Сборник научно-методических статей Выпуск посвящен 80-летию чгпу им. И. Я. Яковлева icon

Сборник научно-методических статей Выпуск посвящен 80-летию чгпу им. И. Я. Яковлева



Смотрите также:
С. В. Лебедевой Сборник результатов научно-методических исследований в области психологии...
Н. В. Барышников Настоящий сборник научных трудов посвящен...
Сборник научно-методических статей, посвя­щенный 200-летию со дня рождения А. С...
Сборник научно-методических статей Выпуск 2...
«современное общество, языки и межкультурная коммуникация»...
Сборник статей Выпуск 3 Москва, 16 февраля 2007 г...
Kafbot@ya ru Конференция проводится в заочной форме...
Сборник статей к 70-летию Станислава Грофа...
«чувашский государственный педагогический университет им. И. Я. Яковлева»...
Выпуск II всероссийский монотематический сборник научных статей Выпуск посвящается 85-летию...
Сборник статей выпуск 3 Под редакцией профессора Б. И. Путинского...
«чувашский государственный педагогический университет им. И. Я. Яковлева»...



страницы: 1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   15
вернуться в начало
скачать

Кузнецова Елена Витальевна,

соискатель кафедры педагогики начального образования

^ Сущность и содержание понятий «компетентность», «компетенция», «коммуникативная компетентность социального педагога»

Как известно, важным аспектом научности работ является определение понятийного аппара­та исследования. Теоретическое исследование связано с совершенствовани­ем и развитием понятийного аппарата науки и направлено на всестороннее познание объективной реальности в ее существенных связях и закономерностях. В нашем исследовании – это понятийная система, которая связана с формированием коммуникативной компетентности социального педагога как одного из основных компонентов профессиональной готовности специалиста.

Для начала проанализируем различные определения понятий «компетенция» и «компетентность». Рассмотрим определение понятия «компетенция», приводимое в различных источниках.

В толковом словаре русского языка С.И. Ожегова компетенция рассматривается как круг вопросов, явлений, в которых данное лицо обладает авторитет­ностью, познанием, опытом [1].

Хуторский А.В. компетенцию определяет как совокупность взаимосвя­занных качеств личности (знаний, умений, навыков, способов деятельности), задаваемых по отношению к определенному кругу предметов и процессов, необходимых для качественной продуктивной деятельности по отношению к ним [9].

Маркова А.К. компетенцию формирует как индивидуальную характери­стику степени соответствия требованиям профессии [3].

По мнению Шишова С, Агапова А., понятие «компетенция» – способность и готовность личности к деятельности, основанные на знаниях и опыте, которые приобретены благодаря обучению, ориентированные на самостоятельное участие личности в учеб­но-познавательном процессе, а также на­правленные на ее успешное включение в трудовую деятельность [10].

Таким образом, согласно словарной литературе, «компетенция» раскрывается с указа­нием на его латинское происхождение (competentia – согласованность частей и complete – добиваюсь, соответствую, подхожу). Соответственно, слово «компетенция» может иметь два разных значения: во-первых, это круг пол­номочий какого-либо учреждения или лица, во-вторых, это круг вопросов, в которых данное лицо обладает познаниями, опытом. В современной педаго­гической литературе слово «компетенция» употребляется во втором значе­нии. Из приведенных определений следует, что в исследовательской литера­туре к настоящему времени имеются разные подходы к сущности понятия «компетенция».

Таким образом, понятие «компетенция» употребляют тогда, когда го­ворят о совокупности полномочий, прав и обязанностей, предоставленных законом, уставом или иным актом конкретному органу или должностному лицу. Из этого можно заключить, что термин «компетенция» имеет профессионально-технологическое назначение.

Проанализируем далее определение «компетентность», приводимое в различных источниках. Понятие компетентности употребляется в научной литературе в самых разнообразных контекстах и понимается по-разному, как в отечественной, так и в зарубежной литературе.

Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. в толковом словаре русского языка дают следующие определение: «компетентность (от лат. competens – соот­ветствующий, способный) – глубокое, дос­кональное знание существа выполняемой работы, способов и средств достижения намеченных целей, а также наличие соот­ветствующих умений и навыков»[5].

Свой вклад в разработку понятия «компетентность» внес английский психолог Дж. Равен. По Равенну компетентность – специфическая способность, необходимая для эффективного выполнения конкретного действия в конкретной предметной области и включающая узкоспециальные знания, особого рода предметные навыки, способы мышления, а также понимание ответственности за свои действия [11].

По Новикову A. M., компетентность альтернативна поня­тию «профессионализм», первое из них относится к технологической подготовке, второе определяет содержание профес­сионального характера, компоненты кото­рого включают «базисные квалифика­ции» [4].

Н. П. Гришина рассматривает компетентность как профессионально-личностную характеристику, определяющуюся « готовностью или способностью выполнять профессионально-педагогические функции в соответствии с принятыми в социуме нормами и стандартами» [1].

Безрукова B. C. компетентность рассматривает как владение знаниями и умениями, позволяющее высказывать про­фессионально грамотные суждения, оценки и мнения.

Таким образом понятие «компетентность» в научной литературе, как мы убедились, трактуется весьма широко. Оно исходит от латинского competentes (competentis), что означает «соответствующий», «способный», т.е. пригодный к реализации тех или иных полномочий, исполнению изложенных функций. Поэтому назначение компетентности можно определить как профессиональ­но-гуманитарное.

Таким образом, изучение дефиниций «компетенция» и «ком­петентность» показывает, что они значительно шире понятий знания, умения, навыки, так как включают направленность личности (мотивацию, ценност­ные ориентации и т.п.), ее способности преодолевать стереотипы, чувство­вать проблемы, проявлять проницательность, гибкость мышления; черты ее характера – самостоятельность, целеустремленность, волевые качества.

Понятия «компетенция» и «компетентность» системные, многокомпонетные. «Компетенция» и «компетентность» широко используются в других ви­дах жизнедеятельности человека и обозначают высокое качество его профес­сиональной деятельности. Такой же смысл этим понятиям придает и педаго­гика для характеристики качества подготовки специалистов вузов.

Можно заключить, что компетенция является базовой основой компе­тентности. Значит, образовательные компетенции можно рассматривать как некоторые заданные требования профессиональной деятельности к про­фессиональной подготовке, а компетентности – как набор качеств, специа­листа, его уже состоявшиеся личностные характеристики. Поэтому социаль­ный педагог — это специалист, который не только является носителем стату­са должностного лица, наделенного определенными правами и полномочия­ми (компетенцией), но и обладает необходимой эрудицией, широким круго­зором, профессиональными компетенциями, к числу которых непременно относится умение общаться с людьми, В этом последнем случае речь идет о важной стороне его профессиональной компетентности.

Л. А. Петровская вводит понятие «компетентность в общении» и раскрывает это понятие как свободное оперирование языковым материалом, умение общаться на изучаемом языке» [6].

Коммуникативная компетентность рассматривается исследователями с разных точек зрения. В психологии коммуникативная компетентность рассматривается как способность к быстрой и точной ориентации в ситуации общения, основанная на коммуникативном опыте индивида.

Ю. Н. Емельянов определяет коммуникативную компетентность как «конгломерат знаний, языковых и неязыковых умений и навыков общения, приобретаемых человеком в ходе естественной социализации, обучения и воспитания», т.е. коммуникативная компетентность зависит от социальной среды.

В. А. Канн-Калик рассматривает коммуникативную компетентность как профессионально-личностное качество педагога и выделяет такие компоненты, как наличие способностей к осуществлению педагогической коммуникации, наличие коммуникативных навыков и умений, наличие коммуникативной направленности личности и многие другие [2].

Другое определение даёт Сидоренко Е.В. Коммуникативная компетентность – это совокупность коммуникативных способностей, умений и знаний, адекват­ных коммуникативным задачам и достаточных для их решения. Коммуникативное знание, исходя из представлений этого разработчика проблемы, – это знание о том, что такое общение, каковы его виды, фазы, закономерности развития. Это знание о том, какие существуют методы и приёмы, какое действие они ока­зывают, каковы их возможности и ограничения. Это также знания о том, какие методы эффективны в отношении разных людей и разных ситуаций, знания о степени развития собственных коммуникативных умений и навыков [8].

Ю. М. Жуков, Л. А. Петровская, П. В. Растянников рассматривают коммуникативную компетентность как «систему внутренних ресурсов, необходимых для построения эффективного коммуникативного действия в определенном круге ситуаций межличностного взаимодействия» [7], т.е субъект понимает свою предметную и межличностную позицию, знает правила поведения в различных ситуациях и формы общения, умеет выбирать правильную тактику и реализовывать имеющиеся социальные навыки.

Коммуникативная компетентность социального педагога является одной из сторон его профессионализма и содержит: знания о задачах и средствах общения, о педагогической этике; педагогические умения по участию в сотрудничестве, по постановке задач общения, использованию демократического стиля во взаимодействии; умение воспринимать обучаемого таким, каков он есть; профессиональные педагогические позиции: участник и субъект педагогического взаимодействия, гуманист; профессионально важные качества личности: педагогический такт в выборе воздействий на участников общения, эмпатия, сопереживание.

Множество подходов к проблеме коммуникативной компетентности служит подтверждением интереса ученых к вопросам коммуникации и компетентности.

Анализ литературы показывает, что мнение многих исследователей совпа­дают в том, что в основе коммуникативной компетентности находятся умения эффективного высказывании и передачи информации, грамотного использова­ния речи как средства передачи информации, умения выслушивать и делать правильные выводы из услышанного, общая культура невербального общения, способность к наблюдательности в процессе общения и навыки выявления и преодоления коммуникативных барьеров. Кроме того, коммуникативный чело­век должен обладать такими качествами личности, как общительность, откры­тость и уверенность в общении, независимость от мнения группы, выдержан­ность и контроль над собой в различных ситуациях общения, готовность к со­вместной деятельности. Таким образом, можно сказать, что коммуникативная компетентность – это социальные знания, умения и навыки, обеспечивающие вхождение в психологический контакт, его поддержание и успешное заверше­ние в контексте продвижения к поставленной цели и принятия решения на ос­нове конкретного взаимодействия. Это способность кодировать и декодировать разнообразную информацию, передаваемую и получаемую в процессе общения.

Сформированность коммуникативной компетентности обеспечит эффективность профессиональной деятельности социального педагога – реализацию социально-педагогического взаимодействия в системе социальных служб, диагностику, технологию педагогического разрешения конфликтов, социальную профилактику, коррекцию, реабилитацию школьников, организацию клубной и досуговой деятельности школьной молодежи.

Под коммуникативной компетентностью будущего социального педагога нами понимается один из основных компонентов профессиональной готовности, включающий знания о способах целенаправленного использования речевых средств для решения задач социально-педагогического общения; высокий уровень владение языком; владение культурой общения, знание особенностей национальной культуры, менталитета, владение национальным языком, умение работать с нормативно-правовыми документами и готовить их, личностную готовность, что обеспечит сотрудничество и взаимодействие педагога с детьми.

Профессию социального работника мы понимаем как коммуникативную, поскольку его практическая деятельность подразумевает общение, и успех этой деятельности в значительной мере зависит от его коммуникативной компетентности – в межличностной коммуникации, межличностном взаимодействии, межличностном восприятии.

Литература

  1. Гришина, Н. П. Развитие профессиональной компетентности методистов МПК в процессе практической деятельности : дис. … канд. пед. наук / Н. П. Гришина. – СПб, 1997. – 172 с.

  2. Кан-Калик, В. А. Индивидуально-творческая подготовка учителя / В. А. Канн-калик // Сов. Педагогика, 1989. – № 12 – С. 97–100.

  3. Маркова, А. К. Психологические критерии и ступени профессионализма учителя / А. К. Маркова // Педагогика. – 1995. – № 6. – С.55–63.

  4. Новиков, A. M. Российское образование в новой эпохе. Парадоксы наследия. Векторы развития : монография / А. М. Новиков. – М. : Эгвес, 2000. – 268с.

  5. Ожегов, С. И. Словарь русского языка / под ред. чл.-корр. АН СССР Н. Ю.Шведовой. – М. : Рус.яз., 1986. – 797 с.

  6. Петровская, Л. А. Компетентность в общении / Л. А. Петровская. – М. : Педагогика, 1989. – 320 с.

  7. Петровская, Л. А. Развитие компетентного общения как одно из направлений оказания психологической помощи / под ред. Ю. М. Жукова, Л. А. Петровкой, О. В. Соловьевой // Введение в практическую социальную психологию. – М. : Смысл, 1997. – С. 150–166.

  8. Сидоренко, Е. В. Тренинг коммуникативной компетенции в деловом взаимодействии / Е. В. Сидоренко. – СПб., 2003.

  9. Хуторской, А. В. Ключевые компетенции как компонент личностно-ориентированной парадигмы образования / А. В. Хуторской // Ученик в об­новляющейся школе / под ред. Ю. А. Дика, А. В. Хуторского. – М. : ВЛАДОСС, 2002. – С. 135–157.

  10. Шишов, С. Е. Понятие компетенции в контексте качества образования / С. Е. Шишов // Стандарты и мониторинг в образовании. – 1999. – № 2. – С. 30–34.

  11. Raven J. Competence in modern society: Its Identification, Development and Release. – Oxford: Oxford Psychologists Press, 1984. P. 45–53.


Лютова Надежда Ильинична,

аспирант кафедры педагогики начального образования

Воспитательная функция предмета «культурология» и его влияние на формирования личности студента в условиях современного
демократического общества


Одной из важных проблем современной педагогики является определение целей и задач, стоящих перед современным высшим образованием, в особенности, перед преподаванием гуманитарных дисциплин.

Актуальность этой проблемы обусловлена в первую очередь теми социальными проблемами, которые стоят перед современным обществом, в частности, проблемой воспитания полноценного гражданина этого общества, способного не только разбираться в своей узкой специальности, но и владеющего необходимым минимум знаний в области политики, экономики, социологии и умеющего глубоко понимать сложную динамику современной жизни.

Культурология является одним из предметов, недавно введённых в систему высшего гуманитарного образования. Как наука культурология возникла тоже сравнительно недавно (ей не более ста лет), однако она имеет глубокие философские корни.

Культурорлогия, как философская и интегративная для всего комплекса гуманитарных наук дисциплина, призвана сегодня оказывать наиболее заметное влияние на становление современного человека, поскольку именно она (очевидно, наряду с философией, политологией и социологией) способна научить молодого человека разбираться в тех сложных процессах, которые характеризуют жизнь современного социума, и самостоятельно оценивать эти процессы.

Проблемы культуры, так или иначе, волновали людей разных исторических эпох, хотя как таковые они могли восприниматься не в качестве «культурологических», а в качестве философских, религиозных, этических, эстетических и т.п. Интерес к изучению различных культур был во многом обусловлен тем кризисом, в котором оказался Запад в конце XIX-начале ХХ века. Именно в этот период появляется философская концепция, которую можно рассматривать как произведение, оказавшее наибольшее влияние на становление культурологии как особой гуманитарной дисциплины и формирование её методов. Речь идёт о «Закате Европы» Освальда Шпенглера, впервые предложившего развёрнутую типологию различных культур и выявившего их сущностные особенности (следует, однако, уточнить, что на формирование подхода Шпенглера к феномену человеческой культуры, в свою очередь, довольно заметное влияние оказала работа Данилевского «Россия и Европа»).

Введение в сегодняшнюю систему высшего образования предмета культурология тоже связано не только с задачей познакомить формирующуюся личность молодого человека с понятием культура и различными проблемами, связанными с этим феноменом, но и с необходимостью определённого воспитания этой личности и привития ей тех принципов, без осуществления которых невозможно существование подлинной демократии.

В частности, предмет культурологии должен позволить молодому человеку существенно расширить свои представления об окружающем его мире и осознать необходимость приобщения к тем ценностям, которые были выработаны в ходе истории человечества. В этом смысле, педагогические цели предмета культурология смыкаются с целями других гуманитарных дисциплин, но выражаются более непосредственным образом, поскольку культурология прямо направляет индивида по пути самосовершенствования и предлагает ему определённую перспективу реальности, каковой и является любая культура. Приобщение к любой культуре, в этом контексте, означает не что иное, как трансформацию своего понимания реальности в соответствии с теми ценностями и духовными формами, которые выработались в рамках этой культуры. Человек не является чисто биологическим существом, он становится человеком лишь в результате усвоения и интернализации того духовного опыта, носителем которого выступают представители культуры, в которой он растёт и развивается. Приобщение к своей собственной культуре происходит прежде всего в результате усвоения родного языка и приобретения сначала самых элементарных навыков межличностного и индивидуального существования, а затем посредством знакомства с произведениями художественной литературы, искусства, философии, религиозными текстами и т.д. Всё это может быть отнесено к сфере культуры в той мере, в какой способствует росту и развитию человеческого индивида и формированию его самобытной личности. Именно приобщение к высокой культуре позволяет индивидууму в максимальной мере раскрыть свои внутренние задатки и духовный потенциал, став личностью в самом высоком и благородном смысле этого слова.

Культурология, в качестве философской дисциплины, позволяет молодому человеку осмыслить тот духовный опыт, который он уже имеет в своей жизни, а также расширить и углубить этот опыт путём приобщения его к другим культурам, когда речь идёт уже об изучении истории культуры. Она также позволяет ему лучше и глубже разбираться в проблемах современной жизни и правильнее ориентироваться в том сложном мире, в котором мы все живём. Это касается, в частности, таких злободневных для сегодняшнего дня вопросов, как засилье массовой культуры, почти полностью вытеснившей высокую культуры из сферы внимания обычного человека и используемой в качестве манипулятора общественным сознанием, навязывающим людям ложные ценности общества потребления.

Приобщаясь к культурному богатству человечества на уроках культурологии, молодой человек постепенно вырабатывает собственную школу оценки тех или иных культурных феноменов, важнейшим принципом которой выступает здесь эстетический, ключевой для любой культуры. Он также начинает понимать ценность неутилитарных предметов (каковыми являются предметы культуры) и отличает их от продуктов цивилизации, имеющих преимущественно утилитарное значение. Это разделение крайне важно с точки зрения привития формирующемуся человеку определённой установки в отношении реальности (окружающих людей и вещей), которая позволяет рассматривать эти последние не только в качестве средств для достижения своих личных целей, но и видеть их собственную ценность как чего-то неповторимого и принципиально незаменимого. Значение привития такого рода установки формирующемуся человеку выходит далеко за рамки простого воспитания у него эстетического вкуса или навыков понимания произведений искусства. По существу, речь здесь идёт о том, чтобы противостоять той варваризации общества, которая, к сожалению, происходит в наши дни и связана с доминированием в обществе идеологии потребления и нигилизма. Потребительское отношение к вещам, характерное для современного обывателя, автоматически переносится и в межличностные взаимоотношения.

Приобщение к культурным ценностям на уроках культурологии должно противостоять этой тенденции в той мере, в какой, именно приобщаясь к такого рода ценностям, человек начинает понимать ценность другой личности, другого Я, которые выступают теперь как нечто большее, нежели предмет потребления. Другими словами, именно приобщение к культуре, к её высшим достижениям, чему и должны, главным образом, способствовать занятия по культурологии, способно выработать у человека личностное отношение к окружающему миру и позволить ему раскрыться навстречу этому миру, гуманизируя и одухотворяя как собственное бытие, так и бытие этого мира. Только творческое преображение посредством приобщения к культурным ценностям может позволить ему тот способ существования, который можно назвать личностным бытием, предполагающим выход за рамки своего узкого мира и вступление в реальность общечеловеческого измерения. «Я начинаю становиться личностью только тогда, когда ощущаю внутреннее стремление, а затем нахожу принцип единения, когда я беру себя в руки и начинаю действовать в качестве Я. Я осуществляю себя как личность лишь с того момента, когда я отдаюсь ценностям, которые ведут меня к высотам, намного превосходящим меня самого» [2, с.71].

Природа ценности двойственна: с одной стороны, она носит культурный характер, так как возникает и «функционирует» в рамках определённой культуры; с другой стороны, любая ценность отсылает к некому универсальному смыслу. Ничто в большей степени не позволяет увидеть эту двойственность ценности, чем культурология: она демонстрирует конкретно-культурный характер ценности и в то же время, донося до нас её смысл, становится основой для её универсализации. Благодаря изучению других (в том числе, в рамках предмета культурологии), мы расширяем горизонт своего понимания человеческой реальности и учимся видеть мир глазами представителей других культур, что, уже само по себе, способно освободить нас от многих предрассудков и культурных клише, нередко препятствующих нашему мышлению и правильному пониманию окружающей действительности.

Таким образом, изучение культурологии становится необходимостью в современном постиндустриальном обществе и становится обязательным условием для подготовки этого общества к адекватному пониманию и последующему решению самых актуальных проблем сегодняшнего мира, к которым следует отнести, в частности, рост ксенофобии, взаимного непонимания между этническими группами, представляющими различные типы культуры, варваризацию современного социума, вызванную доминированием в нём массовой культуры, навязывающей определённые антиценности и прикрывающей человеку доступ к тем сферам социального бытия и исторически накопленного опыта, которые способствуют духовному росту и самореализации человеческого индивида. Задача педагогики в этих условиях, безусловно, заключается в том, чтобы помочь молодому человеку научиться правильно ориентироваться в крайне усложнившейся и противоречивой окружающей действительности современного общества и выстроить ту иерархию ценностей, которая позволит ему реализовать имеющийся у него духовный потенциал и стать полезным членом общества, под которым следует понимать не некий «послушный винтик» в общественной системе, а подлинную личность, способную разбираться в происходящих ныне социальных процессах, адекватно оценивать эти процессы (и собственную роль в них) и принимать ответственные решения, которые будут способствовать сохранению всего положительного в окружающем его социальном пространстве и позитивному преображению последнего. Один из главных способов такой «помощи» заключается в том, чтобы приобщить молодого человека к богатому духовному опыту, накопленному его собственной культурой. Однако в условиях современного мультикультурного мира этого явно недостаточно.

Современный человек должен иметь представление не только о той культуре, к которой он принадлежит сам, но и о множестве других культур, поскольку ему неизбежно приходится вступать в диалог с представителями этих культур, ввиду тех изменений, которые произошли в современном мире, благодаря научно-техническому прогрессу, значительно упростившему перемещения в пространстве, а также сформировавшему единое информационное поле, в котором происходят встречи представителей разных культурных общностей. Приобщаясь к той или иной культуре, мы приобретаем особую перспективу реальности и потому приобщение к разным культурам (происходящее на занятиях культурологией) способствует преодолению ограниченности мышления, во многом обусловленной теми штампами и предрассудками, которые постоянно навязывает нам массовое сознание.

Таким образом, культурология как предмет обучения призвана внести существенный вклад в процесс установления взаимопонимания между различными этносами и культурными общностями, в котором так нуждается современный мир.

Литература

  1. Лотман, Ю. М. Беседы о русской культуре. – СПб., 2002. – 415 с.

  2. Мунье, Э. Манифест персонализма / Э. Мунье. – М. : «Республика», 1999. – 559 с.

  3. Швейцер, А. Упадок и возрождение культуры / А. Швейцер. – М. : Прометей, 1993. – 512 с.

Никитин Геннадий Андреевич,

докторант кафедры психологии и социальной педагогики

Становление этноэстетической направленности трудового обучения в педагогической системе

И.Я. Яковлева на общественных идеях

просветительства в формировании

технологической культуры учащихся

Просветительские идеи веками укреплялись в сознании народов наряду с развитием технологий в разновидностях универсальных культур, куда следует отнести мифологическую, космологическую, антропологическую. C появлением в них новых орудий труда, механизмов, технологий, этноэстетические воззрения на обучение детей конкретным видам ремесла стали приобретать широкую общественную значимость. Поэтому носителями идей просвещения выступали творчески, прогрессивно настроенные ремесленники, мастера народных промыслов, товаропроизводители, философы и другие общественные деятели.

Педагогические составляющие этноэстетики, получившие начало в мифологической культуре и утвердившиеся в космологизме, получили преемственность в антропологической культуре воспитания. Подтверждением тому является эпистемичность технологий антропологической культуры, которая громко заявила о себе во второй половине XVIII и продолжилась до начала XX вв. Общей тенденцией этой культуры было «стремление к познанию себя и «покорению» окружающего мира; «человек» как основная философская категория, исследователь, систематизатор и творец нового».

Отсюда, общественные идеи просветительства, получившие подтверждение на эпистемичности технологий, имели непосредственное влияние на компоненты этноэстетической дидактики, которые, в свою очередь, откладывались в творениях мастеров различных ре­месел, рукоделий, устном творчестве разных народов, в том числе и чувашей. «Эпистемология (греч. – учение о знании) – теория познания». Воспитательное содержание народной эстетики, близкое И.Я. Яковлеву с детских лет, на­учно обосновалось в педагогической системе обучения труду при Симбирской чувашской учительской школе.

Накопленный полувековой опыт чувашского просветителя по использованию научно обоснованных технологий в обучении различным ремеслам настраивает нас на изучение педагогического наследия Яковлевских школ. Оно в канун юбилея чувашского просветителя особенно торжественно представляется образцом трудового обучения, его методические положения приобретают актуальность в практике формирования технологической культуры современных учащихся.

На наш взгляд, картина систематизации обучения технологиям будет полнее, если изучение просветительского движения начать с выделения деятельной сущности торгово-ремесленного ученичества как одного из социальных институтов распространения грамот­ы посредством ремесел в Среднем Поволжье. В XVIII веке содержание эстетики ученичества становится приоритетным в передаче детям технологических знаний и умений, востребованных обществом. «Ученичество» в ту эпоху относилось ко всем ремесленным специальностям, потребным не только земледельцам и животноводам, но и кузнецам, плотникам, овчинникам, сапожникам, портным, серебряникам, мастерам санного, колесного дела и другим мелким товаропроизводителям. По этноэстетическим воззрениям эпохи, освоение ремесла открывало молодежи путь к технологической грамоте. Успешным считался мастер, товаропроизводитель, умеющий читать, писать, считать и творить.

Следует подчеркнуть, что «поступление в ученики к мастеру» в условиях технологизации XVIII века, как и ранее, было единственным спосо­бом овладеть каким-либо ремеслом, – считает А.Г. Иванов. В отличие от стран Запада, где институт ученичества и переход учеников в мастера находил­ся в рамках цеховой организации и был строго регламентирован, в России до петровских реформ не существовало ни законода­тельного определения условий ученичества, ни обязательной про­верки достигнутого за время учебы учениками мастерства.

Министерство народного просве­щения России, созданное в 1802 г., ускорило процесс централизованного решения вопросов религиозно-нравственного образования среди инородческого населения, для чего территорию страны условно разде­лили на 6 учебных округов. В Поволжье центром стал Казанский учебный округ, куда вошли Казанская, Ни­жегородская, Пензенская, Астраханская, Саратовская, Симбирская, Оренбургская, Пермская и Вятская губернии. Согласно образовательным уставам, предусматривалось открытие в каждом из них уездного, а в церковном приходе – приходского училищ.

Несмотря на проводимую «политику просвещения народа», Поволжье долгое время ос­тавалось одним из отсталых регионов в просветительной деятель­ности. Общественно-политическая волна русских демократов, прогрессивно настроенные представители интеллигенции пытались изме­нить состояние безграмотности. Так в середине XIX столетия началось модернизация уклада жизни российского го­сударства. Среди сфер преобразования ведущее место занял куль­турно-образовательный аспект по реформе школ, университетов и цензу­ры. «Яснополянская школа как раз в эти годы заставила много думать и говорить на педагогические темы всю мыслящую Россию», – утверждал Ф.Н. Петров.

Тем не менее, до последнего времени эти реформы не получили должной оценки. Среди причин следует назвать недостаточную изученность земских реформ, недооценку деятельности са­мих реформаторов, хотя они внесли существенные изменения в систему образования России в целом и в частности в Среднем Поволжье.

Сегодня, в силу идущих в нашей стране преобразований, открывается возможность изучения влияния воспитывающих аспектов этноэстетики в отдельных областях прежней системы Российского профессионального образования. К примеру, интерес вызывает гуманность народной педагогики, с этноэстетическими составляющими, взятыми в качестве приоритета в воспитании учащихся Яснополянской школы. Здесь высоко ценилась тяга детей к прекрасному. На занятиях поощрялось стремление детей наслаждаться видами искусств, желание самостоя­тельно трудиться. По педагогическим взглядам Л.Н.Толстого, воспитание этих качеств лучше происходило на занятиях рисования, музыки, литературы, труда. В этом некоторые критики данной эпохи находили упрощенческий подход к делу образования. В противовес воззрениям этих инспекторов, мы усматриваем здесь новизну обучения технологиям, методологическую базу интеграции учебно-воспитательного содержания в процессе формирования технологической культуры учащихся в контексте этноэстетического потенциала.

Педагогическая ценность просматривается в природосообразности воспитания, широком приобщении детей к общению с природой, народным искусством, выполнявшим важную функцию в развитии эстетических чувств, пробуждении творческих способ­ностей. Отсюда видно: гуманизм обучения в Яснополянской школе состоял, прежде всего, в использовании содержания народной эстетики, зна­комстве учащихся с эстетическими представлениями, народным идеалом кра­соты.

В процессе формирования технологической культуры учащихся педагогическое нас­ледие Л.Н.Толстого выступает как носитель эстетических идей народной педаго­гики в трудовом воспитании. Подтверждением тому – известность в округе результа­тов его эстетико-педагогического эксперимента в Яснополянской школе, получившего дальнейшее развитие во многих учебных заведениях Рос­сии, в том числе в просветительской деятельности И.Я. Яковлева среди нерусских народов.

Бывший министр народ­ного просвещения царской России граф Д.А.Толстой во время путешествия, позна­комившись с жизнью и бытом калмыков, киргизов, мордвы, череми­сов, татар, сделал заключение: «... Все это дико и невежествен­но, все это не тронуто просвещением, все это неначатый материал для науки и цивилизации». В своем описании Д.А.Толстой, как и многие исследователи, под «черемисами, тата­рами» подразумевал и чувашей.

Важным шагом в попытке открытии школ явились установленные 26 марта 1870 г. Министерством народного просвещения Правила «О мерах по просвещению населяющих Россию инородцев». Опираясь на его положения инородческая школа обучала грамоте детей разных национальностей, но она не предусматривала включение в учебно-воспитательный процесс родного языка нерусских народов. Соответственно, эти правила, не совпадающие с гуманностью этноэстетической дидактики, ограничивали доступ детей чувашских крестьян к просвещению. Тем не менее, благодаря прогрессивно настроенным педагогам, таким как И.Я. Яковлев, во второй половине 19-го столетия инородческие школы отличались многонациональным составом учащихся, где получали образование дети самых разных национальностей: русские, татары, чуваши, мордва, марийцы и др.

При этом вследствие отсутствия единства в организации учебного процесса и в обучении отдельным предметам происходило сужение рамок в освоении учащимися учебного материала. Местное руководство не принимало действенных мер по выполнению основных положений вышеуказанных Правил. «Сами же инородцы, по малому своему развитию, не умели ни просить, ни требовать исполнения этих правил», – отметила С.В. Чичерина.

С учетом отсутствия целостной системы просветительства И.Я. Яковлев видел картину реализации идей просвещения в организации и расширении сети народно-трудовой школы. По мнению просветителя, только такое учебное заведение способно вывести чувашский народ из духовного тупика, позволяющее улучшить жизнь и быт крестьян и развить их национальную культуру.

Педагогические взгляды западно-европейских мыслителей Дидро, Лессинга, Коменского, Песталоцци, Руссо, русских педагогов Ушинского, Толстого, Ильминского позволили Яковлеву разработать свою систему просвещения нерусских народов Поволжья. «Всю свою просветительскую работу Иван Яковлев построил на народных педагогических традициях, освоив, конечно, заодно и всю мировую педагогическую культуру. Едва ли случайно, что он в университе­те увлекся Сократом, Платоном, Аристотелем, Квинтилианом, Люте­ром, Коменским», – утверждает профессор Г.Н.Волков.

Новая система в качестве общих направлений просветительской деятельности предусматривала: 1) распространение христианства среди народов национальных регионов России путем использования их родного языка в качестве орудия первоначального обучения в школе и церковной проповеди; 2) сближение инородцев с коренным русским народом путем религиозного просвещения. «Основанием и орудием школьного образования непременно должен быть родной язык, – рекомендовал Ильминский своему подопечному, – чтобы воспринимаемые учениками понятия религиозные, нравственные и научные сделались ясны и определенны для их ума и имели благодатное влияние на их сердце и нравственное чувство».

В основе принципов Н.И. Ильминского в деле просвещения детей крестьян ощущается этноэстетическое начало в структуре общечеловеческих ценностей воспитания. Воспитанию по его словам, содействуя укреплению душевных сил, особенным образом и преимущественно долж­но направить свои усилия на нравственное облагораживание и возвышение человека. [ 20,359]. Идеи и взгляды своего учителя Яковлев использовал в систематизации конкретных мер просве­щения чувашского народа. Работая по обучению детей крестьян, он разработал: 1) учение о создании и руководстве начальной школой; 2) учение об организации учебно-воспитательного процесса в сельских двуязычных национальных школах; 3) систему подготовки народных учителей.

В структуре своей педагогической системы он предусматривал трудовое обучение посредством изучения технологий ремесел, потребных чувашским крестьянам. Так через просвещение И.Я. Яковлев намеревался довести до земледельцев современные технологии обработки металла, древесины, почвы, ознакомить учащихся с различными системами севооборота, ввести в обиход садоводство, огородничество, пчеловодство и «тем самым поднять материальное благосостояние крайне трудолюбивой, но темной массы чувашского населения и обратить внимание на профессиональное образование инородцев: открывать низшие сельскохозяйственные школы, ремесленные и технические, открыть при инородческих школах учебные мастерские и профессиональные классы».

Новая педагогическая система была близка к национальной школе, где целенаправленно ставилась задача по раз­витию и подъему национальной культуры и национального самосознания народов. И. Яковлев был одним из первых педагогов, сумевших показать эпистемичность самобытной национальной культуры воспитания чувашей и использовать этноэстетические особенности трудовых традиций в подготовке учителей для сельских школ. При определении учебного содержания начинающий учитель исходил из следующих положений: учет особенностей этнической культуры в обычаях, традициях, фольклоре, прикладном искусстве;приобщение учащихся через народную культуру к общенациональным ценностям.

Опираясь на педагогический опыт Л.Н. Толстого, К.Д. Ушинского, на опыт традиционной культуры воспитания, чувашский просветитель убеждался, что школа должна быть национальной по духу и народной по характеру, т.е. воспитание учащихся, по его мнению, должно осу­ществляться в соответствии с известными ему с детства традициями. Свою концепцию просвещения Яковлев обосновывал тем, что жизнеспособность любого народа выше тогда, когда она способна сохранять и развивать свои духовные ценности. Он, выросший среди чувашских крестьян, осознавал значение трудолюбия как фактора гармонии эстетики жизненных взаимоотношений. Поэтому с юношеских лет Яковлев вынашивал идею путем обучения грамоте вывести чувашей из темноты, нищенского положения, в которых они находились. «На собственном трудном опыте я слишком хорошо знаю цену образования и трудность, ведущих к нему детей крестьян. Отсюда родилось у меня естественное желание помочь своим соплеменникам – чувашам», – писал И.Я. Яковлев.

«Симбирская чувашская школа, – замечает профессор Г. Н. Волков, – явилась действующей, реализованной мо­делью школы будущего, образцом реализации идей и идеалов демократии и гу­манизма. Этого бы не случилось, бы если сам Яковлев не был человеком будущего, воплощавшим лучшие черты чувашского народа». Далее Волков пишет, что И.Я.Яковлев не стал бы национальным героем, если бы только открывал школы и писал свои великолепные педагогические сочинения. Народным педагогом он стал потому, что звал чувашских трудящихся на борьбу за культуру и улучшение жизни. Без духовной свободы нет счастья – это постоянно внушалось им устно, письменно, наглядно.

Образование, считал просветитель, должно осуществляться под влиянием национальной школы и традиционной культуры воспитания этносов. Поэтому основной задачей чувашской учительской школы стало интегрирование традиционной культуры «инородцев» в русскую культуру на принципах сочетания народной педагогики с научной. Школа, по мнению И. Я. Яковлева, наряду с ду­ховно-нравственными целями, с самого начала своего возникнове­ния стремилась оказать посильную помощь «в поднятии культурно-бытового уровня населения через тех же учителей».

Культурологический подход к профессиональному обучению в Симбирской чувашской учительской школы способствовал сочетанию умственного и физического труда через технологии ремесел, «нужные приволжскому крестьянину в его деревенской, домашней обстановке».

Главной целью обучения труду стало: преемственность самобытной этноэстетической культуры; распространение технологий ремесел среди родного народа; сближение эстетики школьной жизни с крестьянской; демонстрация эффективности обучения грамоте в приобретении практических умений; использование этнических традиций в подготовке к жизни.

Учитывая полезность приобретения навыков ремесла, вышеизложенное нельзя рассматривать как узкую профессиональную специализацию будущих учителей. Во-первых, учебный процесс проходил во внеурочное время, во-вторых, по желанию самих учащихся.

Народность в педагогической практике Ивана Яковлева можно сравнивать с этноэстетичностью, которая предусматривает труд как естественный образ жизни; сближение учебного содержания с этноэстетическими особенностями трудовых традиций, освоение будущими учителями научных знаний и практических навыков, потребных в крестьянской жизни, как фактора повышения материального благосостояния и развития национальной культуры. «Чувашская школа в Симбирске строила свою работу на творческом осмыслении вечных истин народной педагогики, – отмечает Г.Н. Волков, – делая ставку на величайшую формулу гуманистической педагогики: «Цель воспитания – счастье, средство – радость»».





Скачать 2,91 Mb.
оставить комментарий
страница8/15
Григорьевой С. Г
Дата27.09.2011
Размер2,91 Mb.
ТипСборник научно-методических статей, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   15
плохо
  1
средне
  1
отлично
  3
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх