Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок icon

Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок


Смотрите также:
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...



Загрузка...
скачать

www.diplomrus.ru ®

Авторское выполнение научных работ любой сложности – грамотно и в срок



Содержание

Введение 3


ГЛАВА ПЕРВАЯ. Истоки и источники 26 § 1. Греческая историофафия VI - III вв. ло и. э.


о легендарной истории Рима 28


§ 2. Зарождение римской литературы 56


§ 3. Диокл из Пспарста как источник 75 ГЛАВА ВТОРАЯ. Жизнь и труд


§ 1. Жизнь Фабия Пиктора 91 § 2. Лвторспю Латинских анналов и Комментариев


к праву понтификов 108


§ 3. Структура "Annales Graeci" 115


§ 4. Язык труда: фсческий или латынь? 127


ГЛАВА ТРЕТЬЯ. Основание Рима 138


§ 1. Дата основания Рима 139


§ 2. Легенда об Энее 146


§ 3. Эвандр и Геракл 158


Заключении 165

Список сокращении 169


^ [СП1ICOK 11СПОЛЬЗОВА11НЫХIICTO4HI1КОВ II Л1ПЕРЛТУРЫ]


1. Источники 171


2. Сборники текстов ранних римских историков 175 (v 3. Мопофафии, словари и статьи 176


[Приложил ше]


1. Тексты источников. Переводы I


2. Иллюстрации XXIII


3. Краткое генеалогическое древо семейства Фабиев Лмбустов XXIV


4. Список понтификов с 241 по 142 г. до и. э. XXV


Введшим;


Основным предметом данного исследовапня являются события легендарной истории Рима, связанные с основанием Города, а также сочинение первого римского историка Квинта Фабия Пиктора, его т. н. Греческие анналы, где время описания сюжета простиралось от падения Трои до второй Пунической войны. Разработка представленного сю-жета отнюдь не является чем-то новым: в исторической науке проблемы, связанные с римскими легендами, уже па протяжении двухсот лет являются нолем непрекращающейся битвы непримиримых лагерей. Путешествие Энея, основание им и его наследниками городов на территории Лация, рождение Ромула и Рема, основание Рима — всем этим событиям исследователями давалась самая различная фактовка: от полного принятия их правдоподобности до тотального отрицания. Основным источником изначально являлись лишь сохранившиеся до нашего времени сочинения фсческих и римских историков и поэтов, тогда как данные археологии, нумизматики и эпшрафики еще не привлекались1. Итог исканий девятнадцатого века предельно четко выражен в критицизме Э. Пайса. Ситуация кардинальным образом стала меняться только начиная с середины двадцатого века, когда археологические данные но сути дела лишь впервые привлекли внимание специалистов. Шестидесятые — семидесятые годы стали временем настоящего бума: историки едва успевали описывай, все появляющиеся ар-_ хеологическис и эпиграфические сенсации. Изменение нашего пред-


ставления об истории архаического Рима приводило к тому, что историки стали давать литературной деятельности Фабия Пиктора новые оценки. В зоне дискуссий оказались вопросы об источниках самого Фабия, о причинах выбора им или же его предшественниками легенды


1 «Италия чрезвычайно бедна памятниками первобытной эпохи и представляет в этом отношении достойную внимания противоположность другим культурным областям» (МоммзшГГ. История Рима. СПб., 1994. 'Г. I. С. 25).


об Энее, добросовестности и предвзятости первого римскою историка. К настоящему времени наиболее авторитетные исследователи склонны принимать в целом легендарную традицию, полагая, что появившиеся находки вполне согласуются с описанием античных авторов. Но лишь с сожалением приходится коистатиронать, что все эти бурные исследовательские перипетии остались практически незамеченными отечественными исследователями.


Таким образом, цель данной работы — разрешить вопрос о том, как соотносятся паши литературные, археологические, эпиграфические и нумизматические данные с тем, что описывал Фабий Пиктор; насколько мы можем доверять его сочинению, с чем связан выбор фече-ского языка, в какой степени Фабий являлся «изобретателем» легендарной истории Рима, как много он заимствовал у фсческих историков, был ли он зависим от политических конъюнктур своего времени. Для выполнения поставленной цели необходимо:


а) выяснить, какая фсческая традиция об основании Рима суще-спювала до Фабия Пиктора, начиная со времен Гесиода и до Тимея Сицилийского; трудами каких именно авторов мог пользоваться Пик-тор;


б) определить, какая римская литературная традиция существовала к третьему веку до н. э., чтобы тем самым прояснить, оправдан ли выбор греческого языка Фабисм для своего сочинения невозможностью писать исторический труд на латинском языке; какие местные свидетельства были в распоряжении римского историка;


в) рассмотреть и проанализировать имеющиеся факты биографии Пиктора;


I') выяснить, являлся ли Пиктор автором приписываемых ему сочинений {/\атинских анналов и О понтификальном праве), а также предста-


вить общую композицию Греческих анналов и то место, которое занимала в них легенда об основании Рима;


д) наконец, представить, в какой степени Фабпй являлся «изобретателем» мифов, связанных с Эпссм и Ромулом.


Исходя из поставленных целей, в хронологические рамки данной работы будет входить не только время жизни самого Пиктора (т. с. вторая половина III в. — начало II в.), но и эпоха, когда создавалась греческая традиция (от Стесихора и до Ликофрона: VI — III вв.), а также то время, к которому традиция приписывала легенды об основании Города (от падения Трои до VIII в.).


Б работе будет представлено комплексное использование различных исторических источников, критическое отношение к дошедшему до нашего времени материалу, который включает в себя, помимо нарративной традиции, данные археологические, эишрафическис и нумизматические.


Краткий обзор источников


Специфика целей представленной работы предполагает обращение ко многим античным авторам в самом широком временном диапазоне с анализом достоверности сохранившихся в них сообщений. Многие авторы будут упоминаться лишь единично (Гесиод, Лрк-тин). О некоторых (Стесихор, Тимей, Ликофроп) речь будет идти особо в дальнейшем тексте диссертации. Поэтому здесь следует дать обзор лишь тех сочинителей, которые создали специальные труды но легендарной истории Рима, сохранилившиеся до нашего времени, и сведения которых широко будут использоваться па страницах данной работы.


Наиболее важным автором для изучения избранной темы является фсческий учитель риторики и писатель Дионисий Галикарнасский. Мало что известно о его жизни. Вероятно, он родился около 60 года до


н. э. По сю собственным словам, он приплыл в Италию в тог самый гол, когда Цезарь Август прекратил междоусобную войну, т. с. в 30 г. до и. э. Дионисий был вхож в самые высокие круги римского общества и питал искренний интерес к римской истории. В 7 году написал свое сочинение ' Н ' Ри)ца.1кт) архаюХоу'ьа (Ant. Rom. I. 7. 21). Эта работа состояла из 20 книг и охватывала период от легендарного первого поселения энотров в Италии (за семнадцать'поколений до падения Трои: 1.11) до начала первой Пунической войны (1.8.2). Таким образом, общая протяженность повествования составляла около 1300 лет. По всей видимости, Дионисий сам дал название своей работе и выбрал его не случайно. Не исключено, что этот фсческий писатель создавал свое сочинение как некое обширное введение к сочинению Полибия, которое начиналось как раз с первой Пунической войны. Стоит вспомнить, что Полибий нарочито исключил все рассказы, связанные с генеалогией, основанием городов и пр., из своей прагматической истории (IX. 1.4; 2. 1), тогда как Дионисий выбрал именно этот предмет, оказавшийся, по сю мнению, в пренебрежении у предшественников-историков (I. 8. 1).


Одной из главных задач Дионисия стало доказательство того, что римляне по своему происхождению отнюдь не были варварами, а имели вполне эллинские корни, да и троянцы — легендарные предки римлян, — оказывались в некотором родстве с греками (напр., Т. 11. 1; I. 13; I. 17; VII. 70 sqq)1. Тем самым фсческий историк устранял всякую основу возможной вражды между фсками и римлянами. До нашего времени сохранились только одиннадцать книг, где события доводятся до 444 г. до н. э. Большинство современных исследователей отмечают, что влияние риторики на труд Дионисия ощущается весьма значитель-


1 В дальнейшем при ссылке на эту работу Дионисия ее название оговариваться пс будет.


но: и отгочешюе построение речей, и формальное разделение истории на «внутреннюю» и «внешнюю», и подчас чрезмерно надуманная реконструкция событий, рассчитанная как на политического деятеля, гак и для приятного литературного времяпрепровождения2.


Особый интерес представляет первая книга, где Дионисий самым дотошным образом собрал цитаты из сочинений свыше 50 писателей, что делает эту часть особенно цепной. Следует специально оговорить, что «Рассказы о римских древностях» Дионисия подчас являются нашим единственным источником фрагментов пссохранившихся работ древних авторов. В целом следует отметить добросовестность этого историка, и мы вполне можем доверять его пунктуальности в использовании сочинений более ранних его предшественников как 1рсков, так и римлян, учитывая, что Дионисий, по его собственным словам (I. 7. 2), знал латинский язык.


Если вопрос о подобострастии Дионисия по отношению к римской власти остается открытым, то патриотическая направленность Плутарха сомнений не вызывает. Годился он, вероятно, в 46 году п. э. в г. Хсроиеи, что в центральной Греции. Образование он получил в Афинах, много путешествовал, неоднократно бывал в Нгиптс, Италии. Наибольшую ценность для ранней истории Рима представляют его «Параллельные жизнеописания», в которых Плутарх приводит биографии как легендарные (например, Ромула), так и исторические (например, Цезаря). Ценность сочинения Плутарха обуславливается еще и тем, что он, подобно Дионисию, использовал значительное количество не сохранившихся работ фсческих и римских авторов. Для примера


1 Об этом см.: HlLL H. Dionysius of Halicarnassus and the Origins of Rome // JRS. 1961. Vol. 51. P. 88 -93.


2 SCHWARTZ E. Dionysios von Halicamassos // RE. Bd. V. 1, 1903. S. 934ff.; SHUTTR.J. H. Dionusius of Halicarnassus // GR. 1936, Vol. IV, No. 12. P. 149; OGIL-Vinll. M., DRUMMONDA. The Sources for Early Roman History // САН. 2nd cd. VII. 2. 1989. P. 3-4.


стоит привести упоминание Проматиопа (Rom. II) и Диокла из Псиарс-' та (Rom. Ill — VIII), которые всфсчаются только у Плутарха и нигде более. Помимо биофафий, Плутарх написал несколько десятков работ по религии и философии, в которых содержится немало важнейших сведений по истории легендарного Рима1.


Диолор Сицилийский получил свое прозвище оттого, что родился в городе Лгире на Сицилии. Он написал историческое сочинение в сорока книгах, из которых до нашего времени дошли лишь пятнадцать. В Риме Диодор провел не менее тридцати лет (примерно с 70 до 36 г.), но работа его написана па феческом языке. Его «всемирная история» включала в себя описание событий во всех странах тогдашнего цивилизованного мира. По мнению Э. Пайса, у этого сочинителя не было никакого политического или критического чутья, когда он акцептирует внимание на незначительных деталях и пропускает важные, и единственный его талант — талант компилятора2. Вероятно, Диолор во время сочинения фуда по ранней римской истории пользовался каким-то римским анналистом, не исключено, что таковым мог оказаться сам Фабий Пиктор, но никаких точных доказательств тому мы не имеем .


Как это ни парадоксально, по мы располагаем лишь одной сохранившейся работой римского историка, где подробно излагается начальная римская история. Это сочинение, которое обычно называют ЛЬ Urbe condita, написанное уроженцем Падуи Титом Ливием (примерно 59 г. до и. э. - 17 г. и. э.). Из офомного массива 142-х книг сохранились лишь первые десять (от падения Трои до 293 г.), а также с XXI по


1 ЛИПШИЦЕВ С. С. Плутарх и античная биография: К вопросу о месте классика жанра в истории жанра. М., 1973. С. 47 — 69.


PALS It. Histoire anciennc. Dcs origines a l'achcvcmcnt dc la conqucte (133 avant J.-C). Paris, 1926. P. 15.


Э. Пане полагал, что источником для Днолора могли быть лаже "Ли/м/es МахгтГ (Op. cit. P. 15).


XLV (219 — 167 гг.), где события гак же, как и в фудс Дионисия, описываются год за годом. Ливии был первым римским историком, который не принадлежал к высшему римскому истэблишмент)'; он не был выходцем из знатного рода; не занимался государственными делами; Лзиний Поллиоп критиковал его за употребление провинциальных словечек ("Patavinitas": QUINTIL. Ins/if. I. 5. 56; VIII. 1. 3); по всей видимости, он не был вхож в литературный круг Рима, да и умер он в Падуе (DESS. 2919), а не в Риме. Так что, если Ливии действительно был литературным наставником Клавдия (SUET. Claud. 41. 1) и был знаком с Лвгустом (Тле. Ann. IV. 34), то эти встречи, кажется, не сделали его значительной персоной римского нобилитета. По всей видимости, главной причиной популярности Ливия стали моральная направленность и патриотическая пылкость его сочинения1. Событиям до 509 года он посвятил первую кишу. Подобно Дионисию, Ливии пользовался трудами своих предшественников, по, увы, редко называет их по имени, чаще всего упо!ребляя абстрактные выражения: plures, auctores, pauci или лаже dicitur .


С первого века до п. э. в Риме ис без греческого влияния становятся популярными работы антикваров. Сами антиквары в целом относились без особой критичности к тем старинным записям, которыми они располагали. Очень важным для изучения легендарной истории Рима является сочинение De lingua Latina M. Тсррсиция Варрона (116 — 27 гг. до н. э.), дошедшее до нас лишь частично. В этом сочинении он демонстрирует пристрастие к этимологии, часто чрезмерно надуманное. Именно Варрон установил 753 год годом основания Рима. Следует назвать также Веррия Флакка, автора работы De verbomm significatu. Он был вольноотпущенником; Лвгуст даровал ему дом, выделил жалованье


1 Ogilvie R. M., Drummond Л. Op. at. P. 9. ' Весьма вероятно, что Ливии н искрой кш Катона и «Лпналы» Клавдия Квадригарпя (PAIS E. Op. cit. P. 17).


Весьма вероятно, что Ливии к искрой книге широко опирался на


и доверил присмотр за образованием своих внуков. В своем труде Флакк проявляет особый интерес к вопросам лингвистики. Даже принцип построения его работы алфавитный, где одна лишь буква А занимала первые четыре книги. Мы располагаем лишь некоторыми частями этого сочинения.


Важные сведения но истории легендарного Рима содержатся в сочинениях Полибия, Цицерона, Плиния Старшего, Евтропия, Ыония Марцслла, в работе, приписываемой Аврелию Виктору, Origo gentis Romanae. Следует также упомянуть труды таких ранних христианских писателей, как Арнобий, Евсевий, которые в своей критике язычества приводили подчас уникальную информацию.


Эпиграфические данные


Неоднократно вызывал недоумение тот факт, что хотя в восьмом веке в центральной Италии был уже распространен алфавит, пропик- ший из Греции, и найдены надписи, относящиеся к этому времени, но общее количество эишрафического материала VII - III вв. весьма незначительно. Вероятно, лишь случай может являться тому объяснением. Или же то, что само письмо в целом использовалось для решения каких-то важных государственных или жреческих задач или же для бытовых нужд состоятельных людей. Вот почему всякая надпись до III в. до и. э., которую можно как-то связать с мифами об основании Города, сразу же становится объектом самого лотошного внимания исследова- телей. К примеру, надпись LARE -AINEIA D(ONOM), найденная в Тор Типьоза (Tor Tignosa), что в восьми километрах от того места, которое раньше занимал Лавиний, имеет, как минимум, пять вариантов интерпретаций1. В целом, исследователи вынуждены признать, что имеющийся эпшрафический материал, который относится к VI —


1 WEINSTOCK ST. Two Archaic Inscriptions from Latium //JRS. I960, Vol. 50. P. 115-116.

IV вв. до и. э., не может считаться репрезентативным. Помимо этого, следует сказан», что многие надписи были просто-напросто утеряны. Совершенно уникальный материал был найден в Таормине на Сицилии в 1969 году: были обнарркены несколько надписей, содержащих краткое изложение работ некоторых историков, которые писали па греческом языке. Среди них был и Фабий Пиктор1.


^Археологические данные


Вплоть до 60-х it. двадцатого века интерес историков и археологов не был направлен на раскопки архаического Рима. В 30 — 40-е гг. ученых более интересовал императорский Рим, что было обусловлено политическими конъюнктурами того времени. Чем не менее найденный материал консервировали, прятали в запасниках и о нем забывали. Ситуация стала меняться с конца 50-х гг., когда, наконец, результаты раскопок архаического Рима стали вызывать острейший интерес3. Археологические находки спровоцировали невиданный до этого времени интерес исследователей к самой ранней истории Рима и заставили пересмотреть ряд позиций, в частности, многие историки стали относиться к мифам об основании не как к пустым выдумкам, а как к некоторой реальности. Новые археологические памятники заставили отказаться от того общепринятого мнения, что знакомство римлян с Энеем и принятие троянского происхождения произошло в самом конце четвертого — начале третьего века. Новые данные убеждают, что этот ^ процесс произошел гораздо раньше: вероятно, даже в шестом веке.


1 Эти надписи были впервые опубликованы Дж. Машанаро в 1974 году: MANGANARO G. Una biblioteca storica ncl ginnasio di Tauromenion e il P. Oxy. 1241 // PP. 1974, Vol. XXIX. P. 389- 409. Текст надписи и ее перевод приводился ниже (с. 94 — 95, а также см. Пргможе/ше X).


" Об археологии Рима речь будет еще идти ниже.


3 Одним из катализаторов такого интереса стала фундаментальная работа Э. Гъерстада в шести томах, оказавшаяся для меня, увы, недоступной: Gjerstad Е. Early Rome. Lund, 1953 - 73.

Остается лишь с сожалением констатировать, что археологи ведут свои работы достаточно случайно. И «виной» тому — скученность современной застройки. Археологи получают доступ только тогда, когда производится строительство нового здания или дороги. Вот почему мы можем лишь гадать, какие бесценные для науки находки могут скрьшаться там, где cine не было лопаты археолога: на Целие, Авентинс и пр. Поэтому перед тем, как обобщать археологический материал, необходимо четко представлять себе, что мы располагаем часто лишь разрозненными находками, представленные данные не могут дать нам целостную кар тину времен X — VI вв.


Обзор историографии


Первые римские анналисты долгое время находились в пренебрежении у современных историков. Главная причина заключалась в том, что разрозненные фрагменты невольно «отпугивали» всякого, кто привык иметь дело лишь с весомым наследием Ливия, Дионисия, Тацита. Образованные читатели восемнадцатого столетия своими суждениями лишь повторяли сентенции Цицерона или Ливия . Первым автором, с которою следует начать этот краткий обзор повой историографии, является Б. Г. Нибур. В своем сочинении «История Рима» он продемонстрировал но сути новый подход к существующим источникам, наметив новые казавшиеся ранее несущественными проблемы ис-


1 Увы, но не со всеми необходимыми работами мне удалось познакомиться. Например, я так и не увидел такие важные работы, как: NlTSCII К. Die rotnische Лп-nalistik. 1873; JACOBY F. Atthis. The Local Chronicles of Ancient Athens. Oxford, 1949; BUNG P. Q. Fabius Pictor. Der erste Romische Annalist. Diss. Koln, 1950; WISEMAN T. P. A Roman Myth. Cambridge, 1995.


Вот, к примеру, что писал лорд Болингброк в одном из своих писем (1735 г.): «У римлян были хронисты, или анналисты, с самого начала существования их государства. Не позднее шестого столетия или очень близко к этому времени у них появились антиквары и были предприняты попытки написать историю. Я называю эти первые исторические произведения только попытками или опытами; и они не были ничем большим — ни у римлян, ни у греков». БОЛИИГЬТОК. Письма об изучении и пользе истории. М., 1978. С. 56 — 57.

торической пауки. Именно Нибур высказал теорию «застольных несен», которую поддержали многие исследователи.


С XIX иска мнения исследователей о творчестве Пиктора можно условно разделить на две части. Наиболее устоявшееся мнение заключается в том, что сочинение Фабия Пиктора является неким следствием mgotwm\. Именно его придерживался Теодор Моммзсн в своем сочинении «История Рима». По его убеждению, римская историография начинается только со времени Катона. Целью Фабия не было создание прагматической истории. Являясь крупным талантом своего времени, он создал новую для Рима литературную форму, когда даже не было еще подготовленной читающей публики. Это-то и стало причиной выбора греческого языка. Пиктор был первым, кто соединил два известных в Риме сказания в одно целое: греческое воззрение Тимея о троянце Энее и национальное — об альбанском царе Ромуле. Этот синтез двух традиций, по мнению Моммзсна, был сделан очень нсис-кусно: всякий «римлянин должен оыл возмущаться при мысли, что древние римские пенаты хранились не в храме па римской торговой площади, как все до тех пор думали, а в храме, который находился в Лавинии» . Т. Моммзен своим непререкаемым авторитетом наметил ту линию в исторической науке, которая воспринимала раннюю римскую анналисгику как некое эстетическое явление, исходящее из эллипо-фильских кругов, стремящееся не столько породить что-то самобытное, сколько хорошо усвоить блестящие образцы существующего.


Одной из тех книг, которые подвели некий итог исторических размышлений с 1811 по 1870 год, стала фундаментальная работа немецкого исследователя Германа Петера, которому к моменту выхода книги было тридцать три года, хотя основная идея была сформулиро-


' NIEBUHR В. G. Romischc Gcschichtc. Bdc. 1 - 2. Berlin, 1811 - 1812; 2. Anfl. 1827-1830.


2 МОММЗШ1 Т. История Рима. Т. I. С. 716 - 717.

папа, когда ему был лишь 21 год. Труд Петера, который получил название "Vctcrum historicorum Romanorum relliquiae" (первое издание -1870 г.), состоит из двух примерно равных по объему частей. Часть вторая как раз и состоит из фрашентов сочинений тридцати ранних римских историков: от Фабия Пиктора до Гая Пизона, а также из сохранившихся фрагментов Annales Maxim. Эта часть работы Петера до сих пор не потеряла своей важности, что подтверждают более поздние ее переиздания . Каждый фрагмент был снабжен критическим аппаратом, и учтены контексты. Первая часп» книги является уже текстом самого Петера, написанным, естественно, на латинском языке, в котором ученый достаточно подробно представляет биографии своих персонажей, а также основные проблемы, связанные с их историческими трудами. Одной из слабых сторон введения Петера является то, что он рассматривает биографии историков вне событий своего времени. Греческие анналы Пиктора, по мнению немецкого исследователя, были иа-писаны уже после второй Пунической войны: ведь какой же «римлянин, когда в самой Италии бряцало оружие, занимался бы досужим делом, сочиняя историю?»2 Кроме того, если бы Пиктор написал свою историю в начале войны, то разве стал бы он для Полибия основным источником, а Апниян разве назвал бы его аиуурафва TtovSe тш epycov? Наконец, выбор греческого языка обусловлен неуклюжестью языка латинского: «Никто не удивится тому, что один из благородных римлян, презрев родную речь, описывал деяния своего народа по-гречески, и он поймет, собрав воедино вырезанные надписи на мраморе или бронзе, которые дошли до нас с того времени, что в то время язык римлян не подходил для исторического сочинения (поп apta turn


1 В 1914 голу вышло «торос издание, несколько переработанное; в 1967 голу вышло репринтное издание. В настоящее же время английские ученые иод руководством Т. Корнслла, Кр. Смита и Эд. Бисфсма готовят новое издание.


2 "quod qucm virum Romanum inter arma in ipsa Italia strcpentia otiosam historiac scribendae opcram dedisse arbitrabimur?" (VHRR. P. LXXI).

merit lingua Romana ad historiam), что недостаточен он был тому человеку ученому и знающему (docto et crudito), который часто обращался к фсчсским писателям; никто не сможет меня упрекнуть Нсвиями или Ливнями, которые уже до Фабия были знамениты (iam ante Fabium floruerint), если вспомнит, что у всех народов сочинительспю в стихах было более древним, чем сочинительспю в прозе, поэтому я соглашаюсь с Исидором (0/7g. I. 37. 2): "ведь прежде все описывали стихами, стремление к прозе расцвело позднее1"». В подтверждение этой мысли Г. Петера ссылается на факты, относящиеся к другим к другим историческим эпохам: «известно, что почти в одно время Эккехард (Ekkchardum Vraugienscm), Отгон (Ottonem Freisingensem), Рагевин (Ragcwinum) и другие использовали латынь, когда писали об отеческой истории, но стихи тогда же начали писан, уже на своем собственном языке. Точно так же позднее Фридрих Великий и другие аристократы описывали свои дела прозой на франко-галльском наречии, в то время как Глейм, Рамлер, Клейсг и другие поэты, которые писали уже на своем родном языке, стихи сочиняли с великой славой. Даже Лейбниц написал свое сочинение "Annalcs imperil occidentis Brunsviccnses" на латинском языке, хотя знал и всячески прославлял достоинства родного языка (linguae patriac virtutes), который, как он полагал, не был еще достаточно удобен для ученых диспутов. Поэтому не следует соглашаться с мнением Нибура, что Фабий писал для феков, чтобы тс лучше узнали римлян»1.


Продолжением установившейся фадиции стала хрестоматийная статья Ф. Мюнцера, вышедшая в 1905 году, где автор в целом разделяет отдельные позиции Т. Моммзсна и Г. Петера. Написанные после второй Пунической войны Греческие анналы состояли из трех частей: легендарная история основания Рима, история VI — IV вв. и описание собы-


1 "Omnia cnim prius vctsibus condebantur, prosac autcm studium sero uiguit".

тин, в которых историк сам принимал участие. Именно у Пиктора в римской литературе впервые появляется Эней. И хотя римский анналист использовал значительное число имевшихся в его распоряжении источников, чрезмерный патриотизм мешал ему быть более объективным. Мюнцер называл Катона и Пизоиа последователями Фабия, добавляя к ним еще и греческого историка Диокла нз Пспарста .


Эту позицию в целом разделял русский исследователь В. Пирогов, который попытался лишь перенести возможную дату написания Анналов: «после сражения при Каннах наступило относительное затишье в военных действиях на итальянском театре войны; за исключением нескольких эпизодов (попытки Ганнибала овладеть Римом и нашествие Гасдрубала) война состояла из стратегических передвижений и крепостных осад»3. Все же следует признать, что это предположение не опровергает риторического вопроса Г. Петера но поводу того, что возможно ли было римскому сенатору во время войны заниматься таким перимским делом. Д. И. Нагусвский также в целом поддерживал вышеозначенную позицию немецких исследователей. Он писал, что более раннее развитие поэзии — явление повсеместное (вспомним эпосы греков, индийцев, финнов, русские былины). Тогда, когда на римских подмостках звучал язык Плавта и Теренция, полный шры слов, проза была еще крайне неповоротлива, волоча на себе тяжкий 1руз ученичества. Причину же «1рскоязычия» На1уевский видит в том, что, во-первых, примитивный стиль «жреческих хроник и формул законоведения» не подходил для исторического изложения; а во-


1 VHRR2. P. IJvXV - IJv


2 MONZKR F. Q. Fabius Pictor // RE. Bd. VI. 2, 1905. Sp. 1836 - 1841. ПИРОГОВ В. Исследования по римской истории преимущественно в области третьей декады Ливия. СПб, 1878. С. 168 — 169.

вторых, фсчсский язык в го время был само собой разумеющимся языком всей существующей историографии1.


Этого ставшего уже традиционным взгляда придерживался Ф. Л. Псфовский. Он полагал, что латинский язык к третьему столетию уже обрел все необходимые формы, все нужные термины были уже выработаны, чтобы стать языком римской историофафии: на латыни писали семейные хроники, язык Плавта и Невия вполне подходил для описания исторических событий, да и сухость первых анналистов вполне адекватна сухости летописей великих понтификов. Таким образом, объяснить выбор языка лишь формальной стороной невозможно. Вот почему, по мнению Ф. Л. Петровского, главная причина «фскоязычия» ранних анналистов заключается в моде тогдашнего образованного общеста, для которого главным образом и предназначали свои сочинения анналисты2.


Но следует признан», что мнение о написании исторического сочинения Пиктора как следствии некоего досуга в двадцатом веке стало приниматься уже не всеми историками. В 1933 году появилась статья немецкого исследователя М. Гельцсра «Римская политика у Фабия Пиктора», где автор очень последовательно доказывал, что историческое сочинение Пиктора следует рассматривать лишь в контексте политической истории второй Пунической войны. Выбор феческого языка историком был обусловлен тем, что в сложной ситуации, когда Риму фозила прямая опасность войны как с Карфагеном, так и с Грецией, необходимым стало появление исторического труда, предназначенного не для римской пока еще не сформированной читающей пуб-


1 Н.МУШЗСКИЙ Д. История римской литературы. 'Г. 1: С лрениейших иремен до эпохи Августа. Казань, 1911. С. 132. Через сорок лет того же взгляда придерживались французские иссслслонатсли Л. Аимар и Ж. Обойср: AyM.VRD A., AUBOYRR J. Rome ct son empire. Paris, 1954. P. 221.


2 ПЕТРОВСКИЙ Ф. А. Ранняя латинская проза // История римской литературы. М., 1959. Т. I. С. 119.




Скачать 181,15 Kb.
оставить комментарий
ло и. э
Дата26.09.2011
Размер181,15 Kb.
ТипРеферат, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх