Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В. Ломоносова. 2010 года icon

Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В. Ломоносова. 2010 года


Смотрите также:
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс Философии и Философии Науки ХХI века для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс философии и философии науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс философии и философии науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс философии и философии науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...



Загрузка...
скачать

Студенты - Физ. МГУ (2010/Ч.2/Разд. 6(4)/25) Понедельник, 08 Ноября 2010 г.

Работа выполнена Апариным Алексеем Андреевичем, группа 409-509

(Кафедра Физики элементарных частиц)

,© Mark V. Zhelnov. Student’s Lectures. 2010.


Курс Философии и Философии Науки ХХI века

для СТУДЕНТОВ физического факультета

МГУ им. М.В. Ломоносова.

2010 года

проф. М.В. Желнова

(февраль - май, сентябрь - декабрь 2010, январь 2011, Москва)

Лекции: каждая по 90 минут - 45 /-5 мин перерыв-/ + 45

Лекции во втором семестре 10.50 – 11.35; 11.40- 12.25. ауд. 5-19.

Семинар во втором семестре: 13.30 – 14.15; Консультации 14.20 – 15.05

И далее до упора


ЧАСТЬ Вторая

Философия как она есть сегодня в этой аудитории


Раздел шестой

^ ФИЛОСОФСТВОВАНИЕ ОБ ИСКУССТВЕ, ХУДОЖЕСТВЕННОСТИ И ЭСТЕТИЧНОСТИ С ПОЗИЦИИ ЧЕЛОВЕКА XXI ВЕКА

(ПЛАТОН – АРИСТОТЕЛЬ, ДЕКАРТ – КАНТ, ГЕГЕЛЬ – НИЦШЕ, ^ ХАЙДЕГЕР – ПОППЕР, ХАБЕРМАС – ДЕРРИДА, РОТРИ – БОДРИЙЯР.)


Лекция № 25 (2010)

Онтологические философствования как вид эстетики, эстетического и эстетичности. Философствования по независимым отдельным проблемам, причудливо вышедшим на первый план в 21 веке на 08 ноября 2010 года в аудитории 5-19 на Физическом факультете.


Проблемы:

1. Истоки и становление эстетически-онтологического философствования XXI века. Единство саморазвития, самотворчества и самотворения эстетики, эстетического и эстетичности. Изменения меры конкретности паритетности между эстетическим и эпистемологическим в пользу эстетического. Аутентичная мифология онтологического плана. Эстетичность художественности и художественность эстетичности в отологии XXI века.

2. Онтология XXI века как вид саморазвития эстетики. Пределы меры конкретности постоянного воспроизведения симуляторов и «эстетическая наука». Кажимость, видимость и фантастичность здравого смысла. Клиповость комического и комичность клиповости.

3. Онтология XXI века как вид самотворчества эстетического. Проблема меры конкретности соотношение «великого искусства» и «искусства сегодняшнего дня». Символичность драматичности и драматичность символичности.

4. Онтология XXI века как вид самотворения эстетичности. Проблема меры конкретности трагичности постоянной трансформации безобразного в прекрасное и прекрасного в безобразное. Рациональность эстетичности и эстетичность рациональности.

5. Субъективно-объективная мера конкретности художественности как мера конкретности объективно-субъективной актуализации ситуации времени XXI века. Эстетичность научности и научность эстетичности.


Литература к Студенческой лекции № 25 (08 ноября 2010)

Онтологические философствования как вид эстетики, эстетического и эстетичности. Философствования по независимым отдельным проблемам, причудливо вышедшим на первый план в 21 веке на 08 ноября 2010 года в аудитории 5-19 на Физическом факультете.


Учебно-справочная:

1. В.А. Канке, Философия. Исторический и систематический курс. Учебник для Вузов.- Изд.6-е, перераб. и доп. - М.:Логос, 2009. стр. 230-232

2. Журнал «Вопросы философии», 2008 г., № 1, Волошинов А.В., «Еще раз о математической традиции красоты», стр. 102-112

3. Эко Умберто, «Авангард или красота провокации», Москва, Слово, 2005г.


Дополнительная:

  1. Степанов Ю.С. «Концепты. Тонкая пленка цивилизации», Москва, Языки славянской культуры, 2007 г.

  2. Махлин В.Л., «Второе сознание. Подступы к гуманитарной эпистемологии», Москва, Знак, 2009г.

  3. Терещенко Е.В., «Век 20. Эмансипация прекрасного и принцип дегуманизации в искусстве», в книге Философия в современном мире, Москва, Полиграф-Информ, 2009 г., стр. 229-235

  4. Зимовец Сергей «От закона Ома к квантовой теории бессознательности» Логос, Москва 2010г. №3(76) стр. 183-189

  5. Жутиков М. А. «Научная картина мира как фактор его разрушения (Взгляд на науку с точки зрения угнетенной природы)» Вопросы философии 2010 №10 стр.144-153

  6. Майнцер Клаус «Вызовы и сложности в XXI веке междисциплинарное введение» Вопросы философии 2010 №10 стр.84-98



Основная цель данной лекции:

Во-первых: В отличие от предыдущих лекций, мы не берем, не ставим своей задачей, как-то выделить какую-то определенную тему, а именно в самом заглавии лекции объявили, что просто берем отдельные проблемы, который откуда-то взялись и как-то остро обсуждаются. И хотя они, вроде бы, не связаны друг с другом, но все-таки как-то, вероятно, должны соотноситься.

Во-вторых: Постараться осмыслить основную идею, что вообще обсуждение так называемых онтологических проблем: то есть, что из себя представляет мир, ввиду специфического отношения к современной науке, которая потеряла тот блеск, который она имела ранее, что потеряла она то господствующее положение, потому что выяснилось, что далеко не все проблемы она может решить. И как указано в статье, которая вам рекомендована, она редка, она не выдающаяся, но скрытно многие сейчас начинают высказывать мнение, что «наука наукой, но угнетать природу нельзя», что «природа – это есть опасность и, в том числе, серьезная». Осторожно наука! - вот какой лозунг стали обсуждать, чего до XXI века или не было или тех кто ставил так вопрос просто высмеивали.


Каждая названная в плане лекции «проблемный концепт» (их всегда 5)

печатается в тексте отдельно

обязательно с новой нечетной страницы (кроме первой)

и повторяется формулирующий её полный текст.


Обязательная

Запись вводных замечаний о месте данной лекции в «Курсе»

и Рассуждений о логике предыдущего изложения

(Курс, Введение, Часть, Раздел, Место в разделе - Начало ,Середина, Завершение).

В том числе и фиксация их в «Колонтитулах».

Например: (Курс 2010/Введ./01) или в дальнейшем (Курс 2010/Ч.1/Р.1 (1)/Л. 03) итд.

Задание:

1.Студенческая запись полного текста ( только двусторонняя печать, Поля: верхнее, нижнее - 2 см, левое – 2,5 см, правое – 1,5 см. Times New Roman, Основа -12 [Остальное- изменение шрифта, жирность, курсив, подчёркивание , как в образцах], интервал 1,3 ), с “фонариками” (внутри «от центра»,курсив-жирный),

Помимо проделанной концептуализации «фонариками»,

2.Ещё Две Концептуализации по логике прочитанной лекции

(не менее 2-х страниц каждая)

Одна - С конца к началу, а другая с начала к концу


Кроме того

3.Пять серьёзных аналитических рассуждений

об актуальности поставленных на этой лекции проблем

из интеллектуальной жизни нашей Страны на 08 ноября 2010 .г

(не менее 2-х страниц каждое отдельно по всем 5-ти

всегда поставленным проблемам. И одно – 6-ое - шуточное.)

Название (одним предложением сразу) неожиданно возникшей и избранной Вами проблемы,

в чём состоит её противоречивость,

несколько возникающих из-за этого частных вопросов,

Ваш анализ, (обязательно с «фонариками»),

Логическая последовательность и

Итог рассуждений.


1. Истоки и становление эстетически-онтологического философствования XXI века. Единство саморазвития, самотворчества и самотворения эстетики, эстетического и эстетичности. Изменения меры конкретности паритетности между эстетическим и эпистемологическим в пользу эстетического. Аутентичная мифология онтологического плана. Эстетичность художественности и художественность эстетичности в отологии XXI века.


^ Эволюция мировосприятия
Я позволю себе напомнить вам, что когда мы изучали историко-философское введение, то я для популярности, для дидактических, педагогических целей, вам пытался нарисовать образную картину освоения человеком мира от античности в новое время и, по идее, надо было довести и до сегодняшнего дня. Поэтому истоком западноевропейского мышления и представления является античность конечно. И надо вспомнить, что в античности человек непосредственно смотрел на мир и ему мир представлялся как шар. То есть вот моя вселенная, она прекрасна, отсюда и название космос (а от этого названия, кстати, и «косметичка») и вот мир прекрасен, живой, активно изменяется каким-то образом. Ну, шар, все повторяется, нет ничего нового, под Луной, правда, потому что кто его знает, что там в другом месте. Это выражение Аристотеля. А потом, когда античность была преодолена, началось средневековье до нового времени, то я вам рассказывал, что этот шар вырос сначала в грушу, а потом эта удлиненность груши выбросилась вперед куда-то, в бесконечность в виде стрелы. Вот это выпрямление и связано с религиозным взглядом. Очень просто. Что такое учение Христа, что такое христианство? Здесь вам плохо, будет когда-то хорошо, будет воскресение, будет новый мир – ждите. И вот вы ждете уже две тысячи лет. И через каждый промежуток времени возникали теории, которые говорили: Э нет, вот завтра произойдет это воскрешение, новый мир возникнет и так далее, - это такой луч.


^ Надо все исследовать
А новое время, отвергнув это представление, отвергнув базу, взяло и из этого луча вырезало отрезок. Не знаю, что было раньше, что будет потом – это все надо исследовать, исходя из данного мне отрезка времени, вот здесь я действую, я активное существо, я преобразую мир вот в чем дело. Но я его могу преобразовать в экономике, где угодно, но могу попытаться себя переделывать и, в конце концов, выбросить все наносные представления о христианстве и его разновидностях, которым является по сути дела социализм, только в новом виде. Все равны, бедные станут богатыми, все будет хорошо и так далее. Преодолев это, я пойму, что в основе всего лежит воля к власти. И, поэтому, на фоне вечного возвращения равного, то есть каждый раз что-то уходит, меня это не интересует, мне все равно, что там будет. И новое идет, когда меня все интересует, и это равное, вот в каком смысле «равное» - возникает новое, и власть все время должна расти. А она растет и потом рушится, растет и рушится, и каждый раз новое, и человек это суть, а все остальное – прикрытие. Вот основная идея. Значит, что получилось? Начинается борьба: одно дело прогресс, связанный со знанием, с наукой, которая все более глубоко познает мир и будет впереди у нас рационалистическое объединение общества на высоких гуманистических началах, и мы построим новый мир, какой – не знаю, но что-то будет. Значит, идет такой процесс. А другой говорит, что вы это не поймете, если не будете учитывать внутреннюю структуру человека. Человека как такового, отдельного, который разрушает все это потому, что он – человек. Он не может подчиниться разуму, он действует не как Сократ, Христос, а как Дионис. И эту сторону вы никуда не уберете. А, если вы эту сторону уберете как-нибудь, то это не будет то человечество, которое создало культуру, науку, это будет что-то другое. Человека вы превратите тогда ну во что? Ну, будет, например, век машин, где вы будете выполнять роль баранов, свиней, выращивать вас будут. А может и заменят, кто его знает. Столкнулись эти две точки зрения. И что же получается?


^ Конец научного, начало эстетического
И в XIX, и в конце XX, и в XXI веке, поскольку эта идея чистой рациональности потеряла блеск и красоту, потеряла свой абсолютный приоритет, то тогда естественно, что при разговоре, о том, что же такое мир, и если я не могу объяснить, что он из себя представляет с рационалистических, научных точек зрения, то что, естественно, должно было возникнуть? А должно было возникнуть то, что я возвращаюсь к античности, я начинаю недостающие звенья, которые я не могу объяснить, в своей даже научной деятельности заменять образами. То есть эстетически и разных видов. А поэтому и получается, что я даже в онтологии, начиная рассуждать по-научному, дохожу до предела своей фантазии, а дальше говорю, что там ничто, там природа, оттуда что появляется, а это уже не обоснование научное, а это вид веры. Перенос того, что я схватываю в области так называемого «здравого смысла», который действительно дает мне много в пределах моей обыденной жизни, но, как общее представление о мире, оно не годится, даже общенаучная методология или мировоззрение тоже мне не дает окончательного знания. Я понимаю, что это есть, я соглашаюсь, что так оно выглядит, но дальше я вдруг понимаю, что многие мои решения совсем не вытекают из соображений рациональности научной, а какой-то другой. Вот она получила название эстетической. Поэтому опять онтология, разговор о мире, что он из себя представляет, на крайних этапах опять становится эстетичным. А это уже нечто другое. Да, там и саморазвитие есть, самотворчество, самотворение – все это присутствует как и в науке, как и вообще в жизни, но, поскольку, мы разделили разные сферы в области того, что называется эстетическим, то, соответственно, по разному происходит это изменение, но, в конце концов, мера конкретности паритетности, то есть что важнее: главное, эстетическое, эпистемологическое, оказывается, смещается в нашем веке в пользу некоторого приоритета эстетического. Вот эта странная, казалось бы, закономерность улавливается, но пока еще становится. А становится – это значит не так уж твердо, а тенденция наблюдается в этом плане. А отсюда получается, что все мои представления о мире это на самом деле мифология.


^ Аутентичная мифология
Только она получила название аутентичной мифологии. Аутентичная – это такое понятие, которое отличает мифы вообще, например, мифы древних греков, или народные мифы. Иногда их называют еще мифологемы – посолиднее так. Но вот называется аутентичная мифология, она и создает. Вы часто этого не чувствуете, но вы с такой же, если возьмете XX век, то наше представление, что из себя представляет мир менялись очень часто. Да и сейчас, сменится какая-нибудь космологическая концепция мира, а вы ее примете. Почему? А потому что основу для нее вы берете в каком плане? Что-то для обоснованной теории требуется дополнительного. Вы начинаете сочинять, какие-то проблемы, что для этого нужно, строить космологические концепции. А потом – раз, и они сломаются. Потом новые появляются и так далее. И поэтому надо понимать, что главное идет в чем? Что вот это художественное произведение искусства вы не ощущаете, а переносите и говорите, что мир такой, и вам нравится. Я вам дал работку, где показано, что во всех сферах, в том числе в математике, в физике часто логическое обоснование подменяется эстетическим. Прекрасная формула, прекрасное что-нибудь, мне нравится так. Вот это надо иметь в виду специфику онтологии XXI века вообще. Ну а теперь мы с вами можем посмотреть на что, отдельные проблемы.


2. Онтология XXI века как вид саморазвития эстетики. Пределы меры конкретности постоянного воспроизведения симуляторов и «эстетическая наука». Кажимость, видимость и фантастичность здравого смысла. Клиповость комического и комичность клиповости.


^ Знакомство с эстетикой
Прежде всего, я хочу напомнить вам, что же такое эстетика, что же мы вкладываем в это понятие. Эстетикой мы называем наши знания об эстетическом: сформулированные, проработанные и их как бы вырабатывают критики. А они обобщают, как складываются ваши представления о мире, и пытаются их навязать. Или ассимилировать, сказать: «А вот теперь такой взгляд господствует». Какой у вас взгляд господствует? – Такой-то. – А нужно другой. Вырабатываются, критики есть. Однако, если вы обратитесь, это само по себе идет, этого нельзя остановить. В чем слабость и сила эстетического и эстетики в частности? А потому что в какой-то сфере, если вы приняли в математике, в науке, что если вы будете только рационально, логически обоснованно, с точки зрения непротиворечивости, выводится – это вы будете считать истинным научным приемлемым, а все что за пределы выходит – это не истинно, то в эстетике, в вашем эстетическом, образном и особом восприятии мира, все обстоит далеко не так; если не наоборот. В чем дело? Вам говорят, должно быть так. Вы смотрите где-то книжки, а в жизни вам это не нравится, не идет. Эстетика, например, моды. Как вы одеваетесь, что вы едите. Обыкновенные, простые вещи. Вам навязывают одно, а вдруг вам это не нравится. На этом играют люди, зарабатывают. Вдруг какая-то мода появилась. То волосы надо носить длинные, то волосы надо носить короткие. То брюки надо носить широкие, то брюки надо носить короткие. То надо в одно место приходить в одной одежде, а в другое в другой. А это трудно уловить, поэтому надо создать. И объективно получается одна одежда, которая всегда годится. Вот и ваши джинсы появились. Куда ни придешь, ну джинсы они и есть джинсы. И это идет само по себе эстетически. Что нравится, то нравится, это не нравится. <Здесь следует нечленораздельный поток сознания, связанный с модой и прическами.> И эстетика сама должна за ней следовать.


^ Двойственность эстетики
Что-то вам говорят, что-то пропагандируют, и не поймешь, что тут есть, потому что, с одной стороны с вас нужно деньги содрать, с вас нужно что-то получить, с другой стороны промышленность не может под вас полностью подделаться, она стремиться вас подделать под себя, то есть мне выгодно в массовом порядке выпускать вот это, и будет вот это, хотите вы, не хотите, я вам это всуну. Но не всегда. Бывают осечки. Огромные деньги тратятся, чтобы провести какой-то взгляд: вот это хорошо, а это плохо, а вы это не приемлете. Вот это нужно посмотреть, это очень важно. Ну и что? Поэтому мы с вами в прошлый раз говорили, что на самом деле есть концепция, которую мы с вами будем изучать и сегодня начнем, что все, что происходит в мире это на самом деле такие симуляции, которые получили название симуляторов. То есть кто вы такие согласно эстетике? Что такое студент? Ну, раньше это должен быть умный, это должен быть учащийся, человек, который в перспективе закончит и будет где-то работать по какой-то специальности что-то делать. А этого же теперь нету. Теперь получается какая-то чертовщина. Получается, что диплом это просто красивая бумажка, которая нужна для предъявления, иначе ты вроде не переходишь в следующий класс социальный. Вот уже прошел. Свидетельство об окончании средней школы вообще ничего не стоит. Ну уж кто в наше время 4 класса кончил, ну я не знаю. Говорят, есть такие, но это где-то не в Москве, скорее всего. Короче, есть такие градации, и вы это оцениваете в целом. Ну, студент это что? Ну, где-то учится, бегает, 5 лет, не поймешь, на лекции ходит, нет. И воспринимается это уже как образ жизни, в котором надо побыть, чтобы перейти и как-то овладеть. Отсюда представление, знаменитые афоризмы и фразы. Вы получил образование высшее, чему вы научились? Получить высшее образование – это по сути дела приобрести что осталось, если выбросить все, чему вас учили и что вы забыли. Вот получается, кто-то вылупился, вот такой есть. Конечно, к нему уже другое отношение. Конечно, уже оказывается, что это настолько массовое, что надо другое какое-то представление об образовании. Возникает понятие кандидата наук, по зарубежному это доктор наук.


^ Кажимость, видимость, фантастичность
На самом деле, люди сознательно пытаются выработать какие-то взгляды, о том, как человек мыслит, их осознать и навязать окружающим нужно. И это получило название искусствоведение или есть такая эстетическая наука или научная эстетика. Хотя эстетику мы употребляем и в другом смысле как ваши отношения к миру: нравится, не нравится, с вашими представлениями. Помните, мы говорили о естественном неуродстве и уродстве – вот это она и есть. Но здесь нам важно подчеркнуть другой момент, а именно, что трудно всегда отличить кажимость, видимость и фантастичность. Потому что придумать я могу что угодно, но вот есть и в эстетике, и в эстетическом это различение. Одно дело, мне просто кажется, и, если я подумаю, то могу убрать то, что излишне; как говорится: «Когда кажется – креститься надо». И тогда рассуждениями можно от кажимости уйти. А самое интересное, что в моих образах отражается что-то, что я не могу убрать то, что мне кажется, а в основе лежит что-то более глубокое. Чтобы пояснить эту мысль, посмотрим Солнце всходит и заходит, и Земля вращается. Все-таки, как сменяется день и ночь? Вы все жизнь живете в кажимости, но вы ее так не можете убрать. Как ее можно было убрать, и понять, что это кажимость? А видимость другая совсем, она более глубокая. Значит, для этого надо было придумать всякие теоретические выкладки, всякие маятники придумать, а на самом деле только когда залезли на орбиту и катаемся туда-сюда, тогда уже можно сказать: «Извините, вот он шарик, вот он вращается» и так далее. Вы преодолеваете видимость. А то же самое происходит в вашем восприятии литературы, вам что-то нравится, а вы не понимаете, что вам нравится. А на самом деле, в литературе раньше появляется что-то новое. Вам нравится книга тогда, когда об этом еще никто не сказал, но это соответствует внутренне присущей вам тенденции. Вот в чем дело. А это другое дело. Значит, с одной стороны, вам навязать пытаются, а с другой вы каким-то образом в художественных произведениях схватываете что-то такое, что не укладывается в обычное, и это вам нравится, вы это выбираете вопреки всему тому, что вам пытаются навязать.


^ Клиповость восприятия
А по сути дела, речь идет о том, что мы в прошлый раз сформулировали. Здесь это формулируется как клиповость комического и комичность клиповости. Значит, на самом деле, вы образы перестали связывать в целое. Это иллюзия, что можно прийти в музей, увидеть гениальное произведение и сказать: «Ах, как они гениальны!» Это иллюзия, что начитавшись и наслушавшись передач про художественные образы, вы можете разбираться в произведениях. Это длительный процесс, это такое же должно быть обучение. Раньше можно было как-то связать один образ с другим, было боле менее понятно. Но сейчас вы вырываете из действительности, как сложилась жизнь. Вот вам начинают каждый час вставлять что-нибудь про пиво какое-нибудь, Сибирская корона™. Вот попей, надо чаще встречаться. Зачем хотят, чтобы вы чаще встречались? Никогда не догадаетесь. С одной стороны ну и что? Ну, есть одна реклама, ну другая, третья. Если бы! Вы и в науке тоже клиповые. Вы вырвали какие-то кусочки, что-то вы знаете в своей сфере. Раньше все-таки пытались как-то дотянуть до другой сферы, а теперь все сидят в своем колодце, где там сосед по этой сфере. Это целая проблема сложная, которую наука не может решить: насколько нужны посредники? Не те, которые роют глубоко один колодец, другой колодец, как Менгал любил говорить, глубоко, а вот из разных сфер кто будет соединять? Вот кто будет соединять, он нужен или не нужен, он великий ученый или нет? Вот был такой академик, который обеспечивал связь между всеми академиками. Ну, я вам рассказывал, что вся академия наук по физике это одна группа всего-навсего политехнического института в Петербурге в 20-х годах. Значит они все академики, а Менгал их всех соединял. Потом они куда-то разошлись, но в принципе это известно. Но мне-то важно подчеркнуть, что, казалось бы, ну и что? С одной стороны это неизбежно, а с другой стороны получается, что комично, то есть смешно. Потому что вы претендуете на какие-то выкладки широкого плана, какие-то достижения у вас должны появится. Основа какая? Кусочек клюнул здесь, клюнул здесь, клюнул здесь, что-то сложилось. В жизни вы посмеетесь, ну и что, ну ответишь ты на этот вопрос, ну и что? Смешно это, и становится даже печально, потому что комично.


^ Подмена понятий
Надо что-то серьезное, а подменяется часто таким простеньким, обыкновенным и, главное, часто не пониманием того что это именно так, а это важно. Потому что, строго говоря, философия – это не рассуждения о внешнем мире, философия – это когда у вас в башке много разных концепций столкнуться и вы сможете рассуждать, какая из этих концепций или концептов, если это что-то отдельное соединяются, которую принять, которую не принять, рассуждения о собственном мышлении. Мышление о собственном вашем мышлении. Вот как вот это бы сформировать, а не знание информации, получаемой извне. А тут нет такой строгой логической схемы, которая позволяла вам строго порассуждать – всегда неопределенность, всегда риск, решай так кусочки, а решение надо принимать. Вот это надо иметь в виду, это само по себе идет в нашей обыденной жизни.


3. Онтология XXI века как вид самотворчества эстетического. Проблема меры конкретности соотношение «великого искусства» и «искусства сегодняшнего дня». Символичность драматичности и драматичность символичности.


^ Собственная жизнь произведений
Но дальше у нас появляется еще онтология как вид самотворчества эстетического. Дело в том, что стоит выпустить автору произведение, как оно начинает жить собственной жизнью. Кто-то создал песенку, а она не пошла; а вот эта пошла. Говорят – хит, шлягер. Почему? А вот почему-то она пошла, а вот та не пошла. За то, чтобы ты, огромный деньги платят. Казалось бы, сочини маленький стишок – пять-шесть слов, причем они повторяются, а не ложатся, а на музыку тем более. Значит, что получается? То, что пошло я не могу уже отбросить, как люди поют, как они запевают. Не всякую песню можно спеть просто так, мурлыкать себе под нос, это другое дело. Значит что-то пошло. Вот это уже эстетическое, начинается мир эстетического. На таком-то уровне бренчат множество групп, которые или выступают, или в переходах орут, кричат, чем громче, тем лучше, на расстроенных гитарах, и так далее. Но я сказал "расстроенная гитара", а, казалось бы, надо играть на настроенной гитаре. А к какому выводу пришли, и правильному выводу пришли, специалисты в области музыки, эстрадных песен, выступлений? Что самый известный певец, который явно владел массами, его очень любят и слушают – Высоцкий – специально играл на ненастроенной гитаре, немного всегда ее "подрасстраивал". А вот и получается: хриплый голос, определенного типа, конечно, не просто пропитый, да еще немного сдвинута гармония, гармоника, можно сказать, а вот получается эффект. Почему? А это особая рифма: двойная рифма, вы не обращали на это внимание, а это не просто рифма: строчка – рифма, строчка – рифма, а два слова – рифма, два слова – рифма.


^ Воздействие образов
Это воздействует, становится нормой. Но не могут так люди дойти, значит, получается что-то новое. Какая рифма, какой звук, что такое? Что значит: "…Я сажаю алюминиевые огурцы на брезентовом поле…"? Что это такое? Ведь если я вам просто скажу это, вы как ответите? Ну дурак ты что ли, такую чушь сказал. А вот песня создана, и вам нравится, она пошла. Вот вы тут занимаетесь делом вроде бы каким-то, а на самом деле – ерунда, и все, что мы делаем, просто сажаем алюминиевые огурцы на брезентовом поле. Абсурд получается, но это созвучно вашей жизни, потому что вы в своей жизни каждый день делаете огромное количество совершенно бессмысленных дел и вы в них живете, и вам, оказывается, нравится жить такой жизнью. Вот мы хотели достичь того-то, а на самом деле вышли алюминиевые огурцы на брезентовом поле. Ничего другого не получилось. Образ – он живет. Уже и певец погиб, а он все идет. И, если вы проанализируете, что происходит, это оказывается само по себе действует. А тут отдельной проблемой возникает то, что вы не понимаете как соотносятся эпохи, которые родились в области эстетического, когда-то и сегодняшний день.


^ Проблемы преемственности
Вот говорят, великое искусство, мы восхищаемся античностью, видим статуи, которые мы нашли, портики всякие, Акрополь и другие вещи. Они к человеку приспособлены, не такие, но нас восхищает их гармоничность, простота, все это мы пытаемся перенести к нам. Но это уже неоклассицизмы всякие получаются. Мы с вами знаем великое искусство возрождения, живопись; мы знаем образцы нашей русской классической литературы, Пушкин там, и прочие классики языка XIX-начало XX века. А дальше что? А получается куда-то это все вроде бы уходит, но, в отличие от науки, где из одного следует другое, так ли соотносится великое искусство, которое мы считаем классическим? Скажем живопись конца XIX-начала XX века. Что это такое? Авангарды вот эти в промежутке между революциями. Что это такое? Было это? – было! – а сейчас что? Сегодня вы придите на выставки, совсем другие. Или пытаются культивировать, посмотрите как было, а что сейчас есть. Так вот, в эстетическом, художественном нет преемственности. Чем она близка к религии, к философии – каждый раз возникает все как будто с начала, применительно к сегодняшнему дню. Я, конечно, могу сказать: "Ах! Какой великий!" Да ничего подобного. Чтобы понять искусство возрождения, половины вы просто не понимаете. <как же мне нравится его стиль изложения.> Большинство произведений возрождения написаны на религиозные темы. Ну что вы поймете? Чтобы знать, что такое вечеря, надо верить, надо представлять. Если вам какой-нибудь сюжет библейский, как человека создал Бог, рука протягивается, недотягивается – это же надо знать сюжет. Знаете вы их? Да ничего вы не знаете. Да и нельзя это. Я думаю, чтобы знать Библию, Евангелие, как его главную часть, это же нужно изучать, а изучать нельзя, да и изучить нельзя.


^ Проблемы восприятия
На самом деле, именно кусочками, притчами, какими-то выражениями, обращаясь туда время от времени в течение жизни, воссоздавая это, вот если вы приобщитесь к этому представлению о мире, вот тогда вы можете понять это величие. А кто сейчас? Ну, пришел, ну изобразил, ну и что? Вот хорошее деревце. Как говорил Ростропович? Приезжает высокое искусство небылоунегонедаваливыгонялиегоне давали работать, <простите, не удержался> голодал он. Значит ездил он в деревню по путевкам, в каком-нибудь клубе на виолончели сыграет какую-нибудь вещь, а ему с первого ряда какой-нибудь дед: "Ну, ты здорово дергаешь за эти струнки!" Это другое, это не может ужиться. Вам кажется, что вы приобщены к мировому искусству. Это интересно сравнивать, но каждый раз рождается новое. Спрашивают, а когда же будет у нас снова великое искусство? А в том то и дело, что самотворчество эстетического не поддается таким простым заказам. А вот ждать приходится – будет, не будет. Интересные закономерности наблюдаются, которые свидетельствуют, вот у вас в конце написано символичность драматичности и драматичность символичности. Оказывается, вы все время должны жить в драме, то есть плохо, хорошо сталкивается и стремиться всегда к какому-то символу, который двойственен: и так его можно толковать, и так. Какие-то пьесы создал Чехов. Вот сколько там вариантов на "Три сестры", на "Дядя Ваня", кто только что не придумает, и так его и так, все новые сюжеты. Что это означает? Вот вы в этом плане и существуете. "Ах, как хорошо! Ах, как талантливо! Ах, какие замечательные артисты!" Где они, эти артисты? Значит одно дело, что-то входящее в искусство на века, а другое дело великая актриса Пугачева, гениальная, великая, на века будет. Какие века? Ближайшие уже все забыли. Это нельзя спланировать.


^ Эстетическое невозможно спланировать
Вот мы сталкиваемся здесь с величайшей идеей, что спланировать эстетическое невозможно, оно живет своей жизнью. Вы действуете согласно этому, а у вас символы меняются драматически, это значит не дошло еще до трагедии, это значит вы находитесь в состоянии, когда есть зло, есть добро, они борются одно с другим, какие-то несчастья из жизни, но в конечном счете, ну бывают такие сложные ситуации, кто-то гибнет, но в конечном счете вы хотите happy end'a. Ничего вы не хотите, потом все сложилось и пошло. Или какой-то оптимизм должен быть у вас. Или если даже какой-то пессимистический конец, то все же не очень пессимистический: ну, разошлись, ну, в другом месте как-то образуется, что-то будет и так далее. И это живет само по себе, потому что оно вытекает из образа вашей жизни: вы немного что-то творите, вкладываете, каждый из вас творец, вот такое состояние эстетического в данном обществе. У нас, сейчас, такое, какое есть. Где оно формируется? Оно формируется вот телевидение, вот что-то из-за рубежа бренчит, у вас у каждого теперь в ухе микрофончик торчит, что-то послушали, вот все гудят, что-то послушал, потом выпало, потом вставил, теперь вынул. Вот у вас клиповое представление получается. Не осуждать это надо; философская мысль к чему толкает? Ничего она не решает, она просто говорит: "Подумай об этом – ты такой и выпрыгнуть за эти пределы не можешь".


^ Грани возможного
Ты можешь, но ты должен отдать этому всю жизнь, ты же должен экзерсисы играть в течение 10-15 лет, потом выясниться, что ты хорошо техникой владеешь, а ничего у тебя не получается, потому что по соседству есть другой мальчик или девочка, который как-то особо понимает, почему-то вот он на конкурсе вылезает совсем другой. Чем отличается? А вот не поймешь чем. Трактовка, что-то вот выдвигается. Значит, получается, что это приобщение к чему-то другому, созданному искусственно. Потому что что такое пианино, скрипка? Это все искусственно созданные звуки, которые созданы культурой. Насколько она удержится. А я возьму и на тех же инструментах что-нибудь простенькое начну бренчать, переделывать классику в популярное. Вон все классические вещи переделаны в новые. Что такое, осуждают, это плохо, это хорошо. Ерунда это все, что идет, то идет. Значит, получается, такое общество, так существует в наше время эстетическое. Вы в нем живете, какое есть, такое есть, выше не прыгнешь, а ниже опуститься можно. Но это уже даже где-то не то.


4. Онтология XXI века как вид самотворения эстетичности. Проблема меры конкретности трагичности постоянной трансформации безобразного в прекрасное и прекрасного в безобразное. Рациональность эстетичности и эстетичность рациональности.


^ Эстетика побеждает этику
Эстетичность – не эстетика сознания, не бессознательное на уровне усредненного эстетического, а эстетичность. Вот именно когда вы начинаете выходить за пределы даже того, что вы можете создать, а вдруг жизнь так преображает, ломает так, что возникают новые правила игры. И эстетичность может становиться, с точки зрения предыдущих представлений, дикой. То, что кажется прекрасным, становится безобразным, а безобразное становится прекрасным. Что такое с эстетической точки зрения тоталитарные режимы, режимы уничтожения миллионов людей, режимы войны? Это же целый культ смерти, войны, силы, смерти, как того, что решает все проблемы, жизненные, пространства. Ведь это только кажется, что это неотделимо от эстетического. Ведь вся классика, Вагнер, все эти валькирий полеты, вся такая музыка – это музыка фашизма. У нас даже запрещали исполнять одно время все такие произведения. И наоборот. У нас была своя музыка: все эти бравурные вещи или замечательное песенное искусство. Ну, недотягивает, есть у нас свои, и Шостакович великие классические, но массовое замечательное песенное искусство – оно вот такое, оно живет. Но все-таки получается, что, ну как может, ну, какие вещи самые безобразные связаны с эстетикой? Например, в Чечне во время войны были так называемые "белые колготки" – это прибалты. Почему "белые колготки", да потому, что они ходили в белых колготках. Они приезжали на охоту в Чечню и соревновались. Потом, говорят, двоих-троих поймали, сбросили с самолета, но это другой разговор. А этот – соревнование. Вот оказывается, снайперы вдвоем работают, им кто-то помогает, в одиночку он не может работать. Значит, работает, а вот в чем дело? Вот, значит, классика это попасть в переносицу, нет справа немного от переносицы. Вот если ты классик, значит должен попасть. И стреляли в наших солдат, вот такие были. Но это уже что такое, как это воспринимать? Психоз? Нет, оказывается, может быть и такое. И эти все фотографии, где люди фотографируются на фоне, кого они убивают, горы трупов, когда мы теперь видим все эти фотографии. Это что такое? Значит не всем это прививается, поясняется, что это только особые, всех не переделаешь под это. И наоборот может быть.


^ Красота безобразного
То, что безобразно, может быть прекрасным. Ничего тут страшного нет. Теперь мы живем по каким-то новым представлениям о мире. Ну есть вещи которые человек есть не будет, а это самый оказывается деликатес, представляете? Я уж не говорю о всяких лягушатниках, которые считаются вкуснее всяких устриц, а просто, какой сыр там? Дорблю (DORBLU)™ - такой вонючий-вонючий. То есть, на самом деле, подпорченный. Есть форма рыбы, которую надо есть подпорченной, она считается самой классикой кулинарного искусства и наслаждения, то есть переворачивается, то, что считалось безобразным, оно теперь считается выдающимся. Другие всякие явления, можете придумывать их сами друг другу без конца. И вот в чем дело, получается, что все, что у нас наговорено, что мы считали незыблемым, как гармония, как основа эстетическое – это все не верно. Хаос, диссонанс в основе лежат. Я не знаю, занимались ли вы этим или нет, но скажем в принципе, что такое звуки рояля? Ну, на самом деле это просто проволочки особого типа, если по ним ударить, они как-то звучат, всякому известно, если сделать подлиннее, потолще, потоньше, то они будут звучать по-разному. Ну и казалось бы, какая должна быть гармония? Я бы должен был взять такой-то длины, увеличить на миллиметр – новый звук, еще на миллиметр – третий, и так далее. Вот так вот математически, гармонически расположить это все и у меня получилось бы как у специальной машины, которые все в таком типе воспроизводят механически, а это для человеческого слуха неприемлемо. Не воспринимает он такой гармонии математической.


^ Гармоничная дисгармония
А оказывается сдвинуто тоже, то есть по сравнению с такой классикой дисгармония, а она-то в основе лежит. А сейчас вообще современная музыка, как пошло оттуда, вся эта новая музыка построена на диссонансе, то есть та гармония, которая у Чайковского, у всех, оказывается заменена другой. Всякие композиторы у нас есть: Шнитке там, есть у него произведения, которые близки к гармонии, но мало, он мог и так писать, но это не то, задевает другое что-то, то есть, опять мы с вами приходим к тому, что то, что считалось безобразным, оказывается новшеством, на этом хаосе вы основываете другие свои эстетические предпочтения. Вот в чем дело. Это везде, в каждом, в чем-то всегда происходит замена одного другим. Но это связано на пределе, я вам приводил пример, а на самом деле это связано уже с трагичным, вот, в чем дело. Трагичное требует гибели одной стороны, вот, в чем дело. Или обе стороны гибнут, то есть какие-то новые образы возникают, отрицающие старое. Вы живете в этом мире. А отсюда самое главное получается, и это возникает не потому, что вы хотите, не хотите, а само собой. Саомтворится. Откуда взялось? Ну почему? Объясните, на одном этапе нравится гармония, на другом еще что-то? теперь вот дисгармония, какие-то другие. И живут вместе разные виды искусства – и такое, и такое, как-то они должны сочетаться. Но мы взяли такую сферу, которая ведет, видимо, к чему-то новой формы; но это мы взяли только искусство, а так мы смотрим и на мир. То есть, нас теперь не удивляет все, что не соответствует рациональности в научных исследованиях. Раньше пугались, как это так, не объясняется? А вот так вот. Квантовая механика в общем то феноменологическая, вот так есть, и все. Так ведь Эйнштейн и не преодолел свое отношение к квантовой механике, считал, что просто не открыто что-то там в глубине. Есть его большие труды, споры, много оппонентов всяких было. Так ведь это все и потухло, что это такое, как это так. И здесь вносится и где угодно.


^ Рациональность эстетического
А в жизни? А в жизни тоже все трагичные вещи. Одному… ну не хочется говорить о такой вещи, но вот эти все серийные убийцы, ну что это такое? Ведь это болезнь, не болезнь, а доставляет эстетическое наслаждение, скажем, раз в год убивать кого-то. Ловят их – нормальный вроде человек. Это психиатры фиксируют. Но это ведь, это уровень патологический считается. Но в других сферах, эти все драки, эти все убийства, они везде носят и эстетический характер. Скажем, драка сама по себе, она ведь и эстетический момент в себе имеет. Люди дерутся ведь не всегда по причине, а просто так. Вот не бывало у вас в молодости, собирается группа молодых пацанов, нечего им делать, надо кому-то морду набить. Зачем? Да или соседний класс, или соседний квартал. Почему, отчего? Вот идет эта группка по бульвару, обязательно нужно повалить все скамейки, тумбы, урны двигать. Что это такое? Вы скажете, этого нет. Что это такое, есть и в этом тоже, а вот выражение свое, и так далее. А этому можно найти и применение. Вот такие в армии очень нужны были на фронте, пожалуйста. Но тогда опять может перейти в жестокость, когда человек теряет образ. Начиная от грабежа до изнасилований и всех других прелестей, которые, надо четко признать, присущи не только врагам, они всем присущи. Стоит почитать, что творили, по крайней мере, на начальном этапе, наши войска, когда входили в Германию. Значит, все это есть, и это надо иметь в виду. А это значит, рациональность такая становится эстетическая другая.


5. Субъективно-объективная мера конкретности художественности как мера конкретности объективно-субъективной актуализации ситуации времени XXI века. Эстетичность научности и научность эстетичности.

А в заключении опять речь идет всегда об одном и том же у нас. Это такая художественность, мера ее. Она ваша, конкретно каждого своя мера конкретности, насколько вы можете ее схватить, понять, она у вас существует, вы ее можете не осознавать. А на самом деле, вы не можете выпрыгнуть за пределы объективные, как существует она во времени. Вы – продукты своего времени, потому что время вы как раз является источником самотворения этой действительности, которая есть, и в которой мы с вами живем. Никуда отсюда деться нельзя. Может, какой-нибудь моралист, или ученый скажет, это не хорошо, надо, чтобы все поступали с точки зрения рациональной и научности, и тогда мы будем жить в счастливом мире, у нас все будет гармонично. Говорить на эту тему можно долго, но реально жизнь, она другая, и эти моменты присутствуют. И мир мы представляем через призму вот таких впечатлений. У нас все больше замещается то, разложенное по полочкам, рациональное представление, более существенную роль на границах, особенно при самотворении, и характеристики, что такое мир, что такое онто-, играет этот эстетический момент. В основе – хаос. А вот как хаос и гармония сочетаются, и как мы должны будем жить в этом мире хаоса гармонично и в этом мире гармонии, которая разрушает хаос, вот в чем проблема. А тут рациональностью чистой не поможешь. Эстетическая рациональность все более пробивает себе дорогу.


Концептуальная обработка лекции

Лекция № 25 (2010)

Онтологические философствования как вид эстетики, эстетического и эстетичности. Философствования по независимым отдельным проблемам, причудливо вышедшим на первый план в 21 веке на 08 ноября 2010 года в аудитории 5-19 на Физическом факультете.

Краткие итоги логической последовательности лекции (от конца к началу).


В конце лекции мы пришли к выводу, что в основе всего лежит хаос. И на границах нашего восприятия, в области онтологии, при самотворении, играет роль не чистая рациональная наука. Там определяющей становится эстетическое. Источником самотворения действительности, которая нас окружает, является само время, в котором мы живем. Оно накладывает объективные пределы и на наше восприятие, и на меру конкретности художественного, являющегося неотъемлемой частью эстетического. А эстетическое напрямую связано с жизнью людей. Вот маньяки, например, нормальные вроде в психологическом плане люди, но их эстетическое мировосприятие в корне отличается от общепринятого. Да даже если и не брать крайние случаи эстетических поисков, все люди в той или иной мере заложники собственного эстетического мировосприятия. А эстетическое в процессе своего развития, самотворения, приводит к странной на первый взгляд вещи: то, что было раньше безобразным, становится прекрасным. В современном художественном и изобразительном искусстве это проще всего увидеть. И этот процесс не остановить, это процесс самотворения. Тупая математическая гармония не отвечает требованиям человека, у человека свое представление о гармонии, в основе которого лежит хаос. А в процессе самотворения, бывают конечно отдельные крайние случаи. Фашизм, например, возник отнюдь не как абсолютно разрушительное направление политической эстетики, таким он стал в процессе его осмысления и упрощения множеством людей. А у каждого человека существуют пределы, доступного ему, и определяются они в основном клиповостью мышления. Человек не способен осмысливать весь мир целиком. Даже идею стоящую осмыслить не способен – все норовит упростить и опошлить. А все потому, что мир он способен воспринимать, только разбив его на множество осколков, и глядя на каждый из них в отдельности. А подготовиться заранее и спланировать эстетическое невозможно. А значит и расцвет, как впрочем и упадок культуры, художественной чувственности, как составной части эстетики спланировать нельзя. И нельзя утверждать, что после Пушкина и Лермонтова в России обязаны быть великие писатели. Да и что значит великие? Главное ухватить суть явлений, найти емкий и точный образ для описания. Дальше от творца ничего не зависит: его произведение начинает жить собственной жизнью. и как ты не старайся, создать нечто художественное, что понравится подавляющему большинству людей априори – невозможно. Только после оценки творения людьми можно понять, пошло, или не пошло. И важно не перепутать понятия, потому что человек склонен все упрощать, сводить к клипам, фрагментам, а иногда необходимо охватить картину в целом. Вот например, является ли посредник полноценным деятелем работы? Для понимания роли посредника между великими недостаточно отрывочных сведений, надо знать картину в целом. А для этого надо различать кажимость, видимость и фантастичность, что не всегда так просто, как на первый взгляд. И не столь важно, в науке это происходит или в культуре, главное, что это самотворчество эстетики. А эстетика – это вещь двойственная, с одной стороны, эстетика воздействует на вас, но ведь вы и формируете эстетику, так что возникают иногда интересные ситуации. А эстетика, как набор знаний об эстетическом, неотделима от человеческих знаний об этом мире, от научного подхода в описании мира. Еще раньше стоит аутентичная мифология: мир – описывает, но влияет на него не так сильно, как эстетика. А в связи с этим, невозможно оказывается построить чисто научное описание мира, на каком-то этапе неизбежно начнется замена научного эстетическим. И игнорировать это получится, так как человек неизбежно старается исследовать окружающий его мир. До эстетического была для этих целей религия, а что там было у всяких древних греков и римлян, мы не знаем.



1. Мифы в современном мире.

Касаясь проблемы так называемого мифологического мышления, можно с полной определенностью утверждать: для того, чтобы впасть в мифологию, совершенно не обязательно обладать каким-то особым типом мышления. Мифология коренится не в сознании человека, а в его отношении к миру, в системе ценностей, в механизмах социальной регуляции поведения, формах и способах мировидения. Мифы ведь не обязаны быть мироописательными, претендующими на глобальность. Мифы бывают "прикладными": политическими, экономическими, бытовыми. Говоря о месте мифа в культурной традиции и о психологии мифа, мы, прежде всего, должны определить, что нас интересуют не сами мифы как определенные представления, верования или повествовательные тексты, но то, как мифы воплощаются в социальных нормах поведения человека. Надо отчетливо понимать, что миф для носителя традиции и миф для постороннего наблюдателя (в частности, и для ученого исследователя) - это две принципиальные разные вещи. И для постижения психологии мифа важно не столько то, что представляет собой сам миф, сколько то, чем он является для носителя традиции. Для носителя традиции миф является также объектом веры, и как таковой не нуждается в верификации; скорее, наоборот, миф всячески оберегается от тех явлений действительности, которые могли бы посеять в нем сомнение. Мифологический объект выше критики, выше всего, что окружает человека в повседневной жизни, и в то же время он придает ей смысл и приобщает к сакральным ценностям. Таким мифологическим объектом в архаическом обществе могут быть сверхъестественные существа, духи умерших предков, позднее - Бог с окружающими его небесными силами. В политической мифологии ХХ в. это вожди, лидеры наций, а также такие собирательные образы, как Родина, партия, народ. Мифология требует, чтобы в нее верили безоговорочно, просто принимали ее как должное, без рассуждений. Для мифологических образов и символов характерна высокая степень эмоциональной насыщенности. Они вызывают у человека не размышления, а смешанное чувство любви и страха, обожания и ужаса. Характерные примеры таких мифологических символов - это образы вождей (например, Сталина или Гитлера), образ Родины-матери, знамя воинской части. Человек мечтает о том, чтобы хотя бы издали, хоть на мгновение прикоснуться взглядом к вождю; он видит смысл своего существования в том, чтобы сохранять свою кровную связь с Родиной; он готов пожертвовать жизнью, чтобы вынести знамя с поля боя. Политическая мифология не отражает реальность и не стремится ее объяснить; она призвана управлять коллективным сознанием и поведением человеческих масс. В условиях тоталитарного государства мифология стремится заместить собой реальность. Так, например, революция, совершенная именем народа, привела к массовому уничтожению того самого народа, во имя которого она якобы совершалась. Политическая мифология должна быть проста и понятна, она оперирует не отвлеченными представлениями, а доходчивыми, визуально представимыми образами ("враг", "товарищ" и др.). Вообще она апеллирует не столько к разуму человека, сколько к его чувствам и эмоциям, к его личному психологическому опыту (не случайно так значимы в политической мифологии образы отца, матери, брата, сына). Она мало проницаема для опыта и для критики извне. Напротив, именно стойкая убежденность, готовность умереть за свои идеалы считаются наивысшим подвигом и достоинством. Политический миф глубоко дегуманизирован; он внушает человеку мысль о том, что его индивидуальная жизнь ничтожна по сравнению с теми задачами, которые стоят перед партией и государством. Наиболее благоприятны для политической мифологии эпохи тоталитарного правления. Тоталитаризм превращает свою идеологию в своеобразную мифологию, поскольку приписывает ей абсолютную истинность, считая любые другие взгляды в лучшем случае ложными, а в худшем - враждебными. Такое отношение распространяется и на науку, которая призвана подтвердить на конкретном материале справедливость данной идеологии и ложный характер любого другого взгляда на вещи. Менее прямолинейно складывается мифотворчество в экономике, там нет врагов и друзей, все там партнеры по общему делу: обогащению. Своеобразный конфликт внешнего и внутреннего восприятия мифа обусловлен тем, что сторонний наблюдатель видит несоответствие мифа реальности, носитель же традиции не сравнивает миф с реальностью, а стремится воплотить его в ней; миф для него более важен и обладает большей ценностью, чем реальность. Последней еще предстоит уподобиться мифу; она еще просто недостаточно совершенна для этого. В пределе миф подменяет собой реальность. Однако, как показывает практика, при столкновении мифов и реальности, рушатся мифы, а не наоборот. И тогда то, что казалось незыблемым, становится кучей обломков. И чем сильнее была вовлеченность конкретного человека в миф, тем труднее ему это пережить.

2. Эстетика победившая этику.

В мире искусств прослеживается одна тенденция, являющаяся, видимо, неизбежной для человека. Суть ее заключается в приоритете эстетического над этическим. Достаточно сравнить то, что считается искусством сейчас, даже с произведениями XIX века, чтобы заметить разницу. Эстетика по своей природе вынуждена развиваться, обращаясь при этом ко все новым приемам. И если, скажем, в эпоху Возрождения художник хотел нарисовать голую женщину, его и на костре могли сжечь, за попрание морали. Правда, нашли довольно быстро оправдание, именно поэтому большинство таких картин написаны по мотивам мифов. Не я придумал, не я и виноват, а тот, кто придумал, сам уже помер давно. Однако искусство должно постоянно искать что-то новое, чтобы удовлетворить чувственное восприятие человека. Поэтому современное искусство превращается в лавку с широким ассортиментом всех отбросов, черпая свое вдохновение из двух источников: убийств и секса. Современного человека не вдохновляет петь религиозные гимны, просто потому, что большинство религий исчерпало себя. Церковное пение, как музыка человеческого голоса, трансформирует молитвенные чувства в мелодии — условно и символично. Каноны этой музыки создали тот фильтр, который очищает ее от налета страстей. Для того, чтобы понимать ее, требуется предварительная подготовка. Для людей с образованием, это в основном пройденный этап, пересохший источник наслаждения. А требуется все время что-то новое. Поэтому и моральные нормы прошлого, мешающие наслаждаться настоящим, можно подвинуть, или вовсе убрать. И если раньше на смерть шли ради веры, как источника удовлетворения эстетической потребности, то сейчас готовы на все ради искусства. А оно, в таких вольготных условиях, принимает все более изощренные и извращенные формы. От пения гимнов идем к рок-н-роллу, а потом и к дисгармоничному набору звуков. Традиционное изобразительное искусство тоже, по-видимому, достигло своего предела. Сейчас не важно, что ты изобразишь, важно, как ты это подашь публике. Искусство все быстрее выходит из залов на улицы, все больше тем, ранее считавшихся запретными, становятся обыденными. Кто-то уже сейчас, узнав о взрыве в метро, может задать вопрос: "А крови много было? А кишки по стенам размазало?" И ведь найдутся люди, которые в подробностях на подобные вопросы ответят. Вот и получается – то, что ранее считалось безобразным, подвергалось гонениям, не удовлетворяло этическим нормам, теперь выходит на пик эстетического восприятия.

3. Связь эстетики с другими наукам.

Надо иметь в виду, что в эстетической проблематике важное место отводится вопросам методологии эстетического познания и деятельности, а также связям и взаимодействию эстетики с другими духовными ценностями человека. Связь эстетики с философией, ее философскую природу «выдает» и сам категориальный аппарат эстетической науки, в котором широко используются такие философские категории как «объективное» и «субъективное», «содержание» и «форма», «прогресс» и «регресс» и ряд других категорий. Конечно, не следует, в буквальном смысле отождествлять эстетику с философией. И та, и другая сферы духовной жизни человека сохраняют свою специфику. Речь идет лишь о таком взаимодействии их, которое формирует определенный способ как философского, так и эстетического мироощущения. Философия, в частности, «вооружает» эстетику системным подходом, помогает рассматривать эстетические объекты, как определенную целостность, обладающую теми или иными специфически эстетическими особенностями. В свою очередь, эстетика помогает философии формировать универсальное представление о человеке, его возможностях, раскрывает внутреннюю гармонию мира человека, указывает на творческий характер всех сторон его жизнедеятельности, возможности их преобразования по законам красоты. В эстетике активно используются разнообразные философские и общенаучные методы. Одна из важнейших особенностей эстетики состоит в ее связи с теорией и практикой развития мировой художественной культуры, которая представляет собой мощный источник, питающий эстетику как идеями, мыслями, так и важнейшим конкретным материалом для анализа различных аспектов духовной деятельности человека. Эстетика при этом стремится выявить и исследовать общие закономерности художественного творчества, развития искусства как некоего духовного целого, устанавливает его связи с жизнью, социальной и личной практикой людей, выявляет саму специфику художественной деятельности, понять которую крайне затруднительно, оставаясь в пределах какого-либо одного из видов искусства. Весьма тесной является связь эстетики с психологией, которая исследует и раскрывает механизмы возникновения, функционирования, трансформации эмоций, в том числе и эстетических, лежащих в основе постижения человеком красоты. Роль психологии в исследовании этой проблематики столь значительна, что некоторые ученые едва ли не отождествляют эти две науки, во всяком случае, готовы истолковать психологию в той ее части, которая связана с эстетическим, как экспериментальную эстетику. В основе подобного убеждения лежит мысль о том, что наслаждение красотой — коммуникативный процесс. Отказываясь от крайностей такого сопоставления этих наук, следует признать, что их взаимодействие действительно чрезвычайно плодотворно для обеих сторон. Это взаимодействие эффективно реализуется в вопросах исследования психологии творческого процесса создания художественных ценностей, анализа самих произведений искусства, процесса их эстетического восприятия реципиентом (зрителем, слушателем, читателем). В последние десятилетия в методологию эстетики все настойчивее проникают тенденции, связанные с эпохой научно-технической революции. Все активнее используются в области эстетических исследований методы таких наук, как кибернетика, математика и пр. Это особенно характерно для таких двух обширных сфер эстетического, как искусство и эстетическое оформление человеком окружающей его среды. Все активнее «вторгаются» в эстетику и методы кибернетики. С их помощью удается моделировать некоторые стороны процессов художественного творчества. Машины (точнее, заложенные в них программы) пишут музыку, сочиняют стихи, играют в шахматы и пр. Так, в области искусства семиотика (наука о знаках и знаковых системах), например, помогает исследовать структуру художественного произведения. Закономерности знаковых систем, раскрываемые семиотикой, позволяют выявить особые связи между художественными произведениями и их значениями (семантика), структурные отношения между элементами образующими эстетический и художественный знак (синтактика), коммуникативную функцию искусства (прагматика). Семиотический анализ уточняет содержание и взаимосвязь таких традиционных понятий искусства, как художественный образ, тип, форма, аллегория, метафора и пр.

4. Связь воображения с чувственным и рациональным познанием

Воображение выступает необходимой формой связи чувственного и рационального, мысленным постижением сущности объекта и его чувственной реконструкции. Чувственное и рациональное в познании находятся в неразрывном единстве. Познание движется от чувственного к рациональному, абстрактному мышлению. При этом чувственное познание рассматривается как первая, исходная ступень, а мышление - как высший уровень знания. Чувственное, хотя и осмысленно, представляет собой ступень познания, отличную от логического знания. Осмысленность чувственного опыта - условие формирования новых знаний. Влияние логического знания на чувственность часто имеет своим результатом образование воображения, которое выступает, как деятельность, созидающая понятия. Мышление же является своеобразной программой, определяющей течение процессов воображения. Воображение характеризуется как процесс преобразования образа в наглядном плане. В отличие от расчлененности логического мышления воображение обладает динамической и синтетической структурой, причем дедукция выступает как непосредственное осмысление, воссоздание целого. Всякое общее понятие как бы “отходит” от действительности благодаря своей абстрактности, чтобы глубже ее отразить. И в этом “отлете” мышления от непосредственной данности объекта, в подготовлении понятий воображение играет существенную роль. Воображение в процессе образования понятия сохраняет свою специфику, то есть созданные воображением продукты являются ни чем иным, как переработкой отраженных реальных отношений: оно выступает в качестве дополнительного фактора в процессе образования понятий, адекватных объекту. В то же время это есть создание нового единства, новой связи, новой целостности. Воображение дает возможность “видения” этого целого, общей картины явления до того, как оно будет представлено в частностях. Следовательно, в воображении способность усматривать целое раньше его частей формирует программу дальнейшего мысленного анализа. Своеобразность составляет и экономность воображения, так как его образы никогда не копируют объекта в целом, а фиксируют лишь отдельные характерные детали, но эти детали сохраняют значимость и смысл целого. Достаточно часто оно выступает в качестве догадки, связывающего звена, охватывающего и соединяющего различные компоненты опыта в стройную, целостную картину.

В ходе практической деятельности субъект одинаково опирается как на данные чувственного опыта, так и на мышление, которые теснейшим образом переплетаются. Практика опосредует переход как от чувственного к рациональному, так и от логического знания к чувственному опыту. Продукты воображения - наглядные образы - вербализуются, приобретая смысловое значение. Обобщенность, присущая воображению, дает возможность субъекту строить гипотезы, теории. Называя те или иные объекты, с которыми субъект взаимодействует, человек тем самым “одевает” чувственный опыт в своеобразный “каркас” логических понятий. Такой опыт выступает не просто как собрание не связанных друг с другом элементов качеств, свойств, а как внутреннее согласованное единство. В ходе предметно-практической деятельности субъект имеет дело с объектами, отношениями, которые раньше в его чувственном опыте не присутствовали (например, обнаруживание новых растений, минералов). Чувственный опыт должен стать коммуникабельным, то есть приобрести общественно значимый характер, чтобы он мог быть использован в деятельности многих людей и как фактор практики и как условие познания. Роль воображения в такого рода ситуация можно оценить следующим образом. Воображение соотносит новый чувственный опыт с уже имеющимся у человека опытом. Так, встречаясь с останками ископаемых животных и получая определенные чувственные впечатления, человек пытается установить связь этих впечатлений с имеющимися у него представлениями известных ему животных. Наглядное соотнесение актуального чувственного впечатления, зафиксировавшего останки животного с имеющимся ранее опытом, выступает проявлением деятельности воображения. В данном случае обнаружившаяся связь составляет творческое новообразование. Воображение, соотнося новый и старый чувственный опыт, как бы извлекает из глубин памяти и соответствующие категории, понятия. Старый чувственный опыт субъекта осмыслен, связан с определенными понятиями. Поэтому при сопоставлении его с новыми чувственными данными мы совершаем определенные попытки включить мышление в его переработку. Это не всегда приносит положительные результаты. Соотношение нового и старого опыта может оказаться неудачным, если между ними нет внутренней связи. И так до тех пор, пока не удастся приложить к новому опыту определенный категориальный аппарат. Ценностная значимость воображения обнаруживается здесь в том, что оно как бы “вплетается”, органически входит в познавательный процесс, заполняя его пробелы. Посредством догадки, а также перекомбинацией элементов, свободной игры ассоциаций оно способствует формированию новых образов, создает целостную картину знания. Сказанное о воображении характеризует его как фактор, определяющий общественную природу человеческого знания и, в частности, чувственного опыта. Само воображение сформировалось в результате общественного развития человека, его социальная форма познания. Наглядные образы обеспечивают постоянную связь мышления с конкретными ситуациями, с предметами изменяющейся действительности. Эти образы обогащают процессы мышления многими ценными деталями, утраченными в абстрактных понятиях, и часто наталкивают мысль на решение проблемы, задачи, потому что иногда бывает достаточно по-новому соотнести наглядные данные, переосмыслить проблемную ситуацию, чтобы найти искомое. В силу того воображение позволяет субъекту опираться на общечеловеческий опыт, отражая объект с позиции общего и всеобщего. “Воображение - это специфически человеческая способность. Это свойство в его социальной функции, среди других способностей, обеспечивающих общественно-человеческую жизнедеятельность. Функция эта заключается в том, что она обеспечивает человеку возможность правильно соотносить общие, выраженные в понятиях знания с реальными ситуациями, которые всегда индивидуальны”. “Вплетаясь” во все формы познавательного процесса, выступая компонентом восприятий, представлений, мышления, воображение, однако, имеет относительно самостоятельное значение. При его активном участии происходит выявление сущности объектов. Образы воображения осмыслены, в них осуществляется как бы “вторичная” чувственная реконструкция, основанная на знании субъектом части объекта. Развитие воображения здесь зависит от объема знаний, а также от интеллектуальных способностей субъекта. Благодаря связи с мышлением, воображение характеризуется как творческий акт. Имеющаяся у субъекта информация (знания) способствует формированию новых образов, реконструированных из чувственного опыта и мышления. В этих процедурах действие воображения постоянно возобновляется. Причем отсутствие или недостаток познавательной информации способствует постановке целей и задач для воображения. Роль и место воображения неодинаковы, оно по-разному функционирует в творческих актах, активно выступая в одних процессах или скрыто проявляя себя в других. В самом общем смысле воображение есть способность субъекта создавать наглядные образы (частично или полностью) невоспринимающихся явлений при ведущей роли мышления, которые служат наглядным средством выражения мышления и тем самым его конкретизации и развития. Процессы воображения в той или иной форме “проникают” во все виды деятельности человека, выполняя различные функции. Важнейшей из них является познавательная и связанная с ней эвристическая, имеющая большое значение в творческом поиске. Воображение осуществляет также прогностическую и планирующую роли, способствуя выработке целей, предваряя, предвосхищая результаты деятельности. Оно выступает и как организатор творческого поиска. Воображение помогает ориентироваться в исходном материале. Оно осуществляет и функцию определенного контроля, корректирует деятельность, способствуя адекватному отражению действительности. Воображение необходимо включает в себя элемент “рассогласования” с объектом. Но это совсем не значит, что образы воображения не имеют никакого отношения к действительности. Эвристический образ “неадекватен” лишь при метафизическом понимании действительности, как не содержащей противоречий и возможностей превращения в “свое иное”. Образы воображения отражают возможности, существующие в действительности, и реализуются в процессе их преобразования.


5. Антинаука.

Ни для кого не секрет, что в начале XXI-ого века - века космоса, компьютеров (в том числе квантовых) и высочайших достижений в области фундаментальной биологии (расшифровка генома человека, клонирование) - мир буквально захлестывают тени средневековья: астрология, "народная" медицина, псевдонаучные теории с "обоснованиями", противоречащими элементарной логике и твердо установленным экспериментальным фактам. Особенно заметно это ресурсам сети Internet, в которой серьезные научно-просветительские сайты на русском языке можно перечесть по пальцам (слава богу, для этого все-таки нужны пальцы обеих рук), а сайтов псевдонаучной и антинаучной направленности тысячи. В чем тут дело? На мой взгляд, "простой обыватель", а таких, увы, большинство, переживший за предыдущее столетие как минимум три великих научно-технических революции, пресытился достижениями науки, воспринимает их как сами собой разумеющиеся элементы окружающей действительности, не связанные с конкретными учеными и конкретными научными направлениями. Зато проблемы науки, ее неизбежные ошибки и заблуждения, выбивающиеся из привычного ряда постоянных достижений и побед, порождают неадекватное возмущение, разочарование, критику со стороны стандартного обывателя. От пресыщенности "научным шоу" появляется естественная тяга к перемене интересов, направляющая ум, не отягощенный глубоким образованием, ум, для которого в студенческие годы было важно так сдать предмет, чтобы после экзамена ничего себе не оставить, в сторону антинауки: паранауки- эзотерики- религии. Тем более что антинаука научилась хорошо словесно маскироваться. "Психофизическое воздействие", "тонкие эфирные тела", "биополе", "микролептоны". Чем эти псевдонаучные термины, за которыми не стоит ничего, кроме фантазии, на слух лучше настоящих научных - "странный атрактор", "редукция волновой функции", "нейтронная звезда", "барион", - которые подкреплены сотнями и тысячами взаимно переплетающихся экспериментальных данных и их теоретическими обобщениями? Для обычного ума, в круговороте жизни растерявшего последние школьно-ВУЗовские премудрости, ничем не лучше, эквивалентны! А тут еще религия воспряла духом и опять присвоила себе право судить о сущности человеческой этики, о смысле бытия и происхождении доброты. За последние десять лет в России ученый-атеист моложе тридцати лет стал встречаться реже, чем амурский тигр. И еще реже встречаться будут. Научным трудом в России заниматься невыгодно. Дело неблагодарное, низкооплачиваемое, а главное не нужное почти никому. Простому обывателю надо все и сразу, в идеале, кнопочку такую – нажал, и сразу стало хорошо. А уж задумываться о том, наука это или нет – это неинтересно. А это значит, что в скором времени российские наука и образование начнут испытывать не только финансовую кому, но и интеллектуальную. Все признаки очевидны уже сейчас, но пока относительно пристойный фасад сохраняется за счет людей предпенсионного и пенсионного возрастов. Но если государство еще с советских времен проводит программу по спасению популяции амурских тигров, то ученым, с большой долей вероятности, придется спасать себя самим.





Скачать 470.5 Kb.
оставить комментарий
Дата13.10.2011
Размер470.5 Kb.
ТипЛекция, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх