Скарабей icon

Скарабей


Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
скачать
Сергей СУША


СКАРАБЕЙ

Роман (третья книга)


Москва. 2007.


В Москве появляется долгожитель ОТТУДА по кликухе – КОТ. Мы с ним едем в Боблово. По дороге встречаем и приглашаем к себе внебрачную дочь Григория Распутина – Вареньку. Кот находит в саду и присваивает СКАРАБЕЯ.

В Боблово приезжают Есенин, Ивнев и Лариса.

Кот выступает в Госдуме, затем с Анастасией Крамовой они летят в Египет, потом в Индию.

Пред появлением Представителей ВЫСШЕГО РАЗУМА Боблово превращается в РАЙ. От Божьих щедрот кормятся не только бобловчане, но и другие жители Подмосковья. Рядом строятся особняки, а отец Киприян возводит Храм.

В Райский САД вызывают наиболее известных полководцев. Посланец от Представителей ВЫСШЕГО РАЗУМА задает им вопрос: «ЗАЧЕМ ТЫ ЖИЛ». И лишь СТАЛИН отвечает, что «жил для народа».

Из Индии возвращаются Кот и Анастасия.

Для спасения Земли от ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ КАТАСТРОФЫ, Кот заставляет бывших Президентов и ворье возвращать награбленное. Маврочка вводит им сыворотку «ПРИЗЫВНИК».

Митрофан приглашает нас на юбилей.

Мы едем к Кротову на Крещение потомка АРЬЕВ – КУЗЬМЫ.

На водохранилище к Есенину подбегает влюбленная в него Дианка и ведет в палатку… После ее самоубийства Есенин, в сопровождении бывших жен, любовниц, друзей и врагов России поднимается на высокую ГОРУ.

Светолон вручает поэту «ЖИВЫЕ ПИСЬМЕНА».

Аминь.


Солнечное майское утро не предвещало плохой погоды. Но,

когда за мной захлопнулась парадная дверь, грянул гром, круто вниз пробежала жилистая молния. «Ну, сейчас ливанет!» – посмотрел я окрест. Но, нет! На Землю не капнуло ни росинки. Зато прямо над головой заклекотал Орел и решительно спикировал на капот моей «Оки». Поклевал по лобовому стеклу, взмахнул крыльями и скрылся за московскими душегубками.

Я подошел к машине, вытащил из кармана ключ и хотел вставить в замок, но неожиданно дверь приоткрылась, я плюхнулся на слегка продавленное сиденье и оторопел: справа вальяжно восседал среднего возраста и роста плотный господин.

На нем были красные сапожки, зеленые панталоны, в белую крапинку малиновый жилет, рубашка-«жабо», черный смокинг; на коленях – пушкинских времен, цилиндр. В смуглом, мужественном, с римским профилем, лице чувствовались сила и уверенность.

Пожал мою руку. Впечатление было такое, словно она побывала в тисках…

Представился:

– Василий Иванович Жебраков. Кликуха – Кот. Долгожитель. У Лермонтова служил кучером, у Льва Толстого – истопником. У Булгаковых однажды починил примус… Потом угостили сметаной. Когда вылизывал плошку, обозвали Мурзиком...

«Однако, шутник, – засомневался я, – только гуляющие в цилиндрах вряд ли облизывают ложки...»

Из нагрудного кармана извлек кубинскую сигару, прищелкнул пальцами левой и в салоне приятно заароматизировало. Полуобернулся в мою сторону:

– Утром вы зря обиделись на Галину Ивановну. Сахар мы купим, но

не в Москве, а в Рогачево, там на два рубля дешевле...

Я задал естественный вопрос:


– И как вы здесь оказались, уважаемый? – Он открыл боковое


стекло, отряхнул пепел и, не задумываясь, ответил:

– Как пришел, так и оказался...

- Мудреный удар из угла в среднюю лузу... – Василий Иванович поднял глаза и напрягся: на кленовой ветке чирикали воробьи...

– Живучие птички. На Украине их за это окрестили жидами...

– Согласен, что живучие. Только на Камчатку несколько раз завозили и не приживаются.

– Эта земля расположена на тектоническом разломе. Извержения вулканов и землетрясения многих отпугивают. Не только птичек, но и людей ИНДИГО.

– Загадками камлаешь...

– Никаких загадок. Обживемся и многое тебе поведаю. Однако мы заболтались. Вставляй ключ зажигания и поехали, – он пыхнул в мою сторону дымком и прикрыл глаза.

– Откуда такой повелительный тон?

– Все ОТТУДА же... Напрочь забыли теорию марксизма-ленинизма... И товарищ СТАЛИН правильно считает, что давно пора вас приучать к порядку.

– Ты что же – знаком с вождем всех времен и народов?

– Я знаком не только с товарищем СТАЛИНЫМ , но и с Рюриком Александровичем, который нарек тебя «деточкой». Велел за тобой присматривать, а то опять попрешь на баррикады...

– Не попру! Успокоился...

– Вот и хорошо. У нас и других дел по горло.

– Как они ТАМ?

– Нормально. Вместе с Ларисой шлындают вокруг Большой Медведицы. Bсe высматривают, обмеривают. Подумывают, как бы умилостивить Дункан... СКАРАБЕЙ-то пока у нас...

– Поэтому и призадержались?


– Экологические перспективы Земли просчитывают. Согласно календарю МАЙЯ, 23 декабря 2013 года закончится очередной прецессионный цикл нашей планеты. Изменятся магнитные полюса и Земля возможно «кувыркнется...», и в Сибири опять появятся мамонты

и другая теплолюбивая живность. И в первую очередь под воду уйдет Англия, затем трупоедная Америка, часть Европы, некоторые места Ленинградской области; частично будет затоплен Китай, Япония, Сахара и другие, только Господу Богу известные, места. Меньше всех пострадает убогосердечная Россия. Земля станет очень дорогой… И хлынут за Урал люди, «аки волки голодные». Жалко детей, животных и растительный мир... Остальные получат по заслугам. Что-то мы с тобой заболтались, деточка. – Василий Иванович похлопал меня по плечу. – Давай, заводи свой «шедевр».

Я вставил в замок ключ зажигания и повернул вправо. Машина вздрогнула, чихнула и заглохла.

– Выйди и подкачай бензин, дубина!

– Прошу не оскорблять! – я взметнул кулак. Но он мгновенно перехватил мою руку.

– Не петушись... Просто хотел проверить уровень твоего психоза.

– Ну и как, доволен?

– Все в порядке, можешь выходить и поднимать капот.

Я несколько раз нажал на рычажок бензонасоса, сел за руль и повернул ключ. Машина легко завелась и мотор начал набирать обороты.

– Включи отопление, а то я за ночь продрог малость... А заодно проверь поворотники.

Я сдал назад, развернулся и стал выруливать на Дмитровское шоссе. Почесал затылок.

– Перед выездом стоит знак, запрещающий поворот налево. Но ты на него не обращай внимания. Гаишник Селезенкин в настоящее время


находится в шестой кабине «СЕКСОДРОМА. АПОЛЛОН и К°», так что рули и мы без проблем выедем на шоссе. – Я так и поступил. Хотел было притормозить пред надвигающимся светофором, но к моему удивлению, сразу вспыхнул разрешающий знак и мы на приличной скорости рванули вперед. – Держи примерно под восемьдесят и нас везде будут встречать только «зеленые глаза».

– Ты что специально даешь мне беспробковую дорогу?

– Может, и специально... Но что в этом плохого?

– Вроде бы ничего... Но с другой стороны, я же не президент Путин, чтоб от меня шарахались рядом идущие машины.

– Не завидуй этому мужественному человеку. Он в лапах ДЬЯВОЛА и вырваться на свободу не так-то просто.

Впереди на высоте примерно пятьдесят метров уверенно взмахивал крыльями Орел. Василий Иванович весело замурлыкал и прикурил сигарету с ментолом.

– У Рюрика Александровича спер?

– Никак нет! Могу организовать не только сигарету, но и трубку товарища СТАЛИНА.

– Вообще-то у меня не курят...

– Рюрик Александрович постоянно смолил и ты помалкивал.

– Тебе же хуже, наживешь язву желудка и быстро бросишь...

– Не пугай наркомана понюшкой табака. Мы закаленные. Могу серной кислотой в глаза закапать и только лучше буду видеть...

Напротив станции «Трудовая» нас тормознул гаишник. Я приспустил боковое стекло. Из машины сразу же вышел Василий Иванович, вытащил бумажник и протянул зеленую денежку. Старший лейтенант в испуге отшатнулся. Тогда Кот взял рослого парня за плечи, прижал к себе и что-то прошептал на ухо. Гаишник смутился. Потер ладошкой лоб, сбегал в «курятник» и вернулся с ветошью. Протер лобовое стекло «Оки», подчистил номерные знаки и козырнул:


– Безаварийной вам дороги, господа!

Когда двинулись дальше, Кот наклонил светоотражатель:

– Симпатичный парнишка. Придется писать рапорт на повышение.

Я согласно кивнул головой и все же полюбопытствовал:

– Чем ты его так напугал?

– Сказал, как есть...Что, мол, являюсь Первым Советником Президента по отлову «хорьков». И что скоро сам Путин покатит по этой дороге и может спросить о житье-бытье...

– Говорил же я тебе, что лучше ехать по кривой, чем по прямой, на которой стоит начальство.

– Это уж точно... Но по Дмитровке хоть и дальше, зато пробок поменьше... А старший лейтенант?.. Когда поедем обратно, будет капитаном, даже орденишко на грудь повешу.

– Когда-то это произойдет?

– Скоро узнаешь, – Кот приоткрыл стекло и пульнул на обочину окурок.

– Вот так и случаются на Руси пожары.

– Моя сигарета давно погасла.

Под Дмитровым, когда поворачивали налево, нам отдали честь сразу два гаишника. В Рогачево встречали с оркестром.

– Музыка – это хорошо, – нахохлился Василий Иванович. – Но за сахаром все равно придется идти.

Я вытащил бумажник и протянул деньги.

– Мне свои девать некуда, – отмахнулся Кот и направился в сторону рынка. Вскоре оттуда показался смуглый парень с белым мешком на плече. Следом, под красным стягом, шествовал Василий Иванович. Народ указывал на них пальцем и корчился от хохота.

«Ничего, скоро перестанут удивляться не только господам в цилиндрах, но и дамам без бюстгальтеров», – промурлыкал он и вручил рабочему какую-то бумажку.


– Что ты ему сунул?

– Как что? Билет на трамвай...

– Непутевый ты какой-то, Василий Иванович. Трамваи здесь не ходят, а автобусы иногда запаздывают...

– Мой билет особенный. По нему даже в авиалайнер пропустят.

– Мистика какая-то?..

– Никакой мистики. Я ему вручил билет, по которому в течение года можно пользоваться всеми видами транспорта на всех широтах и высотах земного шара.

Вскоре мы сошли с Главной дороги и повернули в сторону Музея-усадьбы Менделеева. Пение птиц и солнечная погода настраивали на лирический лад. Кот все чаще посматривал на обочину. Когда машина пошла по узкой лесной дороге, впереди расцветающим подсолнухом обозначилась стройная, с точеными ножками в замшевых полусапожках на высоких каблуках, девчонка. Левой прижимала к груди коричневый узелок, правой помахивала ромашкой.

– Притормози! – буркнул Василий Иванович. Выскочил из машины и приобнял незнакомку. Приоткрыл заднюю дверь: – Садись, Варенька!

Девушка села в машину и протянула мне ромашку.

– Это вам от Ларисы, Сергей Михайлович. Они пока что в делах и заботах... Велели за вами поухаживать... Без Полины Евдокимовны небось трудновато? – Зарделась: –Чем смогу, тем помогу.

Ошарашенный, я молчал. Мы въехали в Боблово и я тормознул у тесового крыльца.

Кот поспешил из машины, подошел ко мне:

– Я малость прошвырнусь... А вы потихоньку разгружайтесь. – Подумал и взял меня за пуговицу: – Ты вот, что... Варя – внебрачная дочь Распутина и княгини Юсуповой... Святое, непорочное дитя. Ей уготована участь замаливать грехи непутевого папаши. И быть ей вечной девственницей... Так что ты, того, гляди, не балуй...


– Даже и в мыслях не было, Василий Иванович.

– Вот и хорошо, деточка! – Хлопнул ладонью по голенищу и скрылся в кустарниках нашего дикорастущего сада.

Мы с Варей приступили к разгрузке машины. При этом я заметил, что она торопится взять более тяжелую коробку.

– Зачем же так, – тронул за локоть девушку, – эту стопку книг могла бы оставить для меня.

– Не беспокойся, Сережа, – перешла она на «ты», – я хоть и девушка, но посильней иного мужчины.

– Мы перенесли в дом вещи, я подошел к окну и залюбовался Подмосковным пейзажем. Варя из хозблока вытащила подаренную нам соседом Борисом широченную холстину, на которой хорошо читался текст демократического плаката, и накрыла им машину.

На веранде присели за стол.

– Что будем кушать? – пробежала по столу ноготками.

– Я не прихотлив. Что подадут, то и покушаем.

– Вот и чудненько! Значит, на первое салат из морской капусты,

на второе – яичница с ветчиной.

– И по стопке «Кагора».На стеллаже между книг стоит...

– Я уже заметила...

Я вышел во двор. Под вишней из самодельного рукомойника сполоснул руки. Она тут же подала полотенце.

Сели за стол.

– Как говаривал Рюрик Александрович, порции по возрасту и аппетиту. Тебе, как мужчине, побольше, остальное мне.

– Почти азиатский вариант.

– Это почему же?

– А у них пока мужчина не насытится, женщина не присядет за стол.

Девушка поставила передо мной бутылку и рюмку.


– А себе?

– Горячительное отродясь не пробовала и, видимо, не придется...

С детства запомнила, что первая чаша принадлежит жажде, вторая – веселью, третья – наслаждению, четвертая – безумию.

– Я не стал вступать в диалог и опустошил свою рюмку. Доедая салат, подумал: «И эта все и обо всем знает...»

– Совершенно верно, Сережа! Уж такова наша доля...

Мы покушали и я присел на диван. За окном заметно потемнело.

Я мотнул головой и потянулся.

– Я сейчас, мигом! – предупредила Варя. И вскоре вернулась с эмалированным тазиком и полотенцем. – Омоем ноги и ты крепче будешь спать.

Я покорно опустил ноги в тазик. Девушка умело и сноровисто промыла пальцы и вытерла полотенцем. Взяла меня за плечи и прижала к подушке. Улыбнулась, поцеловала руку и скрылась в соседней комнате.


XXX


На следующий день, как и прежде, по случаю нашего приезда, стали подходить соседи: Борис и Оля с авоськой, из которой выглядывало горлышко забугорного напитка и хвост красной рыбины; Алексей и Ольга, которая бережно прижимала к груди тарелку с блинами и салатом «Ассорти»; мастер «Золотые руки» Вячеслав Ежов с мамой. Она решила угостить нас козьим парным молоком и пирогами с капустой. Последними подошли Люся с Таней, Людмила Сергеевна и Тамара Павловна.

Во дворе белым цветом кипела весна. Хорошая погода и неумолкающие пташки напевали, что «жизнь удивительна и прекрасна!»

Я представил гостям девушку, при этом добавил, что она дочь моего старшего брата, что приехала из бурлящего революционными страстями Крыма и собирается поступать в музыкальное училище.


– По классу скрипки, – подтвердила Варенька.


– А где же Галина Ивановна? – обратилась ко мне Оля Долгова.

– У Галины Ивановны заканчивают ремонтировать библиотеку.

На днях будет. Прошу к столу.


Через пару часов, когда застолье было в разгаре, во двор въехала фура, на бортах которой было написано: От фирмы «ФРИДМАН». Из кабины ухмыльнулся Кот. С толстой сигарой в зубах, он чем-то походил на скабрезного юмориста Хазанова. Гости оживленно зашушукались.

– Не удивляйтесь, господа-товарищи! – почесал под глазом Василий Иванович. – Я просто хорошо и надолго загримированный артист, – подмигнул мне и начал открывать дверь машины.

– И где ты, милок, так густо загорел и сытно столовался? – подозри­тельно зыркнула на него Тамара Павловна.

– В последнее время харчевался у Сергея Есенина и Клеопатры, – ничуть не смутился Василий Иванович, поднял и начал обламывать сухую веточку смородины. В этот момент в сад вбежала гладкошерстая Линда.

«Подружатся ли», – сцепил я пальцы рук. Но ничего неожиданного не произошло. Линда подбежала к Василию Ивановичу, лизнула в щеку и они мирно уселись возле заднего колеса... Кот о чем-то «поворковал» с Лин­дой, поднялся и подошел к грузчикам:

– Разгружайте, хлопцы! – И двое рабочих в синих спецовках под красными пилотками стали облегчать машину. Под яблоней образовалась гора продуктов: несколько ящиков водки, три с надписью «Наполеон», пять коробок вина и столько же пива. На остальных упаковках было написано: «Колбасы», «Сыры», «Рыбные консервы», «Ветчина», «Конфеты», «Шоколад», «Фрукты», «Маслины». Остальное вряд ли стоит перечислятъ. Пей и жуй – не хочу... Заинтригованный народ глядел то на груз­чиков, то на Василия Ивановича и слышалось:

«Откуда? И зачем все это?»


«Наверняка у кого-то день рождения», – предположил Алексей.

Я подошел к Коту:

– Дорогой Василий Иванович, по какому случаю образовался сей склад продуктов?

– По очень даже закономерному. Скоро ГОСТИ пожалуют... А чем их потчевать? Вот я и позаботился.

– А денежки из каких чулков?

– Это уж моя забота.

– А что отвечать гостям?

– Скажи, что скоро приезжают твои многочисленные родственники...


XXX


На веранде Василий Иванович объявился только в начале одиннадцатого утра. Я присмотрелся и прокомментировал:

– Смокинг помят, цилиндр набекрень... И где это вы, уважаемый так показательно отдыхали?

– Отдохнешь тут с вами, – сплюнул Кот. – На спидплощадке познакомился с семнадцатилетней дочуркой пивного барона Ефима Брумеля – Маврочкой. Смазливая девочка. Но оказалась не только колдуньей... Когда стем­нело, предложила зайти в лесочек. Зашли, распили по банке, побалагурили, а потом само собой... Призналась,

что без острых ощущений не может… Уговорила привязать к осине и отхлестать березовой хворостиной. При этом попросила, чтоб СКАРАБЕЙ висел на веточке прямо пред ее похотливыми глазками. Пришлась уважить... И только после этого она подняла хвост.

При слове СКАРАБЕЙ, я вздрогнул.

– Да не волнуйся, деточка! Вот он, родимый. – Василий Иванович расстегнул верхние пуговицы рубашки и на его шее, на золотой цепочке я узрел драгоценный КАМУШЕК. – Прятать надо было получше,


– взглянул он в сторону сада, – а то прикопал под рябиной и решил, что не найдут...

– Тогда, может, вернешь?

– Зачем? У меня не пропадет... Тем более, что сегодня мне опять идти на свидание.

– А одежонку где поистрепал?

– У Маврочки оказались весьма ревнивые поклонники. Пришлось состя­заться, – каблуком вмял в землю прелый листик белого налива. – Пойду покемарю малость, – и направился в сторону мансарды.


XXX


Но «покемарить» не удалось ни Василию Ивановичу, ни нам с Варей. Около двух часов ночи заурчала машина и по окнам нашего дома резко полоснуло светом. На крыльце раздался топот подкованных боти­нок. От мощного удара, видимо, ногой, входная дверь с треском вле­тела вовнутрь и зацепила вторую, стеклянную. На ковер посыпались осколки. В дом ворвались трое амбалов в масках и с автоматами... В ту же минуту в комнату спокойно вошла Варя. На ней были защит­ного цвета брюки, рубашка-хаки, на ногах импортного производства кеды. Меж грудашек был приколот золотой, круглый с замысловатыми иероглифами медальон.

– Успокойся! – прижалась ко мне. Но не успел я и оглядеться, как получил под дых прикладом «Калаша».

– Слушай, ты – несостоявшийся конокрад, где СКАРАБЕЙ? – заорал высокий и плотный, и вторично огрел меня прикладом.

– Какой СКАРАБЕЙ? – попытался прикинуться я простачком.

– Тот самый, который ты получил от Митрофана.

Я понял, что бандюганы все знают и отпираться бесполезно.

– СКАРАБЕЙ прикопан в саду... Но сейчас темно и его вряд ли найдешь.

– Врешь, падла! – главный опять замахнулся прикладом, но его


руку перехватила Варя.

– Мальчики, – с тревогой в глазах обратилась к ним девушка. Давайте поговорим спокойно и, может, даже погадаем, где припрятан КАМУШЕК.

– Мы тебя, сука, сейчас хором «погадаем» и вы сразу вспомните то место, где лежит СКАРАБЕЙ. – После этой тирады рослый схватил девушку за воротник и рванул на себя. Но к моему удивлению, она не только устояла на месте... Ребром ладони чиркнула нахала по плечу, потом под­прыгнула и врезала ему между ног... Бандюган охнул и уткнулся лицом в ковер.

Стоявший в проеме второй, вскинул автомат и нажал на спусковой крючок, но выстрела почему-то не последовало.

– Что за бля? – растерялся он.

– Никакая я тебе не «бля», милый, – при этом Варя молниеносно оказа­лась возле второго налетчика и «процедура» повторилась... Разница была лишь в том, что она его не била в пах, а просто ткнула пальчиком в шею и он «присел»…

В это время со стороны веранды раздался грохот и треск. В комнату, обмякшим мешком, влетел очередной непрошенный гость. Следом вошел угрюмый Кот:

– Если начинается война, то работать необходимо только на победу! Вот лиходеи... Прервали такой, с интимными наворотами, сон, – Василий Иванович был в полосатой пижаме. На груди, на золотой цепочке, пошевеливал лапками СКАРАБЕЙ. – Что будем делать с этими подсвинками?

– Решай сам, Вася, – поглаживая левое плечо, предложил я Коту.

– А что тут решать?! – Он обошел лежащих бандюганов и каждого толкнул в бок... Налетчики заохали, застонали, стали НА ЧЕТВЕРЕНЬКИ и, матерясь, направились за порог.

Кот подобрал автомы и ножи.


– Сие добро, – похлопал по прикладу «Калаша», – припрячу на огороде.

Варенька подошла ко мне и ладошкой погладила по ушибленным местам. И боль притухла. Прижалась к моей груди:

– Пойду в свой девичник.


XXX


На следующий день на веранде я обнаружил газету «Клинские очаро­вания». В рубрике объявлений наткнулся на следующее:


«На днях в наш супермаркет «Фридман и продтовары» зашел господин с обличьем юмориста Хазанова. На наши недоуменные взгляды ответил, что это актерская маска... Закупил фуру продуктов и напитков и мы были благодарны столь щедрому покупателю. Расплачивался советскими, извините, российскими рублями и американской валютой. Вечером, перед сдачей в сберкассу, работники пересчитывали деньги... На одну из американских купюр случайно упала капля водки «Жирик».

К нашему удивлению, стодолларовая бумажка сначала свернулась в трубочку, потом расправилась, как бы расклеилась и вместо одной купюры пред нами оказались две... Ошарашенные, мы покапали «Жириком» на другие бумажки... Эффект оказался потрясающим. Все купюры раздвоились. Таким образом, господин с обличьем юмориста Хазанова, за один и тот же товар заплатил нам дважды. Но и это не все. Видимо, по рассеянности, он оставил свой туго набитый бумажник. Как исключительно ЧЕСТНЫЕ и ПОРЯДОЧНЫЕ бизнесмены, приглашаем вас, дорогой господин, в наш супермаркет и мы не только вернем вам переплаченные деньги и бумажник, но и преподнесем фирменный сувенир».

Следующая заметка выдавала крик души:


«Мой дорогой и милый Вася, Василек! То, о чем я мечтала всю жизнь, наконец-то свершилось в заветном лесочке под осиной... Каждым ногот­ком, каждой жилкой и днем и ночью чувствую твое пушистое


прикосно­вение. Ты разбудил во мне такие звезды, что я могу поджечь всю галактику. Без тебя мне жить невмоготу. Каждый вечер в одно и то же время я нахожусь под любимой осиной и надеюсь, и жду. Откликнись, любимый!» Маврочка Б.

В рубрике «Происшествия» вычитал:


«Вчера ранним утром в Клинскую городскую больницу приползли необычные пациенты. Не знаем, насколько точно употребили глагол «приползли». Вернее сказать – притопали на четвереньках... На вопросы не отвечают... В полдник вместо пшонки потребовали сырой рыбы... Мало того, начали обрастать шерстью, появились отростки хвостов. Медперсонал в растерянности. Убедительно просим всех ясновидящих, экстрасенсов, ворожей, гадалок и народных целителей помочь нам в лечении неординарных пациентов».


ХХХ


Во второй половине дня за воротами посигналили. Варенька легко и босоного сбежала с крыльца и открыла ворота. Во двор вошла черная «Волга». Я подошел к машине. Из нее выскользнули охранники, а затем в генеральской форме Николай Николаевич Власик. Протянул сухонькую руку:

– Здравствуйте, Сергей Михайлович!

– Здравствуйте, товарищ генерал.

– Господин генерал, – поправил Власик. – Шучу, шучу, – взял меня за воротник рубашки. – Как живем-поживаем, что новенького?

– Живем- поживаем нормально... Вот родственница из Крыма пожаловала. Там, говорят, свирепствует птичий грипп... Но ее это не смущает. Без курочек не может и просит, чтоб разрешил разводить и здесь... И, видимо, придется уважить, – внаглую врал я, посматривая на постаревшего генерала. Но птицы его не заинтересовали.

– Когда поэты обещают пожаловать?

– Они никогда не предупреждали... Но по моим предчувствиям,


скоро будут...

– Я несколько раз созванивался с Митрофаном и он убеждал, что КАМУШЕК у тебя...

– Все может быть, товарищ генерал. Но пока не появятся поэты – это бесполезный разговор.

– Это почему же? – хлопнул он капоту «Волги». В это время во дворе обозначилась «Победа». Из нее охая и покряхтывая вышел вор в Законе Митрофан. Его парни тут же под знаменитую задницу подставили кресло с подлокотниками и белым подголовником. Митрофан даже не взглянул на генерала и попросил «курсантов» открыть бутылку минералки. Демонстративное игнорирование озадачило Николая Николаеви­ча. Он посмотрел на бывшего «подопечного», подошел и пожал руку:

– Как поживаешь, батюшка?

– Хорошо поживаю. С понедельника врачи обещают в меню понемногу добавлять мясного...

– Птицу или говядину?..

– Это ты у них спросишь... А заодно и у майора Рябцова, который убеждал, что к этому времени должны были подгрести поэты.

– Бывало, что приезжали и раньше... А в этом году что-то нет...

Я позвал Вареньку и попросил сгоношить чаек.

– А я уже все приготовила, Сережа. Осталось только стулья поставить.

В это время в коричневой кожаной куртке, в черных брюках, с открытым воротником, со стороны сада появился Кот. И, словно дразня гостей, выбросил на грудь СКАРАБЕЯ. Высокие гости и охрана от изумления открыли рты и молча уставились на незнакомца. Первым пришел в себя Митрофан:

– У нас принято представляться. – А про себя подумал: «Знакомый взмах руки... Усики... Но где и когда я мог видеть эту морду?»


Кот приосанился:

– Василий Иванович. Актер... – Прижал рукой к устам СКАРАБЕЯ. Пока гости находились в столбняке, в диалог вступил я:

– Вот, неведомо откуда появился. Нашел КАМУШЕК и шастает с ним по клинским проституткам.

– Прошу не оскорблять, Сергей Михайлович. Маврочка – исключительно воспитанная девочка. Правда, есть некоторые завихрения, но это не беда, возрастное... Если вам не нравится, могу подобрать другую.

– Нам очень даже не нравится, что драгоценный КАМУШЕК находится на твоей плохо промытой шее, – помял мочку уха генерал.

– А вот это вы зря, господа! К моему телу никогда не приставала никакая зараза.

– Ладно, – прокашлялся Митрофан, – давай КАМУШЕК, а уж потом раз­беремся, кто чище.

– А зачем вам СКАРАБЕЙ? Вы же приехали за деньгами, – Кот с гордо поднятой головой прошелся пред гостями и прикурил кубинскую сигару.

– За труды праведные нам нужен и КАМУШЕК, и деньги, – приподнялся в кресле и цикнул Митрофан.

– Деньги – это пожалуйста, – с улыбкой на лице, легко согласился Кот... А КАМУШЕК, когда вернуться поэты... Вот с ними и разбирайтесь.

Генерал приблизился к Митрофану и стал о чем-то нашептывать на ухо. В ответ вор в Законе кивнул головой.

– Ребята, в ружье! – скомандовал генерал. Военные в штатском мгно­венно вытащили автоматы и направили на Кота. Василий Иванович, то ли от злости, то ли из озорства бросил под ноги командира сигару, сплю­нул и в мгновение ока оказался на вершине рядом стоящей толстой и ветвистой яблони. – Нет, брат, от нас не уйдешь! Секите этого лиха­ча, ребята. – Охранники вскинули автоматы и дружно ударили по Коту.


Сверху посылались ветки и сучья изувеченного дерева. Мы с

удивлением и страхом наблюдали за происходящим. А Кот... стоял сзади генерала и с ехидной ухмылкой показывал «рожки»:

– Предлагаю мировую, – прикурил вторую сигару Кот. – Сейчас получаете деньги и доброго вам пути.

Генерал опять склонился над Митрофаном.

– Согласны, – вяло махнул рукой вор в Законе.

– Вот и ладушки!

Вскоре, сгибаясь под тяжестью спецмешков из дома показались Кот и Варенька.

– Ну, кому и по сколько? – уставился на них Кот.

Гости задумались.

– Я думаю, что пары лимонов зелени для меня и моего отдела вполне достаточно, – потерт ладошками генерал.

– А мне лимон, девятьсот девяносто тысяч и девяносто девять копеек российскими, – потребовал Митрофан.

– Но вы же просите значительно меньше? – поднял брови Кот.

– Сколько причитается, столько и требую...

– Без проблем, – Кот расстегнул спецмешки. Они с Варей стали к ногам гостей вытряхивать деньги.

– С валютой надо бы поаккуратней, – генерал разорвал одну из пачек «зелени» и под Солнцем стал разглядывать купюру. Кота это, видимо, обидело:

– Господин начальник, – Кот приобнял Николая Николаевича и на его новом кителе стал выкручивать пуговицу. – Если при проверке обнаружите хоть одну фальшивую, то потом получите вдвойне. Если – нет, то денежки обратно...

– Согласен! – по стойке «смирно», застыл генерал.


Получив требуемые суммы, гости задумались. Они не ожидали, что деньги получат так просто и быстро. Происходящее озадачило и меня:


– Обещаю, что, как только появятся поэты, я сразу же сообщу о их

приезде. А сейчас решайте: то ли по чайку, то ли по стопарю? – Гости замахали руками и, не попрощавшись, направились к машинам. Я в растерянности присел на стул. На душе было погано: «Деньжата оказались сильнее и принципов, и чести..»

Прошло не более двадцати минут и во дворе опять появилась гене­ральская «Волга». Из нее выпорхнул быстроглазый охранник, следом явно расстроенный генерал. Второй охранник поставил на стол блестящий кейс.

– Произошло нечто весьма загадочное, – насупился генерал.

– Слушаю вас, Николай Николаевич, – пожал я плечами.

– Вся закавыка в том, – залюбовался он севшим на крышу голубем, – что ехал я сюда вовсе не за деньгами. Но, видно, бес попутал… И этот бес – это ваш Василий Иванович.

– Кликуха – Кот, – уточнил я.

– Он самый, Сергей Михайлович. На меня, словно затмение свалилось… И неведомо почему, мы завели разговор о деньгах. А на кой черт они мне нужны?! И что я буду с ними делать в своей Конторе?

– Вам виднее, Николай Николаевич.

– В том-то и дело, что стоило мне малость проехать, очухаться... Короче, деньги я возвращаю. Можете не пересчитывать. Их никто не трогал.

– А это мы сейчас проверим! –Пред нами появился Кот, уверенно нажал на замки кейса и стал извлекать из него газеты и журналы демократического направления.

– А где же деньги? – полусогнулся и оперся на колено генерал.

– Не беспокойтесь, начальник, – обозрел солнечное Небо Кот. Припод­нял очередной номер «Московского комсомольца» и пред нами образовались плотно уложенные пачки «зелени» с американскими харями.


– Чертовщина какая-то! – газет в кейсе вроде бы не было, –

побледнел генерал.

– Ошибаетесь, дорогой, – возразил Кот, – дерьмократическая машина работает бесперебойно... И дорожает все день ото дня...




оставить комментарий
страница1/11
Дата13.10.2011
Размер2,38 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх