Судебная практика. Актуальные вопросы правоприменения и международное сотрудничество icon

Судебная практика. Актуальные вопросы правоприменения и международное сотрудничество


Смотрите также:
«актуальные вопросы экспертизы отчетов об оценке и судебная практика в области оценочной...
Международное сотрудничество...
"Актуальные вопросы правоприменения российского лесного законодательства"...
Курс магистратура международные отношения международное сотрудничество в области окружающей...
«Северное измерение России: наука, инновации, международное сотрудничество»...
График лекций по курсу мпп. 2-й семестр 2009-2010 учебного года. Дата. Тема >09. 03...
Опорный конспект по теме 19 Международное сотрудничество в борьбе с преступностью...
Рабочая группа открытого состава Базельской конвенции о контроле за трансграничной перевозкой...
Международное сотрудничество в области инновационного развития технологий нефтедобычи на примере...
Рекомендации и Стенограмма парламентских слушаний на тему: "Актуальные вопросы правоприменения...
Международное сотрудничество как ресурс развития межкультурного взаимодействия субъектов...
Научно-практическая конференция по мониторингу законодательства и правоприменения Заседание...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
вернуться в начало
скачать
Глава 3

^ Судебная практика по отдельным категориям уголовных дел


§ 1. Практика применения судами ст. 174 и 1741 УК РФ


Формирование валютного рынка в России создало благоприятные условия для финансовых операций и других сделок с денежными средствами и иным имуществом, приобретенным в результате совершения корыстных преступлений. Преступность в сфере экономической деятельности затронула банковскую систему России, валютный рынок, торговлю, производство, другие жизненно важные сферы деятельности государства и общества.

«Грязные» криминальные деньги наркобизнеса, подпольных производств, проституции, использования рабского труда на основе незаконной миграции и торговли детьми получили возможность приобретать статус легитимности, участвовать в гражданском обороте, наращивая прибыли и умножая возможность финансирования преступных структур, терроризма и коррупции.

Доходы от преступной деятельности все чаще направляются по каналам мировой финансовой системы, укрываются в офшорных зонах, в центрах банковской деятельности, затем переводятся в порядке легализации на личные счета криминала и внедряются в большей части в легальный оборот; значительная часть таких доходов используется для расширения теневого бизнеса.

В этой обстановке стала крайне необходимой криминализация общественных отношений, связанных с отмыванием (легализацией) денежных средств и иного имущества добытого преступным путем.

Впервые в России уголовная ответственность за легализацию доходов, полученных преступным путем, была введена Уголовным кодексом РФ 1996 г. Статья 174 УК РФ (в прежней редакции) предусматривала уголовную ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества.

Законодательная конструкция этой нормы содержала определение легализации как совершение финансовых операций или других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными заведомо незаконным путем, а равно использование указанных средств и иного такого имущества для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности.

Новизна правовой нормы, несовершенство законодательной конструкции, отсутствие точных количественных и качественных характеристик состава преступления затрудняли ее применение. Выявлены случаи неправильного толкования этого закона органами дознания и предварительного следствия, что повлекло прекращение множества уголовных дел за отсутствием состава преступления, в том числе и в связи с отказом государственного обвинителя от поддержания обвинения.

Несмотря на размах криминальной деятельности по легализации незаконных доходов, случаи применения ст. 174 УК РФ являлись единичными.

Не были результативными меры борьбы с легализацией доходов от преступной деятельности и в последующие 1999 – 2000 годы.

Статистика применения нормы в тот период показана в таблице:


^ Статья 174. Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем




1997

1998

1999

2000

2001

Регистрация

241

1003

965

1784

1439

Выявлено лиц

26

86

105

146

176

Осуждено

1

8

21

28

73


Значительный рост показателей в 2000 и 2001 г.г. объясняется тем, что в июне 2000 г. Россия была внесена в список стран, «не сотрудничающих» с FATF (Группой разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег) в борьбе с отмыванием преступных доходов. Это создавало серьезные препятствия интеграции России в ВТО и в ОЭСР и повлекло принятие серьезных мер по приведению права России и практики его применения в соответствие с рекомендациями FATF. В частности, был принят и введен в действие Федеральный закон 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Еще раньше Федеральным законом от 28 мая 2001 г. № 62-ФЗ Россией была ратифицирована Конвенция об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности от 8 ноября 1990 г. В ноябре 2001 г. был образован Комитет по финансовому мониторингу в ведении Министерства финансов РФ, с 1 февраля 2002 г. он начал работать (ныне – Федеральная служба по финансовому мониторингу).

Федеральным законом от 7 августа 2001 г. № 121-ФЗ были внесены изменения в ст. 174 УК РФ, кроме того УК РФ был дополнен ст. 1741. Основные изменения в уголовном законе свелись к следующему:

1) предмет преступления был ограничен качественным и количественным признаками. Было указано, что релевантны только доходы, полученные в результате преступления. Сумма отмываемых доходов должна была составить более 2 тыс. минимальных размеров оплаты труда.

2) был законодательно решен вопрос об ответственности за отмывание доходов лиц, участвовавших в совершении основного преступления, для них была предусмотрена ст. 1741 УК РФ. Причем наказание в этой статье было предусмотрено более строгое, а круг наказуемых деяний – шире, нежели в ст. 174 УК РФ. Так, в ст. 174 УК РФ исчезло «использование имущества в предпринимательской и иной экономической деятельности», однако оно появилось в ст. 1741 УК РФ. В ст. 174 УК РФ появилось указание на специальную цель «придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом», что не затронуло ст. 1741 УК РФ.

11 октября 2002 г. Россия исключена из списка стран, «не сотрудничающих» с FATF7 (Группой разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег) в борьбе с отмыванием преступных доходов.

С 2003 г. Россия является членом FATF.

В этих условиях чрезвычайную остроту приобрели проблемы практического применения уголовно-правовых средств, направленных на противодействие криминализации сферы хозяйствования. При реализации законодательства о противодействии легализации криминальных доходов у правоприменителей возникает немало вопросов, связанных с юридической оценкой правонарушений, посягающих на конституционные принципы, согласно которым в России признаются и защищаются равным образом все формы собственности, гарантируется единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержка конкуренции.

В связи с этим Верховный Суд РФ счел необходимым изучить судебную практику по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 174 и 1741 УК РФ. Впервые практика рассмотрения судами указанной категории дел обобщалась Верховным Судом РФ в 2003 г. По результатам обобщения Пленум Верховного Суда РФ принял постановление от 18 ноября 2004 г. № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств, приобретенных преступным путем».

В 2005 г. подразделениями правоохранительных органов было выявлено 6 820 преступлений, связанных с легализацией преступных доходов, в том числе 1 677, причинивших ущерб в крупном размере (свыше одного млн. руб.)

Сумма «отмытых» доходов составила 162, 7 млрд. руб., наложен арест на имущество и денежные средства на счетах в сумме более двух млрд руб.

В суды направлено 5 688 уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 174 и 1741 УК РФ. Аналогичная ситуация складывалась и в последующие годы.

Однако в настоящее время четко просматривается изменение подхода правоохранительных органов к правовой оценке деяний, содержащих признаки легализации доходов, полученных от преступной деятельности.

Так, практика рассмотрения дел этой категории судами Краснодарского, Ставропольского краев, Республики Калмыкия и других регионов дает основание для вывода о том, что дела, возбужденные производством по ч. 1 ст. 1741 УК РФ в отношении легализации краденного имущества и денег на небольшие суммы путем совершения с ними бытовых сделок с целью распоряжения похищенным прекращаются производством в связи с отказом поддержания обвинения по мотивам отсутствия в таких деяниях состава преступления, предусмотренного ст. 174 1 УК РФ. По этим же основаниям по некоторым делам постановлены оправдательные приговоры.

Вместе с тем, ряд уголовных дел характеризовался повышенной общественной опасностью, сопряженной с отмыванием значительных криминальных доходов.

Например, в рамках оперативного сопровождения уголовного дела в отношении руководства ЗАО «СпецВысот Строй» сотрудниками МВД России были выявлены механизмы использования незаконных схем «обналичивания» денежных средств и скрытого кредитования лжефирм. Во взаимодействии с Росфинморитонингом задокументированы факты легализации криминальных доходов на сумму свыше одного млрд руб.

При проверке хозяйственной деятельности в отношении руководителей холдинга ОАО «Русагрокапитал» выявлены факты легализации доходов, полученных преступным путем на сумму 120 млн руб. Генеральному директору холдинга предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 159 и ч. 2 ст. 1741 УК РФ.

Значительное количество преступлений, предусмотренных ст. 174 и 1741 УК РФ, совершены путем проведения незаконных финансовых операций.

Каировским районным судом Красноярского края постановлен приговор в отношении Р., Е. и Ц. по п. «а» ч. 3 ст. 1741 УК РФ. Осужденные признаны виновными в том, что присвоили 1 623 816 руб. и легализовали их, совершив финансовые операции по обмену 1 027 926 руб. на иностранную валюту, а также путем приобретения двух автомобилей и квартиры. Кроме того, Р. приобрел коммерческий сайт, для осуществления предпринимательской деятельности в сети «Интернет» стоимостью 165 290 руб.

Несмотря на то что доля лиц, признанных виновными в совершении рассматриваемых преступлений, в общем числе осужденных за названный период по-прежнему не велика (0,05%), количество уголовных дел, поступивших в суды с обвинительными заключениями, растет как и число осужденных за эти преступления.

Чаще всего преступления совершались в топливно-энергетическом комплексе, металлургическом производстве, при обороте этилового спирта и алкогольной продукции. Сумма легализованных денежных средств по этим делам составляет десятки миллионов рублей. Преступления, предусмотренные ст. 174 УК РФ, характеризуются более низким уровнем, поэтому в судебной практике преобладают дела о преступлениях, предусмотренных ст. 1741 УК РФ (легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления).

Согласно данным, полученным в результате опроса судов, сумма денежных средств и стоимость иного имущества, явившихся предметами преступлений, предусмотренных статьями 174 и 1741 УК РФ, по делам, рассмотренным в 2004 – 2008 г.г., составила свыше полутора миллиардов рублей.

Деяния, предусмотренные ч. 1 ст. 174 и 1741 УК РФ, отнесены законодателем к категории преступлений небольшой тяжести, поскольку санкции этих норм УК РФ предусматривают в качестве безальтернативного наказания штраф в размере до 120 тыс. руб. или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года.

Изучение материалов, поступивших из 44 краевых, областных и равных им по уровню судов, показало, что судимость имеет каждый пятый из числа осужденных по статьям 174 и 1741 УК РФ. Преобладающее большинство лиц, осужденных за совершение рассматриваемых преступлений, работают по трудовому договору либо занимаются предпринимательской деятельностью, некоторые учатся.

Характер и степень общественной опасности совершенных преступлений рассматриваемой категории, а также данные о личности осужденных определяют практику назначения судами наказания осужденным. В подавляемом большинстве случаев по ч. 1 ст. 174 и 1741 УК РФ суды применяют штраф.

Наказание в виде реального лишения свободы назначено почти 27% лиц, признанных виновными по ст. 174, и 35% лиц, от числа осужденных по ст. 1741 УК РФ (относительно высокий уровень применения реального лишения свободы по сравнению с предыдущим периодом, когда проводилось первое обобщение судебной практики, объясняется стопроцентным назначением этого вида наказания лицам, осужденным по ч. 4 ст. 174 УК РФ или ч. 4 ст. 1741 УК РФ).

В отношении 36% от числа лиц, признанных виновными по ст. 174 УК РФ, и в отношении 35% от числа лиц, осужденных по ст. 1741 УК РФ, судами назначалось наказание с применением ст. 73 УК РФ.

Анализ поступивших из судов материалов показал, что уголовные дела о легализации денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, рассматриваются судами преимущественно в установленные законом сроки. В частности, в срок до одного месяца суды рассмотрели 46% дел указанной категории, в срок до двух месяцев – около 25 % дел, в срок до трех месяцев – 15 дел, в срок до шести месяцев судами рассмотрено 9,6% дел, в срок до одного года – 4,4 % дел.

При существенном расширении практики применения судами статей 174 и 1741 УК РФ следует отметить, что обвинительные приговоры по статьям 174 и 1741 УК РФ были постановлены судами не во всех субъектах Российской Федерации. По данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ за 2005 – 2008 гг. всего в 14 регионах России численность осужденных за эти преступления превышает 10 человек, ещё в 54 субъектах Российской Федерации отмечаются единичные случаи осуждения, а в 21 регионе России статистикой не зафиксировано ни одного осужденного за легализацию преступных доходов. Наибольшее количество лиц, признанных судами виновными в совершении указанных преступлений, насчитывается в Челябинской области (36), Архангельской области (26), Ленинградской области (23), Москве (19), (Ростовской области (18).

Изучение дел позволило выделить наиболее типичные способы совершения преступления, которые квалифицируются судами как легализация доходов, добытых другими лицами преступным путем или в результате легализации денежных средств, добытых виновным преступным путем. Это:

– проведение финансово - хозяйственных операций с использованием
фирм - посредников, через системы корреспондентских счетов;

– проведение финансовых, хозяйственных операций с использованием клиринговых расчетов, через систему взаиморасчета и встречных платежей, иных расчетных обязательств;

– проведение финансовых операций путем расчета необеспеченными векселями;

– применение многосторонних расчетов и платежей с большим количеством участников таких операций, территориально отдаленных друг от друга;

– проведение финансово- хозяйственных операций с использованием фиктивных фирм;

– помещение денежных средств, приобретенных преступным путем, на банковские счета коммерческих структур;

– приобретение (покупка) активов, в том числе ценных бумаг и их
оформление на подставных лиц.

Оценивая доказательства преступлений в сфере легализации преступных доходов, суды устанавливают способы подготовки и совершения преступления, а также способы сокрытия следов преступной деятельности. В связи с этим существенное значение имеет установление признаков, свойственных различным способам легализации незаконных денежных средств или иного имущества, приобретенного преступным путем. Практика показывает, что среди таких можно выделить специфические признаки, связанные с использованием приемов, действий, операций, методов воздействия при подготовке к легализации; признаки, указывающие на изъятие легализуемого имущества; признаки сокрытия (маскировки), т. е. признаки криминальной технологии легализации.

Вышеуказанные обстоятельства учитывались судами, и по каждому конкретному делу в обоснование обвинительного приговора были положены доказательства, которые условно можно разделить на три группы:

– доказательства, характеризующие правовое положение юридических и физических лиц, участвующих в хозяйственном обороте: учредительные документы, протоколы общих собраний, должностные инструкции, приказы о назначении на работу, доверенности на распоряжение имуществом;

– доказательства, характеризующие финансово-хозяйственную деятельность юридических и физических лиц: договоры, соглашения, акты выполненных работ, платежные документы, иные финансовые и бухгалтерские документы, содержащие сведения о движении денежных средств, и т. п.;

– доказательства, раскрывающие финансовую схему по отмыванию денежных средств: акты ревизии, финансово-бухгалтерские, финансово-экономические, технические экспертизы, документы о фиктивности создания участников хозяйственных отношений.

Разрешая дела о преступлениях, предусмотренных ст. 174 УК РФ, суды в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ устанавливают цель совершения лицом финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом. Такой целью по смыслу закона должно являться придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными средствами или имуществом. При этом суды выясняют наличие в деле доказательств, свидетельствующих о том, что лицу, совершившему финансовые операции и другие сделки, было достоверно известно, что денежные средства, выступающие как предмет незаконных финансовых операций, или иное имущество приобретены другими лицами преступным путем (п. 20 постановления Пленума от 18 ноября 2004 г. № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступных путем»).

Так, приговором Элистинского городского суда Республики Калмыкия (от 7 сентября 2005 г.) был осужден Я. по ч. 1 ст. 174 УК РФ. Тем же приговором за незаконные производство и сбыт наркотических средств был осужден П., который сначала изготовил наркотическое вещество, а затем сбыл шприц емкостью 10 мл, содержащий 0,026 гр экстракта маковой соломы гр-ну Л-Г, получив от последнего денежные средства в сумме 15 тыс. руб. Выйдя из квартиры П., покупатель добровольно выдал наркотическое средство сотрудникам правоохранительных органов.

Спустя три дня П. рассказал пришедшему к нему в квартиру знакомому Я. о том, что он (П.), получил указанную сумму от продажи наркотического вещества. В свою очередь Я. с целью придания правомерного вида владению пользованию и распоряжению указанными денежными средствами, для сокрытия их происхождения, а также в целях последующего получения П. процентов по банковскому вкладу предложил ему часть этих денег в сумме 10 тыс. руб. внести в банк на лицевой счет открытый на его, Я., имя, а остальную сумму, 4,5 тыс. руб., отдать ему же в качестве вознаграждения за открытие счета на свое имя. П. на это предложение согласился, оставив себе 500 руб. на личные расходы. Я., заведомо зная о том, что денежные средства в сумме 14,5 тыс. руб. получены П. в результате совершения преступления, в тот же день осуществил с ними финансовые операции в коммерческом банке «Кредитбанк», где сначала обменял 4,5 тыс. руб. на 155 дол. США, а затем отправил их переводом на свое имя в Республику Казахстан. Остальные деньги в сумме 10 тыс. руб. Я. поместил на свой именной банковский счет для получения прибыли от начисленных банком по вкладу процентов и дальнейшей передачи полученных сумм П.

После осуществления им финансовых операций Я. передал П. документы, подтверждающие совершение этих операций в банке: книжку денежных вкладов, договор о срочном вкладе на 10 тыс. руб., заявление для отправления денег по системе «Вестерн Юнион», которые и фигурировали впоследствии в материалах дела в качестве доказательств. Указанное дело рассмотрено судом в течение одного месяца со дня его поступления в суд. Приговор по делу постановлен в особом порядке по ходатайствам подсудимых без проведения судебного разбирательства в связи с их согласием с предъявленным обвинением. В качестве наказания Я. по ч. 1 ст. 174 УК РФ назначен штраф в размере 3 тыс. руб.

Следует отметить, что хотя количество дел о преступлениях, предусмотренных ст. 174 УК РФ, и увеличилось, всё же продолжает оставаться в масштабах Российской Федерации очень незначительным, и в силу этого такие дела достаточно редки в практике судов. По этой причине вопросы, связанные с применением уголовно-правовых норм об ответственности за легализацию (отмывание) доходов, приобретенных преступным путем, преимущественно относятся к положениям ст. 1741 УК РФ.

При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков состава преступления, предусмотренного ст. 174.1 УК РФ, суды, принимая во внимание разъяснения Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. № 23, выясняют, имеются ли в деле доказательства, свидетельствующие о том, что денежные средства или иное имущество получены лицом в результате совершения им преступления. В тех случаях, когда лицо приобрело денежные средства или иное имущество в результате совершения преступления и использовало эти денежные средства или иное имущество для совершения финансовых операций и других сделок, содеянное этим лицом квалифицируется судами по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 1741 УК РФ и соответствующей статье УК РФ (п. 21, 22 постановления).

Характерным примером может служить приговор Городецкого городского суда Нижегородской области (от 30 июня 2005 г.), которым установлено, что Х., являясь одним из учредителей ООО «Городецкая обувная фабрика», используя заведомо подложную документацию, получил кредит в коммерческом банке на общую сумму в размере 350 тыс. руб. при следующих обстоятельствах. Между обществом и банком было заключено генеральное соглашение о сотрудничестве, согласно которому банк предоставлял кредит физическим и юридическим лицам для покупки на фабрике изготавливаемой ею продукции.

С целью получения кредитных средств директор, введя в заблуждение третьих лиц (родственников и работников предприятия) относительно своих намерений и существа сделки, получил от них согласие на получение кредита в банке на вышеуказанных условиях. При этом предполагалось, что кредит, полученный физическими лицами, будет погашаться в дальнейшем из личных средств учредителей.

Реализуя свой умысел на совершение указанного преступления, подсудимый предоставил в банк подложные справки о размере заработной платы третьих лиц, договора и счета-фактуры на якобы поставленную продукцию. В действительности продукция не поставлялась, а средства, полученные директором предприятием от банка в счет фиктивно проданной продукции, использовались Х. на нужды предприятия, в том числе для исполнения договорных обязанностей, погашения налогов, иных обязательных платежей и т. д.

Действия осужденного квалифицированы по ч. 1 ст. 176 УК РФ как незаконное получение кредита, т. е. получение руководителем организации кредита путем предоставления банку заведомо ложных сведений о хозяйственном положении либо финансовом состоянии организации, причинившее крупный ущерб; по ч. 2 ст. 327 УПК РФ – как подделка официального документа, предоставляющего права или освобождающего от и обязанностей, в целях его использования, совершенная с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а также по ч. 1 ст. 1741 УК РФ как использование денежных средств, приобретенных лицом в результате совершения им преступления, для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности.

Дело предметом кассационного рассмотрения не являлось.

Вабсолютном большинстве случаев отмывание лицом денежных средств или иного имущества, приобретенных в результате совершения этим лицом другого преступления, вменяется подсудимому по совокупности с этим предикатным преступлением. Наиболее распространенными в судебной практике являются дела, по которым легализуется имущество, полученное лицом в результате совершения им кражи, грабежа, сбыта наркотических или психотропных веществ, мошенничества, незаконной порубки деревьев, незаконной охоты.

Такие дела зачастую характеризуются незначительным размером легализованных подсудимыми денежных средств или иного имущества. При этом как легализация полученного в результате имущества органами предварительного расследования квалифицируется приобретение лицом необходимых продуктов питания или предметов одежды, оплата игры в игральном автомате или использование лицом похищенного им имущества в личных целях, например, обвиняемый пользовался похищенным телевизором у себя дома или ездил на угнанном автомобиле. В этих случаях суды по-разному оценивают обоснованность вменения статьи 1741 УК РФ, причем, единый подход к решению вопросов квалификации отсутствует даже в пределах одного региона.

Так, приговором Северодвинского городского суда Архангельской области К. был признан виновным в незаконном культивировании наркотикосодержащих растений и сбыте наркотических веществ, а также в легализации денежных средств, полученных им в результате совершения этих преступлений. Из показаний К., оглашенных в судебном заседании (в порядке, предусмотренном п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ), следовало, что он в помещении шашлычной продал Н. стакан с марихуаной за 3500 руб., а затем на вырученные деньги сделал заказ шашлыков и пива себе и Н., при этом сумма заказа составила 250 руб.. Собранными по делу доказательствами установлено, что денежная купюра достоинством в 500 руб., которой расплачивался К., была передана ему Н. в счет оплаты марихуаны. В суде К. подтвердил свои показания, однако заявил, что цели легализации полученных денежных средств не преследовал. Суд первой инстанции признал это заявление не убедительным, поскольку, по мнению суда, незаконные «предпринимательские» действия К. по выращиванию конопли и последующие действия, направленные на незаконный сбыт марихуаны, совершение последующей сделки купли-продажи, при которой незаконно полученные деньги были вовлечены в легальный бизнес, являются ничем иным как отмыванием доходов, полученных в результате преступления. В виде наказания по ст. 1741 УК РФ осужденному был назначен штраф в размере 10 тыс. руб.

В кассационном порядке приговор в части осуждения К. по ст. 1741 УК РФ отменен и дело в этой части производством прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления. При этом коллегия в определении указала, что К. обвинялся лишь в том, что потратил полученные в результате незаконного сбыта наркотических средств 250 руб. по своему усмотрению на приобретение продуктов питания в шашлычной Северодвинска. Органами следствия К. не вменялось совершение незаконных предпринимательских действий по выращиванию конопли, направленных на незаконный сбыт марихуаны для совершения в последующем сделок купли-продажи, деньги от которых вовлекались бы в бизнес.

Анализируя мотивы этого решения, можно сделать вывод, что суд кассационной инстанции не усмотрел в совершенном деянии состава экономического преступления (к числу которых относится преступление, предусмотренное ст. 1741 УК РФ), учитывая незначительность произведенной осужденным сделки, а также того обстоятельства, что часть незаконно полученных денежных средств (250 руб.) осужденный истратил (израсходовал), а не сохранил их, придав вид легально приобретенных.

В этом аспекте следует отметить, что уголовным законом не предусмотрен минимальный размер финансовых операций и других сделок, и с формальной точки зрения любая, даже мелкая, бытовая сделка подпадает под действие ст. 174 и 1741 УК РФ (при наличии других, предусмотренных диспозициями этих статей признаков состава преступления).

Поэтому правильным также представляется подход судебной коллегии по уголовным делам Тульского областного суда, которая на основании представления прокурора отменила приговор Центрального районного суда города Тулы в части осуждения К. по ч. 1 ст. 1741 УК РФ и прекратила производство по делу в этой части. К. был признан виновным в том, что, сбыв гражданину П. героин за 500 руб., приобрел на полученные деньги в кафе-баре стакан сока за 18 руб.

Судебная коллегия пришла к выводу о том, что органами следствия по делу не было представлено доказательств, свидетельствующих об умысле К. на легализацию денежных средств, кроме того, в силу малозначительности действия осужденного в этой части, хотя формально и содержат признаки преступления, однако не представляют общественной опасности, а, следовательно, не образуют состава преступления, предусмотренного ст. 1741 УК РФ. Аналогичные мотивы прекращения уголовных дел и оправдания подсудимых имеются также в практике судов Тюменской области, Республики Карелия и др.

Учитывая всеобщую распространенность дел о легализации, возбужденных по фактам совершения мелких бытовых сделок с приобретенными в результате преступлений денежными средствами и иным имуществом, ряд судов высказал предложения о внесении изменений в ст. 174 и 1741 УК РФ с тем, чтобы установить минимальный размер сделки, которая может повлечь уголовную ответственность за легализацию доходов, полученных преступным путем, а также дополнить диспозицию ст. 1741 УК РФ указанием на цель совершения финансовых операций и других сделок со средствами, добытыми преступным путем.

Такой пробел в законе влечет разнобой в понимании содержания признаков объективной стороны состава легализации (отмывания) имущества, полученного преступным путем. Во многом это вызвано различиями диспозиций ст. 174 и 1741 УК РФ. В частности, в ст. 174 УК РФ имеется указание на цель, совершаемых лицом сделок с имуществом, заведомо приобретенным другими лицами преступным путем – придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанным имуществом. В статье же 1741 УК РФ отсутствует указание на цель сделок, совершаемых с имуществом, приобретенным лицом в результате совершения им преступления. С учетом этого обстоятельства органы предварительного расследования зачастую квалифицируют по ст. 1741 УК РФ деяния, состоящие в реализации имущества лицом, совершившим кражу или иное хищение этого имущества. Суды в подобных случаях неодинаково оценивают обоснованность вменения легализации имущества.

Например, приговором Череповецкого федерального городского суда Вологодской области Д. признан виновным в краже, т. е. тайном хищении чужого имущества, совершенном с причинением значительного ущерба гражданину, а также в легализации (отмывании) этого имущества путем совершения сделок купли-продажи. Как следует из приговора, Д. во время поездки в такси продал неустановленному следствием лицу ранее похищенный у своей знакомой сотовый телефон за 1 тыс. руб., которые затем потратил на собственные нужды. Затем Д. совершил еще одну кражу сотового телефона, который также продал за 1 тыс. руб. Реализацию похищенного имущества суд квалифицировал как легализацию имущества, полученного лицом в результате совершения им преступления. Подсудимый полностью признал свою вину и ходатайствовал о рассмотрении дела в особом порядке. По ч. 1 ст. 1741 УК РФ Д. суд назначил наказание в виде штрафа в размере 2500 руб.

Примеры осуждения по ст. 1741 УК РФ за совершение сделок с похищенным имуществом имеются в ряде регионов России, в том числе, в Волгоградской, Кировской областях, Республике Саха (Якутия), Удмуртской Республике и др.

Вместе с тем полученные из различных субъектов Российской Федерации материалы свидетельствуют о том, что в большинстве случаев суды не усматривали наличия состава уголовно-наказуемой легализации, если подсудимый обвинялся в легализации путем продажи имущества, полученного им в результате совершения им кражи, грабежа, разбоя или мошенничества.

Так, отменяя приговор Гатчинского городского суда Ленинградской области в части осуждения Д. по ч. 1 ст. 1741 УК РФ в связи с отсутствием состава преступления, судебная коллегия Ленинградского областного суда указала, что указанная статья УК РФ предусматривает ответственность за преступления в сфере экономической деятельности (гл. 22 УК РФ). Предметом преступления при этом являются денежные средства или имущество, приобретенные криминальными формами поведения в экономической деятельности. Осужденным же совершена кража чужого имущества, то есть корыстное преступление, предусмотренное Главой 21 УК РФ о преступлениях против собственности, целью которых является противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику или владельцу этого имущества. Совершив кражу имущества потерпевшей, Д. распорядился похищенным по своему усмотрению, при этом гражданские права или обязанности на данное имущества он не приобрел, то есть легализация этого имущества произведена не была. Таким образом, действия лица, виновного в совершении кражи, направленные на реализацию похищенного не требуют дополнительной квалификации по другим статьям УК РФ и не имеют отношения к преступлениям, совершаемым в сфере экономической деятельности, в смысле главы 22 УК РФ8.

Таким образом, суды, оправдывая в таких случаях подсудимых по ст. 1741 УК РФ, исходят из того, что корыстная цель является обязательным признаком любого хищения, и сделки с чужим имуществом, полученным лицом в результате совершения им преступлений, предусмотренных главой 21 УК РФ, полностью охватываются составами этих деяний, поскольку представляют собой акт распоряжения похищенным имуществом как своим собственным.

В то же время в тех случаях, когда предметом хищения являлись денежные средства (например, в случаях присвоения или мошенничества), которые использовались обвиняемыми для погашения задолженности по уплате налогов или ссуды в банке, или помещались на собственный банковский счет либо использовались для собственной предпринимательской деятельности, такие действия оценивались судами как легализация денежных средств, полученных преступным путем.

Так, Череповецкий городской суд Вологодской области признал М. виновным в хищении чужих денежных средств путем обмана, злоупотребления доверием и присвоения, осудил его также по ч. 1 ст. 1741 УК РФ. Как легализацию (отмывание) денежных средств, полученных М. в результате совершения им мошенничества и присвоения, суд расценил приобретение М. на похищенные средства векселей Сберегательного банка России номинальной стоимостью 69 тыс. руб., 72 тыс. руб., 17 500 руб., 55 тыс. руб. и 22 тыс. руб. Часть суммы, перечисленной на его счет от потерпевшего Т. и присвоенной М., последний снял со своего счета и потратил на хозяйственные расходы ООО «Капитал Ресурс», директором которого он являлся.

Таким образом, распоряжение лицом по собственному усмотрению похищенными им же денежными средствами при посредничестве кредитно- финансовых учреждений квалифицируется судами как легализация этих средств. Решения об оправдании подсудимых принимаются только в случаях малозначительности суммы, в которой совершается финансовая операция или иная сделка (например, приобретение лицом, совершившим кражу денег, карты для оплаты телефона за 300 руб.).

Как показало проведенное обобщение практики, за три предыдущих года по ст. 174 и 1741 УК РФ судами было оправдано 166 лиц, из них 119 – в связи с отсутствием состава преступления. Всего за эти годы по обеим статьям осуждены 858 лиц. То есть решение об оправдании подсудимых принималось в отношении 13,5% от общего числа лиц, осужденных за совершение рассматриваемых преступлений.

Некоторые суды в своих аналогичных справках и обзорах судебной практики анализируют диспозиции ст. 174 и 1741 УК РФ (в частности, Ростовский областной суд, Астраханский и Камчатский областные суды, Верховный суд Республики Дагестан) и приходят к выводу, с которым можно согласиться. Действительно, в диспозициях рассматриваемых статей не вполне четко раскрывается содержание самого понятия легализации (отмывания) денежных средств и иного имущества. С учетом лексического значения этого слова «легализовать» означает придать юридическую силу, видимость законности действию (акту), которое ранее не было урегулировано законным путем, либо имелся прямой законодательный запрет на совершение этого действия.

В связи с этим суды приходят к выводу о том, что хотя в диспозиции ст. 1741 УК РФ и нет указания на цель совершаемых финансовых операций и сделок с денежными средствами или имуществом, отмывание имущества должно пониматься несколько уже, чем совершение с таким имуществом любых сделок. Понятие легализации (отмывания) в общем смысле определяется целью совершения действий – приданием правомерно вида пользования, распоряжению, владению имуществом, и эта цель является обязательным признаком состава легализации не только в ст. 174, но и в ст. 1741 УК РФ.

Некоторые суды полагают, что под финансовыми операциями и иными сделками с денежными средствами или иным имуществом в смысле ст. 174 и 1741 УК РФ должны пониматься только те операции, которые подлежат обязательному контролю согласно перечню, приведенному в ст. 6 Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Надо отметить, что такой вывод не следует из буквального толкования диспозиций ст.ст. 174 и 1741 УК РФ. Однако различия, которые существуют в понимании легализации преступных доходов в указанном Федеральном законе и нормах УК РФ, действительно имеют место и, по-видимому, нуждаются в законодательном урегулировании.

Не менее распространенными в судебной практике являются случаи прекращения уголовных дел в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения. Причем основанием для отказа от обвинения также в подавляющем большинстве случаев служит вывод прокурора об отсутствии в деянии состава легализации денежных средств или иного имущества, полученных преступным путем. Всего за изучаемый период по этому основанию прекращены дела в отношении 199 лиц, в отношении 49 лиц основанием прекращения дела явилось отсутствие события преступления. В отношении 2 лиц дело было прекращено в связи со смертью обвиняемого, в отношении 8 лиц – в связи с деятельным раскаянием и в отношении 5 лиц – в связи с примирением с потерпевшим.

Характерным примером может служить уголовное дело в отношении У., который обвинялся в том, что тайно похитил с территории вагонного депо станции Орск пять фрикционных клиньев, которые затем продал гр-ну С., получив в результате сделки 90 руб. В судебном заседании государственный обвинитель отказался поддерживать обвинении У. по ч. 1 ст. 1741 УК РФ, так как не усмотрел в действиях подсудимого состава легализации имущества, полученного лицом в результате совершения им преступления. Постановлением Советского районного суда г. Орска Оренбургской области от 8 апреля 2005 г. дело в отношении У. в этой части было прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от поддержания обвинения.

Анализ судебной практики показывает распространенность случаев обвинения в совершении преступлений, предусмотренных ст. 1741 УК РФ, за малозначительные по своей общественной опасности деяния, которые в силу этого не рассматриваются судами, а зачастую, и стороной обвинения в качестве экономических преступлений.

Вместе с тем в практике судов имеются иные основания для принятия решения о прекращении уголовных дел в связи с отсутствием в деянии состава легализации имущества, полученного лицом в результате совершения им преступления. Одним из таких оснований является изменение закона, устраняющего преступность того деяния, которое послужило источником приобретения подсудимым денежных средств или иного имущества, легализация которых ему вменялась по совокупности преступлений.

Так, Ленинским районным судом г. Тюмени было прекращено уголовное дело в отношении С., который обвинялся в незаконном предпринимательстве и легализации приобретенного в результате совершения этого преступления имущества. В судебном заседании было установлено, что С. с 2003 г. по 2004 г. включительно осуществлял оказание транспортных услуг по перевозке грузов в нарушение Федерального закона от 8 августа 2001 г. № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», а полученный доход использовал для дальнейшего осуществления этой деятельности (вносил арендную плату за нежилые помещения). Однако в ст. 17 указанного Закона Федеральным законом от 2 июля 2005 г. № 80-ФЗ были внесены изменения, и лицензирование перевозки грузов автомобильным транспортом грузоподъемностью свыше 3,5 тонн было исключено. Мотивируя свое решение о прекращении уголовного дела, суд сослался на разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, содержащиеся в п. 17 постановления от 18 ноября 2004 г. № 23. Пленум разъяснил следующее: если федеральным законодательством из перечня видов деятельности, осуществление которых разрешено только на основании специального разрешения (лицензии), исключен соответствующий вид деятельности, в действиях лица, которое занималось таким видом предпринимательской деятельности, отсутствует состав преступления, предусмотренный ст. 171 УК РФ.

Учитывая это, суд обоснованно счел, что на момент рассмотрения дела – август 2005 г. – деятельность С. разрешена законом, следовательно, в его действиях отсутствует состав незаконного предпринимательства, а также и легализации денежных средств, полученных подсудимым в результате этой предпринимательской деятельности.

Причиной отказа государственного обвинителя от обвинения в отдельных случаях являются недостатки предварительного расследования таких дел.

Так, П., работавший председателем совета директоров ООО «Стандарт в г. Чебоксары, и К., генеральный директор ООО «ЖБК-9», обвинялись в том, что они в составе организованной группы, используя свое служебное положение, путем мошенничества похитили бюджетные средства в размере 700 тыс. руб., которые впоследствии П. легализовал, приобретя два векселя Сберегательного банка России. Затем этими векселями оплатил свою долю в уставном капитале двух предприятий, оформив договор на свою дочь С. В судебном заседании государственный обвинитель отказался от поддержания обвинения, предъявленного П. и К. по ч. 4 ст. 1741 УК РФ, мотивируя отказ тем, что в ходе предварительного следствия не добыто и суду не представлено никаких объективных доказательств, неоспоримо свидетельствующих о факте приобретения П. векселей Сбербанка России, акций ООО «ЖБК-9» на денежные средства, полученные в результате совершенного ими мошенничества. Также не нашло подтверждения в судебном заседании обвинение в совершении преступлений организованной группой. Суду также не было представлено никаких доказательств какого либо участия К. в приобретении векселей и уставном капитале. Постановлением Калининского районного суда г. Чебоксары уголовное дело в части обвинения П. и К. по ч. 4 ст. 1741 УК РФ было прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УК РФ.

Недостатки при производстве по делам рассматриваемой категории имеют место не только в следственной, но и в судебной практике. И вызваны они не только ошибками в применении уголовного закона, когда кассационная или надзорная инстанции не соглашаются с квалификацией действий осужденных, но и невнимательным подходом к написанию приговоров.

Примером может служить приговор в отношении Д., которая обвинялась в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 и ч. 1 ст. 1741 УК РФ. Из приговора Центрального районного суда г. Хабаровска усматривается, что суд признал доказанным легализацию имущества Д. приобретенного в результате совершенного ею мошенничества, путем совершения сделки купли-продажи квартиры на сумму 120 тыс. руб., оформленной на сына Д. Однако тем же приговором, постановленным в соответствии со ст. 316 УПК РФ без проведения судебного разбирательства, Д. осуждена по ч. 1 ст. 174 УК РФ за легализацию денежных средств, приобретенных другими лицами преступным путем, тогда как обвинение в совершении указанного преступления осужденной не предъявлялось.

Президиум Хабаровского краевого суда признал, что приговор содержит существенные противоречия, которые повлияли на правильность применения уголовного закона, что в силу п. 1 ч. 1 ст. 379 и п. 4 ст. 380 УПК РФ является основанием отмены приговора. Постановлением Президиума Хабаровского краевого суда дело было направлено на новое судебное рассмотрение в ином составе суда со стадии подготовительной части судебного заседания.

Изучение судебной практики, показало, что у органов предварительного расследования и у судов при производстве по делам рассматриваемой категории возникают вопросы, связанные толкованием понятия «легализация» в тех случаях, когда осуществляются сделки с имуществом, полученным обвиняемыми в результате совершения ими хищений, а также в случаях, когда эти сделки носят малозначительный, бытовой характер. Кроме того, суды отмечают, что в материалах уголовных дел по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. 174 или 1741 УК РФ, не во всех случаях имеются доказательства, подтверждающие, что финансовые операции и иные сделки, совершаются обвиняемыми именно с теми денежными средствами или иным имуществом, которые были получены в результате совершения преступления.

В некоторых случаях у судов возникают вопросы, связанные с доказанностью предикатного преступления. Суды обоснованно, на наш взгляд, полагают, что в последнем случае факт совершения преступления, в результате которого было получено легализованное имущество должен быть установлен приговором суда либо в ходе судебного разбирательства дела, если предикатное преступление вменяется по совокупности с легализацией денежных средств или иного имущества, полученных в результате совершения преступления.

Однако анализ правоприменительной практики позволяет сделать вывод о том, что законодательство об ответственности за легализацию доходов, полученных преступным путем, нуждается в корректировке и дальнейшем совершенствовании.

1. Практика показывает, что ст. 174 УК РФ практически не применяется. Следовательно, ее законодательная конструкция недостаточна для выявления и фиксации финансовых операций и сделок с денежными средствами или иным имуществом, заведомо для виновного приобретенными другими лицами преступным путем. В этом аспекте судебная практика поставила вопрос, связанный с доказыванием для лица, совершающего такие действия, наличие или отсутствие признака «заведомости».

Иными словами необходимо ли для вменения данного состава наличие приговора по основному предикатному преступлению, либо этот конструктивный признак может быть подтвержден и другими средствами доказывания.

2. Состав преступления, установленный ст. 1741 УК РФ, не содержит предусмотренного ст. 174 УК РФ обязательного для этой правовой нормы признака «совершение легализации в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению криминальными доходами. Такая пробельность породила неодинаковый подход в оценке признаков состава преступления.

В связи с этим представляется необходимым законодательным путем решить вопрос о том, является ли специальная цель придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами и иным имуществом обязательным элементом состава преступления, предусмотренного ст. 1741 УК РФ либо наличие этого состава будет во всех случаях распоряжения виновным, например, похищенным имуществом, в том числе путем совершения бытовых сделок.

3. После внесения Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ изменений в ст. 1741 УК РФ, согласно которым крупный размер легализованных средств перестал быть обязательным признаком основного состава преступления и учтен законодателем в качестве квалифицирующего признака ч. 2 ст. 174 УК РФ, в судебной практике возникла проблема привлечения к уголовной ответственности по данному закону в случаях малозначительности «отмытых» денежных средств и имущества.

В этом аспекте целесообразно разрешить вопрос об установлении минимального порога легализации.

Представляется такие изменения в законе позволят избежать судебные ошибки и будут способствовать повышению качества рассмотрения судами этой категории дел.






оставить комментарий
страница6/15
Дата13.10.2011
Размер4.22 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
средне
  1
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх