Литература русского зарубежья «перваяволна» icon

Литература русского зарубежья «перваяволна»


Смотрите также:
Программа дисциплины фтд. 01 Литература русского зарубежья цели и задачи дисциплины...
Методические материалы для самостоятельной работы студентов по курсу «Литература Русского...
Программа для магистров: направление: Искусства и гуманитарные науки Духовное наследие русского...
Калашникова Е. А., преподаватель филологии огппк...
Рабочая программа по дисциплине культурные центры русского зарубежья (курс по выбору)...
Литература русского зарубежья: библиографический указатель. Сост. Невежина, В. М...
Литература английского декаданса: истоки, становление, саморефлексия...
Литература английского декаданса: истоки, становление, саморефлексия...
Алексеева Л. Ф. История русской литературы ХХ века. В 4 книгах. 1910-1930 годы. Книга...
Программа вступительного экзамена по специальности 10. 01...
История российского православного зарубежья и зарубежных церковных разделений в современной...
Теория комедии в эстетике йенского романтизма...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   21
скачать



МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ВОЛГОГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ЛИТЕРАТУРА

РУССКОГОЗАРУБЕЖЬЯ

(«ПЕРВАЯВОЛНА»ЭМИГРАЦИИ:1920—1940ГОДЫ)


Учебное пособие

В двух частях


Часть I


Под общей редакцией доктора филологических наук,

профессора А.И. Смирновой

Волгоград 2003




ББК 83.3(2=Рус)6-008.9я73

Л64


А.И. Смирнова («И.А. Бунин», «А.И. Куприн»); А.В. Млечко [вве-

Л64

Авторы:


дение «Литературная, культурная и общественная жизнь рус-

ского зарубежья (1920—1930-е годы): течения, объединения, пе-

риодика и издательские центры»];^ В.В. Компанец («И.С. Шме-

лев»); С.В. Баранов («В.Ф. Ходасевич»); С.Б. Калашников

(«М.И. Цветаева», «Вяч. И. Иванов», «Г.В. Иванов», «Г.В. Адамо-

вич»);^ Н.М. Щедриа (Моск. гос. обл. ун-т) («Б.К. Зайцев»);

Н.Н. Нартыев («Д.С. Мережковский», «З.Н. Гиппиус», «К.Д. Баль-

монт»); С.Ю. Воробьева («А.М. Ремизов»)

Печатается по решению

редакционно-издательского совета университета

Рецензенты:

д-р филол. наук, проф.^ Л.В. Жаравина (ВГПУ);

д-р филол. наук, проф. Л.Ф. Алексеева (МГОУ)

В оформлении обложки использовано произведение

Р. Магритта «Замок в Пиренеях»

Литература русского зарубежья («первая волна» эмигра-

ции: 1920—1940 годы): Учебное пособие: В 2 ч. Ч. 1 / А.И. Смир-

нова, А.В. Млечко, В.В. Компанеец и др.; Под общ. ред. д-ра

филол. наук, проф. А.И. Смирновой. — Волгоград: Изд-во ВолГУ,

2003. — 244 с.

ISBN 5-85534-733-8

В учебном пособии характеризуется литературная, культурная и

общественная жизнь русского зарубежья 1920—1930-х годов, рассмат-

ривается творчество писателей «старшего поколения», относящихся к

«первой волне» эмиграции (И.А. Бунин, А.И. Куприн, И.С. Шмелев,

Б.К. Зайцев, Д.С. Мережковский, А.М. Ремизов, К.Д. Бальмонт,

З.Н. Гиппиус, Вяч. И. Иванов, В.Ф. Ходасевич, Г.В. Иванов, М.И. Цве-

таева, Г.В. Адамович).

Адресовано студентам-филологам, а также всем, кто интересу-

ется историей отечественной литературы ХХ века.

ISBN 5-85534-733-8

© Коллектив авторов, 2003

© Издательство Волгоградского

государственного университета, 2003


- 2-




Предисловие


Современная культурная ситуация все более заставляет нас

обращаться к своему прошлому, искать в нем ответы на неко-

торые вопросы, волнующие нас сегодня. Во многом ради этого

мы изучаем классическую русскую литературу XIX века, оте-

чественную литературу прошлого столетия, картина которой

была бы далеко не полной без такого огромного пласта, как

литература русского зарубежья. Эта литература, насильственно

оторванная от «метрополии», возникшая и развившаяся на «дру-

гих берегах», по праву считается настоящим феноменом рус-

ской культуры XX столетия. Не всякая национальная литерату-

ра имеет своего «двойника», который, впрочем, зачастую яв-

ляется носителем совсем иных, как в зеркальном отражении,

качеств.

Изучение этой «параллельной ветви» отечественной сло-

весности является сегодня одной из «магистральных линий» со-

временного литературоведения. В настоящее время издано дос-

таточно монографий, посвященных «персоналиям» русской

эмиграции, но комплексных исследований, представляющих рус-

ский литературный процесс за рубежом как целостность, не-

много. Это учебное пособие и призвано в какой-то степени вос-

полнить недостаток таких работ, где материал подавался бы не

только систематически-обзорно, но и с максимально возмож-

ным учетом его специфики и литературоведческой рецепции.

Оно выходит в двух частях, причем деление проходит по

принципу, предложенному Глебом Струве в его классической

работе «Русская литература в изгнании» (1956). Здесь он (диф-

ференцируя прозу и поэзию) достаточно условно, но, на наш

взгляд, удачно различает писателей русского зарубежья «стар-


- 3-




шего» и «младшего» поколений. Старшее поколение составля-

ют те авторы, творчество которых в большой степени опреде-

лилось еще до эмиграции. Соответственно младшее — те, кто

состоялся как писатель уже в отрыве от родины. В первой части

пособия, таким образом, представлены прозаики и поэты стар-

шего поколения, а во второй части планируется обратиться к

«младшим» писателям-эмигрантам, а также к писателям-«са-

тириконцам».

Учебное пособие снабжено списком рекомендуемой ли-

тературы, значительно дополняющим библиографию к курсу

«История литературы русского зарубежья XX века», предлага-

емую составителями Программы по истории русской литера-

туры ХХ века (1890—1990), на третью часть которой она ори-

ентирована (Программы лекционных курсов. М.: Изд-во Моск.

гос. ун-та, 1997. С. 112—116).


^ А.В. Млечко, А.И. Смирнова

- 4-




Введение


Литературная, культурная и общественная

жизнь русского зарубежья (1920—1930-е годы):

течения, объединения, периодика

и издательские центры


Среди достаточно большого количества центров русского

рассеяния (Берлин, Париж, Прага, София, Белград, Харбин и

др.) традиционно «столицами» считаются два города. Это Бер-

лин и Париж. Их роль в жизни русского зарубежья далеко не

равнозначна. В 1920—1924 годах роль ведущего интеллектуаль-

ного и литературного центра выполнял Берлин, в то время как

Париж был центром политическим.

Такое положение дел сложилось в результате ряда объек-

тивных причин. В Германии послевоенного периода была инфля-

ция, позволявшая держать хороший обменный курс русского

конвертируемого рубля времен нэпа. Это способствовало пред-

принимательской деятельности русских эмигрантов, в том чис-

ле и издательской. Кроме того, в то время как в других западно-

европейских странах советское правительство не было еще при-

знано, с Веймарской республикой у Советской России были

установлены вполне дружественные отношения. Это способство-

вало возникновению издательств, ориентированных как на эмиг-

рантский, так и на советский книжный рынок. Самым крупным

из таких предприятий, печатавших и советских, и эмигрантских

авторов, было издательство З.И. Гржебина. Он перенес свою де-

ятельность в конце 1920 года из Петрограда в Стокгольм, а затем

в Берлин, где также работали такие издательства, как «Слово»,

И.П. Ладыжникова, «Эпоха», «Геликон», «Грани», «Русское Твор-

чество», «Университетское Издательство», «Мысль» и др.


- 5-




Книгоиздательством З.И. Гржебина был задуман и час-

тично воплощен в жизнь проект издания русской литературы

(сочинения А.К. Толстого, И.С. Тургенева, Ф. Сологуба, А. Ре-

мизова, Б. Пильняка, Е. Замятина, М. Горького, О. Форш, Б. Зай-

цева, А.Н. Толстого и др.). Но в начале 1921 года Госиздат фак-

тически прервал отношения с издательством. Дела Гржебина

пошли плохо, и в 1925 году он переехал в Париж, где пытался

наладить книгоиздательство, но берлинского успеха ему по-

вторить так и не удалось.

В эти годы в Берлине выходило достаточно много русских

газет и журналов. Наряду с сугубо эмигрантскими изданиями

(«Руль», «Голос России», «Дни», «Время», «Грядущая Россия»

и др.) здесь выходили и «просоветские» «Новый мир» и «Нака-

нуне». Уже это позволяет говорить о том, что особенностью

берлинского периода русского рассеяния было относительно

свободное общение между эмигрантскими авторами и советс-

кими — русское культурное пространство еще ощущалось еди-

ным, нерасчлененным.

Так, местом встреч писателей был созданный в Берлине,

по образцу петроградского, Дом Искусств, на собраниях кото-

рого читали свои произведения, например, А. Ремизов, В. Хо-

дасевич, В. Шкловский и В. Маяковский. Дом Искусств не раз

делал акцент на своей аполитичности, и, возможно, это и было

причиной его широкой популярности. С 1923 года в Берлине

был открыт Клуб Писателей, в рамках которого тоже встреча-

лись советские и эмигрантские авторы. Эта свобода общения

объяснялась рядом причин, и не в последнюю очередь относи-

тельной «лояльностью» советской власти, преследовавшей,

конечно, свои цели. Да и многие писатели занимали в это вре-

мя «промежуточное» положение, достаточно назвать имена

А. Белого, И. Эренбурга, М. Горького, В. Шкловского и других.

Одним из свидетельств такого положения дел был вы-

пуск в Берлине журнала литературы и науки «Беседа» (1923—

1925). Журнал был задуман Горьким как издание, ориентиро-

ванное на российского читателя. Кроме Горького в издании

журнала принимали участие Б.Ф. Адлер, А. Белый, Ф.А. Браун

и В. Ходасевич. Журнал преследовал «просветительские» цели,

намереваясь восполнить ту духовную лакуну, которая образо-

валась в Советской России. Вышло семь номеров журнала.

- 6-




Помимо произведений зарубежных авторов (в «Беседе» впер-

вые увидели свет некоторые тексты Джона Голсуорси, Роме-

на Роллана, Стефана Цвейга, Мея Синклера и др.) в журнале

очень активно печатались русские авторы, и «русская тема»

занимала в нем приоритетное положение. Публиковались про-

изведения самого Горького (рассказы, очерки, заметки, вос-

поминания), а также проза, стихи, переводы, критические и

научные работы А. Блока, А. Белого, Ф. Сологуба, В. Ходасе-

вича, А. Ремизова, Л. Лунца, В. Шкловского, Вл. Лидина, К. Чу-

ковского, Н. Оцупа и др.

Журнал считался «аполитичным», на его страницах со-

седствовали авторы весьма различных, а порой и противопо-

ложных идейных воззрений. Как уже говорилось, «Беседа» была

предназначена прежде всего для советского читателя, но Горь-

кому так и не удалось распространить журнал в России, не-

смотря на декларируемую «беспартийность» издания: «Конеч-

но, писатель ставил перед собой невыполнимую задачу — быть

над схваткой, ориентируясь на страну, охваченную революци-

онными переменами. Поэтому... аполитичность не спасла жур-

нал от предвзятых политических и идеологических обвинений.

Тем не менее в "Беседе" считалось, что у нее не должно быть

не только левых и правых, но и правых и неправых. Она долж-

на была объединить писателей и ученых в советской России и

за рубежом, сблизить советскую и эмигрантскую литературы.

...Свободная, бесцензурная, беспартийная "Беседа", интерна-

циональная в лучшем смысле этого слова, стоящая "над схват-

кой", утверждающая высокие гуманистические идеи и обще-

человеческие ценности культуры, нравственности и морали,

не могла быть допущена режимом» 1.

Непростой диалог с «метрополией» отражала и выходив-

шая в Берлине газета «Накануне» (1922—1924), на страницах

которой звучали «сменовеховские» идеи, а потому речь о ней

будет идти ниже.

Постепенно относительно благополучная берлинская жизнь

русского рассеяния была нарушена, и столица Германии поте-

ряла статус литературной «столицы» русского зарубежья. Цент-

ром, как интеллектуальным, так и политическим, стал Па-

риж, и тому были причины материального и эмоционального

характера: продолжавшаяся инфляция, катастрофическое па-

- 7-




дение курса марки по сравнению с другими европейскими ва-

лютами, настороженное отношение немцев к слишком боль-

шой массе русских беженцев, нежелание последних ассимили-

роваться, проблемы с трудоустройством, с одной стороны, и

чувство «утраченных иллюзий» — с другой.

Большинство эмигрантов воспринимали берлинскую жизнь

как место временного изгнания, они были уверены в близком

падении советской власти и в своем скором возвращении на

родину. Но этому не суждено было сбыться. И к началу 1923 года

среди русских эмигрантов стали преобладать настроения разо-

чарованности (они подогревались сведениями о разгоне Все-

российского комитета помощи голодающим, суде над эсера-

ми, гонениях на «инакомыслящую» интеллигенцию; прекра-

щением «конструктивного диалога» с интеллектуальными си-

лами «метрополии»). Поэтому переезд в Париж митрополита

Евлогия, управляющего Русской зарубежной церковью в За-

падной Европе, многими был воспринят символически — уже

к концу 1923 года переселение русских эмигрантов из Берлина

в Париж стало массовым. Так закончился «романтический» пе-

риод жизни русского рассеяния.

Политическим центром эмиграции Париж был изначаль-

но. Именно здесь еще в 1919 году было организовано Русское

политическое совещание, в 1921 году прошел Национальный

съезд и был сформирован Национальный комитет под предсе-

дательством А.В. Карташева, объединивший умеренные круги

эмиграции. В Париже было создано Республиканско-демокра-

тическое объединение под руководством П.Н. Милюкова; на-

конец, во французской столице обосновался ряд финансовых

организаций эмиграции, располагающих довольно крупными

средствами.

В начале 1920-х годов создаются новые организации, объе-

диняющие широкие круги деятелей культуры и науки, офице-

ров, студентов. Это Союз русских литераторов и журналистов,

Союз русских музыкальных деятелей, Общество спасения рус-

ской книги, Русское юридическое общество, Союз русских

студентов, Союз русских офицеров и т. д. 2 Наконец, именно в

Париже возникли и выходили крупнейшие периодические из-

дания — от ежедневных газет до «толстых журналов» 3. Многие

из газет были довольно-таки недолговечны, и среди них наи-

- 8-




более жизнеспособными и известными были две — «После-

дние новости» и «Возрождение».

«Последние новости» (1920—1940) были самой долговеч-

ной из эмигрантских ежедневных газет. Она начала выходить

как сугубо информационный орган под редакцией бывшего ки-

евского присяжного поверенного М.Л. Гольдштейна. В 1921 году

«Последние новости» перешли в руки республиканско-демок-

ратической группы партии Народной свободы и стали органом

Республиканско-демократического объединения. С марта того

же года «Последние новости» начали выходить под редакцией

П.Н. Милюкова и его политических соратников. Несмотря на

«левый» уклон (так, среди новых приоритетов значились отказ

от вооруженной борьбы против большевиков и демократичес-

кие идеалы), «Последние новости» сумели привлечь к себе весьма

крупные литературные и журналистские силы, отличаясь высо-

ким профессиональным уровнем, они не испытывали недостатка

в подписчиках и читателях. «Став современной европейской га-

зетой, "Последние новости" продолжали за рубежом традицию

русской печати — не только ежедневно сообщать новости, но

давать «пищу для души», уделяя большое внимание вопросам

публицистическим и просветительским. И здесь роль газеты,

как всегда было в России, до некоторой степени совмещалась

с ролью, обычно выполняемой журналами» 4.

Содержательно газета была весьма разнообразна. Очень

большое место отводилось в ней не только освещению жизни в

Советской России, информации, заимствованной из советс-

кой прессы, но и общеевропейским новостям, в том числе из

Франции. Особенно это касалось литературного и научно-куль-

турного материала — подчас именно через «Последние ново-

сти» многочисленная эмигрантская аудитория получала сведе-

ния о советской литературе.

Да и в собственно художественном материале на страни-

цах газеты недостатка не было. Читатели четверговых номеров

могли познакомиться с образцами прозы И.А. Бунина, Б.К. Зай-

цева, А.И. Куприна, М.А. Алданова, М.А. Осоргина, А.М. Ре-

мизова, В. Сирина (В.В. Набокова), Н.А. Тэффи, Н.Н. Бербе-

ровой и др.; с поэзией К.Д. Бальмонта, Г.В. Иванова, И.В. Одо-

евцевой, Д. Кнута и др.; с публицистикой и литературной кри-

тикой В.Е. Жаботинского, А.М. Кулишера, Е.Д. Кусковой, Ан-

- 9-




тона Крайнего (З.Н. Гиппиус), Г.В. Адамовича, В.В. Вейдле,

В.Ф. Ходасевича и др.

Своеобразным «медиатором» между литературой эмигран-

тской и советской была, конечно же, классическая русская

литература, которой на страницах «Последних новостей» уде-

лялось самое пристальное внимание. Многочисленные статьи о

Пушкине, Лермонтове, Гоголе, Достоевском, Льве Толстом,

Лескове, Тургеневе, Тютчеве, Фете, Чехове, Блоке, Андрее

Белом и других русских писателях стали лучшим свидетельством

культурного значения и качества милюковского издания. Од-

ним из ведущих критиков газеты был Г.В. Адамович, с именем

которого было связано одно заметное событие в жизни русско-

го зарубежья, а именно полемика о преемственности культур-

ных традиций в новых для русской культуры условиях, о поло-

жении и дальнейшей судьбе эмигрантской литературы, о са-

мом смысле искусства слова в целом. Участников спора (про-

должавшегося до конца 30-х годов) было немало (например,

М. Осоргин, З. Гиппиус и др.), но его центральными фигурами

выступили Г. Адамович как критик «Последних новостей» и

В.Ф. Ходасевич, как правило печатавшийся на страницах газе-

ты «Возрождение».

В частности, в одном из июльских номеров 1931 года га-

зеты Милюкова Г. Адамович публикует во многом программ-

ную статью «О литературе в эмиграции», где говорит о том,

что эмигрантская литература рискует оказаться несостоятель-

ной, ограничившись лишь воспоминаниями и ностальгией по

«утонувшей России». Она, считает критик, не должна разры-

вать связей с родиной, слепо отрицать современную Россию,

но должна находить точки соприкосновения с ней, отказаться

от пестования собственного одиночества. Ей надо бы научиться

у России «чувству жизни» и «общности»: «Однако там, в каж-

дом приходящем оттуда слове, которое не было продиктовано

трусостью или угодничеством, есть веяние общности, — т. е.

совместного творчества, связи всех в одном деле и торжества

над одиночеством. Пафос России сейчас в этом, и какие бы

уродливые формы его не принуждали принимать, он искупает

многое. Этому сознанию здешняя литература должна была на-

учиться, или, вернее, должна была им заразиться. Без этого

она, действительно, обречена» 5.

- 10-




В 1933 году В. Ходасевич на страницах «Возрождения» (27 ап-

реля и 4 мая) публикует свой «ответ» — программную статью

на ту же тему «Литература в изгнании». В отличие от Адамови-

ча, он не считал, что эмигрантская литература теряет связь с

русской культурой, теряет чувство «русскости»: «Националь-

ность литературы создается ее языком и духом, а не террито-

рией, на которой протекает ее жизнь, и не бытом, в ней отра-

женным. Литературные отражения быта имеют ценность для

этнологических и социологических наблюдений, по существу

не имеющих никакого отношения к задачам художественного

творчества. Быт, отражаемый в литературе, не определяет ни

ее духа, ни смысла. Можно быть глубоко национальным писа-

телем, оперируя с сюжетами, взятыми из любого быта, из

любой среды, протекающими среди любой природы» 6. Это со-

ображение Ходасевич подтверждает многочисленными приме-

рами из истории мировой литературы (французской, польской,

итальянской, еврейской).

Но вместе с тем он, как и Адамович, далек от идеализа-

ции литературы русского рассеяния, но по другой причине: «Я

позволю себе выдвинуть несколько иное положение: если рус-

ской эмигрантской литературе грозит конец, то это не потому,

что она эмигрантская, то есть фактически осуществляется пи-

сателями-эмигрантами, а потому, что в своей глубокой внут-

ренней сущности она оказалась




оставить комментарий
страница1/21
В.В. Компанеец
Дата26.09.2011
Размер4,46 Mb.
ТипУчебное пособие, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   21
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх