А 54 Злобный критик (сборник статей) icon

А 54 Злобный критик (сборник статей)



Смотрите также:
А 54 Злобный критик (сборник статей)...
Сборник статей Сборник статей о жизненном и творческом пути заслуженного деятеля искусств...
Сборник статей Сборник статей о жизненном и творческом пути заслуженного деятеля искусств...
Сборник статей. Т. 3...
Сборник статей Под редакцией А. В...
Сборник статей Выпуск 3 Москва, 16 февраля 2007 г...
Сборник статей к 70-летию Станислава Грофа...
Сборник статей. Выпуск III. Ростов-на-Дону...
Сборник статей. Выпуск III. Ростов-на-Дону...
Сборник статей под редакцией профессора М, И. Брагинского Издательство норма москва, 2002 удк...
Сборник статей и материалов...
Сборник статей преподавателей Кемгппк кемерово 2011 удк -373. 6...



страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9
вернуться в начало
скачать
^

НЕРАЗМЕННАЯ ДВАДЦАТКА



Чудны дела Твои, Господи! На днях мне пришло письмо от девушки Ирины из одного московского глянцевого журнала. По тональности письмо сильно смахивало на то самое, которое получили жители Земли от страдающих инопланетян в самом начале старого детского фильма "Москва – Кассиопея": смысл послания воспринимался с трудом, зато тревожная интонация была очень отчетливой.

"Нам очень нужна ваша помощь, – писала глянцевая инопланетянка. – Мы готовим материал про книги в жанре фантастики. Для состав­ления списка книг, которые мы хотим осветить в этом материале, мы решили опросить нескольких людей, которые непосредственно от­носятся к литературе и, в частности, к этому ее жанру. Очень бы хотелось видеть вас участником опроса. А вопрос вот в чем: какие 20 русских фантастических книг, вышедших за последние 20 лет (1987 по 2008 годы), по вашему мнению, можно выделить среди дру­гих, то есть 20 ГЛАВНЫХ книг в жанре фантастики? Нас интересуют те, кого условно можно отнести к "фантастическому гетто"..."

Хм! Я задумался. С одной стороны до сих пор этот инопланетный журнал, по-моему, относился к фантастическому жанру в целом, словно к какой-то забавной провинциальной глупости, а лучшими фантастами (и одновременно реалистами, да и вообще нашим всем) полагал В. Сорокина, Д. Быкова и А. Проханова. С другой же сто­роны, инопланетяне, похоже, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО нуждались в моей помо­щи, и я не имел права отказаться. Так что, по зрелом размышле­нии, я решил этот список составить. Но что включать? Вопрос.

Указанный период, половина которого пришлась на гласность и пе­рестройку, а вторая – на суверенную демократию, был для оте­чественной фантастики не слишком ярким. Почитать, конечно, было что, порой в избытке, но немногое из выходившего тянуло на нечто ГЛАВНОЕ, ЭПОХАЛЬНОЕ и пр. Зарубежные имена, которые просыпались в те годы на наши головы, были en masse значительно ярче – будь то Дэн Симмонс или Лоис Макмастер Буджолд, Терри Пратчетт или Нил Гейман. Однако если у нас хорошенько поскрести по сусекам...

Начинаю с азов – с братьев Стругацких. По правде сказать, мои любимые их вещи вышли гораздо раньше 1987 года, однако в указан­ное двадцатилетие формально попадал "Град обреченный" (журналь­ная публикация 1988 – 1989 годов). Главы из этого романа мне посчастливилось прочесть еще раньше, когда удалось заглянуть в рукопись "Хромой судьбы" – произведения, герой которого Феликс Сорокин сочинял Самый Важный роман в своей жизни, и этим романом был именно "Град обреченный". Читатели так и узнавали, чем там у Феликса Сорокина заканчивался Эксперимент, для которого выдерги­вали разных людей из разных эпох и селили в одном Городе. Но са­ма возможность свести в одну компанию сталиниста, фашиста, ев­рея-скептика, проститутку, недораскулаченного крестьянина и пр., и пр. – и постоянно тасовать их социальные роли – была необы­чайно привлекательной и эффектной. "Эксперимент есть экспери­мент, а не экспонент, а не перманент..." Как, мол, хотите, так и разбирайтесь с прошлым и будущим... Позже я узнал, что вариант с "Градом..." как наполнителем "Хромой судьбы" появился не от хо­рошей жизни: Стругацкие потеряли надежду опубликовать роман пол­ностью и решили воспользоваться написанным хоть частично. Когда же пришла гласность, и выход романа перестал быть проблемой, внутрь "Хромой судьбы" авторы поместили уже не главы, но абсо­лютно самостоятельных "Гадких лебедей". Чем, по-моему, подпорти­ли жизнь обеим повестям. Но это уже другая история...

Под номером два в моем списке идет роман С. Витицкого (то есть Бориса Стругацкого без Аркадия, уже ушедшего из жизни) "Бессиль­ные мира сего". Ученый Стэн Аркадьевич Агрэ обладает умением увидеть в любом подростке его ГЛАВНЫЙ талант и суметь развить этот талант до невероятной степени. Чем-то подобным, если кто помнит, занимались еще загадочные "мокрецы" из "Гадких лебедей". Однако три лишним десятилетия, отделяющие ту давнюю повесть от сегодняшней, избавили Стругацкого-Витицкого от прежнего романти­ческого оптимизма образца 60-х. В новом романе лучшие птенцы гнезда Агрэ, способные осчастливить человечество, увести его в алмазно-сапфировую даль, сами губят свой гений, разменивают его на мелочь, каждый по-своему. И учителен может только наблюдать за процессом, бессильный что-то исправить... Может, и нельзя ставить знак тождества между питомцами Агрэ и "драбантами" из семинара Бэ-Эн-Эс, но... В общем, печаль Учителя можно понять: сколько потенциальных гудков ушло в пар, или во что-то похуже...

Еще о мэтрах. У меня нет никаких сомнений, что в двадцатке дол­жен быть Кир Булычев. Но не с new-Алисой (тенью прежней), и не с космополицейской Корой Орват, и не с русским Фоксом Малдером Га­риком Гагариным... Словом, в список у меня попадает незакончен­ный, однако не перестающий от этого быть величественным роман "Река Хронос" – масштабная попытка пустить "клячу истории" по иному маршруту и посмотреть, что будет и чего не будет. Доведи Булычев свой замысел до финальной точки, кто знает, как бы изме­нилась картина отечественной фантастики... Сослагательное накло­нение у нас в литературе и теперь живее всех живых, но ТАК за­махнуться на большое никто, кроме Булычева, так и не сумел.

Впрочем, в моем списке – еще два "альтернативных" романа, назо­ву уж их прямо сейчас: "Гравилет "Цесаревич" Вячеслава Рыбакова и "Коридоры смерти" Валентина Ерашова. Роман Рыбакова, на мой взгляд, – последняя вменяемая вещь некогда очень хорошего фан­таста. Здесь уже много дурной публицистики, и выплески какой-то площадной ненависти (один Беня Цын чего стоит!), но есть пока еще и стройный сюжет, и привлекательный (страдающий) герой, и внятная любовная линия, и эффектный финальный поворот, и замеча­тельное ощущение счастья, которое было так возможно, так близ­ко... Книга Ерашова – "альтернативка" предельно мрачная. Сталин не умер 5 марта 1953 года и осуществил свой параноидальный план по "окончательному решению еврейского вопроса" в СССР. Повество­вание стилизовано под документальные хроники и от этого еще страшнее. Этого НЕ БЫЛО, но это, безусловно, МОГЛО БЫ БЫТЬ – такая мысль приходит в голову по мере чтения. У В. Ерашова до этой книги были только реалистические вещи, без примеси фантас­тики, и никто не ожидал его выхода в "альтернативный" жанр...

И еще одну книгу из той же области включаю в список – хоть и понимаю, что навлекаю на себя обвинения в нескромности. Впрочем, Рустам Святославович Кац с его "Историей советской фантастики" – все-таки не вполне Арбитман. Кацу-исследователю дозволено ставить на уши историю литературы (по сути – страны), а Арбит­ману чаще всего приходится смиренно анализировать вещи реально написанные. До Каца "альтернативного литературоведения" у нас не существовала, да и после Каца... В голову приходит только аль­тернативное жизнеописание выжившего Чехова пера С. Моэма (то бишь Бориса Штерна). А жаль! Стилизация под скучноватый литера­туроведческий труд – это власть над полувымышленным миром, не стесненная ни литературными красотами, ни опасениями превратить­ся в нового Уинстона Смита из "1984". Камуфляж все-таки не тота­лен. Любой мало-мальски грамотный человек сообразит, что Алек­сандр Твардовский не писал поэмы "Теркин на Луне", а первый в СССР неподцензурный альманах назывался все-таки "Метрополь", а не "Лунариум"... Впрочем, вполне неглупые люди, бывало, покупа­лись на Каца и даже к середине повествования верили, что так все и было.

Дальше в нашем списке будет "славянская фэнтези" в исполнении... Нет, упаси Боже, не Юрия Никитина и, извините, все-таки не Марии Семеновой ("Волко-Дав", "Волко-Два", "Волко-Три"). Включаем под тремя позициями три романа Михаила Успенского о Жихаре ("Там, где нас нет", "Время Оно" и "Кого за смертью посылать"). И рядом – роман о шести частях Валентина Маслюкова "Рождение волшебни­цы". Выстраивая свой фантастический мир, Успенский использует достижения историков и филологов, однако напрочь отказывался создавать унылое околоэтнографическое чтиво. Главным оружием в арсенале писателя станровится языковая игра, дающая толчок пе­рекрестным аллюзиям, вольным ассоциациям, отчего повествование превращается в цепочку невероятно смешных перипетий. У Маслюкова также представлен мир славянской fantasy. Здесь все серьезно и мрачновато, однако этнография лишена нарочитой "исконно-поскон­ной" густопсовости. Автор романа берет на вооружение всю необхо­димую жанру атрибутику, от братьев Гримм до Толкиена (есть тут и волшебные кольца, и колдовские книги, и роковые заклинанья), од­нако обращается с этой атрибутикой крайне дерзко, домысливая – а зачастую и переосмысливая – присущие ей родовые черты.

Отдельная позиция в списке – "Посмотри в глаза чудовищ" Андрея Лазарчука и Михаила Успенского. Николай Степанович Гумилев в своей посмертной жизни очень колоритен, а авторам, наворотившим четыре сотни страниц очаровательных небылиц (многие из которых сюжетно самодостаточны – спасибо М. Успенскому) удалось в фина­ле закруглить повествование и связать концы с концами. Дальше у тандема (затем превратившегося в трио) начинаются провалы, кото­рые невольно бросают тень и на самый первый их общий роман. Но затенить это веселое чудо природы соавторам все ж не удается.

И еще о соавторах. В моем списке их, помимо изначальных Стругац­ких, еще две пары: Евгений и Любовь Лукины – сборник "Когда отступают ангелы", Марина и Сергей Дяченко – городские фантазии "Vita Nostra" и "Пещера". По-прежнему считаю, что "малая форма" удавалась Лукиным (и удается Лукину) лучше, чем большая. Это же касается и Виктора Пелевина: бестрепетно включаю в список его первый сборник "Синий фонарь", в котором явлены зародыши всех его последующих (в том числе и будущих) романов...

Похоже, я размахнулся, и на пять последних (не по качеству, а по списку) произведений места осталось совсем мало. Ироническая фантасмагория от Марии Галиной "Гиви и Шендерович" – веселое чтение, порой заставлящее трепетать. Экспериментальный роман от Сергея Жарковского "Я, Хобо: Времена смерти" – счастливое дока­зательство того, что текст фантаста даже сегодня, при наличии таланта, может УДИВИТЬ. Космическая опера от Евгения Филенко "Галактический консул" – образчик жанра, автору этих строк не­вероятно симпатичного. Роман воспитания от Владислава Задорожно­го "Защита от дурака" – достойнейший пример текста с ЭВОЛЮЦИО­НИРУЮЩИМ героем. Ну и наконец – "Многорукий бог Далайна" Свя­тослава Логинова. Об этом романе ничего не могу сказать, пос­кольку в свое время так его и не прочел. Но готов поверить ува­жаемым людям, что книга достойная...

Ну вот и все. Уж не знаю, поможет ли мой список инопланетянке Ирине из глянцевого журнала, но мне он помог: даже злому критику изредка полезно делать инвентаризацию, напоминая читателю не только о том, что есть плохо, но и о том, что было хорошо.






оставить комментарий
страница5/9
Дата12.10.2011
Размер0,78 Mb.
ТипСборник статей, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх