Концепция информационного общества. Понятие мирового информационного порядка icon

Концепция информационного общества. Понятие мирового информационного порядка


Смотрите также:
Концепция информационного общества Д. Белла. Концепция информационного общества Э. Тоффлера...
Мониторинг как инструмент разработки и совершенствования стратегий и программ развития...
Концепция развития информационного общества Европейского Сообщества 13 Выводы: 17...
Характеристика информационных технологий Понятие информационной технологии Понятие...
Партнерство для развития информационного общества в России и его региональный сегмент на...
Комплекс организационных форм инновационной деятельности 32 Роли специалистов в инновационной...
Международная научно-теоретическая конференция коммуникативные стратегии информационного...
В. А. Хайченко, нпф «скибр», Москва, Россия Понимание Информационного общества в России и в Мире...
ОТчет о женевском этапе всемирной встречи на высшем уровне по вопросам информационного общества...
Сухотерин Леонид и Юдинцев Иван...
О стратегии развития информационного общества в Республике Беларусь на период до 2015 года и...
Отчет о Тунисском этапе Всемирной встречи на высшем уровне по вопросам информационного общества...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7
скачать
Московский государственный университет

им. М.В. Ломоносова

Факультет государственного управления

Кафедра политического анализа


ДИПЛОМНАЯ РАБОТА


Тема: «Глобальный информационный порядок:

институты и технологии становления и развития».


Студентки 5 курса Шебановой Марии Андреевны

Научный руководитель:

Соловьев Александр Иванович, д.ф.н., прорфессор


Москва 2006 г.

Содержание:


Введение.

Глава 1. Современные информационные процессы.

§ 1. Новый информационный порядок: новый этап общественного развития.

§ 2. Новая парадигма.

2.1. Цивилизация "пост-".

2.2. Концепция информационного общества.

2.3. Понятие мирового информационного порядка.

2.4. Глобализация мирового информационного порядка.

§ 3. Новая экономика.

§ 4. Новые угрозы.

§ 5. Новая культура.

§ 6. Новый социум.

§ 7. Новое пространство – пятое измерение.

§ 8. Новое государственное управление – желаемое и действительное.

§ 9. Заключение.

Глава 2. Институты и технологии управления современными информационными процессами.

§ 1. Эволюция институционального становления глобального информационного порядка.

§ 2. Основные игроки глобальной информационной политической игры.

§ 3. Правила игры.

3.1. Политическое регулирование.

      1. Межправительственные институты.

      2. Технологии партнерства.

      3. Смешанные институты.

3.2. Правовое регулирование.

3.3. По чьим правилам играет Россия.

§ 4. Игра в демократию.

Заключение.

Источники:

Список использованной литературы.

Официальные документы.

Официальные сайты организаций.


3

4

4

10

10

14

17

25

28

36

40

43

48

51

54

55


57


72

81

81

81

83

85

93

98

102

106

110

110

116

118




Введение.


Глобальный информационный порядок:

институты и технологии становления и развития.


«Кто владеет информацией - владеет миром»

Ф. Бэкон, 17 в.

^ Глава 1. Современные информационные процессы.


§ 1. Новый информационный порядок: новый этап общественного развития.


С начала нашей эры для удвоения знаний потребовалось 1750 лет. Второе удвоение произошло в 1900 году – через 150 лет. Третье - к 1950 году – через 50 лет. Сегодня объем знаний на планете удваивается каждый год, и темп их прироста постоянно ускоряется. Информация становится стратегическим ресурсом современного общества, важнейшим фактором экономического развития и политической власти. А общество становится информационным.


Понятие «информационное общество» впервые появилось в 60-е годы ХХ века. Его автором принято считать профессора Токийского технологического института Ю. Хаяши1. Основные характеристики общества знания были определены в отчетах, представленных японскому правительству рядом организаций: Агентством экономического планирования, Институтом разработки использования компьютеров, Советом по структуре промышленности. Информационное общество определялось как общество, где «развитие компьютеризации предоставит людям доступ к надежным источникам информации и избавит их от рутинной работы, обеспечив высокий уровень автоматизации производства». Движущей силой развития общества будет производство не материального, а информационного продукта...


… С тех пор прошло 40 лет. Мир изменился до неузнаваемости. «Виртуальная экономика», «киберполитика», «кибервойна», «электронное правительство», «электронное гражданство» … - всё это уже не выдумки романтичных футурологов-утопистов. Теперь это реальность: реальность, в которую превращаются практически любые фантазии, где настоящее вот-вот догонит будущее, а перемены становятся признаком стабильности.


Развитие общества на протяжении всей истории было связано с эволюцией и революциями средств и каналов коммуникации. В мире людей обмен информацией всегда играл огромную роль. Одна из гипотез появления человека и общества предполагает, что человеческая речь – это главный источник выделения человека из мира природы, источник развития человечества, позволяющий аккумулировать, передавать и накапливать знания, в отличие от более примитивных знаковых систем (языков) животных. Человек постоянно развивает и совершенствует средства информационного обмена. Первой информационной революцией считается появление письменности, второй – книгопечатание.


Важными событиями в развитии средств коммуникации стали изобретение телеграфа и ротационной типографической машины (1847 г.), телефона (1870 г.), радио (1895 г.), беспроволочного телеграфа (1922 г.), телевидения (1930 г.). В 1946 году в Сент-Луисе (США) создана радиотелефонная система, которую принято считать родоначальницей мобильной связи. В 1971 году появилась первая микросхема, а в 1981 году компания IBM создает персональный компьютер. В 1984 стало впервые применяться спутниковое телевещание (США).


И, наконец, сенсация: в 1986 году появился на свет Интернет, звёздный потомок сети АРПАНЕТ (ARPANET), созданной в 1969 году в агентстве Минобороны США (Defense Advanced Research Projects Agency, DARPA). Тогда (в 1986-м) под руководством Стива Вулфа, который ставил перед собой задачи формирования глобальной сетевой инфраструктуры, научная компьютерная сеть NSFNet была объединена с ARPANET, и были разработаны основные принципы и правила, сформировавшие современный облик Интернет. Среди них помимо технических основ (использование TCP/IP протоколов) такие принципы как сотрудничество и координация деятельности национальных сетей, максимальная независимость от прямого федерального финансирования и др.2

Эту череду событий продолжают такие как создание, реализация в 1992 году концепции WWW (world wide web, всемирной паутины) Тима Бернса Ли (это обеспечило совместное использование разнородных ресурсов – текстовых данных, графики, мультимедиа), появление первого коммерческого браузера в 1994-м и др. Отметим, что в целом, логика развития Интернет основывалась на принципах коммерциализации и либерализации, быстро росло число сетей и пользователей. Кульминацией этих процессов становится 1995 год, когда сеть NSFNet, дожив до восьми с половиной лет, прекращает свое существование, тем самым, открывая возможность развития Интернет на основе многослойной децентрализованной архитектуры и открытых коммуникационных протоколов. Окончательно понятие Интернет определено в Резолюции Федерального сетевого совета (FNC Resolution: Definition of "Internet"3) 24 октября 1995 года.


Какую из этих дат – или, может быть, не из этих – считать точкой отсчета, началом становления информационного общества, формирования нового мирового информационного порядка? (Иными словами, что относится к сфере нашего исследования?)


Один из возможных и довольно часто используемых в науке подходов к проблеме периодизации – признавать начало нового этапа с введением «в научный оборот» соответствующего понятия. Однако в нашем случае этот подход вряд ли может быть использован, так как понятие «информационное общество» и другие смежные понятия появились в футурологических концепциях, для обозначения предположений относительно будущего.


На официальном сайте Международного союза электросвязи4 в качестве даты начала информационной эры указано 24 мая 1844 года, когда Самуэль Морз отправил первое сообщение по телеграфу, первым международным документом в информационной сфере признана Международная телеграфная конвенция (International Telegraph Convention) 1865г., а первым соответствующим институтом – Международный Телеграфный Союз (International Telegraph Union).5 Соглашаемся с тем, что истоки современных нам процессов можно найти и в самом далеком прошлом, но это лишь предпосылки современных преобразований. 1844 год – хорошее начало для истории Международного союза электросвязи, но не для нашей истории.


Некоторые связывают наступление информационной эры с переломным 1993 годом, когда впервые объем производства персональных компьютеров превзошел объем производства легковых автомобилей. Такой критерий для периодизации общественного развития представляется недостаточно аргументированным: почему объем производства компьютеров сравнивается с объемом производства легковых автомобилей, а не, например, самолетов? В любом случае, такая статистика является лишь следствием других управляемых и неуправляемых процессов.


Также можно считать точкой отсчета дату последней информационной революции – изобретения Интернет. Но, во-первых, изобретение глобальной сети – это не событие, а процесс, состоящий из множества взаимосвязанных событий, и логика их взаимосвязи может снова увлечь нас в минус-бесконечность.

Во-вторых, технологические инновации сами по себе не приводят к изменениям в обществе. Причиной таких изменений может стать только их внедрение и распространение.


Учитывая всё выше сказанное, приведем подход, предложенный Д.Г. Балуевым,6 согласно которому информационная революция и переход к информационному обществу проходил в 3 основных этапа:


«Информационная революция прошла три основные стадии. Первая стадия (с 1837 по 1963 год) была отмечена внедрением телеграфа и радио. В этот период крупные монополии контролировали использование информационных ресурсов. Вторая стадия (с 1964 по 1990 год) началась с внедрением компьютера IBM 360-й серии. В этот период происходит переход влияния от поставщиков информационных услуг к крупным корпоративным пользователям. Третья фаза началась в 1991 году и связана с приватизацией основной части сети Интернет.

Каждому периоду соответствовал и свой способ взаимодействия правительств с другими действующими в международных отношениях лицами. В первый период преобладали контролируемые государствами системы, исключавшие участие частного сектора в процессе принятия решений. Коммуникационный рынок регулировался правительствами для достижения их собственных целей. Во второй период возникла потребность в либерализации и включении в процесс принятия международных решений неправительственных акторов. На третьей стадии правительства пытаются адаптироваться к существующим международным институтам и режимам, при этом создавая новые режимы (например, в области электронной торговли)».7


Отметим, что данный подход не вполне корректен методологически, так как в основу выделения стадий положены совершенно разные критерии, кроме того, нет четких аргументов в пользу именно такого разделения на этапы.

Достоинство подхода в том, что он отражает взаимосвязь технологических, а также экономических и политических шагов разных игроков и общества в целом на пути к новому информационному порядку и представляет собой попытку интегрировать разнородные источники современных общественных трансформаций на основе ИКТ. Также важно, что автор подчеркивает ключевую роль частного сектора и развития телекоммуникационных рынков в процессе становления нового общества.


Переход к новому общественному порядку происходит в результате массового внедрения и распространения новых технологий, что стало возможным только с началом приватизации информационной сферы. Уже в 1979 г. из-за увеличения видов связи в США по решению Верховного суда были отменены некоторые положения традиционного федерального законодательства о средствах связи (Федеральный Акт о Средствах Связи 1934 года), что означало уход от государственной монополии в информационном секторе.8 Но основные события в этой истории приходятся на 90е годы 20 века. Это приватизация Интернет, появление новых законов, направленных на либерализацию телекоммуникационных рынков и стимулирование конкуренции: закон о телекоммуникациях (США, 1996), "Зеленая книга" о конвергенции, одобренная странами ЕС в декабре 1997 года,9 соответствующие международные соглашения и др. Эти меры дали толчок интенсивному развитию ИКТ, способствовали значительному расширению круга участников телекоммуникационных рынков, формированию массового потребления информационно-коммуникационных продуктов.

Современные технологии и медиа-системы отличаются небывалым динамизмом развития. Стихия рынка пробудила стихию технологий, которая изменила мир.


Вспомним также, что в 90е гг. произошло еще одно событие, которое изменило мир - окончание холодной войны.

Во-первых, это было изменение я-концепции и политической карты мира, новый виток в развитии международных отношений. Для государств и других акторов мировой политики различного национального происхождения открылись новые возможности взаимодействия во всех сферах, в том числе и в информационной. Лишь крушение старой биполярной системы позволило говорить о формировании мирового информационного порядка как глобального.

Во-вторых, была провозглашена победа демократии в политике и свободного рынка в экономике, что еще больше усилило акцент на рыночную составляющую отношений, которые складывались по поводу управления информационными процессами в мире.

В-третьих, столь значимые события конца 20 века не могли не повлиять на подсознание мирового организма, который итак затаил дыхание в ожидании перемен на рубеже тысячелетий.

§ 2. Новая парадигма


Рассмотрим основные концепции и понятия, описывающие новый этап общественного развития.


2.1. Цивилизация "пост-"


Префикс пост- получил широкое распространение в концепциях обществоведов в 60-е гг. К этому периоду сформировались методологические основы новых теорий общественного развития, подчеркивающих качественное изменение роли информации и технологического прогресса. В литературе появились такие определения западного общества как "постбуржуазное", "посткапиталистическое", "постпредпринимательское", "постэкономическое", "пострыночное", "посттрадиционное", "постисторическое", "постцивиллизационное".10 Само слово «постиндустриализм» прозвучало впервые в самом начале 20 века, но в значении, отличном от современного понимания. Новый смысл в жизни этого понятия появился благодаря Д.Беллу, который использовал его «для обозначения социума, в котором индустриальный сектор теряет ведущую роль вследствие возрастающей технологизации, а основной производительной силой становится наука»11 (1959 г.).

Впоследствии концепция постиндустриализма стала претендовать на роль общеметодологического основания для исследований современного общества. Так, если в 60-70е гг. исследователи делали акцент на повышении роли науки и беспрецедентных технологических сдвигах, то 80е в рамках в центре внимания оказываются социальные последствия постиндустриализма, обсуждаются проблемы экологии. В 90е годы с позиций постиндустриальной теории рассматриваются экономические аспекты современного общества, корпоративные отношения, а также взаимодействия развитых стран с «третьим миром». Дж. Розенау заговорил о «постмеждународной политике».12


Отметим еще один важный для нас тезис концепции постиндустриализма, а точнее, ее социологического и полититологического прочтения (У. Ростоу, З. Бжезинский и др.): речь идет о формировании единого мирового пространства на основе технологической составляющей общественного прогресса, в том числе правового и административного. Дж. Пелтон (один из ведущих американских специалистов в области компьютерных технологий) выдвигает проект «глобальной электронной цивилизации».


Теория постиндустриального общества подчеркивает преемственность этапов общественного развития, предлагает анализ эволюции общества, что также позволяет ей претендовать на статус комплексной общесоциологической доктрины. На ее основе сформировались такие теоретические направления как постиндустриальный капитализм, постиндустриальный социализм, экологический постиндустриализм, конвенциональный постиндустриализм и др.


Существует ряд родственных «пост-» концепций, предлагающих модель современного и вырастающего из него будущего общества. Например, с целью преодолеть недостатки и использовать достоинства других теорий, в частности, постмодернизма, постиндустриализма и информационного общества, В.Л. Иноземцев обосновывает концепцию «постэкономического общества» 13 (он также использует понятие «постэкономического порядка» в качестве синонима). Общественные трансформации в рамках этой модели включают материальную составляющую (это современная технологическая революция, описанная теоретиками информационного общества и постиндустриализма) и нематериальную (сдвиг в мотивах деятельности человека, «становление творчества как наиболее распространенной формы производительной деятельности», о чем говорит теория постмодерна).


Как отмечает большинство исследователей, теория постиндусриального общества является наиболее комплексной и методологически проработанной научной доктриной в современной социологии.

В то же время, высказываются критические суждения в отношении теории постиндустриализма. Главным образом, критики отмечают ее излишний объективизм. Основным источником ее развития выступает эмпирический материал, конкретные факты и тенденции, а не общетеоретические конструкции.


Отдельно критики фокусируют внимание на проблеме преемственности фаз общественного развития.

Во-первых, замечания касаются того, насколько модель универсальна, так как процесс трансформации неодинаков в различных общественных системах…

Во-вторых, с точки зрения методологии, концепция предлагает взгляд на будущее с позиции индустриальной фазы, что означает «ограниченность всех построений теории рамками индустриализма».14

Исследователь привязан к мимолетному настоящему, которое все время оглядывается назад, в прошлое. Однако простая экстраполяция трендов, заложенных в индустриальной фазе, не позволяет, как отмечают теоретики,15 выявить источники общественного развития.


Отметим, что такая критика подрывает универсалистские притязания теории - одно из наиболее ценных качеств классического постиндустриализма. Противоречия, связанные с проблемой преемственности стадий, а также материалистический характер концепции современного постиндустриализма - это главные причины, которые заставляют сомневаться в пригодности постиндустриалистической парадигмы в качестве универсальной теории и основы моделирования общественного прогресса.


В адрес постиндустриализма звучали и обвинения в технологическом детерминизме. В первую очередь это связано с концепцией информационного общества, о которой речь пойдет ниже.

… И обвинения в экономическом детерминизме. Например, французские специалисты С. Нора и А. Минк говорили о том, что постиндустриальный подход «продуктивен в отношении информации, управляющей поведением производителей и покупателей», но «бесполезен при столкновении с проблемами, выходящими за сферу коммерческой деятельности и зависящими от культурной модели».16


Также критика связана с самим термином. Например, отмечают чересчур широкий семантический спектр понятия постиндустриального общества, что является оборотной стороной его комплексности.

Однако что касается многочисленных терминологических противоречий в этой сфере, с нашей точки зрения, они скорее исходят из характерного для всей системы гуманитарных знаний отсутствия четкости понятийного аппарата.


Приведем еще несколько терминов, которые борются за право на описание современного и будущего состояния общественного развития. Так, З. Бзежинский говорит о «технотронном обществе», черты которого описывает в книге «Между двух веков. Роль Америки в технотронную эру» (1970). Тоффлер в «Футурошоке» пророчит приход «супериндустриального общества»17 (этот термин также использует Г.Кан18). В 80-е годы в западной социологии получил распространение термин «общество знания»19 ("knowledge society", а также типичные для западного научно-популярного стиля грамматические и морфологические измышления, например, "knowledgeable society" и т.п.). Ч. Капхен (Капчан) говорит о переходе к новому циклу в истории, называя его «цифровой эрой».20

Однако лидирующие позиции в рейтинге популярности, как в теоретических моделях, так и в практическом применении, занимает сегодня термин «информационное общество».


^ 2.2. Концепция информационного общества


Как уже было сказано выше, появление термина «информационное общество» изначально было связано с необходимостью решения практических социально-экономических задач, в первую очередь Японии и США.

Становление теории информационного общества происходит в 60е годы 20 века, однако пик ее популярности приходится на 70е-80е. Концепция разрабатывается прежде всего как футурологическая, основной вклад в ее развитие внесли исследователи Э. Тоффлер, З. Бжезинский, М. Порат, Й. Масуда, Т. Стоуньер, Р.Катц, У.Дайзард, Дж. Мартин, П. Друкер, М. Кастельс и другие. В своих работах исследователи предлагали модели и проекты будущего общества, которое преобразуется на основе знаний и новых технологий.


Акценты расставлялись и расставляются ими по-разному. Кто-то, как М. Порат, обращает внимание главным образом на экономический смысл общественных трансформаций, основанных на изменении роли знаний, кто-то фокусируется на социальных последствиях распространения коммуникационных технологий, кто-то (в более поздних моделях) говорит о новых управленческих технологиях (например, «сети» М. Кастельса21). В связи с этим принято выделять разные измерения информационного общества – экономическое, социальное, политическое, культурное, организационное и др.

Что касается места данной концепции в системе науки, то она признается частью постиндустриальной парадигмы и является основанием для исследования более специфических проблем. Главный ее тезис (если не брать во внимание частные трактовки): информация рассматривается как специфический ресурс, обладающий свойствами, нетипичными для других средств производства – не является ни редкой, ни неисчерпаемой (обоснование специфики информации как ресурса предлагает, к примеру, Т. Стоуньер22). В современном обществе главным ресурсом становится информация, а в силу ее специфики меняется вся логика общественного устройства. Ниже мы увидим, как практика подтверждает этот теоретический постулат.


Развитие теории помимо расширения круга исследуемых проблем выражался в переходе от проектирования отдельных социальных систем (в первую очередь развитых стран) к построению модели глобального общества (например, Дж. Пелтон выдвигает проект «глобальной электронной цивилизации» на базе ИКТ).


Со временем меняется не только объект исследования теории, но и ее методы. Если ранним теориям информационного общества была свойственна ориентация на будущее, то сегодня исследователи уходят от прогнозирования к осмыслению современных информационных процессов, возможностей использования информационно-коммуникационного потенциала современного общества. С нашей точки зрения, это во многом связано с увеличением объема эмпирического материала, требующего теоретического осмысления, с нарастанием стихийности развития информационных процессов.


Тем не менее, сегодня концепция информационного общества продолжает по традиции формулироваться в терминах будущего, и, прежде всего, когда она используется в практике государственного и корпоративного управления (в стратегиях и планах государств и международных организаций, для обоснований миссий корпораций).


Сегодня государства, вторя инициативам, выдвигаемым на глобальном уровне (прежде всего ООН), говорят о необходимости «строить» информационное общество. С недавних пор практически в любом государстве соответствующим министерством представлена стратегия развития информационного общества.23 Все они схожи по содержанию и отражают курс на ускорение технологического и коммуникационного прогресса за счет максимального распространения его плодов и обеспечения массового доступа к информационным продуктам.

Эти официально заявленные национальные программы называют информационным обществом модель общества, к воплощению в жизнь которой следует стремиться. В целом, в официальных документах предлагаются достаточно условные и обобщенные трактовки этого понятия: «новый уровень развития человечества», «концепция постиндустриального общества; новая историческая фаза развития цивилизации, в которой главными продуктами производства являются информация и знания» и выделяют три основных признака: «увеличение роли информации и знаний в жизни общества»; «возрастание доли информационных коммуникаций, продуктов и услуг в валовом внутреннем продукте»; «создание глобального информационного пространства, обеспечивающего (а) эффективное информационное взаимодействие людей, (б) их доступ к мировым информационным ресурсам и (в) удовлетворение их потребностей в информационных продуктах и услугах» и т.п..


Итак, обобщение теории и практики показывает, что понятие информационного общества используется для обозначения идеальной модели общества, хотя и основываясь на реальных фактах и тенденциях. Это утопическая футурологическая модель, которая описывает общество с бесконечно высокими показателями развития информационной инфраструктуры, в котором доминируют информация и знания, являясь основным ресурсом, фактором производства и продуктом, в котором обеспечена всеобщая доступность и открытость информации, общество с глобальным информационным рынком, где обеспечена максимальная интеграция в глобальное информационное пространство, сетевой мир…

Далее: это не просто модель, это проект общества, хотя и нереалистичный, реализация которого уже началась в глобальных масштабах.

Эта утопия, как мы увидим позже, несет в себе определенную идеологическую нагрузку, позволяя ей (ему, «информационному обществу») стать проводником интересов влиятельных игроков глобальной политической игры. Его строительство связано с конкретным политическим, правовым и экономическим режимом. Реализация концепции информационного общества должна стать основанием для более глубоких и масштабных трансформаций в мире, чем просто технологический прогресс и повсеместное внедрение ИКТ.

^ 2.3. Понятие мирового информационного порядка


Как отмечает Э.Я. Баталов, авторитетный исследователь международных отношений и «ветеран политической философии»24, понятие «порядок» является «одним из самых ходовых» в современной литературе, особенно американской, по международным отношениям.25 Тем не менее, как показывает автор, понятие недостаточно проработано теоретически и используется скорее интуитивно.

Попытаемся понять смысл порядка и производных от него более специальных понятий, которыми оперирует наука, в том числе используя материал, предложенный Баталовым.


Существует два возможных понимания порядка:

1. порядок как устройство вещей, положение дел, как некая данность;

2. порядок как нечто сознательно упорядоченное.

Эта двусмысленность глубже, чем простая многозначность лексических единиц. Она позволяет нам увидеть два различных источника развития общества (если мы говорим о социальном порядке), две логики: собственная логика общественной системы, не зависящая от воли участников общественных отношений, и целенаправленное управление обществом по воле субъектов.

В обоих случаях логика есть. Порядок как антитеза хаоса всегда предполагает некую соотнесенность его элементов друг с другом (эту черту отмечает Американский исследователь Хэдли Булл «Анархическое общество. Исследование порядка в мировой политике»).

Мы будем использовать оба варианта, первый преимущественно для описания современных информационных процессов (глава 1), второй для анализа институтов и технологий управления ими (глава 2).

Говоря о порядке, мы отвергаем нормативный подход: порядок – это то, что есть (было, вероятно будет), а не то, что должно быть.


Порядок, как мы сказали, противопоставляется хаосу. Но что такое хаос? Видим ли мы и видели ли мы примеры хаоса?

Условно говорят о хаотическом движении частиц, из которых состоят вещества. Но на самом деле это движение объясняется многочисленными законами физики, химии, а молекулы «зависят» друг от друга - траектория их движения зависит в том числе от силы и угла столкновения, т.е. от скорости и направления их движения до столкновения… То есть элементы соотнесены друг с другом, более того, их отношения институционализированы нормами естественных законов. Хотя сложно с большой точностью прогнозировать траекторию их движения, так как нужно учитывать множество факторов, например, внешние механические воздействия (воду нагрели, чай помешали). Но в результате этих воздействий порядок не исчез, он просто изменен.

Следуя такой логике, главным источником неопределенности оказывается человек. Это выражается в специфике формирования социального порядка, но о порядке мы еще скажем ниже, а пока вернемся к хаосу. В мире человек не увидит примеров хаоса. Определенная упорядоченность есть во всем. (Весь мир можно представить как постоянную смену порядков).

Можем ли мы представить себе хаос? Тоже вряд ли. Это такая же абстрактная, не постижимая человеческим сознанием категория, как, например, вечность времени или бесконечность пространства. Мы предполагаем (кто-то из нас), что где-то за пределами вселенной простирается бесконечность, что куда-то далеко за нашу земную жизнь уходит вечность. Мы можем предполагать, чувствовать, верить, можем даже ассоциировать эти понятия с какими-то зрительными образами, подсознательно привязывать их к каким-то знакомым ощущениям, но не можем осознать. Также и хаос всегда остается абстракцией.


Итак, в жизни мы сталкиваемся только с порядком.


Тогда что мы понимаем под стихией (мы также будем оперировать этим понятием)? На этот непростой вопрос ответим менее категорично. Стихийному обычно противопоставляется управляемое. Отсюда можно четко сформулировать, что нестихийные процессы - это как минимум процессы, которые являются прямым запланированным следствием целенаправленного воздействия субъекта.


Подойдем к проблеме с другой стороны:

Понятие стихия изначально использовалось и наиболее часто используется для характеристики естественного порядка. Оно описывает те природные явления, которыми трудно управлять. То есть человек, субъект деятельности, говоря о природной стихии, проецирует ее неподконтрольность и возможную опасность исключительно на себя и на свою деятельность. (Песку, например, всё равно, что лежать на земле, что лететь с ураганом). Как мы видим, понимание стихии субъективно. Субъект управления всегда стремится преобразовывать стихийное в управляемое. История человечества показывает результаты. Шторм, который когда-то мог потопить судно, не взволнует воду ни в одном бассейне на современном лайнере. Человек управляет природной стихией в том числе посредством социальных норм и институтов. В этом смысле природную стихию можно считать частью социального порядка.


Социальные процессы сами по себе также могут быть стихийными, то есть сложно поддаваться контролю индивидуальных и коллективных субъектов. Но это не значит, что они беспорядочны. Точнее, это не значит, что они беспорядочны в первом значении слова порядок. Эти процессы перестают быть стихийными под воздействием порядка во втором значении.

Стихия необязательно деструктивна по отношению к конкретному порядку. Тем не менее, она связывается с неопределенностью и, следовательно, с риском для тех, кто стремится его поддерживать, чьим интересам он отвечает. Поэтому управлять стихией стремятся в первую очередь те, кто заинтересован в данном порядке.


И последнее. Мы дали определение управляемому, и определили стихию, противопоставляя ее управляемому. Но в реальности результаты целенаправленной деятельности могут обмануть ожидания, и хоть в чем-то, но ожидания обмануты почти всегда.

В то же время, у истоков любых социальных процессов (т.е. процессов, имеющих социальные последствия) можно найти волевые действия людей. Даже если хижину снесло ураганом - кто-то ее здесь построил, кто-то поселился в ней.

Поэтому четкую границу между стихийным и управляемым провести сложно, эти категории условны. Эти противоречия приводят к трудностям и в понимании порядка, а именно, в разведении порядка самого по себе и порядка по воли субъектов. Тем не менее, в человеческом обществе выработаны конкретные механизмы технологии преобразования стихийного в управляемое. Во второй главе мы будем говорить о том, кто и как пытается навести порядок в информационной сфере, используя эти технологии.


^ Социальный порядок:

Как мы сказали, социальный порядок сложнее, чем естественный. С одной стороны, он формируется на основе естественных законов, в том числе к ним относятся биологические свойства психики человека, которые во многом объясняют его поведение.

Социальный порядок выстраивается вокруг человека и поэтому выражает особенности человека, те особенности, которые выделяют его из мира природы (для большей убедительности сошлемся на суждение авторитетного исследователя: «Социальный порядок – это порядок, устанавливаемый людьми, среди людей и ради людей»26).

Специфику человеческого хорошо описывает психологическая теория деятельности.27 Не будем детально останавливаться на выводах теории, хотя среди них есть важные для понимания основ социального порядка (например, с точки зрения психологии личности описывается механизм формирования социальных норм (интериоризация-экстериоризация), раскрывается символическая природа социальных взаимодействий и др.)

Для объяснения второго источника формирования социального порядка воспользуемся выводом теории о том, что поведение человека не сводится к адаптации («принцип активности», противопоставляемый «принципу реактивности» традиционных теорий; «принцип саморазвития»). Человек зачастую действует над порогом ситуативной необходимости, и этими же свойствами обладают производные от него коллективные акторы.

Таким образом, вторым источником формирования социального порядка является творческая деятельность человека и человечества. В этом смысле, социальный порядок субъективен. Люди сами придумывают для себя порядок, и сами могут придумать другой (например, налоговый режим).


При этом социум, как полагают исследователи, обладает системными свойствами.

Теоретики предпринимают попытки определить объективные закономерности развития общества, возводя в закон тенденции, выявленные на основе обобщения наблюдений (например, «закон Паркинсона»,28 «железный закон олигархии», открытый сто лет назад Робертом Михельсом29). (На основе тезиса о возможности вывести объективные законы общественного развития сформировался объективизм30 как мировоззренческая позиция и как направление в гносеологии). Но социальные законы не отличаются такой же точностью и безотносительностью к объекту приложения, как естественные. Вопрос об объективности социальных процессов остается дискуссионным.


Мы сказали о природе социального порядка. Теперь скажем о форме его существования. Социальный порядок – совокупность институтов, принципов и норм, определенным образом организованная человеческая деятельность31.

Говоря о специфике социального порядка, Баталов отмечает, что его стабильность и эффективность «зависит от степени поддержки теми, на кого он распространяется. (…) Устойчивый социальный порядок – это порядок, относительно которого в обществе существует консенсус. (…) Если порядок навязан силой (…), то он начинает распадаться с исчезновением или ослаблением этой силы».32

Отметим, что в краткосрочной и среднесрочной перспективе (а возможно и в долгосрочной) управление содержанием и распределением информационных потоков позволяет обеспечить такую поддержку вне зависимости от того, отвечает ли порядок интересам всех участников (тем более что понимание интереса субъективно, этим тоже можно спекулировать…).

Согласимся, что для стабильности и эффективности порядка важен консенсус, но главным образом влиятельных игроков, которые имеют четкое представление о своих интересах и средства их продвижения. Более того, наличие такого консенсуса неизбежно, и тем более в рамках глобального сообщества, несмотря на неравноценность игроков, их силы.

Однако другим источником стабильности является консерватизм общества, поэтому если порядок долгое время поддерживался силой, и эта сила ослабла, то он может просуществовать еще долго из-за инертности общества и многочисленных проблем, связанных с его перестройкой. Порядок со временем разрастается множеством институтов, традиций, привычек и т.п., увязает в них, оказывается в плену своей институциональной структуры, и, как учит история, чтобы его разрушить, также нужна сила. Поэтому социальный порядок наиболее уязвим на ранних стадиях своей эволюции.


^ Политический порядок понимается как разновидность социального.33

Баталов проводит анализ различных исследований американских социологов, посвященных политическому порядку. Обобщая результаты, автор говорит, что понятие политический порядок используется ими в следующих значениях (хотя большинство и не утруждает себя соответствующими пояснениями):

1) политический порядок – это определенная поведенческая норма;

2) определенным образом структурированная и относительно стабильная система международных отношений;

3) совокупность ценностей и норм, прежде всего правовых, регулирующих отношения между государствами.34


Обратим внимание на то, что термин "политический порядок" используется прежде всего для описания международных отношений, а не порядка в рамках национальных политических систем.

И, с другой стороны, понятие "мировой порядок" в основном используется в значении мирового политического порядка.

Возможно, это связано с ролью политического порядка в социальном (в широком смысле): политическое управление значительно выигрывает по своим возможностям наведения порядка по сравнению, например, с социальным (в узком смысле – статусы, социальные нормы и т.п.).

Вторая и главная причина: в глобальной перспективе меняется положение субъектов отношений, в первую очередь, государства. Если на национальном уровне государство обладает силой принуждения, и государственное управление противопоставляется политическому регулированию, то на международной арене государство становится одним из игроков. Надгосударственные структуры, и особенно глобальные, не располагают таким суверенитетом, они пользуются лишь частью суверенитета государств, и с множеством оговорок. Поэтому мировой порядок по определению политический.

Но одновременно политический порядок понимается шире, чем позволяет традиционное понимание политического, он рассматривается не только с позиции интересов игроков, их ресурсов, претензий на власть и т.п., но включает также, например, правовой контекст, другие управленческие механизмы (опять же это можно объяснить тем, что в «глобальном государстве» больше политики, чем в любом национальном, и международно-правовые нормы в большей степени отражают результат политической борьбы, они менее консервативные, менее жесткие, чем нормы, принимаемые на государственном уровне).


Итак, политический порядок - это часть социального порядка, наряду с экономическим, информационным, экологическим, порядком в сфере безопасности, культуры и т.п. Все эти порядки внутри социального взаимообусловлены.

Следует говорить об особой роли политического порядка в обществе.

Выше уже мы говорили о том, что политическое управление обладает наибольшим потенциалом к упорядочиванию.

Если следовать нашей логике, то понимание политического порядка должно отталкиваться от второго значения слова порядок - система отношений, которая формируется по воле субъектов. А точнее, на пересечении их воль (вспомним о консенсусе, необходимом для социального порядка).

Если социальный порядок преимущественно субъективен, то в этом порядке наиболее значительна роль субъекта. То он задается главным образом целенаправленной деятельностью субъектов. То есть политическим порядком, который доминирует в обществе, задает основные параметры его развития. (Хотя в то же время политический порядок основан на экономических, технологических, информационных, культурных и других процессах – мы уже сказали о взаимообусловленности).


^ Порядок в мировой политике – разновидность политического порядка.35


Исследователи различают понятия мировой порядок и международный порядок.

Как отмечает П.А. Цыганков, отечественный специалист в области геополитики и международных отношений, международный порядок – это порядок межгосударственный. «Понятие «международный порядок», которое традиционно связано с межгосударственными отношениями, необходимо отличать от мирового порядка…». Он «вполне может существовать без мирового порядка…».36

Автор не дает четкого определения мирового порядка, но отмечает, что он шире международного и включает отношения других акторов.

Понятия международного и мирового порядка разводят и другие исследователи (Стенли Хоффман «Первенство мирового порядка», 1980; Дж. Айкенберри «После победы…», Х. Булл «Анархическое общество. Исследование порядка в мировой политике»).

Х.Булл понимает под международным порядком «образец деятельности, которая направлена на поддержание элементарных или первичных целей общества государств». Под мировым порядком Булл понимает «образцы или предрасположенности человеческой деятельности, которые направлены на поддержание элементарных или первичных целей социальной жизни всего человечества».

Опять понятие мирового порядка видится более объемным по содержанию.

Булл отмечает, что оно «шире», т.к. регулирует отношения не только на межгосударственном, но и на других уровнях; «фундаментальнее», т.к. конечными субъектами индивиды, «а они неуничтожимы в отличие от образуемых ими (…) группировок», и «обладает моральным авторитетом» по отношению к международному порядку, т.к. «ведет к упорядочению (…) отношений не между государствами, а в человеческом обществе в целом».

Также исследователь говорит о том, что мировой порядок – это порождение 20 века, что до 2й половины 19 века не существовало политической системы, охватывающей весь мир.

Булл говорит о глобализации мирового порядка. Мы тоже об это скажем ниже.


Итак, международный порядок – это порядок межгосударственный.

Мировой порядок отражает систему отношений между такими институтами как государства, надгосударственные структуры, бизнес-структуры и институты гражданского общества. Это более комплексная и реалистичная с точки зрения практики категория.

Глобальный порядок мы будем рассматривать как новый, современный нам этап развития мирового порядка (обоснование ниже).


И, наконец, информационный порядок, точнее, мировой информационный порядок, и, продолжая нашу логику:

Во-первых, скажем, что в научной и аналитической литературе редко используется эта категория. Единственное определение, которое мне встретилось (здесь мысленно заменяем международный на мировой, учитывая все выше сказанное):

«Международный информационный порядок (МИП) (…) включает в себя все процессы межкультурных коммуникаций, происходящие при посредстве в основном технических информационных систем как индивидуального (персональные компьютеры), так и массового характера (пресса, ТВ, Интернет, спутниковые и другие системы передачи и распространения знаний)».37

Коротко говоря, в рамках данного подхода мировой информационный порядок рассматривается как совокупность коммуникационных процессов. Он не включает участников этих процессов, не предполагает их активной роли. В схожем значении понятие мирового информационного порядка употребляется и в других источниках.

В данном случае использовано первое значение слова порядок.

Обратим внимание на то, что, описывая МИП в рамках данного подхода, необходимо понимать взаимообусловленность информационных и других процессов в мире, которые влияют на становление мирового информационного порядка. В частности, речь идет о глобализационных и связанных с ними процессах, либерализации национальных экономик и в том числе рынка телекоммуникационных услуг. Новые информационные процессы отражаются во всех сферах общества и преображают его. Поэтому, при анализе становления мирового информационного порядка все эти процессы должны рассматриваться в тесной взаимосвязи, и само понятие МИП следует понимать не только как новые процессы, способы и средства коммуникаций, но как комплексную категорию, включающую различные черты нового мирового устройства.

Если мы используем второе значение слова порядок, мировой информационный порядок будет означать мировой политический порядок в информационной сфере. О нем речь пойдет во второй главе.

Еще одно замечание, прежде чем окончательно подвести итоги:

Мы уже говорили о соотношении информационного и политического порядка.

Теперь скажем о том, как он соотносится с другими «порядками». Содержание предыдущего раздела, а также многочисленных фундаментальных трудов теоретиков постиндустриализма, которые говорят об исключительной роли информации и информационных технологий в современном обществе, позволяет нам утверждать, что информационный порядок выходит на первое место как источник общественного прогресса (хотя менее спорно сказать развития, нет единства мнений в отношении того, является ли это развитие прогрессом). Именно на основе информационного прогресса возникает прогресс в других сферах.


Итак, подведем итоги:

Два различных подхода к пониманию порядка дают нам два инструмента, два условных определения понятия мирового информационного порядка, которые позволяют систематизировать и теоретически осмыслить сложную практику в комплексной информационно-коммуникационной сфере, прежде всего, на глобальном уровне. Такое разделение «порядков» практично с точки зрения теории, так как вооружает аналитическим инструментарием. Хотя в реальности невозможно отделить стихийно складывающиеся практики от тех, которые складываются в результате целенаправленных управленческих воздействий. Поэтому, говоря условно о двух порядках, мы говорим о двух источниках формирования мирового информационого порядка.

^ 2.4. Глобализация мирового информационного порядка


Современная стадия общественного развития характеризуется понятием глобализации. На протяжении всей истории мир развивался по логике сближенния

и усиления взаимозависимости, в этом процессе выделяют 4 стадии:

«Стадия интернационалиции предполагает распространение «национального» вовне (ее примером является распространение по всему миру государственности, возникшей в конкретных социокультурных условиях, присущих западноевропейской цивилизации, и вытеснение ею всех иных форм политической организации). Стадия мондиализации, или «захвата» «национального» внешним миром (в качестве примера выступают последствия промышленной революции на рубеже XVIII-XIX веков). Мондиализация становится завершающим этапом интернационализации, означающим стирание расстояний и препятствий на ее пути. Современная стадия, или форма, взаимозависимости – глобализация – соединяет в себе признаки двух других, означая «смешение» национального и внешнего мира. Глобализация – это еще и сжатие времени, ставшее возможным вследствие развития информационных технологий».38

Глобализационные и современные технологические процессы взаимообусловлены:

С одной стороны, развитие средств и каналов коммуникации является главным источником и необходимым условием глобализации. С другой стороны, различные глобальные процессы являются стимулом их распространения и совершенствования, а потребности во все более интенсивных взаимодействиях выдвигает новые требования развития информационных технологий. Необходимость интеграции в глобальное информационное пространство способствует развитию информационной инфраструктуры на локальном уровне.

Прежде всего такая зависимость характеризует развивающиеся страны и обусловлена доминированием запада в глобальном мире. Адаптация новых технологий и управленческих институтов в отстающих странах становится необходимым условием их причастности к глобальному управлению. Черты глобального порядка задают лидеры. Большинство исследователей утверждают, что глобализация америкоцентрична, и «глобальный», как правило, означает американский. Основыные нормы формирующегося глобального порядка отражают Конституционный порядок США.


Процесс глобализации развивается постепенно и эволюционно, начало этого процесса многие исследователи относят к середине 20 века. Он охватывает всю социальную сферу, и главным проводником глобализационых тенденций являются современные информационно-коммуникационные процессы. Эти процессы преобразуют все сегменты социальной сферы, формируют новый мировой порядок – информационный и глобальный.

Когда начинается формирование глобального информационного порядка?

Мы предложили два подхода к пониманию порядка. Чертой глобального политического порядка (по воле субъектов) является глобальное управление, а реально этот механизм заработал только после окончания холодной войны. До этого взаимодействия между многими государствами были затруднены.

Формирование нового мирового порядка происходило на первых этапах параллельно деинституционализации старого – биполярного – мирового порядка. Упразднение и преобразование старых институтов и механизмов управления отразилось и в практике регулирования отношений в информационной сфере, хотя некоторые из этих институтов продолжают развиваться сегодня, несмотря на их несоответствие идеологии современного глобального управления (например, остаются актуальными задачи ведения информационных войн).

Если рассматривать порядок как результат стихийных процессов, то основным каналом распространения ИКТ был рынок, и большую роль играл в этом процессе массовый рынок (и потребительский, и корпоративный), поэтому становление нового информационного порядка в глобальном масштабе стало возможным только с открытием экономических и политических границ, сдерживающих рыночную стихию.






Скачать 1.83 Mb.
оставить комментарий
страница1/7
Дата28.09.2011
Размер1.83 Mb.
ТипРеферат, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх