Служащее дворянство Орловской губернии второй половины XVIII первой половины XIX вв icon

Служащее дворянство Орловской губернии второй половины XVIII первой половины XIX вв


1 чел. помогло.
Смотрите также:
Статья основана на архивных (в том числе неопубликованных) документах и мемуарных исторических...
Тематическое планирование по литературе. 10 класс...
Эволюция сословного общества орловской губернии в условиях российской модернизации второй...
Идея демократии в российской либеральной правовой мысли второй половины XIX первой половины XX...
Феномен детства в творчестве отечественных композиторов второй половины XIX первой половины ХХ...
А. Г. Прокофьева Оренбург, Оренбургский гос пед университет...
Реферат по теме Живопись Франции середины ХIХ в...
Донское дворянство XVI ii первой половины XIX вв...
Е. В. Макарова списки населенных мест пермской губернии второй половины XIX начала XX в...
Этико-антропологические воззрения русских естествоиспытателей второй половины XIX века...
Тобольский манускрипт густава блидстрёма в контексте явлений инструментального искусства швеции...
Учреждения социальной помощи в тверской губернии второй половины XIX начала XX в...



Загрузка...
страницы:   1   2
скачать


На правах рукописи




Теряева Евгения Вячеславовна


Служащее дворянство Орловской губернии

второй половины XVIII – первой половины XIX вв.


Специальность 07.00.02 – Отечественная история.

АВТОРЕФЕРАТ



диссертации на соискание ученой степени


кандидата исторических наук


Орел – 2009




Работа выполнена на кафедре истории России

ГОУ ВПО «Орловский государственный университет»


Научный руководитель: кандидат исторических наук, доцент

^ Минакова Элеонора Александровна


Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Наумова Галина Романовна


доктор исторических наук, профессор

^ Вронский Олег Генрихович


Ведущая организация:


Рязанский государственный университет им. С.А. Есенина


Защита состоится “ 27 ” _марта_ 2009 г. в 10 часов на заседании диссертационного совета

Д. 212. 183. 03 по присуждению ученой степени кандидата исторических наук

при ГОУ ВПО «Орловский государственный университет»


С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале Научной библиотеки

ГОУ ВПО «Орловский государственный университет»

по адресу: 302026 г. Орел, ул. Комсомольская, 95


Автореферат разослан “ 25 ” февраля 2009 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета, ^ Т.И. Кононова

кандидат исторических наук,

доцент


I. Общая характеристика работы.


Актуальность темы. Взаимоотношения власти и общества, восприятие широкими слоями населения действий правительства и администрации является одной из ключевых проблем современной России. На протяжении почти двух десятилетий идет поиск наиболее оптимальной модели эффективного взаимодействия власти и общества. Этот процесс происходит в атмосфере формирования новой политической элиты страны, для которой характерны иные, по сравнению с советской номенклатурой ценности. Без участия ее представителей не разыгрывается ни один современный сценарий внутри или внешнеполитических шагов государства. Поэтому уровень профессионализма современных управленцев непосредственно влияет на позитивную общественную атмосферу, равно как и на уровень восприятия бюрократии населением. По сути, управленческая элита становится особой социальной стратой современного общества, со сложной многоуровневой внутренней структурой. Кадровая политика ее самовоспроизводства представляется одним из важнейших вопросов, от которых зависит эффективное функционирование всей системы управления страной в целом.

Построение современной административной вертикали активно использует опыт предшествующих поколений реформаторов. В системе местного управления прочно занял место образ руководителя региона – губернатора. Совсем недавно Президент России изменил принцип замещения постов глав субъектов федерации. Тем самым был сделан шаг к фактическому их назначению из центра, как это делалось в России имперского периода. На местах происходит наделение властными полномочиями органов местного самоуправления. Между тем, в досоветской России мы также можем вспомнить пример гармоничного сочетания управленческих функций коронной администрации и органов земского и городского самоуправления. Список подобных примеров можно продолжать.

В связи с этим необходимо отметить, что использование опыта прошлых лет акцентирует внимание современных реформаторов кадровых аспектах. Кто придет на смену сегодняшним администраторам завтра? Как повысить эффективность местных властей? Как сохранить преемственность курса? Ответы на эти вопросы невозможны без предметного учета способов их решения в прошлом. В этом отношении заслуживает внимания изучение опыта вовлечения в процесс решения управленческих задач представителей дворянского сословия в императорской России. Дворянство несло основную нагрузку по замещению ключевых административных постов. Насколько эффективным оказалось сосредоточение главных рычагов власти в руках элитарной прослойки российского общества? Без ответа на этот вопрос нельзя объективно представить эволюцию российской государственности, а также степень и правомерность исторических заимствований в современной системе управления. Более конкретную, приближенную к реалиям административной повседневности картину рисует обращение к материалам отдельных конкретных регионов. На местном уровне наиболее четко вырисовываются сильные и слабые стороны, как правительственной политики, так и действии провинциальной бюрократии. Поэтому обращение к изучению опыта привлечения дворянства на государственную службу представляется актуальным не только в свете научных, но и научно-практических интересов.

Представители дворянства, которые несли государственную службу или получили последнее, посредством ее несения давно обозначаются таким устоявшимся в исторической литературе понятием как «служилое дворянство». Между тем, представляется необходимым уточнить и конкретизировать это определение, поскольку дворяне могли находиться как на гражданской, так и на военной службе. Поэтому ту его часть, которая служила в гражданских административных органах, мы называем «служащее дворянство».

Объектом предлагаемого диссертационного исследования является провинциальное дворянство, состоящее на государственной службе, со свойственной ей сословно-правовым статусом, административной занятостью и специфическими социокультурными чертами.

Предметом исследования являются орловское служащее дворянство конца XVIII – первой половины XIX в., как некоторая самостоятельная социокультурная общность, сыгравшая важнейшую роль в освоении и развитии Орловского региона.

^ Хронологические рамки работ охватывают период с 1778 по 1861 гг. Нижняя граница определена образованием Орловской губернии и становлением провинциальной администрации губернского типа. Верхняя граница оканчивается началом эпохи «Великих реформ», которая привела к изменению степени и характера его вовлеченности в общественно-политическую жизнь и работу аппарата управления.

^ Территориальные рамки исследования определены границами Орловской губернии с учетом их временных особенностей и изменений. Выбор губернии также обусловлен ее моноэтничным составом и преобладанием потомственного дворянства.

^ Степень изученности проблемы.

Одним из первых к изучению обозначенного в диссертации круга вопросов обратился Г. Ф. Миллер1, который отмечал значимость привлечения дворянства на государственную службу. Он показал специфику дворянской службы в зависимости от принадлежности к придворной категории, выборной или городовой. В обширном сочинении М.М. Щербатова2 с позиции вельможного дворянства провозглашается социально-политическая доктрина сильной государственной власти, неравенства людей, и идея сословной исключительности и ведущей роли дворянского сословия. Идею избранности дворянского сословия также разделял И. Д. Беляев3, который проследил процесс организации охраны южных рубежей Российского государства, в том числе и территории Орловского края.

Характер дворянской службы в историко-правовом отношении достаточно детально изучен в работах С. М. Соловьева и А. Д. Градовского4. С. М. Соловьев проследил процесс превращения дворянства в замкнутое сословие, а А. Д. Градовский, несомненный сторонник государственного объединяющего для общества начала, отмечал, что для дворянства гражданская служба была второстепенной, по отношению к военной.

Наиболее широко и комплексно тема зарождения и развития российского дворянства представлена в работе М. Яблочкова5. В ней уделяется особое внимание военной, гражданской, придворной службе дворян, а также службе по дворянским выборам. Автор детально рассматривает вопрос о приобретении дворянства службой, дает характеристику личным, имущественным и корпоративным правам дворянства.

Российскому дворянству и его роли в становлении и развитии системы государственного управления уделено внимание в работах В. О. Ключевского6. Согласно его концепции, дворянство по мере ослабления своего привилегированного положения, утрачивает роль гегемона в государственном управлении, уступая ее бюрократии. По его мнению, интересующий нас период, время с 1796 по 1855 г. – это эпоха господства, или усиленного развития именно бюрократии в России.

Проблему происхождения и эволюции дворянского сословия, его участия в центральном и местном управлении, а также изменения правового статуса дворянства изучали Н. П. Загоскин, А. А. Романович-Словатинский и Н. П. Павлов-Сильванский1. Историю русского дворянства на раннем этапе его развития в XV – XVII вв., в контексте изучения «служилого города» рассматривал В. Н. Сторожев2. Он раскрывает механизм функционирования служилой сословной организации уездного дворянства. В этом плане интерес представляет работа В. В. Новицкого3, который видит основные причины упадка данной служилой организации в потере былого значения дворовых и выборных чинов в иерархии служилого города. П. Смирнов в своей монографии на основе писцовой книги 1594 – 1595 гг. анализирует состав населения Орловского уезда, выделяет в нем поместную и непоместную группу, проявляет интерес к военной службе орлян, их поместным и денежным окладам, приводит список служилых помещиков4.

Историки начала XX в. М. С. Ольминский, Н. А. Рожков, М. Н. Покровский тоже уделяли внимание изучению служилого сословия, но, следуя базовой концепции о классовом господстве, практически отождествляли дворянство с бюрократией, которая, по их мнению, только лишь выражала интересы феодалов-землевладельцев5.

Работы советских историков рассматривали преимущественно социально-экономическое положение дворянства. Применительно к периоду становления служащего дворянства, историков по-прежнему интересовала проблема «служилого города». А. А. Новосельский в своих статьях писал о взаимосвязи военной повинности, лежавшей на провинциальном дворянстве XVI - XVII столетия с землевладением, а также изучал процесс формирования такой специфической феодальной организации как «служилый город» и причинах его упадка. А. А. Новосельский, рассматривая вопрос о распространении служилого землевладения на юге XVII в., останавливает внимание и на Орловском регионе6.

В изучении поместного и вотчинного землевладения служилого сословия значительную роль сыграли работы С. Б. Веселовского7, который исследует историю служилого землевладения, рассматривает процесс формирования поместной системы и ее сближения с вотчинным землевладением в XVI – XVII вв.

Вопросы происхождения и эволюции служилого сословия получили свое дальнейшее развитие в исследованиях А. А. Зимина, В. И. Буганова, Ю. А. Тихонова, А. А. Преображенского, Я. Е. Водарского1. Особое следует указать работу Я. Е. Водарского2, где показана структура, размещение и удельный вес дворянского землевладения в системе частного, а также государственного земельного фонда, включая Орловский регион.

В монографии В. И. Важинского3 поднимается проблема несоответствия юридического статуса детей боярских их социальному и экономическому положению. Автор прослеживает процесс постоянного сближения со второй половины XVII вв. статуса детей боярских с положением приборных служилых людей.

Из общих трудов по дворянству постсоветского периода следует отметить статью В. И. Буганова4. Он отмечает падение значения старинной аристократии с первой четверти XVIII в., когда с введением Табели о рангах, “восторжествовал принцип личной заслуги, в ущерб породе, знатности”5. Рисуя панорамную ретроспективу дворянской истории, В.И. Буганов считает, что верховная власть и благородное сословие нуждались друг в друге, оказывая взаимную поддержку.

В монографии И.В. Фаизовой6 исследуется служба дворянства в XVIII в. до Манифеста о вольности, и изменения в связи с его изданием. Дарованные привилегии, по ее мнению, еще больше усилили дистанцию между дворянством и другими сословиями, что стало предпосылкой для глубокого социального кризиса, развивавшегося на протяжении всего XIX столетия. Для многих дворян оставалось трудно сделать выбор между продолжением службы и отставкой. Этому мешало “имущественная недостаточность” беспоместных и мелкопоместных дворян, которые преобладали среди тех, кто вернулся после выхода манифеста на службу вновь.

Из комплексных работ последнего времени следует отметить исследование социальной истории России с конца XVII в. до 1917 г., вышедшее из под пера Б. Н. Миронова7. В этой книге совершенно в ином ракурсе рассмотрены вопросы стратификации дворянства, его внутрисословной мобильности, поставлены проблемы зарождения и эволюции дворянской корпорации, проанализированы взаимоотношения коронной и выборной службы, дана характеристика корпоративным правам дворянского сословия.

Дворянством и его участием в государственной службе также интересовались зарубежные историки. Например, Р. Мэннинг, изучавший процесс социальной трансформации, внутренней дифференциации и упадка дворянского сословия8; Р. Пайпс9, обратившего внимание на политическое бесправие и низкий материальный уровень дворян в России, по сравнению с Западной Европой. Д. Ливен полагал, что в XIX в. “вместо единственной однородной по своему составу элиты, воодушевляемой, в большей или меньшей степени, присущей аристократии культурой, могли появиться несколько группировок с различными ценностями и разным базисом”10. Главным конкурентом российской аристократии, по его мнению, была монархия, а также созданная ею для выполнения своих приказов бюрократия. Р. Уортман11 рассматривал эволюцию российской государственной системы с позиций трансформации уровня восприятия самодержавных символов всеми представителями общества. Дворянство, по мнению автора, стало одним из главных участников церемоний отправления властных полномочий, многие из которых имели сакральный смысл. Так получив значительные привилегии и укрепив свой статус во второй половине XVIII в., дворянство стало связующей нитью между верховной властью и провинцией.

Одним из вопросов исследования является военная служба и поместное землевладение служилых людей в XVII в. Этой проблеме в своих работах уделяли внимание В. Алексеев, Е.В.Чистякова, С.В. Рождественский, Э. И. Амерханова1. Особого внимания заслуживают статьи И. Андреева, который рассматривает особенности дворянской службы на примере простого человека повседневности. Историк уделяет особое внимание стереотипам, идеологии и психологии службы, взаимоотношениям власти и дворянства, городового и московского дворянства, тяготам службы, этико-правовым нормам служилых людей2.

Вопрос о дворянах-чиновниках, который мы рассматриваем, по существу не являлся предметом специального исследования в отечественной историографии. Отдельные его аспекты лишь попутно затрагивались в работах В. А. Евреинова, Е. Карновича, Н. Ф. Демидовой, С. М. Троицкого, Н.П. Ерошкина, и В.А. Иванова3. Например, С.М. Троицкий касался вопроса о чиновниках дворянского происхождения в ходе изучения процесса формирования и эволюции имперской бюрократии в центре и на местах в XVIII столетии, в частности при анализе социального состава служащих, Н.П. Ерошкин в связи с изучением истории государственных учреждений.

В монографии П. А. Зайончковского, считавшего, что образование служилого дворянства произошло после учреждения Табели о рангах4, рассматривается сословный состав, уровень образования, условия чинопроизводства, размеры материального обеспечения, а также изменения численности чиновничества. В центре внимания историка верхушка провинциальной бюрократии: губернаторы и вице-губернаторы.

Работы Л.Ф. Писарьковой5, посвященные чиновничеству дореформенного времени, рассматривают условия пребывания дворянства на государственной службе и влияние ведущих законодательных актов (Манифеста 1762 г. «О вольности дворян») на социальную политику правительства. По ее мнению большинство чиновников из потомственных дворян, заполнявших гражданские посты высших и средних рангов, не имели опыта и квалификации. “С увеличением численности государственного аппарата, происходившего в основном за счет роста рядов канцелярских чиновников (Х-XIV классов), удельный вес дворян падал, хотя в верхних слоях бюрократии он был неизменно высоким”1.

Службе по выборам и институту предводителей дворянства дореформенного периода в отечественной историографии также уделялось небольшое внимание. Одни историки эти вопросы только попутно затрагивали в ходе панорамного изучения истории российского дворянства, например, М. Яблочков, А. А. Романович-Славатинский, Н. П. Павлов-Сильванский, другие же, как Г. А. Милорадович и С.В. Любимов2, ограничивались простым составлением погубернских списков предводителей дворянства. Предметом специального изучения эта тема становится только в работах С.А. Корфа, А.П. Корелина, Н.Ф. Фролова3. С.А. Корф анализировал процесс возникновения выборной службы, ее специфику, процесс избрания и компетенцию предводителей дворянства; А.П. Корелин изучил институт предводителей дворянства пореформенного периода, как один из звеньев политической структуры Российской империи; Н.Ф. Фролов рассматривает биографии уездных и губернских предводителей дворянства в территориальных пределах Владимирской губернии.

По истории российского дворянства издавалось много генеалогических трудов, материалы которых также использовались в нашей работе. Это исследования М. Г. Спиридова, П. В. Долгорукова, В. В. Руммеля и В. В. Голубцова, Н. П. Петрова, А. А. Бобринского, А. Б. Лобанова-Ростовского, Л. М. Савелова, Н. Н. Голицына4.

Из исследований по истории дворянства последнего времени следует также отметить работы Е. П. Кабытовой (Бариновой), З. М. Кобозевой, Е. Е. Юдина, Т. В. Филатовой5. Изучению дворянства отдельных регионов посвящены работы Б. А. Азнабаева по истории уфимского дворянства, Е. В. Липакова по истории казанской служилой корпорации в конце XVI – первой половины XVII века, Д. Ю. Мурашова по истории провинциального дворянства Пензенской губернии конца 50-х – 70-гг. XIX в6. Проблема провинциального служащего дворянства отчасти касаются диссертационных работы провинциальной бюрократии Л. В. Мерзляковой, Л. А. Жуковой, Ю. Н. Поповичевой, Г. В. Павловой1 и др.

Из работ затрагивающих культурно-бытовые аспекты истории орловского дворянстве можно отметить исследования Г. М. Пясецкого, а также очерки по истории Орловского края, ставшие учебными пособиями2. Много справочно-статистической информации было собрано исследователями Орловского края досоветского периода, например, А.Г. Пупаревым, П. И. Кречетовым и Н. Азбукиным3. Их работы содержат сведения о количестве жителей в Орловской губернии, в том числе дворян и чиновников, о числе принадлежащих им домов, о количестве учебных заведений и числе воспитанников в них с указанием социального состава, о торговых ценах на рынке и др. Вопросы освоения орловских земель применительно к исследуемому периоду затрагиваются в книге В.М. Неделина4. Автор подробно описывает типологию поселений, гражданскую и церковную архитектуру, а также приводит много сведений прикладного характера (одежда, вооружение и т.п.).

В книге М. И. Лавицкой, затрагиваются вопросы происхождения и эволюции орловскому потомственному дворянству, а также поместного землевладения до середины XIX в5. В работе сосредоточено внимание на структуре землевладения «коренного» орловского дворянства, определив его роль и место в составе дворянства губернии. По мнению М.И. Лавицкой “складывание ядра орловского дворянства сопровождалось проникновением выходцев из служилых людей «по прибору» и тягловых сословий”6. Применительно к XVII в., когда шло интенсивное освоение Орловского края, М.И. Лавицкая отмечает несколько различных групп дворянства, отличающихся по служебному и имущественному положению.

Одной из ведущих работ по изучению культурных ценностей и норм поведения дворянства является книга Ю. М. Лотмана7. Автор рассказывает о традициях и быте дворянского сословия, об отношении дворян к чинам и службе, о духовной культуре дворянства. Проблемам социальной психологии российского дворянства в своих работах уделяет внимание Е. Н. Марасинова8, которая прослеживает динамику изменения социально-психологического облика дворянства.

Отдельным элементам культуры повседневности привилегированных слоев российского общества XVIII- начала ХХ вв., в том числе проблемам воспитания и образования столичного дворянства посвящена книга О.Ю. Захаровой1. Автор обращает внимание на историю церемониалов в России, как в придворной жизни, так и в частной традиции. В этом ключе она выделяет культуру проведения балов, ношения костюма, считая их одними из важнейших элементов развивающейся моды в элите российского общества.

Повседневной жизни российских губернаторов XIX в. посвящена статья А.С. Минаков2. Он отмечает, что чиновник, попадавший в провинцию на губернаторский пост, испытывал влияние различных факторов, формирующих его поведенческую установку. К ним относились его личные пристрастия и увлечения, влияние провинциальной общественной среды, семейно-бытовой обстановки и т.п. В статье анализируется режим дня губернаторов, который в целом был одинаков и оставлял им очень мало времени для внеслужебных занятий. В работах, посвященных российскому чиновничеству конца XVIII – первой половины XIX вв. охарактеризуется повседневная жизнь рядового губернского чиновника, его карьеру и условия службы, материальное положение, быт, нравы, а также причины должностных злоупотреблений в чиновничьей среде3.

Таким образом, работы связанные с проблематикой нашего исследования посвящены главным образом общим вопросам истории дворянского сословия, в том числе его нормативно-правового статуса и экономического состояния. Между тем, большую ценность представляют исследования становления и развития дворянства отдельных регионов. Они могут существенно дополнить и уточнить ряд выводов по составу, размещению, имущественному положению, а также разнообразным социально-культурным характеристикам. Подтверждением этому являются появившиеся работы по некоторым регионам. Кроме того, в историографии наблюдается явный недостаток исследований по дореформенному периоду. Именно тогда, в отличие от второй половины XIX столетия, дворянство, продолжая играть роль главной опоры самодержавия, являлось интенсивно растущим сословием. Остается без должного внимания деятельность сословно-корпоративной верхушки провинциального дворянства, в частности предводителей губернского и уездного уровней. Недостаточно изучены обстоятельства их появления в регионе, связи с другими представителями сословия, а также условия избрания и ухода со своих постов. Слабо изучен вопрос замещения выборных дворянских должностей. Вместе с тем, среди работ, так или иначе затрагивающих вышеуказанные аспекты применительно к Орловскому краю, сегодня нет специального исследования, посвященного дворянству до середины XIX в.

Актуальность, высокая научная и практическая значимость избранной темы, недостаточная изученность дворянства Орловской губернии в конце XVIII – первой половины XIX вв., находящегося на государственной службе в провинциальных административных органах определили цели и задачи исследования.

Целью предлагаемой диссертации является изучение происхождения, состава, служебных и социально-культурных характеристик дворянства Орловской губернии в конце XVIII – первой половины XIX века, находящегося на государственной службе в провинциальных административных органах.

Достижение поставленной цели обусловлено решением задач, обеспечивающих разностороннее раскрытие темы:

  • определить условия появления и развития дворянской служащей корпорации на территории Орловского края в предгубернский период;

  • проанализировать возрастной и конфессиональный состав, социальные корни, образовательный уровень дворянства находящегося на государственной службе, а также материальное положение дворянства, с учетом как официальных, так и нелегальных источников доходов;

  • изучить условия прохождения дворянами службы по выборам на примере губернских предводителей дворянства, выявить факторы под влиянием которых складывалась служебная карьера дворян;

  • охарактеризовать влияние матримониальных связей и внеслужебных занятий на облик провинциального служащего дворянства.

^ Источниковую базу исследования составил широкий круг разнообразных источников. Это законодательные акты, делопроизводственная документация государственных и церковных органов, периодическая печать и источники личного происхождения. Всего при написании работы использованы документы 17 фондов 4 архивохранилищ.

Законодательные акты, касающиеся правового статуса дворянского сословия, опубликованы в Полном собрании законов Российской империи1. Императорские и сенатские указы, законы и манифесты определяли положение чиновного дворянства, порядок поступления на службу, привила чинопроизводства, а также перехода с военной на гражданскую службу; увольнение в отпуск и уход в отставку и др. В работе использованы тома первого и второго собрания, включающие законодательные акты, утвержденные высочайшей властью соответственно с 1649 по 1825 гг. и с 1825 по 1881 гг. Нормативные акты кодификационного характера также размещены в соответствующих разделах «Свода законов Российской империи»1832, 1842 и 1857 гг. издания.

Важное значение для решения большинства из поставленных в работе задач имеет делопроизводственная документация, отложившаяся в фондах центральных и местных органов управления, а также отдельных коллекциях документов. В фондах Ф. 1281 (Совет министра внутренних дел), Ф. 1282 (Канцелярия министра внутренних дел), Ф. 1284 (Департамент общих дел Министерства внутренних дел), хранящихся в Российском государственном историческом архиве имеются донесения и рапорты орловских губернаторов, предводителей дворянства, полицейских чиновников, иллюстрирующие характер служебной деятельности орловского дворянства.

Интересные сведения дают ежегодные отчеты орловских губернаторов, которые стали составляться в начале XIX в. по инициативе МВД. Для первой половины XIX в. это один из наиболее систематизированных источников по изучению состояния того или иного края. В этих документах преобладали сведения по социально-экономической проблематике, но туда включалась и информация о работе губернской администрации и органов дворянского корпоративного управления.

Отчетами о состоянии Орловской губернии за 1804-10 гг. располагает Архив Санкт-Петербургского института истории РАН. В коллекции 115 отчеты объединены подшивкой, где вместе также представлены статистические приложения к ним. Это рукописные экземпляры, адресованные в МВД или министерство полиции.

Сведения, касающиеся состава, имущественного положения служащих дворян до образования Орловской губернии содержатся в документах фондов Разрядного приказа (Ф. 210. Столбцы Белгородского стола, Столбцы Севского стола) и Сенат и его учреждения. (Ф 248.) Российского государственного архива древних актов.

Сведения о происхождении, образовании, имущественном положении, вероисповедании и др. социокультурных характеристиках почерпнуты из формулярных списков. Значительное число этих документов хранится в фонде Орловского губернского правления (Ф. 4) Государственного архива Орловской области. Формулярные списки были основным документом, отражавшим важнейшие сведения о каждом чиновнике: имя, отчество, фамилия, должность, чин, возраст, жалованье, вероисповеданье, сословное происхождение, образованье с указаньем оконченного учебного заведенья, имущественное положение, наличие движимой и недвижимой собственности, награды, наличие штрафов и судимости, семейное положение, а также этапы прохождения службы. Сравнение формулярных списков одних и тех же чиновников за различные годы позволяет говорить об отсутствии в целом разночтений в них. Как правило, неточности связаны с указанием возраста, семейного положения, числа детей. Неполнота сведений встречается в графе о наличии собственности и об образовании. Иногда вместо указания размеров земельного владения пишется просто «земля», вместо названия учебных заведений встречается «в службу вступил юнкером», или «в службу вступил подканцеляристом», или «в службу вступил помощником экзекутора».

Более полную информацию по ряду чиновников содержат сохранившиеся в этом же фонде личные дела. Папка с личным делом может включать формулярный список, официальную переписку, касающуюся служебных дел: получение очередных и внеочередных наград, прошения об определении на службу, о предоставлении отпусков, пособий на лечение, а также жалобы на чиновника и ответы на них, личную переписку.

В этом же фонде содержатся делопроизводство по различным должностным злоупотреблениям и преступлениям чиновников, о предании чиновников разных присутственных мест суду, об исполнении приговора над осужденными лицами, дела с указанием списков дворян и чиновников, находящихся под судом и следствием.

Кроме материалов Ф.4, в исследовании также использовались документы, сохранившиеся в фонде канцелярии орловского губернатора (Ф. 580), которая располагает коллекцией манифестов императоров, циркуляров МВД, журналов заседаний губернского правления, приказов губернатора о назначении, перемещении и увольнении чиновников, об их награждении и наложении взысканий. В этот же фонде хранится разного рода переписка, рапорты, докладные записки, донесения и распоряжения, документы о размежевании земель, о взыскании долгов, ведомости о лицах, состоящих под надзором полиции и др.

Помимо дел фондов местных органов государственного управления в работе использовались материалы фондов местного сословного управления, в частности фонды орловской городской думы (Ф. 593), орловского дворянского депутатского собрания (Ф. 68), орловского губернского предводителя дворянства (Ф. 710). Среди них указы Сената и губернского правления, журналы заседаний и докладов городской думы, ведомости о рыночных ценах на промышленные и продовольственные товары, ведомости о взыскании поземельного налога, реестры поземельного сбора с домов дворян и чиновников (ф. 593), журналы и протоколы заседаний дворянского депутатского собрания о внесении в родословную книгу на потомственное дворянство разных лиц, дворянская родословная книга губернии, алфавитный указатель дворян Орловской губернии, переписка с губернатором и уездными предводителями дворянства, реестры денежных пособий (ф. 68), протоколы и свидетельства дворянского депутатского собрания о внесении в родословную книгу разных лиц, об учреждении дворянской кассы взаимопомощи, формулярные списки о службе губернских предводителей дворянства (ф. 710).

Изучение деятельности служилого дворянства невозможно без привлечения судебного делопроизводства, которое отложилось в фондах орловской палаты гражданского суда (Ф. 6), орловской палаты уголовного суда (Ф. 5), орловской палаты суда и расправы (Ф. 19), а также материалов из Коллекции судебных дел, рассмотренных Сенатом и министерством юстиции (Ф. 31). В исследовании также использовались материалы из личных фондов. Среди них укажем приходо–расходную книгу вотчинной конторы имения графов Бобринских в с. Ольшаны Орловского уезда Орловской губернии (Ф. 962), главная экономическая касса помещиков Новосильцевых (Ф. 570).

Информация справочно-статистического характера содержится в «Памятных книжках Орловской губернии». Для нашего исследования представляют интерес данные о структуре местного управления, а также о личном составе губернских и уездных административных учреждений, освещаемые более детально по сравнению с другими источниками. Сюда же относятся и центральные издания - «Списки гражданским чинам», где указывались фамилия, имя, отчество, должность, данные о прохождении службы, а позднее и сведения о наградах и наличии собственности. Важным источником справочного характера является «Адрес-календарь. Общая роспись начальствующих и прочих должностных лиц по всем управлениям в Российской империи», издававшийся с 1765 по 1916 гг. Он дает полный список учреждений и лиц, находившихся на службе от высших до уездных учреждений, а также позволяет отследить перемещение в чиновничьей среде.

Следующая группа источников – периодическая печать. На страницах местных изданий, таких как «Орловские губернские ведомости», «Орловский вестник», «Орловские епархиальные ведомости» содержится материал о конкретных исторических событиях, сведения по статистике, экономике и торговле; информация об отдельных представителях орловского служащего дворянства, их новых назначениях и перемещениях по службе, образе жизни и нравах.

Наконец, в диссертационном исследовании использованы источники личного происхождения. К ним относятся мемуарное и эпистолярное наследие дворян-чиновников, а также тех лиц, которым по роду своей деятельности или в силу родственных связей приходилось иметь дело с провинциальной бюрократией и вращаться в чиновничьей среде. Это воспоминания П. И. Глориантова, А. Д. Боровкова, письма А. С. Зарудного1. Наряду с этим было использованы воспоминания об орловском местном дворянстве и чиновничестве. Их авторы В. Зуев, П. И. Якушкин, Н. И. Толубеев, И.М. Долгоруков, А.В. Кочубей, В.И. Сафонович2 и др. Источники личного происхождения обогащают представления о жизни, быте, нравах, привычках и мировоззрении служащих дворян, их отношении к службе, начальству, подчиненным, просителям и окружающим людям.

Методология предлагаемого диссертационного исследования определялась основными принципами исторического познания – историзмом и объективностью. Принцип историзма предполагает рассмотрение фактов в их исторической взаимосвязи, а объективность позволяет анализировать факты и явления прошлого без политических и иных пристрастий. В исследовании использовался системный подход к изучению биографий предводителей дворянства, поскольку личность каждого из них рассматривалась как комплекс особенностей сословного мировоззрения, его профессиональных качеств и деятельности в контексте конкретной исторической эпохи. Историко-сравнительный метод позволил как определить вклад каждого из них, так и синтезировать собирательный образ предводителя. Таким образом, совокупность выбранных методов и принципов нацелена на комплексную реконструкцию роли служащего дворянства в развитии самодержавной системы в целом и истории Орловского региона в частности.

^ Новизна исследования характеризуется, прежде всего, тем, что в работе впервые:

  • провинциальное служащее дворянство рассматривается в контексте, как сословной политики самодержавия, так и развития системы местного управления России в целом.

  • показано определяющее значение нелегальных доходов служащих дворян, как фактор, способствовавший инициированию управленческих решений.

  • раскрыты особенности социально-культурного состава предводителей дворянства Орловской губернии, и их влияние на отношение к службе по выборам.

  • вводятся в оборот новые исторические источники.

Научно-практическая значимость диссертации обусловлена ценностью исторического опыта построения общественно-государственных отношений. Материалы работы, а также сделанные выводы и заключения могут оказать помощь в вопросах разработки реформ центрального и местного управления. Основные положения диссертации будут полезны и при решении проблем во взаимоотношениях местной администрации с федеральным центром. В исследовании затронуты вопросы, которые органично входят в учебные программы по курсам отечественной истории, источниковедению, истории государственных учреждений досоветской России, истории государства и права, а также по истории Орловского края. Они существенно дополняют и углубляют изучение указанных дисциплин. Отдельные аспекты диссертации помогают исследователям при работе с архивными документами, в частности формулярными списками, всеподданнейшими отчетами губернаторов и др.

^ Апробация результатов исследования проходила на заседании кафедры истории России Орловского государственного университета, где получила положительный отзыв и была рекомендована к защите. Также результаты исследования неоднократно апробировались на научных конференциях в Орле. Основные положения исследования нашли отражение в 6 печатных работах автора общим объемом 2,4 п.л.

Структура настоящего диссертационного исследования выстроена по проблемному принципу. Работа состоит из введения, четырех глав, заключения, приложений, а также списка использованных источников и литературы. Каждая из глав направлена на последовательное решение отдельно поставленной задачи. В приложении помещены статистические таблицы.

^ II. Основное содержание работы.

Во введении обосновывается актуальность исследуемой темы, определяются предмет и задачи исследования, хронологические и территориальные рамки, теоретические и методологические основы, выясняется степень изученности поставленных вопросов и дается характеристика источников.

Первая глава «Дворянство Орловского региона до второй половины XVIII в.» рассматривает социальную инфраструктуру, деятельность, а также имущественное положение служащих дворян в предгубернский период. Освоение земель и аграрная деятельность на территории будущей Орловской губернии, осуществлялись в основном пришлыми «служилыми людьми» Московского государства из «детей боярских». Получая здесь, как правило, не очень большие по размерам поместья, они со временем превращались в весьма многочисленный слой мелкопоместного служилого дворянства, впоследствии, превратившись в однодворцев, государственных крестьян, а отчасти, сохранившись как мелкое дворянство.

В XVI в. Орловский край замыкал южное пограничье Московского государства, за которым располагалась степная полоса. Поэтому, первые орловские служилые люди, ставшие впоследствии родоначальниками многих дворянских фамилий Орловской губернии в значительной мере определили облик и региональные особенности дворянства, одной из которых была военная служба.

Одновременно с процессом формирования служилого сословия в Орловском регионе шел процесс освоения новых земель. Служилые помещики владели землей по двум нормам: оклад (право на получение участка земли в соответствии с чином) и дача (непосредственно сам участок земли). В Орловском уезде встречались и оклады и дачи, причем в самых разнообразных отношениях.

В XVII столетии уровень материального достатка определялся не столько размерами поместья, сколько числом крестьянских дворов в нем. Однако в борьбе за обладание крестьянами, не все служилые люди имели шансы на успех. Очень часто попытки прежних хозяев вернуть своих крестьян вызывали сильное сопротивление со стороны их новых владельцев. Между тем более половины помещиков Орловского региона к середине XVII вв. не имели крестьян вообще, а обрабатывали землю силами собственной семьи.

В процессе испомещения дворян в Орловском уезде можно выделить три этапа1. Первый относился к 1592-1636 гг., когда появляется поместное землевладение. Второй этап приходится на 1636-1680 гг. в это время за счет перемещенных на службу в Орел елецких, ливенских и других дворян, число помещиков резко увеличивается. Наконец, третий этап продолжался с 1680 по 1725 гг. Для него было характерно прекращение перевода в Орел дворян из других городов.

Если в первой половине XVIII века дворяне составляли небольшой процент городского населения, то после превращения Орла в центр губернии началось переселение сюда многих дворянских семей, которые начинают борьбу за землю под постройку своих особняков. Крупные участки земли захватили орловский наместник князь Н. В. Репнин, председатель палаты уголовного суда Неплюев, губернский прокурор Новосильцев и ряд других дворян пониже рангом. Так в конце XVIII в. было положено начало роскошным «дворянским гнездам»2.

К концу XVIII в. появляются латифундиальные владения. Богатейшими помещиками края были Голицыны и Апраксины, которым принадлежало 63 села и деревни с 12429 крестьянами. Крупные земельные пожалования были сделаны и графу М. Ф. Каменскому. В Орловском и Болховском уездах ему принадлежало 7498 десятин земли. Около 16 тыс. десятин принадлежало в нескольких уездах губернии князю А. Б. Куракину, свыше 10 тыс. десятин – графу И. Г. Чернышову в Орловском уезде3. А.Н. Тютчеву в конце XVIII в. принадлежала 1641 крепостная душа1. Однако основной процент землевладельцев составляли дворяне средней руки, Большинство помещиков губернии были мелкопоместными и владели до 50 душ крепостных крестьян. Данные помещики в большинстве своем являлись потомками мелких и средних служилых людей – детей боярских.

В XVIII – начале XIX вв. на орловских землях появляются такие дворянские фамилии как: Базилевские, Алексеевы, Батоновы, Бобринские, Грановские, Буйницкие, Вальтеры, Гейдены, Данилевские, Дрейлинги, Жеховские, Зубковские, Зайчневские, Киреевские, Козловские, Лазаревичи, Леонтьевы, Мухортовы, Рибопьеры, Соловьевы, Соллогубы, Татищевы, Тепловы и другие2.

Формирование служилой прослойки дворянства на территории Орловского края происходило в условиях территориального освоения Юго-восточному порубежью страны, где требовалось постоянное военное присутствие. Обживание некогда «диких» территорий, рост населения, требовали создания и постоянной гражданской администрации, которая возникала как система военно-административных должностей. Их замещение, во многом способствовало формированию собственной устойчивой военно-сословной и сословно-служилой части общества.

Во второй главе «Орловское дворянство на гражданской службе в губернский период» исследуются социальная и должностная инфраструктура, имущественное положение, а также, злоупотребления по службе служащих дворян.

Используя методику С.М. Троицкого, Н.П. Ерошкина и П.А. Зайончковского3, мы разбили учтенных нами в 1809 г. 323 чиновника на четыре разряда. К первому из них относятся чиновники I-V классов, занимавшие руководящие должности). Ко второму разряду относились чиновники VI-VIII классов. Чиновники этой категории, принадлежали к средней прослойке, наделенной большими привилегиями и достаточно высокими денежными окладами. Низшую и наиболее многочисленную группу третьего разряда составляли чиновники IX-XIV классов. Они занимали чаще всего канцелярские или невысокие исполнительные должности.

38,1% от всех учтенных нами чиновников принадлежали к дворянскому сословию. В первом разряде дворян было 100%. Среди чиновников второго разряда, занимавших по отдельным ведомствам ключевые посты, дворяне также преобладали - 81,3%. Зато в следующем третьем разряде они были уже в меньшинстве - всего 33,1%. Наконец, среди канцеляристов на долю привилегированного сословия приходилось всего лишь 30%. Самый высокий процент дворянства (36,6%) приходится на долю канцелярских служителей – IV разряд. Большая же часть должностных лиц, находившихся на гражданской службе (61,9%) были выходцами из других сословий. Таким образом, в Орловской губернии в первой половине XIX в. более 2/3 бюрократии составляли выходцы из непривилегированного сословия. Практически половина из всех служащих чиновников недворян приходилась на выходцев из духовенства, восьмую часть (12,4%) составляли приказослужители , одиннадцатую часть (9%)-обер-офицерские чины, двенадцатую (8,7%)-вольноотпущенные, на долю же всех остальных слоев приходилось 5,9%-семнадцатая часть от всех учтенных нами чиновников.

Преобладающая часть местной бюрократии принадлежала к лицам молодого и среднего возраста. В орловской администрации дворяне не старше 50 лет составляли 206 человек или 94,5 %. Среди чиновников, находящихся на классных должностях, преобладали лица возрастной категории от 21 до 35 лет. В орловских учреждениях их было 89 человек или 51,4% от всего табельного чиновничества. Среди канцелярских служителей преобладали совсем молодые дворяне, в возрасте до 21 года их было 31 из 45, что составляет 68,9% от всех дворян-канцеляристов. В начале XIX в. более половины служащих дворян (65,1%) были не старше 30 лет. Чиновники преклонного возраста находились в явном меньшинстве в губернском аппарате. Лица старше 60 лет в орловских губернских учреждениях составляли всего лишь 0,9 %.

Среди чиновников-дворян губернских учреждений высшие учебные заведения окончили 11 человек (5,1 %), 29 человек (13,3 %) получили среднее образование, 62 человека (28,4 %) – низшее и у 71 человека (32,6 %) было домашнее образование. Таким образом, высшее, незаконченное высшее и среднее образование было всего лишь у 1/5 (20,1%) орловских служащих дворян. Довольно низкий образовательный уровень губернской администрации объясняется невозможностью для провинциального дворянства (например, из-за недостатка финансовых средств, слабой домашней подготовки) получить образование в столицах, что вынуждало большинство из них проходить курс обучения в местных учебных заведениях. Домашнее образование получили около 1/3 всех учтенных нами чиновников.

Этноконфессиональоный состав орловского служащего дворянства в начале XIX в. был достаточно однородным. Подавляющую часть (94 – 95 %) в нем составляли русские православные. Остальные 5 – 6 % приходились на долю поляков (католиков), немцев (лютеран) и даже турок (мусульман). Среди нерусских чиновников преобладали поляки. На их долю приходилось около 71 % от всех орловских дворян нерусского происхождения, находящихся на службе1.

Как изменились социально-культурные характеристики дворянства к середине XIX в. По данным на 1850 г. был учтен 301 человек2. Из этого числа выходцами из дворянского сословия были 60 человек, что составляет 19,9 % или 1/5часть от всех учтенных нами чиновников. Более 80 % бюрократии были выходцами из других сословий. Количество служащих дворян в числе губернского чиновничества сократилось во всех четырех разрядах, тем не менее, руководящие должности в местной администрации, по-прежнему остаются в руках дворянства. Доля бывших военнослужащих в составе штатских чиновников Орловской губернии к 1850 г. так же изменяется. Из учтенных нами дворян, состоящих на государственной службе, только 9 ранее служили в войсках, что составляет 15 %., что было на 5 % менее по сравнению с началом XIX в.

Во всех четырех разрядах увеличился возрастной уровень. Если в начале XIX в. служащее дворянство до 36 лет составляло 71,1 %, то к середине века эта возрастная группа составляла уже около 50 %. Молодое дворянство до 36 лет преобладало только в III и IV разрядах. Руководящие же должности местной администрации занимали чиновники старше 38 лет.

Доля чиновников получивших среднее и высшее образование в орловских губернских учреждениях к середине XIX в. возрастает. Теперь дворяне получившее высшее, незаконченное высшее и среднее образование составляют более 1/3 (36 %) от числа всех служащих дворян (в начале XIX века – 1/5).

Этноконфессиональный состав орловского служащего дворянства к середине XIX века не претерпел существенных изменений. По-прежнему, подавляющую часть (95 – 96 %) в нем составляли русские православные. Однако, незначительно возросла доля немцев и малороссиян, доля же поляков в составе дворянской бюрократии немного упала, составив к середине века 59 % от всех служащих дворян нерусского происхождения1. В некоторых формулярных списках иностранцев графа о вероисповедании была не заполненной. Вступая в русскую службу, иностранцы чаще всего принимали православие, поэтому доля православных в составе орловской дворянской бюрократии реально может оказаться несколько больше указанной.

В изучаемый период в Орловской губернии более половины местной дворянской бюрократии – 91 человек (53,8 %) не имели земельной собственности вообще, 32 % были мелкопоместными дворянами, 12,4 % - среднепоместными и только 1,8 % являлись крупными помещиками. Для дворян-помещиков, как правило, мотивом поступления на службу выступали получение высоких почетных должностей, чинов, орденов и приобретение в связи с этим уважения, влияния и власти в обществе, которые давала должность. Материальный аспект их интересовал в меньшей степени, так как они имели неплохой стабильный доход со своих имений. Совершенно иные стимулы к поступлению на службу были у беспоместных дворян. Будучи менее обеспеченными, они были не защищены в материальном положении. Гражданская служба для них являлась порой единственным источником содержания себя и своей семьи. Кроме того, посредством службы можно было получить потомственное дворянство, которое приобреталось почти автоматически после 20 – 30 лет усердной службы, а также путем награждения любым орденом. Переместившись в высшую страту дворянства, такие чиновники имели реальную возможность поправить свои материальные дела путем покупки земли и крепостных крестьян. Следует отметить, что среди орловских дворян чиновников доминировали беспоместные и мелкопоместные землевладельцы, их доля составляет 85,8 % всей дворянской бюрократии. Правда, некоторые чиновники, не имевшие земельной собственности, владели частными домами, но их доля была незначительной – всего лишь 5,3 % губернской бюрократии.

Размеры служебных окладов в конце XVIII – первой половине XIX вв. свидетельствовали о крайне низкой материальной обеспеченности основной массы чиновничества. Минимальные оклады получали канцелярские служители, жалование которых в 1797 г. составляло около 6 - 10 руб2. Впоследствии оклады содержания провинциального чиновничества не претерпели каких-либо существенных изменений. Только в 1827 г. оклады канцелярских служителей были несколько увеличены, канцеляристы низших разрядов стали получать на паек и обмундирование3. В конце 1830-х гг. жалованье уже всех чиновников было увеличено. Так оклад орловского губернского казначея и губернского контролера в 1838 году составлял 1500 руб., асессоров при палатах – 1000 руб., секретарей – 800 руб., уездного казначея - 800 руб. ассигнациями или 228 руб. 68 коп. серебром4.

В середине XIX в., по данным 1850 г., разница в окладах высших и низших категорий гражданских служащих оставалась огромной. Жалование орловского гражданского губернатора без столовых и добавочных в 30 раз превышало оклад писца губернского правления. С учетом различных дополнительных сумм, получаемых губернатором, была еще большей. Подобная ситуация была характерна и для других губернских учреждений. Например, председатель орловской казенной палаты статский советник получал 3102 руб. 80 коп. (1399 – жалованья, 1132 – столовых, 571 руб. 80 коп. – квартирных)5, что в 31 раз превышало жалованье канцелярского служителя этой палаты, получавшего 99 руб6. Уровень жизни орловской бюрократии оставался таким вплоть до пореформенного периода, когда происходит повышение содержания чиновников губернских учреждений1.

Говоря об имущественном положении служащих дворян, следует отметить, что чиновников-дворян, способных со своих доходов вести настоящий аристократический образ жизни, в губернии было немного – это Алферовы, Апухтины, Ильины, Лукошковы, Мухановы, Тиличеевы, Шереметьевы2. В первой половине XIX в. считалось, что типичная семья, живущая в провинции, для ведения соответствующего дворянству образа жизни, должна иметь годовой доход в 300 – 400 руб. серебром. Примерно такие оклады получали чиновники V – VIII классов. Типичное имение среднепоместного дворянина также давало неплохой годовой доход в 400 - 800 руб. серебром3. Жалованье чиновников средних рангов и имение среднепоместного дворянина позволяло им жить по-дворянски. Такими дворянами на Орловщине в первой половине XIX в. были: Владыкины, Евсеевы, Пономаревы, Соболевы, Филипповы4.

Чиновники IX – XIV классов, которые являлись личными дворянами, получали жалованье в 2 – 2,5 раза ниже, чем чиновники среднего ранга, поэтому по своим доходам они попадали в низшую страту дворянства, как и мелкопоместные дворяне. К ним относились: Антоновы, Бойкины, Васильевы, Егоровы, Измайловы, Красины, Лавровы, Семеновы, Случевские, Смирновы, Успенские. Жалованье низших чиновников и доходы от имения мелких помещиков не могли позволить им вести образ жизни соответствующий званию дворянина. Все это создавало благоприятную почву для появления беспорядков, злоупотреблений и преступлений на службе.

На протяжении всего исследуемого периода были отмечены должностные злоупотребления связанные с вымоганием взяток. О масштабах взяточничества и коррупции в Орловской губернии первой четверти XIX в. свидетельствуют материалы сенаторской ревизии 1816 г., которой руководил сенатор Н.Е. Мясоедов. В результате ревизии уличенными в разного рода злоупотреблениях оказались практически все должностные лица губернской администрации. Обнаружилась явная недостаточность официального содержания, которая делала мздоимство обыденным явлением жизни провинциальной бюрократии.

В третьей главе «Орловское дворянство на службе по выборам» дается характеристика служебной деятельности органов сословно-корпоративного управления, анализируется предводительский корпус Орловской губернии.

Общественная деятельность дворянства активизировалась после выхода указа Екатерины II от 14 декабря 1766 г5., когда уездные дворяне выбирали из своей среды депутатов в образованную тогда временную комиссию для составления нового уложения. Руководить же этим процессом выборов и председательствовать на собрании должен был предводитель дворянства, должность которого была сначала временной – на два года, но впоследствии было решено выбрать их вновь на тот же период. После выхода в 1775 г. выходит новое положение о губерниях, которое изменило роль дворянского сословия в управлении государством. Теперь дворянство поуездно имело право избирать множество должностных лиц в новые правительственные и судебные места. Должность уездного предводителя из временной, какой она была по указу 1766 г., превратилась в постоянную, с конкретными функциями, для решения определенных государственных задач в местном управлении1. С 1775 по 1785 гг. в некоторых наместничествах, начали избираться губернские предводители дворянства.

В Орловском наместничестве, дворянская грамота застала уже выбранного губернского предводителя, полковника В.Д. Давыдова. До него эту должность занимали двое: А.И. Ржевский (с 1779 г.), и В.И.Танеев (с 1782 г.). В год обнародования Грамоты должности уездных предводителей дворянства занимали следующие лица: орловский А.Л. Цуриков, болховский А.И. Лопухин, брянский Н.А. Тютчев, дешкинский Н.Я. Хомыков, дмитровский И.С. Коренев, елецкий М.Г. Лавров, карачевский В.И. Батурин, кромской – М.А. Похвиснев, ливенский Е.И. Лавров, малоархангельский Ф.Я. Мухортов, мценский – С.Д. Карпов, севский А.И. Шагаров, трубчевский А.А. Подлинев2.

Губернский предводитель дворянства был первым лицом в губернии после губернатора. Он мог от имени дворянства губернии и от себя лично сноситься со всеми властями, вплоть до императора. Вместе с тем, он мог решать как сословные, так и ряд административных вопросов местного управления. В качестве органа дворянского самоуправления на предводителя дворянства было возложено: руководство деятельностью дворянского собрания, представление правительству о дворянских нуждах, хранение и расходование казны дворянского общества, ведение родословных книг губернии, рассмотрение доказательства дворянского происхождения, сбор сведений о рождении дворян, их поведении, образе жизни и имущественном положении. В сферу административной компетенции губернского предводителя дворянства входили дела о посредничестве между правительством и дворянским собранием, об увольнении с выборной службы, об участие в разрешении споров между помещиками3. Он так же председательствовал в губернских и депутатских собраниях, а по приглашению губернатора заседал в губернском правлении, в общем его присутствии4. Обязанность уездных предводителей первоначально заключалась только в председательствовании в дворянских собраниях и в поддержании в них « лучшего между собой порядка». Кроме того, уездный предводитель разбирал дела дворянства своего уезда, вел алфавитные списки дворян, выдавал справки и удостоверения о дворянском происхождении и председательствовал в дворянской опеке и др.

Еще одной важной отраслью деятельности предводителей дворянства являлось регулирование отношений, в том числе споров, помещиков и крестьян. Неисполнение предводителями такого рода обязанностей могло иметь серьезные последствия. Например, в 1846 г. орловскому губернскому предводителю дворянства В.М. Тютчеву был объявлен строжайший выговор с занесением в формулярный список по делу о допущении помещиком князем С. Трубецким и его женой жестокого обращения со своими крепостными крестьянами5.

К середине XIX в., практически, не было ни одной отрасли местного управления и хозяйства, в которой предводители не принимали бы участия в той или иной форме. Однако «дворянские» кадры не всегда соответствовали служебному назначению. Как раз об этом писал орловский губернатор в своем годовом отчете о состоянии Орловской губернии за 1821-22 гг. “По выборам дворянства лучшие люди назначаются для высших должностей, или служат уже в оных, не могут быть унижены избранием в земские суды. Из чего для сих последних остаются по большей части люди малоспособные или ненадежного поведения, часто не знающие тех обязанностей, для исполнения коих избраны» - сетовал губернатор1.

Анализ состава предводительского корпуса Орловской губернии свидетельствует о его значимой роли не только в решении узко сословно-корпоративных вопросов, но и общих делах управления. Однако, пример предводителей дворянства орловской губернии показывает, что представители знатных родов не стремились к службе по выборам. Видимо ответственность, да и отсутствие материальных стимулов не делали эту деятельность для них привлекательной. Наблюдалась атмосфера пассивности, и даже равнодушия к службе по выборам. Это вынуждало занимать предводительские должности относительно молодых дворян. Тем самым они стремились укрепить свой авторитет, завязать или расширить связи в столице и других губерниях. В целом «опытные» предводители скоро становились не менее значимыми фигурами, чем губернаторы.

Четвертая глава «Матримониальные связи и повседневная жизнь провинциального дворянства» раскрывает родственные отношения в среде служащего дворянства и характер их внеслужебных занятий.

Орловское дворянство в большинстве случаев ответственно относилось к вопросам заключения брака и создания семьи. Как правило, выбирая себе вторую половину, дворяне учитывали собственное происхождение, имущественного положение, уровень образования, возраст, условия службы и проживания. Потомственные дворяне женились исключительно на дворянках, что нельзя было сказать о чиновниках приобретших дворянство службой. В их среде встречались жены из обер-офицерской, купеческой семьи, а также из семьи канцеляристов и церковнослужителей. Брачный выбор чиновников, приобретших дворянство службой, зависел от их социального происхождения.

Менее всего дворянских служащих было женато на мещанках, дочерях однодворцев, и т.д. В брак с мещанками вступали лица, стоявшие на нижних ступенях бюрократической иерархии и не имевшие перспектив быстрого продвижения по служебной лестнице, не получившие достойного образования и ранее не служившие сыновья чиновников, старые холостяки. По своему образу жизни, интересам, кругу общения, месту проживания мелкое чиновничество было близко к мещанству. Тем не менее, многие молодые чиновники даже нижнего ранга все-таки стремились связать свою судьбу с представительницами благородного сословия. В этом браке был и залог финансовой стабильности, и карьерного роста, и социального благополучия. Однако богатые помещики не спешили выдавать своих дочерей замуж за простых канцелярских служащих. Это свидетельствует с одной стороны о стремлении укрепить внутрисословное единство, а с другой о своеобразной преемственности внутрисемейных и внутрифамильных ценностей.

Культура повседневности дворянства была менее традиционной. С одной стороны орловское дворянство отражало пристрастия общесословного характера. Например, организация балов, Английского клуба, праздничных приемов и др. С другой стороны, в круг дворянских интересов активно проникали занятия и увлечения, распространенных в обществе весьма широко. К ним можно отнести, регулярные гуляния в парке, карты, злоупотребление спиртными напитками и т.п. Одни и те же лица могли быть приверженцами как чисто благородных «занятий», так и «народных» времяпрепровождений.

В заключении подводятся итоги исследования и формулируются основные выводы.

Формирование дворянской корпорации в Орловском регионе было неразрывно связано с освоением некогда пограничных и важных в стратегическом отношении земель. В XVIII в. в атмосфере реформирования системы управления и основ государственной службы, введения Табели о рангах, служащая прослойка орловского дворянства стала расширяться за счет чиновников, получивших сословные права и привилегии посредством достижения соответствующего классного чина.

Служба на выборных дворянских должностях в исследуемый период эволюционировала от сословно-корпоративных представительств с вспомогательными функциями до фактического органичного включения в систему губернской администрации. Предводители дворянства представляли собой не только ответственных за решение узкосословных задач, но и выступали гарантами поддержки всех действий коронной администрации. Об этом свидетельствует состав и деятельность предводительского корпуса Орловской губернии

В XIX столетии верховная и центральная власть, решая различные внутриполитические задачи, по-прежнему делала опору на дворянские выборные органы. Во главе Орловской дворянской корпорации, как правило, оказывалась дворянская «молодежь», желавшая укрепить свой авторитет и влияние в губернии, завязать контакты при дворе и вообще в столичных кругах. Не случайно «приравнение» предводительской должности к IV классу Табели о рангах, в период правления Николая I свидетельствовало о возросшем статусе этого поста. Уездные предводители также усиливают влияние, сосредоточив функции главных начальников уезда.

Анализ социокультурного состава орловского дворянства находящегося государственной службе показал, что существенные различия между его представителями были в имущественном положении. Владение землей и крестьянами, у его служащей прослойки зависела от высоты должностной иерархии. Губернаторы, губернские и уездные предводители, другие владели несоизмеримо большим имуществом нежели мелкие чиновники-дворяне, канцелярские служители, у которых имущество было редкостью, либо вовсе отсутствовало.

Важным дополнением, особенно для служащих среднего и нижнего звена были нелегальные доходы. Вместе с тем, как показывает материал Орловской губернии, взятки, выполняли полезную административную функцию, оказываясь порой существенным рычагом, ускорявшим продвижение дел. Тем самым, оставаясь по своей сути преступным деянием, они становились реальным ускорителем, катализатором принятия решений. В этом, пожалуй, красноречиво проявлялась природа этого трудноискоренимого негативного явления. Взяткодатель приобретал уверенность, что к его просьбе или ходатайству будет привлечено внимание, а чиновник получал необходимое ему подспорье к жалованию. Кроме того, «неправедные доходы» обеспечивали некоторую уверенность в завтрашнем дне и позволяли жить в соответствии со своей должностью и статусом.

Дворянство, как правило, с большим вниманием относилось к вопросам заключения брака и создания семьи. Мы видим, во-первых, желанием укрепить, усилить внутрисословное единство, а во-вторых, обеспечить непрерывность и передачу из поколение в поколение внутрисемейных и внутрифамильных традиций. Повседневная жизнь орловского дворянства была ограничена рамками возможностей провинции. Здесь имел место как распространенный среди всего благородного сословия образ жизни, так и интерес к пристрастиям, которые были достоянием массовой культуры.

Служащее дворянство Орловской губернии, являясь одной из наиболее цельных и консолидированных сословных корпораций на протяжении двух с лишним столетий являлось одной из основ административной системы самодержавия. Взяв на себя часть функций, приблизивших ее по своему статусу к полугосударственному образованию, она не утратила собственного сословно-корпоративного предназначения.

Получая постоянную целенаправленную государственную поддержку и ощущая себя частью самодержавной системы, служащее дворянство оказалось слабо восприимчивым к реалиям динамично меняющейся политической обстановки. Большей части, губернаторов, предводителей, не говоря уже о средней части чиновничества были непонятны начинания и предложения правительства по реформированию страны, выдвинувшиеся на передний план политической жизни на рубеже 1850-60-х гг. Поэтому утрата дворянством политической инициативы, ослабление имущественного положения, и, наконец, размывка сословного единства стали закономерным итогом, как близорукости правительства в дворянском вопросе, так и невозможности генерировать рациональные предложения на местах.


Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:




  1. оставить комментарий
    страница1/2
    Теряева Евгения Вячеславовна
    Дата26.09.2011
    Размер0.49 Mb.
    ТипАвтореферат, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2
средне
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх