О. Буторина россии нужна валютная стратегия icon

О. Буторина россии нужна валютная стратегия


Смотрите также:
План Валютная система...
41 Мировая валютная система: общая характеристика, эволюция...
Последствия стихийной адаптации, или нет работы, важнее подбора?...
Европейская валютная система...
Рамки дозволенного (Время новостей,  Газета,  Москва,  Екатерина буторина, 13-12-2010) 7...
Создание внутренних условий для полной конвертируемости российского рубля...
Программа мероприятий Первого профессионального ит-саммита «Диалог на языке бизнеса»...
Валютная Система России...
Преподаватель и студент: сценарии взаимодействия...
Инфляция. Денежно-кредитная и валютная политика...
Утвержден решением Совета Директоров зао «Московская межбанковская валютная биржа» от 15 февраля...
Оглавление не вам судить (Московские Новости,  Газета,  Москва,  екатерина буторина, E...



Загрузка...
скачать

О. Буторина



РОССИИ НУЖНА ВАЛЮТНАЯ СТРАТЕГИЯ


В сентябре проект «Основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики на 2001 г.» рассматривался на заседании Правительства, а в октябре обсуждался в комитетах Думы. Судя по материалу, в будущем году Банк России намерен сохранить плавающий курс рубля. Свою задачу он видит в том, чтобы сглаживать резкие колебания котировок и поддерживать официальные резервы на уровне «необходимом для обеспечения макроэкономической стабильности». ЦБ заранее готовит предприятия и население к тому, что в реальном выражении рубль и дальше будет несколько укрепляться. В «Основных направлениях» также заявлено, что валютная политика, являясь частью национальной денежно-кредитной политики, «должна соответствовать ее главной цели - снижению инфляции».

Вокруг этих ровных с виду фраз в стране идет ожесточенная дискуссия, временами напоминающая боевые действия. Сторонники слабого рубля приводят убедительные аргументы, выстроенные в ясную логическую схему. Защитников сильного рубля пока слышно меньше, но и у них есть свои доводы. Полемика, далекая от понимания рядовых граждан, приобретает форму большого бесформенного клубка. Распутать его не удастся до тех пор, пока, как в психоанализе, клиент не поймет самого себя: чего он в самом деле хочет, и как этого достичь. Раз валютная политика – инструмент общенациональный, то и ответ на вопрос «какой рубль нам нужен?» должен соответствовать долгосрочным национальным интересам. А чтобы сделать рубль таким, надо хорошо представлять, каким законам подчиняются валютные отношения на рубеже XXI века, и как они преломляются в переходной экономике.


^ Как измерить курс?

Споры вокруг сильного и слабого рубля очень напоминают решение задачи вроде: «вода нагрелась/остыла на пять градусов, холодная она сейчас или горячая?» Точка отсчета, равно как и понятия «горячо - холодно» никак не определяются. Много раз приходилось слышать, что нынешнее укрепление рубля – лишь попытка сдержать его естественное обесценение, за чем последует очередной обвал. Действительно, сейчас, как и в 1998 г., валютная политика дает на выходе одинаковый результат – реальное удорожание рубля. Зато на входе – что и определяет природу процесса – все различно: покупательная сила рубля, режим валютного курса, движение золотовалютных резервов.

Как узнать, много это или мало 28 рублей за доллар? Данные о том, что в последние месяцы котировки стояли на месте или наоборот росли, мало прибавляют к нашему пониманию. В мировой практике для определения реального равновесного курса используются два основных метода.

Первый базируется на традиционной концепции паритета покупательной способности (ППС). Он оценивает изменение конкурентных позиций страны по отношению к базисному периоду. Делается это в два приема. Сначала сравнивается динамика внутренних и внешних цен (то есть индексы инфляции) и соотносится с изменением номинального курса. Так рассчитывается реальный курс. Именно это делает Банк России, когда сообщает, что в реальном выражении рубль укрепился по отношению к доллару на столько-то, а к казахстанскому тенге – на столько-то. Дальше полагается посмотреть, как изменился реальный курс, по сравнению с периодом, когда он полностью соответствовал макроэкономической ситуации и позициям страны в мировой экономике. Вот тут и возникает загвоздка. Что делать, если столь благостного времени в обозримом прошлом не было? А, даже, если и было, это далеко не всегда решает проблему: экономические пропорции – вещь переменчивая.

Наиболее прогрессивным считается метод «структурного баланса» (“underlying balance”). Он выявляет уровень обменного курса, который соответствует фундаментальным макроэкономическим показателям в среднесрочном плане, то есть без учета краткосрочных, циклических колебаний производства, цен и процентных ставок. Под внутренним балансом понимается ситуация, когда объем производства соответствует возможностям экономики (уже поэтому курс 6 рублей за доллар в 1998 году не был равновесным), а уровень инфляции низок и стабилен. Внешним балансом считается такое сальдо текущих операций, которое создается неконъюнктурными движениями национальных сбережений и инвестиций в условиях внутреннего баланса, притом, что возникающий нетто-поток перемещаемых через границу активов стабилен1.

Что мы знаем о равновесном курсе рубля? Почти ничего. По оценкам Института экономического анализа2, в первом полугодии 1998 г. курс рубля доходил до 70% ППС, То есть за один доллар в США можно было приобрести 70% тех товаров и услуг, включая коммунальные, которые стоили тот же доллар в России. Сразу после кризиса курс упал до 35% ППС. Если в течение 1999 г. реальный курс рубля к доллару не изменился, а за январь-июль 2000 г. вырос на 5,4% (по данным ЦБ), то получается, что нынешнее отношение курса к ППС не превышает 40%. По оценке экспертов Всемирного банка, оно и вовсе составляет 20%. В любом случае, точка, от которой отсчитывается нынешний рост рубля, лежит, чуть ли не вдвое ниже отметки 1998 года.

Но и это не вся история. Китай и Индия держат курс национальной валюты на уровне 20-25% ППС, в развивающихся странах Азии и Латинской Америки он обычно составляет 35-60%, в Центральной и Восточной Европе – 45-60%3. Какой из этих вариантов отвечает долгосрочным интересам России, соответствует ее внутреннему и внешнему балансу? Проводились ли у нас необходимые расчеты? Представляется, что нет, по крайней мере, их результаты не публиковались. Такой анализ очень нужен. Он позволит взвесить и соотнести интересы различных групп предпринимателей и населения (а не только имеющих лобби в органах власти), вывести общий вектор средне- и долгосрочных макроэкономических требований к валютному курсу.


^

«Хорошие» деньги вытесняют «плохие»


Деньги, как и товары, конкурируют друг с другом. Одним из первых это заметил английский банкир, финансовый советник королевы Елизаветы I сэр Томас Грешем. Закон, названный его именем, гласит: «плохие» деньги вытесняют из обращения «хорошие». Во все времена люди откладывали про запас полновесные золотые и серебряные монеты, тем более что правительства всюду «баловались» чеканкой неполноценных и разменных монет. Они то и оставались в ходу, а «хорошие» деньги переставали циркулировать. Медный бунт 1662 года в Москве - классический пример такого вытеснения.

Но есть фактор, который сэр Грешем не предусмотрел, и который заставляет его закон работать с точностью до наоборот. Дело в том, что главным условием тезаврации «хороших» денег является их дефицит. Если же полноценные и неполноценные монеты/банкноты имеют одинаковый номинал, и предложение первых не ограничено, то вторые неизбежно теряют покупательную силу и/или вытесняются с рынка. Прямая аналогия с миром товаров.

А что, собственно, отличает «хорошие» деньги от «плохих» при равной покупательной силе? Ответить можно одним словом – ликвидность. Раз деньги такой же товар, как и другие, то при одинаковой меновой стоимости (то есть покупательной способности) они могут иметь разную потребительную стоимость. Все по Марксу или Адаму Смиту – как кому нравится. Что ценит в деньгах потребитель, кроме возможности обменять их на товары и услуги? Способность выполнять свои функции – быть средством накопления, обращения и мерой стоимости. Недобор очков по одной из этих характеристик может стать роковым для валюты.

В 1837 г. – за тридцать лет до образования Германской империи – южные немецкие земли решили для удобства торговли создать монетный союз. В качестве единой валюты был избран серебряный флорин, или гульден Баварии – самого сильного государства региона. Дела у южан пошли успешно, и уже в следующем году, по их примеру, монетный союз учредили северные земли. Его общей валютой стал прусский талер. Тогда же – в 1838 году - оба союза объединились, о чем и подписали Дрезденскую монетную конвенцию. Гульден и талер стали обращаться параллельно на равных правах и при одинаково жестких условиях эмиссии. В 1857 году в связи с присоединением к немецкому таможенному союзу Австрии созрела идея перейти на общую расчетную единицу – ферейнсталер. По Венскому монетному договору, прусский талер был приравнен по стоимости к ферейнсталеру, а гульден пересчитывался в него по курсу 1 3/44.

Это и предрешило судьбу баварских денег. Операции с дробями оказались не под силу безграмотным крестьянам и ремесленникам, не хотели с ними возиться и купцы. Другими словами, гульдены выполняли функцию средства обращения гораздо хуже, чем другая немецкая валюта. В течение 1857-1871 годов было отчеканено 230 млн. талеров и только 4 млн. гульденов5 (и это притом что цена монет определялась их весом). Так прусские талеры успешно вытеснили конкурирующие деньги с рынка и стали прообразом марки – валюты объединенной Германии.

Кстати, именно удобство монеты для обмена, положил в основу своей денежной реформы Петр I. При его отце Алексее Михайловиче серебряная копейка весила чуть более 0,4 г. Петр целенаправленно снизил его до 0,28 г. С 1704 года началась чеканка нового русского рубля, равного по весу талеру (28 г), который тогда был основной единицей в международной торговле. Благодаря реформе рубль был признан за границей как полноценный талер и быстро утвердился на мировом рынке.

Описанные события происходили, когда инфляции, курсовой разницы и волатильности не было в помине. По мере их возникновения полезность денег для потребителей все сильнее отклонялась от покупательной силы.

В послевоенной Западной Европе, несмотря на расстройство денежного обращения, легальный внутренний оборот обслуживался только национальными деньгами. Значительно более ликвидная валюта США не допускалась на внутренний рынок. Доллары оставались страшным дефицитом и, по закону Грешема, не могли служить средством обращения. Англия, единственная из всех, попыталась ввести конвертируемость в июле 1947 года. На ее примере хорошо видно, что сталось бы с европейскими валютами при неограниченном предложении долларов. От желающих обменять фунты в доллары по курсу 4,03 не было отбоя. Через пять недель эксперимент пришлось прекратить: британские власти израсходовали на поддержание курса более 1 млрд.долларов6. Игра в либерализм с более сильным противником закончилась.

Большинство стран Европы перешли к полной конвертируемости только с 1959 года. До этого они последовательно «наращивали мускулы» национальных валют. Кстати, в Германии денежная реформа произошла за одну ночь. Утром 20 июня 1948 года банковские вклады в рейхсмарках были конвертированы в западногерманские марки по курсу 1:10, а межбанковские депозиты аннулированы. Трудно поверить, что, если бы в стране циркулировали доллары, союзные власти пустили бы их под нож или вернули в Штаты ради возрождения марки. И уж, наверняка, план реформы не созрел бы в голове американца Эдуарда Тененбаума.

^

Сильный значит ликвидный


В наше время ликвидность стала одним из важнейших факторов, определяющим спрос на валюту (соответственно, ее конкурентоспособность) и формирующим ее курс. Вытеснение одними валютами других – явление почти рядовое. Примеры полной или частичной долларизации развивающихся стран и стран с переходной экономикой у всех на слуху. Не избежала этой участи и благополучная Канада: американские доллары широко используются в сделках между ее резидентами. Своей валюты не имеют маленькие Монако, Лихтенштейн и Сан-Марино. В Люксембурге давно обращаются бельгийские франки. В 1998 году банки Швейцарии всерьез готовились к проникновению евро во внутренние расчеты страны. Давние конкуренты – коммерческие и почтовые банки теперь совместно эксплуатируют систему клиринговых расчетов в евро – Swiss Euro Clearing Bank (SECB), которая позволяет проводить платежи в евро с такой же скоростью и рентабельностью, как и платежи в швейцарских франках. С 13 ноября Босния приступила к замене югославского динара на марку ФРГ.

Во всей предшествующей истории мира главенствующее положение той или иной валюты определялось спросом на нее со стороны торговли (см. врезку). Сейчас это далеко не так. Доля США в мировом ВВП равняется 20%, а в экспорте - не более 15%. Вместе с тем 30% обращающихся в мире наличных денег - доллары. На них приходится более 50% банковских активов в денежных единицах США, Японии, Швейцарии и основных стран ЕС. В американской валюте заключается почти половина всех внешнеторговых контрактов. Восемь из десяти совершаемых в мире валютообменных сделок имеют своим предметом покупку или продажу долларов США7. У валют Германии, Франции, Великобритании и Японии сфера обращения также несколько превышает их вклад в мировое производство и торговлю. Каждая из них в той или иной мере выступает как региональная денежная единица.
^

Главенствующие международные валюты8


Византийская золотая монета (nomisma) – V-VII века

Арабский динар – VIII-XII века

Флорентийский флорин - XIII-XIV века

Венецианский дукат – XV век

Голландский гульден – XVII-XVIII века

Фунт стерлингов – конец XVIII века – до Второй мировой войны

Доллар США – после Второй мировой войны


Там, где «перерабатывают» мощные валюты, «недорабатывают» слабые. Их резиденты выбирают чужие деньги, поскольку те лучше выполняют свои функции. Из-за гиперинфляции в Аргентине и Эквадоре песо и сукре не смогли быть средством накопления, результат - долларизация внутренних расчетов. Контракты на многие виды товаров (нефть, металлы, пиломатериалы, какао-бобы…) обычно заключаются в той валюте, в которой существуют мировые цены. И тогда национальные валюты продавца и покупателя «отдыхают», так как не являются в данном случае мерой стоимости.

Высоколиквидные валюты становятся главным средством обращения в мировых финансах, то есть деньгами на рынках, где покупают и продают деньги других стран. Скажем, эстонскую крону легче обменять на болгарский лев через немецкую марку. Особенно удобен доллар: операции в нем проходят быстро, надежно и с минимальными издержками. Долларовые рынки высокоразвиты и обладают широчайшим спектром финансовых инструментов. Практически любая валюта, имеющая текущую рыночную котировку, может быть напрямую конвертирована в доллар.

Повсеместная отмена валютных ограничений и новые информационные технологии резко повысили мобильность денежных средств. Поэтому определяющими при выборе валюты сделки стали «транспортные расходы», то есть трансакционные издержки, связанные с проведением операций. Недавние исследования выявили высокую степень корреляции между объемами торговли той или иной валютой и маржой между курсом ее покупки и продажи. Как и следовало ожидать, чем шире рынок валюты, тем дешевле стоит каждая операция с ней. Получается замкнутый круг: непопулярные валюты неудобны в обращении из-за высоких конверсионных издержек, поэтому спрос на них ограничен, что препятствует развитию рынка и снижению трансакционных издержек.

Спрос на валюту оказывает прямое влияние на курс. Он, хотим мы того или нет, складывается на внешнем рынке – в сфере международного использования валюты. Поэтому даже хорошее состояние экономики не гарантирует благополучия в валютной сфере. Это мы наблюдаем на примере евро. С четвертого квартала 1988 г. по сентябрь 2000 г. евро упал по отношению к доллару на 27%. За это же время фунт стерлингов, швейцарский франк, датская, норвежская и шведская кроны, австралийский и новозеландский доллары в среднем подешевели на 18%. Значит, в девальвации евро «виноват» не только промышленный рост в США и высокие ставки ФРС. Пока национальные западноевропейские валюты обращаются параллельно с евро, сделки в них причиняют массу неудобств операторам третьих стран. Зыбкая юридическая почва, неявные условия предстоящего обмена национальных денег на евро – все это сдерживает спрос на новую валюту со стороны иностранцев.

Для России отсюда следует два вывода. 1) Чтобы рубль нормально справлялся со своими функциями, он должен иметь широкое обращение и емкий рынок. От объема и степени развития рынка рублевых операций зависит состоятельность рубля как денег. 2) Сильный рубль это не котировка (6 рублей за доллар или 28) и не только покупательная способность. Сильный это такой рубль, который будет на территории России не менее эффективным средством накопления и обращения, чем иностранные валюты. Для этого нужен стабильный и предсказуемый курс. При постоянном снижении курса функции рубля будут постепенно отмирать. Надо полностью отдавать себе отчет в том, что конечный пункт такого маршрута – потеря национальной валюты.


^

Стерилизация… смотря, какая


С весны повсюду заговорили о том, что Центральный банк снова запустил печатный станок - чтобы скупать поступающие в страну доллары и наращивать резервы. А раз так, то инфляция вот-вот обрушит едва начавшийся подъем. Слово «стерилизация» перестало пахнуть больницей и стало «хитом сезона» российского новояза.

Действительно, с 1 сентября 1998 года официальные золотовалютные резервы более чем удвоились, на начало ноября они составляют 25,5 млрд.долл. В связи с этим хочется задать два вопроса: действительно ли рост резервов приводит к появлению излишней денежной массы (и насколько она излишняя)? и какой уровень резервов следует считать оптимальным?

По всем правилам экономической науки, когда центральный банк покупает иностранную валюту и продает национальную, предложение денег в стране увеличивается. Если не изъять дополнительные деньги из оборота, например, реализовав на соответствующую сумму государственные облигации, инфляция пойдет вверх, а цена национальной валюты – вниз.

В данной схеме есть одна встроенная предпосылка: по умолчанию, разумеется, что центральный банк берет иностранную валюту за рубежом. Так, Бундесбанк, увеличивая запасы швейцарских франков, покупает их на валютном рынке, потому что на территории Германии швейцарские деньги не имеют хождения. В России это «маленькое» условие отсутствует, потому и весь механизм, впрочем, как и многие другие законы развитой рыночной экономики, работает совсем иначе, чем на Западе.

Российская денежная масса фактически состоит из двух частей: рублевой и долларовой. Объем наличных долларов оценивается в сумму от 30 до 60-80 млрд.долл. Таким образом, рублевый агрегат М2 в лучшем случае равен долларовой массе, а в худшем – в два с лишним раза меньше ее. Поэтому если покупаемые властями доллары берутся не за границей, а внутри страны, то общий объем денежной массы не меняется. Соответственно операция не имеет инфляционного эффекта.

То же относится и к покупке центральным банком долларов, поступающих на валютный рынок в качестве обязательной продажи части экспортной валютной выручки. Появление внутри страны этих денег не может подтолкнуть инфляцию, поскольку они имеют реальное товарное обеспечение – тонны нефти и металла, кубометры газа и пиломатериалов. Экспорт – часть валового внутреннего продукта, и его прирост связан с безынфляционным приростом денежной массы. Не увеличиться она может только тогда, когда экспортная выручка останется за пределами страны, что мы имели счастье наблюдать после перестройки. Да, экспортные цены обычно выше российских, и будь товары проданы внутри, денежная масса увеличилась бы меньше. Но такие рассуждения уже из разряда чистой теории, поскольку выгоды положительного внешнеторгового баланса общеизвестны.

И еще. Уровень монетизации отечественной экономики один из самых низких в мире. В 2000 г. отношение М2 к ВВП составляет в России всего 12%, по сравнению с 90% в Великобритании, 50% в США, 35-45% в Германии, Италии и Франции9. Нехватка наличных денег, тесно связанная с долларизацией, закрепляет использование неденежных докапиталистических форм расчетов, сильно сужает возможности для инвестиций и выводит значительную часть национального хозяйства из сферы досягаемости денежно-кредитной и налоговой политики. Проще говоря, государство теряет важнейшие рычаги управления макроэкономической ситуацией. Насыщать экономику деньгами придется еще очень долго: враз этого не сделаешь. Кроме того, в России, как и в большинстве других стран, инфляция растет заметно медленнее денежной массы: за семь месяцев текущего года М2 увеличился на 32,2%, а потребительские цены – на 11,5%.

Поэтому лишняя денежная масса в России по своему содержанию имеет мало общего с той, о которой пишут в западных учебниках. Ее связь с накоплением официальных резервов, по меньшей мере, не установлена. Живые деньги избыточны не в абсолютном выражении, а в относительном, и связывать их целиком означало бы перекрыть кислород предприятиям. То, что действительно нужно стране, и что, Центральный банк, надо отдать ему должное, делает – это реанимация денежных форм расчетов и планомерное впрыскивание денег в экономику.

Теперь об объеме резервов. Здесь понять, что такое «много» и «мало» еще труднее, чем в случае с валютным курсом. Серьезной международной методики для определения оптимальной величины резервов не существует. Каждое государство накапливает их, исходя из конкретной ситуации. Правда, есть рекомендация МВФ, согласно которой золотовалютные резервы должны составлять сумму трехмесячного импорта. Логики в этой пропорции, согласитесь, мало, ведь центральный банк не платит по счетам частных фирм.

Кстати, рост резервов – не только российская тенденция. В мае 2000 г. Совет ЕС решил увеличить максимальный размер резервов ЕЦБ (без золота и резервных позиций в МВФ) с 50 до 100 млрд. евро. И это, притом что каждая из стран ЕС имеет собственные официальные резервы. В августе общие золотовалютные резервы Евросистемы (11 центральных банков зоны евро и ЕЦБ) составляли 458 млрд. евро10, практически вдвое больше предписываемой МВФ нормы.


^ Плавать, чтоб не утонут

Потенциальная уязвимость валютных котировок непосредственно связана с режимом обменного курса и уровнем официальных резервов. То, что валютный коридор модели 1998 года, не соответствовал экономическим реалиям, очевидно. Переход к плавающему курсу оправдал себя, и с тех пор ЦБ отвергает предложения о валютной палате и любых других формах привязки рубля. Все это правильно.

Тем не менее, от денежных властей хочется услышать профессиональное объяснение, почему они считают такой режим оптимальным, и что может нас ждать в ближайшие годы. Специалисты, политики и государственные чиновники, гораздо охотнее поддержали бы позицию ЦБ, если бы на этот счет имелась развернутая аргументация. Дело не в реверансе демократии, а в том, что национальная денежно-кредитная политика должна иметь общественную поддержку. Огласив свои ориентиры и доводы, центральный банк позволил бы экономическим агентам выстроить среднесрочную линию поведения, адекватную национальным интересам, и, кроме того, ввел бы в действие механизм обратной связи. А это необходимые условия эффективной денежно-кредитной политики. Не даром общественная поддержка, обратная связь и траспарентность стали в 90-е годы важнейшими принципами деятельности центральных банков развитых стран.

Серьезным аргументом в пользу плавающего валютного курса является то, что всеобщая либерализация движения капиталов изменила природу валютных кризисов. В 80-е годы их жертвами становились страны, правительства которых проводили экономическую политику, несовместимую с фиксированным курсом, например, долгое время покрывали дефицит госбюджета за счет эмиссии. Как только официальные резервы снижались до критического уровня, против валюты начинались спекуляции. Это так называемые кризисы первого поколения. В 90-е годы из-за высокой мобильности капиталов правительствам стало гораздо труднее и дороже сохранять фиксированный курс, в том числе при помощи высоких процентных ставок. Чиновники (а вместе с ними и рыночные спекулянты) начали рассчитывать баланс прибылей и убытков от фиксированного курса. Если он складывался не в пользу последнего, валюта подвергалась атакам даже при хороших макроэкономических показателях11.

В 1992-1993 годах типичный кризис «второго поколения» разразился в странах Европейской валютной системы (ЕВС). И если у Италии, Португалии и Испании имелись бюджетные дефициты, а обменные курсы были завышены, то у Великобритании, Швеции, Дании, Франции с государственными финансами все было в порядке. Пострадавший ирландский фунт и вовсе был несколько недооценен. Уже через две недели после начала кризиса – 3 сентября 1992 г. - Банк Англии взял кредит в немецких марках в размере 14,5 млрд.долл. на пополнение официальных резервов. Потом страна все равно покинула коллективный механизм обменных курсов ЕВС. 16 сентября шведский Риксбанк поднял ставку рефинансирования до 500% годовых, что тоже не помогло удержать крону. Почти весь год шесть ведущих западноевропейских банков проводили согласованные интервенции в поддержку французского франка, его едва удалось спасти от девальвации12. В общей сложности за 12 месяцев кризиса Германия, Англия, Франция, Италия, Испания и Швеция потратили на интервенции 150 млрд.долл13. Эти события окончательно убедили руководство Евросоюза, что поддерживать фиксированные курсы нереально - надо перейти либо к свободному плаванию, либо к единой валюте.

Вопрос о курсовой привязке не раз всплывал в связи с введением евро. В конце 1998 года бывший министр финансов Германии Оскар Лафонтен предложил ввести коридор для курсов трех основных валют: доллара, евро и иены. После долгого обсуждения и ФРС и Европейский центральный банк (ЕЦБ) отвергли идею. Главным аргументом явилось то, что пределы колебаний, будь они объявлены, немедленно станут сигналом для спекулянтов, а в случае сползания той или иной валюты, у центральных банков не хватит средств на интервенции. В начале января Европарламент обнародовал доклад, в котором его эксперты настойчиво рекомендовали, чтобы ЕЦБ и ФРС договорились об увязке евро и доллара. Несмотря на это, денежные власти обеих сторон по сей день стоят на своем.


^

Три возраста рубля


История валютной политики России состоит из трех этапов. Первый прошел под лозунгом «Да здравствует рынок!». В 1989 году были проведены первые валютные аукционы, в 1990 году введен коммерческий курс рубля, в 1991 году начала работу постоянная валютная биржа в Москве. Буквально за несколько лет (правда с большими издержками для экономики) произошло становление рубля как российской валюты, была устранена валютная монополия, создан общенациональный валютный рынок и преодолена множественность валютных курсов.

Периоды относительной стабильности курса чередовались с регулярными обвалами. Так, за октябрь 1991 – январь 1992 года рубль обесценился в 3,8 раза; с апреля по декабрь 1992 года котировки упали со 144 до 414 рублей за доллар; 16-23 сентября 1993 года курс снизился почти на 30%; 11 октября 1994 года случился знаментиый «черный вторник», когда рубль подешевел сразу на четверть. Стало ясно, что рынок (тем более такой неглубокий и слабый, каким он был в России) вовсе не гарантирует нормального развития валютной сферы. Надежды на его магические регулирующие силы окончательно развеялись.

Между тем стабилизация курса была нужна, как воздух. От нее зависел выход из затяжного промышленного спада. Тогда власти решили ввести валютный коридор, привязав рубль к доллару – так начался второй этап отечественной валютной истории. Время действия коридора - с июля 1995 г. по по август 1998 года – это попытка получить предсказуемый рыночный курс при помощи административных мер и при поддержке международных финансовых организаций. Чем она закончилась – известно.

После августа 1998 года ситуация выглядела так: неуправляемый валютный рынок вовсе не способствует реформам в экономике и ее подъему. Привязка курса дает длительную, но немыслимо дорогую отсрочку. Теперь, на третьем этапе, у властей остался единственный выход – добиться ровной курсовой динамики рыночными методами. Все другие способы перепробованы.

Выполнить поставленную задачу невозможно лишь посредством объявляемых на один год ориентиров. Чтобы валютные рынки не дрожали от малейшего перепада конъюнктуры, банки, предприятия и население должны видеть долгосрочную линию властей. Без обоснованной валютной стратегии у России нет шансов получить надежную и сильную национальную валюту.



1 См. Hansen J, Roeger W. Estimation of Real Equilibrium Exchange Rates. European Commission. Economic Papers, No 144, September 2000, p. 24-25.

2 Илларионов А. Как был организован российский финансовый кризис. Вопросы экономики, 1998, № 12, с. 20

3 Попов В. Уроки валютного кризиса в России и в других странах. Вопросы экономики, 1999, № 6 с. 100-122.

4 James H. The Reichsbank 1876-1945 in: Fifty Years of the Deutsche Mark. Central Bank and the Currency in Germany since 1948. Oxford University Press, 1999, p. 6.


5 Janssen A.E. Les conventions monetaires, Paris, F.Alcan y R.Lisbone, 1911, pp. 55-56. Цит. по: Tafunell X. La UEM y las lecciones de la historia: las uniones monetarias en Europa durante el siglo XIX. en: Consecuencias economicas del euro, Anchuelo A. - ed., Madrid, Editorial Civitas, 1998, p. 47.


6 Гилберт М. В поисках единой валютной системы. М.:1984, с. 106-107.

7 Вестник Банка России, 1999, 13 октября № 62(406) с. 42-44.

8 Hartmann P. Currency Competition and Foreign Exchange Markets. The Dollar, the Yen and the Euro. Cambridge University Press, 1998, p. 30.

9 Ершов М. Валютно-финансовые механизмы в современном мире: кризисный опыт конца 90-х. М.: 2000, с. 279.

10 European Central Bank. Monthly Bulletin. October 2000, pp. 55*-56*.

11 World Economic Outlook. International Monetary Fund , May 1999, p. 67; Eichengreen B. International Monetary arrangements for the 21st Century. Wash., 1995, p. 35-36.


12 International Monetray Fund. World Economic Outlook : October 1993, pp.42-47 ; Kenen P.B. Economic and Monetary Union in Europe. Cambridge University Press, 1995, pp. 150-160.

13 Мишкин Ф., Экономическая теория денег, банковского дела и финансовых рынков М.: 1999, с. 539.





Скачать 183,89 Kb.
оставить комментарий
Дата10.10.2011
Размер183,89 Kb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх