Напечатано по: Мансуров С., свящ. Очерки по истории Церкви. М., 1994 г icon

Напечатано по: Мансуров С., свящ. Очерки по истории Церкви. М., 1994 г


Смотрите также:
Очерки по истории Вселенской Православной Церкви...
Пумпр В., Свободова М., Мансуров Г. Н...
Карташов А. В. Очерки по истории Русской Церкви. Т. 1 М. 1991 и др изд...
Курс 5 Социология 5 Учебно-методические материалы по дисциплине 6 > Учебная литература 6 >...
Курс 5 Социология 5 Учебно-методические материалы по дисциплине 5 > Учебная литература 5 >...
История церкви...
Николай цололо...
Дворкин Александр Леонидович...
Дворкин Александр Леонидович...
Знаменский- руководство по истории Русской Церкви...
Курс. Власова Е. Л., Костенко С. М. Focus on the usa. Спб: Наука. 1992. 11 экз. Карен Хьюитт...
Вопросы к экзамену по курсу истории Русской Церкви: Историография истории Русской Церкви...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13
скачать


Электронная библиотека студента Православного Гуманитарного Университета

Напечатано по: Мансуров С., свящ. Очерки по истории Церкви. М., 1994 г.

Священник Сергий Мансуров

Очерки по Истории Церкви


Оглавление



^

Глава: Введение


«Царствие Божие приходит неприметным образом» нет ли в этом некоторой вины человеческой?

Как подумают многие, разве мало написано исто­рий Церкви, мало напечатано трудов, со всех сторон освещающих ее жизнь? Во всех частях света ученые посвящали и посвящают себя этому предмету. Как можно утверждать, что мало знают жизнь Церкви? Но, как это ни странно на первый взгляд, нет в со­временной науке труда, посвященного истории Церк­ви как благодатного целого; нет, насколько мы знаем, даже опыта, за последние два века, изобразить ее жизнь соответственно тому, как Церковь сама созна­ет свою жизнь и как свидетельствует о ней ее мно­говековая литература.

Царствие Божие на земле — Тело Христово, оду­шевленное Духом Святым, — так сознает себя Цер­ковь. Вот предмет истории Церкви. История Церкви, чтобы быть истинной и научной, помня завет Еванге­листа Луки, — «по тщательном исследовании всего сначала по порядку» (Лк. 1, 3), должна ли только описывать ход церковных событий, нагромождая без разбора воедино все, что носит или хочет носить имя церковного? Не принадлежит ли к истории Церкви прежде всего и по преимуществу то, что отвечает ее прямому назначению, а не то, что только украшается ее святым именем? Научно ли было бы в истории искусств давать одинаковое место безвкусной пошло­сти и великому творчеству: затеривать, например, Ан­дрея Рублева и Рафаэля в толпе подражателей и ре­месленников изобразительных искусств? Церковно ли и вместе научно ли отдавать одинаковое внимание и место и подвижникам — святым строителям церков­ной жизни, и еретикам? Внешнее и случайное — пле­велы среди пшеницы — может и иногда должно иметь место в истории, но, конечно, не затемнять и не загромождать основное и существенное в истории предмета, о котором должна идти речь.

Существенное назначение церковности не соеди­нять ли людей с Богом во внутреннее единство по закону Евангельскому? Цель основания и жизни Церкви не спасать ли человечество? Итак, первое место в истории Церкви должно принадлежать тем, кто непосредственно в жизни и в учении соответ­ствовали этому назначению, сами к нему стремились и его достигали, себя и других соединяли со Хрис­том и во Христе — единением благодатным, предука­занным Евангелием Христовым и учением апостоль­ским, в единое Царство — Тело Христово.

Поэтому, говоря по существу, «Жития святых» святителя Димитрия Ростовского много научнее со­временных церковных историков, ибо именно они знакомят нас с тем, как осуществила в истории свое назначение Церковь. Нечего бояться, что история Церкви превратится в значительной мере в историю подвижничества или даже (horribili dictu)1 много ме­ста будет отведено монашеству.

Серьезного историка не должны сковывать пред­взятые вкусы, часто притом вырастающие под влия­ниями, чуждыми христианству. Нас должно занимать дело по существу; какую бы привлекательную или отталкивающую форму ни носило то или иное внеш­нее событие, оно должно быть оценено по существу. Внимание историка должно быть по преимуществу там, где видно достижение христианского идеала. Ибо здесь подлинная жизнь Церкви, ибо отсюда дух жизни растекается по всему телу Церкви.

Может возникнуть вопрос: при таком подходе к истории не окажутся ли вне нашего поля зрения

многие, если не большинство, существенные события из истории Церкви? — На это и должны дать ответ предлагаемые «Очерки». Но, предваряя, скажем: не только не окажутся, но получат свой надлежащий смысл. Сверх того, многое подлинно существенное, оставшееся в тени, займет должное место. Ибо не следует ли сделать кое-какие переоценки: что считать существенным событием для истории Церкви? Поче­му Сирийский Собор2, например, существен и о нем пишет едва ли не каждый историк Церкви, а молит­венное вдохновение египетского пустынника Мака­рия — дело узких специалистов? Однако о соборе за­были уже через несколько десятилетий (кроме исто­риков), а молитвы преподобного Макария вот уже более полутора тысячелетий каждое утро и вечер по­вторяет неисчислимое множество верующих. Ведь не измерять же внешним положением и шумом зна­чительность церковных событий.

То, что делалось и писалось в пустынях Иудеи, Египта, Сирии или Синая, пережило века, перестраи­вало жизнь множества людей всех поколений, прони­кало в самые глубины жизни различных народов. Жизнь древних столиц часто так и остается достояни­ем лишь специалистов — историков или археологов. В чем же тут дело? Почему умолкли столицы, но до сих пор влияют дела и мысли, молитвы пустынни­ков? Во все века, приходя на смену друг другу, в Церкви образовывались центры (средоточия духовной жизни), где вырабатывалось все, что для того и по­следующих веков служило руководством и духовным питанием. Эти центры бывали и в городах, бывали и в пустынях. Их процветание по существу зависело не от внешних условий, культурных или государствен­ных, а от условий внутренней жизни, от развития глубины и силы христианского духа, в них раскры­вавшегося. В I—II веках такими центрами были горо­да Иудеи, Сирии, Малой Азии; позднее — Галлии, Италии, Карфагена; а в IV, VII и VIII веках — это были пустыни Египта, Палестины и Вифинии.

То, что делалось в них, имело неизмеримо боль­шее значение для Церкви, чем то, что в это время решалось в столицах, — Риме и Константинополе. Если ход и развитие христианской жизни нас про­водит во дворец Константина Великого или Влади­мира Святого, мы должны познакомиться с их жиз­нью и делом, но не должны пугаться, если эта хри­стианская жизнь скрывается в пустынях и пропас­тях земных, ибо не напрасно их обитателей Апостол и Церковь признают часто ценнее целого мира (Евр. 11, 38). Если Антиохия и Константинополь — место проповеди и подвигов Златоуста и его учеников, мы должны знакомиться с жизнью этих столиц мира в конце IV века. Но если в Египетской пустыне в на­чале IV века сосредоточивается наибольшая рев­ность и успех в деле христианском, этой пустынной жизни мы должны отвести первое место в истории IV века, не смущаясь, что речь идет не о столицах или богатых культурных центрах. Не их искал Хри­стос Спаситель, а живых душ человеческих. Не того же ли должен искать и христианский историк? И он будет вознагражден, ибо в Египте, в IV веке, — ключ к современным и последующим историческим событиям, здесь выковался тот склад жизни и мыс­лей, который не дал раствориться христианству с примирившимися с ним в IV веке государством и культурой. Государства и культура разлагались и па­дали; православие пребыло незыблемым. Это подго­товлено было Египтом.

Не слабость ли понимания христианского духа сказалась в Евсевии Кесарийском (не только в его полуарианстве)3 — в его попытке превратить историю Церкви в историю столичных кафедр, столкновений с властями и еретиками, дополненную историей хрис­тианской литературы? И не случайно, конечно, новейшие историки пошли по пути, проложенному Ев­севием.

Отпадение католичества и протестантства от бла­годатной, подлинной церковной жизни ярко сказа­лось на западных церковных историках. Историки, подобные Tillemont'y4, как и вообще весь янсенизм, стали, к сожалению, лишь исключением, подтверждающим общее правило. Лучшее, что мы имеем на За­паде, для истории церковной жизни, — это труды, подобные «Истории Церкви» Неандера или Дюшена, или «Истории догматов» Гарнака и «Истории собо­ров» Гефеле5. Но какое впечатление оставляют эти замечательные в своем роде исследования перед ли­цом Евангелия — мерила (критерия) всякого христи­анского дела? Отпав от жизни в Церкви и подлинно­го созерцания Истины, во что превращают эти талан­тливые, если не гениальные, историки историю Церк­ви вообще и ее борьбу за истину в частности? В столкновение партий и отвлеченных формул... Так понятые и оторванные от целостного духа подлинной церковной жизни, эти споры, соборы теряют свой истинный смысл и место. Современные историки по­вторяют ошибку еретиков, превращая жизнь в Боге и созерцание Бога в размышления и споры о Боге, в дело отвлеченных специалистов-богословов, без ре­ального значения для жизни христианской. Не про­тив такого ли извращённого подхода к христианским догматам восставали подлинно великие богословы Православной Церкви (см., например, «Слово 1-е о богословии» Григория Богослова, «Слово об истин­ном богословии» Симеона Нового Богослова, «Слово 33-е» Иоанна Лествичника)?

Конечно, кому Христос — только отвлеченный нравственный идеал или передавший Свои полномо­чия Глава Церкви6, тому не понять настойчивости святителя Афанасия или горячности преподобного Феодора Студита. Ибо они боролись за Дух Истины,в них пребывающий; за Того, Кто был им ближе, чем собственное дыхание, дороже самой жизни; за Того, Кто был реальным содержанием их жизни. Для них, всею силою устремленных к Богу и живших во Хри­сте, могло ли быть безразличным, живут ли они в единении с Богом или с тварию, хотя бы и пер­венствующей среди тварного (как думал о Христе Арий)7? Тот, кто стремится очиститься от всякого греха и лжи и дышать истиной, мог ли примириться с ложью о Христе Боге (как несторианство или мо­нофелитство8)? Те, кто верили, что Церковь как Тело Христово есть столп и утверждение Истины, есть организм Истины, могли ли считать частью тела этой Истины людей, сознательно отвергавших, «руково­дясь своими помыслами» (слова VII Вселенского Собора), то, в чем сочла необходимым себя явить на земле жизнь этого организма (иконопочитание, мона­шество и другие общецерковные установления)? Что­бы понять реальный жизненный смысл этой догмати­ческой борьбы, не нужно ли прежде усвоить подлин­но церковную жизнь в ее целом, как целостное уст­ремление и достижение Истины, как часть дела обожения человечества, как нисхождение Бога к челове­ку и как стремление воцарить Бога над своими мыс­лью, волею и чувством — словом, как борьбу за Цар­ствие Божие и строение этого Царствия?

Для понимания дела святого Афанасия Великого не менее важна его «Жизнь Антония Великого», чем его «История ариан»9. Ибо в «Антонии Великом» — положительный смысл борьбы Афанасия. Тут он рас­крывает, чем он дышит, ради чего он борется. Как можно понять дело Василия Великого, забывая его Литургию, Подвижнические уставы и Слова10, как делают обычно историки? — А в этом сердцевина всей его жизни.

Так в Церкви всегда и всюду. Начиная от Христа Спасителя и Его Апостолов, не прекращаясь, на протяжении веков шла в Церкви духовная работа над усвоением Богу всего человечества в целом, борьба благодати с грехом за Царствие Божие. Бог пришел на землю, а люди, путем ли мученичества, путем ли подвижничества, в мире или в монашестве, устрояли себя в жилище Богу (святой Григорий Богослов). И в этом смысл и назначение Церкви — быть Телом Христовым. Кто всматривался и вчитывался в жизнь и творения святых руководителей Церкви, тот знает, что это не пустые слова, во что их часто превраща­ют люди, лишь по названию или положению церков­ные. Это дело самоотверженного подвига, часто до смерти, в соединении с благодатию Божией.

Вот это дело — дело Обожения, очищения и соеди­нения с Богом, — не зная перерыва, переходило из поколения в поколение в недрах Церкви. И в нем истинный смысл ее существования, в нем и объясне­ние и корень исторических событий церковной жиз­ни. Преследования императоров, нападения ариан или иконоборцев — это частные вражеские выпады против этой целостной жизни и работы, которая идет в Церкви на протяжении веков. Обходя молчанием эту жизнь или случайно ее вспомнив где-нибудь в главе о монашестве, можем ли мы надеяться понять подлинный ход и смысл истории Церкви?

Только усвоив ход и потребности этой жизни в течение веков, найдем мы надлежащий смысл и иерархии и канонам.

Иначе историки создают впечатление, вызывающее справедливое, по-видимому, сетование, что Церковь уклонилась от своего назначения — созидать на зем­ле жизнь в Духе Истины. Не Церковь уклонилась, а историки Церкви уклонились по разным причинам от изображения на должном месте того, что составля­ло во все века сердцевину церковной жизни.

Не нужно было быть великим богословом, чтобы понимать, что поведение императоров, столкновение епископов, богословские трактаты, ереси и расколы и т. п. — то, о чем принято обычно по преимуществу писать в истории Церкви, — все это не основное в христианской жизни.

То, чему посвятил проповедь и жизнь Спаситель, чему отдали свои труды и подвиги Апостолы, — вот что раз и навсегда составило жизнь и дыхание под­линной Церкви. Живая вера в Бога и Его Христа, борьба с грехом, покаяние, крещение, пост, подвиг, молитва, приобщение, милостыня и всякая другая доб­родетель, из которой помощью и силою Духа созида­ется венец их — Любовь, через что созидается полно­та благодатного Богообщения, исполнение Духом Свя­тым, когда Господь к соблюдающему слово Его Сам приходит и обитель в душе такой устрояет, — вот, как известно, чему по преимуществу научает христиан Новый Завет. Через все это созидается и собирается человечество в Церковь — единое Тело Христово, Царство благодати. Вот область, где благодать Божия воздействует открыто и возрождает человечество, на­правляет и руководит по угодному Богу пути. Вне этого нет подлинного христианства, нет Церкви.

Итак, история Церкви — это история прежде все­го того, как среди человечества созидалась и соблю­далась эта новая жизнь, огонь которой возгорелся от Христа.

Мы, верующие, знаем, что огонь этот не угаснет, пока не придет уже как Судия Тот, Кто его на зем­ле воспламенил.

Но среди кого, где и как не угасла и созидалась эта жизнь Христова на земле? — Вот первый и за­конный вопрос к историку Церкви. На него отвечают многочисленные творения и жития святых и вообще вся многовековая церковная письменность... Но нам не известны ни в пространном, ни в сжатом виде изображения этой жизни на протяжении девятнадца­ти истекших веков.

Между тем, по обетованию Христову, эта жизнь, не зная перерыва, переходила из поколения в поко­ление: из Иерусалима в Антиохию, Малую Азию, да­лее в Рим, Галлию; из Рима в Карфаген, в Египет, Сирию, опять Палестину и т. д. — то разгоралась, захватывая широкие народные круги, привлекая но­вые племена и народы, то замирала в сравнительно небольшом кругу людей — в эпоху равнодушия, без­верия или зловерия. Но никогда эта жизнь не угаса­ла, и она должна иметь свою Историю.

Пусть бывали эпохи, когда стремление к христиан­ской жизни, опрокидывая все племенные и соци­альные перегородки, проникало в души рабов и госу­дарей (например, в I, IV-V, XIV-XV, XIX веках), пусть приходили на смену эпохи относительного ду­ховного упадка, когда подлинное христианство зорко блюлось по преимуществу среди отдельных групп подвижников. Но эти эпохи, бедные количественно, были богаты героическими усилиями (мученичеством, исповедничеством, великим подвижничеством). Они подготовляли новый, уже более широкий круг про­цветания духовной жизни. Потому-то эпохи относи­тельного духовного упадка для историка не менее важны, чем эпохи духовного процветания. Они на­учают, как при трудных обстоятельствах, среди пре­следования или, что еще опасней, равнодушия благо­дать Божия находила способы и людей, в обстоятель­ствах иногда по-человечески отчаянных, и сохраняла свет Истины и огонь жизни христианской.

 

^ Евангелие и Церковь

 

Достигло до вас Царствие Божие

Мф. 12, 28

 

В учении о Царствии Божием — средоточие Еван­гельской проповеди. Когда Евангелисты хотят кратко выразить содержание проповеди Христовой, они говорят, что Господь ходил, проповедуя покаяние и Царствие Божие (Царствие Небесное); и Деяния Апостольские начинаются и кончаются проповедью Царствия Божия. Сорок последних дней Спасителя на земле были учением о Царствии Божием: «...в продолжение сорока дней являясь им и говоря о Царствии Божием» (Деян. 1, 3). Кончаются Деяния описанием дела Апостола Павла в Риме так же: «И жил Павел целых два года на своем иждивении и принимал всех приходивших к нему, проповедуя Царствие Божие и уча о Господе Иисусе Христе...» (Деян. 28, 30-31).

И Спаситель, указывая, чего прежде всего нужно искать на земле, говорит: «Ищите же прежде Цар­ствия Божия и правды Его» (Мф. 6, 33). Почти все евангельские притчи — притчи о Царствии Божием. Едва ли какое-нибудь другое понятие чаще и настой­чивее убеждает людей, приступающих к Евангелию, чем слово и притча о Царствии Божием.

Что же мы узнаем о Царствии Божием из пропо­веди Спасителя и Его учеников?

Царствие Божие (Царствие Небесное) со времени явления воплощенного Бога Слова приблизилось ко всем людям — грешным и святым. Об этом говорит­ся во многих местах Евангелия. Отныне его нужно прежде всего искать; употребляющий усилие получа­ет его; оно достигается многими скорбями. Чему оно подобно? Оно — сокровище, скрытое в поле жизни; чтобы сберечь его, человек, когда найдет его, прода­ет все, что имеет. Оно — жемчужина, которую «на-шед», купец продает все, что имеет. Оно подобно не­воду, в котором всякие рыбы, хорошие и худые; по­добно пиру, на который позваны и добрые и злые; подобно полю, на котором растут вместе и плевелы и пшеница. Пересмотрев эти уподобления, отметим в них прежде всего одну черту. Все эти притчи говорят не о чем-то обещанном только в будущем, не о будущей только загробной жизни, а о чем-то настоящем, случающемся здесь, на земле. Сокровище и жемчужи­ну человек сперва находит, а потом продает все, что имеет. Невод, пир и поле говорят о земном, совмест­ном пребывании добрых и злых. Следовательно, Цар­ствие Небесное не будущая только жизнь. Это нечто реальное сейчас на земле, от радости человек «все продает, что имеет».

Царствие Божие не только приблизилось, но и, как говорится в нескольких местах Евангелия, откры­то. Царствие Божие «достигло до вас» (Мф. 12, 28). Для некоторых оно уже пришло.

Как же оно достигло до нас, а мир его не видит? На это Евангелие отвечает: таковы его свойства, что оно приходит «неприметным» образом. Оно подобно закваске — кто различит ее в муке? Его роста не за­мечает иногда даже посеявший его человек, который «и спит, и встает ночью и днем, и как семя всходит и растет, не знает он» (Мк. 4, 27).

Тайны Царствия Божия доступны не всем, а лишь достойным его, ибо до времени Страшного Суда (когда будут удалены из него «все соблазны и дела­ющие беззаконие») оно преимущественно внутрь нас есть. Недостаточно иметь глаза, чтобы его увидеть, и даже уши, чтобы о нем услышать. Лишь после Вто­рого Пришествия Христова сыны Царствия просияют вовне, и для грешников, как солнце, наподобие пре­образившегося Господа, — светом, который светит им ныне, как утренняя звезда в сердцах их (ср.: 2 Пет. 1, 19). Царствие Божие не усвояется миром и пото­му, что и самое мудрое слово само по себе не дает должного его понимания. Ибо оно «не в слове, а в силе» (1 Кор. 4, 20). Мир по своей греховной слепо­те не видит его и не понимает его. Как же видят и входят в Царствие Божие?

Чтобы увидеть Царствие Божие и войти в него, надо приготовить душу покаянием и родиться свыше — от воды и Духа (креститься). Не внешним только крещением водой, но внутренним изменением от Духа. Не крещением только Иоанновым — от воды, для исповедания и покаяния во грехах, но кре­щением Христовым — приятием Духа и силы.

О Царствии Божием говорится, что оно достигло того человека, которого Христос Духом Святым осво­бодил от власти диавола. А для тех, кто расточил от­цовское богатство, — благодать крещения, — путь один: блудного сына, путь покаяния. Царствие Небес­ное обещано нищим духом, любящим Бога, тем, кото­рые терпят гонения за правду во имя Христа. Необ­ходимо самоотвержение, чтобы войти в него; пре­взойти фарисеев в правде, подражать мытарю в смирении, уподобиться малым детям, не озираться вспять на жизнь греха и мира. Чтобы жить жизнью этого Царствия, нужно питаться Хлебом Небесным — Христом, Его Плотию и Кровию, — словом, в него истинно (хотя и постепенно) входят и в нем пребы­вают исполняющие волю Божию, заповеди Христовы.

В чем же оно состоит? — В Евангелии. Апостолы преимущественно рассказывают о Самом Царе этого Царствия — как Христос воплощением, жизнью, чу­десами, крестной смертью и Воскресением Своим по­бедил врагов и основал Свое Царство; каково это Царство — мы узнаем из Евангелия преимуществен­но лишь иносказательно, в притчах. Грубость сердца слушателей (Мф. 13, 15), невосприимчивость к ду­ховному принуждали Спасителя говорить о Царствии Божием почти исключительно в притчах. Только Апостолы, как достойные того, получали иногда объяснения этих иносказаний. «Вам дано знать тайны Царствия Божия, а им (остальным слушателям. — С. М.) не дано». Особенно в прощальной беседе Спа­сителя с учениками (по Евангелию от Иоанна), пре­имущественно перед другими местами Евангелия, раскрывается уже без притчи это обитание, пребывание, воцарение Бога в праведных христианах и пло­ды этого воцарения: вера, любовь, истина, благодать Духа, исходящего от Отца, — то, что собирает воеди­но учеников Христовых.

Но в проповеди ко всему народу — лишь о путях в Царствие Божие. Спаситель говорит открыто о пу­тях покаяния, смирения, милостыни, любви и о том, что Царствие Божие приблизилось, достигло земли. О самом же Царствии, о внутренних его свойствах, иносказания остаются не объясненными. Что значат жемчужина, сокровище, которым подобно Царствие Божие? Что это за закваска? Что значат невод, пир и другие подобия? Как это — рождаются свыше? Как питаются хлебом Небесным сыны Царствия? — Словом, вся внутренняя жизнь Царствия Божия ос­тается не объясненной в Евангелии. Апостолами оно раскрывается уже в Посланиях и Деяниях, и то по мере нужды и восприимчивости слушателей: «...я не мог говорить с вами, братия, как с духовными... по­тому что вы еще плотские. Ибо есть между вами за­висть, споры, разногласие» (ср.: 1 Кор. 3, 1, 3). Так душевный, плотский человек, в противоположность духовному, не постигает области Духа, хотя бы и на­зывался христианином.

Наиболее открыто говорят об этом Царстве Духа, об этой жизни во Христе (о Царстве истины, любви и света, который уже светит) Апостол Иоанн Бого­слов и Апостол Павел.

Апостол Иаков в своем Послании учит больше о препятствиях на пути к Богу и Его Царствию, о том, как противостать диаволу, чтобы он бежал, и поко­риться Богу, чтобы Он приблизился. Апостол Петр — преимущественно о том, как вовне должен прояв­ляться «сокровенный сердца человек в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа» (1 Пет. 3, 4), проявляться в жизни семейной, церковной и обще­ственной. Но и он ясно намечает, как каждый христианин призван устроить из себя «дом духовный» (1 Пет. 2, 5), в котором обитает Бог, как, «удалив­шись от господствующего в мире растления похо­тью», должны мы соделаться «причастниками Божес­кого естества» (2 Пет. 1, 4).

Но особый дар был дан Апостолам Иоанну Бого­слову и Павлу раскрывать тайны Царствия Божия, поскольку дано вместить слову. Никто яснее и полнее их не раскрывал в своих писаниях эту жизнь, которою «во Христе Иисусе живут не по плоти, а по Духу», ибо во Христе Иисусе освобождение наше от закона греха и смерти, от жизни мира и суеты.

«Для сего-то и явился Сын Божий (в мир), чтобы разрушить дела диавола» (1 Ин. 3, 8), и «Мы знаем, что мы перешли из смерти в жизнь, потому что лю­бим братьев» (1 Ин. 3, 14); «что мы любим детей Божиих, узнаем из того, когда любим Бога и соблю­даем заповеди Его» (1 Ин. 5, 2); кто не любит — не познал Бога, потому что «Бог есть любовь», «пребы­вающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Ин. 4, 16); «что мы пребываем в Нем и Он в нас, узнаем из того, что Он дал нам от Духа Своего» (1 Ин. 4, 13). Так что уже «Дух Божий живет в нас» (ср.: Рим. 8, 9; 1 Кор. 3, 16). «Если кто Духа Хрис­това не имеет, тот и не Его. А если Христос в вас, то тело мертво для греха, но дух жив для праведно­сти» (Рим. 8, 9-10), а плоды Духа: «любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кро­тость, воздержание» (Гал. 5, 22-23).

Вот оно, достигшее земли Царствие Божие. «Ибо Царствие Божие... праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14, 17). Праведность не от зако­на, а от Духа; мир не такой, какой мир дает; радость не от пищи и от пития, не та, которою утешаются люди мира сего. Праведность и мир и радость в Духе Святом — это жизнь в Духе Святом. Поэтому, чтобы войти в нее, недостаточно родиться обычным рождением плотским, а нужно родиться свыше от воды и Духа — от Бога. Нужно освободиться Духом Святым от диавола и проходить под руководством Духа путь покаяния, самоотвержения и любви, дабы, «как грех царствовал (а грехом диавол. — С. М.)... так и благо­дать воцарилась... Иисусом Христом» (Рим. 5, 21). Тем, кто идут верой и любовью, открывается «сво­бодный вход в вечное Царство Господа нашего... Иисуса Христа» (2 Пет. 1, И).

Он — Глава этого Царства не от мира сего и свя­зан с сынами этого Царства, как лоза с ветвями, на-пояя их Своею жизнью, как глава с членами тела, сообщая им Свой Дух (в крещении, покаянии, при­общении, через молитву, проповедь, исцеление), пита­ет их Своей Плотью и Кровью. Без Него, без обще­ния с Ним, ветви — члены — не могут творить ни­чего подлинно ценного, доброго, созидать Царствие Божие в себе и в других. Апостол Павел подробнее остальных Апостолов говорит об устроении этого Царствия наподобие тела, где верующие — члены: Христос поставляет для созидания этого тела «одних апостолами, других пророками, иных евангелистами, иных пастырями и учителями, к совершению (к уст­роению, приготовлению. — С. М.) святых (истинных членов этого Царствия. — С. М.) на дело служения, для созидания тела Христова» — его Церкви, Его Царствия (Еф. 4, 11-12). Через Церковь Христос возглавляет человечество, обожает его. Вспомним, что это созидание творится неприметным для внешнего взгляда образом (Лк. 17, 20), ибо плевелы и пшени­ца, хорошие и худые рыбы смешаны до времени в пределах земного Царства Христова — исторической Церкви, и не виден рост и созревание зерна, а потом колоса — сынов Царства, затерянных среди плевелов, среди соблазнов (в Церкви и вне Церкви) и «делаю­щих беззаконие» (Пс. 100, 8). Только после Второго Пришествия, когда Христос Царствие Свое передаст Богу и Отцу, в мире открыто для всех воссияет Свет Пресвятой Троицы. Обнаружится вполне ясно и для нечестивых веками создававшееся здание Божие. Ныне же Христос царствует ощутительно, как Царь и Глава, лишь над добровольно Его принимающими и лишь чрез свободное исполнение Его воли и через участие в Его Таинствах и Духе, через молитву и веру к Нему приближающихся. «Приблизьтесь к Богу, и приблизится к вам» (Иак. 4, 8).

Таким образом, вся проповедь Евангельская и апо­стольская была проповедью Царствия Божия, была созиданием его, ибо возвещала, как «послушанием истине чрез Духа, очистив души» свои (1 Пет. 1, 22), достигать любви Бога и Отца, благодати Господа Иисуса Христа и причастия Святого Духа — дости­гать Царствия Божия; достигать такого устроения жизни и души, когда она служит Богу вся до малей­шего своего проявления, когда она вся — любовь к Богу в мысли, в крепости, в разумении.

Царствие Божие есть, прежде всего, Царство бла­годати в мире и душе верных — мир с Богом, едине­ние с Богом, проникновение твари Богом. Конечное завершение этого Царствия выражено словами: «И будет Бог всяческая во всех» (1 Кор. 15, 28. Цитата приведена на церковнославянском языке; в русском Синодальном переводе: «да будет Бог все во всем»), а это достигнуто будет в полной мере уже после об­щего Суда и Воскресения.

^ Но начало Царствию Божию уже положено здесь на земле Христом Спасителем — победою над грехом, смертью и диаволом, открытием входа еще здесь на земле в царство истины, света, любви, бла­годати. Дело христиан — входить в это Царствие Бо­жие еще здесь на земле, чтобы быть участниками полного торжества его во Втором Пришествии Спа­сителя, созидать из себя дом духовный, в котором обитает Бог.

Деяния Апостольские повествуют нам, как учени­ки Христовы, облекшись в день Пятидесятницы си­лою свыше, то есть крещением от Духа приобщив­шись Царствию Божию, понесли в мир это примире­ние с Богом и эту жизнь с Богом. Здесь мы узнаем, как под водительством и главенством Христовым — или через непосредственное Его явление, или через внушение Духа Святого — они проповедовали и на­саждали Царствие Божие, убеждая людей покаяться, креститься, принять Духа Святого и отныне жить не по воле греховной, диавольской, а по воле Божией, под водительством Божиим. Они учреждали нужные для этого таинства, нравственные правила, ставили для руководства епископов, отвращали от лжеучите­лей-еретиков, собирали людей на молитву, побуждали на милостыню, отсекали лжебратию (Ананию и Сап­фиру, Симона Волхва) (см.: Деян. 5, 1-11; 8, 9-24). Словом, они возвещали людям всю волю Божию, «день и ночь непрестанно со слезами» (Деян. 20, 31) уча каждого всенародно и по домам, приобщая чело­вечество благодати Духа, созидая Царствие Божие — святую и единую Церковь.

 

^ Церковь как Царствие Божие на земле

 

Евангелие Царствия Христова еще при жизни Апостолов и их ближайших сотрудников огласило едва ли не всю вселенную. Оно преодолело преграды греко-римского мира и присоединило к Царству Хри­стову такие народы, которые не знали римского вла­дычества. Таковы впечатления христиан-современни­ков. В Персии, в Индии, в Эфиопии, в «отдаленной Британии», недоступной тогда для римлян, но покор­ной Христу, во многих иных неизвестных странах и на островах стала известна христианская вера. Это было, по христианскому убеждению, не распростране­нием отвлеченного знания о Христе и не только вестью о Его грядущем Царствии — это было распрос­транение власти и царства Невидимого для внешне­го мира Царя Христа.

Во всех местах, свидетельствует Тертуллиан о II ве­ке, прославляется имя Иисуса Христа, Который уже пришел и царствует среди верующих Ему11.

Имя и власть Его проникают во все концы все­ленной. «Повсюду веруют в Него, — говорит Тертул­лиан далее, — везде Он царствует... Нет варвара, ко­торый не был бы принят от Него с радостью. Нет такого звания и состояния, которое бы могло тут пользоваться особым преимуществом. Он ко всем одинаков, над всеми равно властвует». Заметим, что это писалось в эпоху жестоких гонений, при внешней придавленности христиан.

Сознание, что Христос воцарился и что Он среди верных Ему есть и будет, не покидало первых христи­ан среди тех жестоких мучений, которыми пытался древний мир оторвать христиан от их Царя и Бога. Перед лицом римского судьи, когда такое свидетель­ство было равносильно смертному приговору или яв­лялось продолжением превышавших человеческие силы мучений, они неизменно и твердо свидетельство­вали о Христе как о своем Царе и Боге, и что это Он, Христос, подает им «силы переносить огонь» и всякие другие муки, какими их испытывали. Свидетельствова­ли это (как, например, епископ Поликарп Смирнский) «с твердостью и великою радостью», — и «Божествен­ная благодать светилась» при этом «в лице его»12. Понятно, что такая смерть, такая кровь, пролитием которой, по выражению приговора над святым Кип­рианом Карфагенским, должна была «утвердиться дис­циплина» (то есть язычество), которая должна была задушить, запугать христиан, — послужила «семенем христианству». Известно, сколько обращений ко Хри­сту было следствием таких победоносных страданий и такой радостной смерти. «Это было, — по словам Тертуллиана, — царственное красноречие». В своей по­беждающей смерть любви (Игнатий Богоносец), в сво­их страданиях эти мученики — мужчины, женщины, дети христианские — всё более соединялись со Хрис­том, в самых страданиях обретая величайшую радость. Так что особенностью христианских мучеников была любовь и именно особая благодатная радость, которая светилась в их подвиге. Страдания и смерть не просто переносились ими как тяжелое и неизбежное зло, а попирались царственно любовью и благодатью. «Муче­ники шли веселые на свой подвиг, — свидетельствует, например, описание кончины мучеников Лионских (177 год), — в их лицах выражалось сочетание досто­инства с приятностью» (Акты Лионских мучеников по Евсевию. V. 1)13.

«Можно ли было быть свидетелем твердости како­го-либо мученика и не быть пораженным и не искать разрешить загадку, какую имел перед собою?!» — восклицает Тертуллиан14.

У кого было искать ответа, как не у самих стра­дальцев, которые неизменно и твердо свидетельство­вали, что это Христос, царствующий и среди них пребывающий невидимо, в ответ на их веру и лю­бовь подает им терпение, и силу, и радость, когда их собственные силы изнемогают. Вот почему там, где язычество думало видеть поражение, христиане чув­ствовали победу — победу Христа над страданием и смертью. Вот почему Мученические акты наряду с годом мира сего, царствованием такого-то императо­ра или таким-то консульством для обозначения вре­мени кончины мученика ставили: «Пострадал в цар­ствование Господа нашего Иисуса Христа» (Акты Поликарпа, Пиония, Акакия); ибо мученики и их ок­ружавшие сквозь страдание и смерть чувствовали это царствование уже наступившим.

То, что мученики свидетельствовали преимуще­ственно своими страданиями и смертью, святые отцывсех последующих веков раскрыли в своих описани­ях и засвидетельствовали всей своей жизнью.

Их писания, их жизнь и работа были направлены на то, чтобы как самим приобщиться Божественной жизни, принесенной на землю Христом, так и других ввести в Царствие Божие, которое с пришествием Христовым «достигло» земли (Мф. 12, 28).

Ибо «херувим» уже «отступил от древа жизни» и «аз райския пищи причащаюся» (стихира на Рожде­ство).

Каждый из святых отцов, смотря по нужде и в меру полученного им дара, или указывал путь в Цар­ствие Божие (как Климент Римский или Иоанн Зла­тоуст), или раскрывал самые свойства этого Цар­ствия (как Ерм или Макарий Египетский), или на­учал бороться с врагами его (как святой Антоний Великий или Иоанн Лествичник).

Иные ограждали сынов Царствия от ложных уче­ний и путей, отводящих от Бога, в меру, доступную человеку (святой Игнатий Богоносец или Афанасий Великий), давали отблеск этого Царства в мыслях и символах — в иконах, молитвах, песнопениях (Иоанн Дамаскин или Феодор Студит).

Строительство Царствия Божия открыто было свя­тому Ерму (II век) в виде построения единой и цельной башни, камнями в которую входят запечат­ленные Христом (книга «Пастырь»)15. Но башня уже основана и существует — нужно только быть достой­ными или хоть не вполне негодными, чтобы быть принятыми в ее состав, пока постройка не кончится.

Это «домостроительство» проходит златою цепью через все века16. Христос Спаситель собирает в Свое Царствие избранных и достойных того из рода в род.

Но Он не только собирает избранных Своих в Свое будущее Царство Славы после их смерти или кончины мира — но сейчас собирает, в Царство, ныне уже существующее, в которое можно и нужно войти еще здесь, на земле. Лишь духовная незре­лость, греховность, неполнота веры и любви препят­ствуют многим людям видеть сейчас Царствие Божие на земле и входить в него. «Ибо пришла полнота времен усыновления, — говорит святой Ириней Ли­онский, — и приблизилось Царство Небесное и жи­вет в людях верующих».

«Поэтому и в настоящее время, — по словам бла­женного Августина, — святые (еще здесь на земле) царствуют с Ним (со Христом), хотя иначе, чем бу­дут царствовать тогда (то есть в будущей, загробной жизни)». В чем различие? — Это поясняет преподоб­ный Макарий Египетский: «Иисус Христос ныне та­инственно озаряет душу и царствует в душе святых; но, оставаясь сокровенным от очей человеческих, едиными душевными очами действительно видим Христос до дня Воскресения, когда и самое тело по­кроется и будет прославлено тем светом Господним, какой еще ныне есть в душе человеческой, чтобы тогда и самому телу царствовать вместе с душою, еще ныне приемлющею в себя Царство Христово...»17

Эти святые души (истинные, живые члены Церк­ви), соединяемые и возглавляемые Христом, образу­ют Его Тело, Его Царство — Церковь благодатную.

Таким образом, Царствие Божие пришло не в от­дельных только разрозненных душах, но тот, у кого откроются благодатию Божиею глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать, ощутит в груде исторических фактов, лиц и учреждений церковных Единую Цер­ковь; узрит, что «и в настоящее время (как говорит блаженный Августин) Церковь есть Царствие Хрис­тово и Царствие Небесное». Только не все члены земной Церкви образуют это Царствие Христово, даже не все видят его, а не только участвуют в нем, ибо в ней плевелы перемешаны с пшеницею. Плевелы — люди, которые ищут земного, ищут своего, а не Иисус-Христова. Они, по словам блаженного Авгус­тина, не составляют в Церкви Царства Христова и не царствуют с Ним18. Они даже часто не видят и не знают Царствия Божия, и лукавый похищает у них из сердца самую мысль о Царствии Божием.

Всегдашнее царствование Христа, говорит святой Иоанн Кассиан Римлянин, наступает тогда (делается тогда в полной мере достоянием христианства), ког­да по истреблении из сердец наших смрадных поро­ков власть диавола прекращается и Бог, по причине благоухания добродетелей, начинает в нас владыче­ствовать. Тогда основывается в нас Царствие Божие19.

Царствие Божие, от которого отпало человечество грехопадением первых людей, вновь приблизилось пришествием Христовым, через Его крестную смерть и Воскресение, через сошествие Святого Духа вновь достигло земли и сделалось доступным еще здесь на земле.

Теперь уже от нас зависит с помощью благодати найти «путь Божий», который, по выражению святи­теля Филарета Московского, ведет «сперва к Цар­ствию Божию, которое внутри нас есть, потом к Цар­ствию Божию, которое на небесах».

Через все века пронесла Православная Церковь свое убеждение, свое знание, свой опыт, что для ис­тинно верующего Царствие Божие уже наступило, хотя «для некоторых не пришло еще во всей силе, а для некоторых и совсем не пришло».

Но это уже зависит не от того, что его нет на земле, а от нерадения и слабого искания его отдель­ными людьми. Даже более того: грозна и печальна вечная участь того христианина, который ни в какой степени еще здесь на земле не узрел и не вкусил, хотя бы в некоторой степени, Царствия Божия. «Ибо, — по словам преподобного Симеона Нового Богослова, — если ты говоришь, что не здесь, но по­сле смерти получат Царствие Небесное все горячо желающие его, то ты извращаешь слова Спасителя и Бога нашего».

«Внимай словам Божиим, внимай Апостолам и учи­телям Церкви, — говорит он по поводу этого, — послу­шай гласа Владыки, послушай слов Слова, как изъясня­ет Он Царствие Небесное, которое отсюда еще должны воспринять люди...». «Отсюда возжги светильник ду­ши твоей, прежде чем не наступит тьма и не затворены будут врата делания. Здесь Я бываю для тебя жемчужи­ной и покупаюсь. Здесь Я являюсь для тебя пшеницею и как бы зерном горчичным. Здесь Я бываю для тебя закваской и заквашиваю смешение твое. Здесь Я явля­юсь для тебя водою и огнем услаждающим. Здесь бы­ваю для тебя и одеждою и пищею и всяким напит­ком, — словом, здесь Я есмь Царствие Небесное, сокры­тое внутри вас», — так говорит Владыка о Своем Цар­ствии и о Себе. Но, хотя Царствие Божие наступило и христиане должны еще здесь на земле находить его, обитать в нем, обретать в нем своего Царя и Бога и со­единяться с Ним — находят Царствие Божие только ищущие, званые, желающие. «Бог, — говорит Симеон Новый Богослов, — будучи Царем всякой твари, над од­ними людьми хочет царствовать по воле их, как и над ангелами царствует по воле их». Как Творец и Промыслитель, Он владеет всякой тварью, но в Свое Царство благодатное, где Он не только Владыка, но и Отец, не только грозный Судия, но и Друг, и Брат, и Глава, пост­радавший до смерти за Свое Царство, за Свое тело, — Бог вводит только желающих и добровольно его принимающих. «По сей причине и Господь наш Иисус Хрис­тос и Бог, соделавшись Человеком, — говорит Симеон Новый Богослов, — однородным с нами, и Учителем, убеждает (а не принуждает) соестественных братии Своих: "Ищите прежде Царствия Божия и правды Его", чтобы восцарствовать над ними по воле их». «В этом первый предмет проповеди», — говорит он далее, и по­этому, хотя Царствие Божие основано Богом, восста­новлено Кровию Христовою, но по своей свободной воле люди должны способствовать его созиданию в себе и вокруг себя.

Святой Григорий Богослов так говорит о Церкви как Царствии Божием: «Бог основал ее, а не чело­век», — но далее указывает и на людей: «Одни более, другие менее способствуют к совершению сего зда­ния, сей обители Христовой, сего святого Храма, по той мере, как они сами с нею сопрягаются и соединяются Духом Святым».

Царствие Божие (Церковь) созидается Богом, Бо­жественною благодатью, но благодать созидает, когда человек действительно, со всею искренностью возже­лает и взыщет это Царствие по указанию Христа и Его Церкви.

Многократно приходилось нам наталкиваться на по­требность иметь под руками какой-нибудь осязатель­ный ответ на вопрос: «Что такое Православная Цер­ковь?» Современная православная мудрость научает нас, что определить Церковь нельзя, ее можно только показать: «Приди и посмотри». Но где и что смотреть? Конечно, прежде всего православную жизнь во всех ее проявлениях: в богослужении, святых отцах, в старче­стве, в монастырях, в выдающихся пастырях и миря­нах, в иконе, в пении, в книгах... — словом, во всем, на что многообразно пролился Дух Божий на земле со времени первой христианской Пятидесятницы.

Но есть разряд людей, которые ищут прежде всего в книгах и через книги вход в «страну истины». Ка­жется, в Евангелии невысоко расценивается этот путь. Но и он не закрыт. Эта таблица пытается «книжно» отобразить жизнь Церкви, указать в каждом поколе­нии, начиная от Спасителя и Апостолов, кончая на­шим временем, к кому нужно прийти, на кого благо­говейно смотреть, кого слушать, чтобы узреть Истину в истории — Святую Православную Церковь. Вот те люди, в которых и через которых их Глава Богочело­век Иисус Христос строил Свою Церковь, Храм Бо­жий на земле, досязающий до неба, Царствие Божие. Их много больше, их неисчислимо много, они как звезды небесные, но мы пытались выбрать тех, кото­рые яснее и более осязательно, по-человечески осяза­тельно, проявились в жизни Церкви земной, в церков­ной письменности, в памяти современников, в памяти церковной как наиболее выдающиеся строители тайн Божиих. Это они — сердце и ум Церкви, в которых обитает и действует Дух и Ум Христов.

Мы надеемся, что более опытные и знающие до­полнят и в чем нужно исправят наши указания, ибо это, насколько мы знаем, первый опыт указать вехи для истории Церкви, православно понятой как созида­ние Тела Христова на протяжении веков. Для нагляд­ности мы разбили, как это обычно делают, каждый век на три поколения. В каждом поколении мы ука­зываем имена тех людей, в которых и вокруг которых всегда ярче видна духовная жизнь этого поколения. Эти люди освящали путь своих современников, откры­вали им волю Божию примером и словом, вокруг них и через них строилось в Церкви все, что в ней есть вечного, Божественного. Это — столпы и утверждения церковные. Всё, что поется, созерцается, что читается как истинное, исполняется как верное, почитается как святое в Православии, — все Предание Церковное, связанное с этими именами. Они указаны в параграфе первом. Во втором параграфе каждого поколения ука­зывается, где особенно ярко процветала в это время жизнь Евангельская, благодатная. Указаны географи­ческие местности, города, страны, монастыри, где она с особой силой сосредоточивается в известную эпоху. Знакомясь с жизнью этих средоточий, мы видим, что сменяются страны, города, народы, области, мона­стыри, но единая жизнь благодатная течет неизменно. Замирая в одном месте, она вспыхивает в другом, то шире раскидываясь, то сосредоточиваясь в неболь­шом круге людей, но никогда не иссякает, обновля­ясь и обновляя в каждом поколении того, кто отзы­вается на призыв истины. Щедро изливающаяся бла­годать Духа не стесняется никакими пределами, гово­рит святой Киприан, лишь бы жаждало и было отверсто наше сердце20 .

В конце концов открывается вся эта жизнь как единое целое, как единый храм Божий, собравший в себя избранников из всех народов, стран и поколений.

Наконец, в третьем параграфе указываем, что про­честь, чтобы по возможности вплотную подойти к жизни, явившей себя в этих именах и средоточиях.

По возможности мы указываем творения самих действующих лиц или воспоминания их учеников, современников, составивших о них какое-либо жи­тие, — Акты мученические, Записки, Патерики и т. д.

В качестве пособия мы в конце некоторых веков указываем то, что может облегчить знакомство с ис­точниками первоначальными21.

 

^ I век

Земная жизнь Господа Иисуса Христа. Галилея, Иу­дея, Иерусалим. Святое Евангелие.

2-е поколение

1. Святые Апостолы: Иаков, Иоанн Богослов, Петр, Павел, Варнава и другие. Святые Евангелисты: Матфей, Марк, Лука.

2. Иерусалим, Антиохия, Рим. (Ефес.)

3. Деяния и Послания указанных Апостолов.

3-е поколение

1. Святой Апостол Иоанн Богослов, святой Климент Римский. (Святой Ерм.)

2. Ефес, Рим.

3. Послания и Апокалипсис Апостола Иоанна Бого­слова; Послания к Коринфянам святого Климента Рим­ского; книга «Пастырь» Ерма.

Пособия

История Церкви Евсевия Кесарийского; отчасти апо­крифы: «Успение Апостола Иоанна Богослова», «Му­ченичество равноапостольной Феклы» и др.; толкования святых отцов на Священное Писание, к примеру: Толко­вание святого Иоанна Златоуста на Евангелие и Деяния.

 

II век

1-е поколение

1. Святой Игнатий Богоносец, (святой Поликарп Смирнский), святой Ерм.

2. Малая Азия, (Сирия), Рим.

3. Послания святого Игнатия Богоносца; Учение 12 Апостолов — «Дидахи»; Мученические акты святого Игнатия Богоносца; книга «Пастырь» Ерма; Послание Поликарпа Смирнского.

2-е поколение

1. Святой Поликарп Смирнский, святой Иустин Фи­лософ. (Святой Мелитон Сардикийский.)

2. Малая Азия. (Рим.)

3. Мученические акты Поликарпа Смирнского, его Послание; Мученические акты и творения святого Иус­тина Философа; творения Иринея Лионского, (Посла­ние к Диогнету), творения апологетов.

3-е поколение

1. Святой Ириней Лионский, мученики Лионские.

2. Малая Азия, Галлия, Рим.

3. Творения святого Иринея Лионского, Послания о мучениках Лионских, Мученические акты Аполлония идругих Римских мучеников, (творения апологетов), тво­рения Тертуллиана и Климента Александрийского.

^ Пособия

История Церкви Евсевия Кесарийского. Мученичес­кие акты позднейших редакций.

 

III век

1-е поколение

1. Святой Ипполит Римский, мученики Карфаген­ские (Филицитата, Перпетуя и др.;) и Римские.

2. Рим, (Малая Азия), Карфаген.

3. Творения святого Ипполита Римского; Мученичес­кие акты Филицитаты, Перпетуи и др. (творения Ори­гена, Тертуллиана и Климента Александрийского); «Ок­тавий» Минуция Феликса. Мученические акты.

2-е поколение

1. Святой Киприан Карфагенский, святой Дионисий Александрийский, святой Григорий Чудотворец Неоке-сарийский.

2. Карфаген, (Рим), Малая Азия, Египет.

3. Творения святого Киприана Карфагенского, осо­бенно его письма и книги «О падших» и «О единой Церкви». (Творения: святой Дионисий Александрий­ский, Григорий Неокесарийский и его житие, написан­ное святым Григорием Нисским.)

3-е поколение

1. Святой Антоний Великий, святой Мефодий Патарский.

2. Египет, Малая Азия.

3. Житие святого Антония Великого, написанное свя­тым Афанасием Великим, и его письма к монахам. Тво­рения святого Мефодия Патарского. Мученические акты.

Пособия

История Церкви Евсевия Кесарийского.

 

IV век

1-е поколение

1. Преподобный Пахомий Великий (и Феодор), пре­подобный Антоний Великий, святой Николай Чудотворец, святой Спиридон Тримифунтский, святитель Алек­сандр Александрийский, первое поколение учеников преподобного Антония Великого, святой равноапостоль­ный Константин.

2. Египет.

3. Жития указанных святых; письмо епископа Аммона к Феофилу Александрийскому «О жизни Пахомия и Феодора»; Послание святого Александра Александрийско­го и другие документы по I Вселенскому Собору и исто­рии Церкви IV и V веков: Евсевия, Сократа, Созомена; «Достопамятные сказания» Феодорита, Древний Патерик.

^ 2-е поколение

1. Святой Макарий Великий, Египетский, святой Афанасий Великий, Александрийский, преподобный Антоний Великий, преподобный Иларион Великий, Па­лестинский.

2. Египет. (Палестина, Сирия, Каппадокия.)

3. Творения преподобного Макария Египетского (и его житие); творения Афанасия Александрийского; Древний Патерик (или «Достопамятные Сказания»), «История монахов» Руфина, «Лавсаик» Палладия Еле-онского.

^ 3-е поколение

1. Святители Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст, святой Мелетий Антиохийский, препо­добный Ефрем Сирин, святитель Амвросий Медиолан­ский, святитель Григорий Нисский, блаженный Иеро­ним Стридонский и его друзья.

2. Египет, Сирия, Каппадокия, Константинополь, Па­лестина, Италия.

3. Творения трех святителей (особенно Литургия), их жития и других указанных святителей; «Лавсаик» Пал­ладия (связь Златоуста с египетскими подвижниками по «Лавсаику»); «Собеседование» преподобного Иоанна Кассиана Римлянина; «История монахов» Руфина.

^ Пособия

История Церкви — Евсевия Кесарийского, Сократа, Созомена и Феодорита.

 

V век

1-е поколение

1. Святой преподобный Исидор Пелусиот, святой Кирилл Александрийский, (блаженный Феодорит Кир­рский, святой Симеон Столпник,) преподобный Иоанн Кассиан Римлянин, блаженный Иероним.

2. Египет, Сирия. (Италия с Галлией, Палестина, Карфаген.)

3. Творения преподобного Исидора Пелусиота, свято­го Кирилла Александрийского, блаженного Феодорита Киррского (особенно «История Боголюбцев»), преподоб­ного Иоанна Кассиана Римлянина, блаженного Августи­на (особенно его «Исповедь»), блаженного Иеронима. Жития преподобных Египта: Паисия Великого, Виссари­она, Пимена Великого, Арсения Великого и др.; «Досто­памятные Сказания». Деяния III Вселенского Собора.

^ 2-е поколение

1. Преподобный Симеон Столпник, (блаженный Фе­одорит), святой Лев Великий, папа Римский, блажен­ный Диадох, епископ Фотики, святой Евфимий Вели­кий, преподобный Исихий Иерусалимский, преподоб­ный Нил Постник Синайский.

2. Сирия, Италия (с Галлией), Палестина и Карфаген.

3. Житие преподобного Симеона Столпника (Великие Четьи-Минеи), «История Боголюбцев» блаженного Фео­дорита и некоторые его письма (о примирении с Иоан­ном Антиохийским); творения преподобного Нила Си­найского и святого Льва, папы Римского, блаженного Диадоха (в «Добротолюбии» и отдельно); житие препо­добного Евфимия Великого; творения преподобного Иси­хия Иерусалимского; Деяния IV Вселенского Собора.

^ 3-е поколение

1. Святой Евфимий Великий, преподобный Феодо­сий Великий, преподобный Иоанн Козанит и преподоб­ный Савва Освященный, Авва Филимон, святой Роман Сладкопевец.

2. Палестина, Константинополь, Сирия.

3. Жития палестинских святых: Евфимия, Феодосия,

Саввы и др. Творения Аввы Филимона и святого Рома­на Сладкопевца.

 

VI век

1-е поколение

1. Преподобный Зосима Палестинский, преподобный Савва Освященный, преподобный Феодосий Великий, преподобный Венедикт Нурсийский, святой Ефрем, пат­риарх Антиохийский.

2. Палестина, Финикия, Италия и примыкающие страны.

3. Наставления Аввы Зосимы («Добротолюбие» и у Аввы Дорофея), житие преподобного Макария Египетс­кого (и у историка Евагрия об Авве Зосиме), житие пре­подобного Саввы, Феодосия; Беседы Григория Двоеслова.

2-е поколение

1. Преподобный Варсонофий Великий (и Иоанн Пророк), святой Венедикт Нурсийский и его ученики; ученики преподобного Саввы Освященного.

2. Палестина, Италия.

3. Творения преподобного Варсонофия и Иоанна Пророка («Вопросы и ответы» и житие преподобного Варсонофия); «Луг Духовный» — то, что относится к середине VI века; Беседы святого Григория Двоеслова и другие его сочинения; Деяния V Вселенского Собора.

3-е поколение

1. Преподобный Авва Дорофей, (блаженный Иоанн Мосх,) святой Григорий Двоеслов (Великий, папа Рим­ский), святой Григорий Акраганский.

2. Палестина, Италия, (Египет, Синай.)

3. Творения Аввы Дорофея и Григория Двоеслова, житие святого Григория Акраганского («Луг Духов­ный», Великие Четьи-Минеи).

 

VII век

1-е поколение

1. Святой Софроний, патриарх Иерусалимский, свя­той Иоанн Милостивый, блаженный Иоанн Мосх, преподобный Георгий Хозевит, блаженный Леонтий Иеру­салимский, преподобный Антиох.

2. Палестина, (Синай), Египет.

3. Творения святого Софрония («Луг Духовный»), творения Леонтия Иерусалимского, святого Модеста Иерусалимского и «Пандекты» преподобного Антиоха; житие преподобного Георгия Хозевита, мученика Анас­тасия Перса; житие святого Иоанна Милостивого.

2-е поколение

1. Святой преподобный Иоанн Лествичник, препо­добный Максим Исповедник, святой Мартин Исповед­ник, папа Римский, авва Фалассий.

2. Синай, (Палестина), Ливия, (Африка).

3. «Лествица» преподобного Иоанна Лествичника, творения и житие преподобного Максима Исповедника, житие святого Мартина, папы Римского, творения аввы Фалассия, Синайский Патерик.

3-е поколение

1. Преподобные Анастасий Синаит и святитель Анд­рей Критский.

2. Синай. (Палестина, Сирия.)

3. Творения преподобного Анастасия Синаита (осо­бенно «Вопросы и ответы» и «Слово на Преображе­ние»), Поучения и песнопения преподобного Андрея Критского, Деяния VI Вселенского Собора.

 

VIII век

1-е поколение

1. Преподобный Исаак Сирин, святой Герман, патри­арх Константинопольский.

2. Сирия (и Палестина), Константинополь.

3. Поучения святого Исаака Сирина (там же о жиз­ни современных ему подвижников), творения Германа Константинопольского, житие преподобномученицы Фео­досии; творения Иоанна Дамаскина (ранние).

2-е поколение

1. Святой Иоанн Дамаскин, преподобномученик Сте­фан Новый и другие Вифинские подвижники.

2. Палестина, Вифиния.

3. Творения и песнопения святого Иоанна Дамаскина и Космы Маиумского, жития Стефана Нового и Иоанна Дамаскина.

3-е поколение

1. Преподобный Платон Исповедник (и преподобный Феодор Студит), святой Тарасий, патриарх Константи­нопольский, преподобный Феофан Сигриан, преподоб­ный Стефан Чудотворец.

2. Вифиния, Палестина.

3. Слово о преподобном Платоне (Слово о матери) и другие ранние творения Феодора Студита (частью житие Феодора Студита). Житие святого Тарасия Константино­польского. Деяния VII Вселенского Собора. Житие пре­подобного Стефана Чудотворца.

 

^ IX век

1-е поколение

1. Преподобный Феодор Студит, святой Никифор, патриарх Константинопольский, преподобные Феодор и Феофан Начертанные, Феофан Сигрианский, святой Феодор Едесский.

2. Вифиния, Константинополь, Палестина.

3. Творения и жития Феодора Студита и патриарха Никифора, жития Феодора и Феофана Начертанных и Феофана Сигрианского.

2-е поколение

1. Преподобный Иоанникий Великий, святой Мефо­дий, патриарх Константинопольский, равноапостольные Кирилл и Мефодий, просветители славян. Святой Фео­дор Едесский.

2. Вифиния, Константинополь, Сирия. (Палестина.)

3. Жития: преподобного Иоанникия Великого, равноапо­стольных Кирилла и Мефодия, просветителей славян; свято­го Мефодия, патриарха Константинопольского; житие и тво­рения святого Феодора Едесского; житие Николая Студита.

^ 3-е поколение

1. Преподобный Иосиф Песнописец, святой Мефо-дий, просветитель славян, блаженный Фотий, патриарх Константинопольский, святой Антоний Кавлей, патри­арх Константинопольский, преподобный Григорий Хан-дзитийский (Грузия), преподобный Евфимий Новый, южноиталийские подвижники (греки).

2. Константинополь, славянские страны, Афон, Ви-финия, юг Италии, Грузия.

3. Жития и творения: преподобного Иосифа Песно-писца, святого Мефодия, просветителя славян; житие святого Антония Кавлея, Евфимия, патриарха Констан­тинопольского, и Евфимия Нового, преподобного Григо­рия Хандзитийского, жития южноиталийских святых; творения блаженного Фотия Константинопольского (особенно его письма).

Пособия

Соколов И. И. Состояние монашества в Византийской Церкви с половины IX века до половины XIII века. Казань, 1894. Житие равноапостольных Кирилла и Ме­фодия (см. Книгу для чтения по Истории средних ве­ков под ред. П. Виноградова. Вып. 2-й).

 

^ X век

1-е поколение

1. Преподобный Михаил Малеин, преподобный Анд­рей, Христа ради юродивый, преподобный Василий Но­вый, блаженный Симеон Метафраст, святой Евфимий, патриарх Константинопольский, святой Петр Аргосский, святой Климент Величский (Охридский).

2. Константинополь, Вифиния. (Юг Италии.)

3. Жития: преподобного Михаила Малеина, препо­добного Андрея Юродивого, преподобного Василия Но­вого, святого Евфимия, патриарха Константинопольско­го. Творения: блаженного Симеона Метафраста, патри­арха Николая Мистика, Петра Аргосского; житие и тво­рения святого Климента Величского.

^ 2-е поколение

1. Преподобный Афанасий Афонский, преподобный Симеон Благоговейный, преподобный Лука Элладский,

преподобный Фантин Калабрийский (Фессалоникий-ский), преподобный Павел Латрский.

2. Афон, Константинополь, юг Италии (особенно Калабрия), Эллада.

3. Житие преподобного Афанасия Афонского, его Устав и другие творения. Поучения преподобного Симе­она Благоговейного (о нем см. в «Словах» преподобно­го Симеона Нового Богослова). Жития преподобного Луки Элладского, преподобного Фантина и других юж­ноиталийских подвижников. В житии преподобного Нила Россанского о преподобном Павле Латрском.

^ 3-е поколение

1. Преподобный Нил Россанский, преподобный Симе­он Новый Богослов, преподобный Афанасий Афонский, преподобный Никон Метансит, равноапостольная Ольга.

2. Афон, юг Италии, Эллада, Константинополь, Русь.

3. Житие преподобного Нила Россанского, Завещание преподобного Афанасия Афонского и творения преподоб­ного Никона Метанеита; ранние «Слова» преподобного Симеона Нового Богослова и его житие. Пролог.

 

^ XI век

1-е поколение

1. Преподобный Симеон Новый Богослов, преподоб­ные Иоанн и Евфимий Афонские, преподобный Симе­он (инок Синайский), преподобный Лазарь Галисийс­кий, равноапостольный Владимир, преподобный Анто­ний Печерский.

2. Константинополь, Афон, Синай, Палестина, Малая Азия, юг Италии, Русь.

3. Житие Симеона Нового Богослова и его творения. Жития преподобных Лазаря Галисийского и Симеона, инока Синайского; житие Иоанна и Евфимия, Афон­ский Патерик. «Повесть временных лет» (о равноапо­стольном князе Владимире).

^ 2-е поколение

1. Преподобный Никита Стифат, блаженный Иоанн Евхаитский, преподобный Лазарь Галисийский, препо-добные Антоний и Феодосий Печерские, преподобный Варфоломей Криптоферратский, преподобный Ефрем Переяславский, Георгий Иверский; связь преподобного Феодосия Печерского со Студитским монастырем вре­мени Никиты Стифата.

2. Константинополь, Афон, Киев, Антиохия.

3. Жития указанных святых; творения преподобного Никиты Стифата; Печерский Патерик, «Повесть вре­менных лет».

3-е поколение

1. Преподобный Мелетий Миупольский, блаженный Иоанн Евхаитский, преподобный Никон Черногорец (около Антиохии), первые ученики преподобных Анто­ния и Феодосия Печерских, блаженный Феофилакт Болгарский, Филипп Пустынник.

2. Константинополь, Антиохия, Киев, Русь.

3. Житие преподобного Мелетия Миупольского; тво­рения блаженного Иоанна Евхаитского, Феофилакта Болгарского, Филиппа Пустынника, «Диоптра», творе­ния Никона Черногорца; Печерский Патерик.

 

XII век

1-е поколение

1. Печерские подвижники (преподобный Никола Святоша и др.), блаженный Феофилакт Болгарский, Владимир Мономах.

2. Киев, Русь, Константинополь, славянские земли.

3. Печерский Патерик и «Повесть временных лет»; творения блаженного Феофилакта Болгарского, житие преподобного Мелетия Миупольского. Поучение Влади­мира Моиомаха.

2-е поколение

1. Преподобная Евфросиния Полоцкая, преподобный Петр Дамаскин, святой Леонтий, патриарх Иерусалим­ский, Николай, игумен Странтский.

2. Киев, Русь, Палестина. (Юг Италии.)

3. Житие преподобной Евфросинии Полоцкой; творе­ния преподобного Петра Дамаскина; житие святого Ле-

онтия Иерусалимского, Путешествие Фоки; творения Николая, игумена Странтского.

3-е поколение

1. Преподобные Кирилл и Лаврентий, епископы Ту­ровские, преподобный Симеон Сербский, преподобный Савва Сербский, Николай Странтский.

2. Киевская Русь, Афон, Палестина, юг Италии.

3. Печерский Патерик; творения и молитвы препо­добного Кирилла Туровского; житие преподобного Си­меона и преподобного Саввы Сербского; творения Ни­колая Странтского (Гидрутского).

 

XIII век

1-е поколение

1. Преподобные Авраамий Смоленский и Савва Серб­ский.

2. Киев, Русь, Афон, Сербия.

3. Житие преподобного Авраамия Смоленского. Жи­тие и творения преподобного Саввы Сербского.

2-е поколение

1. Преподобный Мелетий Галасийский, Арсений (на­ставник преподобного Григория Синаита), Арсений, пат­риарх Константинопольский; мученики из-за унии (на Афоне и др.); святой князь Александр Невский.

2. Малая Азия (Галасийская область), Афон, Север­ная Русь.

3. Творения преподобного Мелетия Галасийского («Восторгнутые класы» в сборнике Паисия Величковско-го); житие преподобного Григория Синаита, святого Александра Невского, сведения о патриархе Арсении Константинопольском в византийской истории и др., Афонский Патерик.

^ 3-е поколение

1. Святой Феолипт Филадельфийский, святой Афа­насий, патриарх Цареграда, святитель Петр, митрополит Московский, преподобный Петр Ордынский.

2. Константинополь, Афон, Малая Азия, Галасийский монастырь, Ростов.3. Творения преподобного Феолипта Филадельфий­ского («Добротолюбие»), житие святого Афанасия, патри­арха Цареградского (и его письма), житие Петра Ордын­ского, житие святителя Петра Киевского и Московского.

 

^ XIV век

1-е поколение

1. Преподобный Максим Капсокаливский, преподоб­ный Григорий Синаит и его ученики; святые сербские: Даниил, Стефан и др.; святой Петр, митрополит Киев­ский и Московский.

2. Афон, Сербия, Ростов (средняя и северная Россия).

3. Житие Григория Синаита и его творения, житие преподобного Максима Капсокаливского, житие святителя Петра Московского (написанное Прохором Ростовским).

^ 2-е поколение

1. Святитель Григорий Палама, преподобный Сергий Радонежский, святители Филофей и Каллист, патриархи Константинопольские, святитель Алексий, митрополит Московский, преподобный Савва (Афон), Нил Кавасила.

2. Афон, Константинополь, средняя Россия (Москов­ский край).

3. Житие (Филофеево) Григория Паламы и его творе­ния, творения Каллиста Патриарха и святого Алексия, жития указанных святых, творения Нила Кавасилы.

3-е поколение

1. Преподобный Сергий Радонежский, патриарх Каллист и Игнатий Ксанфопулов святитель Стефан Пермский.

2. Афон, Константинополь, средняя Россия.

3. Житие преподобного Сергия и летописные сведе­ния о нем; творения патриарха Каллиста и Игнатия Ксанфопулоса, святителя Стефана Пермского и учени­ков преподобного Сергия.

 

^ XV век

1-е поколение

1. Преподобный Кирилл Белоезерский, блаженный Симеон Солунский, преподобные Никон Радонежский,

Афанасий Высоцкий, ученики и друзья преподобного Сергия Радонежского.

2. Северная Россия, Московский край, Афон, Со-лунь, Константинополь.

3. Житие преподобного Кирилла Белоезерского; ле­топись и другие сведения о преподобном Никоне и Афанасии Высоцком; творения блаженного Симеона Солунского.

2-е поколение

1. Преподобный Пафнутий Боровский, блаженный Марк Ефесский, патриарх Геннадий Схоларий, святитель Иона Московский, преподобный Макарий Калязинский.

2. Средняя Россия, Константинополь. (Афон.)

3. Житие преподобного Пафнутия Боровского, творе­ния Марка Ефесского и Геннадия Схолария, житие Макария Калязинского.

3-е поколение

1. Преподобный Иосиф Волоколамский, преподоб­ный Нил Сорский, святой Нифонт Цареградский.

2. Северная Россия и Московский край, Афон.

3. Житие преподобного Иосифа Волоколамского и его творения, творения преподобного Нила Сорского, житие святого Нифонта Цареградского.

 

XVI век

1-е поколение

1. Преподобный Корнилий Комельский, преподобный Александр Свирский, преподобный Даниил Переяславс­кий, Иаков Новый.

2. Вологодский край, северная Россия, Афон.

3. Жития: преподобных Александра Свирского, Дании­ла Переяславского, Корнилия Комельского и его учеников (см. также Устав преподобного Корнилия Комельского).

2-е поколение

1. Преподобный Максим Грек; святые казанские: Гу­рий, Варсонофий и Герман; ученики Корнилия Комель­ского: преподобный Геннадий Костромской, Филипп Иранский и др.; святитель Филипп Московский.2. Казань, Волоколамский монастырь, Вологодский край.

3. Творения преподобного Максима Грека, жития ка­занских святителей, житие преподобного Геннадия Кос­тромского и других учеников преподобного Корнилия Комельского, житие святителя Филиппа Московского (сочинения князя Курбского, там же о святом Гурии Казанском и Максиме Греке).

^ 3-е поколение

1. Святой священномученик Дорофей, святой Ири-нарх Ростовский, блаженные ростовские и московские, преподобный Трифон Вятский, святитель Гермоген Мос­ковский, патриарх Иеремия II Константинопольский, святая Иулиания Лазаревская.

2. Северная Россия (Вятка), Ростов, Москва.

3. Житие преподобного Трифона Вятского; «Цвет­ник» , священномученика Дорофея; жития Иулиании Лазаревской, Иринарха Ростовского и др.; творения патриарха Иеремии Константинопольского (переписка с лютеранами).

 

XVII век

1-е поколение

1. Преподобный Дионисий Радонежский, святитель Гермоген Московский, преподобный Иринарх Ростовс­кий, преподобный Иов Почаевский, Никодим Хозьюрский (Кожеезерский).

2. Московский край, Ростов, северная Россия.

3. Житие преподобного Дионисия Радонежского (на­писано Симоном Азарьиным); творения святителя Гер­могена, житие преподобного Иринарха Ростовского, «Алфавит Духовный»; жития преподобного Иова Поча-евского и Никодима Кожеезерского.

^ 2-е поколение

1. Блаженный Иларион Суздальский; преподобномученик Афанасий Брестский; преподобный Макарий Ов-ручский. (Лазарь Баранович и его сподвижники.)

2. Флорищева пустынь, Украина (Чернигов).

3. Житие преподобного Илариона Суздальского; «Ди-ариуш» преподобного Афанасия Брестского, житие и описание его кончины; житие преподобного Макария Овручского.

3-е поколение

1. Святитель Димитрий Ростовский, святитель Фео­досий Черниговский, святитель Иоанн Тобольский, До-сифей Иерусалимский, блаженный Иларион Суздаль­ский.

2. Украина (Киев, Чернигов).

3. Житие и творения святителя Димитрия Ростов­ского и других указанных святых и писателей.

 

XVIII век

1-е поколение

1. Старец Иоанн Саровский, святитель Иоанн, мит­рополит Тобольский, старец Иов Соловецкий (Анзер-ский), преподобный Акакий Афонский, святитель Ди­митрий Ростовский.

2. Средняя Россия, Афон, Сибирь.

3. Автобиография Иоанна Саровского, его «Устав Саровской пустыни» и другие творения; творения свя­тителя Иоанна Тобольского, святителя Димитрия Рос­товского (поздние), жизнеописания Иова Соловецкого и преподобного Акакия Афонского (Афонский Патерик и у Григоровича-Барского).

^ 2-е поколение

1. Молдавские старцы — Михаил, Василий Мерлопо-лянский, старец Паисий Величковский; святитель Иоасаф Белгородский, старец Ефрем Саровский, старец Досифей Киевский.

2. Молдавия, Афон, Саров, Украина.

3. Жизнеописание Паисия Величковского с приложени­ями (творения Василия Мерлополянского); житие и дру­гие сведения о святителе Иоасафе Белгородском (собран­ные кн. Жеваховым); Описание Саровской Пустыни (о старце Ефреме и других Саровских старцах); Жизнь Досифея Киевского (в рукописи Синодальной библиотеки).

^ 3-е поколение

1. Саровские старцы — Пахомий, Назарий Валаамс­кий, Феодор Санаксарский; святитель Тихон Воронеж­ский, митрополит Гавриил Новгородский, старец Паи­сий Величковский, подвижники Брянских лесов — стар­цы Адриан, Василиск, Никодим Святогорец.

2. Саров, Воронеж, северная Россия, Афон, Молдавия.

3. Описание Саровской Пустыни и житие преподоб­ного Серафима; жизнеописание Феодора Санаксарского и воспоминания архимандрита Феофана Новоезерского; воспоминания келейника святителя Тихона Воронежско­го, его житие и творения; жизнеописание и письма мит­рополита Гавриила; жизнеописание и творения Паисия Величковского; жизнеописание Зосимы Верховского и написанное им житие старца Василиска.

 

^ XIX век

1-е поколение

1. Преподобный Серафим Саровский, архиепископ Антоний Воронежский, старец Лев Оптинский, старец Зосима Верховский, митрополиты Платон и Филарет Московские; затворник Георгий Задонский, старец Фи­ларет, игумен Глинский.

2. Саров, средняя Россия (Воронеж, Калужский край), Сибирь, Афон, Глинская Пустынь.

3. Жизнеописание преподобного Серафима Саровского, его наставления; «Летопись Саровского Дивеевского мона­стыря» архимандрита Леонида Чичагова; Беседы с Мотови-ловым. Жизнеописание и письма Льва (Леонида) Оптинс-кого, старца Зосимы Верховского, Моисея Оптинского; Творения митрополитов Платона и Филарета Московских: автобиография митрополита Платона, «Отзывы и мнения» Филарета Московского. Жизнеописание и письма Георгия Задонского. Жизнеописание и другие сведения об Антонии Воронежском. Жизнеописание Парфения Киевского.

^ 2-е поколение

1. Оптинские старцы Моисей, Макарий и другие; митрополиты Филарет Московский и Филарет Киев-

ский; архимандрит Антоний (ученик преподобного Се­рафима, наместник Троице-Сергиевой Лавры); старец Парфений Киевский; епископ Игнатий Брянчанинов; ученики старца Филарета Глинского.

2. Оптина Пустынь, Московский край, Киев, Глин­ская Пустынь.

3. Жизнеописания указанных лиц, их письма и тво­рения; «Странствия инока Парфения»; «Откровенные рассказы странника»; ранние творения епископа Феофа­на Затворника («Путь ко спасению» и др.).

3-е поколение

1. Старцы Амвросий и Иосиф Оптинские, епископ Феофан Затворник, протоиерей Иоанн Кронштадтский; иеросхимонах Александр Гефсиманский, старец Варнава.

2. Оптина Пустынь, Московский край. (Кронштадт — Петербург.)

3. Жизнеописания указанных лиц и их творения; «Моя жизнь во Христе» протоиерея Иоанна Кронштадт­ского.

Пособия

«Жизнеописания подвижников XVIII и XIX веков».

XX век

Кто внутренне усвоит жизнь и творения предыдущих поколений, тот найдет современных им преемников.






оставить комментарий
страница1/13
Дата04.10.2011
Размер3.18 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх