И. Г. Кармановой и академика рамн а. М. Вейна icon

И. Г. Кармановой и академика рамн а. М. Вейна


Смотрите также:
И. Г. Кармановой и академика рамн а. М. Вейна...
Программа дополнительного профессионального образования врачей по специальности пластическая...
Догово р по подготовке научных кадров высшей квалификации...
Положение о конкурсе выставлено на сайте: www...
31 января 2007 года Протокол №2, § 1...
Президиум российской академии медицинских наук постановление №43...
Программа II международного конгресса «кардиология на перекрестке наук»...
Предварительная программа первый день большой зал (1 этаж) открытие конференции приветствия: 10...
Программа II международного конгресса «кардиология на перекрестке наук»...
Региональная инновационная конференция Самара 20...
Биология под редакцией академика рамн профессора В. Н. Ярыгина Вдвух книгах...
Положение о премии им академика В. П. Алексеева и академика Т. И.  ...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9
вернуться в начало
скачать
^

МОБИЛИЗАЦИЯ ПАМЯТИ ВО СНЕ И ПРИНЯТИЕ ИНТУИТИВНЫХ РЕШЕНИЙ.


Лавров В.В., Рудинский А.В., Лаврова Н.М., Лавров Н.В.

Институт физиологии им.И.П.Павлова РАН. Санкт-Петербург, Россия.

E-mail: vasilylavrov@yandex.ru

^ MOBILIZATION OF MEMORY DURING SLEEP DEFINES MAKING THE INTUITIVE DECISIONS.

Lavrov V.V., Rudinsky A.V., Lavrova N.M., Lavrov N.V.

Pavlov Institute of Physiology of the Russian Acad. Sci. St-Petersburg, Russia.

Интеллект использует интуицию для принятия решений при недостатке достоверной полезной информации. Интуиция восполняет дефицит за счет наследственного и жизненного опыта, хранящегося в памяти. Во сне облегчается мобилизация памяти, поскольку снижена внешняя информационная нагрузка, вызванная шумовыми помехами и потоками бесполезной информации.

Цель данной работы – проверить предположение о том, что умение человека использовать интуицию для принятия решений при дефиците полезной информации связано со способностью мобилизовать память во сне или сноподобном состоянии. В ходе занятий, проводимых для тренировки способности использовать интуицию, 67 добровольных участников вспоминали ситуации, когда включение интуиции позволяло принять оптимальное жизненно важное решение. Все участники отметили, что сон или трансовое состояние, подобное сну, когда сознание не контролировало интеллект, было необходимым условием включения интуиции. В отмеченном состоянии интеллект, используя информацию, хранившуюся в памяти, не занимался прогнозом событий и не производил сравнительной оценки возможных вариантов решений. Осознание образа интуитивного решения сопровождалось вегетативной реакций, которая проявлялась индивидуально. Предлагается математическая модель использования наличной полезной информации и консолидированной памяти в процессе принятия интуитивных решений. Модель обращает внимание на дискретность информационных процессов. Поступающая информация подвергается целесообразной селекции и фрагментируется. Производится оценка весовых параметров фрагментов, определяемых значением для принятия решения. В условиях, когда недостаточно полезной информации для принятия решения, дефицит восполняется за счет памяти. Таким образом, модель иллюстрирует, как в условиях сна или сноподобного состояния, когда подавляется внешняя информационная помеха, происходит консолидация памяти и ее мобилизация для принятия интуитивного решения.

^ РЕОПНЕВМОГРАФИЯ В ДИАГНОСТИКЕ АПНОЭ: ВОЗМОЖНОСТИ И ОГРАНИЧЕНИЯ МЕТОДА.

Лышова О.В., Иванникова Л.В.

ГОУ ВПО «ВГМА им Н.Н. Бурденко Росздрава». Воронеж, Россия.

E-mail: lov@voronezh.net

^ RHEOPNEUMOGRAPHIC IN DIADNOSTICS OF APNEA: OPPORTUNITIES AND RESTRICTIONS OF A METHOD.

Lyshova O.V., Ivannikova L.V.

Burdenko Medical Academy. Voronezh, Russia.

По данным литературы, чувствительность метода реопневмографии в диагностике синдрома апноэ сна (САС) зависит от степени тяжести этого состояния. Цель: сравнить частоту выявляемости дыхательных пауз продолжительностью 10 с и более на реопневмограмме (РПГ) с данными ночного кардиореспираторного мониторирования (КРМ) у больных САС лёгкой и средней степени тяжести.

Материал и методы: мониторограммы 23 пациентов САС, из них у 14 лёгкая степень тяжести (индекс апноэ 5-14/ч, у остальных – средняя (индекс апноэ 15-29/ч). На опытном мониторе «Кардиотехника-06» (ЗАО ИНКАРТ, Санкт-Петербург) проводили полифункциональное 24-часовое мониторирование, в период сна – КРМ. Перед сном пациент (после предварительного инструктажа) накладывал дополнительные датчики – портативный пульсоксиметр и одноразовый носовой катетер. Движения в нижних отделах обоих лёгких регистрировали методом реопневмографии с электродов ЭКГ. Двигательная активность пациента оценивалась акселерометром, встроенным в регистратор. Апноэ на РПГ – это эпизоды полного отсутствия или снижения амплитуды (на 50% и более) дыхательных движений, на спирограмме – отсутствие потока воздуха на уровне носа. Проводили дифференцировку апноэ на типы.

Результаты. По данным КРМ проанализирован 2431 эпизод апноэ, при этом процентное соотношение апноэ центрального (ЦА) и обструктивного (ОА) генеза одинаковое. У 15 из 23 пациентов преобладали АО, у остальных ЦА. По данным РПГ совпадение результатов наблюдалось в 80,7% случаев. ЦА диагностировались в 100% случаев, ОА – в 65% от общего числа. У 9 из 23 пациентов количество не диагностированных апноэ было больше, поэтому 7 больных из 14 с САС лёгкой степени тяжести имели нормальные значения индекса апноэ.

Заключение. Обструктивные апноэ на РПГ могут оставаться не диагностированными при отсутствии существенных изменений или при увеличении амплитуды дыхательных движений грудной клетки пациента.

^ ЭВОЛЮЦИЯ СНА КИТООБРАЗНЫХ.

Лямин О.И.

ООО «Утришский дельфинарий». Москва, Россия;

Калифорнийский университет. Лос-Анджелес, США.

E-mail: oilyamin@yahoo.com

^ EVOLUTION OF SLEEP IN CETACEANS.

Lyamin O.I.

“Utrish dolphinarium Ltd.”. Moscow, Russia;

University of California. Los Angeles, USA.

Главными особенностями сна китообразных являются: 1) возможность движения во время сна; 2) сон с одним закрытым и другим открытым глазом; 3) однополушарный медленноволновый сон; 4) отсутствие или значительное сокращение продолжительности парадоксального сна. Предполагается, что три фактора – необходимость регулярно всплывать к поверхности воды для дыхания, осуществлять эффективную терморегуляцию, а также постоянный мониторинг окружающей среды – могли оказать решающую роль в формировании паттерна сна у всех живущих в настоящее время китообразных. Чередование сна в двух полушариях позволяет одному из полушарий постоянно находиться в бодрствующем (активированном) состоянии и представляется возможным решением проблемы сочетания сна и движения. Сочетание сна и движения, в свою очередь, позволяет регулярно всплывать к поверхности воды без пробуждения для дыхания. Однополушарный характер медленноволнового сна, дающий возможность спать во время плавания, а также отсутствие парадоксальной фазы сна в том в виде, в каком она существует у наземных млекопитающих, – важные адаптивные признаки сна китообразных, позволяющие значительно снизить потери тепла при обитании в водной среде. Наконец, риск подвергнуться нападению хищников и потерять контакт с другими особями группы может быть еще одним фактором, который определяет необходимость постоянного мониторинга окружающей среды во время сна у китообразных. Однополушарный сон с одним открытым глазом позволяет контролировать состояние окружающей среды бодрствующим полушарием. На настоящий момент трудно определить, какой из факторов оказал решающее значение в формировании структуры сна современных китообразных.

^ ВОЗРАСТНОЙ АСПЕКТ МЕДИЦИНЫ СНА: НЕЛЕКАРСТВЕННАЯ КОРРЕКЦИЯ РИТМА СЕРДЦА.

Маляренко Т.Н., Маляренко Ю.Е., Терентьев В.П., Софиадис Н.Ф.*

ФГУ «Центральный клинический санаторий им. Ф.Э.Дзержинского».

Сочи, Россия.

Университет Демокрита*. Греция.

E-mail: san@sochi.ru

^ AGE ASPECT OF SLEEP MEDICINE: NONMEDICAMENTAL CORRECTION OF HEART RHYTHM.

Malyarenko T.N., Malyarenko Yu.E., Terentjev V.P., Sofiadis N.Ph.*

Central Clinical F.E.Dzerzhinsky Sanatorium. Sochi, Russia.

Democritus University of Thrace*. Greece.

Как известно, старение человека сопровождается постепенной депривацией сенсорного притока, уменьшением энергетического потенциала мозга, последовательным разобщением регуляторных систем, ослаблением гипоталамического контроля. Развиваются расстройства ночного сна (Newman et al. J. Am. Geriatr. Soc., 2000). При этом ярко проявляется дизрегуляция кардиореспираторной системы, измененная барорецепторная чувствительность, повышенная мощность LF-компонента и недостаточное нарастание мощности HF-составляющей спектра сердечного ритма (СР), увеличение количества и тяжести наджелудочковых и желудочковых аритмий, которые вместе с повышением свертываемости крови представляют собой мультифакторный риск развития фатальных исходов в ночное время [Kryger, Roth (ed.). Principles a. practices of sleep medicine, 2005].

Цель нашей работы состояла в том, чтобы безлекарственными методами улучшить один из основных показателей качества жизни – сон и оптимизировать регуляцию СР во время ночного сна у людей 45-55 лет. Мы исходили из того, что сенсорные системы представляют собой “окна в мозг”, через которые можно эффективно управлять функциональным состоянием, в том числе, вегетативной регуляцией СР (Bykov, Malyarenko et al. J. Psychol. Spanish, 2006). Ранее нами было показано оптимизирующее влияние на регуляцию СР во время ночного сна у молодых взрослых людей сеансов классической музыки, проводимых в дневное время. В представляемом исследовании нами использовалось не только музыкальное (за 1 час до сна), но и приятное для испытуемых обонятельное воздействие малой интенсивности непосредственно перед и во время сна (запахи ЭМ лаванды или ладана, 1-2 капли ЭМ наносились на подушку). Установлено, что эти сенсорные притоки сами по себе, а особенно в комплексе с умеренной двигательной нагрузкой по 30-40 мин за 2-3 часа до сна) улучшают качество сна и оптимизируют регуляцию СР не только в ночное, но и в дневное время.

^ ОСОБЕННОСТИ РЕСПИРАТОРНОЙ ПОДДЕРЖКИ ПАЦИЕНТОВ С СИНДРОМОМ ПЕРЕКРЕСТА.

Маркин А.В., Шойхет Я.Н.

Алтайский государственный медицинский университет,

Городская больница №5. Барнаул, Россия.

E-mail: markinal@inbox.ru

^ PARTICULARITIES OF THE RESPIRATORY SUPPORT IN OVERLAP-SYNDROME PATIENTS.

Markin A.V., Shoykhet Y.N.

Altai State Medical University, Municipal Hospital №5. Barnaul, Russia.

Цель: Определить особенности проведения респираторной поддержки у больных с сочетанием синдрома обструктивного апноэ сна (СОАС) и хроническй обструктивной болезни легких (ХОБЛ).

^ Материалы и методы: Проанализировано 192 случая СОАС (158 мужчин, 34 женщины в возрасте от 32 до 74 лет). Для диагностики СОАС использовались клинические критерии, полисомнографическое исследование (Embla N7000). Лечение проводилось аппаратами AutoSet Spirit и VPAP III ResMed, концентратором кислорода Allience.

Результаты: У 80 больных (41,6%) выявлена тяжелая, у 61 (31,8%) – среднетяжелая, у 51 (26,6%) - легкая степень заболевания. СОАС сочетался с ХОБЛ (синдром перекреста) в 36 (18,8%) случаях. У больных со среднетяжелой и тяжелой формами СОАС проводилось тестирование СРАР. У 21 (10,9%) больных с ночной гипоксемией, некорригируемой с помощью СРАР и потребностью в лечебном давлении более 14-15 см Н2О назначалась двухуровневая вентиляция. Из них у 12 (6,3%) имелся синдром перекреста. Трем из них проводилась кислородотерапия в порт маски в связи с сохраняющейся гипоксемией при проведении BiPAP-терапии. Курсовое лечение аппаратным методом в течение 3-20 суток получили 132 (68,8%) пациента со среднетяжелой и тяжелой формами СОАС. Длительная респираторная поддержка в домашних условиях проводится 17 пациентам (8,9%) от 2 месяцев до 2 лет. Отмечены положительные результаты в отношении улучшения качества жизни, стабилизации артериального давления.

Выводы: При выборе метода респираторной поддержки пациентам с СОАС необходима оценка сопутствующей патологии. Для больных с синдромом перекреста необходимо иметь возможность двухуровневой вентиляции легких. Наличие хронической дыхательной недостаточности у больных с синдромом перекреста предполагает использование вентиляционной поддержки в сочетании с кислородотерапией.

^ КАЧЕСТВО ЖИЗНИ ПОСТИНСУЛЬТНЫХ БОЛЬНЫХ С ИНСОМНИЕЙ.

Маркин С.П., Маркина В.А.

Медицинская академия им. Н.Н. Бурденко. Воронеж, Россия.

E-mail: kafedra@gorky.vrn.ru

^ QUALITY OF LIFE OF POST-STROKE PATIENTS WITH SLEEP DISORDERS.

Markin S.P., Markina V.A.

N.N. Burdenko Medical Academy. Voronezh, Russia.

Инсульт – одна из наиболее тяжелых форм сосудистых поражений головного мозга. Заболеваемость (инвалидность) изменяет «качество жизни» больного и выдвигает перед ним новые проблемы (приспособление к дефекту, изменение профессии, поведение в семье и другие). Наиболее частым последствием инсульта, влияющим на качество жизни больных, являются нарушения двигательных функций. Однако ОНМК нередко приводит к расстройствам сна, которые находятся в «тени» основного (двигательного) дефекта, но иногда в большей степени, влияющие на «качество жизни» постинсультных больных.

Нарушения сна при мозговом инсульте достигают 100% случаев и проявляются в виде инсомнии, нарушении цикла «сон-бодрствование» и расстройства дыхания во сне по типу синдрома «апноэ во сне». Наиболее часто встречаются инсомнические расстройства, которые характеризуются изменением продолжительности сна, частыми ночными пробуждениями, отсутствием удовлетворенности сном, а также появлением «тяжести» в голове.

Нами обследовано 75 пациентов (в возрасте 54,7±3,5 лет), перенесших ишемический инсульт давностью 2-3 недели. Количественная оценка сна проводилась с использованием стандартной анкеты субъективной оценки сна, разработанной в сомнологическом центре МЗ РФ. Согласно проведенному анкетированию проблемы со сном отмечались у 64 больных (85,3%) от 4 до 7 раз в неделю. При этом выраженные нарушения сна (11,6±0,18 баллов) выявлены у 39 пациентов, а пограничные состояния функции сна (19,8±0,17 баллов) – у 35 больных. В дальнейшем с целью оценки «качества жизни» постинсультных больных использован индекс общего психологического благополучия. Как показали результаты исследования, у больных, перенесших инсульт, страдающих инсомнией индекс составил лишь 43,5±4,0 баллов (при максимальном значении 110 баллов), что составляет 39,6% от нормы. В то время как в группе больных без нарушения сна 59,8±3,9 баллов (54,4% от нормы) (р<0,01).

^ НАРУШЕНИЕ КОГНИТИВНЫХ ФУНКЦИЙ У БОЛЬНЫХ, ПЕРЕНЕСШИХ ИНСУЛЬТ, С РАССТРОЙСТВАМИ СНА.

Маркин С.П., Маркина В.А.

Медицинская академия им. Н.Н. Бурденко. Воронеж, Россия.

E-mail: kafedra@gorky.vrn.ru

^ COGNITIVE IMPAIRMENT OF POST-STROKE PATIENTS WITH SLEEP DISORDERS.

Markin S.P., Markina V.A.

N.N. Burdenko Medical Academy. Voronezh, Russia.

Нарушения сна при мозговом инсульте нередко проявляются в виде расстройства дыхания во сне по типу синдрома «апноэ во сне» (САС). При этом достаточно часто САС является причиной нарушения когнитивных функций у постинсультных больных.

Нами обследовано 79 больных (45 мужчин и 34 женщины) в возрасте 64,4±3,7 лет, перенесших ишемический инсульт давностью 2-3 недели. Нарушение дыхания во сне исследовали с помощью анкеты для скрининга синдрома «апноэ во сне», состояние когнитивных функций – по данным теста «5 слов», пробы Шульте и теста «рисования часов».

Как показали результаты исследования, 32 пациента страдали САС (результаты анкеты составили более 4 баллов). Нарушения когнитивных функций выявлены у 57 постинсультных больных. Однако более выраженные изменения отмечались у пациентов с САС (32 человека), чем без САС (25 человек). Так, тест «5 слов»: непосредственное воспроизведение составило 4,7±0,3 и 4,2±0,2 слов (р>0,05); отсроченное воспроизведение - 4,3±0,2 и 3,4±0,3 слов (р>0,05); проба Шульте - 65,6±7,8 и 100,4±6,7 секунд (p<0,001); тест рисования часов - 9,1±0,3 и 7,2±0,3 баллов (p<0,001) соответственно.

С целью улучшения когнитивных функций больным с САС был назначен препарат танакан в дозе 120 мг в день на протяжении 2 месяцев. Как показали результаты исследования, применение танакана способствовало значительному улучшению когнитивных функций. Так, тест «5 слов»: непосредственное воспроизведение составило 4,8±0,2 слов (р>0,05); отсроченное воспроизведение – 4,6±0,3 слов (р>0,01); проба Шульте – 48,6±6,7 секунд (p<0,001); тест рисования часов – 9,2±0,4 баллов (p<0,001).

Кроме того, танакан способствовал улучшению сна, что подтверждалось результатами тестирования с помощью стандартной анкеты субъективной оценки сна, разработанной в сомнологическом центре МЗ РФ (11,7±0,21 баллов – до лечения; 20,2±0,24 баллов – после лечения; р<0,001).

^ СООТНОШЕНИЕ СУБЪЕКТИВНЫХ И ОБЪЕКТИВНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК СНА У БОЛЬНЫХ ИНСОМНИЕЙ.

Мачулина А.И., Ковров Г.В., Посохов С.И.

Отд. патологии вегетативной нервной системы НИЦ ММА им. И.М.Сеченова и МГСЦ МЗ РФ. Москва, Россия.

E-mail:Kgv2006@yandex.ru

^ PARITY OF SUBJECTIVE AND OBJECTIVE CHARACTERISTICS OF THE SLEEP IN INSOMNIACS.

Machulina A.I., Kovrov G.V., Posokchov S.I.

Department Pathology of Autonomic Nervous System I.M.Sechenov MMA. Moscow, Russia.

Исторически давно (после внедрения объективной регистрации параметров – характеристик сна) появился вопрос – с чем связана субъективная оценка сна в целом, а также его отдельных параметров – длительности засыпания и сна, качества сна и т.д.

В нашем исследовании на основании соотнесённости данных субъективной и объективной оценок качества сна все пациенты были разделены на 2 группы. 1 группу составили пациенты (n=52), у которых субъективно хорошей оценке сна (cуммарный балл - 21,5) соответствовала объективно хорошая структура сна (слинд 9,3). Во 2-й группе оказались пациенты (n=32) с субъективно хорошим сном (cуммарный балл - 21,3), но с объективно плохой структурой сна (слинд 25,5). Объективно плохой сон у пациентов 2 группы проявляется (по сравнению с пациентами 1 группы) уменьшением общей продолжительности сна, увеличением продолжительности 1 стадии, уменьшением продолжительности 2 стадии, дельта сна и ФБС, увеличением латентных периодов 2 стадии, дельта сна и ФБС. Уровень депрессии выше у пациентов 2 группы. Пациенты 1 группы были моложе, нарушения сна у них начинались в более молодом возрасте, продолжительность этих нарушений была больше.

Таким образом, соответствие хорошей субъективной оценки сна и хорошей объективной оценки сна у пациентов 1-й группы могут объясняться более хорошей объективной структурой сна, более молодым возрастом, меньшим уровнем депрессии. Возможно, имеет значение и большая длительность инсомнии (психологический фактор «привыкания» к наличию нарушений сна). Более сложным является феномен рассогласования хорошей субъективной оценки сна при его объективно плохом качестве. Возможно, что в данном случае нарушения сна имеют меньшую значимость для больных, их может больше беспокоить снижение настроения, возможные соматические заболевания (т.к. возраст составлял 57 лет, т.е. на 10 лет старше пациентов 1-й группы.).

Исследование поддержано РГНФ проект 08-06-00293а.

^ НЕОЖИДАННЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ХИРУРГИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ НОСОВОГО ДЫХАНИЯ У ПАЦИЕНТОВ С НАРУШЕНИЯМИ ДЫХАНИЯ ВО ВРЕМЯ СНА (ХРАП, СИНДРОМ СОННОГО АПНОЭ).

Меркулов В.Г., Агапов Д.Г., Бахтина О.В.

ООО «Международная клиника MEDEM». Санкт-Петербург, Россия.

E-mail: drmerkulov@yandex.ru

^ UNCOMMON EFFECTS OF SURGICAL CORRECTION OF NASAL BREASING IN PATIENTS WITH NIGHT TIME BREASING DESORDERS.

Merkulov V.G., Agapov D.G., Bakhtina O.V.

OOO «International Clinic and Hospital MEDEM». St-Petersburg, Russia.

Цель исследования: оценить функциональную эффективность операций на носовой перегородке и носовых раковинах при лечении пациентов с храпом и синдромом сонного апноэ (ССА).

Материалы и методы: В течение 5 лет обследовано по поводу храпа и ССА (обструктивного) 182 пациента (мужчин 152, женщин 30) в возрасте от 21 до 64 лет (по поводу храпа обследовано до и после операции 54 из 73 человек, по поводу обструктивного апноэ сна – 46 из 109 чел.). Всем пациентам до и после операции в полости носа проводилось респираторное мониторирование (РМ) во время сна (скриннинговая система SC20 фирмы "BREAS") и фиброринофаринголарингоскопия (ФФС) ("Storz" и "Pentax") с функциональными пробами в положении сидя и лёжа, пациентам с ССА легкой и средней степени проводилось РМ во время сна с СРАР аппаратом (pv 10i фирмы "Breas"), а так же использовалось анкетирование пациента и его партнера по сну до и через 2 месяца после операции.

Результаты: У 24 из 54 прооперированных пациентов с храпом отмечено увеличение интенсивности и продолжительности храпа во время сна в любом положении тела, а у 3 появились кратковременные остановки дыхания (индекс апноэ/гипопноэ не превышал 12-15 в час). У 15 из 46 пациентов с обструктивным апноэ сна отмечено нарастание индекса апноэ/гипопноэ.

Заключение: На основании полученных данных можно говорить об относительно неоднозначной роли операций, направленных на улучшение носового дыхания как самостоятельного метода лечения пациентов с храпом с достаточным стажем (>5 лет) (гипотония, гиперплазия мягкого неба, язычка) и ССА легкой и средней степени тяжести. Фактически описан феномен нарастания выраженности и степени тяжести нарушений дыхания во время сна у пациентов после изолированного хирургического лечения в полости носа. Операция в носу может являться лишь первым подготовительным этапом хирургического лечения ССА легкой степени (с эффективным лечебным давлением на вдохе 4-6 мм водн.ст.) и храпа. Через 4-5 недель после повторного РМ и ФФС с функциональными пробами целесообразно проведение II этапа хирургии – пластики мягкого неба или глотки.

^ ДЕЗИНТЕГРАЦИЯ НОЧНОГО СНА У БОЛЬНЫХ КАТАТОНИЧЕСКОЙ ФОРМОЙ ШИЗОФРЕНИИ.

Оганесян Г.А., Камбарова Д.К., Добек В.А.*, Титков Е.С., Жерновая Н.Н., Оганесян С.Г.

Институт эволюционной физиологии и биохимии им. И.М. Сеченова РАН, Городская психиатрическая больница №3 им. Скворцова-Степанова*. Санкт-Петербург, Россия.

E- mail: aristak@hotbox.ru

^ DISSOLUTION OF THE NIGHT-SLEEP IN PATIENTS WITH CATATONIC FORM OF SCHIZOPHRENIA.

Oganesyan G.A., Kambarova D.K., Dobek V.A.*, Titkov E.S., Jernovay N.N., Oganesian S.G.

Sechenov Institute of Evolutionary Physiology and Biochemistry of the Russian Acad.Sci., Scvortsova-Stepanova Psychiatric Hospital N3*.

St-Petersburg, Russia.

Методом полисомнографической регистрации (4 отведения ЭЭГ: 2 лобных и 2 височных, отведения ЭОГ, ЭМГ и ЭКГ) регистрировали ночной сон у 2-х больных с различной длительностью течения заболевания шизофренией с проявлениями каталепсии и различной длительностью лечения, прием препаратов 5 и 50 лет. Выявлены выраженные расстройства цикла бодрствование-сон (ЦБС), которые позволяют констатировать наличие диссолюции систем интеграции ЦБС. К этим признакам можно отнести: «стирание граней» между состоянием сна и бодрствования, отсутствие чётких признаков стадийной организации сна, преобладание промежуточных состояний, фрагментарность и «пароксизмальность» смены состояний, огромное число переходов из одной стадии сна в другую, увеличение периодов бодрствования, увеличение количества микроактиваций и признаков недифференцированных состояний. Наряду с этими нарушениями сна у больных шизофренией отмечается определенное сходство с ранее выявленными нарушениями ЦБС у крыс с предрасположенностью к каталепсии. Согласно представлениям А.М.Вейна (2002) о влиянии лимбической системы на циркадные ритмы с доминированием влияний конечного, межуточного и стволового отделов мозга, делается вывод о доминировании у исследованных больных диэнцефальных влияний над телэнцефальными.

^ НЕЙРОТРАНСМИТТЕРНАЯ И НЕЙРОСЕКРЕТОРНАЯ ФУНКЦИИ ДОФАМИНА В ЦИКЛЕ БОДРСТВОВАНИЕ-СОН ПОЗВОНОЧНЫХ.

Оганесян Г.А., Романова И.В., Аристакесян Е.А., Кузик В.В., Макина Д.М., Храменкова И.Э., Морина И.Ю., Артамохина И.В., Белова В.А.

Институт эволюционной физиологии и биохимии им. И.М.Сеченова РАН. Санкт-Петербург, Россия.

E-mail: irinaromanova@mail.ru

^ NEUROTRANSMITTERAL AND NEUROSECRETORY DOPAMINE FUNCTIONS IN VERTEBRATE WAKE-SLEEP CYCLE.

Oganesyan G.A., Romanova I.V., Aristakesyan E.A., Kuzik V.V., Makina D.M., Hramenkova A.E., Morina I.Y., Artamokhina I.V., Belova V.A.

Sechenov Institute of Evolutionary Physiology and Biochemistry of the Russian Acad. Sci. St-Petersburg, Russia.

Роль дофамина в контроле двигательной активности, мышления, эмоций, эндокринных функций хорошо известна. Указанные функции отчетливо изменяются в континууме бодрствование-сон. Проведено иммуногистохимическое исследование, в котором было определено содержание тирозингидроксилазы (ТГ) – ключевого фермента синтеза дофамина – в телэнцефальных и диэнцефальных отделах мозга у осетровых рыб, у 14-ти и 30-ти дневных крысят и у взрослых крыс на фоне тактильных и депривирующих сон (ДС) стрессорных воздействий. У рыб при кратковременном стрессе ТГ-клетки выявлены во всех отделах головного мозга, а после длительного стрессорного воздействия – только в гипоталамических отделах. У 14-дневных крысят 2-х часовая ДС вызывала повышение содержания ТГ в волокнах хвостатого ядра и в нейронах паравентрикулярного ядра гипоталамуса, тогда как у 30-дневных после 6 ч ДС выявлено увеличение ТГ в нейронах паравентрикулярного ядра и уменьшение в волокнах хвостатого ядра. У взрослых крыс уровень ТГ в диэнцефальных отделах мозга после ДС снижался, а на фоне постдепривационного сна повышался. Представленные результаты, а также данные, полученные нами на травяной лягушке, позволяют судить о путях развития нейротрансмиттерной и нейросекреторной функций дофамина в эволюционно древних диэнцефальных и эволюционно молодых телэнцефальных отделах мозга, и оценить их роль как важнейших систем запуска и поддержания функциональных состояний организма в цикле бодрствование-сон.

Исследование поддержано грантом 1ОБ-03 РАН.

^ МОРФОЛОГИЧЕСКИЕ ИЗМЕНЕНИЯ В СЕНСОМОТОРНОЙ ОБЛАСТИ КОРЫ ГОЛОВНОГО МОЗГА И МОЗЖЕЧКЕ КРЫС ПРИ ДЕПРИВАЦИИ СНА.

Онищенко Л.С., Заболотский Н.Н., Адельсон Л.Н.

Военно-медицинская академия. Санкт-Петербург, Россия.

E-mail: bisaga@yandex.ru

^ MORPHOLOGICAL CHANGES IN RAT SENSOMOTOR CEREBRAL CORTEX AREA AND CEREBELLUM AT SLEEP DEPRIVATION.

Onischenko L.S., Zabolotsky N.N., Adelson L.N.

Military medical academy. St-Petersburg, Russia.

После 48-часовой депривации сна крыс с использованием методики малых площадок при светооптическом исследовании в сенсомоторной области коры головного мозга (СМК) и коре мозжечка с одинаковой частотой встречались нейроны как с гиперхромной гомогенной цитоплазмой, так и бледно окрашенные. Их ядра были уменьшены в объеме и нередко располагались на периферии цитоплазмы, а ядрышки - вблизи кариолеммы. Такие изменения означают усиление функции одних нейронов и снижение функции других и являются как приспособительными, так и деструктивными.

При электронно-микроскопическом исследовании в цитоплазме нейронов СМК и мозжечка нередко находили признаки морфофункционального напряжения с концентрацией канальцев гранулярной ЭПС, наличием митохондрий с обычной структурой, мультивезикулярных телец и лизосом. В СМК астроциты и олигодендроциты были дистрофически изменены по светлому типу, и, кроме того, олигодендроциты, обеспечивающие трофику нейронов СМК, а в мозжечке - нейроны зернистого слоя имели признаки апоптоза. Также в СМК и мозжечке были обнаружены погибающие нейроны с выраженной деструкцией хроматина в ядре и блеббингом гиперосмиофильной цитоплазмы. В миелиновых волокнах имела место миелинопатия и аксонопатия по темному типу, как и в безмякотных волокнах, а в большинстве синаптических терминалей повышена прозрачность. Умеренные нарушения гематоэнцефалического барьера проявлялись периваскулярным отеком капилляров, наличием лизосом и вакуолизированных митохондрий в эндотелиоцитах.

Таким образом, обнаруженные отчетливые морфологические нарушения во всех структурах СМК головного мозга и мозжечка свидетельствуют о развитии функционально значимых сдвигов в организме животных при длительном вынужденном активном бодрствовании.

^ ЦИКЛ АКТИВНОСТЬ-ПОКОЙ - УНИВЕРСАЛЬНЫЙ КРИТЕРИЙ НАРУШЕНИЯ СОЗРЕВАНИЯ ЦНС ПЛОДА ЧЕЛОВЕКА.

Павлова Н.Г., Константинова Н.Н.

Научно-исследовательский институт акушерства и гинекологии им.Д.О.Отта РАМН. Санкт-Петербург, Россия.

E-mail: ngp05@yandex.ru

^ REST-ACTIVITY CYCLE – UNIFORM CRITERIA OF THE HUMAN FETUS CNS MATURATION DISORDER.

Pavlova N.G., Konstantinova N.N.

Ott Institute of Obstetrics and Gynecology of the Russian Med. Acad. Sci.

St-Petersburg, Russia.

Результаты комплекса работ, выполненных в лаборатории физиологии и патофизиологии плода НИИ акушерства и гинекологии им.Д.О.Отта РАМН, показали, что к 34-й неделе физиологической беременности у плода созревает цикл активность-покой. Регистрацию цикла осуществляли с помощью кардиотокографии и «зрелым» считали цикл, в котором наблюдалась смена активного состояния, характеризующегося двигательной активностью плода и выраженной вариабельностью его сердечного ритма, спокойным состоянием, проявляющимся отсутствием шевелений плода и монотонным характером кривой сердечного ритма. «Зрелый» цикл имеет продолжительность 1-1,5 часа, при этом спокойное состояние составляет около 20 минут.

Исследования циклической организации функциональных состояний плода, проведенные при наличии различных соматических заболеваний у беременной, таких как сахарный диабет I и II типа, а также диабет беременных, акушерских осложнений беременности (многоплодие, задержка развития плода) и заболеваний плода (гемолитическая болезнь) выявили универсальный характер наблюдаемых нарушений циклической организации поведения плода. Они заключались в уменьшении продолжительности фазы покоя при удлинении активированной фазы цикла, снижении амплитуд моторно-кардиального рефлекса и осцилляций сердечного ритма в активированном состоянии цикла. В некоторых случаях (многоплодие, тяжелая задержка развития плода) цикл активность-покой у плодов не формировался вплоть до окончания беременности. Нарушение созревания цикла у плодов сопровождалось равномерной или диссоциированной задержкой формирования у них тонических и рефлекторных реакций после рождения. Эти неврологические нарушения отражают задержку созревания координирующей и интегративной функции ЦНС, а, следовательно, степень развития цикла активность-покой в онтогенезе человека можно считать универсальным объективным верифицирующим критерием нарушений созревания ЦНС.

^ ПЕРВЫЙ ОПЫТ ЭФФЕКТИВНОГО ЛЕЧЕНИЯ КОМПЛЕКСНОГО АПНОЭ СНА.

Пальман А.Д.

Московская медицинская академия им.И.М.Сеченова. Москва, Россия.

E-mail: palyo@mail.ru

^ FIRST EXPIRIENSE IN EFFECTIVE TREATMENT OF COMLEX SLEEP APNEA.

Palman A.D.

I.M. Sechenov Moscow Medical Academy. Moscow, Russia.

Больной Я., 54 лет, находился на лечении в кардиологическом стационаре с диагнозом: дилатационная кардиомиопатия. ХСН IIБ, IV ф. кл.

При кардиореспираторном мониторировании у него был выявлен синдром апноэ во сне тяжелого течения (индекс апноэ-гипопноэ 41, минимальная SaO2 – 67%, средняя SaO2 – 88%). При этом обращало на себя внимание, что хотя эпизоды апноэ преимущественно носили обструктивный характер (сохранялись дыхательные движения грудной клетки), специфический веретенообразный рисунок дыхания между респираторными паузами напоминал дыхание Чейна-Стокса.

Был произведен подбор СиПАП-терапии. В результате одновременно с исчезновением обструктивных эпизодов отмечено появление центральных апноэ (дыхание Чейна-Стокса) с частотой 30 событий в час. На этом фоне уменьшились явления гипоксемии во время сна (минимальная SaO2 - 86%), больной отметил некоторое субъективное улучшение самочувствия утром после пробуждения. При лечении СиПАП в течение 7 последующих ночей дальнейшей положительной динамики не отмечено – сохранялись множественные центральные апноэ во время сна. Тогда больному была начата терапия с использованием аппарата Somnovent CR, сочетающего возможности адаптивного сервовентилятора и саморегулирующегося СиПАП. На фоне лечения достигнуто значительное улучшение состояния пациента: индекс апноэ-гипопноэ снизился до 7, средняя SaO2 во время сна 94% и не снижалась ниже 90%, нормализовался сон, значительно улучшилось самочувствие после пробуждения.

Таким образом, сочетание адаптивной сервовентиляции с СиПАП терапией показало себя высокоэффективным методом лечения комплексного апноэ сна.

^ ЦЕНТРАЛЬНЫЕ МЕХАНИЗМЫ СОМНОГЕННЫХ ЭФФЕКТОВ HSP70.

Пастухов Ю.Ф., Екимова И.В., Худик К.А., Гусельникова Е.А.

Институт эволюционной физиологии и биохимии им. И.М. Сеченова РАН. Санкт-Петербург, Россия. E-mail: pastukh@iephb.ru

^ THE CENTRAL MECHANISMS OF HSP70 SOMNOGENIC EFFECTS.

Pastukhov Yu.F., Ekimova I.V., Hudik K.A., Guselnikova E.A.

Sechenov Institute of Evolutionary Physiology and Biochemistry of the Russian Acad. Sci. St-Petersburg, Russia.

Исследования экспрессии шаперонов семейства Heat Shock Proteins 70 kDa (HSP70) в мозге дрозофил, мышей и крыс при депривации покоя и сна (Shaw P. J. et al. Nature, 2002; Terao A. et al. Neuroscience, 2003 и др.) не отвечают на вопрос, обладают ли HSP70 сомногенным действием. Нами изучены изменения показателей медленного (МС) и быстрого (БС) сна при микроинъекциях в ликвор, вентролатеральную преоптическую область (ВЛПО) и оральное ядро моста (ОЯМ) природного HSP70, содержащего индуцибельный (Hsp70i) и конститутивный (Hsc70) члены семейства; данные исследования частично опубликованы (Пастухов и др. ДАН, 2005; Ж. ЭБФ, 2008; Гусельникова Е.А., Пастухов Ю.Ф. Рос. Физиол. ж., 2008). Установлено, что введение в ликвор HSP70 (Hsp70i+ Hsc70) по сравнению с введением фосфатного буфера, бычьего сывороточного альбумина, физиологического раствора, термоденатурированного Hsp70 (контроли) или Hsc70 вызывает у крыс и голубей увеличение МС и характерных для него умеренной гипотермии и миорелаксации; отмечено отставленное во времени (на 2-4 ч) угнетение БС. Спектральные характеристики МС не изменяются, что указывает на сохранение естественного «качества» сна. Изменения МС могут быть связаны с активацией ГАМК(А) рецепторов основной тормозной системы мозга: микроинъекции бикукуллина в ВЛПО предотвращают увеличение МС при введении Hsp70i+Hsc70 в ликвор и ВЛПО. Чтобы выяснить, с активацией каких механизмов связан эффект угнетения БС, Hsp70i+Hsc70, карбахол, мусцимол, бикукуллин и глутамат вводили в структуры среднего мозга, включая ОЯМ. Показано, что введение Hsp70i+Hsc70 в ОЯМ вызывает более раннее (в течение 1-2-го ч) угнетение естественного и «холинергического» БС. Анализ выявленных сомногенных эффектов и данных, положенных в основу гипотезы (Fuller et al. J. Physiol., 2007), позволяет предполагать, что шапероны семейства HSP70 вовлечены в модуляцию синаптических процессов, определяющих реципрокные взаимодействия между возбуждающими и тормозными медиаторными системами при переключении бодрствования, МС и БС.

Исследование поддержано грантом РФФИ № 08-04-00922.

стресс, нарушения Сна, висцеральные расстройства.

Пигарев И.Н.1, Пигарева М.Л.2, Филаретова Л.П.3, Руцкова Е.М.2

Институт проблем передачи информации им.А.А.Харкевича РАН1, Москва,

Институт высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН2, Москва,

Институт физиологии им. И.П. Павлова РАН3. Санкт-Петербург. Россия.

E-mail: pigarev@iitp.ru

^ Stress, Sleep disturbances, visceral disfunctions.

Pigarev I.N.1, Pigareva M.L.2, Filaretova L.P.3, Ruzkova E.M.2

Institute for Problems of Information Transmission of the Russian Acad. Sci.1, Institute of Higher Nervous Activity and Neurophysiology2, Russian Acad. Sci,

Pavlov Institute of Physiology of the Russian Acad. Sci. 3. St-Petersburg. Russia.

Стресс и депривация сна влияют на работу висцеральных систем. Ранее нами было показано, что даже «мягкая» депривация сна на первой неделе беременности (три дня, с 11:00 до 14:00) у крыс Wistar и Long-Evans приводит к росту смертности крысят в течение первых трех недель после рождения. Вставал вопрос, что в большей степени определяет увеличение смертности потомства: депривация сна крыс в период наиболее сильного давления сна или стрессорные воздействия от стимулов, препятствующих засыпанию животных. Для ответа на этот вопрос аналогичные опыты были проведены в вечернее время (19:30 – 22:30), когда активность крыс была максимальной, а эпизоды сна практически отсутствовали. Ко второй группе беременных крыс применяли такое же количество манипуляций, которые в утренние часы использовали для нарушения сна крыс первой группы. В этих условиях те же стрессорные воздействия не увеличивали, а, наоборот, снижали смертность крысят по сравнению с контролем. Можно было думать, что нарушения сна лежат в основе висцеральных расстройств и в других экспериментальных моделях, включая вызванное стрессом язвообразование в желудке. Для проверки этого предположения оценивали степень язвообразования в результате ограничения подвижности крыс в условиях пониженной температуры (+10°С). Стрессорное воздействие применяли однократно в период максимального давления сна (10:00–13:00) или в период активности в вечернее время (19:30–22:30). Степень изъязвления была существенно выше при применении стрессорного воздействия в утренние часы. Изложенные данные подтверждают предположение, что нарушения режима сна могут утяжелять вызванные стрессом висцеральные расстройства. Это открывает путь к исследованию взаимосвязи между циркадной активностью гипоталамо-гипофизарной адренокортикальной системы, работой гипоталамуса как регулятора цикла сон-бодрствование и корковым уровнем обработки висцеральной информации во время сна. Работа поддержана грантами РФФИ 06 04 48645; 07-04-01486 и программой ОБН РАН.

НАРУШЕНИЯ СНА У ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ С ОТДАЛЕННЫМИ ПОСЛЕДСТВИЯМИ НАТАЛЬНОЙ ЦЕРВИКАЛЬНОЙ ТРАВМЫ И ИХ ДИНАМИКА ПОСЛЕ ЛЕЧЕНИЯ В УСЛОВИЯХ КЛИМАТО БАЛЬНЕО ГРЯЗЕВОГО КУРОРТА АНАПА.

Пизова Н.В., Топчиева Т.Г.

Ярославская государственная медицинская академия. Ярославль, Россия. E mail: pizova@yandex.ru

SLEEP DISTURBANCE AND THEIR COURSE IN CHILDREN AND ADOLESCENT WITH LONG-TERM CONSEGUENCES OF CERVICAL BIRTH INJURY AFTER MEDICAL CLIMATIC MUD-BATH REHABILITATION IN ANAPA.

Pizova N.V., Topchieva T.G.

Yaroslavl State Medical Academy. Yaroslavl, Russia.

С целью выявления частоты и структуры нарушений сна у детей и подростков с отдаленными последствиями натальной цервикальной травмы и оценки эффективность климато-бальнео-грязевого лечения в условиях курорта Анапа было обследовано 85 детей и подростков в возрасте от 8 до 16 лет [мальчиков - 29 (34,1%), девочек – 56 (65,9%)]. Все обследуемые были разбиты на две возрастные подгруппы: от 8 до 11 лет (35 человек, средний возраст 10,3±0,9 лет) – подгруппа I и от 12 до 16 лет (50 человек, средний возраст 12,96±0,97 лет) – подгруппа II. Для оценки диссомнического синдрома применяли анкету балльной оценки субъективных характеристик сна. Дети и подростки получали дифференцированное климато-грязе-бальнеологическое лечение с учетом ведущего клинического синдрома. До лечения нарушения сна отмечались у 26 обследованных (30,6%), средняя балльная оценка (24,49±2,63). В подгруппе I нарушения сна выявлялись у 6 пациентов (17,1%), в подгруппе II – у 20 пациентов (40%), причем общий балл был выше в более младшем возрасте. После проведенного санаторно-курортного лечения нарушения сна отмечались только у 2 обследованных (2,4%) в подгруппе II (p<0,01). У детей и подростков в подгруппе I достоверно (p<0,025-0,005) улучшались качество утреннего пробуждения (3,7±0,5 баллов до и 4,4±0,5 баллов после) и суммарная средняя балльная оценка субъективных характеристик сна (25,0±2,3 баллов до и 27,1±1,5 баллов после). У детей и подростков в подгруппе II достоверно (p<0,05-0,001) улучшалось не только качество утреннего пробуждения (3,6±0,6 баллов до и 4,2±0,4 баллов после) и суммарная средняя балльная оценка субъективных характеристик сна (24,1±2,8 баллов до и 26,5±1,9 баллов после), но и качество сна (3,9±0,6 баллов до и 4,4±0,5 баллов после).

^ КЛИНИЧЕСКИЕ ПРОЯВЛЕНИЯ СИНДРОМА ОБСТРУКТИВНЫХ АПНОЭ ВО СНЕ У БОЛЬНЫХ НЕВРОЛОГИЧЕСКОЙ ПАТОЛОГИЕЙ.

Полуэктов М.Г., Левин Я.И.

Курс сомнологии при кафедре нервных болезней ФППОВ Московской медицинской академии им. И.М.Сеченова и Московский городской сомнологический центр. Москва, Россия.

E-mail: polouekt@mail.ru

^ CLINICAL FEATURES OF OBSTRUCTIVE SLEEP APNEA SYNDROME IN PATIENTS WITH NERVOUS DISEASES.

Poluektov M.G., LevinY.I.

Courses on Somnology of Faculture of Postgraduate Training of I.M.Sechenov Moscow Medical Academy. Moscow, Russia.

Целью нашего анализа было выявить наиболее характерные симптомы синдрома обструктивных апноэ во сне (СОАС), которые с большей вероятностью отмечаются у больных с неврологической патологией, чем в общей популяции.

Обследовано 113 больных (51 мужчина, 62 женщины, средний возраст 59,1±11,2 года), находившихся на лечении в неврологическом стационаре с диагнозами мозгового инсульта (60 человек), диабетической полинейропатии (19), бокового амиотрофического склероза (12) и различными формами нервно-мышечной патологии (22). Использовались стандартные опросники (анкета субъективной оценки качества сна, анкета скрининга апноэ во сне, Эпвортская шкала сонливости). Диагноз СОАС подтверждался методом ночной полисомнографии или кардиореспираторного мониторирования. В качестве группы сравнения выступали 134 человека без неврологической патологии, проходивших обследование по поводу СОАС (средний возраст 46,812,3 года, 52 женщины, 144 мужчины).

У неврологических больных СОАС, достоверно (p<0,001) чаще выявлялись следующие симптомы: сонливость в состоянии расслабленного бодрствования (в 75% против 61%), нарушение засыпания (в 31% против 14%), нарушение поддержания сна (43% против 25%). Реже, чем в группе сравнения у них отмечались жалобы на сонливость в состоянии активного бодрствования (46% против 14%), остановки дыхания во сне (24% против 45%), преимущественно утренний (7% против 20%) и диастолический (8% против 20%) характер артериальной гипертензии, утренние головные боли (11% против 47%). Выявленные отличия клинической симптоматики СОАС в госпитальной популяции неврологических больных можно использовать при составлении анкеты скрининга СОАС для соответствующего контингента.

^ ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПРИМЕНЕНИЯ МЕТОДА ПОВЕДЕНЧЕСКОЙ ТЕРАПИИ ДЕТСКИХ ИНСОМНИЙ.

Полуэктов М.Г., Радченко О.А., Троицкая Н.Б.

Курс сомнологии при кафедре нервных болезней Московской медицинской академии им.И.М.Сеченова и ФГУ «Поликлиника консультативно-диагностическая» Управления делами Президента РФ. Москва, Россия.

E-mail: polouekt@mail.ru

^ EFFICACY OF BEHAVIORAL THERAPY FOR THE TREATMENT OF INFANT INSOMNIA.

Poluektov M.G., Radchenko O.A., Troitskaya N.B.

Courses on Somnology of Faculture of Postgraduate Training of I.M.Sechenov Moscow Medical Academy and Consultative and Diagnostic Polyclinic of President Administration. Moscow, Russia.

Поведенческая терапия является ведущим методом лечения инсомний у детей грудного и раннего возраста.

Ретроспективно оценивались результаты применения методики в условиях детской поликлиники в течение 2-х лет. Обследуемая группа включала 65 детей (25 мальчиков и 40 девочек) в возрасте от 6 месяцев до 3 лет (средний возраст 1 год 4 мес). 47 детей наблюдались с диагнозом поведенческой инсомнии типа нарушений ассоциаций засыпания и 18 – типа нарушений установок сна. Опрос родителей производился не менее чем через 5 месяцев после начала курса лечения. Для оценки ассоциаций и установок сна использовались вопросы краткого опросника нарушений сна детей (BISQ).

56 (86%) родителей использовали методику, рекомендованную врачом. Из оставшихся 9 самопроизвольное излечение наступило в 2-х случаях, в 7 других нарушения сна сохраняются. По отзывам родителей, использовавших метод поведенческой терапии, нормализация или удовлетворяющее их улучшение сна имело место в 44 (79%) случаев. Среднее время наступления эффекта составило 2,4 ночи. Наиболее эффективной методика поведенческой терапии оказалась в случае инсомнии типа нарушения ассоциаций засыпания и у более младших детей.

Впервые в отечественной практике получены данные об эффективности метода поведенческой терапии для лечения инсомний детей грудного и раннего возраста.

^ ЦИКЛИЧЕСКАЯ ДИНАМИКА И САМОРЕГУЛЯЦИЯ ПРЕДСТАВЛЕННОСТИ ДЕЛЬТА-СНА У ЗДОРОВЫХ ИСПЫТУЕМЫХ.

Посохов С.И, Ковров Г.В.

Отдел патологии вегетативной нервной системы НИЦ ММА им.И.М.Сеченова и МГСЦ МЗ РФ. Москва, Россия.

E-mail:Kgv2006@yandex.ru

^ CYCLIC DYNAMICS AND SELF-CONTROL DELTA-SLEEP IN AT HEALTHY SUBJECTS.

Posokchov S.I., Kovrov G.V.

Department Pathology of Autonomic Nervous System I.M.Sechenov MMA. Moscow, Russia.

Процессы саморегуляции функций организма (и мозга) всегда интересовали физиологов. Для сомнологов особый интерес представляют собой функции саморегуляции представленности отдельных стадий в циклах сна.

Цель работы заключалась в изучении динамики дельта сна и саморегуляции его представленности в 1–3 циклах ночного сна у здоровых испытуемых. Усредненная динамика представленности дельта сна от 1-го к последующим циклам характеризуется практически линейным уменьшением времени дельта сна (42,0 м. в 1-м цикле, 24,6 м. во 2-м и 8,4 м. в 3-м цикле). Однако подобная динамика встречается не у всех испытуемых. При подробном анализе было выделено 3 группы: 1-я гр. (7 испытуемых): представленность дельта сна резко уменьшается во 2-м и 3-м циклах; 2-я гр. (14 испытуемых): представленность дельта сна линейно уменьшается ко 2-му и 3-му циклу; 3-я гр. (6 испытуемых): представленность дельта сна увеличивается во 2-м и уменьшается в 3-м цикле. Дальнейший анализ показал, что процентный вклад представленности дельта сна 1-го цикла (82,2%, 51,5%, 31,3% в 1-й, 2-й и 3-й группах соответственно) в общее время дельта-сна в группах различен. Но ко 2-му циклу (93,3%, 83,0 и 83,3 в 1-й, 2-й и 3-й группах соответственно) и 3-му (соответственно 96,5%, 96,9% и 91,5% в 1-й, 2-й и 3-й группах) циклу этот вклад практически одинаков. Кроме того, суммарная длительность дельта сна во всех группах достоверно не различалась(64.5 м., 85,0 м., 74,1 м. в 1-й, 2-й и 3-й группах).

Выводы:

  1. в 1-й группе дельта-сон максимально реализуется в 1-м цикле и минимально во 2-м и 3-м циклах.

  2. 2-я группа характеризуется «классичеким» линейным снижением времени дельта-сна от 1-го к последующим циклам.

  3. в 3-й группе дельта-сон во 2-м цикле возрастает (по сравнению с 1-м), а в 3-м сравнивается с1-й и 2- й группами)

  4. к 3-му циклу процент реализации дельта-сна практически одинаков во всех подгруппах что, по нашему мнению, является отражением процесса саморегуляции потребности в дельта-сне.

Исследование поддержано РГНФ проект 08-06-00293а.

^ ХАРАКТЕРИСТИКА СНА СТУДЕНТОВ МЕДИЦИНСКОЙ АКАДЕМИИ С РАЗНЫМ УРОВНЕМ АРТЕРИАЛЬНОГО ДАВЛЕНИЯ.

Прокашко И.Ю., Тарасенко Н.П.

Кемеровская государственная медицинская академия. Кемерово, Россия.

E-mail: ingamed@hotbox.ru

^ THE CHARACTERISTIC OF THE DREAM OF STUDENTS OF MEDICAL ACADEMY WITH THE DIFFERENT LEVEL OF ARTERIAL PRESSURE.

Prokashko I.J., Тарасенко N.P.

Kemerovo State Medical Academy. Kemerovo, Russia.

Цель исследования: изучить связь параметров сна и артериального давления (АД) у практически здоровых лиц юношеского возраста.

У студентов (105 юношей и 107 девушек) 2-го курса медицинской академии 17-22 лет осенью оценивали качественные и количественные параметры сна методом анкетирования, разработанным медицинским центром Управления делами президента РФ (Миронов С.П. и др., 1998). Качество сна считали плохим, если количество баллов было ≤ 78, средним 79-94 баллов и хорошим ≥95 баллов. По данным офисного измерения АД были сформированы группы студентов с оптимальным, нормальным и высоким нормальным значениями артериального давления (Рекомендации ВНОК, 2004). Систолическое АД (М±m) студентов составило 123,28±1,02; диастолическое АД - 71,4±0,73 мм рт. ст.; качество сна соответствовало среднему уровню – 86,78±0,84 баллов. У юношей систолическое АД было достоверно (р<0,05) выше, чем у девушек (128,01±1,28 и 116,92±1,18 мм рт.ст., соответственно). В среднем качество и длительность сна у юношей по сравнению с девушками достоверно не различалось, тем не менее у юношей достоверно (р<0,05) чаще, чем у девушек отмечался храп, реже наблюдались головная боль при пробуждении и сонливость днем. Качественные параметры сна у юношей с высоким нормальным и оптимальным АД различались (89,91±1,18 и 83,33±2,29 баллов, соответственно, при р<0,05). Юноши с высоким нормальным АД по сравнению с юношами с оптимальным АД достоверно чаще просыпались отдохнувшими, реже отмечали раздражительность и снижение работоспособности, реже просыпались ночью (р<0,05). Длительность сна у юношей с разным уровнем АД достоверных различий не имела. У девушек с разным уровнем артериального давления качество сна не различалось. Девушки с высоким нормальным АД по сравнению с девушками с оптимальным АД имели достоверно (р<0,05) меньшую продолжительность сна.

^ ВНИМАНИЕ К ТЕЛЕСНЫМ ОЩУЩЕНИЯМ КАК ФАКТОР ХРОНИФИКАЦИИ ИНСОМНИИ.

Рассказова Е.И.

Московский государственный университет им.М.В.Ломоносова.

Москва, Россия.

E-mail: l_rasskazova@yahoo.com

^ ATTENTION TO SOMATIC SENSATION AS A FACTOR OF INSOMNIA PERPETUATING.

Rasskazova E.I.

Moscow State University. Moscow, Russia.

ГИПОТЕЗА. У больных инсомнией в большей степени, чем в контрольной группе, выражена тревога в отношении сна в форме внимания к телесным ощущениям и вегетативным симптомам.

МЕТОДЫ. Клиническую группу составили 82 больных инсомнией (по критериям Международной классификацией расстройств сна 2-й редакции). Контрольную группу составили 105 хорошо спящих испытуемых (ХСИ). Оценивалось субъективное качество сна больных (анкета оценки субъективных характеристик сна) и особенности телесной перцепции (шкала телесной перцепции, выбор дескрипторов ощущений).

РЕЗУЛЬТАТЫ. Распределение ответов ХСИ нормально, тогда как больные инсомнией чаще отмечают или много, или мало вегетативной симптоматики (p<0.001). Ипохондрические тенденции у больных значимо отрицательно связано с субъективным качеством сна.

ВЫВОДЫ. У больных инсомнией в большей степени, чем в контрольной группе, отмечаются ипохондрические и алекситимические тенденции, связанные в клинической группе с ухудшением субъективного и объективного сна.

Работа выполнена при поддержке РГНФ (грант № 08-06-00345а).

^ СТРАТЕГИИ ПОВЕДЕНИЯ И ОБЪЕКТИВНОЕ КАЧЕСТВО СНА ПРИ ИНСОМНИИ.

Рассказова Е.И.

Московский государственный университет им.М.В.Ломоносова.

Москва, Россия.

E-mail: l_rasskazova@yahoo.com

^ INSOMNIACS’ BEHAVIORAL STRATEGIES AND OBJECTIVE SLEEP.

Rasskazova E.I.

Moscow State University. Moscow, Russia.

ГИПОТЕЗА. Пассивные поведенческие реакции больных при инсомнии (самоограничительное поведение, пассивность и психологическая «зависимость» от медикаментов) связаны с ухудшением субъективного и объективного качества сна, тогда как активные (ритуал сна, активные изменения в бодрствовании) – с улучшением.

МЕТОДЫ. Клиническую группу составили 63 больных инсомнией (по критериям Международной классификацией расстройств сна 2-й редакции). Оценивались особенности поведения, субъективное (анкета оценки субъективных характеристик сна) и объективное (полисомнография) качество сна.

РЕЗУЛЬТАТЫ. Гигиена сна нарушена в 72.2% случаев, самоограничительное поведение выявлено у 46.8% больных. У больных с самоограничительным поведением ухудшается объективное качество сна: снижается процентная представленность дельта-сна (p<0.1), удлиняется доля бодрствования во время сна (p<0.1), выше индекс сна SLIND (p<0.05). Ритуал сна связан с большей удовлетворенностью своим состоянием (вне зависимости от тяжести нарушений), а также с усилением ипохондрических тенденций и тревоги в отношении сна.

Работа выполнена при поддержке РГНФ (грант № 08-06-00345а).

^ ОСОБЕННОСТИ ГОРМОНАЛЬНОГО СТАТУСА И ВЕГЕТАТИВНОЙ РЕГУЛЯЦИИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СЕРДЦА У ЖЕНЩИН, РАБОТАЮЩИХ В НОЧНУЮ СМЕНУ.

Романова Е.А., Гришанов С.А., Каллистов Д.Ю.

ФГУ «Центр реабилитации» УДП РФ.

Московская обл., Россия

E-mail:sleeprc@yandex.ru

^ HORMONAL AND AUTONOMIC ALTERATIONS IN NIGHT SHIFT WORKING WOMEN.

Romanova E.A., Grishanov S.A., Kallistov D.Yu.

Rehabilitation Center of the General Management Department

of the President of Russian Federation.

Moscow region, Russia.

Влияние работы в ночную смену на показатели здоровья, характеристики сна и психологический статус работников было изучено в подгруппе женщин - врачей стационара. Анализ психосоциальных характеристик труда показал, что у работающих в ночную смену выявлялись более высокие уровни производственного стресса по показателям рабочего напряжения (3,1+0,73 и 2,9+0,7 балла), дисбаланса «усилие-вознаграждение» (1,12+0,31 и 0,98+0,40 балла). Работающие в ночную смену указали на снижение общей продолжительности сна по сравнению с лицами, работающими днем (6,1+1,5 и 7,2+1,2 часа). Изучение частоты выявления клинических проявлений соматических заболеваний показало, что работающие в ночную смену чаще предъявляли жалобы, связанные с наличием псевдоневрологической симптоматики, воспалительных заболеваний ЛОР-органов. Результаты биохимического скрининга свидетельствуют о том, что у работающих в ночную смену отмечены более высокие значения триглицеридов (2,23+0,08 и 1,74+0,09 ммоль/л) и глюкозы (5,8+0,15 и 4,9+0,1 ммоль/л); существенных различий уровня общего холестерина выявлено не было (6,0+0,31 и 5,9+0,23 ммоль/л). Исследование гормонального статуса работниц показало, что у работающих в ночную смену выявлены более высокие значения кортизола плазмы (654,2+128,3 и 432,1+98,3 нмоль/л), более низкие значения соматотропного гормона (в 1.2 раза). Анализ показателей вариабельности сердечного ритма показал в подгруппе работающих в ночную смену наличие более высоких значений соотношения мощности низких и высоких частот (2,15+0,34 и 1,75+0,40), что свидетельствует о наличии преобладания адренэргических влияний на сердце у лиц, работающих в ночное время и испытывающих недостаток сна.

^ CART-ПЕПТИД КАК МОДУЛЯТОР ДОФАМИНА И ГАМК.

Романова И.В., Белова В.А., Артамохина И.В., Михрина А.Л.

Институт эволюционной физиологии и биохимии им. И.М.Сеченова РАН. Санкт-Петербург, Россия.

E-mail: irinaromanova@mail.ru

^ CART AS A POSSIBLE MODULATOR OF DOPAMINE AND GABA.

Romanova I.V., Belova V.A., Artamoсhina I.V., Mikhrina A.L.

Sechenov Institute of Evolutionary Physiology and Biochemistry of the Russian Acad. Sci. St-Petersburg, Russia.

CART-пептид (кокаин и амфетамин регуляторный транскрипт) локализован в различных областях мозга. Данные о присутствии CART иммунореактивных элементов в дофаминергических (ДА) и ГАМК эргических структурах мозга, а так же колокализации этих веществ, могут свидетельствовать о модулирующей роли CART-пептида в дофаминовой и ГАМК передаче, которые участвуют в регуляции двигательной активности: ДА как возбуждающий, а ГАМК как тормозный медиатор. В цикле бодрствование-сон (ЦБС) двигательная активность изменяется наиболее ярко. В substancia nigra (SN) локализованы ДА- (pars compacta SNc) и ГАМК-эргические (pars reticulata-SNr) нейроны. В обеих частях SN обнаружены CART-эргические волокна, контактирующие с ДА- и ГАМК-эргическими нейронами. Нами проведено иммуногистохимическое исследование, в котором в SN количественно был оценен уровень CART-пептида в эксперименте, где ранее было показано изменение уровня тирозингидроксилазы – ключевого фермента синтеза ДА - в SNc (Оганесян и др. Рос. физиол. журн., 2007) после 6 ч депривации сна (ДС) и на фоне 2 ч постдепривационного сна (ПДС). В SN после ДС выявлено достоверное уменьшение (на 70%) плотности иннервации CART, однако на фоне ПДС выявлено его возрастание выше уровня контроля. В SNr увеличение на фоне ПДС CART сопровождалось увеличением GAD 67 (глутамат декарбоксилаза – фермент синтеза ГАМК) и накоплением в телах нейронов SNс тирозингидроксилазы. Полученные данные, а так же данные о корреляции между уровнем CART и GAD67 и тирозингидроксилазы, их колокализации в преоптической области гипоталамуса, структурах среднего мозга и др. свидетельствуют о функциональных взаимосвязях между этими веществами и, возможно, участии CART в регуляции механизмов сна.

Исследование проведено на средства гранта РФФИ № 07-04-01258.

^ ДИНАМИКА АКТИВНОСТИ РЕЦЕПТОРОВ ГЛУТАМАТА И ДОФАМИНА В ХВОСТАТОМ ЯДРЕ КРЫСЫ В ЦИКЛЕ БОДРСТВОВАНИЕ-СОН.

Романова И.В., Глазова М.В., Артамохина И.В., Белова В.А., Оганесян Г.А.

Институт эволюционной физиологии и биохимии им. И.М.Сеченова РАН. Санкт-Петербург, Россия.

E-mail: irinaromanova@mail.ru

^ DINAMICS OF GLUTAMATE AND DOPAMINE RECEPTORS ACTIVITY IN RAT NUCLEUS CAUDATUS IN WAKE-SLEEP CYCLE.

Romanova I.V., Glazova M.V., Artamoсhina I.V., Belova V.A.,

Oganesyan G.A.

Sechenov Institute of Evolutionary Physiology and Biochemistry of the Russian Acad. Sci. St-Petersburg, Russia.

Известно, что глутамат и дофамин являются возбуждающими медиаторами в ЦНС. Хвостатое ядро (ХЯ) является одним из центров мозга, участвующих в регуляции двигательной, эмоциональной и других форм активности, которые наиболее выражено изменяются в цикле бодрствование-сон (ЦБС). Целью настоящего исследования было выяснить изменение баланса рецепторов глутамата и дофамина в ХЯ в ЦБС. С помощью Western Blot анализа было проведено количественное исследование NMDA R1 и не NMDA (Glu2/3) рецепторов глутамата, а иммуногистохимически была определена оптическая плотность Д1 и Д2 рецепторов дофамина после 6 ч депривации сна (ДС) и 2 ч постдепривационного сна (ПДС). После ДС по сравнению с контролем выявлено увеличение уровня NMDA R1 на 76% (р<0,05) и Glu2/3 на 109% (р<0,05), а так же Д1 на 26% и Д2 на 27%. На фоне ПДС по сравнению с контролем уровень NMDA R1 возрос на 170% (р<0,05), а Glu2+3 уменьшался по сравнению с ДС (р<0,05), но был достоверно выше контрольного уровня; при том по сравнению с контролем уровень Д1 уменьшился на 60% (р<0,05), а уровень Д2 возрос на 74% (р<0,05). Полученные данные позволяют судить о механизмах участия возбуждающих медиаторных систем мозга в регуляции цикла бодрствование-сон, подчеркивая роль NMDA R1 рецепторов глутамата и Д2 рецепторов дофамина в модулировании механизмов сна.

Исследование проведено при поддержке гранта 1ОБ-03 РАН и гранта РФФИ № 07-04-01258.

^ ВЛИЯНИЕ КОФЕИНА НА ПОКАЗАТЕЛИ ЦЕНТРАЛЬНОЙ ГЕМОДИНАМИКИ У ЛЮДЕЙ С РАЗНЫМ УРОВНЕМ ЛИЧНОСТНОЙ ТРЕВОЖНОСТИ ВО ВРЕМЯ НОЧНОГО СНА.

Рудакова Е.А., Кочетова Е.Е.

Тамбовский госуниверситет им. Г.Р. Державина. Тамбов, Россия.

E-mail: e.a.rudakova@mail.ru

^ EFFECT OF CAFFEINE ON PARAMETERS CENTRAL HEMODYNAMICS AT PEOPLE WITH THE DIFFERENT LEVEL OF PERSONAL UNEASINESS DURING SLEEP.

Rudakova E.A., Kochetova E.E.

Tambov State University. Tambov, Russia.

В связи с большой популярностью кофеинсодержащих продуктов в популяции, приобретает актуальность изучение воздействия кофеина на различные функции организма.

Целью данного исследования было изучение влияния кофеина на показатели центральной гемодинамики (ЦГ) во время ночного сна у людей с разным уровнем личностной тревожности (ЛТ).

Исследование включало 4 этапа: адаптационная ночь, результаты которой не учитывались, фоновая ночь и нагрузочные ночи. Кофеин назначался в виде таблеток "кофеин-бензоат натрия" 1 мг/кг и 3 мг/кг за 1 час до сна. Оценку полисомнограмм и идентификацию стадий осуществляли в соответствии с критериями A. Rechtshaffen и A. Kales (1968). Для статистической обработки полученных данных использовался пакет программ Statistica 6.0 (Statsoft, USA) с расчетом средних значений анализируемых показателей (М), их стандартного отклонения (SD).

Анализ полученных результатов показал, что у людей с низким уровнем ЛТ кофеин в количестве 1 мг/кг не вызвал никаких достоверных изменений в показателях ЦГ, а при приеме в количестве 3 мг/кг наблюдалось достоверное (р0,05) понижение показателей сердечного индекса и минутной производительности сердца только в 1 стадию NREM сна. В тоже время у людей с высоким уровнем ЛТ наблюдаются достоверные (р0,05) понижения в показателях ЧСС при воздействии 1мг/кг кофеина во 2 стадии NREM сна и увеличение показателей ударного индекса в 1 и 2 стадиях NREM сна. При воздействии 3 мг/кг кофеина наблюдалось уменьшение в значениях ЧСС при бодрствовании, в 1 и 2 стадиях NREM сна, а также в целом в NREM сне.

Таким образом, кофеин не оказывает практически никакого влияния на людей с низким уровнем ЛТ, и изменяет значения показателей ЦГ у людей с высоким уровнем ЛТ, что может объясняться влиянием кофеина на центры блуждающего нерва и конечный результат, будет зависеть от преобладания того или иного влияния (Харкевич Д.А. 1987).

^ ПОЛИСОМНОГРАФИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ В ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ КЛИНИКЕ.

Рудовский А.А.

ООО «Психическое здоровье». Москва, Россия.

E-mail: ARudovskij@yandex.ru

^ POLISOMNOGRAPHICAL SUVVISING IN PSYCHOLOGICAL HOSPITAL.

Rudovskiy A.A.

Psychological Health Ltd. Moscow, Russia.

В последние годы наметилась тенденция более широкого использования полисомнографических исследований при нарушениях сна, связанных с психическими заболеваниями. Описаны нарушения сна при заболеваниях невротического уровня: тревожных, депрессивных расстройствах, панических атаках, острых и посттравматических стрессовых расстройствах, алкогольной и наркотической зависимости. Для эпилептологии мониторинг сна стал рутинным исследованием. Тем не менее, в «большой психиатрии», для сомнологов остается немало «белых пятен». Это связано с особенностями организации диагностического процесса в психиатрических стационарах (в том числе и с недостаточной оснащенностью), сложностью работы с этим специфическим контингентом и из-за сложившихся представлений о противопоказаниях к проведению исследований у душевнобольных. Недостаточно изученными поэтому остаются особенности нарушений сна при различных формах шизофрении, аффективных психозах, психозах, при дегенеративно-деструктивных нарушениях головного мозга и др.

В клинике «Психическое здоровье» на базе подмосковных пансионатов проведено комплексное полисомнографическое исследование 150 больных с заболеваниями шизофренией, аффективно-бредовыми расстройствами, депрессией, органическими психозами. Следует отметить, что те или иные нарушения и особенности сна отмечались практически при всех психических заболеваниях. Мониторинг сна у больных предваряло клинико-психофизиологическое обследование.

По предварительным данным, характер нарушений сна у исследуемых больных был обусловлен не только индивидуально-личностной предиспозицией и тяжестью заболевания, но и содержал убедительные нозоспецифические признаки. Таким образом, данные полисомнографического исследования могут послужить в качестве дополнительных критериев уточнения клинического диагноза и использовались нами при оценке эффективности лечения.

^ ИССЛЕДОВАНИЕ НАРУШЕНИЙ СНА У БОЛЬНЫХ С НЕВРОЛОГИЧЕСКОЙ ПАТОЛОГИЕЙ.

Русакова И.М.1, Полуэктов М.Г.2, Левин Я.И.2

Факультет фундаментальной медицины МГУ1,

Курс сомнологии при кафедре нервных болезней ММА им.И.М. Сеченова.2

Москва, Россия.E-mail: i1rus@mail.ru

^ THE STUDY OF SLEEP DISODERS AMONG THE PATIENTS OF NEUROLOCICAL HOSPITAL.

Rusakova I.M.1, Poluektov M.G.2, Levin Y. I. 2

Faculty of Fundamental Medicine Moscow State University1, Course of Somnology of the Department of Nervous Disease I.M. Sechenov MMA.2

Поскольку организация и поддержание определенного функционального состояния сознания является функцией нервной системы следует ожидать, что при заболеваниях, сопровождающихся расстройствами нервной деятельности частота нарушений сна будет значительно выше, чем при других формах патологии. Для оценки нарушений сна и сопутствующих им состояний использовался протокол Московского городского сомнологического центра, включающий сомнологический анамнез, анкету балльной оценки субъективных характеристик сна, анкету скрининга синдрома апноэ во сне, Эпвортскую шкалу сонливости, госпитальную шкалу тревоги и депрессии. При помощи этого протокола собирались данные на всех пациентов неврологического отделения ГКБ № 33 им.А.А.Остроумова, поступивших на лечение в октябре 2007 г. Утвердительно на вопрос «Есть ли у вас жалобы на нарушения сна» ответили 58 человек (60,4%), из них 13 (22,4%) считали, что возникновение нарушений сна или их усугубление связано с моментом госпитализации, а 27 (46,6%) связывали ухудшение сна с началом болезни. Значения суммы баллов по анкете субъективной оценки сна, соответствующие наличию нарушений сна, было у 34 человек (35,4%), а пограничное значение - у 31 (32,3%). По результатам анкеты скрининга представленность СОАС среди всех опрошенных больных составила 32,3%. Наиболее часто (83,3% случаев) предъявляли жалобы на нарушения сна больные с сочетанной патологией (ХЦВБ и дорсопатия). Реже всего (40%) жалобы на расстройства сна беспокоили больных с периферическими невропатиями. При сравнение групп с наличием и отсутствием жалоб на нарушения сна было выявлено, что больные с жалобами на нарушения сна были достоверно (p<0,05) старше по возрасту, имели более высокий балл по анкете скрининга синдрома апноэ во сне, более выраженный уровень тревоги по госпитальной шкале тревоги и депрессии и более низкие показатели субъективной оценки качества сна по соответствующей анкете.

^ ДИНАМИКА ЭЭГ И КОГНИТИВНЫХ ПРОЦЕССОВ ПРИ ПЕРЕХОДЕ ОТ БОДРСТВОВАНИЯ КО СНУ.

Русалова М.Н.

Институт высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН. Москва, Россия.

E-mail: mrusalova@rambler.ru

^ DYNAMICS IN EEG AND COGNITIVE PROCESSES DURING TRANSITION FROM WAKE TO SLEEP.

Rusalova M.N.

Institute of Higher Nervous Activity and Neurophysiology of the Russian Acad. Sci. Moscow, Russia.

Обследовано 28 студентов 18-22 лет, правшей, с хорошо выраженным альфа-ритмом. Испытуемым предлагали во время записи ЭЭГ с закрытыми глазами фиксировать нажатием на кнопку наступление каждой фазы дремотного состояния, а именно: три нажатия – при усилении интенсивности словесных ассоциаций; два нажатия – когда ассоциации приобретали отрывочный, бессвязный характер, одно – когда испытуемые ощущали «пустоту в голове», т.е. переставали фиксировать в сознании непроизвольно возникающие фразы и слова. Последнюю фазу мы условно обозначили как «провал мыслей», при этом имелось в виду лишь торможение «внутренней речи».

Первая стадия дремотного состояния характеризуется увеличением спонтанно возникающих ассоциаций, «наплывом мыслей» и реализуется на фоне увеличения амплитуды и регулярности альфа-ритма. Фокус гамма активности определяется в передних отделах коры. В фазе «провала мыслей» испытуемые, находящиеся в полном сознании, сохраняющие способность адекватно оценивать своё функциональное состояние и сообщать с помощью двигательной реакции, отмечали прекращение оформленной в слова мыслительной активности – «пустоту в голове». Для этого состояния характерно значительное уплощение ЭЭГ и миграция фокуса в гамма-диапазоне из передних отделов мозга в затылочные. По сравнению с фазой «наплыва мыслей», амплитуда в фокусе гамма диапазона значительно снижается.

^ ДЕПРИВАЦИЯ СНА У БЕРЕМЕННЫХ КРЫС.

Руцкова Е.М., Пигарева М.Л.

Институт высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН.

Москва, Россия.

E-mail: li-za-za@yandex.ru

^ SLEEP DEPRIVATION IN PREGNANT RATS.

Rutskova E.M., Pigareva M.L.

Institute for Higher Nervous Activity and Neurophysiology of the Russian Acad. Sci. Moscow, Russia.

В настоящее время разрабатывается представление, согласно которому высшая координация висцеральных функций осуществляется во время сна с вовлечением в этот процесс коркового уровня (И.Н. Пигарев, Наука в России, 2005). Наши поведенческие исследования депривации сна у беременных крыс свидетельствовали в пользу этого представления. Во время беременности работа всех висцеральных систем претерпевает серьезные изменения, направленные на поддержание жизнеспособности плода. Оказалось, что короткая депривация сна (11:00 - 14:00, ежедневно 3 дня) у крыс Wistar на первой неделе беременности существенно снижала жизнеспособность потомства. Однако регуляция цикла сон-бодрствование определяется не только гомеостатическими процессами организма, но и циркадными ритмами (Borbély A.A. Human Neurobiology, 1982).

В настоящем исследовании выясняли, являлось ли повышение смертности потомства следствием снижения суточного количества сна беременной крысы или же было связано с компенсаторным сдвигом сна в другую фазу циркадного ритма за счет известного механизма «отдачи». Опыты проводили на 8 самках крыс Wistar. Для идентификации состояний бодрствования, медленноволнового и парадоксального сна круглосуточно в течение 25 дней записывали полисомнограмму в условиях свободного поведения (световой режим 12/12, включение света в 8:00). На первой неделе беременности в течение трех дней в светлый период времени (11:00 14:00) проводили депривацию сна с использованием модифицированного метода «диск над водой» (Rechtschaffen A. et al. Sleep, 1989). Анализ гипнограмм показал, что общая длительность суточного сна компенсировалась за счет сна в темное время суток, хотя в некоторых случаях имело место небольшое ее сокращение. Полученные результаты позволяют заключить, что для нормального функционирования висцеральной системы мать-плод важно не просто количество среднесуточного сна, но и его сочетание с определенной фазой циркадного ритма.

Работа поддержана грантом РФФИ 06-04-48645.

^ Влияние депривации сна на полисомнографические показатели в различные фазы овариально-менструального цикла женщин.

Семилетова С.В., Воронин И.М.

Кафедра анатомии, физиологии и гистологии, Тамбовский государственный университет им. Г.Р.Державина. Тамбов, Россия.

E-mail: LETA7777@yandex.ru

sLEEP DEPRIVATION Influence on POLISOMNOGRAPHI parameters in various phases of women cycle.

Semiletova S.V., Voronin I.M.

The Anatomy, Physiology and Histology Department of the G.R. Derzhavin Tambov State University. Tambov, Russia.

Цель работы состояла в изучении характера и динамики изменений полисомнографических (ПСГ) показателей после депривации сна (ДС) в различные фазы овариально-менструального цикла (ОМЦ).

Материалы и методы. В исследование включено 14 здоровых девушек, в возрасте 18-22 (20±2) лет с регулярным овуляторным циклом. Проводилась ПСГ (Aurora PSG, Grass-Telefactor, An Astro-Med, Inc. Product Group, США) в фолликулярную (Фф), овуляторную (Оф) и лютеиновую (Лф) фазы ОМЦ, а также ПСГ после 40-часовой ДС в аналогичные фазы ОМЦ. Идентификация стадий - в соответствии с критериями Rechtshaffen A. и A.Kales (1968). Для статистической обработки данных использовался пакет программ Statistica 6.0.

Результаты исследования. При сравнении фоновых ПСГ с показателями первой восстановительной ночи после ДС в разные фазы ОМЦ, получено, что на протяжении всего ОМЦ достоверно (p≤0,05) снижался % I стадии сна. После ДС % II стадии сна достоверно (p≤0,05) меньше только в Оф, а в Лф отмечалась тенденция к ее увеличению. Значимый (p≤0,05) рост % IV стадии отмечался во все фазы ОМЦ. Продолжительность дельта-сна после ДС достоверно (p≤0,05) больше только в Оф. Значимых различий в продолжительности REM и NREM сна в разные фазы ОМЦ не выявлено. Время движений во сне после ДС в Лф неизменно и максимально. Общее время бодрствования после ДС достоверно (p≤0,05) снижалось только в Фф и Оф. Ночные пробуждения возникали реже в Фф и Лф (p≤0,05). Латенция ко сну после ДС достоверно (p≤0,05) меньше только в Фф. Латенция к REM сну, снижаясь (p≤0,05) в Фф, а в Оф и Лф, напротив, увеличивалась. Эффективность сна после ДС достоверно (p≤0,05) растет только в Фф и Оф, а в Лф улучшений в качестве сна по сравнению с фоном не отмечено. После ДС субъективная оценка сна выше во все фазы ОМЦ, но минимальна в Лф.

^ ПАРАДОКСАЛЬНЫЙ СОН КАК СРЕДСТВО ПРОНИКНОВЕНИЯ В ГИППОКАМПАЛЬНЫЕ МЕХАНИЗМЫ КОНТЕКСТУАЛЬНОЙ ПАМЯТИ.

Силькис И.Г.

Институт высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН.

Москва, Россия.

E-mail: isa-silkis@mail.ru

^ PARADOXICAL SLEEP AS A TOOL TO GO INSIGHT HIPPOCAMPAL MECHANISMS OF CONTEXTUAL MEMORY.

Silkis I.G.

Institute of Higher Nervous Activity and Neurophysiologyof the Russian Acad. Sci. Moscow, Russia.

Существующие данные об участии гиппокампа в контекстуальной памяти и тот факт, что в сновидениях при парадоксальном сне контекстуальная память нарушена, позволили нам предположить, что одной из причин этого нарушения является изменение эффективности синаптической передачи в гиппокампе вследствие увеличения по сравнению с бодрствованием концентрации ацетилхолина, дофамина и кортизола и отсутствия норадреналина и серотонина. Проведенный нами анализ показал, что при парадоксальном сне во всех звеньях полисинаптического пути через гиппокамп может индуцироваться длительная депрессия, а на входах из энторинальной коры в поля СА1 и СА3 и в ассоциативных связях в поле СА3 – потенциация. Выдвинута гипотеза, что для функционирования эпизодической памяти необходима эффективная передача сигналов в каждом звене полисинаптического пути через гиппокамп, позволяющая создать в нем нейронное представление контекста. В состоянии бодрствования при воспроизведении контекста эпизода совместно активируются нейронное представление контекста, запомненное в гиппокампе, и нейронные представления деталей эпизода, запомненные в тех областях коры, где они обрабатывалась. В пользу предлагаемого механизма свидетельствуют данные о том, что при билатеральном повреждении гиппокампа не только нарушена эпизодическая память, но затруднено и воображение эпизода. Из этого механизма следует, что повышение концентрации серотонина или норадреналина, а также снижение уровня ацетилхолина или кортизола, либо использование других веществ, способствующих длительной потенциации в полисинаптическом пути через гиппокамп, могут улучшить эпизодическую память или ослабить ее ухудшение.

Работа поддержана грантом РГНФ № 07-06-00336а и грантом РФФИ № 08-04-00218а.

^ АДАПТИВНАЯ ПЕРЕСТРОЙКА СТРУКТУРЫ ЦИКЛА БОДРСТВОВАНИЕ-СОН У КРЫС ПОД ВЛИЯНИЕМ САМОСТИМУЛЯЦИИ ВЕНТРОЛАТЕРАЛЬНОГО ГИПОТАЛАМУСА.

Смоленко Н.П., Берченко О.Г.

ГУ “Институт неврологии, психиатрии и наркологии АМН Украины”. Харьков, Украина.

E-mail: smtaska@rambler.ru

^ ADAPTIVE ALTERATION OF THE CYCLE STRUCTURE VIGILANCE-SLEEP AT RATS UNDER THE EFFECT OF VENTROLATERALIS HYPOTHALAMUS SELF-STIMULATION.

Smolenko N.P., Berchenko O.G.




Скачать 1,52 Mb.
оставить комментарий
страница7/9
Дата01.10.2011
Размер1,52 Mb.
ТипТезисы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх