Курс философии и философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В. Ломоносова проф. М. В. Желнова февраль май, сентябрь декабрь 2007, январь 2008, Москва icon

Курс философии и философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В. Ломоносова проф. М. В. Желнова февраль май, сентябрь декабрь 2007, январь 2008, Москва


Смотрите также:
Курс философии и философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс философии и философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс философии и философии науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс философии и философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс философии и философии науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс философии и философии науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс философии и философии науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс философии и философии науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Курс философии и философии науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...



Загрузка...


Понедельник, 10 сентября 2007г.
Студенты (10/09/ч.1/р.4/07)

© Mark V. Zhelnov. Student’s Lectures. 2007


Курс философии и философии Науки ХХI века

для СТУДЕНТОВ физического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова.

проф. М.В. Желнова

февраль - май, сентябрь - декабрь 2007, январь 2008, Москва


Часть первая.

Философия как история философии и история философии как философия.

Четвертый раздел

Мировая философия в России и российская философская мысль в современной интерпретации.

Лекция №16.

Философская мысль и традиции России к середине 19 века

(Александр Сергеевич Пушкин и Петр Яковлевич Чаадаев, Александр Иванович Герцен и Михаил Александрович Бакунин, Алексей Степанович Хомяков и Гумилевский, Трубецкой)


Выполнила студентка 512 группы Плугина Юлия.


Вопросы:


1. Кто ты, Россия и куда идёшь? Историческое обсуждение концепта: неопределённости определённого и определённости неопределённого; свобода и свобода воли по-русски. Поиски характерных черт русского менталитета, специфика предмета философии и самой философии в середине 19 века в России (по Лихачеву, Гумилёву и Панченко). Утопичность русской идеи (национальное, социальное и религиозное) (Пётр Яковлевич Чаадаев, Николай Васильевич Гоголь, Александр Сергеевич Пушкин, Михаил Юрьевич Лермонтов)

2. Славянофильствующие западники (Белинский, Герцен, Бакунин)

3. Прозападнические славянофилы (Хомяков, Киреевский, Данилевский)

4. Евразийство 20-х годов 20 века (Н.С.Трубецкой 1890-1938, Савицкий, Сурчинский, Карсавин)

5. Конкретность самотворчества идеально-материального в России к середине 19 века. Становление духовной ситуации, отчуждение человека от красоты и нравственности в пользу критического активизма «рационально-научного и практически полезного объяснения».


Литература:


Основная:

1. Канке Виктор Андреевич. «История философии» часть 7 «Русская философия и марксизм-ленинизм» стр 301-309


2. Бердяев «Русская идея. Судьба России. » Москва 2006г. подзаголовок «Основные проблемы русской мысли 19-начала 20 века», обзор


Дополнительная:

1. Православие «Pro et contra. Осмысление роли православия в судьбе России со стороны деятелей культуры и церкви» С-Пб, издательство РХТУ 2001г


2. «Размышления о России и русских. Штрихи к истории русого национального характера» составитель Сергей Иванов, Москва «Прогресс-Культура» 1994г выпуск первый


3. «На европейскую дорогу, марш!» Москва «Правда интернейшнл» выпуск второй под редакцией … (кто-то чихнул)


^ 4. Ахиезов, Клянкин, Яколенко «История России: конец или начало?» Москва, новое издательство 1997 г


5. Глинчикова А.Г.«Модернитий и Россия» Вопросы Философии 2007 №6 стр.38-56


Основная цель сегодняшней лекции

будет состоять по крайней мере в следующем:


Во-первых: я постараюсь показать, что на протяжении громаднейшего периода времени (от возникновения Руси до середины 19 века) настоящее философствование и философия начались к концу, поскольку встал вопрос об идентичности России, тождественной нетождественности. Что она из себя представляет? А это по существу анализ первого концепта, который мы с вами рассмотрели, анализ неопределённости определённого и определённости неопределённого. То есть это попытка, в конце концов, понять, что имеется в виду, когда говорят о том, что такое «Святая Русь», и как нам относиться к западу, как к востоку.

Во-вторых: я постараюсь немножко наметить специфику русского менталитета, как он сложился в середине 19 века. Кажется, что это не имеет отношения к нашим дням – это не совсем верно, всё-таки это идея лежит и в основе нашей мысли, потому что тут мы черпаем и идеи требования вечно догонять кого-то и идеи нашего родного русского, как иногда говорят «квасного», патриотизма, потом будет сформулирована такая русская идея.

Первый вопрос.


Что такое Россия? Не было никакой России. А как же её нащупали? Чаще всего, когда говорят о специфике российского менталитета, то ссылаются на такие понятия, как «святая Русь». Откуда всё это взялось? Исторически можно сказать, что никто ничего на самом деле о прошлом, как всегда, не знает. Поэтому концепций огромное количество, а нам нужно выбрать из всех те, что сейчас считаются наиболее признанными и обоснованными. Дело в том, что если взять такую техническую сторону, то как у вас представления, что такое Русь? Это историки – один так, другой так. Но в принципе, где-то, где Новгород, ближе к Прибалтике, там возникло какое-то сообщество людей, которое торговало, что-то вывелось у них, и, следственно, так считается, что вот тогда-то и считается, что была произнесена знаменитая фраза: «всё у нас есть, но порядка - никакого». И решили пригласить варягов, то есть Рюриковичей (кто такие Рюриковичи?). Выясняется теперь, что при переселении народов то, что теперь называется славянами – они из Азии катились-катились и добежали до Берлина, что когда-то, где Берлин сейчас, там всякие славянские и северные племена побывали. А потом их стали теснить обратно и вот они сюда и пришли, где-то в Прибалтику, в Новгород. И, кстати, вы не знаете, но все эти прибалты, особенно Литва они все говорили на русском языке. Вот. И сюда пришли в Новгород и что-то образовалось. И вот якобы позвали этих Рюриковичей – это знать, которая не вмешивалась особенно в хозяйственные дела, а, так сказать, правила, дружила, воевала. Вот якобы (якобы – всё якобы) тогда были призваны они, и якобы в том документе, который где-то был – не был или устно было что-то закреплено, там ответили вот Рюриковичи. И склоняются к тому, что там было написано, что я – такой-то Рюрик, приду и вместе со всей Русью. А у них русь – это те гребцы, которые гребли, вот это слово «русь» якобы и закрепилось, но они в то же время были дружинниками и воинами. Как было – никто не знает. Вот закрепилась Русь, и дальше началось что? Как вы знаете, знаменитые три этапа возникновения того, что мы есть. Это прежде всего Новогородско-Киевская Русь. Ну, вы все из истории должны знать всяких там Олегов, всё, что было там… Это не наша проблема. А идея состояла в том, что тогда – никто не знает – где-то вот если разделить место, где мы находимся пополам, туда на юге, где Украина, Крым – это была степь. Степь – это трава просто-напросто, кустарники. И вот она гнила и образовался этот знаменитый гумус. Да. А вот где Новгород – там севернее и всё сплошные леса. Причём настоящие леса. Леса такие глухие, и ходить было туда почти не возможно. И всё селилось по рекам. Если вы так подумаете, то Новгород – очень не плохо, нужно было по Днепру, перебраться и потихонечку по Днепру и попали в Киев. А ещё дальше, где сейчас если не Сочи, а туда ближе к Крыму – это называлась Тьмутаракань. Было такое княжество.

Про все эти процессы вы можете много слышать, смотреть по телевидению, кстати, сейчас это все очень культивируется – вам рассказывают историю России Карамзина. Это всё сказки. То есть это художественное произведение. Карамзин был допущен к источникам, что-то вот сделал, но это выходило в журналах, и все покупали и ждали этого как новую историю в 19 веке. Вы знаете, что всякие процессы шли, потом что произошло? – потом, вы знаете, что эта Киевская Русь кончилась, потому что набеги всякие, сейчас вы видите Чингизханы всякие, южные племена… Куда делись эти скифы? Куда делись эти половцы? Куда делись эти хазары? Вот исчезли. То ли мы из них возникли, то ли куда-то ещё – это трудно сказать. Суть состояла в том, что на определённом этапе надо было переносить куда-то севернее столицу. Боголюбский, кажется, перенёс во Владимир. Вот во Владимире новое начиналось государство. Оно считается московским – почему? Потому что спустя некоторое время стало далеко очень к северу, не совсем удобно, а нашли место, не потому что какое-то оно супер-значимое, а потому что нашли на одной речке рядом друг с другом впадают ещё две речки, да и холмы между ними существуют. Вот это и есть Москва, а именно Неглинка и Яуза впадают в Москва-реку. Высота, можно построить укрепления. Вот выбрали. И вы знаете, Долгорукий, там всё прочее… была простая деревушка, а потом она стала столом, столицей. Вот и пошла московская Русь, но всё ещё Рюриковичи здесь господствовали. Ну и что здесь такое? Тут сложный процесс: постепенно речка Днепр ушла в сторону, а появилась Волга, а с Волгой связано… что связано? – связано, что наступать начали всякие Чингизханы, Тамерланы с юга, и всё прочее. И вот образовалось не поймёшь что. На севере в прибалтии – Литва, Польша и маленькие задавленные какие-то княжества в центре – Московские, Новгородские, Вологодские, Рязанские… и тут все навалились, вы знаете, со всех сторон. Ну, и триста лет называется это татарское иго было, как известно. Они очень добрые, относились доброжелательно и к верованиям посторонним, к женитьбам всяким – в общем им только дань плати. Ну, в остальном они делали набеги и вырезали всех просто-напросто. Хочу вам сказать, что когда вы смотрите все эти фильмы ужасные, где все друг друга режут – это с нашей точки зрения это что-то ужасное, а вообще в истории это нормально. Поэтому постоянные набеги, требования дани. И мужчин всех при побеге просто вырезали, начисто. А вот женщин не трогали. Почему? - А зачем женщин убивать? На научном языке это называется так: «женщин кабулировали», есть такой научный термин, а суть состоит в следующем: они вливались в новое племя, рожали детей, дети уже наполовину такие – это мы уже сейчас знаем, что это усиливает качество этноса, он становится более крепким, сильным. И так вот шло. Но никогда никакая сила без конца не бывает, она где-то обязательно кончается. Рано или поздно выяснилось, что татарская орда стала ослабевать. Чаще всего она ослабевает не за счёт каких-то внешних сил, а за счёт внутренних. Они стали постепенно все славянские русские князья вошли в орду. Орда стала таким объединением, где принимали как полноправных членов и других. Туда надо было ездить, поклоняться, но потихоньку Москва смогла от этого освободиться: дела пошли, перестали платить дань, и вот эти всякие военачальники – делать им уж было нечего нечего. У них там воевали-воевали, а в России все какие-то были осёдлые, всё князья, у князей дочек было много. Строгостей не было таких, не нужно было жениться и устанавливать брак… всё было очень просто: объявляли «жена моя» и всё. Завтра сказал «жена не моя». Короче, ушла от орды главная идея. Орда славилась тем, что там умели выращивать всадников, которые умели стрелять из лука на ходу, с коня, вертясь. Это было главное оружие, почему побеждали народы другие. Потому что с мечом – как его возьмёшь? – вертится и поражает. Но с течением времени научились, как нужно стрелять и кончилось это всё. И образовалось то самое московское царство. Конечно, вы мало знаете о самых главных царях, там о Василии Великом, который создал собственно московское царство-государство. А в конечном счете, печально закончилось, вы знаете, что Рюриковичи кончились на Иване четвёртом, Грозном, который по сути сам прекратил свой род. И началась всякая разруха, междоусобица.

Начинается третья имперская Русь. Начинается с Михаила Фёдоровича, потом у нас был Алексей Михайлович потом ещё был Фёдор, и ещё… потом Софья была, которая славилась красотой. Что значит в те времена «красота»? «Была она красива, тела было много». Вот такая красота: должна была быть молодая, и такая полная. Для этого все эти дочки ели жирную пищу и пили водочку. Очень были такие красивые – тела было много.

Ну, а вы знаете, в результате, кто оказался во главе? – Пётр. И началась имперская, вот это уже Россия. Империя. Возникла у него гениальная идея: взять флот северный и его волоком по рекам перетащить в Ладожское озеро. И дальше взять там Шлисербург, взять там то, что сейчас называется Невой – и это был прорыв, «окно в Европу», вы это знаете. Но тогда всё сдвигается, империя-то на краю оказывается, центр-то, всё остальное сюда подтягивается. Ну а рассвет, конечно, Екатерина. Всё-таки Екатерина – самая великая русская царица, а всё потому что прежде всего была немкой. О ней пишут много, но она умела подбирать людей. Вокруг неё было удивительное созвездие людей во всех сферах: в хозяйственных, в экономических, финансовых, военных. И пошло дальше. Дальше, вы знаете, русские цари. Ну, к тому периоду, который мы сейчас с вами рассматриваем – это где-то Александр первый. Когда было бородинское сражение? 7 сентября 1812 года. Дальше все эти цари, то да сё. Пока мы их не трогаем. Во всяком случае, нам важно понять, что парадокс русской истории везде здесь наблюдался: все русские цари – они убиты. Это опаснейшая должность! Никто из них, по сути дела, своей смертью не умирал. Вы, если вспомните? Пётр второй он рано умер, Петр третий – убит, Павел первый – он умер от апокалиптического удара серебряной табакеркой в висок. Александр первый – он тоже как-то растворился. Сейчас сводится к тому, что он, понимая, что привёл людей, которые потом совершают это восстание в декабре – это все его выдвиженцы, и он не хотел с ними расправляться и ушел. Николай первый тоже, считается, что после Крымской войны – тут единственное, непонятно как он… А все остальные цари – они все умерли не своей смертью. Александр первый – храм на крови, Александр третий – взорвали поезд, он получил травму бедра, не сразу, но тоже умер. Ну а Николай второй – там всем скопом, всех.

Вот эта схема. Какие есть концепции по поводу всей этой истории? – Концепций три таких основных: первая – это концепция Дмитрия Сергеевича Лихачёва, она обычно называется «Север-Юг».

Он утверждает, что на самом деле Россия – это Днепр, пути по Днепру, которые связывали Прибалтику, Волоком, Смоленск – туда, и вот такое движение и, собственно, государства могут появляться, когда есть излишек каких-то средств. А в России большинство городов называется Путивль. А что значит Путивль – значит сидеть. Купцы едут – а я на путях сижу, на речке. Это можно назвать культурно, но на самом деле – разбойники. Но есть благородные имена – кудеяры – это и разбойник, и хороший  Да вообще у нас делали много всяких там Соловей-разбойник, Стенька Разин – чем он знаменит? – вы не знаете, чем он знаменит – княжон бросил он в набегавшую волну.

Потом к Волге перешли – но это уже другой период. С ним больше работал Гумилёв Лев Николаевич, сын поэта и поэтессы. Он создал другую концепцию создания этносов продолжительностью действия где-то 1000-1300 до 1,5 тысяч лет. Он утверждал, что Русь – это не «Север-Юг», а «Запад-Восток». Поперёк, как набеги татар, как Волга, туда-обратно. У него такое среднее понимание, что это смесь востока и запада получилась, и отсюда все плюсы и минусы, которые у нас получаются.

А третий – Панченко, он говорил, что всё это конечно можно сделать, в основном занимался имперской Русью, и считал, что в общем точно предсказать очень трудно, а то, что мы имеем, всё сложилось значительно позже, уже после, когда были уже всякие расколы т прочее… и мы здесь закрепились.

Откуда взялось понятие «святая Русь»? это понятие взялось из Рима. Напомню, Римская империя на запад и восток разделилась. Константин принял христианство где-то около пятого века и перевёл всю империю в Константинополь, значит, сам император переместился сюда. А там остался Рим. Постепенно церковь разделилась: католическая и православная, византийская со всеми византийскими такими характеристиками. Потом, вы знаете, приняла Русь православие византийское. И на каком-то этапе считается, что когда Византия пала, то уже родилась эта знаменитая фраза: «Первый Рим, второй Рим, Москва – третий Рим, а четвёртому не бывать».

Я показал вам динамику, как она представляется на сегодняшний день, возникновения того, что мы называем святой Русью или Россией, в каком-то немного другом смысле, когда говорим уже об империи. Но суть состоит в том, что это понятие святая Русь через православие распространилось и сохранилось, и лежало в основе Российской Империи. Оно как бы идёт от Византии, как бы мы – наследники всей истории. Вот в чём сила этого понятия. Однако, вы знаете, что православие раскололось – старообрядцы и новообрядцы. Вот какое-то несоответствие - одни на север пошли, другие здесь остались. Тоже противоречия. Вот те противоречия, которые сложились и должны были как-то быть реализованы в тот период, к которому мы подошли. Что было до этого периода мы рассматривать не в состоянии.

Но возник вопрос к середине 19 века: так кто мы такие? И выяснилось, что это не понятно ни там, не тут. Какие-то есть – сильные, могучие, но должны понять кто мы такие. И стали искать характерные черты русого менталитета, и многие склонялись к тому, что таким является понятие свободы воли. Понятие свободы – свободы нет в русском языке, это переведённое с запада понятие. Потому что у нас это свобода воли. Моя воля: чего хочу – то и ворочу. Вот эта постоянная подмена «я могу делать что угодно», воли, она сидит глубоко внутри менталитета русских. И дело в том, что воля мыслится как крайность: с одной стороны я хочу своей воли, а с другой стороны я подчиняюсь другой воле, если невозможно установить свою. Вот это противоречие оно лежит в основе всего менталитета. Что же там такое особое есть? Согласно общим представлениям, которые обычно выделяются, получается, что природа русских она посрединная и называется по своей сути лиминарная. Что же это такое? Исследователи, особенно Успенский – наш знаток этого дела. В чём же состоит основная идея? Она состоит в том, что, согласно Гумилёву, у каждого образования, которое составляет этнос, есть очень узкий (3% по его расчётам) так называемых пассионариев. На каком-то этапе племена перемешиваются, создаётся определённое образование. До этого оно рыхлое, потом оно цементируется и стремится сохраниться. И вот на каком-то этапе пассионарии создают это общество, до тысячи лет оно сохраняется, но потом само разваливается, потому что требуется что-то новое. Борется две силы: одна к обновлению, другая к стабильности. Какая сила побеждает? Сначала активная, потом постепенное загнивание. Неприятно то, что срок определён в 1000-1300 лет такому образованию. И, что касается нас, мы как раз подходим под теорию Гумилёва тем, что мы находимся в конце такого большого периода. Ну а в чём же состоит специфика, эта лиминарность? Считается, что есть три таких момента: берег, порог и канун. Филологи, всякие исследователи пришли к выводу, что в основе нашего менталитета лежат эти три понятия. Во-первых берег: где-то вы находитесь всё время на берегу чего-то, во-вторых, вы всё время на пороге, всё время на переходе куда-то, куда-то устремлены, нет стационарности. И третье – всегда надежда, канун чего-то, всё время ожидание лучшего, разрисовка себе картин, утопий, что ждёт в будущем? – только хорошее, только лучшее. Это и называется лиминарность. Считается, что придумали это Успенский, Ивашко, анализируя все рукописи, пришли к выводу, что в основу именно это легло. Другое дело, как это слоившееся дальше преобразовывалось, как оно изменялось, и сейчас, интересно, это же ли лежит в основе менталитета современных людей, проживающих на традиционных русских землях, или нет? Что с ними произойдёт, если она начнёт смешиваться? И так далее… есть огромная сфера размышлений. Поэтому у нас всегда поиски страны Муравии, поиски лучшего общества, светлого, где всё будет хорошо. А это и есть поиски будущего в прошлом, а прошлого в будущем. Вот так к середине 19 века мыслители пытались осознать, что это такое. Как же это реально могло быть. С одной стороны в России не могло быть философии вообще. Россия – это книжно-библейская страна, где всё изучали по библии, а библия большая, а христианство у нас не с начала. А по этому, очень хорошо знали Ветхий Завет – как мир устроен, какие существуют моральные нормы… но Ветхий-то Завет – это не христианство. Поэтому Панченко, который занимался всем этим, нашёл такие удивительные вещи в письмах Ивана IV Грозного Курскому. Курский говорил, ну как же, по христиански, не должно быть жестокости, не должно быть насилия, а Иван Грозный отвечает: «как так нет, это христианство христианством, а по Ветхому-то Завету – почитай! Да потом, что ты всё заладил «христиане, христиане, мы – русские». Да евреи мы русские!» - Иван Грозный. Почему? Да потому, что все начинали читать Библию и Ветхий Завет знали лучше, чем образ Христа. Такие находят мысли, которые требуют осмысления. Иван Грозный был образованнейший человек, поэт, писатель, так что советую по-другому его себе представлять. Но, по всей видимости, психически не совсем нормальный, и на нём прекратился род Рюриковичей. Итак, что же можно сказать по этому поводу теперь? Значит, что же могло быть? Философия в старом смысле не могла быть, а новая философия – это западная философия, которую образованные люди могли получить только с запада. Это и есть смесь – с одной стороны я хочу сохранить то, что идёт религиозно-православное, да ещё в таком искажённом виде с византийским православным уклоном, хочу сохранить как-то с христианством, которое отдаёт предпочтение индивидуальному человеку, у меня всё это перемешано. Да ещё у меня раскол, раскололось – не истинная эта вера: так надо креститься, не так, двумя перстами, тремя перстами, как их сложить? Это надо было осознать. И поскольку была такая ситуация, то к концу 18 началу 19 века возникла такая идея, что всё-таки нужно идти на запад. Вот в чём идея. Ну а что делать?

Чаадаев Пётр Яковлевич – это боевой офицер, полковник, царской фамилии. Он выдвинул две идеи, причём диаметрально противоположенные. Первая идея состояла в следующем: России и предназначено показывать миру как не надо делать. Мы существуем только для того, чтобы показать миру, что вот этого делать не надо, потому что мы будем отставать – и мы отстаём. За это он был объявлен сумасшедшим. Прошло время и тогда он перестроился – та же мысль, но вывернутая наоборот: мы и должны показать миру, как надо делать. Эта мысль была подхвачена потом, что мы идём вперёд, и мы настолько вперёд обогнали, у нас отставание наше – это не недостаток, а наше преимущество, потому что мы видим, что там есть, что этого не надо, а мы сохраним нашу общину, нашу русскую душу, нас не будет разлагать этот весь материальный мир капитализма и мы укажем путь к будущему. Это было подхвачено, это лежало в основе коммунизма и социализма. Но всё-таки выяснилось, что это утопия.


Второй вопрос


Был такой критик литературный Белинский Виссарион Григорьевич, который то занимался Гегелем, то ещё чем-то. Но более выдающимся оказался Герцен Александр Иванович. Он был сын незаконный помещика. Издавал «Колокол», повздорил тут на родине. Он-то и создал, не совсем чётко, идею нашего национального русского социализма через крестьянскую общину. Все революционеры они обычно так: пока они у нас живут им не нравится здесь жить – они хотят на запад, а когда они попадают на запад и видят, как эта частная собственность, предпринимательство, то, что называется свободным капитализмом, как всё это разрушает внутренний мир человека, они хотят обратно. Также и Герцен. Как соединить, что на западе пришли к идее о том, что надо всё общее с нашей русской ментальностью – и вот нашёл он эту общину. А община была реакционная, она родилась не из-за того, что люди хотели жить в общем, вместе. Во-первых неверно, что большинство было в России крепостничество – это только центральная область. Северные губернии – это были удельные земли, царские, там не было этого крепостничества. На юге тоже не было. А вот в центральной – мелко-поместное дворянство. И вот здесь и сложилось то, что называется крепостничество. Маленькие владения… если я крупный князь – мне нечего заниматься мелкотой, а вот мелкий вынужден закреплять крестьянина. И вот создаётся эта круговая порука. Пожалуйста, ты мог уходить из этой общины, но налоги должен был платить. Сначала можно было уходить, потом Юрьев день кончился – «Вот те, бабушка, и Юрьев день». Но Герцен мыслил, что в этой общине будет личность расцветать, а потом всё свелось к тому, что это общий коллективизм, и потом всё это нужно подавить. Герцен был либералом, его взгляд на историю был достаточно пессимистичен, он пришёл к выводу, что история не так идёт.

Другой знаменитый русский мыслитель - это Михаил Александрович Бакунин, анархист. Какое «община»? Воля – вот, что лежит в основе руского менталитета. Никаких не надо государственных устройств, объединений. Как внизу активность сложится, так и надо жить. А никаких надстроек не надо. Вот его основная идея. Он был революционером, за рубежом с Марксом они вместе участвовали, но потом разошлись потому, что это идея такая мелко-буржуазного, ремесленника. А в России – это бунт. Его основная идея, которую извратили «разрушение – это и есть высшее творчество». Пропустили частичку. Он это высказал по-немецки, там такая частичка есть «в том числе», или «в основном» - это выкинули, он говорил, что «в значительной степени творчество настоящее, потому что разрушая вы создаёте место для нового». А потом так трактовали, что он говорил, что только разрушать – ничего подобного. Всё надо разрушать – это основная идея. А как трактовать – это он не ставил вопрос, он – главное разрушить.

Вот такие идеи. Ну, соответственно, они все приветствовали реформы Петра, всё, что из запада приходит, как это нужно следить, читать… Это казалось бы западники, но они славянофильствующие западники. Само противопоставление западников и славянофилов вещь сомнительная, я бы сказал.


Третий вопрос.


Теперь пошли дальше. Им противостояли другие, так называемые славянофилы, любители славянства. Центральным является Хомяков Алексей Степанович. Его образ нарисовал Гоголь – у него во второй части Мёртвых душ есть такой персонаж Петух – такой помещик, хлебосольный, всё проедали, жили хорошо, никуда не стремились. Он считал, что это русская основа жизни, что потерять русское спокойствие, эту духовность нельзя. А собственность – это мелочь, это не надо. И действительно в России деньги – это всегда зло, согласно всем представлениям. Вот другая идея такой жизни. Пётр – это и есть основной враг, который разрушил основу, что было раньше. А у него был брат – Иван Васильевич Киреевский, двоюродный брат. Он пытался среднюю позицию занять: Пётр кое-что сделал, но конечно он разорил Россию, то-то, сё-то… такое промежуточное.

А Данилевский Николай Яковлевич – это тоже славянофил, но жил чуть попозже, где-то в 60-70 годах. Он продолжил эти идеи и считается классиком создания концепции специфики развития цивилизации. Потом будет такой историк, который считает, что есть такие цивилизации, которые плавают как льдины на море и между собой не могут соединиться. Он считал, что Россия и Русь – это особая цивилизация, и нечего сюда лезть, она должна развиваться своими возможностями, своими силами. И кто её разрушает – это, конечно, вредит развитию нашего с вами общества.

Это был период к середине 19 века, но тут начались всякие неприятности. Что же следовало? – всё смешала наша русская история. Как вам известно, что произошло знаменитое декабрьское восстание. Общество было идеологически потрясено. Дело в том, что боролись до этого как бы всё-таки либеральные идеи Трубецких там всяких и жёсткие охранительные императорские. Этот период характеризуется приблизительно следующим: Александр первый – это представитель военного дворянства, которое победило всех в мире и они носили голубые мундиры, белые рейтузы – это был центр. А после декабря появилось другое понятие – чиновники. А чиновники были в зелёном. Тот же мундир, но зелёный. Поэтому среди специалистов так и ходит такое представление, что в начале века было голубое и зелёное общество. Оно постепенно перехватило, ну начались репрессии и все попытки реформировать в дальнейшем общество опять будут связаны с тем же самым процессом – реформы все начинают императоры. Не движение масс снизу, а наверху начинаются какие-то неполадки. А в результате они начинают, а их же окружение, класс или слой, которые они выражают, противится этому, не хочет. И реформы, как правило, глохнут. Также вот и Александра первого реформы сначала были очень радужные, всё шло, а потом тихонечко, как и положено, всё сникает. Хочу напомнить, что Александр первый пришёл к власти, когда был совсем молодой. Он внук Екатерины, Екатерина не хотела, чтобы Павел был, но, вы знаете, было уничтожено завещание Екатерины, а потому и убийство Павла первого, согласно дворянской чести, было законным, хотя Павел, введя железную дисциплину, создал армию русскую, и перешёл совсем к другим формам. И вот тогда начинается: «а надо, сюда надо! Хватит смотреть, что на западе! Ничего не принесёт нам никакого счастья запад! А принесёт только обращение к нашему». И вот действительно, описание движения нашего, крестьянского как-то там и всего прочего – это было здесь.


Четвёртый вопрос


А теперь перескочим, ведь если вы вдумаетесь в те лозунги и которые сейчас выдвигают всевозможные политические деятели – о чём идёт спор между ними? – тот же спор: западники и славянофилы, один говорит: «не надо нам идти на запад, ничего мы там не получим», другой говорит: «ну как же так? Вот туда-то и надо идти!» А пытаясь его решить в 20-х годах 20 века были так называемые евразийсты, они и сейчас существуют.

Вот Трубецкой, Салицкикий, Сурчинский, Карсавин – они после революции оказались за границей и в Праге пытались понять пути, куда идти. И вот длительная до второй мировой войны, после второй мировой войны всё время шли споры: с одной стороны – совершенно не нормальная с их точки зрения идея коммунизма, который терроризирует, уничтожает людей, такие массовые репрессии, убийства – это всё утопии и ничего получиться не может, никто в этом не сомневался, но у них всех рождались идеи. Но всё-таки какая была разруха, но всё-таки большевики они создали что-то, восстановили Россию, да ещё и преумножили за счёт восточных славян. Империя-то есть! Не та, но есть. И вот мыслители бились над этой проблемой – и вот это было евразийство. Они говорили: «Да, мы средненькие, нам нужно и то, и то соединять. Мы азиаты, но европейские». И как быть? Создавали всякие теории. Сам Трубецкой Николай Сергеевич просто выдвигал эту идею, что надо понять, что мы и там, и там присутствуем. Он потом отошёл от этого движения. А конкретные программы как это делать развивали Савицкий и Сурчинский. По отношению к ним был разыгран вариант чекистских всяких провокаций. Им предложили вернуться, они все вернулись, стали работать, но они были спустя какое-то время все уничтожены. Как рассматривать это движение не совсем ясно.

А вот Карсавин – это такая специфическая фигура. Проповедовал симфоническую личность. Он утверждал, что есть личность, которая многогранна, всё дело конечно в личности, но она, как симфония, играется всем обществом. Его идея двойственна: с одной стороны вроде он личность, с другой стороны он проповедовал такие организации личности в небольшие объединения, создание отрядов, они, если есть государство, поддерживают идеи фашистского, твёрдого режима, а если нет государства, они могут лечь в основу движения, такого партизанского лесные братья, которые в Литве были. И казалось бы, их всех перебили, и вроде победили. Что и является уроком истории, уничтожили – их нет, или они ушли, или исчезли, а сейчас президентом Литвы является главный руководитель этих Лесных Братьев. Поэтому, когда вы все эти выступления вы слышите, что они против нас – ну как же? – они гордятся, у всех там есть доказанность, что они столько-то солдат русских, эти столько-то… Вот они сейчас руководят этим делом. И в других странах тоже. Поэтому все поняли: подавление никогда не бывает окончательным, это только кажется. Проходят годы и опять всё всплывает.

Ну а что мы можем сказать? Специфическим для России к середине 19 века было особое понимание соотношение материального и идеального. Проблема отставания.


Пятый вопрос.


Но главное состоит в том, что постепенно стала пробивать идея: зачем эта нравственность, зачем она такая высокая – надо активизм критический, надо рационалистически-научное что-то, практически полезное что-то сделать, а всю эту химеру, нашу русскую мечтательность, её нужно куда-то деть. Но это только зародыши были в этот период. Конечно я не могу очертить вам такой огромный период, но те новейшие тенденции в понимании, что у нас происходило, не как просто в прошлом что-то, а вот как у нас сейчас мыслят эти идеи. Возникает вопрос: как же они влияют на наше нынешнее состояние? Или никак? Или это то же самое, а если изменилось, в каком смысле, как почему? Но вот в это время, к середине 19 века, сложилась такая ситуация – славянофилы и западники между собой дрались, евразийства ещё не было, так оно слабенько было, но что-то надо было дальше делать. Надо было идентичность России установить, то есть решить проблему определённости неопределённости. Выясняется, что никуда мы не делись от мировой истории, всё равно мы должны решать тот же концепт, то же понять что определённо или неопределённо. И очевидно, что также неопределённо определённое, как и определённо неопределённое. Так и может существовать только живой организм той или иной нации или государства.


Краткие итоги лекции

(от конца к началу и снова от начала к концу)


Совершим пробежку по логике рассмотрения (изложения и исследования) от конца к началу, а потом снова, от начала к концу.

Результат, к которому мы пришли, состоит в том, что к 19 веку в России стала пробиваться идея отчуждения человека от красоты и нравственности в пользу критического активизма. Вообще настоящее философствование и философия начались в России только к середине 19 века. Для понимания этого мы совершили пробежку по истории России от самого её зарождения до середины 19 века, и осознали, что вопрос о том, как нам относиться к западу и востоку, то есть по сути концепт неопределённости определённого и определённости неопределённого, встал только в конце обозначенного периода – тогда, когда возникает противостояние славянофильствующих западников (Белинский, Герцен, Бакунин) и прозападнических славянофилов (Хомяков, Киреевский, Данилевский). Чуть позже развиваются «серединные» теории, возникает евразийство (Трубецкой, Салицкий, Сурчинский, Карсавин). Но, тем не менее, славянофильство и западничество никуда не девается, и даже в наше время политические споры ведутся практически из-за тех же расхождений во взглядах, что и в середине 19 века.

Это разделение во взглядах на идентичность России и решение проблемы определённости неопределённости вытекает из понятия «святая Русь», которое распространилось через православие и легло в основе Российской Империи. Сила этого понятия в том, что оно перешло к нам от Византии, и мы – наследники всей истории. Однако, православие раскололось – старообрядцы и новообрядцы, возникло несоответствие и противоречия. Вот эти противоречия и должны были быть реализованы в тот период. И реализуются через западников и славянофилов.

В ходе лекции также намечена специфика русского менталитета, как он сложился к середине 19 века. Обсуждаются понятия лиминарности и свободы воли по-русски. Выявляются три главных составляющих нашего менталитета: берег, порог и канун. Действительно, если проанализировать историю Руси, видно, что мы всегда находимся на берегу чего-то, постоянно переходим от одного к другому – то есть находимся на пороге, и всегда надеемся, что завтра, когда мы перейдём этот порог, будет лучше – канун.

Это был путь как-бы исследования. Путь же изложения происходит в диаметрально противоположном направлении. Что и было сделано в лекции. Укажем логику пути изложения ещё раз.

В начале лекции показана динамика возникновения того, что мы называем святой Русью или Россией. Упоминается три концепции: теория «север-юг» Лихачёва, теория «запад-восток» Гумилёва и теория Панченко, который считал, что всё, что мы сейчас имеем сложилось значительно позже и предсказать, как оно распространялось с севера на юг или с запада на восток практически не возможно.

К середине 19 века возникает вопрос: кто мы такие? И выяснилось, что это не понятно. И стали искать характерные черты русого менталитета, и многие склонялись к тому, что таким является понятие свободы воли. И дело в том, что воля мыслится как крайность: с одной стороны я хочу своей воли, а с другой стороны я подчиняюсь другой воле, если невозможно установить свою. Вот это противоречие оно лежит в основе всего менталитета.

Возникает некоторая специфика философии в середине 19 века: философия в старом смысле не могла быть, а новая философия – это западная философия.

Далее в лекции обсуждаются взгляды на развитие России западников и славянофилов. Подчёркивается, что западники – они всё равно славянофильствующие западники, а славянофилы – всё равно прозападнические славянофилы, то есть и те и другие хоть чуточку, но тянутся к середине. Чуть позже, в 20х годах ХХ века развивается евразийство – мысль о том, что мы и то и другое. Обращаясь к нашим дням, мы вспоминаем об историческом уроке, когда нынешним президентом Литвы является главный руководитель когда-то поверженных Лесных Братьев (по сути евразийского течения), а все нынешние политические споры имеют те же лозунги, что и у славянофилов с западниками.

Затем в 19 веке стала пробиваться идея отчуждения человека от красоты и нравственности в пользу критического активизма, чего-то практически полезного, нежели в пользу русской мечтательности. Но эта идея только зарождалась.

Надо было идентичность России установить, то есть решить проблему определённости-неопределённости. Выясняется, что никуда мы не делись от мировой истории, всё равно мы должны решать тот же концепт, то же понять что определённо или неопределённо. И очевидно, что также неопределённо определённое, как и определённо неопределённое. Так и может существовать только живой организм той или иной нации или государства.




^ Десять контрольных вопросов

к лекции № 16

«Философская мысль и традиции России к середине 19 века»

по курсу

«Философии и Философии Науки»

для студентов-физиков 2007 года.


1. Что такое свобода и свобода воли по-русски?

2. Какие понятия легли в основу русского менталитета?

3. Что такое лиминарность и как связать это понятие с русским менталитетом?

4. Какова специфика предмета философии и самой философии в середине 19 века в России?

5. В чём сила понятия «святая Русь» и откуда оно пришло?

6. В чём суть главных идей П.Я. Чаадаева?

7. Славянофильствующие западники: в чём главные идеи Герцена и Бакунина?

8. Прозападнические славянофилы: в чём состоит основная идея Хомякова?

9. Что такое евразийство? в чём основные идеи Н.С. Трубецкого и Л.П. Карсавина?

10. Как влияют идеи середины 19 века на наше нынешнее состояние? И влияют ли вообще?




Скачать 240.87 Kb.
оставить комментарий
Дата13.10.2011
Размер240.87 Kb.
ТипЛекция, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх