Томск, 11-14 октября 2006 г. Томск Сибирский государственный медицинский университет 2006 Издание осуществлено при поддержке рффи по проекту 06-06-85082-г icon

Томск, 11-14 октября 2006 г. Томск Сибирский государственный медицинский университет 2006 Издание осуществлено при поддержке рффи по проекту 06-06-85082-г


1 чел. помогло.
Смотрите также:
Новые поступления в фонд библиотеки Март- апрелью 2011г...
Ии в медицинских библиотеках труды научно-практической конференции г. Томск...
Диплом Iстепени...
С пылевыми аэрозолями...
Н. А. Корнетов Сибирский государственный медицинский университет, г. Томск...
Методические рекомендации для студентов, интернов, ординаторов и врачей Томск-2008...
Методические рекомендации для студентов, интернов, ординаторов и врачей Томск-2008...
Синтез, свойства и биологическая активность новых водорастворимых производных на основе ω...
Научный сотрудник лаборатории популяционной генетики гу нии медицинской генетики тнц со рамн...
Н. И. Кузнецова социо-культурные проблемы...
Это издание осуществлено при поддержке...
Издание осуществлено в рамках программы "Пушкин" при поддержке Министерства иностранных дел...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   73
скачать


ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ЗДРАВООХРАНЕНИЮ

И СОЦИАЛЬНОМУ РАЗВИТИЮ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

СИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МЕДИЦИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

ТОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

ТОМСКИЙ ПОЛИТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ


Антропологические основания биоэтики


Материалы

Всероссийской научной конференции

с международным участием

(г. Томск, 11-14 октября 2006 г.)


Томск

Сибирский государственный медицинский университет

2006


Издание осуществлено при поддержке РФФИ

по проекту 06-06-85082-г


УДК 614.253:572

ББК Р11(2)п3+Е7

А728


А728 Антропологические основания биоэтики: Материалы Всероссийской научной конференции с международным участием (г. Томск, 11-14 октября 2006 г.) — Томск: Сибирский государственный медицинский университет, 2006. – 240 с.


ISBN 5-98591-018-0


Внедрение в практику повседневной жизни новых технологий актуализирует проблему адаптации человека к меняющемуся миру, и как следствие этого актуализирует проблемы биоэтики. Данные проблемы требуют решения на стыке медицинского и гуманитарного дискурса, что в свою очередь делает необходимым обсуждение методологии междисциплинарных решений. Материалы конференции охватывают фундаментальные междисциплинарные исследования на стыке философии, науки, медицины, этики и философской антропологии, что соответствует современным мировым тенденциям в научных исследованиях.

Издание предназначено как для медицинских работников, так и для гуманитариев, работающих на стыке философских, культурологических и медицинских проблем.


УДК 614.253:572

ББК Р11(2)п3+Е7

^
Материалы конференции публикуются в авторской редакции



Рецензенты: д-р филос. наук Н.Н. Карпицкий

д-р филос. наук И.П.Элентух


ISBN 5-98591-018-0 © Сибирский государственный медицинский университет, 2006


^

Г.А. Антипов (Новосибирск)

Как и где искать основания биоэтики?



Во все времена проповедовали много прекрасной

морали, но обоснование её всегда было неудачным

А.Шопенгауэр


Казалось бы, ответ на поставленный вопрос достаточно очевиден. Тот же Шопенгауэр критиковал Канта за постулирование морального закона, долженствования и т.п. без обращения к «сущности человеческой природы». Последняя, по большей части, ассоциируется в настоящее время с философской антропологией. Философская антропология, т.е. философское учение о человеке, его сущности и природе – один из разделов философского знания, выделившийся в относительно самостоятельную традицию в 20-х гг. ХХ в. Однако до сих пор остаются недостаточно ясными как статус её в качестве философской дисциплины, так и предметная область. Скажем, согласно Д.Юму, наука о человеке, предметом которой является человеческая природа, должна стать основанием всех других наук. Очевидно, однако, что Юм не различает ещё собственно философский и научный контексты, как это делается сегодня. «Несомненно, – писал он, – что все науки в большей или меньшей степени имеют отношение к человеческой природе и что, сколь бы удалёнными от последней ни казались некоторые из них, они всё же возвращаются к ней тем или иным путём. Даже математика, естественная философия и естественная религия в известной мере зависят от науки о человеке, поскольку они являются предметом познания людей и последние судят о них с помощью своих сил и способностей» [1].

Столь же многосмысленно неясной выглядит исследовательская программа философской антропологии, сформулированная самим Максом Шелером: «Если и есть философская задача, решения которой наша эпоха требует как никогда срочно, так это задача создания философской антропологии. Я имею в виду фундаментальную науку о сущности и сущностной структуре человека; о его отношении к царству природы (неорганический мир, растение, животное) и к основе всех вещей; о его метафизическом (сущностном) происхождении и его физическом, психическом и духовном появлении в мире; о силах и властях, которые движут им и которыми движет он; об основных направлениях и законах его биологического, психологического, духовно-исторического и социального развития их сущностных возможностях и их действительностях. Сюда же относятся как психофизическая проблема тела и души, так и ноэтически-витальная проблема. Только такая антропология могла бы стать последним философским основанием и в то же время точно определить исследовательские цели всех наук, которые имеют дело с предметом «человек» — естественнонаучных и медицинских, исторических и социальных наук, обычной и эволюционной психологии, а также характерологии»[2].

Бросается в глаза, что антропология (у Шелера – это философская антропология) оказывается формой знания, охватывающей все аспекты и характеристики, в какой-либо мере затрагивающие тему человека. У Юма же сюда «подвёрстываются» даже математика и физика – «естественная философия». Но всё – значит ничего. Теряется какая-либо определённость. Философская антропология растворяется в неструктурированном массиве познавательного опыта человека. Известно, однако, что и познавательный опыт человека определённым образом структурируется, включая значительную компоненту обыденного сознания (здравый смысл), наряду с формами теоретического сознания и аксиологического опыта, не говоря уже о том, что и науки о человеке существенно разнятся по своим теоретико-познавательным свойствам. В целом путь идентификации антропологии по принципу включения в её предметную область всего того, что, так или иначе, имеет отношение к человеку, не представляется сколько-нибудь продуктивным.

Тем не менее, создаётся впечатление, что попытки интерпретации социальной (культурной) антропологии идут тем же путём. Вот характерный пример: «Антропология как область научного исследования окончательно сложилась в последней четверти ХIХ века и связывалась с задачей полного понимания человека. Здесь объединились: собственно антропология, или естественная история человека, включая его эмбриологию, биологию, анатомию, психофизиологию; палеоэтнология, или пре-история – происхождение, первобытное состояние человека; этнология – распространение человека на Земле, изучение его поведения и обычаев; социология – отношение людей между собой; лингвистика – образование и существование языков, фольклор; мифология – возникновение, история и взаимодействие религий; социальная география – воздействие на человека климата и природных ландшафтов; демография – статистические данные о составе и распределении человеческой популяции» [3].

Правда, в контекст культурной (социальной) антропологии, как видно, не включаются многие из тех аспектов, которые присутствуют в определениях антропологии философской. К числу таковых можно отнести «сущность», «сущностную структуру человека», «метафизическое (сущностное) происхождение» человека, «последние философские основания» и т.п. Но, в то же время, за скобками остаётся традиционное различение «наук о природе» и «наук о духе», т.е. гуманитарных наук, контрарность которых обычно связывают с процедурами понимания и объяснения. Лишь в редких случаях данное обстоятельство принимается во внимание.

Можно ли внести какой-либо порядок во все эти хитросплетения околонаучного мышления? Единственный, думается, путь – анализ перечисленных феноменов в качестве форм знания в предмете современной эпистемологии. Так, философия и наука – две существенно разные, в известном смысле «перпендикулярные» формы сознания, мышления. Основная особенность философского мышления заключается в его рефлексивности. Философия по способу теоретического освоения действительности есть культивированная, приобретшая вид традиции форма рефлексии. Специфика философии, её предмета, в конечном счёте, и сводится к тому, что рефлексия и рефлектирование становятся для неё основным содержанием и целью. Философия – это выявление, аналитика предельных (конечных) оснований человеческого бытия. Поэтому философская антропология специфицируется двумя моментами: рефлексивным характером её аналитики и тематизацией оснований существующих и возможных форм познавательного опыта, целью которых является человек. Пояснить взаимосвязь философии и философской антропологии можно на примере трактовки задач философии у И.Г.Фихте: «Философия учит нас всё отыскивать в «Я». Впервые через «Я» входят порядок и гармония в мёртвую и бесформенную природу» [4]. В таком случае все проблемы, проецируемые в плоскость отношения субъекта («Я» по Фихте) к тому, что не является субъектом, к природе, всем другим формам реальности («не-Я» по Фихте), могут быть квалифицированы в качестве общефилософских проблем. Когда же вопрос ставится о самом этом «Я», о том, что оно есть такое, вопрос приобретает философско-антропологический характер.

Конечной же целью науки является знание объективно истинное, знание о свойствах объективной, т.е. независимой от воли и сознания субъекта («Я») реальности и законах, которым подчиняются её изменения. Знания такого рода законов позволяют прогнозировать результаты практической деятельности, а значит, экономить человеческую энергию, находить оптимальные формы организации и управления практикой. Тем самым наука становится производительной силой общества.

В современных условиях культурная антропология превращается в форму комплексного научного знания о человеке. В Англии её именуют социальной, в США – культурной. В Европе часто используется термин этнология... Фактически сюда включают все дисциплины, изучающие так или иначе человека. Объединяются все эти, на первый взгляд, столь разные области современной парадигмой представлений о социокультурной сущности человека. Последнее находит выражение, например, в том, что всякую культуру трактуют как систему норм, ценностей и идеалов. Общими являются и методы эмпирического исследования. Например, в этнографии как отрасли социальной антропологии превалирует включённое наблюдение, в обычной социологии оно используется значительно реже. Политологи до сих пор не определились с предметом своей отрасли знания. Вопрос находит адекватное решение, если политологию интерпретировать как политическую антропологию – форму знания, соответствующую критериям именно научной рациональности.


Литература

1. Юм Д. Соч. В 2-х т. Т. 1 – М., 1991. – С. 81.

2. Шелер М. Избр. произв. – М., 1994. – . С. 70.

3. Орлова Э.А. Введение в социальную и культурную антропологию. М.: Издательство МГИК, 1994. – С 13.

4. Фихте И.Г. О достоинстве человека. Избр. соч. Т. 1. – М., 1916. – С. 401.






оставить комментарий
страница1/73
Дата26.09.2011
Размер5.12 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   73
отлично
  5
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх