С. А. Зелинский Манипуляции массами и психоанализ icon

С. А. Зелинский Манипуляции массами и психоанализ


Смотрите также:
Монография «Манипуляции массами и психоанализ»...
С. А. Зелинский Анализ массовых манипуляций в России...
Психоанализ в литературоведении...
Психоанализ в литературе и кинематографе сталинской эпохи...
Вопросы к зачету по дисциплине «социальная психология»...
Реферат Нанотехнология. Перспективы развития...
Сорок пять лет назад, в начале моего аналитического пути...
Психоанализ, философия, мировоззрение...
Инструменты речевой манипуляции в политическом медиадискурсе...
Реферат по философии Тема: классический психоанализ и неофрейдизм...
Программа дисциплины дпп. Дс. 02. Психоанализ...
«Психоанализ З. Фрейда»...



Загрузка...
страницы: 1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16
вернуться в начало
скачать

^ 8. Страх и бессознательное. Невротические следствия развития фобических проявлений.


Как известно, Фрейд определял страх – как: «…свойственная всем организмам реакция».90 «Страх возникает,-- отмечал Фрейд,91 -- как реакция на положение, составляющее опасность, он (страх) регулярно воспроизводится, когда снова создается такое состояние».

Фрейд находил заметную связь между симптомом и торможением. Предлагая понимать под симптомообразованием следствие вытесневшегося (из Я) неудовлетворенного либидо (сохранившегося в виде бессознательного образования)92, Фрейд замечает, что торможение может и не означать «нечто безусловно патологическое».93 Торможение, по Фрейду,-- это ограничение функции Я. «Я отказывается от возможной для него функции, чтобы не быть снова вынужденным совершить вытеснение, чтобы избегнуть конфликта с Оно».94

Разбирая отличие между вытесненным, душевным движением, заменяющим его симптомом и мотивом вытеснения, Фрейд приходит к заключению, что «влечение, подлежащее вытеснению, представляет собой враждебный импульс против отца».95 Находя взаимосвязь между подобным желанием и намерением убить отца, содержащемуся в эдиповом комплексе.

В какой-то мере сделанные в дальнейшем выводы пересекаются с замечаниями анализа Фобии маленького Ганса, где Фрейд находит, что «страх соответствует вытесненному желанию. Но он далеко не эквивалентен этому желанию… желание может целиком вылиться в удовлетворение. При страхе это… уже бесполезно. Страх остается даже тогда, когда желание могло бы быть удовлетворенным. Страх уже нельзя обратно превратить в либидо…»96.

Фрейд находит, что поводом вытеснения является кастрационный страх97. Прослеживая взаимосвязь между фобиями животных и кастрационным страхом, он замечает, что содержание страха – бессознательно. От фобии к животным Фрейд переходит к неврозу навязчивости, считая, что, причиной возникновения подобных невротических реакций является страх Я перед сверх-Я.98 «…мы получаем страх как проекцию на ситуацию опасности,-- пишет он далее,99 -- от этого страха можно уберечься тем, что Я что-то совершает, чтобы избежать этой ситуации или увильнуть от нее. …симптомы создаются для того, чтобы избежать ситуации опасности, которая сигнализируется развитием страха…

Если страх является реакцией Я на опасность, то вполне естественно понимать травматический невроз, возникающий так часто вслед за пережитой опасностью для жизни, как прямое следствие страха за жизнь или страха смерти, принимая во внимание кастрацию и зависимость Я от других психических инстанций».

Фрейд также находит, что первым переживанием страха – может быть состояние рождения100.

По замечанию Фрейда, некоторые вида страха – сопровождают индивида в течении всей жизни. Например, страх перед сверх-Я. «Невротик,-- пишет Фрейд,101 -- отличается в этом плане от нормального тем, что… чрезмерно преувеличивает реакции на эти опасности».

Лейбин, в словаре-справочнике по психоанализу, вносит такое определение страха: «Страх – психическое состояние человека, связанное с мучительными переживаниями и вызывающие действия, направленные на самосохранение»102. (Лейбин, B, с. 561).

Однако нам представляется необходимым сейчас не только рассмотреть природу страха – в его фобических проявлениях (касаемых жизни индивида в социуме),-- но и наметить,-- своего рода,-- невротические детерминанты возникновения последующих страхов, рассмотрев как причины, так и следствия проявлений подобного.

И уже тогда – попытаемся найти следствия невротических проявлений индивида в его жизни, а также – отыскать причину (возникновения) подобного.

В данном случае, следовало бы заметить, что ряд психических дисфункций сексуального характера, получив основу в детском возрасте (в результате специфического торможения) нашли свое отражение в сексуальных расстройствах уже взрослой жизни индивидов. Другими словами, речь, по всей видимости, идет о неком смещении психических детерминант, в результате чего, такие формы сексуальных заболеваний как импотенция и фригидность – нашли свое отражение в страхах и появлении чувства вины, выступившими в своего рода, проявлении защитных реакций связанных с сексуальным возбуждением и сместившимися от инфантильной сексуальности к взрослой. Вслед – за смещением возбуждения. Например, напоминание об объектах орально-эротических устремлений (связанное с вытеснением оральных побуждений) могло вылиться:

а). к отказу от употребления пищи (от полного игнорирования, и «вызыванию», в следстви этого, спазматических реакций, до нарушения приема пищи);

б). смещением орального торможения – на занятия со скрытым оральным значением (курение, употреблением алкоголя, и т. п.)

К проявления первого (отказа в употреблении пищи) могут быть вовлечены и анальные компоненты (если мы говорим о сопротивлении к приему пищи – как акту: контроля над собой). В подобном случае в качестве дополнительных оральных торможений может выступать и, например, задержка речевого развития ребенка. (В данном вопросе, скорей всего, мы можем говорить об оральной сфере – как области сосредоточения ранних инстинктивных конфликтов).

К невротическим проявлениям орального характера, по всей видимости, можно отнести и какое-либо ограничение приема пищи, исключение из рациона ряда продуктов (в следствии, например, бессознательных ассоциаций части продуктов – с мужскими или женскими половыми органами). Т. е. речь идет о установлении, своего рода, табу, в отдельных случаях – возвращавших нас, быть может, к истокам развития цивилизации (достаточно вспомнить одно из программных произведений по этому вопросу З. Фрейда «Тотем и табу», где он прослеживает развитие и существование табу от первобытнообщинного строя к современной цивилизации).

Кстати, вероятно следует обратить внимание и на существование такой формы проявления вытеснения,-- как патологическое влечение к пище. В данном случае, вместо торможения (и, как следствие, отказ от пищи) – имеет место: сверхкомпенсация. Своего рода – пищевая наркомания103.

Следует заметить, что такие поведенческие мотивы индивида, как: вежливость (порой излишняя), доброжелательность, нежелание участвовать в каких-либо спорах (т. е. изначальная соглашательская позиция) на самом деле вызвана невротическими тревогами индивида. Своего рода – подавлением агрессивности (агрессивность в данном случае возможна вследствие: бессознательного вытеснения ненависти). Т. е. индивид использует такую форму поведения, в результате которой не должны зарождаться ни страх, ни чувство вины (вызывающее тревожность). А значит – всячески демонстрировать дружелюбие. Вытеснение собственной агрессивности. Что может привести к общей заторможенности, развитию чрезмерной социальной зависимости (блокирование любой деятельности, «избеганию» контактов с внешним миром). Потому как страх утратить любовь – может заставить индивида избегать всего, что усиливает этот страх104.

Достаточно любопытен и последующий характер проявления торможения. Например, специальное торможение – вызывает робость (а значит: и страх покраснеть; т. н. эритрофобия – конверсионный невроз покраснения)105. Торможение в деятельной сфере – может вызывать (проявляться как): неуклюжесть, ненависть, бесполезные движения… Помимо перечисленных соматических торможений, могут наблюдаться и психические. Например, торможение мышления (интеллектуальное торможение). Специфика «применения» достаточно обширна. От синдрома резкого потупления (когда люди становятся глупыми в ответ на нежелание что-либо понимать: понимание может вызвать – кастрационную – тревогу или чувство вины), до торможения речи (заикание, неправильное построение фраз, забывание нужных слов…)106.

Нерешительность, безволие, склонность к постоянным сомнениям и недоверию – также может быть вызвано торможением. «У индивидов, избегающих любых независимых решений,-- пишет Фенихель,107 -- заторможена волевая сфера. Это нарушение может быть составляющей навязчивой склонности во всем сомневаться и постоянно готовится к действиям вместо их осуществления, что в тяжелых случаях приводит к «параличу воли». Причина нарушения нередко состоит в дефекте функций супер-эго: собственные волевые способности отрицаются, и право принятия решений предоставляется другим из страха проявить агрессивность и потребности во внешнем одобрении. В невротической нерешительности находят выражения различные типы конфликтов с объектами».

В какой-то мере подытоживая начатый разговор о торможении и страхах, иной раз формируемыми в следствии него, заметим, что торможение как бы оттягивает на себя часть энергии (индивид затрачивает ее на вытеснение объекта, который может вызвать страх), и тем самым – наш индивид вынужден частично экспрополироваться от жизни. От полноценной жизни. В результате чего,-- часть его жизненного опыта – становится безвозвратно потеряна. К тому же, боязнь провокации синдромов страха – еще более способствует образованию у индивида комплексов; а общая (развивающаяся) закомплексованность – способствует к формированию сугубо интровертированной психики. Психики – не ориентированной на общение с внешней средой. И это (еще более усиливающееся с момента детства во взрослую жизнь) погружение индивида вглубь себя, – по всей видимости, -- приводит к, если можно так выразиться, -- жизненной неустроенности, ограниченности в выборе профессий и, уже как следствие всего вышеперечисленного,-- стремления: «не выделяться»; а значит – невротические реакции торможения будут препятствовать и какому-либо карьерному росту индивида. Ведь в большинстве случаев – карьерный рост предполагает жизненную активность,-- а значит: и демонстрирование умеренной доли агрессивности (без которой невозможно не только заявить о себе, но и обойти конкурентов – будь то конкуренты в бизнесе, или выступающие в роли конкурентов коллеги по деятельности в той или иной профессиональной структуре); то или иное торможение вынуждает психику индивида вытеснять объекты, которые могут вызвать страх, тревогу, чувство вины; а значит – наш индивид будет стремится к гармонии и «вечной любви» (в плане – любви ко всем, и всех – к нему); боясь потревожить других; вызвать в них какое-либо «недовольство»; а значит: вынужден не только «подстраиваться» под мнение остальных, но и изначально -- ставить себя на порядок ниже. Что, конечно же, никак не способствует – карьерному росту. Потому как, несмотря на развитие цивилизации, в психике современного человека (независимо от его уровня образованности, интеллекта, и т. п.), как мы уже замечали раньше, – живет дикарь. Дикарь, ориентированный на значимости для себя первичных инстинктов. И бессознательно, любой современный человек понимает, что для того, чтобы приобрести более высокий профессиональный статус, для того, чтобы перейти на ступеньку выше в собственной социальной карьере – необходимо: подавить волю другого. Т. е. на бессознательном уровне претворяется в жизнь основной закон эволюции: «побеждает тот, кто сильнее». (Допуская дополнительную трансформацию в виде: «кто сильнее – тот прав», «кто победил – тот и прав», «победителей не судят»), и словно заранее допуская использование любых средств для победы).

Вполне можно допустить, что психика индивида, испытывавшего (кастрационные) страхи и вследствие этого включавшиеся невротические реакции торможения – будет неспособна в полной мере адаптировать его к социальной жизни; а существование (вследствие невроза) комплексов – будет, как бы изначально, держать его на шаг позади действительных лидеров. Что, как минимум, весьма огорчительно, учитывая тот потенциал, которым, как правило, наделены подобные субъекты. И этому тоже есть объяснение: подсознательно чувствуя свою изначальную «неполноценность» – такие индивиды вынуждены, порой, затрачивать в несколько раз больше энергии (для достижения поставленных задач: в детстве и юности: школа и институт, в дальнейшей жизни – еще большее повышение образования; можно предположить, что в какой-то мере ряд индивидов обрекает себя на аналогию с «белкой на колесе»: начав учится, – они уже не могут остановиться, опасаясь в какой-то момент оказаться глупее, чем есть).

Также следует обратить внимание, что вытеснение (травматичных для индивида) ситуаций – может оказывать и свои дальнейшие негативные последствия. Происходит это вследствие торможения защитных функций Я. А значит и возможного развития, например, усталости, быстрой утомляемости, нежелании какой-либо деятельности. «Хроническая усталость,-- отмечает Фенихель,108 -- несомненно имеет физическую природу и, вероятно, обусловлена изменением мышечной готовности у лиц, переживших психический стресс… существует зависимость усталости от психического напряжения, с которым выполняется мышечная задача. Лица, переживающие конфликт, устают быстрее, чем те, кто внутренне свободен».

Как мы уже заметили раннее, все, что способствует боязни индивида вызвать страх – затрудняет его жизненную адаптацию. Приводит к развитию различных комплексов (вызванных проявлением невротических реакций). И усталость – формируя картину общей психической опустошенности, по всей видимости, то же из этой же «серии». Индивид, испытывающий невротическую тревогу вследствие включения механизмов торможения вынужден, зачастую, ориентироваться исключительно на свой внутренний мир. Замыкаться в самом себе. А значит -- –проявлять внешние признаки угрюмости, безразличия, нежелания идти на контакт с кем-либо.

Отсутствие желания коммуникационного контакта может способствовать дальнейшим фобическим проявлениям. Выражаясь, например, в агарофобии (боязни открытых пространств). По всей видимости, подобный страх может быть продиктован также и общей боязнью оказаться под взглядами других людей (что говорит о бессознательном ощущении себя как неполноценной личности, своего рода – психической пассивности; потому как, для такого индивида – появление перед толпой – требует демонстрации акта агрессии, направленной на других индивидов; бессознательное рассматривание их в роли хищников, которым индивид, стремящийся преодолеть подобный страх – должен демонстрировать постоянную готовность к отражению «атак»).

Помимо агарофобии, вполне можно привести пример и клаустрофобии (боязни замкнутых пространств); и страха сумасшествия (имеющего под собой, иной раз, и явную под основу; по мнению Фенихеля,109 -- «постулат, что человек, боящийся сойти с ума, не впадает в безумие, ошибочен. Многие шизофреники в начальной стадии заболевания сознают нарастание отчуждения»); и боязни оказаться уродливым, съеденным, покусанным, фобии инфекции и т. п. Страхи, имеющие под собой действительно реальную основу, и порождаемые, как замечает Фенихель, справедливым существованием формулы: «индивид опасается того, чего он бессознательно желает»110.

Однако это, по всей видимости, все же касается более простых фобий. Но и в других случаях, по замечанию того же Фенихеля: «…пугающая ситуация репрезентирует не соблазн, а, скорее, угрозу, вынуждающую не поддаваться соблазну, т. е. ситуация потенциально чревата кастрацией или утратой любви»111.

«Все эти случаи,-- продолжает он далее,-- характеризуются недостатком смещения. Чаще, однако, при тревожной истерии защитные силы достигают большего эффекта, чем просто порождение тревоги и последующие фобические установки. Связь между пугающей ситуацией и первоначальным инстинктивным конфликтом становится более скрытой. Страх вызывает уже не сексуальные ситуации, а, скорее, сексуализированные ситуации. Пугающая ситуация или некие люди систематически обретают для пациента специфическое бессознательное значение… они символизируют либо соблазн для отвергнутых побуждений, либо наказание за бессознательные побуждения, либо и то и другое, но уже более искаженным образом…»112.

В заключении хотелось бы отметить, что общий характер, объединяющий различные фобии – это регрессия в детство. Именно в детстве,-- как бессознательно понимают индивиды,-- они могли найти защиту, покой, умиротворенность,-- а значит: и спасение от каких-либо страхов, проецированных миром, окружением, внешней средой.

Быть может потому, многие формы взрослых фобий способны к нивелированию своей отрицательной сущности – в следствии нахождения рядом с субъектом, испытывавшим проявление какой-либо фобии, страхов – другого индивида. Каким-либо образом – близкого (либо по родственным узам, либо по характеру знакомства) нашему невротику.

В подобном случае, вполне можно еще говорить и том, что, чувствуя рядом с собой поддержку – раннее невротически настроенный индивид: ощущает, своего рода, внутренний подъем; вследствие появления уверенности; способности (если то потребуется) бросить вызов обществу. Противостоять акту агрессии со стороны внешней среда; продемонстрировать (если необходимо) – свою агрессию, агрессивность. (Что доказывает, например, что показная агрессивность, нарочито развязное поведение, открытая демонстрация хулиганских побуждений и намерений – не иначе как: бессознательная попытка завуалировать, замаскировать, собственный страх; страх – перед тем же: обществом; социумом).


^ 9. Критическое начало. Переосмысление жизненных позиций – как позитивный аспект влияния психико-травматических (депрессивных) ситуаций.


Несмотря на кажущуюся абстракцию прогнозируемых результатов данного исследования (на самом деле каких-либо границ в исследовании психики – попросту не существует), мы, по всей видимости, все же подошли к рассмотрению тех ключевых (а в какой-то мере – подытоживающих) положений представленной нами теории, которые в какой-то мере могут свидетельствовать о, своего рода, разгерметизации уже имеющихся, (сформировавшихся, и устоявшихся) понятий. Тех понятий, которые, – по одним критериям: вполне уместны с ассоциированием с т. н. стереотипами. А по другим – способны, в какой-то мере, позволить выйти за рамки устоявшихся норм, позиционированными, по всей видимости, самой действительностью.

Однако, как бы не было, но в заключении нашего рассмотрения психической деятельности индивида, хотелось бы разобрать еще один мотив, связанный – с, если можно так выразиться – ломкой устоявшихся привычек (а значит – норм поведения). Рассмотреть – влияние, которое оказывает на психику индивида данное (ситуативное) поведение. Коснуться тех (возможных) – камней преткновения, которые (уже, так или иначе) – возникают на пути: исследования по данному пути.

Итак, перед нами лежит некая плоскость восприятия действительности, которая – в одном случае – требует: вполне лояльного – отношения к ней; а в другом – способствует возникновению особого рода противоречий, стоящих на пути данного вида взгляда на ту же самую действительность. Действительность, которая, в данном случае, будет одной и той же действительности,-- особо и не изменившей свои ориентационные требования. А отличен,-- в данном случае,-- будет лишь: взгляд на них.

Однако,-- это лишь одна сторона медали. Как мы уже разбирали раннее, – взгляд на одну и ту же проблему будет (порой) невероятнейшим образом различаться: в зависимости от выбранного сектора – осмотра. (Очень часто – число возможных вариаций может иметь поистине бесконечный порядок; и зависеть от значительного числа факторов, стоявших в числителе, и большей частью – имплицитно влияющих на возможное последующее мнение).

В какой-то мере, исходя из обозначенных нами факторов (и для того чтобы снизить возможное число ожидаемых погрешностей) в нашем случае мы будем ориентироваться на некую (достаточно абстрактную) величину; рассматривая, так сказать, ситуацию в целом. Ориентируясь, так сказать, на некую общую модель: поведенческой характеристики, ни в коем случае (вопрос -- на сколько оправдан такой шаг – должен быть понятен в контексте появившегося решения) не пускаясь в излишнею детализацию.

Итак, попытка заключительного раздела нашего исследования – выяснить: насколько влияет на психику индивида (с рассмотрением степени оказываемого воздействия) какой-либо слом устоявшихся норм, привычек, быть может – переориентации (а то и изменения) степени ценностей.

Индуцированное самой жизнью (характером возникающих на определенном этапе противоречий, вынуждающих найти способы адаптации; что может – в свою очередь – выражаться в вырабатываемой системе настройки. А значит – вполне уместен вопрос: что лучше: активно противостоять, сопротивляться – а значит, в последующем, и изменить ситуацию; ну или, хотя бы, отношение к ней; или же неким образом – подстроится: под действительность), -- итак, индуцированный самой жизнью вопрос: адаптации к изменяющейся действительности – вынуждает к вырабатыванию, своего рода, норм противодействия.

В случае, если воспользоваться способом: не замечать данную проблему – то мы, в итоге, не изменим, а невероятно «запустим» проблему. Однако, несмотря на как будто бы явное ошибочное следование подобного рода «методу выхода из проблемы» – он до сих пор достаточно распространен среди индивидов с т. н. инфантильной психикой. Чему результатом является рост числа психических (и психосоматических) заболеваний у данной части населения.

Ошибочность следования подобной теории «лечения», тем не менее, (несмотря на явную доказываемость существования ошибки) не слишком заметна на первый взгляд. И, вероятно, то, что ее до сих пор выбирают в качестве основного способа лечения,-- свидетельствует об исторических корнях. А значит косвенно подтверждает и существование коллективного бессознательного, и почти напрямую уводит нас к той части архаичной психики, которая в свое время позволила Фрейду и ряду его последователей,-- сделать выводы об общем характере психики первобытного человека, дикаря, -- и современного гражданина цивилизованного общества.

А если еще убрать рамки цивилизации (с ее «навязываемым» окультуриванием),-- то и вовсе не станет никаких различий.

Исходя из вышеприведенных ссылок на ряд ошибок, появлявшихся в результате стремления: «отдать проблему – во власть самой себе»,-- вполне уместным будет наше желание: воспользоваться (каким-либо) иным путем. Более, так сказать, научным.

И уже потому, мы будем рассматривать психику индивидов, которые – так или иначе – противодействовали возникшей перед ними проблеме. Посчитав его – не обстоятельством, которое можно обойти стороной, а, быть может, и возможностью: изменить себя.

Однако, если подобное желание и могло зародиться в какой-голове,-- то мы должны утверждать: лишь о бессознательном характере подобного мотива следования собственным мыслям.

Но без всяких сомнений – достаточно правилен – общий характер выбранного направления: любая (возникающая перед нами) проблема, разрешение ее, так или иначе изменяет психику. И уже тут, вероятно, встает вопрос: отреагированности – на проблему.

Реакции, по всей видимости, отличаются – по характеру оказываемых воздействий. Своего рода,-- проекции – на проблему. И своего рода – трансферентных отношений, по отношению: от проблемы (восприятия ее) – к индивиду.

Но уже как бы то ни было – в данном случае: вполне уместно говорить: о своего рода:

а). специфичности – существования (как – и в макрокосмическом: масштабе; так – и в касании, выявлении – частностей; деталей…);

б). особом характере травматичности – как (касаемо) психического восприятия, так и – даже в большей степени – последствий (подобного рода воздействий).

Остановимся, пожалуй, на втором.

Мы постулируем два основных (вытекающих, по сути, одно из другого) предположения:

Возникновение психической травмы – способно:

  1. Вызвать зарождение симптоматики невротических (проявлявшихся в: истерии, тревожности, беспокойстве, фобических проявлениях, состоянии навязчивых состояний и т. п.) и патологических (шизофрения, галлюцинаторный бред, паранойя и т. п.) заболеваниях;

  2. Привести – как к необратимым последствиям (начиная от изолированности от общества: искусственного, например, ограничения в коммуникативном контакте вследствие, например, агарофобии, или специального, – например, помещения в стационар вследствие, например, ярко выраженного психического характера заболевания способного поставить под угрозу сохранность жизни окружающих; и заканчивая – суицидальными попытками…), так и – способствовать изменению самосознания и мировоззрения (а значит – уже так или иначе: вызвать – являясь инициатором – духовный рост личности).


Первый (из предложенных) вариантов мы уже в какой-то мере разбирали. И уже тогда – нам любопытно будет рассмотреть: что же происходит с личностью (индивидом, психическим содержанием индивида),-- в случае: если:

а). какая-либо жизненная драма – уже привела к психической травме;

б). явно наблюдается – зарождение: симптоматики психического (например, психопатического – более, чем психопатологического – хотя в каком ином – не нашем – случае: вполне возможно и наоборот) заболевания;

в). пациент – так или иначе – предотвратил обострение, и даже (в какой-то мере) – замедлил (в качестве вводного – ведем именно: замедлил, а не остановил) течение болезни.

Таким образом, мы подошли к возможному разрешению (нашим индивидом) конфликта между его бессознательным и сознанием (между: Я и Оно; или: Я и сверх-Я; или: сверх-Я – и Оно): посредством ситуационного отреагирования. Причем, на фоне – явно ожидаемой деструкции: в нашем случае – происходит т. н. эффект диспозиции. Т. е. наблюдается – результат, в какой-то мере,-- обратный: предполагаемому (где: предполагаемость – выступает в роли: ожидаемого; типично прогнозируемого хода течения заболевания; от появления симптоматики – к следствиям – течения – болезни).


Прежде чем приступить к разрешению поставленного вопроса – заметим, что поиск какого-либо разрешения (случившегося с нашим индивидом невротического конфликта) – уже, как говорится, имеет место быть. Но начался он – уже после того, как болезнь – заявила о себе каким-либо симптомом. Причем, ситуация настолько оказалась не под контролем (расположенных к ведению подобного контроля сил), что ни один из видов защит (большей частью, как нам кажется, все же ориентированных на включение адаптивных механизмов сопротивления – до,-- т. е. в начале болезни) – или: не «включилась»; или – не справилась со своими «обязанностями».

Попробуем подытожить. Раннее мы предположили, что:

а). невротический синдром – заявил о себе (развитием, например, тревожности; или каких-либо – фобических предрасположенностей);

б). механизмы защиты психики – (по каким-либо причинам) оказались бессильны;

в). индивид – решил самостоятельно изменить ситуацию. (Т. е. мы, в какой-то мере, можем говорить о том, что защитные процессы психики – не до конца девольвированы и,-- по крайней мере,-- присутствуют).


В результате (осуществления подобного рода действий) в психике нашего индивида стали происходить изменения. Причем, для лучшего понимания (и выявления) характера этих изменений – следует уточнить, что возможность их появления – была продиктована обострением (усилением влияния) невроза.

Другими словами, индивиду (в данном случае) – совсем не оставили шансов. Ему нужно – или оставлять все «на своих местах» (а значит – почти неминуемо – будет наблюдаться еще большее усиление симптомов), или – кардинально перестраивать систему жизненных ценностей.

Второй случай, кстати, еще и более предпочтителен – потому как: дает хоть какой-то шанс – на разрешение (образовавшегося) конфликта.

Далее. В результате оказания каких-либо действий на психику индивида, следует обратить внимание на факт возникновения: сопротивления. Вполне объяснимо, что психика, стремясь удержать свою целостность (а целостность, в данном случае, уместна в роли некой объединительной модели, независимого присутствия в психике – деления ее – на «больную», или «здоровую») – будет противостоять хоть каким-то образом. Выдвигая, зачастую, или меры контрперевеса, или же – задействуя ряд иных механизмов.

В данном случае, быть может, даже для кого покажется и уместным проведение некоей аналогии с развитием невроза так сказать классическим путем. Путем – вытеснения (неудовлетворенных желаний). Однако, на наш взгляд,-- в нашей ситуации все же имеется ряд существенных отличий. Базирующихся, главным образом, на том, что в случае возникновения невроза посредством вытеснения в бессознательное ряда неудовлетворенных желаний, (либидо), мы вполне можем говорить – о дальнейшем продолжении развития болезни.

Тогда как, в случае возникновения нечто подобного в результате противодействия обострению заболевания – говорим: о перспективе излечения.


Психика индивида, в результате травматической ситуации – испытывает на себе достаточно сильное деструктивное влияние. Помимо (порой, достаточно четко выраженных) разрушительных последствий, возможен – и, своего рода, перцептивный инсайд; в данной ситуации появляющийся, вероятно, потому, – что психические механизмы регуляции не справляются с потоком поступающей информацией (в результате чего, наблюдается, своего рода, переполняемость эмоциями),-- и происходит, своего рода, выброс энергии. Подобный всплеск – и возможно отнести к инсайду. Своего рода, озарению. Внезапному просветлению.

Данное состояние психики (возможность достижения подобного) нам любопытна в контексте предыдущего разговора о сломе устоявшихся стереотипов восприятия действительности (что и означает – смену мировоззренческих позиций). В соответствии с подобной ситуацией – действительно возможно некоторое воздействие на психические составляющие (вероятно – на сумму психических составляющих), выражающиеся в развитии симптоматики психических заболеваний (главным образом, по всей видимости, все же уместней вести речь о невротических проявлениях, нежели чем ссылаться на какую-либо патологию).

Однако, проявление подобного (легкой степени невроза, например) – на наш взгляд,-- будет наоборот: как бы подстегивать (сопутствовать, если можно так выразиться, положительным изменениям; трансформации) психику. А значит – заметно быстрее (и,-- в последующем,-- ощутимее) попавшая «в тупик» психика – «проявит» себя состоянием инсайта. Причем – инсайт, в данном случае, вполне можно понимать и значительно шире. Это не только общее озарение, вспышка, рождение какой-либо гениальной идеи или откровение, но и в какой-то мере производное (в эклектическом понимании) от слова: «вдохновение» (точнее,-- под смысловым значением слова «инсайт» – можно понимать и то, и другое, и третье; в зависимости от впечатления, испытываемого каждым, и от той эмоциональной составляющей, которую отдельный индивид вкладывает в значение – открывшейся перед ним тайны, внезапного преодоления своего рода – барьера). И в данном случае, мы можем наблюдать схожее состояние, когда психика, в результате травматической ситуации значительно интровертировало (способствовало еще большему погружению вглубь себя) индивида, а потом, в результате подобной мобилизации – разрядилась, явив состояние инсайда. Тем самым, произошел некий разряд (сконцентрированных, и сосредоточенных в одной точке энергий), и вызвавший, в свою очередь, то, что можно понимать под вспышкой, озарением, и т. п. …


Таким образом, мы вполне можем заключить, что наша психика (в случае возникновения какой-либо травматической ситуации) может отреагировать, как минимум двумя способами.

По одному из них,-- будет то, что еще со времен Фрейда понимается как «бегство в болезнь». Т. е. погружение психики индивида в некий вымышленный, иллюзорный мир восприятия реальности, действительности. (Подмена реальных образов – несуществующими).

А в другом случае, в результате сопротивления (внутреннего протеста) психика справляется с симптоматикой (обострившихся) невротических заболеваний; в результате чего,-- в рассматриваемой нами ситуации,-- наблюдался духовный рост личности, выразившийся в переосмыслении жизненных позиций, изменению ценностных норм,-- т. е. своего рода: произошло рождение новой личности.

В данном случае, можно также заключить, что индивиду удалось выйти из старого (прежнего, закрепившегося в нем) образа, по которому он позиционировался окружающим; а значит, произошла, своего рода, смена используемых образов, масок. Потому как, достаточно сложно отказаться вообще от существования у каждого индивида определенной маски. А то и – попросту невозможно. (Иначе – следовало бы совсем нивелировать значение стереотипичности мышления, что – в свою очередь – означало бы: или исключение индивида из социума; или – стирание в его памяти каких-либо эмоциональных переживаний пройденного жизненного опыта).

А значит,-- мы вполне можем заключить: в зависимости от:

а). характера психической травмы (вызванной травматическим конфликтом);

б). специфики психического аппарата какого-либо индивида;

в). ряда еще каких-либо условий,-- возможно не только разрешение душевного конфликта, но и – его ярко выраженный позитивный характер.

Другими словами, травматический (для психики) конфликт способствовал – духовному росту личности. Переориентации жизненных ценностей. Рождению, своего рода, новой личности. С новыми – запросами и формируемыми привычками. Что,-- в принципе,-- тоже результат.

(Другой вопрос, что в последующем, быть может, придется говорить о дальнейшем изменении. Потому как, по нашему мнению, если подобное с психикой индивида, случилось: раз, то почти наверняка, мы можем говорить о повторении чего-либо подобного в будущем. Но это уже, по всей видимости, совсем другой разговор. К которому, быть может, мы когда-нибудь и вернемся)…





оставить комментарий
страница14/16
т. н. сублиминальный
Дата25.09.2011
Размер3.08 Mb.
ТипМонография, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх