах Федерации положение дел не самое лучшее.

Учитывая то, что Председатель Правительства данный вопрос поддержал, мы 22-го числа на расширенном заседании нашего комитета в области в честь Дня воды проверили состояние водных ресурсов Вологодской области, было высказано пожелание поддержать программу "Чистая вода". Я готов сотрудничать во всех направлениях. Благодарю за внимание.

Н.П. Чуркин

Спасибо за такой хороший подход к нашему обсуждению. Должен сказать, Николай Александрович, что очень правильно Вы поднимаете вопрос о программе "Чистая вода". Здесь у нас сидит депутат Государственной Думы, представитель центральных исполнительных органов "Единой России". Как раз проект "Чистая вода" уже обсуждался в стенах Государственной Думы, но в рамках программы "Единой России". Приглашалось большое количество наших научных сотрудников, выступал наш главный санитарный врач, только там он небольшую ошибку сделал, наверное, но ничего, потому что это действительно очень сложная проблема. Мы все равно предложили, мы все равно включим ее в наши документы, потому что партийные программы — это партийные программы, но Правительство, конечно, должно заниматься этими вопросами. Без воды, без питания мы ничего не сделаем, это естественно. Спасибо Вам.

Сергей Владимирович Пикунов, директор Департамента окружающей среды и экологической безопасности Ханты-Мансийского автономного округа – Югры. Пожалуйста. Приготовиться прошу Бобылева Сергея Николаевича.

С.В. ПИКУНОВ

Добрый день, коллеги! Я хотел бы остановиться на двух моментах экономического регулирования, установленных в законодательстве. Первое – это разработка и реализация природоохранных программ. И о втором расскажу кратко, пройдусь все-таки по оплате.

Вы, наверное, знакомы с ситуацией в нашем автономном округе, он лидирует по многим позициям по добыче нефти, занимает второе место по выработке газа, первое — по выработке электроэнергии. И все это каким-то образом отражается, конечно же, на техногенной нагрузке: 5400 аварий на нефтепромыслах, а это 82 тыс. километров трубопроводов, и 4,2 тысячи надо менять, они требует замены, это высокая аварийность и загрязнение земель. Мы оцениваем по результатам космической съемки: произвели дешифрирование космических снимков и получили 35 тыс. гектаров нефтезагрязненных земель на территории округа.

Понятно, что с этими объемами надо работать. И как же распределяется та техногенная нагрузка? Она выражается в определенных финансовых доходах разных уровней бюджетов. И если мы посмотрим, что имеет округ в этой связи, то за 2006 год доходная база, образованная в виде всех налоговых отчислений на территории округа, составила 945 млрд. рублей. Из них 780 миллиардов ушло в федеральный бюджет. Я прошу сакцентировать на этом внимание – 82 процента доходов ушло с территории. А мы остались с той же техногенной нагрузкой, которая была на территории, с этой грязью. А когда мы переходим на программы, одни из основных инструментариев экономического регулирования, что же у нас получается? Федеральный бюджет практически в программах не участвует.

Региональный бюджет. У нас действуют три целевых программы, направленные на охрану окружающей среды. Это программа "Оздоровление экологической обстановки до 2010 года" с объемом финансирования 1,5 млрд. рублей, это программа "Проблемы развития жилищно-коммунального хозяйства до 2012 года" с объемом финансирования 41 млрд. рублей, из них 5,6 миллиарда идет на мероприятия по охране окружающей среды и утилизации отходов, водоподготовке и водоотведению. Это средства муниципальных образований, но уже в силу незначительных бюджетных поступлений сумма их незначительна – всего 273 млн. рублей за 2007 год. И это программа "Предприятия-природопользователи". Мы считаем, что установленные нормативными актами требования к производственной деятельности должны полностью осуществляться полностью за счет средств предприятий. Здесь бюджет не должен участвовать, а мы должны создать определенные условия для нормального пользования через те же контрольные мероприятия. Вложения предприятий оцениваются по типовой форме 18-КС, за 2006 год – 4,5 млрд. рублей, это на капитальные. Но если оценивать общие вложения предприятий-природопользователей на территории округа, эта сумма составляет около 20 млрд. рублей.

Когда мы расписали всё по уровням бюджета и учли средства предприятий, у нас получилась картина, что федеральный бюджет практически в реабилитации территории не участвует. Да, "Единая Россия" сейчас вышла с инициативой взять под свой патронат чистую воду. Да, действительно, здоровье населения во многом зависит от той воды, которую мы пьем. Хороший почин, но опять же рекомендации даны – субъектам Федерации разработать программы. То есть опять же дополнительная нагрузка на субъекты.

Мы оценили, в частности, ситуацию, что нам нужно, чтобы сработать на экологическую безопасность территории, то есть потенциально обеспечить объектами, которые определяют экологическую безопасность: это чистая вода, которую мы пьем, водопотребление, это водоотведение, канализационные объекты и объекты по сбору и утилизации отходов. Все это нам обошлось в планируемую сумму 18 млрд. рублей. Понятно, что такую сумму бюджет переварить не может. В муниципалитетах денег нет. Субъект одноразово… Ну, за прошлый год бюджет наш составил 106 млрд. рублей. Понятно, что 18 миллиардов он выложить за раз не может. Даже если мы распишем на пять лет, нагрузка на бюджет довольно основательная.

Что хотелось бы в связи с этим? Все-таки федеральный бюджет тоже должен нести определенную ответственность, но ответственность через те же целевые программы. Но принцип должен быть не заявительный, как сейчас это делается, а порой и, скажем так, разработчиков программы найти невозможно. В министерство два года пытался ходить, не выходил ничего. Если на уровень замов нет выхода, значит, никаких программ не будет.

Какие направления должен взять на себя федеральный бюджет? Если в области отходов, то это создание региональных центров по вторичным отходам. Субъект должен на себя взять межмуниципальные объекты, и то же самое в рамках выравнивания бюджетов, дотационности муниципальных образований – это объекты, полигоны бытовых отходов непосредственно муниципальных образований. Это было бы нормально и вполне справедливо.

Сейчас очень много говорится о попутном газе. Вчера Зубков озвучил, что надо фискальными средствами добиваться повышения коэффициента утилизации газа до 95 процентов. Округ, наверное, уже лет десять выходит с такой законодательной инициативой, в принципе мы все свои нефтяные компании (на территории округа 56 компаний работает) обязали разработать долгосрочные программы по повышению коэффициента утилизации газа. В принципе это все исполняется, к 2010 году мы все равно на 95 процентов выйдем по тем долгосрочным программам. Но можно сколько угодно обязывать предприятия, если не создана инфраструктура по сбору и переработке газа, предприятия сами ничего не будут делать, и газопоршневые станции коренным образом ничего не решают. То есть государство опять же должно потратиться на создание мощностей по переработке газа. А на территории округа ежегодно сжигается 6 млрд. кубов газа. Но как-то это не воспринимается. Чтобы было понятнее, мы 6 млн. тонн нефти в переводном коэффициенте выкидываем на ветер. Если сейчас умножить на баррели, да на шестерку еще, получается вполне понятная и объяснимая цифра.

Что касается платы… Можно много говорить, что плохая система, хорошая система, приказ № 204 Ростехнадзора можно в принципе не исполнять… Постановление Правительства Российской Федерации № 632, к нему же идет приложение – инструктивно-методические указания, там четко расписан механизм: поквартальные авансовые платежи, итоги подводятся по году и плата вносится за размещение отходов за отчетный период. Но не это главное, а то, что у нас сейчас занимается платежами человек просто неподготовленный. Нет элементарных знаний, он даже формулу не представляет, по которой надо считать. И сидит специалист, который визирует миллиардные платежи, не имеющий специального образования. Если мы возьмем закон о госслужбе, а у нас все государственные служащие, то получается, что должны быть три года стажа, специальное образование или образование по смежным дисциплинам. Это практически не соблюдается. Если вы направите депутатский запрос, дайте по Ростехнадзору и по Росприроднадзору, я не хочу говорить про другие территории, может быть, как-то там лучше ситуация, но у нас на территории специалистов практически нет. Когда в свое время, когда Госкомэкологию ликвидировали, мы специалистов честно поделили на Росприроднадзор, Ростехнадзор и службу субъекта. Но постепенно в силу незначительности оплаты, которая была в федеральных органах, часть перешла в нефтяные компании, часть вообще не известно, где сейчас находится, и, по сути, охраной окружающей среды занимаются в федеральных органах специалисты, которые не имеют на то основания и права в силу закона о государственной гражданской службе. Вот такие аспекты.

Чтобы мы хотели предложить? Ускорить принятие закона о плате за негативное воздействие на окружающую среду. Это тот законопроект, который подготовлен Грачевым. Сейчас будет два таких законопроекта. Но все-таки в этом законе должно быть предусмотрено исчисление платы в размере, адекватном негативному воздействию.

Если мы вспомним постановление № 632… Там же был хороший механизм заложен: плата равнялась затратам на утилизацию одной тонны отходов. Либо ты утилизируешь, есть мощности для этого, либо платишь в пятикратном размере. Хороший механизм экономического регулирования, то есть заставить строить мощности.

В этом законе должен быть отражен механизм экономического стимулирования природопользователей. Корректировки, например, – хороший механизм был и работал нормально. И хотелось бы, чтобы был предусмотрен целевой характер расходования платы. Сейчас, если взять муниципальные бюджеты, – дай им деньги на строительство полигона. Но, когда оцениваешь, допустим, 111 миллионов поступило в виде платы за негативное воздействие. Растворились. Вот этого растворения нельзя допускать. Ведь в том же постановлении № 632 заложено: плата несет компенсационный характер. Либо надо у предприятия оставлять эти деньги, но они должны их по целевому назначению использовать, либо прописать в законе: то, что поступило в виде платы, должно быть направлено на реализацию природоохранных мероприятий. И должно быть закрепление функций административной платы по уровням государственного экологического контроля. Если уж нам разделили эти уровни, наверное, надо и администрирование доводить до логического конца. Но вообще охрана окружающей среды в разделенном виде – это, по-моему, нонсенс. Природа у нас одна и должен кто-то один контролировать. У семи нянек дитя без глазу.

Необходимо обеспечить финансирование за счет средств федерального бюджета мероприятий, направленных на реабилитацию территорий, подвергшихся хозяйственному воздействию. Федеральный бюджет должен все-таки немножко участвовать в программах.

Необходимо оптимизировать разделение полномочий между федеральным и региональным уровнями власти в части наделения субъектов Российской Федерации полномочиями по нормированию в области охраны окружающей среды в отношении объектов, подлежащих региональному и государственному экологическому контролю.

Лариса Павловна правильно говорила, что нормирование, которое сейчас осуществляется, это нонсенс. Мы ничего не нормируем. Нормирование должно заключаться… у нас сейчас по воздуху пошло… ладно, с формулой расчета... Но мы с вами должны оговаривать, вот есть нагрузка на территорию, и до каждого предприятия донести: ужимайся, ты выходишь из лимита.

У нас же сейчас разовый… и непонятно кому что мы даем и как мы нормируем. Ничего не нормируем. Потому что нет нормативов качества.

И, наверное, нужно произвести корректировку методики определения предотвращенного экологического ущерба, придав ей статус методических рекомендаций по определению эффективности, результативности деятельности природоохранных служб. То есть тот предотвращенный ущерб, который мы всегда считали, показывали свою деятельность, все-таки надо сделать мерилом всей нашей работы, работы природоохранников. На этом спасибо.

Н.П. Чуркин

Спасибо, Сергей Владимирович. И скажите спасибо Николаю Александровичу, он время сэкономил, Вы как раз это время использовали. Мы вошли как раз в график работы, мы и не останавливали Вас поэтому.

То, что Вы сказали по попутному газу… Мы были у Вас, помните, в декабре проводили выездное заседание. Владимир Иванович там нас встречал, и Сондыков, глава Законодательного Собрания. Мы были, по-моему, на Березовском месторождении?

Вот эти проблемы, о которых Вы говорите, действительно очень острые. Но куда они этот газ соберут? Факела они, будем говорить, немножко погасят, а кто будет перерабатывать попутный газ? Действительно, проблема большая. Если государство не будет участвовать в этой программе, мы потеряем и то и это. В землю трубы очередные зароем, и больше, по-моему, ничего.

Но я правильно, наверное, сказал в своем докладе, что специалистов-то нет, и перераспределили мы функции. Мне даже кажется, когда распределяли (тогда еще была Татьяна Алексеевна, она была еще замом Кудрина и в социальной сфере не работала), и я ей говорил, что мы этот 122-й закон приняли не для того, чтобы какие-то соцпрограммы... Мы придумали, чтобы бюджет наполнить за счет тех работ, которые федералы делают, потом отдать функции опять субъектам, а деньги так и оставить наверху. И произошло то, о чем Вы говорите.

Слово предоставляется Сергею Николаевичу Бобылеву, профессору кафедры экономики природопользования Московского государственного университета имени Ломоносова. Подготовиться Медведевой Ольге Евгеньевне.

Пожалуйста, Сергей Николаевич.

С.Н. БОБЫЛЕВ

Уважаемые коллеги! Я хотел бы немного расширить круг обсуждаемых проблем и затронуть немного проблемы макроуровня, макроэкономической политики, в том числе и более общие проблемы для правового механизма.

Пожалуйста, слайд. Вот здесь такая достаточно простая схема. Для нас с вами главное, что на самом деле все меры и механизмы, которые мы применяем в экологической сфере, можно разделить на две большие группы. В первую входят макроэкономические меры, это, как видите, структурная перестройка, экспертная политика, налоги, почвенные и так далее. И второе, о чем, собственно, мы сейчас в основном и говорим, – это меры целевые, экологические, это платежи, экологическое право и так далее.

Следующий слайд. Здесь вы видите такой достаточно большой список. Как бы описывая экологические проблемы на макроуровне, наш уважаемый председатель сказал, что мы должны, в общем-то, совмещать экономическое развитие и экологическое, базируясь на устойчивом развитии. Вот здесь перечислены проблемы, и совершенно очевидно, что современная российская экономика, вообще-то говоря, идет по пути антиустойчивых тенденций. Здесь они перечислены. И дальше я, может быть, затрону только некоторые из них.

Следующий слайд. Самая главная проблема – как все-таки включить экологический фактор в процесс принятия решений. И вот в связи с этим на макроуровне показатель ВВП – плохой показатель. Вот мы сейчас с вами удваиваем ВВП, утраиваем. На самом деле экономическая теория давно говорит о том, что ВВП – хороший показатель для развитых стран, но плохой показатель для двух типов стран: для стран с большим природным капиталом и для стран с социальными проблемами.

Так что можно экстраполировать все наши тенденции, когда мы сейчас увеличиваем ВВП на основе практически проедания природного капитала, вывозя все, что можно, не решая социальные проблемы, проблемы роста доходов, низкой продолжительности жизни и так далее. Вот, вы видите, в конце приводится цитата от Министерства природных ресурсов, что рентабельных запасов нефти у нас осталось до 2015 года, а ВВП-то растет. И поэтому, на мой взгляд, важнейшая проблема – это как включить экологические факторы, и такие подходы есть.

Следующий слайд. А есть такой показатель, который разработан Всемирным банком, – показатель истинных внутренних сбережений. Он рассчитывается для 150 стран мира и ежегодно публикуется Всемирным банком. И вот в этой табличке вы видите, где находится Россия. 2006 год – минус 4 процента. В прошлом году уже, по-моему, минус 10.

Как получается этот показатель? Показатель на самом деле очень простой, но с точки зрения здравого смысла и нас, экологов, очень понятный. У нас есть некий макроэкономический показатель, из которого мы вычитаем две величины. Мы вычитаем истощение природных ресурсов и вычитаем ущерб окружающей среде. То есть понятно, что с точки зрения развития общества, экономики будущего эти величины идут не в плюс валового внутреннего продукта, а в минус. И когда мы вычитаем истощение нашего природного капитала, мы получаем отрицательный показатель. Этот показатель отрицателен в течение последних, кстати, семи лет, когда публикуются данные Всемирного банка, то есть все последние годы. Вот до этого у Всемирного банка данной методики не было, это относительно новый показатель. То есть понятно, что общество, которое проедает свой природный капитал, не может считаться развивающимся, устойчивым.

Часто говорят, что вычитание природного капитала присуще всем странам, которые имеют большой природный капитал. Например, Норвегия – плюс 11 процентов, Канада – плюс 5 процентов, да и у США тоже неплохой природный капитал – плюс 4 процента.

Следующий слайд. Следующая очень печальная проблема макроуровня – это утяжеление структуры экономики. На самом деле российская экономика становится все более грязной и тупой. И в связи с этим пытаться как-то бороться с этим, когда этот вот наш экономический танк идет в совершенно очевидном направлении, достаточно сложно. Мы можем сложить два столбика (главные загрязнители) – энергетический сектор и металлургический сектор. В 1990 году удельный вес этих двух секторов в экономике составлял 23 процента, в 2005 году – практически 53 процента. Более половины российской экономики – это отрасли, секторы — загрязнители, поэтому макроэкономические тенденции совершенно очевидны.

Что происходит с тем сектором, который все-таки относительно мало воздействует на окружающую среду, прежде всего с машиностроением? В 1990 году – это 31,5–32 процента, а сейчас только 19 процентов. Поэтому наши избранный и нынешний президенты произносят очень правильные слова: инновация, диверсификация, экономика знаний, развитие высокотехнологичных отраслей. Эти слова произносятся уже последние лет пять, и очевидно, что так дальше развиваться, то есть сидеть на "сырьевой игле", нельзя. Это произносится на всех уровнях, но тенденции, к сожалению, в экономике такие. Вывод следующий: надо менять на макроуровне и экономические, и правовые механизмы.

Следующий слайд, пожалуйста. Структурно-технологическая перестройка. На мой взгляд, самое главное, чего мы сейчас должны, вообще-то, добиться, это все-таки поменять такую тяжелую, грязную структуру экономики. Есть совершенно простые расчеты, что мы можем сейчас освободить до половины используемых природных ресурсов благодаря созданию даже не каких-то фантастических, а просто нормальных, распространенных в мире технологических структур. Например, в энергетике у нас есть энергетическая программа, программа энергосбережений, где показывается, что мы можем элементарно сэкономить от 40 до 50 процентов за счет достаточно традиционных технологий.

Следующий слайд, пожалуйста. Тоже достаточно печальный слайд, демонстрирующий износ основных фондов. Когда мы говорим, что, конечно, нам надо создать систему стимулов, наказывать загрязнителей, все это, безусловно, так, и все это надо делать. Но что происходит в стране? Сейчас, как вы видите, добыча полезных ископаемых… (был очень хороший доклад предыдущего коллеги из Ханты-Мансийского округа), когда свыше 50 процентов фондов уходит на все мыслимые физические износы. В стране большинству фондов вообще 20 лет, ясно, что взорваться может в любой момент, где угодно, везде: это аварии, катастрофы и так далее. С другой стороны, мы должны понимать, что штрафовать-то мы можем, но при такой жуткой материально-технической базе тоже надо понимать реальность наших требований. Понятно, что на макроуровне это означает изменение инвестиционной политики.

Следующий слайд, пожалуйста. Когда мы говорим, что с точки зрения экономистов мы формируем экспортно-сырьевую модель, то проблема номер один, конечно, это что делать с энергетическим сектором. Видите, внизу приведены цифры, что это 50 процентов всех выбросов, 30 процентов отходов и 70 процентов общего объема парниковых газов.

Как я уже говорил, достаточно очевидно, что на основе традиционных технологий можно экономить очень много – до 50 процентов. Здесь приведен пример Норвегии, которая давно это делает.

Следующий слайд, пожалуйста. Но я хочу обратить ваше внимание на те расчеты, которые сейчас делаются. В настоящее время, как показывают, в частности, доклады Римскому клубу и так далее, даже в мире можно сократить энергоемкость и удельные затраты от двух до четырех раз. Россия же может сократить их при использовании нормальных технологий от четырех до шести раз и, что очень важно, увеличить наш ВВП раза в три, имея весь прежний уровень сырьевой добычи.

И последний абзац – это упущенный экспорт. Есть такая оценка английских экспертов, что мы ежегодно теряем упущенного экспорта 250 млн. тонн условного, соответственно, нефтяного эквивалента. Мне кажется, очень важный вывод, что главное "месторождение" сейчас находится в европейской части страны. Здесь плещутся моря нефти и газа, которые можно сэкономить (вот эти 250 млн. тонн). И не надо буравить новые месторождения, идти сейчас на Ямал с совершенно непонятными последствиями, на шельф и так далее. Давайте мы с вами создадим (то, к чему нас тоже призывают) инновационную экономику и все-таки начнем экономить то, что у нас есть.

Следующий, пожалуйста. И я еще хотел сказать пару слов про здоровье населения. Мы провели расчеты на кафедре. Сейчас ущерб здоровью от загрязнения окружающей среды составляет для некоторых регионов от 8 до 10 процентов валового регионального продукта. Это больше темпов роста тех же самых наших показателей, которые мы абсолютизируем.

В заключение у меня такой достаточно печальный вывод. Мне кажется, что к проблеме надо подходить шире. То есть мы можем поставить человека с автоматом к каждому месторождению, к каждому дереву, но, к сожалению, когда экономика идет так, как я сейчас говорил, то менять правила игры, экономические и правовые механизмы надо на макроуровне. И если мы этого не сделаем, то, боюсь, будем формировать только догоняющие механизмы в охране окружающей среды. А нам надо формировать опережающие механизмы.




оставить комментарий
страница1/3
Дата15.10.2011
Размер0,93 Mb.
ТипЗакон, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх