I. Краткое содержание 4 >II. Рекомендации 7 icon

I. Краткое содержание 4 >II. Рекомендации 7


Смотрите также:
Краткое содержание. Краткое содержание. 3...
Наименование и краткое содержание лекций в соответствии с Рабочей программой Тема лекций...
Структура и краткое содержание...
Структура и краткое содержание...
Структура и краткое содержание...
Наименование и краткое содержание лекций № Тема лекций. Краткое содержание. Количество часов. 1...
Наименование и краткое содержание лекций № лек. Тема лекции...
Рекомендации для самостоятельной внеаудиторной работы студентов наименование тем...
Методические рекомендации по выполнению контрольных работ...
Текст лекций «Мировой и российский мембранный рынок». Содержание Раздел Введение...
Исполнительное резюме и рекомендации...
Краткое содержание об...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19
скачать

Июнь 2008 г. 1-56432-345-5




«Они как будто упали с неба!»
Контртерроризм, нарушения прав человека и безнаказанность в Ингушетии




I. Краткое содержание 4

II. Рекомендации 7

Правительству Российской Федерации 7

Международным партнерам России 8

Совету Европы 8

III. Методология 9

IV. Общие сведения: история развития конфликта в Ингушетии 10

Краткая справка об Ингушетии 10

^ От кризиса к кризису: развитие ситуации в Ингушетии 11

1999 г.: Ингушетия и вторая чеченская война 12

Ситуация с безопасностью и правами человека в Ингушетии в 1999 – 2003 гг. 12

2003 г.: «зачистки» и нападения боевиков 13

Середина 2004 г.: резкое ухудшение ситуации 14

Ситуация с 2006 г. до последнего времени: идеология и действия боевиков в Ингушетии, операции против боевиков 16

Официальное признание нарушений в ходе контртеррористических мероприятий 19

Общая характеристика действующих в Ингушетии боевиков, связи с Чечней 19

^ V. Национальное контртеррористическое законодательство 21

Изменения 2006 г. 21

Ограничение прав и свобод при проведении контртеррористических мероприятий 22

Основания проведения контртеррористической операции 23

Организационная сторона контртеррористической операции 25

Сопутствующие изменения в законодательстве 25

^ VI. Внесудебные казни 26

Убийство Ислама Белокиева 28

Убийство Апти Далакова 29

Убийство 6-летнего Рахима Амриева 31

Убийство Саид-Магомеда Галаева и Руслана Галаева 33

Убийство Хусейна Муталиева 35

^ Убийство Адама Гарданова и Магомеда Чахкиева 37

Покушение на убийство Адама Мальсагова 37

VII. Похищения, насильственные исчезновения и пытки 39

Похищения и насильственные исчезновения 40

Насильственное исчезновение Ибрагима Газдиева 40

Похищение Хусейна Муцольгова и Заурбека Евлоева, насильственное исчезновение Хусейна Муцольгова 42

Насильственное исчезновение Ахмета Картоева 43

Похищения и пытки 44

Похищение, пытки и смерть Мурата Богатырева 44

Похищение Магомеда Османовича Аушева 46

Похищение и пытки Тимура Д. 47

Похищения 48

Похищение Урусхана Иналова 48

Похищение Малики Чабиевой 49

^ VIII. Спецоперации, сопровождавшиеся жестоким и унижающим достоинство обращением 50

Спецоперация в с. Гаирбек-Юрт 51

Адресная спецоперация в ст. Орджоникидзевская 52

Адресная спецоперация в с. Сурхахи 53

Контртеррористическая операция в с. Али-Юрт 55

^ IX. Общественные протесты и реакция властей 59

Эволюция протестного движения в Ингушетии 59

Митинг 19 сентября 2007 г. 59

Попытки властей ограничить массовые акции протеста 61

Митинг 24 ноября 2007 г. 63

Митинг 26 января 2008 г. 66





^

I. Краткое содержание




Это невыносимо! Республиканские власти и руководство силовых структур будто бы не знают, кто это с нами сделал. Вооруженные до зубов люди входят в село, избивают жителей,  спокойно уходят. И никто потом не дает ответ, что же на самом деле произошло: они как будто упали с неба!


- Житель Ингушетии о спецоперации 28 июля 2007 г. в с. Али-Юрт


Последствия вооруженного конфликта в Чечне продолжают сказываться на стабильности и безопасности во всем северокавказском регионе. В Ингушетии, на которую чеченские события оказали самое непосредственное влияние, отмечаются негативные тенденции, ставшие типичными для конфликта в соседней республике.


Последние несколько лет в Ингушетии растет активность боевиков, нацеленная на дестабилизацию ситуации и – в долгосрочной перспективе – свержение власти и изгнание из региона федеральных силовых структур в процессе создания исламского государства на Северном Кавказе. С лета 2007 г. число нападений боевиков на государственных служащих, сотрудников силовых структур и мирных жителей значительно выросло, не смотря на усилия силовых структур по подавлению вооруженного подполья.


Хьюман Райтс Вотч осуждает насильственные действия боевиков и признает за российскими властями право и обязанность предупреждать их, преследовать виновных и привлекать последних к ответственности. Нападения на мирных жителей, государственных служащих и сотрудников силовых структур – это тяжкие преступления. Российское правительство, как и любое другое, имеет законное право осуществлять расследование и уголовное преследование по таким преступлениям, но при этом обязано действовать в соответствии с национальными и международными нормами о правах человека. И в данном случае приходится с сожалением констатировать, что эти нормы российскими властями не соблюдаются. Силовыми структурами, участвующими в операциях против боевиков, совершены десятки внесудебных казней, внепроцессуальных и произвольных задержаний, а также актов пыток и жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения.


Складывающаяся в Ингушетии практика напоминает, хотя и в намного меньших масштабах, творившиеся на протяжении более десяти лет в Чечне массовые насильственные исчезновения, убийства и пытки. Произвол и безнаказанность силовиков вызывают антагонизм среди местного населения и приводят к дальнейшей дестабилизации обстановки в республике и в северокавказском регионе в целом.


Российские власти должны оперативно принять действенные меры по прекращению нарушений прав человека и привлечению виновных к ответственности. В противном случае ситуация в Ингушетии рискует перерасти в полномасштабный кризис с правами человека, по модели чеченского.


В настоящем докладе, написанном на основе специально проведенных полевых исследований, документированы упомянутые выше нарушения и проанализирован их правовой и политический контекст.


По оценкам российского правозащитного центра «Мемориал», имеющего офис в Ингушетии, только в 2007 г. в ходе спецопераций в республике силовыми структурами внесудебным казням подверглось до 40 гражданских лиц. В настоящем докладе документировано восемь подобных случаев. Самый младший, 6-летний Рахим Амриев, был убит во время спецоперации в доме его родителей, где, как считали силовики, скрывался боевик. Расследование по данному эпизоду еще не завершено. Однако сам факт проведения расследования является исключением из общего правила и, скорее всего, связан с возрастом убитого, просто не позволившим властям «записать» его в боевики. В большинстве же случаев никакого расследования по фактам убийства предполагаемых боевиков не проводится. Так, летом 2007 г. на авторынке в Назрани сотрудники силовых структур открыли огонь по Исламу Белокиеву, после чего блокировали доступ к раненому, пока тот не умер от потери крови. В отношении убитого было возбуждено уголовное дело об участии в деятельности незаконных вооруженных формированиях и покушении на сотрудников правоохранительных органов; расследования убийства, как такового, не проводилось.


Силовые структуры также произвольно задерживают лиц, подозреваемых в участии в незаконных вооруженных формированиях (НВФ). Сам факт задержания власти в большинстве случаев не отрицают, однако человек на некоторое время оказывается incommunicado, и родственникам о его местонахождении не сообщается. Эту практику в регионе называют «похищениями». По данным ПЦ «Мемориал», в 2007 г. таким образом были «похищены» 29 человек, из них трое впоследствии пропали без вести, один был убит. Как правило, сотрудники силовых структур забирают молодых мужчин, по той или иной причине подозреваемых в участии в незаконных вооруженных формированиях и терроризме. Повышенному риску «похищения» подвергаются три категории молодых людей: родственники или знакомые предполагаемых боевиков; лица, которые ранее уже задерживались и фигурируют в базе данных правоохранительных органов или спецслужб, вне зависимости от того, привлекались они в итоге к ответственности или нет; и наконец, мусульмане, строго соблюдающие исламские обряды. Многие «похищенные» подвергаются пыткам; некоторые исчезают бесследно.


Так, в сентябре 2007 г. сотрудники правоохранительных органов забрали из дома в с. Верхние Ачалуки Мурада Богатырева. Через несколько часов на глазах у родственников его тело со следами пыток вынесли непосредственно из отделения милиции. Правоохранительные органы утверждали, что Богатырев умер от сердечного приступа. Несмотря на веские доказательства, в том числе заключение судмедэкспертизы о наличии телесных повреждений и сделанные родственниками фотографии и видеосъемку изуродованного тела, расследование по данному факту (квалифицированному как «превышение должностных полномочий») до настоящего времени не привело ни к установлению подозреваемых, ни к привлечению кого-либо к уголовной ответственности. Месяцем ранее в Карабулаке 30-летний Ибрагим Газдиев пропал без вести после задержания сотрудниками силовых структур. За несколько месяцев до задержания сотрудники ФСБ проводили обыск у него дома на предмет обнаружения доказательств сотрудничества с боевиками, однако ничего не нашли. Расследование по факту исчезновения Газдиева пока никаких результатов не принесло, и он по-прежнему числится пропавшим без вести.


Задержания, больше похожие на похищения, а также убийства нередко происходят в Ингушетии во время «спецопераций», которые обычно проходят по сценарию массовых зачисток и адресных операций, характерных для чеченского конфликта. В ходе таких операций некая территория блокируется вооруженными сотрудниками спецслужб, милиции и/или внутренних войск МВД. Силовики в камуфляжной форме и, зачастую, в масках прибывают на БТРах и/или другом транспорте, во многих случаях – с отсутствующими номерами. После этого начинается проверка домовладений. Поскольку прибывшие не представляются, жители обычно называют их просто «сотрудниками». Проверяющие, как правило, не предъявляют никаких санкций и не объясняют причин своих действий. В четырех документированных в настоящем докладе случаях во время спецопераций имело место силовое проникновение в дома, избиение некоторых жителей, повреждение и кража имущества.


В Ингушетии, население которой составляет всего около 300 тыс. человек, известия о похищениях, исчезновениях, убийствах и спецоперациях распространяются быстро. Возмущенные произволом силовиков и отсутствием реагирования со стороны властей граждане начали собираться на митинги протеста. И в ситуации, когда президент республики М.Зязиков неизменно говорит о ситуации в Ингушетии как о нормальной и стабильной, к осени 2007 г. местные власти стали делать все возможное, чтобы исключить новые протесты и перекрыть работу СМИ по освещению протестных выступлений. Проведение митингов не санкционировалось, а демонстрантов разгоняли с непропорциональным применением силы.


Беспрецедентным шагом по запугиванию независимых наблюдателей стали похищения, задержания, избиения и выдворения из республики силовыми структурами правозащитников и журналистов. С такими формами обращения столкнулись 16 представителей СМИ и сотрудников «Мемориала», пытавшихся отслеживать митинги в ноябре 2007 г. и январе 2008 г.


Противодействие активности боевиков регламентируются российским контртеррористическим законодательством, которое предусматривает возможность широкого ограничения основных прав и свобод без какого-либо судебного или парламентского контроля. Подозреваемые в терроризме и участии в НВФ могут содержаться под стражей без предъявления обвинения до 30 суток. Органы безопасности вправе вводить «режим контртеррористической операции», что позволяет властям произвольно обыскивать дома, запрещать массовые мероприятия и приостанавливать работу прессы. Органы безопасности самостоятельно определяют продолжительность и территорию действия операции и не обязаны обосновывать соразмерность ограничения прав и свобод существующей террористической угрозе. Закон также не устанавливает критериев пропорциональности применения оружия при проведении контртеррористических мероприятий.


Впрочем, при всей своей неоднозначности режим контртеррористической операции вводится в Ингушетии достаточно редко. Намного большую обеспокоенность на практике вызывает то, что у сотрудников силовых структур есть все основания рассчитывать на полную безнаказанность при проведении любых операций, нацеленных на борьбу с терроризмом и противодействие НВФ. Сотрудники силовых структур не привлекаются к ответственности за нарушения прав человека в республике. Если уголовное дело по таким фактам все же возбуждается, реального расследования органы прокуратуры не проводят. В большинстве случаев следствие даже не устанавливает ведомственную принадлежность лиц, ответственных за убийства и другие нарушения, а это могут быть сотрудники милиции, ФСБ и внутренних войск МВД.


Многие из тех, кто пытается добиться привлечения виновных к ответственности или кто стал свидетелем нарушений, сталкиваются с запугиванием и давлением. Об отсутствии эффективных средств национальной защиты для жертв нарушений прав человека в Ингушетии в Ингушетии свидетельствует и растущее число обращений жителей республики в Европейский суд по правам человека.





оставить комментарий
страница1/19
Дата24.09.2011
Размер1.38 Mb.
ТипКраткое содержание, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх