Собрание кроо от 08. 07. 25 Виктор icon

Собрание кроо от 08. 07. 25 Виктор


Смотрите также:
«мангазина»
В. М. Долженко с кроо «Объединение любителей животных «Друг»...
В. М. Долженко с кроо «Объединение любителей животных «Друг»...
Собрание заслушало также доклад Контрольно-ревизионной комиссии риа...
Радиостанция «Эхо Москвы»: Ищем выход...
«Виктор Ридер Стрим»...
Шаубергер Виктор – Энергия воды...
Шаубергер Виктор – Энергия воды...
Шаубергер Виктор – Энергия воды...
Всероссийский детско-юношеский литературный конкурс «Пробуем перо» Елышев Виктор Константинович...
Культурная травма в российском литературном дискурсе конца XX века (виктор ерофеев...
А. А. Локтева Ответственный редактор к м. н. Д. В. Кошечкин Ботт, Виктор...



Загрузка...
скачать
Собрание КРОО от 08.07.25


Виктор: Я сделал предварительную повестку. Туда три вопроса включил, можно её уточнить, расширить или что-то там изменить.

Михайлова А.: А, какие вопросы?

Виктор: Вопрос первый это по поводу участка в ЛПХ, я всю информацию подберу к собранию. Предварительная информация – это все, что я ездил, еще там люди ездили. Речь идёт об участках, которые могли бы быть выделены в аренду под ЛПХ. Второй вопрос обозначен как, общие вопросы по совместному выкупу – это через юридическое лицо или через физическое лицо, если имеет смысл поднять. Или это имеет смысл поднимать в каждой группе отдельно, тоже можно сейчас с этим определиться. Третий вопрос я вынес – это ситуация по выкупу, и перечислил: посёлок Манский, Мужичкино – окрестности Мужичкино, и Дрокино.

Михайлова А.: Ещё раз назови объекты.

Виктор: Мужичкино, Дрокино и посёлок Манский.

Лукино я пока никак не стал формулировать.

Михайлова А.: Но, лукинцы тоже ведь должны быть на этом собрании или нет?

Виктор: Ну, я думаю, да.

Михайлова А.: Значит, тогда группы обзвона – это Лукино, Мужичкино – те телефоны, которые у нас были и Манский – там человек двадцать. Наверное, на этом общем собрании не будет времени межеваться, да?

Михайлов В.: Витя, а вопрос о строительстве этими группами не поднимается?

Виктор: По Лукино, они всё ждали этого межевания и по строительству ничего не предпринимали.

Михайлов В.: Они размежевались и…

Михайлова А.: Нет. Они вообще не размежевались, совершенно случайно вышел к нам Сергей – продавец и принёс вот этот лист, на котором все его 8, 9, 10, 11 участки, вот, как знаешь, как огороды межуют, такими вот линиями.

Байфа У.: Между прочим, вот эта мысль, которую мы в прошлый раз о Манском обозначали, они тоже собираются по 6 соток межевать.

Виктор: Кто?

Байфа У.: Эти, риелторы в том предложении, которое они озвучивали.

ВФ: Не по 6, по 15.

Байфа У.: Может по 15, но одинаковые куски.

ВФ: Одинаковые куски, да с предложением, что если надо вам больше – берите несколько кусков. На себя или на своего единомышленника.

Виктор: Т.е. они хотят сами размежевать, а потом продавать их частями или как?

ВФ: Вот тут много неясного. Тебя не было и мы, по-моему, один раз только встретились или два?

Виктор: Два.

ВФ: Риелтор в третий раз пришёл и всё взял на себя и были условия продажи и юридическая база. Ничего – нормально, можно было бы сработать. Но конкретных предложений было мало. Модель, которую он предложил - всё взять в свои руки, всё отдать юридическому лицу, всё решить сделать с одним покупателем. В последний раз на собрании было мало народа, но народ был не в восторге от его предложений. Никто же не верит в такие меценатские добродетели. Но, тем не менее, вполне может быть и такой вариант.

Байфа У.: Там единственное, схема то была такая, что мы его авансируем, он начинает запускать все эти межевые перемещения, смена целевого назначения и только потом, мы продолжаем с ними договор, они нам продают, т.е. там такая сложная схема на самом деле.

Виктор: Т.е. сначала мы деньги…

ВФ: Да.

Байфа У.: Сначала мы деньги, потом они начинают делать, причем, если сотка стоит 12’000, то он берет 13’500 и мы его авансируем в размере полутора тысяч, он проводит эту деятельность, при этом между нами и собственником – никаких отношений. Понимаешь? надо сказать, народ тут же захлебнулся от негодования.

Михайлова А.: Но то, что прозвучала мысль юридического лица – за это мы ухватились.

Байфа У.: Да, за это мы ухватились.

Виктор: Но, ещё они готовы на себя брать все эти организационные вопросы по выкупам.

Байфа У.: Да, ну это-то однозначно.

Виктор: Ну, его, наверное, имеет смысл пригласить на четверг на общее собрание?

Михайлова А.: Я это пишу в список?

ВФ: Ну конечно, его надо пригласить.

ВФ: Но тут в связи с этим, что развиваются новые модели, возникает вопрос - а зачем нам собственно всё это нужно? Скажем, общественной организации по сути дела, быть риелторской немощной организацией, потому что получается, что мы две сделки сделали, можно сказать на добровольных началах. Вы то получили какие-то гроши за это?

Михайлова А.: Ещё до сих пор не получили – в сейфе лежат.

ВФ: Ещё до сих пор не получили. Ну, молодцы. И люди уже получили землю, а когда они бы делали эту сделку через риелторов, ни много, ни мало – риелторы взяли бы с покупателей хорошие деньги.

Виктор: Да.

ВФ: Мне не жалко земли и не жалко вашей инициативы, но думаю, мы сами в какое-то неправильное положение встали. Повели народ, который в большинстве не члены общественной организации, они получили землю, сказали спасибо, заплатили вам по тысяче или две или сколько? А если бы они через риелторскую контору это делали, то первое условие было бы какое? По двадцать пять тысяч с человека – во-первых, и плюс 3% от сделки. Вот какова была их ставка, понимаешь? Нормальная цена для риелторской конторы. Это их норма работы, а общественная организация, можно сказать и по тысяче не получила.

Михайлова А.: Т.е. мы как риелторы выступаем и не понятно что.

ВФ: Да, и не понятно, зачем вот это надо.

Виктор: Да, вот эта мысль правильная.

Михайлов В.: Это сюда входит оформление и всё.

ВФ: Да, оформление земли.

Михайлова А.: Вот почему по Манскому народ понял условия риелторов – давай кричать.

ВФ: У продавца с риелторами эксклюзивный договор.

ВФ: Поэтому мы встали перед фактом, что земля в Манском купится только через риелтора. А у риелторов вот такие условия. Но что дальше? И в Манском будет как в Лукино - купили, сели, шалаш построили, туалет построили и довольны. Ни строительства, ни дальнейшего перевода, ни решения никаких задач в общественной организации, и я думаю, что мы не на правильном пути.

Виктор: Да это правильная мысль, здесь надо политику на будущее менять. Это как бы первый опыт – попробовали, увидели. А дальше конечно так работать, смысла нет, дальше надо думать.

Михайлова А.: Тем более, что группы большие и вопрос земли – гектар и больше, нет другого выхода, кроме как единственный договор, где 20 - 30 человек и все в раз регистрируются, и попробуй один не приди – сделка сорвалась.

ВФ: Может быть, тогда вам встать в позицию риелторской организации, пусть на какие-то проценты меньше?

Виктор: Моя мысль такая – наверное, два варианта, либо нам надо сотрудничать с какой-то уже существующей риелторской организацией, за какой-то определённый процент, либо нам надо создавать ещё какое-то юридическое лицо, потому что оформлять землю на общественную организацию, наверное, все-таки не получится. Ещё какое-то юридическое лицо, какое-то партнёрство не коммерческое или ещё как-то назвать, риелторской я не думаю, что можно назвать. И работать и все сделки проводить через это юридическое лицо, т.е. два варианта.

Михайлова А.: В добавление ещё скажу, что в последнее наше собрание один человек сказал, что половина народа – перекупщики, не члены нашей организации. Если работать не с членами организации, всё пойдёт на самотёк.

Михайлов В.: Мы должны закрутить новую деятельность.

ВФ: А международная ассоциация – надо продолжить это дело.

Михайлова А.: Да всё пока вернулось и видимо на круги своя.

ВФ: Да.

Михайлов В.: Я ещё озвучу, что у нас в Израиле состоялось первое собрание общественной организации. Правда очень малочисленное, но оно состоялось, и там был рассмотрен вариант приобретения земли – такой же. И там рассматривался вопрос приобретения земли и строительства в одном из таких кооперативов, недалеко от Иерусалима – Кесалон. Это такое красивое место – гора и там будет земля продаваться. Ну, и там все те же самые сложности. Я пришёл к Миллеру в партию и говорю – «А можем мы под вашей «крышей» работать?», а он говорит типа – «Нет. Мы не можем дать никакой. Это же не Россия. ты пойми».

Виктор: А к какой партии то?

Михайлов В.: «Наш дом Израиль». Либерман глава. Он говорит – «Нет, мы не можем дать вам никакой «крыши» мы же не коммерческая организация». Я говорю – «Ну как не можете дать? Это же элементарно. Вы бы получили огромное количество избирателей у себя в Израиле. А мы бы под такие проекты, которые, например, Алексей развивает в Кнессете, мы бы формировали целые группы людей. Ну, например, там 10, 20, 50 семей, которые могли бы, в каком-то щадящем режиме, не теряя достатка, заработка и всего прочего, начинать строительство там. А в последствие репатриироваться, т.е. готовить базу какую-то. Потому что люди туда не едут из-за того, что там, ну, куда они приедут – глоток воздуха получат и бутерброд, а дальше плыви. А что ему в сорок лет хочется плыть куда-то ещё, грести? Никуда он не хочет, к тому же там сейчас всё сложно и людей если куда-то везти, то привозить только на какую-то базу, подготовленную среду обитания и всё такое.

ВФ: И что он ответил тебе?

Михайлов В.: Ну он так. Короче, это, похоже, его не заводит.

ВФ: Им не интересно.

Михайлов В.: Ему - не интересно, я не думаю, что им это не интересно. Идея создания новой волны репатриации на немного других основаниях, в принципе, интересна многим, потому что кибуцы загнулись, Алия загнулась, Сохнут - загнулся, т.е. как бы старая система – она уже не работает. Нельзя дальше так людей вести, требуется свой дом на своей земле. Израиль - огромные пустующие территории, вопрос переселения не решается. Так и здесь, пойду к Денисову.

ВФ: То, что сделал для нас Денисов, я считаю, он хорошо нас представил во многие общественные инстанции, но эти инстанции, на мой взгляд, все мертвы в том плане, что они имеют только свои какие-то сугубо профессиональные намерения и подвинуться в отношении какой-либо идеи, они уже не в состоянии. Так и в вопросе переселенцев. Потому что, даже вот эти сельсоветы, что Курагино, что Сухобузинский, они же были здесь и взяли данные и всё прочее. Но видно у них нет средств, видно у них какие-то трудности, которые они не могут разрешить. Поэтому вопрос переселения переселенцев, они от него, я понял так, отбиваются, т.е. они вопроса переселенцев не решают.

Михайлова А.: Потому что он не подъемный.

ВФ: Денисов к нам Графову из Москвы прислал по вопросу переселенцев, но и у Графовой это просто не подъемный проект, потому что, в любом случае надо какие-то инъекции вливать в такие проекты, а если государство ничего не вливает в это, то какой там Сухобузинец или Курагинец решит проблему переселения. Это же стоит хороших денег. Так и в Израиле.

Виктор: Получается, государство вливает, но в чиновников, в их деятельность – чтобы они этим занимались.

ВФ: Или куда-то эти средства уходят.

Виктор: А не в людей, они приезжают и никакой конечно фактической помощи.

ВФ: Нет, конечно, никакой помощи. Поэтому, я думаю, что все эти организации, куда нас вывел Денисов, это с его стороны может быть хорошая инициатива, но развития она не может получить. Я думаю, что при какой-то может быть идеологической поддержке, того же Денисова или других инстанций, сама наша общественная организация могла бы справиться со многими задачами. Во первых – коллективный выкуп земли. Сейчас затруднительно одному человеку купить землю. Земля продается гектарами, отдельные участки земли в ИЖС – бешеные деньги. А через нашу организацию уже и 8 человек, и 12 человек и 30 человек приходят, и появилась возможность коллективного приобретения земли. Точно так же с вопросом строительства. Я думаю, что сайт, который мы имеем, опубликовывая какое-то движение идей, мог бы привлечь уже многих для решения именно вопросов строительства. И тогда бы мы приходили, как говорил Денисов: «Вы не шумите больше, а покажите по осени, что у вас получилось. Кто начал строить или попытался что-то делать, или построил уже». Я думаю, что вопрос только в этом и, может быть, уже сейчас надо приблизиться к этому вопросу строительству. Коль появился прецедент земли, то уж не лежать же этой земле в ЛПХ. Надо добиться, чтобы её перевели в разрешенную к использованию, и начать строить в нашей технологии, или в другой технологии, но строить. Тогда мы стали бы солидной организацией. А если мы не продвинемся в сторону строительства, то коллективный выкуп земли ничего не делает. Мы выглядим как немощная риелторская компания.

Михайлова А.: Ещё не известно, как они дальше будут все продавать свои доли. Потому что ничего построить не смогут.

ВФ: Одно дело – приобретать землю. Но не понимая как с ней дальше обходиться, как строиться, много ли в этом пользы. Перепродадут приобретенную землю, земля точно так же будет в запустении. А Глушков лишний раз где-нибудь на выступлении скажет, что у нас были такие прецеденты, что землю давали, продавали людям, а движения к завершению не было. Я думаю, что эту идею надо все-таки каким-то образом расшифровывать, доносить до большого числа людей.

Михайлова А.: Вот эти два Лукинских объекта – их перевести надо, да? И довести до ума, т.е. построиться, надо ходатайствовать об этом.

ВФ: Ну, конечно. Но опять же, я время от времени на собраниях говорю, что строить можно и до покупки земли, и до перевода, потому что дом строится в сознании, в голове. Т.е. человек принимает какие-то решения, накапливает какие-то материалы, или накапливает какие-то средства для строительства, осуществляет какой-то определённый вид деятельности – знакомство с технологией, или может быть что-то складирует у себя дома, начинает какие-то превентивные действия делать, подбирает проект. Я говорю об этом, но люди не реагируют, воображение их дальше приобретения земли не идёт.

Хорошо проявляются те, кто сидит на хорошей подпитке - на лесе, на золоте, на рыбе, на ещё чем-то, тогда, конечно, он пошёл в любую организацию, в «Сибиряк» или ещё куда-то, заказал им свой дом и за два месяца дом будет построен. Это будет стоить 10-20 миллионов. Те люди, которые к нам приходят, я думаю, они таких денег не имеют. Потому ищут, кучкуются ради того, чтобы все-таки как-то продавить это дело. Но пока этот вопрос очень неопределенный, если так будет дальше , они и последнюю инициативу потеряют.

Виктор: Я так понимаю, основная тема на этом общем собрании – это нам надо их как-то растормошить, на какие-то такие дальнейшие действии, что уже пора что-то более конкретно делать.

ВФ: Да, конечно. По крайней мере, Лукинцы ближе всех приблизились к решению этой проблемы.

Виктор: Строительную тему, я согласен, надо поднять. Она у нас ушла на второй план, конечно, из-за земельных вопросов.

Михайлов В.: Давай поднимем?

ВФ: Ну, это и закономерно с одной стороны, конечно.

Виктор: Но её нельзя глубоко отодвигать.

Михайлов В.: Так давай её и поднимем?

Виктор: Давайте, надо только сформулировать.

Михайлова А.: Ну, поднять то мы поднимем, но мы же знаем скепсис всех этих людей, что они скажут – « Да какой нам, нам же надо размежеваться».

Виктор: Ну, с другой стороны, тогда они говорили, что надо документы получить.

Михайлова А.: Получили.

Виктор: Сейчас они уже будут говорить, что размежеваться надо.

Михайлова А.: Сейчас уже чуть ли не межевание есть. Письмо в Березовку мы написали главе от общественной организации: «Просим перевести в разрешенный вид строительства». Сергей нас попросил - продавец. Письмо уже лежит там у него.

Виктор: С другой стороны, межевание, нам же достаточно просто чтобы они друг с другом договорились, где какой участок и чтоб это было представлено проектировщиком. Ну, чтобы Сергей тоже – продавец, как-то отнесся к этому. Если все будут согласны, то можно межевание считать законченным.

Михайлова А.: Ну, в общем, то да, потому что размежуют окончательно только тогда, когда переведут.

Виктор: Т.е. даже не имея документов, они уже могут работать с конкретным участком земли.

Михайлова А.: С точками со своими? Ну, в смысле четыре точки?

Виктор: Да.

Михайлова А.: У Сергея есть план, он с нами занимается по 9 и 11 участку, всё остальное как я понимаю, у него не продаётся. Он хочет их все перевести и продавать уже дорого – уже размежеванную, переведенную землю.

Виктор: А почему бы и нет?

Михайлова А.: Он будет уже дороже продавать.

Виктор: Т.е. у него планы такие были, чтобы пустить людей, чтобы они там строились, как только начнут строиться стоимость земли автоматически начнёт повышаться. Потому что, люди увидят, что там уже не чистое поле, а представительство какое-то.

Михайлова А.: А потом, он же там и дороги уже делает.

Виктор: Да.

Байфа У.: Он в принципе поступил достаточно мудро, надо сказать. Он, действительно, на нас заработал какой-то кусочек денег, и вложил эти деньги в развитие. Реально, плюс еще, то, что действительно, увидят, что строиться начнут. Так и правда, нормальный прирост цен.

Михайлов В.: Ну, а как сформулировать? Мы просто этот вопрос назовём «строительство»…

ВФ: Шаг к строительству.

Михайлов В.: Шаг к строительству и всё.

ВФ: «Ваш шаг к строительству». Лично я такое ощущение имею, если ещё полгода, год, к примеру, прецеденты с продажей земли будут заканчиваться вот так, я скажу – «Ребята, какой смысл?»

Михайлова А.: Мы не риелторы, чтобы за копейки осуществлять сделки.

ВФ: Так бесславно работать нашей общественной организации, я считаю, нет никакой необходимости. Поэтому, непременно надо вести дело дальше и, непременно, надо выступать как конструктивным застройщикам. Это непременное условие существования нашей организации. Многое от психологии вопроса зависит. Люди разные и многие даже, может быть, не ассоциируют себя с непосредственными застройщиками, вот в чем дело. Как выясняется, почти половина перекупщики. Это, во-первых. Во-вторых, те которые, действительно, хотят что-то построить, но заторможены до крайности, никому не верят, стараются надеяться только на себя и свои силы.

Михайлова А.: Основная масса народа на собраниях – перекупщики , им за копейки купить и всё.

ВФ: Ну, в конце концов, все мы свободны, судить же их мы не будем. Но, даже та половина, которая хочет строить, психология вопроса – не простая, потому что я думаю, народ «средний» огромных денег не имеет и поэтому платить кому-то тоже не могут, а как самим построить – тоже существуют неразрешимые проблемы. Их надо вводить в этот процесс, но они пока, я считаю, до сегодняшнего дня занимают очень пассивную позицию. А нам для организации, скажем, через год мы встретимся с Денисовым, и он скажет – «Ну и что, что вы сделали за год?»

Михайлова А.: Долю выкупили и сидим, да?

ВФ: А нам нечего будет сказать. Скажет – «Ну хорошо, купили 10 гектаров – пустой земли, перевели. А построили что? Нет, не построили. Ну и что вы сделали, собственно говоря».

Байфа У.: Кстати, эти риелторы предлагали: «Вы пошлите всю эту массу народа и станьте инвесторами покупки этой земли и перевода, и во всем остальном». А мы говорим – у нас такого интереса нет, т.е. они все только на это и нацелены.

ВФ: Поэтому надо поднимать этот вопрос и каким-то образом его продвигать. А если допустим в Лукино через месяц, через два, через три – земля переведется и размежуется, и не будет также движения, то тогда вопрос надо уже ребром ставить: «Мол, ребята, извините, ничем не поможем».

Виктор: Будем выставлять какие-то механизмы, чтобы даже перекупщиков не допускать. Надо сразу же договариваться с людьми, как они, что будут строить.

ВФ: Или вводить на первых собраниях, когда у тебя с сайта люди придут по вопросу земли по 20-30-40 человек, сразу ставить какие-то условия: или ЖСК, или действительно, юр.лицо – ТСЖ, или еще как-то. То есть ставить какие-то условия. Если люди не будут членами организации, то мы не будем иметь на них никакого влияния.

Я поначалу поднялся против устава Виктора Борисовича, потому что, на мой взгляд, он драконовский. Но, получается что, может быть, он обусловлен быть драконовским, потому что, если не взять людей в жесткие условия взаимодействия, какие-нибудь ежовые рукавицы, то с них ничего и не выжмешь, и получается, что демократия на таких основаниях, такая лояльная, она хуже драконовской психологии.

Михайлова А.: Как сделать, чтобы оставить существующий устав ЖСК, чтобы люди поверили, что мы предлагаем им работающую модель строительства, что мы с них драть не будем. Я думаю, что те, кто были против устава, это скорее всего были перекупщики, потому что им это не надо, они не собираются строить. Как раз на прошлом собрании вдруг до меня дошло, что, действительно, это не надо тем, кто в будущем, через пять лет там не будет жить.

ВФ: Точно, это правильная мысль. Надо частью вернуться к уставу Виктора Борисовича, и ввести систему паевых взносов, но когда они сделают вклады, пусть они лежат на расчетном счете, чтобы их нельзя было взять с банка, но чтобы они внесли уже какие-то вклады . Тогда уже они будут вынуждены быть членами организации, вынуждены идти на строительство, решать эти вопросы квалифицированно и т.д. и т.п. А если они только тысячу отдали общественной организации, приобрели землю, то они больше не нуждаются ни в общественной организации, ни в чем. Короче, здесь надо подумать, какую модель нужно запустить, чтобы она была и разумной и целесообразной.

Виктор: Давайте, будем обдумывать модель. И потом надо будет, наверное, Совет собрать, обсудить. Ну, во-первых, это организация именно какого-то потребительского кооператива, либо в форме ЖСК, либо в форме ТСЖ, или вариации какие. Я считаю, кооператив должен быть один на несколько участков, то есть в одном месте земля будет выкуплена через этот кооператив, в другом, чтобы их много не создавать. И условия участия в этом кооперативе.

ВФ: Ну, ты по сути дела все и сказал. Я считаю, что именно так надо и делать.

Михайлова А.: Точнее, говоря, один кооператив строит и там, и там, и там, потому что строят там люди, которые вошли в этот кооператив.

Михайлов В.: Устав то один.

ВФ: Устав один, кооператив один, ЖСК или ТСЖ один. А уже, скажем, группы, которые участвуют в этом кооперативе, пусть будут разные, пусть их будет много, чтобы много, действительно, не создавать кооперативов.

Михайлова А.: А главное, что мы в этом кооперативе будем тоже, как общественная организация.

Виктор: Как учредители выступать. Общественная организация идеологические вопросы берет на себя и вопросы продвижения взаимодействия с органами власти.

Байфа У.: И будет участвовать в покупке земли тот, кто состоит в ЖСК и платит деньги.

Михайлов: Тогда это не ТСЖ, а тогда это жилищно-строительный кооператив (ЖСК).

Виктор: Можно его назвать потребительский кооператив - создается с целью решения жилищных вопросов.

ВФ: Не нравится ЖСК, придумаем какое-нибудь другое название.

Байфа У.: Надо сказать, когда я ездила в Иркутск и встречалась с директором общественной организации – «Возрождение земли сибирской», она мне тоже сказала, что народ невозможно заставить работать в общественной организации. И такие вещи надо разделять. Она рассказывала, что общественная организация, она и есть общественная организация. Она гранты получает, она там «тусуется» везде, а вокруг нее сплошные кооперативы либо некоммерческие, либо коммерческие, но которые тоже также участвуют в каких-нибудь там грантах.

ВФ: Та же самая тенденция.

Байфа У.: Да, она говорит невозможно поднимать людей на решения.

Михайлов В.: А они к нам как-то приезжали?

Байфа У.: Они приезжали на Овсянку. Второй раз я с ней встречалась в Иркутске. Они готовы сотрудничать, они посоветовали обратится в Новосибирске в контору «Сибирское воинское братство», говорят, что у них очень мощная система отбивания денег у государства на свои военные жилищные сертификаты.

Виктор: Я думаю, что мы сейчас обозначим, потом Совет еще надо будет собрать и еще раз это обсудить.

Байфа У.: Совет надо переизбирать.

Виктор: Да, это еще один вопрос.

ВФ: Нам надо внутри себя оказаться сильными, вот тогда нас будут искать, а не мы будем их искать.

Михайлов В.: Каким образом?

ВФ: Надо действовать, надо чтобы появилось хотя бы десять человек, начали бы строиться решительно, грамотно, эстетично, динамично. Правильно Денисов сказал: «Не ходите, и не трубите. Покажите что-нибудь, что у вас получилось». Вот тогда, действительно, на Глушкова можно давить каким-нибудь образом, задавать вопросы Хлопонину писать в приемную письма. Вопрос доступного и комфортного жилья – очень сложный вопрос. И ни у кого он не получается. У того же Бурцева на банерах: «Смелость есть? Приходите к нам! Есть идеи у «Опоры России» Приходите к нам!» А что они делают? Ждут инвесторов из Москвы и только. Они тоже землю имеют, но ничего не строят.

Надо создать прецедент строительства. Причем, не просто так, Петя - из кирпича, Вася - из дерева, Иван - из блоков, а создать проект. Без проекта мы никого не убедим. Вот когда будет проект, будет какое-то солидное представительство, вот тогда все скажут: «Да, это хорошая работа», - и начнут активнее относиться к нам, двери открывать и все прочее. Потому что, наша деятельность, это, можно сказать, инициатива снизу, инициатива народных масс. Не тогда, когда придет какая-нибудь подачка от правительства, и кто-то что-то построит на деньги инвесторов или на бюджетные деньги, а когда народ поднялся и построился. Вот наша сила, вот за что мы должны, в сущности, побороться. И если это у нас получится, будем считать, что проект наш состоялся. А если нет, то все мы развалимся.

Михайлов В: Тогда что, возобновить сильные общественные собрания?

ВФ: Собрания, потому что психология вопроса сложная, и надо по прежнему влиять на людей, чтобы люди понимали, что им нужно делать.

Виктор: Собрания и искать новые формы решения жилищных вопросов, совместного опыта.

ВФ: Совершенно, верно.

Михайлова А.: Нам надо подготовить постоянно действующий видео материал по проектам, взять у Алексея и подготовить? Потому что мы всегда говорим о том, что у нас есть дизайнер, а у них вопрос: а дизайнер кто у вас?

ВФ: Нужно, потому что одни уходят, другие приходят и им надо показывать..

Михайлова А.: То есть, какой-то проектный материал по нашим домам и интерьерам.

ВФ: Да, то есть, надо показать уровень нашего проектирования жилья.

Виктор: У меня сейчас идея возникла, допустим, нам сейчас не создавать юр.лицо для совместного выкупа, а может, например, все это через фирму «Ковчег» делать, люди например, взносы сдают, а потом выкупают.

ВФ: Я же предлагал такой вариант, но люди финансовой пирамиды боятся.

Михайлов В.: Так, не уловил, извините, через «Ковчег» что? Делать выкуп?

Виктор: Совместный выкуп, да.

ВФ: И еще, Виктор, я считаю, что можно было бы открыть определенный счет в банке, чтобы эти деньги были изымаемы только при определенных условиях, скажем при подписях собственников, при завершении каких-то процедур выкупа или еще чего-то. Есть же какие-то такие счета?

Михайлов В.: Есть аккредитивы.

Михайлова А.: Скорее всего это делается договорными отношениями. То есть, в договоре решил, деньги положил, и ты не можешь их снять, пока определенные условия в договоре не выполнены.

ВФ: Да, чтобы разрушить в людях вот эту опасность финансовой пирамиды.

Михайлова А: Мы сейчас получаем лицензию на строительную деятельность. Мы выступаем как строительная компания. То есть, если раньше мы больше склонялись к художественной мастерской, которая делала малые архитектурные формы, то сегодня с нашим УБ мы берем лицензию. Это нам даст право работать как «Сибиряк». Он же не ТСЖ, а ОАО или ООО - управляющая строительная компания. И они берут взносы по 4 миллиона с каждого человека, условно говоря, и им строят квартиры. То есть, они берут паи, как называется долевое, собирают деньги - на это все строят. То есть, они как раз объединяют людей для строительства.

Виктор: И тогда уже можно ставить условия, что строиться именно по такому проекту, т.е. задаются некоторое условие, что не разнобойное строительство. Если согласен – вступай, не согласен - до свидания. То есть, мы собираем людей, они вносят деньги, а потом на эти деньги будут строить.

Михайлов В.: Да, просто придумать юридически правильную схему, типа, договор на аккредитив или еще что-то, когда ты вкладываешь деньги, как частное лицо пришел к нам, мы на эти деньги работаем, создаем проекты, а эти деньги в банке без права забрать их.

ВФ: Без права пользоваться нам ими как юр.лицам.

Михайлов В.: Возможно, нам должны быть какие-то отчисления.

ВФ: Но, это должно быть согласовано в договорной такой-то форме с непосредственным вкладчиком.

Михайлов В.: Да, например, мы приносим документы, вот мы построили нулевой цикл, к примеру, в банке и получаем за ноль из банка эти средства.

ВФ: И тот, чей ноль получился, он подписывает. И только после этого мы можем снимать эти деньги в банке. Надо разрушить стереотип финансовой пирамиды.

Михайлов В.: И тогда было бы обусловлено, как бы мы не тормозились из-за этого, из-за отсутствия инициативы, то есть мы бы инициативу брали на себя и нам бы за нее платили.

Виктор: Она бы уже была вознаграждена эта инициатива.

Михайлов В.: Надо с банкирами поговорить.

Михайлова А: Тогда, если у нас такая форма будет работать, мы сразу на этой стадии отсеиваем перекупщиков, они, просто, не пойдут в нее.

ВФ: Лишь бы человек строился, вот это главное.

Михайлов В.: Мы строители, мы возьмем на себя инициативу проекта и идею.

Виктор: «Ковчег» - лицо, на которое будет покупаться земля.

Михайлова А.: Первое это земля.

Михайлов В.: Первое - проект в технологии Ковчега, а если из бруса?.

ВФ: Мы тому же Николаю Смарыге скажем: «Николай, для тебя есть десять домов из бруса, поработай субподрядчиком по контракту с «Ковчегом». Мы будем досматривать, выводить проект, а он будет строить.

Виктор: Во-первых, для земли, потом, размежевание земли разрешенного вида.

ВФ: Кто из людей построит сам? Это один из тысячи, и то, сколотит из чего попало. А если говорить уже о квалифицированном строительстве, это должны быть только профессионалы. Если не профессионалы, никто себе ничего не построит. Даже староверы строят, и то, они пожизненные профессионалы.

Виктор: Возможно, пусть человек сам будет строить, но он уже будет строить под контролем фирмы и под гарантии.

ВФ: Согласно проекту, согласно идеологической стороны вопроса. Пока на сей день мы не получили от наших сделок по приобретению земли никакого дивидента - ни материального, ни духовного, ни идеологического. Пусть людей будет меньше, пусть их будет пять человек, но будет конструктив. А пять человек – это пять домов, это немало, это пять семей.

Михайлова А.: То есть мы никому не запрещаем строиться, как они хотят.

ВФ: Конечно.

Михайлова А: То есть, все вопросы оговариваются, как говорится, от земли до петушка на крыше, пусть это будет у тебя брус, сразу решай: либо ты сразу его кладешь с сыном своими ручками, либо давай мы тебе субподряд находим, условно говоря.

То есть практически не как сейчас мы перепрыгнули через речку и не знаем, что дальше делать, а мы будем знать все вопросы от и до. Как ты говорил, не просто, чтобы размежеваться, а чтобы еще и красивый поселок был.

ВФ: Да, конечно, вот сейчас лукинцы начертили линии квадратно-гнездовым способом, а что дальше? Хотя и квадратно-гнездовой способ хороший архитектор может хорошо обыграть. Но, не отдай ты это архитектору, это будет забитая досками деревня.

Михайлов В.: Это хорошая мысль. Все краевые программы так и делаются, т.е. они финансируют человека, он строит, приносит им документы, они ему отдают какую-то часть средств.

ВФ: То есть они вписываются в какую-то модель. И тогда только, когда они убеждают властей, тогда власти компенсируют им какую-то сумму.

Михайлов В.: Тогда, если такую структуру создать вместе с банком, узнать какие у них продукты банковские есть, наверняка есть подобные. Сейчас бы мы в Лукино уже организовали стройплощадку, если бы в наших руках была вся эта инициатива. Пусть бы они сейчас на этой стадии находились оформления и все такое, а мы бы уже организовали стройплощадку, материалы, масса вопросов, проект.

ВФ: Сейфы бы поставили, вагончики-тепляки, уже готовились бы к холодной зиме, потому что и зимой можно там жить и работать, и строить, цоколь можно копать и все прочее. Зима не помеха, как практика показала, все можно сделать и время напрасно не будет проходить, и место бы было живым и зимой и летом.

Михайлов В.: Тогда бы мы получились не стандартная строительная фирма.

Виктор: Да, потому что мы поощряем самостройщиков, мы не отталкиваем их. Приходят люди, которые хотят строить сами, организовываются и работают.

ВФ: И главное, чтобы в банке подобрать какой-нибудь такой счет.

Виктор: А есть, такая услуга - банковская ячейка, кажется, называется.

Михайлов В.: Аккредитив я называю, потому что это одна из форм, это называется в главе Гражданского кодекса «Банковские гарантии». Это как ценная бумага, смысл ценной бумаги, ваучера, акции. Какое-то событие происходит, ты приходишь в банк с подтверждающим документом, и банк тебе выплачивает средства. И я с банками попробую провести какой-то диалог. Но, даже, если нет такого в чистом виде, такого прецедента, мы его можем создать. Главное, чтобы у банка был схожий продукт, типа аккредитив, была организация, была лицензия и еще что-то надо, деньги и люди.

ВФ: В данном случае для банка лицензия ничего не значит. Важно другое, что два человека или две инстанции, просто, через банк гарантируют свои взаимоотношения и все. Один вкладывает, а другой берет только при согласии двух инстанций, при определенном событии.

Михайлов В.: Еще раз схему, как вы сказали?

ВФ: Две инстанции или два человека обращаются к банку, как к гаранту на вложение и на получение определенных средств, при определенных временных или каких-то прецедентах, оговоренных в договоре между ними. И когда двое подписываются, скажем, работа проделана на какие-то проценты, оба подписываются: тот, кто платит и тот, кто получает. Если таких подписей нет, согласно договору, то ни кто не имеет права снять деньги со счета банка.

Главная идея, чтобы упразднить страх перед финансовой пирамидой. Чтобы люди, вкладывая деньги, знали, что деньги эти не уйдут. Разве что риск только в том, что банк сгорит.

Михайлова А.: Нет, только со Сбербанком надо работать, хотя, конечно, он дорогой. Мы например в общественной организации открыли копеечный счет - 100рублей. А Сбербанк 1000 руб. в месяц снимает. Если предлагать какие-то малоизвестные банки, то есть вопрос.

ВФ: Да, конечно, нужен какой-то гарантированный банк. Потому что, отношения то пойдут на годы, вполне возможно и три и пять и больше лет. Поэтому, конечно, однодневки банки здесь не подойдут.

Михайлова А.: Ну, не сказать что эти однодневки, но люди будут бояться, потому что, сколько банков погорело. Сосед в Овсянке говорит, что деньги вложили все, а этот банк, там какой-то известный сгорел..

Михайлов В.: Надо с кем-то встретиться.

Михайлова А.: Ну, хоть завтра пойдем и встретимся хоть с кем.

Виктор: Давайте я по земельному вопросу скажу. Мы собирались инициативной группой. Инициатива состояла в том, чтобы проездить по главам сельсоветов Емельяновского района, как уже делали в феврале, но немножко на другом этапе. Потому что была встреча с Бочаровым, заместителем Емельяновского района, Ульяна, ещё с одним человеком туда ездила. Как говорит Ульяна, достаточно хорошо они поговорили. И Бочаров им предложил такую схему. Он сказал, что полномочия по распределению участков переданы в администрацию Емельяновского района, речь идёт об участках в аренду. Но администрация не располагает сведениями, она не знает какие участки можно раздавать. А сведениями располагает главы сельсовета. Но главы сельсоветов сейчас не имеют полномочий решать эти вопросы.

Михайлова А.: Короче, город на всё это вето положил.

Виктор: Он предложил так, идти к главам сельсоветов, а глава говорит, где можно найти участок. Приезжаете с этим списком ко мне и пишите заявление от физических лиц: «Прошу дать участок в аренду». И я буду способствовать, чтобы вам эти участки выделялись, с дальнейшим выкупом, но в аренду. Но потом самое главное, что они очень плохо относятся к перекупщикам, их уже замучили перекупщики. И поэтому, чтобы продавать участки, про это речи нет, только в аренду. И потом, после того, как человек показал, что он там построился и живет, только после этого дается право выкупа. Вот такая была идея. Мы собрались инициативной группой и распределились по главам сельсоветов, и вот, каждый поехал по своим. Как кто съездил, я пока ещё не знаю, не созванивался, не взял информацию. Но я ездил к главе Емельяновского сельсовета, проходил один из самых интересных участков. С ним пообщался. У нас с ним разговор вышел таким, он сказал, что у него район особый, Емельяновский. И поэтому, где какие земли можно выделять, они прекрасно знают, потому, что архитектор Емельяновского района, он сам вышел из Емельяновского сельсовета, он прекрасно все места знает. Что у него участок особый, и все эти вопросы по этому участку, держит сам Емельяновский район. Т.е. на словах он мне назвал, что они собираются ликвидировать Емельяновскую птицефабрику, и там будут раздавать участки. Если, в принципе, на них как-то выйти, даже членам организации, они могут дать участок на том месте.

ВФ: Там же угоришь от бывших куриц.

Виктор: Есть такой вопрос. По участкам на этом разговор закончился. Он сказал, что конкретно обращайтесь к Бочарову. Я сказал, что мы вам напишем официальное письмо, вы официальный отказ дадите, что вы не ведаете, где у вас есть свободные участки. Он сказал: «Да, без проблем», чтобы Бочарову показывать моментальный ответ. Вот это письмо, которое Саша отправлял. Следующий этап, мы соберем все эти результаты-ответы от глав сельсоветов, и опять пойдем к Бочарову. Единственное, чтобы это не затягивалось, потому что если мы будем ответы брать официально, то ещё месяц уйдет на официальные ответы. Может быть, даже стоит приехать пока без официальных ответов, надо подумать. И ещё по этому поводу, вышел недавно закон Красноярского края, который гласит, если раньше человек писал заявление на выделение участка, и это заявление могло лечь на стол, и в неопределенно долгий срок лежать на столе, сейчас установлен срок, это 3 месяца. Если человек написал заявление, то ему в течение 3 месяцев должны официально ответить - либо отказать, либо дать согласие на предоставление участка.

Михайлова А.: О чем это заявление, человек пишет?

Михайлов В.: О получении участка.

Виктор: Просьба: «Прошу предоставить участок там-то, там-то». Значит, вот такая информация. И помимо совместного выкупа, решения земельного вопроса, это первое направление, то здесь, конечно, надо более плотно работать с этими главами с администраций. Встречаться там, писать письма, получать ответы, ещё писать письма, и нарабатывать какой-то результат. Это одно направление.

И второе направление, которое мне видится, хотя я пока не знаю, как оно может, реализовывается, это садоводческие общества, которые являются заброшенными, т.е. заброшенные участки. Я попробовал один такой механизм запустить. Это есть Дальняя Заимка, рядом с Мужичкино находится. Там заброшенное дачное общество, но, тем не менее, там, около 10 домиков стоят и два человека там живут, круглый год. Туда есть дорога, отсыпанная, которая чиститься зимой, и проведено электричество. Я закинул объявление, что там покупается участок, хочу сейчас набрать желающих продать эти участки и соответственно члены организации…

Михайлов В.: А ты как её нашел?

Виктор: Тут Слава приходил, он уже имеет там участок. Что самое интересное, он его бесплатно получил. Т.е. он нашел человека, у которого был участок, предложил ему продать, тот сказал, что он мне все равно не нужен, забирай даром, только документы сам оформи.

Михайлов В.: Это что-то сказка.

Виктор: Это было год назад. Сейчас, наверно, другая ситуация.

Михайлова А.: Но кто знает.

Виктор: Я по, крайне мере, объявление дал, мне несколько звонков было. Одна женщина собственница участка спросила - за сколько? Я называю цену 5000 рублей за сотку. Она сразу сказала, что куда-то позвонила, и ей сказали за 1 миллион за 10 соток. Она рассчитывает за 1 миллион продать.

Михайлова А.: Потому, что тот сосед продал бесплатно. Цены конечно….

Виктор: Мне порекомендовал глава сельсовета: «Так ты дай объявление в Дальней Заимке, тебя завалят предложениями». Но пока не завалили. Пока тройка была. Правда, недавно вышло объявление, я на месяц его запустил. Только подай объявление, к тебе придут желающие продать. У него, кстати, у самого 2 участка, у этого председателя.

ВФ: А, по сколько соток эти участки?

Виктор: По 10 соток. Но там, около 100 участков, которые заброшены. У меня даже потом возникла идея, что вот эти люди, наверно лет 10-20 имеют эти участки, они забыли даже, где он находится, но хотят его продать за 1 мил. Чтобы, может быть, как то воздействовать, но от общественной организации нельзя, но инициировать вопросы лишение участка за не использование. Если вопрос этот поднять.

ВФ: Надо узнать, как это делается.

Виктор: Он говорил, что инициатором выступает председатель садоводства. А может ли общественная организация выступить инициатором?

Михайлова А.: А там какое-то садоводство?

Виктор: Совсем недавно один человек, который там живет, он организовал садоводство и стал председателем.

Михайлова А.: Один. Сам в себе.

Виктор: Да.

Михайлова А.: Т.е. мы можем, как общественная организация написать ему письмо, давайте мы с вами совместно инициируем, лишение тех людей, которые не используют и поможем вам благоустроить территорию тем, что мы там будем жить и возделывать землю.

Виктор: Причем, я с ним встречался с этим человеком, который, сейчас председатель, он является владельцем магазина в ЦУМе, поговорил. Как-то, честно говоря, я сильно не встретил какого-то… Я говорю, общественная организация, чтобы поселок организовать нормальный. Он не особо этой идеей проникся. И не особо, вроде как. Он сказал: «Нет, не надо». Я понял. Что живет он так самодостаточно, он несколько участков выкупил, построил там не плохой дом себе. Т..е. в принципе, может быть, есть где жить.

Михайлова А.: Так он там один в чистом поле?

Виктор: Да. Ну, у него там сторож живет, прислуга какая-то.

Михайлова А.: Т.е. он как бы крутой?

Виктор: Да. И, тем не менее, первая встреча с ним как бы ни о чем была. Но, наверное, можно пробовать с ним и дальше можно работать.

ВФ: А место там хорошее?

Виктор: Да, я туда ездил, там такой сосновый бор красивый. Ну, мне понравилось.

ВФ: Озер нет?

Виктор: Озеро там есть маленько подальше, где в сторону Мужичкино. Я, правда, не доходил туда ни разу, теоретически знаю, что оно там должно быть. И в принципе, если этот прецедент развивать, то у меня, по крайней мере, есть еще два садоводства на примете, которые полностью заброшены, никого там нет и можно примерно такую же схему развивать.

Михайлова А.: Гладчук давал координаты, у нас в протоколе там где-то есть.

Виктор: Можно с ним поговорить, если что, то встретиться.

Михайлова А.: Это про что идет речь?

Виктор: Я рассказываю про приобретение участков не при помощи совместного выкупа, помимо совместного выкупа. Первое, это поездка по главам сельсоветов. Я про свой рассказал. Я съездил в сельсовет. Это кратко, по моей повестке. Но, он подкинул еще одну идею по поводу заброшенных участков. Есть желающие продать заброшенные участки. Я уже там механизм запустил, подал объявление на месяц, буду собирать желающих продать. Посмотрим, что из этого получится.

И вот это первый способ, эти земли в аренду под ЛПХ. А второй - это выкуп заброшенных участков. И чтобы, люди, которые там имеют землю и собираются продавать за миллион, особо сильно цены не загибали, есть возможность запустить механизм лишения прав за нецелевое использование. Т.е. если человек не занимается участком по закону, то его участок по суду можно отобрать. Если мы будем инициировать, то мы можем сбить вот эти вот цены.

^ Я вижу два не коммерческие направления, которые можно развивать.

Байфа У.: Про переделку совета написали.

Виктор: Я думаю, что нам перед переделкой совета, нам нужно будет собрать общее собрание, чтобы оно проголосовало за новых членов. А у нас возможно, люди…

ВФ: Так можно те, которые здесь соберутся члены организации и проголосуют.

Виктор: Я к тому, чтобы нам как бы еще не пришлось исключать из организации тех, кто уже не появляется здесь и уже…

ВФ: Так исключим автоматом, люди не работают.

Виктор: Мне кажется, это надо где-нибудь в сентябре начать решать, когда все приедут. И собрать новый совет на сентябрь.

^ Давайте, мы обозначим еще раз вопросы, которые у нас на общее собрание. Во-первых, надо еще что-то добавить.

Михайлова А.: По ЛПХ был первый вопрос.

Виктор: Давайте я его на себя возьму, соберу сведения, сделаю какое-то обобщение. И какой-то результат мы будем от этого ожидать, чтобы например, чтобы люди кто хочет, могли заявки подать землю в аренду и в каком районе. Или как то нацелить их, чтобы подать заявление на выделение участка.

ВФ: Ну, как же, обязательно. Ты проводишь речь и, наверняка, надо голосованием запросить, кто пойдет этим путем. Пойдут - хорошо.

Виктор: Я, наверное, скажу, чтобы они дали сведения, в каком районе и какая площадь участка. И потом составим какой-то единый текст.

Михайлова А.: Надо сначала найти этих людей.

Виктор: Тогда ЛПХ в аренду, я беру на себя этот вопрос и докладываю.

Михайлова А.: Второй вопрос у нас был общий по совместному выводу, юр.лицо и т.д., т.е. тут уже получается «Ковчег».

Виктор: Нет, мы же еще не готовы какую-то схему озвучить конкретную.

ВФ: Мы можем ее огласить именно так, как мы ее сейчас обговорим.

Виктор: Да, мы можем. Здесь главное проблематизировать, показать проблему, что совместный выкуп, как мы делали, мы его дальше не будем делать.

ВФ: Ты не забывай другое, что переход Ковчега к строительной индустрии – эта давнишняя наша идея.

Байфа У.: Вот, и давайте нашу технологию переводить в строительную индустрию, никаких других рядом я не принимаю.

ВФ: Подожди ты. Мы будем строить из нашей технологии, а если люди пожелают другие технологии, мы возьмем субподрядчиков, и они будут отвечать за это строительство, согласно договору. А нашим будет только общее руководство, кураторство и контроль.

ВФ: Землю мы организовали. Но я с самого начала пошел в общественную организацию только ради того, что можно «Ковчег» перевести на строительную индустрию.

Байфа У.: Да, понятно. Но, это в нашей технологии, нет вопросов.

Виктор: Ну, я все-таки думаю на собрании нам пока эти вопросы рано выносить. Мы пока, просто, попроблематизируем и скажем, что у нас есть проблема.

ВФ: Да.
Виктор: Кто будет готовить этот доклад.

Байфа У.: Я. Могу я. Проблемы я могу сформулировать

ВФ: Я могу дополнить к этой проблеме, как возможную модель дальнейших наших отношений и в строительстве Ковчеговской технологии и других технологий.

Байфа У.: Это когда будет, в четверг?

ВФ: Да, в четверг в 7 часов.

Михайлова А.: Тогда, мы коллегиально выступаем.

ВФ: Минут 10-15. Будет говорить Ульяна о перспективах будущих строительных моделей.

Виктор: Ну, и Аня будет докладчиком. Третий вопрос у нас по конкретным участкам. Ну, наверное, Дрокино предоставим слово Виктору Борисовичу, он у нас там больше всех был. По поселку Манский…

Михайлова А.: По Манскому мы пригласим риелтора, пусть он и докладывает.

ВФ: Ну, разумеется, если он за это деньги получает.

Михайлова А.: Мы вообще не будем «лезть поперек батьки в пекло». Ему нужно продать этот участок. Тогда приглашаем этого риелтора.

Виктор: По Мужичкино давайте пару слов я скажу. Здесь так получилось. Я вышел на собственника, который дал вот эту бумажку и сказал: «Вот все участки, которые продаются».

ВФ: Ужас.

Виктор: Ну, там кто-то сейчас, кто-то на подходе продажи. Причем, почти все они переведены в этот… Вот одно из конкретных свидетельств, которое он мне дал. Вот красным здесь выделено. Он сказал, что на сегодняшний день это самый интересный участок и какая-то Московская фирма им заинтересовалась, и, вроде бы, собирается его выкупать.

ВФ: А цена за сотку какая?

Виктор: Цена за сотку вот этого участка 8 тысяч, а второй участок находится прямо в Мужичкино, уже в черте поселения в Мужичкино. Причем, там водонапорная башня на участке стоит, и там цена – 9 тысяч.

ВФ: Т.е. можно опять начинать компанию по Мужичкино.

Виктор: Да, можно начинать компанию. Причем, если мы выкупаем один участок, можно за второй браться, буквально сразу, за третий браться.

Позавчера мне звонил один человек и говорит: «Вы можете мне помочь с переводом сельхоз земли в дачное. А я говорю: «Мы, вообще-то, общественная организация, мы другими вопросами занимаемся». Выяснилось, что у него в районе Шуваево 10 соток земли сельхозназначения, и он не знает к кому обратиться. Он вначале начал, а потом я понял, что он ищет, кому заплатить.

ВФ: Пусть идет к риелтору, и риелтор ему переведет.

Виктор: По сути дела, да такие участки есть, их надо собрать.

Валеева Н.: Есть еще момент. Звонит Дмитрий, Славин знакомый, у него есть предложения по Сухобузимо и тоже хочет к нам придти и сделать предложение по земле. Что, пусть приходит на это собрание?

Михайлова А.: Пусть приходит.

ВФ: Зови всех.

Виктор: Значит, Мужичкино я тоже на себя возьму, пару слов скажу.

Виктор: Четвертый вопрос какой, Слава?

Михайлов В.: Строительство.

Виктор: Строительство. Что мы скажем?

Байфа У.: Общую идею. Что если мы не развиваем эту идею, то все наши начинания гибнут на корню.

ВФ: Слава, а что ты о строительстве хотел сказать.

Михайлов С.: Ну, надо побуждать людей, чтобы они не сидели, и не шашлыки жарили там, а занимались строительством, вопросами всякими, Вы же сами сказали, что надо создавать какую-то волну.

ВФ: А в отношении юр.лица через «Ковчег», или через ЖСК, или через ТСЖ. Это ты скажешь?

Виктор: Я предлагаю пока ничего не говорить, пока сами не определилимся, пока мы только попроблематезируем эту проблему .

Михайлова А.: Так мы ее уже проблематизировали в связи вот с этим манским выкупом.

Виктор: Но, сейчас то, у нас уже будет общее собрание.

Михайлова А.: Понятно, Но, мы по сути дела, с теми то уже не будем поднимать вопросы юр.лица. Да? А новые то должны услышать, как мы дальше то пойдем, что мы дальше то долями вашими заниматься не будем. И по сути дела, манский риелтор будет говорить о создании юр.лица.

Виктор: Ну, и пусть говорит. А мы будем говорить, что мы будем искать новую схему. Но, конкретно схему мы пока не будем озвучивать.

Байфа У.: Да, ее на самом деле, нужно хорошо проработать.

ВФ: Мне не совсем понятна ваша позиция. А что нам прорабатывать? Нам ничего прорабатывать и не надо. Потому что, аналогом, существующих в стране, очень много. Надо, просто, взять какой-то аналог, либо ТСЖ, устав ТСЖ либо ЖСК, либо на прецеденте Ковчега.

Михайлова А.: Потом сказать, что мы прорабатываем деньги акредетива, чтобы деньги ваши не снимались, еще что-то.

ВФ: Да. Здесь особо прорабатывать нечего. Единственно, что Славе спросить, на какой счет, как он называться будет, чтобы устранить финансовую пирамиду. И все. А все остальное то, либо Ковчег, либо новое юр.лицо с тем или другим названием и уставом.

Михайлова А.: И впрямую сказать, что так мы избежим перекупщиков.

ВФ: Во-первых, и перекупщиков. Во-вторых, встанем в какие-то нормативные отношения – ваши целевые вклады в будущее строительство, загарантированные банком в любом случае дисциплинируют, создастся прецедент строительства, либо самостроем, либо подрядчиком каким-то, субподрядчиком, кем угодно.

Михайлова А.: Т.е. выкуп мы делаем только на этой платформе. Потому что, они все могут сказать: «Нет, мы в это не пойдем». Тогда – до свидания, мы доли вам помогать выкупать не будем. Да?

Виктор: Да.

Михайлова А.: Я считаю, что эта тема следующего собрания для всех.

ВФ: Потому что, получается искусственная ситуация, искусственное построение. А искусственные построения, как известно, долго не живут. Т.е. мы юридически не риелторская компания. А когда без риелтора ты делала функции риелторской компании. Это не правильно. Тем более, что мы за это ничего не получаем. Им это предельно выгодно, таким путем пользуясь, общественной организацией приобрести себе все-таки землю.

Михайлова А.: Я считаю, что вот это и надо озвучить. Кто про это говорит?

ВФ: Ну, наверное, Виктору и надо говорить.

Байфа У.: Я начну, а ты продолжишь.

ВФ: Пожалуйста, я могу продолжить. Т.е. это не правильно, это искусственное построение. На этих основаниях общественная организация прекратит свое существование.

Виктор: Вот эти идеи и нужно озвучить.

ВФ: А если она прекратит свое существование, то в будущем не будет никакого коллективного выкупа земли. Тогда все будут обращаться к риелторам, и риелторы будут брать за это свои гонорары, а это немалые деньги.

Михайлова А.: И мы ответственность, как общественная организация за покупку и перепродажу ваших долей нести не желаем.

ВФ: Да не то, что не желаем, просто при первом прецеденте вот этого эксклюзивного договора с риелтором, мы как организация здесь не нужна, они могут спокойно это решить без нас, могут решить это с риелторской фирмой.

Михайлова А.: Тем более риелтор говорит, что таких предложений миллионы, куплю-продам доли. Пожалуйста.

ВФ: Т.е. нам не надо брать на себя функции риелтора. Но если мы возьмем на себя эти функции за незначительную плату, меньше там может быть в 5 или в 10 раз, чем берут риелторы. Но, только с учетом того, что будет следующий ход для строительства. А, это наша уставная деятельность нашей общественной организации: оказание содействия в приобретении земли и в будущем строительстве. Это наша прямая уставная деятельность. Поэтому, если желаете получать землю через нас, то имейте в виду, что для нас важно, чтобы вы строили на этой земле.

Михайлов В.: Единственное что, для меня руководством было этой мысли, что у «Ковчега» есть лицензия, мы можем делать проект. В принципе, а причем здесь общественная организация. Тогда можно было бы и общественной организации заняться этим вопросом, создать договор с банком и все такое. А «Ковчег» стал бы, просто, членом организации.

ВФ: Можно.

Виктор: Главное для собрания нам проблематизация, а конкретные механизмы мы будем ещё прорабатывать и обсуждать.

ВФ: Под эгидой общественной организации в будущем новое юридическое лицо ТСЖ или ЖСК, может войти и «Ковчег», и как юридическое лицо, могут войти и физические лица, это все допустимо по уставам тех организаций.

Михайлов В.: А я теперь считаю, что раз такая ситуация складывается, что никаких ТСЖ не надо.

ВФ: ЖСК или ТСЖ – это как бы организации юридического лица из физических лиц. Были люди физические, собрались и решили создать, создали юридическое лицо. Если есть «Ковчег», как юридическое лицо, можно обойтись без этих организаций. Но все могут поменяться там, в статусе «Ковчега». Согласиться создать ЖСК, пожалуйста, а в это ЖСК могут войти юридические лица и физические лица. И объединиться общим уставом. Это для людей будет большей гарантией. Да, плюс, если ещё и гарантией банка воспользуемся, вот этим аккредитивом, или ещё какими-то формами гарантированных выплат самими вкладчиками. Тогда и вовсе они изучат эту ситуацию, и согласятся на юридическое лицо, либо под «Ковчегом» работать, либо под ТСЖ или ЖСК.

Виктор: Эти вот три вопроса и остаются, ничего нового. По Лукино мы будем что-то говорить?

ВФ: В любом случае это будет, прозвучит: и Лукино, и все участки прозвучат.

Виктор: Единственная просьба тогда давайте попробуем уложиться в 2-3 часа.




Скачать 389.89 Kb.
оставить комментарий
Дата13.10.2011
Размер389.89 Kb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх