Разобраться и решить для себя, кто и что является своим, а кто и что чужим icon

Разобраться и решить для себя, кто и что является своим, а кто и что чужим


Смотрите также:
И счастлив лишь тот, кто сам считает себя счастливым...
Д. В. Верин-Галицкий, Хабаровск...
О методе художественно-педагогической драматургии преподавания мхк...
Молодежные субкультуры России и Китая: аспекты взаимодействия и взаимовлияния...
-
Кто украл мой сыр? Часть 1...
Каждый человек обязан дать ответ, прежде всего, самому себе: что происходит, кто виноват...
Существенным определением вочеловечившегося или, что-то же, человеческого бога, то есть Христа...
Классный час на тему: "Новое время новые профессии"...
Истории из жизни медвежат-путешественников...
«Смартфоны на российском рынке»...
Аннотация Период «застоя»...



Загрузка...
страницы: 1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   29
вернуться в начало
скачать

Потерпи, читатель, мы покажем ниже, что природная доброта и не злобливость ещё не повод к всепрощению паразитов и агрессоров. Мы покажем, как не раз и не два цивилизационные лидеры растирали в грязь своих былых обидчиков. Но не голыми руками, а с помощью новых технических средств. Не злобным напором, а холодным расчётом. И прекрасно выразил эту тенденцию белой цивилизации нобелевский лауреат граф Альберт де Сент-Дьерди, провозгласив, что «разум – лучшая разновидность когтей и клыков».

Однако не детали и механизмы «цивилизационного возмездия» являются предметом рассмотрения в данном разделе. Здесь мы рассматриваем биологические, сформированные в результате эволюции и генетически закреплённые свойства наших предков, в том числе свойства психофизиологические.

И по этому вопросу двух мнений быть не может. Люди Севера при прочих равных условиях всегда более добры и терпимы, чем люди Юга.

Человек Севера по самой своей сути – это человек, прежде всего решавший проблемы взаимоотношения с могучей природой (а не с дурным соседом). Человек Севера успешно действовал в системе «человек-природа». Он по существу, а не понарошку, «для отчёта», за счёт собственных усилий и собственного ума решал проблемы выживания в неблагоприятных условиях. Он не перекладывал изначально решение этих проблем на неких «рабов».

Ибо «рабов» на Севере не было.

Более того, на Севере любой встречный человек – это скорее соратник, чем конкурент. Ибо конкурировать за кусок заледенелой земли бессмысленно – её кругом полно. А вот выживать вдвоём легче. При этом в принципе можно друг другу даже на расстоянии помогать.


В тайге, например, встречаются пустые охотничьи заимки, где может найти приют одинокий путник. Это ничейные, общие заимки. В заимке человек, не терпящий лишений, всегда оставит лишний коробок спичек и щепотку соли. Для другого, неизвестного ему человека, который может терпеть бедствие и у которого не будет ни одной спички и ни одной щепотки соли. Автор знает это по собственному опыту, как бывший геолог.

А вот в джунглях, насколько нам известно, аналогичных объектов нет.

Убить человека для северянина очень трудно. Представители многих малых народов Севера почти физически не могут убить человека. Они становятся способны на это, только если убеждаются с помощью внешних «агитаторов», что данная особь «не человек». Кстати, именно так работали с коренными северянами комиссары времён Великой Отечественной войны, готовя из мирных охотников результативных снайперов.

Но вот для кавказца убить любого человека не проблема. А по свидетельству знатоков ситуации, для нефа в африканской глубинке вообще самый сильный повод к веселью – это лицезрение страданий и увечий других. Хотите его развеселить, споткнитесь и упадите.

А ещё лучше – при этом вывихните ногу. Его хохот будет долгим и искренним.

Разумеется, мы не будем утверждать, что белые люди неспособны убивать до сих пор. Очень даже способны. Но это не наш архетип. К этому нас вынудили назойливые южные агрессоры. А с «волками жить, по волчьи выть». Никуда от этого не денешься. Но даже тысячи лет жизни «с волками» не отучили белых, в частности русских, от приоритета милосердия. «Драка до первой крови», «лежачего не бьют» и т. п. принципы, зафиксированные в русских пословицах, резко контрастируют с установкой «на добивание» в иных культурах.

Безграмотным враньём является утверждение о «воинственных богах» Севера. В северных районах Европы военные боги появились позже всех. Это многократно отмеченный в науке факт. Тысячи лет здесь были только Боги, олицетворяющие различные силы Природы, Материнство и Плодородие. А военных богов не было.

Более того, не было не только «военных богов», не было даже чётко выраженной касты «военных вождей». Все утверждения об изначальной кастовости и господстве военного сословия у предков индоевропейцев, когда они ещё жили в прияедниковье, не более чем расхожий миф. Тем, кто желает более детально познакомиться с данной проблематикой, рекомендуем книгу известнейшего русского учёного, академика О. Н. Трубачева «Этногенез и культура древнейших славян» (М.: «Наука», 2003. 486 с.). В этом капитальном труде на базе обширнейшего материала из области лингвистики и археологии реконструированы реалии становления культуры и общественной организации у праиндоевропейцев и древнейших славян.

И воинственным богам, как убедительно показано академиком Трубаче вым, не было места у наших белых предков.

В это время на юге военные боги уже давно были главными в пантеоне. А затем были сменены единым аналогом монарха (или пахана, это уж как кому больше нравится).

Даже когда назойливая агрессивность южных соседей заставила наших предков серьёзно взяться за оружие, то и тогда первым небесным защитником славян оказался не «контракгник» Перун, а «военно-технический» божественный кузнец Сварог. Кстати, у ирано-ариев первым небесным защитником тоже был не «профессиональный» военный, а, говоря современным языком, военный технократ, кузнец Кова.

И победы белой расы в войнах обусловлены тем, что во всё более современных войнах главным достоинством воина была не агрессия, злоба к напор индивида, а выносливость, терпение, навык к коллективным действиям, тактический расчёт и стратегическое предвидение.

Именно это было подмечено многими полководцами ещё в Средние века и Новое время. Тогда в ход вошла крылатая фраза Суворова о том, что один средний турок победит одного среднего русского, но вот сто средних русских обязательно победят сто турок.

В этом сила белой расы.

Но, тем не менее, её главное предназначение не война с людьми, а решение всех проблем в системе «человек-природа», где бы и когда бы они не возникали.

Возможно, иного русского читателя начала нового века это утверждение огорчит. Ибо стараниями как раз «людей Юга» в нынешней России не упорный труженик, а агрессивный, истеричный, злобный, безграмотный ублюдок стал идеалом для подражания.

Но это не наш идеал. Не идеал белого человека, формировавшегося в сосредоточенном молчании приледниковья.

И мы верим, что ещё придёт время, когда с помощью новых технических средств мы добьёмся торжества наших идеалов.

На этот раз окончательно. Ибо тараканов не давят по одиночке.

Их травят всех разом и во всём доме.

Дихлофосом. Который теперь у нас есть.

Но, повторюсь, это не выбор людей Севера, соответствующий их биологической природе. Этот выбор нам навязан.

Грязными тараканами.


6. Незабудки для Прекрасной Дамы


Впрочем, не будем о грустном. Поговорим о прекрасном.

Весьма важным моментом в формировании менталитета людей при-ледниковья являлась специфика отношений полов. В экстремальных условиях Севера каждый человек на счету. В подобной ситуации нельзя пренебрегать той ролью в жизнеобеспечении, которая отводится не только мужчине, но и женщине.

Разумеется, это в первую очередь касалось посильного участия женщин в самых необходимых «обычных» работах, которые в иных, не столь напряжённых ситуациях выполнялись бы исключительно мужчинами. Однако в экстремальных ситуациях, столь часто возникающих в приледниковье, женщины не могли оставаться в стороне от выполнения мужских обязанностей, хотя бы в случаях гибели мужчин. Когда при редком населении вокруг не было никого. Ни друзей, которые могли бы помочь. Ни врагов, к которым можно пойти хотя бы рабыней.


Но не только это определяло особую роль женщины в приледниковье. Повышенная роль поисковой активности, разума и инновационной деятельности в обеспечении выживания в приледниковье требовали «панорамного» видения мира. А значит, весьма полезно было взглянуть на проблему с разных позиций, рассмотреть её и с мужской, и с женской точек зрения. Там, где разум является необходимым элементом жизнеобеспечения, такими возможностями расширить взгляд на проблему не пренебрегают.

И это великолепно отражено в сказках арийских народов. Можно буквально «вычислять степень наличия арийского менталитета» по повторяемости сказочных сюжетов, где фигурируют мудрые женщины, решающие сложнейшие проблемы. В качестве примера можно привести русские сказки, где мудрые волшебницы говорят своим героям что-то типа: «Не горюй и спать ложись». А потом с помощью ума и магии делают все как надо.

Такие же сюжеты можно найти и в сказках ирано-арийских народов, и в сказках «жёлтых северян». Но таких сюжетов не встретишь в сказках африканских народов. Мало их и в арабских сказках. А те немногие, что есть, позаимствованы из персидских ирано-арийских сказок.

Характерно, что в персидских и японских сказках волшебницы обычно «пришлые». В немецких и французских – волшебницы и феи весьма часто встречаются. Они, грубо говоря, «местные». А в русских сказках волшебницы вообще на каждом шагу. Они, можно сказать, атрибут быта: родственницы и жены весьма обычных героев.

Не мудрено. Именно русские являются прямыми потомками людей приледниковья. В минимальной степени (по сравнению с другими) изменившими образ жизни и менталитет предков.

Таким образом, даже на уровне сказок и мифов, у потомков людей приледниковья сформировано уважение к женской мудрости и, тем самым, заложены основы равноправия полов.

В этих условиях женщина не могла, как у южных народов, быть просто «машиной для родов». Она неизбежно в гораздо большей степени становилась «товарищем» и «соратником».

Потом в истории арийских народов не раз женщина будет на равных с мужчиной выступать соавтором исторического процесса. Это будут, в частности, легендарные амазонки, сарматки, ставшие в строй наравне е мужьями в борьбе с врагами. К явлениям такого же порядка можно отнести и участие русских женщин в Великой Отечественной войне. Примеры подобного рода можно множить и множить.

Необходимо, однако, подчеркнуть, что эти примеры равенства мужчин и женщин были настолько необычны с точки зрения людей иных рас и народов, не прошедших «ледниковой закалки», что вызвали к жизни легенды о матриархате.

Сейчас доказано, что классического матриархата в людских сообществах не было. Но для иных и обычное равенство видится как аномальное господство. Отсюда и легенды о матриархате.

Но для понимания отношения к женщинам белого человека не надо прибегать к гипотезе матриархата. Человеческое уважение и равенство там, где это возможно, – вот основа арийского взаимоотношения полов.

И здесь очень чётко прослеживаются истоки рыцарства. Поклонение Прекрасной Даме – это смесь органичного для всех людей любовного влечения и естественного только для белого человека, человека приледниковья, уважения и дружеских чувств мужчины к женщине.

И эта «рыцарская смесь» чувств имеет гораздо большую предысторию, чем обычно полагают. Истоки данного элемента рыцарства кроются в глубине не столетий, а тысячелетий. На кромке ледника.

Можно возразить, что рыцарственное поклонение не имеет никакого отношения к равенству и уважению. «Равенство – это, скорее, предтеча феминизма», – скажет иной скептик. И это правда. Но не вся правда. Ибо именно человечность, в широком понимании этого термина, отличает рыцарские чувства белых людей от вульгарной половой необузданности южан. Рыцарская любовь – это прежде всего любовь к человеку, а не просто стремление к предмету полового вожделения.

В этой связи автор не может удержаться от реплики из собственного жизненного опыта. В своей экспедиционной работе геологом я вплотную столкнулся с уродствами жизни национальных окраин СССР. При этом мне было удивительно, что ЭТА уродства, начиная от повального взяточничества и заканчивая перманентным беспорядком в любых делах, уродства, просто дикие для белого человека, искренне поддерживались абсолютным большинством местного населения, считались вполне естественными.

Но одним из самых омерзительных для меня проявлений южного менталитета было именно отношение к противоположному полу. Вполне по-европейски образованный местный деятель мог совершенно искренне с блеском в глазах сказать, глядя на зад ослицы: «Какая женщина!» И относиться к «людям женского пола» точно так же, как к ослицам и самкам иных млекопитающих. Ибо скотоложество в тех местах, где мне доводилось работать, было весьма распространённым явлением. '

Повторим, это не определялось уровнем образования. Это было генетически обусловленным свойством. Причём имеющим массовое распространение. Именно тогда автор чётко осознал, что с южанами бесполезно «бороться», силой «заталкивая» их в нашу цивилизацию. Просто русским надо жить по-русски, а азиатам и кавказцам по-азиатски и по-кавказски. Но в одном государстве, с одними законами это просто невозможно. Так что «Россия для русских, Средняя Азия для азиатов, Кавказ для кавказцев». Все логично и справедливо.

Закончим на этом нашу эмоциональную реплику и вернёмся к текущей теме.

Итак, в основе рыцарского отношения к женщине лежит именно человечность. А методы оформления рыцарской любви – это уже вопрос достаточно второстепенный. Проявления же глубинных черт менталитета могут оформляться и под сильным внешним влиянием, которое вполне может скрадывать их первоначальный смысл.

Скорее всего, так случилось и с рыцарством, которое оформлялось в культуре европейских народов под влиянием более развитых форм иных, южных традиций.

«Позвольте, но имеются и высокие проявления поэтизации любви в культуре южных народов!» – воскликнет иной наш оппонент. И мы согласимся с ним. Но если мы проследим истоки поэтизации любви в восточной культуре, то придём к выводу, что эти истоки восходят к персидским традициям. А потом эти персидские влияния были переняты иными южными народами.

Но в основе благородного персидского менталитета лежат ирано-арийские традиции. Традиции тех, кто пришёл с севера, кто являлся потомками людей приледниковья.

Однако не только рыцарство (или его отдалённые пережитки) отличают отношение белого человека, потомка людей приледниковья, к женщине. Сами эстетические критерии оценки женской красоты весьма разнятся у северян и южан. Статистика показывает, что для северян наиболее эротичной частью женского тела является грудь, для южан – бедра и ягодицы.

Это вполне объяснимо с точки зрения экологии антропогенеза. На севере выкармливание ребёнка идёт гораздо дольше. Ибо дольше идёт его созревание и гораздо более экстремальны условия этого созревания. Те же эскимоски продолжают «подкармливать» детей до 3-5, а иногда и более лет.

Кстати, такое долгое выкармливание не позволяет женщинам рожать очень часто. Это не физиологично.

Поэтому молочная железа женщин является в этих условиях «гарантом» продолжения рода. И поэтому на инстинктивном уровне эсте-тизируется. Кстати, именно красота женской груди так подчёркивалась нарядами европейского Средневековья. Поясному силуэту Прекрасной Дамы в стрельчатом окне замка поклонялись рыцари тех времён.

На юге можно быстрее отнимать детей от груди. Но на юге гораздо чаще можно рожать. В условиях повышенной южной агрессивности окружения и одновременного изобилия ресурсов именно возможность обеспечить непрерывный «поток детей», из которых может выживать лишь меньшинство, является гарантом продолжения рода.

Поэтому эстетизируются в первую очередь бедра, таз и ягодицы.

Повторим, это не внешние оценки, а результаты совершенно корректных современных научных исследований, проводимых зачастую с сугубо прикладными целями в интересах рекламного бизнеса и шоу-бизнеса.

Но, заметим, даже в этих, вроде бы чисто внешних, критериях оценки женской красоты проявляется всё та же основная стратегическая и цивилизационная проблематика.

Человек – это ценность или средство? Для тех, кто относится к формированию человека как к длительному процессу, он просто «чисто технически» не может быть средством. Во всяком случае, средством дешёвым.

А там, где «производство людей» поставлено на поток и господствует убеждение, что «авось кто-то выживет», человек не более чем «винтик». Средство, а не цель.

Но менталитет именно белого человека, сама его физиология, в том числе физиология размножения, не позволяет потомку людей прилед-никовья считать человека «мелочью». Поклоняясь Прекрасной Даме, в идеале нельзя заставлять её как машину рожать каждый год, а потом относиться к её детям, «как к грязи», которой «не меряно».

И клянясь в верности идеалам приледниковья, архетипическим ценностям белых людей, мы не можем не упомянуть те сотни поколений женщин, которые сформировали белую расу. Сформировали в борьбе и лишениях, на равных с мужчинами выковывая белую цивилизацию.

Немыслимую без Прекрасных Дам Средневековья, амазонок железного марша, боевых подруг русских воинов и подвижников. А ещё ранее без тех, кто вынашивал и выкармливал белых детей в стылых приледни-ковых тундрах.

Те, кто бывал на Севере, знают, что тундра весной богата красками. Символом этих холодных мест можно считать розовато-лиловый цветок морошки, иногда покрывающей землю сплошным ковром. Но особенно красиво бывает в распадках, укрытых от ветров. В начале лета там могут расцветать такие цветы, которые невозможно даже представить в этих суровых местах.

Среди этих цветов попадаются и незабудки. Скромные цветы средней полосы бледно-голубого цвета. Однако на Севере незабудки гораздо крупнее, ярче и гуще тоном окраски. Этот цветок в русском фольклоре является символом любви и верности.

И в знак поклонения поколениям матерей и тружениц белой расы автор символически преподносит Прекрасным Дамам приледниковья букет этих редких в этих местах, но всё же родных северных цветов.


7. Конец эпохи. Сотворение мира


Конец Валдайского оледенения был ознаменован кардинальными изменениями климата и ландшафтов земли. Разумеется, наиболее значительными в окрестностях ледника, а именно в западной Евразии.

Интересно, что самые последние исследования вносят значительные корректировки в наше понимание этой эпохи. Если признать почти доказанную гипотезу о том, что Валдайское оледенение было самым холодным, то получается, что и переход от оледенения к тёплому меж-ледниковью стал самым большим по масштабу контрастности в истории Земли.

Но не только размах изменений поражает воображение. Поражает и их скорость. Оценки скорости отступления ледника, даваемые ещё 30 лет назад, были довольно скромными. Ледник медленно, с небольшими «рывками» отступал в Скандинавию, где окончательно растаял около 10 тысяч лет назад.

Именно такие оценки процесса вошли в школьные и вузовские учебники, а через них в массовое сознание людей (разумеется, тех, кто хоть что-то слышал про оледенения). Видимо, подобные оценки были данью научной традиции, согласно которой геологические процессы по определению должны идти достаточно долго.

Однако уже в 1970-х годах начался медленный пересмотр подобных взглядов. Мощный ледник на Американском континенте даже по данным классических научных методик окончательно растаял около 7 тысяч лет назад. Тут же нашлись «научные экстремисты» и популяризаторы, которые готовы были утверждать, что это произошло 5 тысяч лет назад.

А последнее означало очень быстрое таяние ледника в Америке. Кстати, эти данные об очень быстром таянии ледника в Западном полушарии отчасти подтверждались зафиксированными в рельефе и поверхностных отложениях следами геологических катастроф, основным типом которых для эпохи конца оледенения были колоссальные переполнения внутренних водоёмов и массовые прорывы вод через ложбины стока, которые буквально «прорезались» с точки зрения геологического времени «мгновенно».

Американские данные заставили попытаться несколько пересмотреть и европейские материалы. Появились предположения, что 10 тысяч лет назад не завершилась, а только началась последняя стадия таяния ледника в Европе.

Однако наибольшей сенсацией стали попытки математического моделирования климата ледниковых эпох. Согласно самым последним данным не исключено, что сам по себе климат в целом мог меняться очень быстро в течение считанных десятков лет. Разумеется, это не означает, что за такое время мог нарасти или, наоборот, стаять пятикилометровый ледяной щит.

И тем не менее, взгляды на возможную скорость изменений природы и климата были пересмотрены радикально. Более того, в этих построениях есть одно очень важное зерно, которое не теряет своего значения, даже если отвергнуть в целом выводы климатического моделирования.

А именно: климат в масштабах всего Северного полушария мог меняться гораздо быстрее, чем таять сам ледник.

В рамках нашего исследования нас интересует окончание самого последнего оледенения. Попытаемся схематично реконструировать этот процесс.

Итак, если отвлечься от проведения прямых аналогий с процессом таяния ледника в Северной Америке, а также с известной долей осторожности рассматривать «модельный экстремизм» ряда климатологов, то вырисовывается следующая картина.

Достоверно зафиксировано, что около 10 тысяч лет назад началось резкое обмеление озёр на юго-восточной окраине нашего ледника. Это можно традиционно проинтерпретировать как результат потепления климата после окончательного таяния ледника.

Но подобное объяснение вовсе не единственное.

Климат в целом мог несколько потеплеть довольно быстро. Но ледник так быстро растаять не мог. Он продолжал существовать и продолжал «перехватывать» влагу, которую приносили западные ветры. Поэтому на восточной окраине ледника стало теплее. Но стало ещё более сухо. Ибо одно дело иметь 200 мм осадков в год при среднегодовой температуре -12° С, а другой дело – при -2° С.

Таким образом, юго-восточный край ледника стремительно отступал на северо-запад. На русской равнине становилось теплее и суше. Мелели водоёмы. На месте тундро-лесостепи быстро формировались леса и лесостепи.

Наши личные научные результаты, полученные методом геоэкологического моделирования, показывают, что при таком сценарии развития ситуации продуктивность и качество ландшафтов на Русской равнине росли просто стремительно.

Это был действительно «золотой век» для всех, обитающих здесь.

Однако на западе ледник при таком развитии событий отступал отнюдь не столь стремительно. Более того, динамика западного края ледника во многом определялась на начальных этапах конца Валдайского оледенения не повышением температуры, а повышением влажности. При более теплом климате Северного полушария в умеренных широтах резко увеличиваются осадки.

Но их львиная доля перехватывается западной и центральной частью ледникового щита, который, напомним, имел высоту более пяти километров. Поэтому на начальных стадиях потепления он в своей западной половине мог не только таять, но и вообще расти. И даже если мы с этим не согласимся, то всё равно должны признать, что на западе ледник отступал гораздо медленнее, чем на востоке.

Правда, лёд постепенно «прогревался». А значит, становился всё более пластичным и «расползался» туда, куда позволял рельеф. Напомним, кстати, что как раз совсем недавно, в 2002 году, в Кармадонском ущелье Северной Осетии произошёл сход ледника.

Но эта катастрофа произошла именно в аномально тёплый год!

Так что мы вполне можем себе представить аналогичные явления, но гораздо большего масштаба на окраинах ледникового щита в тех местах, где рельеф подстилающей поверхности позволял ему «расползаться», т. е. в Скандинавии, Шотландии, Арденах.

Наше предположение состоит в том, что общая площадь ледника сокращалась на начальных этапах конца оледенения незначительно. Довольно резкое его отступление на юго-востоке отчасти компенсировалось ростом на западе. Не столь быстро уменьшался и его объем. А следовательно, не повышался уровень океана.

Первоначально потепление сказывалось на повышении температуры льда. И только изрядно «подогревшись», ледник начал интенсивно таять.

Но коль скоро «начало конца» Валдайского оледенения имело место 10-12 тысяч лет назад, то сам конец был несколько позже. Во всяком случае, такой объем льда не мог растаять скорее, чем за 3-5 тысяч лет, даже без учёта первоначального периода компенсации таяния на востоке ростом на западе, о чём мы говорили несколько выше.

Симптоматично, что наши ориентировочные расчёты дают окончательное таяние ледника в Европе в период 7-8 тысяч лет назад. Но именно в этот период растаял и ледник в Америке. И около 7,5 тысяч лет назад произошло заполнение котловины Чёрного моря, бывшего тогда озером, прорвавшимися морскими водами вследствие быстрого повышения уровня океана.

Оценки по Чёрному морю получены несколькими независимыми методами. И полностью соответствуют… датировке «сотворения мира» в легендах индоевропейских народов. Сейчас, когда пишется эта глава, в 2002 году христианской эры, идёт 7511 год от «сотворения мира».

Поразительный «букет совпадений»!

Просто так подобных совпадений не бывает.

Именно в период с 8 до 7 тысяч лет назад ледник окончательно растаял, уровень океана поднялся. И климат снова резко изменился. Атлантические циклоны понесли бесконечные дожди на Русскую равнину. А рост облачности обусловил падение летних температур. Начался резкий рост болот. И условия жизни ухудшились.

Самые современные данные говорят, что все эти перемены закончились не позднее 6 тысяч лет назад. А может быть и раньше. То есть начались они… Правильно, все те же 7-7,5 тысяч лет назад.

Но перед этим унылым периодом было как минимум 3 тысячи лет «золотого века».


8. Самая первая победа Севера. От Чёрного моря до Валдая и Арден


Именно в это время на пространствах к юго-востоку от ледника развернулась финальная драма борьбы предков современных людей белой расы с их историческими конкурентами.

Согласно довольно многочисленным данным, в это время население Западной Евразии сократилось в 4 раза. Палеолит сменился неолитом. То есть люди стали изготавливать шлифованные каменные орудия.

Конкуренты современного человека, скорее всего, проиграли в первую очередь потому, что основой их жизнеобеспечения была всё та же загонная охота на представителей мегафауны. Сами же эти представители с уходом ледника оказались в стрессированном положении.


И это определялось следующими причинами.

Первое. Медленное, но неуклонное нарастание осадков. Зимы становились мягче, но все более многоснежными. Поначалу этот процесс шёл очень медленно. Но он стал лавинообразно нарастать 8-9 тысяч лет назад, когда ледник начал стремительно таять, теряя площадь и высоту.

А при глубоком снеге мамонты не могут зимой добывать себе пищу. Они стали либо вымирать, либо откочёвывать к северу.

Аналогично обстояло дело и с характеристиками поверхности, хотя интенсивный рост болот начался значительно позднее. Но деградация мерзлоты привела к тому, что многие участки, не становясь болотами в классическом понимании, стали периодически весной и осенью превращаться в топи, куда тяжёлые мамонты проваливались.

В конце концов, не так уж глубоко надо провалиться мамонту, чтобы он или погиб сам, или стад лёгкой добычей охотников. Всего-то метра на полтора.

Все эти проблемы для мамонтов обернулись просто раем для охотников. Увеличилось время, позволяющее устраивать огненные загоны. А сами мамонты стали гораздо более уязвимыми. Поэтому вполне правдоподобными представляются расчёты, согласно которым мамонты были выбиты буквально за считанные десятки лет. За 1-2, максимум 3 поколения охотников.

Хронометраж событий можно восстановить если не по годам, то, во всяком случае, по столетиям и даже десятилетиям.

Итак, 10 тысяч лет назад на Русской равнине начинается повсеместное потепление и рост относительной сухости климата (последнее преимущественно в её северной части). Первоначально эти изменения благоприятны абсолютно всем обитателям этих мест – предкам белых людей в ближнем приледниковье, их более южным конкурентам, мамонтам и всем другим млекопитающим.

Начинается повсеместный рост численности промысловых животных и популяций человекообразных.

Около 9 тысяч лет назад условия для жизни мамонтов начинают ухудшаться в южной части Русской равнины. Однако при этом условия охоты на них улучшаются. Растёт объем добычи мамонтов. Резко растёт численность населения южной части Русской равнины.

В северной части Русской равнины продолжается рост численности предков белых людей, населяющих ближнее приледниковье, и возрастает благоприятность условий их существования. Отчасти сюда перекочёвывают мамонты с юга, и это только усиливает тенденцию к улучшению ресурсообеспеченности наших предков. Однако «лишние» мамонты не изменяют уже существующее и закреплённое разнообразие методов жизнеобеспечения.

На юге, в условиях изобилия, прекращается или вообще тормозится переход на альтернативное жизнеобеспечение. Добыча мамонтов растёт опережающими темпами.

Около 8,5 тысячи лет назад мамонты на юге исчезают. В популяции гоминидов юга Русской равнины начинается кризис. Население юга устремляется на север за уходящими мамонтами. Однако при этом оно не доедает, происходит частичный возврат к каннибализму. Нарастают «междоусобицы» в среде маргинален.

Основные потери популяции маргинален несут от недоедания и междоусобиц. В этой ситуации, встретившись с продолжающей процветать популяцией белых людей, маргиналы терпят от них поражение.

Но белые люди в данном случае не столько уничтожают, сколько добивают маргинален, которые сами находятся в стадии вымирания и в совершенно неудобной стратегической ситуации. Ибо они более разобщены, раздражены, ослаблены голодом и междоусобицей, вторгаются на неизвестные им территории. А их противники, наши предки, находятся на популяционном подъёме, более сплочены и более способны к коллективным действиям, являются лучшими тактиками, и, как это ни мало в то время, всё же несколько лучше вооружены.

Нашим предкам при этом даже не надо до конца добивать своих противников. Достаточно отбросить их. Не дать «догнать последних мамонтов». И оставить один на один со все убыстряющимися изменениями природной среды, к которым они не успевают приспособиться.

Южная часть Русской равнины оказывается свободной от маргинален.

В это же время неуклонно растёт уровень мирового океана, а следовательно, Средиземного моря. Связей между Западной Евразией и Африкой становится всё меньше. Возможные коридоры новых нашествий с юга перекрываются.

В распоряжении человека, который окончательно в это время формируется как современный белый человек, оказывается благодатнейший юг Русской равнины. И жемчужина этих мест – равнины Чёрного и Азовского морей.

Наши предки отчасти влекомые инстинктом и памятью, отчасти в процессе преследования маргинален, устремляются в эти благодатные места. Там, на изобильных равнинах, прорезанных чистыми реками, богатыми рыбой, происходит резкий всплеск численности популяции белых людей.

В их распоряжении ещё как минимум 500—700 лет беззаботной жизни в условиях постоянно улучшающегося качества среды. Поэтому рост численности белого населения носит взрывной характер.

А потом происходит катастрофа. Морские воды прорываются через Босфор. Чёрное море из озера становится настоящим морем. В нём гибнет пресноводная рыба. Затопляются благодатные устьевые участки Днепра, Дуная, единой в то время реки Дон-Кубань. Уходят под воду самые плодородные долины.

Потоп идёт очень быстрыми темпами. По некоторым расчётам вода прибывает по 1– 1,5 метра в день. Это означает ежедневное отступание береговой линии на 2– 3 километра.

Массы людей оказываются просто выброшенными на север. Нынешнее Причерноморье и Приазовье переполнены. И белые люди отсюда начинают расходиться в разные стороны. Что тоже очень симптоматично. Белые расходятся, а не истребляют друг друга в бессмысленных попытках переделить оскудевший пирог даров природы.

И тут на их счастье оказывается, что горы и долины Центральной Европы – это уже отнюдь не аналог Антарктиды. Они весьма неплохи для проживания и практически не заселены. Начинается марш на северо-запад.

И этот марш заканчивается на берегах Северного и Балтийского морей.

Белая раса занимает Европу.

Нельзя сказать, что марш на северо-запад не осуществлялся до этого. Часть белого населения с самого начала не пошла на юг, а отбив натиск маргинален, двинулась вслед за отступающим ледников. Другая часть двигалась на восток. Ибо в самом приледниковье по мере таяния ледника условия проживания улучшались, население росло, как это следует из законов популяционной биологии опережающими темпами, и распространялось во все стороны.

Следы этого восточного потока зафиксированы в находках костных останков и, возможно, начались около 10 тысяч лет назад. Но этот начальный поток был очень неплотен. И, несмотря на то, что были достигнуты берега Тихого океана, этот поток иссяк, растворившись среди гораздо более плотного потока жёлтой расы.

Поток на северо-запад сразу «от Москвы» был плотнее, но тоже уступал потоку из Азово-Черноморского «угла» по плотности и темпам.

Говоря об общности древних европейцев, надо отметить ещё одну её составляющую. На самом западе Европы во времена оледенений тоже шло вытеснение первоначально пришедших сюда предков белых людей из относительно плодородных равнин нынешнего шельфа Средиземного моря и узкой полоски прибрежных равнин нынешней Франции, Северной Италии, отчасти Испании.

Вытесненные из этих мест маргиналами люди уходили в ближайшие горы.

Здесь уместно напомнить, что исходно предок человека сформировался на равнинах. А самые благоприятные для человека места – это долины рек. Недаром «так вольно дышится у реки». На втором месте идут равнины. Горы же исходно не относились к местам, предпочтительным для людского поселения.

«Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт», – гласит русская пословица. Во многих древних языках слова «горы» и «ад» являются синонимами.

Белый человек крайнего запада Европы был вышвырнут в горы с присредиземноморских равнин точно так же, как его собрат на Русской равнине был вышвырнут к краю ледника. Нам представляется, что преодолеть горы в ледниковую эпоху человек не мог. Во всяком случае, это не могло быть массовым явлением. Просим читателя вспомнить то, что мы писали выше о ситуации среднегорьях Средней и Западной Европы во время оледенения.

Тем более не мог человек преодолеть покрытые льдом Альпы.

Так что не так уж далеко ушёл вытесненный с равнин Средиземноморья человек в горы. И не так много там было мест для проживания, а также ресурсов для жизнеобеспечения.

Исключением являются два коридора возможной миграции по долинам Роны и Гаронны. Пройдя по этим коридорам, предок современного человека мог найти «кусок равнин» в Западной Франции между Пиренеями и краем ледника, располагавшимся тогда в районе нынешнего Брюсселя. Эти равнины Западной Франции бьши тогда более обширными, чем сейчас, ибо включали тогда шельфовые пространства на севере Бискайского залива. Но, напомним, на западе Европы условия в при-ледниковье бьши хуже, чем на востоке. Излишнее увлажнение в холода губительно для жизни. Поэтому людей здесь не могло быть так же много, как на востоке. И территории для охоты раз в 10 меньше. И ресурсы на единицу площади в 1,5-3 раза скуднее.

Из этого по законам популяционной экологии следует, что численность предков белых людей крайнего запада Европы была в 15-30 раз меньше, чем их собратьев на востоке.

По окончании ледникового периода человек продвинулся из этих мест на север. Но, отметим, что ледник здесь сохранялся наиболее долго. Самая западная его окраина растаяла последней. Чуть позже 7,5 тысяч лет назад. Поэтому двигаться к северу стало возможно не ранее, а скорее даже позднее, чем 7,5 тысяч лет назад. Чуть позже начала движения из Причерноморья, но гораздо позже начала движения из центра Русской равнины за отступающим ледником около 10 тысяч лет назад.

Битвы самой западной ветви предков белой расы со «своими маргина-лами» были аналогичны соответствующим эпизодам на востоке Европы, но гораздо менее масштабны. В них было меньше участников, и проходили они на гораздо меньшей, можно сказать, ограниченной, площади.

Итак, в формировании белой расы приняли участие три людских потока. Первый – это те, кто шёл за отступающим ледником из центра Русской равнины на северо-запад в Прибалтику, северную Польшу и северо-восточную Германию. Второй – это те, кто шёл к северу за отступающим ледником из долин Гаронны, Луары и равнин нынешнего Бискайского залива. И третий – это те, кто пошёл на северо-запад из Причерноморья и Приазовья, сначала по долинам Дуная, Днестра и Днепра, а потом из этих мест распространился по среднегорьям и низ-когорьям всей Центральной Европы.

Вклад этих потоков в формирование белой расы можно оценить по следующим косвенным признакам. Во-первых, надо сравнить площади, где формировались центры, из которых началось движение. Во-вторых, надо сравнить относительную продуктивность ландшафтов этих центров. В первом приближении можно предположить, что исходная численность мигрантов была тем больше, чем больше территория, где формировались «отряды переселенцев», и чем больше продуктивность ландшафтов на этой территории.

Кроме этого, весьма существенно то, куда шли людские потоки. Если перед ними были обширные незаселённые высокопродуктивные территории, то в процессе перемещения количество переселенцев стремительно нарастало. Если впереди было не так много хороших угодий, то численность мигрантов росла гораздо медленнее и быстро стабилизировалась.

В качестве аналогии первого типа ситуации приведём американских индейцев. По некоторым оценкам в Америку переправилось всего несколько сот человек, которые, стремительно пройдя по незаселённым территориям, в итоге размножились до нескольких десятков миллионов.

Итак, если мы оценим все эти факторы, то увидим, что поток из Причерноморья и Приазовья был самым большим. Потоки на крайнем западе и на северо-востоке были сравнимы между собой. Но они даже в сумме всё равно были меньше, чем главный поток.

Поэтому именно «азово-черноморская» миграция стала основной при формировании людей белой расы. Разумеется, достигнув берегов Балтики, пришельцы из Причерноморья легко смешались с родственными племенами, пришедшими сюда сразу за отступающим ледником, а в северо-западной Германии с двигавшимися по берегу Атлантики из Южной Франции.

Но тогда в постледниковой изобильной Европе всего, что было нужно для вольготной жизни всех этих людей, было в избытке. И поэтому вряд ли имели место некие серьёзные конфликты. Сформировалась пока достаточно единая общность белых людей. И в этой общности около 2/3 составляли выходцы из южной части Русской равнины, и ещё чуть менее одной шестой – выходцы из её центральной части.

Итого около 4/5 белого населения сначала Европы, а потом и всей земли имеют «наши» корни.

В годы брежневского застоя в ответ на дебильную советскую пропаганду, раздувавшую зачастую несуществующие «достижения» увядающей империи, в народе возникла едкая шутка: «Россия – родина слонов».

Мы не будем всерьёз повторять или оспаривать эту шутку. Хотя вскользь заметим, что Россия – родина мамонтов.

Но вот то, что Россия – родина белой расы, это несомненно.


9. Биология, антропология, политика. То, о чём не удастся промолчать


Генералу де Голлю молва приписывает следующие фразы: «Современная цивилизация возможна только как цивилизация единомышленников» и «XX век был веком конфликтов классовых, XXI будет веком конфликтов национальных». Автор не ручается за корректность изложения этих высказываний, ибо прочёл их в русском переводе в статьях, далёких от академичной корректности.

Однако эти фразы с поразительной точностью передают саму суть проблем наступившего века. Да, проблемы будут носить цивилизацион-ный характер. Но как раз для решения цивилизационных проблем особую важность приобретает психологическая комплиментарность. Своего рода «сыгранность» команды, которая будет эти проблемы решать.

А команда должна быть большая. И спаять её могут отнюдь не организационно-технические решения, не страх государственного террора, не оболванивание. Должно быть внутреннее архетипическое единство.

Поэтому вопрос, у кого и с кем это единство возможно в принципе, а с кем нет, отнюдь не праздный. И пока, к сожалению некоторых, самым простым, очевидным и распространённым вариантом массового (я подчёркиваю – именно массового) достижения подобного единства является этническая и расовая однородность соответствующей «большой команды».

В прогностике существует такое понятие – «тень будущего». Эта тень задолго до наступления соответствующих событий влияет на текущие дела. Иногда весьма существенно. Мы считаем всплески и теоретического, и реализованного на практике в XX веке интереса к расовым и национальным проблемам не архаикой, а, помимо всего прочего, проявлением «тени будущего». Того будущего, суть которого передана в начальных фразах данного раздела.

И уверяем наших оппонентов из определённого лагеря, что само будущее намного превзойдёт те проявления его тени, которые имели место в гнусном, лицемерном и в итоге, несмотря на кажущийся прогресс, безмозглом XX веке.

В этой ситуации интерес к проблемам формирования человека как вида носит отнюдь не праздный характер. И те вопросы, которые мы осветили в этой главе, могут иметь весьма большое пропагандистское значение.

Однако, прежде чем перейти к нашим собственным интерпретациям экологии антропогенеза в приледниковье, окинем «с высоты птичьего полёта» научное и идеологическое противостояние по этногенетическим и расовым вопросам.

В том научном и идеологическом противостоянии, которое разворачивается вокруг этих проблем, есть два крайних полюса. Одни т н. «общечеловеки» отрицают наличие весьма существенных, зачастую непреодолимых, заложенных на биологическом уровне различий между людьми определённых рас и национальностей в принципе.

При этом, в сущности, соответствующие деятели не утруждают себя глубокой аргументацией. Она сводится, как правило, к набору весьма нехитрых рассуждений.

Во-первых, есть ли возможность получения жизнеспособного потомства между представителями разных рас и народов? Есть. Значит, согласно классическому биологическому правилу, всё человечество принадлежит к одному виду.

Во-вторых, так ли непреодолимы несомненно имеющиеся различия в биологии и психологии (отрицать эти различия в принципе бессмысленно) представителей разных рас и народов? Нет, мы знаем примеры и спортивных команд и экипажей, и целых национальных общностей, которые состоят из представителей разных рас и, тем более, этносов.

Значит, вся проблема создания больших и сверхбольших «команд» чисто организационная.

Представители оппонентов данного подхода весьма разнообразны. Тем не менее, наиболее радикальный фланг этой стороны противостояния тоже довольно однороден и не менее прост. Здесь тоже имеются две группы аргументов.

Первое, что подчёркивается представителями этой стороны, – это научно зафиксированные существеннейшие различия между людьми разных рас и народов. Различия психофизиологические, биохимические морфологические и т. п. Характерно, что данные различия начали изучаться, документироваться и статистически обрабатываться на должном научном уровне уже в середине XIX века.

Последние достижения биологии только добавили материала в эту копилку фактов. Мы не будем здесь приводить даже в качестве иллюстрации примеры подобных исследований, ибо они сейчас опубликованы весьма широко. Заметим лишь, что на фоне этого потока, как самых современных данных, так и извлечённых из архивов ещё XIX века, просто незначительными частностями представляются немецкие публикации 1930-х годов на этот счёт.

Второе, чисто пиаровское направление деятельности сторонников соответствующих взглядов, это педалирование многочисленных этнических конфликтов, которыми оказался так богат XX век.

Отметим, что пиаровское противоборство в нынешнее время проходит с ничейным счётом. Жизнь подкидывает всё новые и новые примеры расовой и этнической несовместимости. Но та же жизнь демонстрирует и противоположные примеры.

Честно отследить, каких примеров больше в масштабах всей Земли, нельзя. Ибо* мы имеем дело уже со вторичной информацией, переработанной теми, кто сейчас владеет и СМИ, и большинством потоков финансирования науки.

А подавляющее большинство мировых СМИ, научных центров, «фабрик грёз» работает сейчас на доказательства возможности и желательности «всеобщей дружбы» и политкорректности.

Но даже в этих условиях очень многие, волею судеб далёкие от данных проблем (мы уже не говорим о тех, кто почувствовал эти проблемы на собственной шкуре, но пока исключим их из рассмотрения) обыватели смутно понимают, что не все на самом деле так благостно. Это свидетельствует о том, что правы всё-таки противники «общечеловеков». Но данное свидетельство всё же косвенное и не может быть решающим.

Читатель наверняка уже давно представляет взгляды автора по этому вопросу. Поэтому прошу заметить тех, кто не согласен с автором, что в данном случае мы намеренно подыгрываем нашим оппонентам и принимаем наиболее выигрышные для них предположения, не скатываясь на хлёсткие полемические приёмы.

Итак, в чисто пиаровском плане имеет место «боевая ничья».

В данной ситуации особое значение приобретает теоретическое противостояние. И в этом противостоянии имеет место следующий процесс.

Сторонники существенности и непреодолимости расовых различий приводят всё новые и новые факты. Но их противники спокойно парируют: «И всё же по всем правилам биологической науки, человечество – это единый вид, ибо от представителей разных рас получается потомство, способное к дальнейшему размножению».

Тогда приводятся новые факты о различиях. А в ответ получают те же аргументы. С чисто психологической точки зрения многословные «расологи» для внешнего наблюдателя выглядят так же, как Тарас Бульба в известном анекдоте, звучащем следующим образом:

«Выехал Тарас Бульба на днепровскую кручу, огляделся вокруг и крикнул:

– …твою ма-а-а-ть!

И эхо ответило ему:

– Мать, мать, мать…

Другой раз крикнул Тарас, и эхо снова ответило ему так же. Но когда Тарас в 1324-й раз крикнул то же самое, усталое эхо ответило ему:

– А не пошёл бы ты, Тарас, на…»

Очевидно, понимая психологическую уязвимость своей позиции сейчас и в относительно недавнем прошлом, противники «общечеловеков» начинают выступать против основ биологической науки. В ход идут иногда самые бредовые аргументы, типа происхождения человека от инопланетян или разных этносов не от приматов, а от… зверей и даже птиц. Хочется спросить, почему же сразу не от динозавров?

Однако гораздо чаще отрицается теория эволюции и основополагающее в биологии определение вида. С исключительной внимательностью подхватываются любые дискуссии по базовым проблемам биологической теории. При этом злорадно раздуваются и превратно интерпретируются обычные для любой нормальной науки дискуссионные вопросы. Иногда вообще отрицается даже появление жизни на Земле и из хлама вытаскивается тупиковая теория панспермии.

Довольно часто в разных интерпретациях звучит, по существу, одно и то же отрицание самой возможности реализации рецессивных признаков в значительной части популяции. Например, массовое появление голубоглазых блондинов в изначально темноглазой и темноволосой популяции.

Последнее особенно нелепо, ибо это просто азы популяционной биологии. На окраине ареала обитания массовые проявления рецессивных признаков не исключение, а скорее правило для абсолютно всех популяций, причём не только млекопитающих. Сами же рецессивные признаки постоянно генерируются в популяции в процессе развития всего живого. Это один из механизмов эволюции.

Иногда эти частности не формулируются прямо, а постулируются в неявном виде в утверждениях типа того, что у каждой расы и даже нации был свой собственный человекообразный предок.

Разумеется, был, но у этих предков всё равно будет общий, но только более дальний предок. Например, первые приматы. Или первые млекопитающие. Или первые позвоночные, в конце концов.

Так и хочется спросить: «Вам от такого удаления вглубь геологической истории общего предка легче, уважаемые коллеги?»

Национальным идеологам, столь вольно обращающимся с наукой либо современной науке предпочитающих науку позапрошлого века, хочется спеть ироническую интерпретацию известной песни-агитки 1930-х годов: «Стукни палкой, Петруша, по трактору, коль не можешь его завести». Ибо, увы, именно так пытаются «стукать» современную науку, перед которой они бессильны, иные национальные идеологи, ведущие себя в данной ситуации, как безграмотные сельские комсомольцы конца 1920-х годов.

Впрочем, шутки в сторону. Дело в том, что на расовую и национальную идею работают как раз самые современные концепции биологической науки. Просто эти концепции надо знать.

Начнём издалека.

Доказано, что появление жизни на Земле, а не где-то, неизвестно где, закономерно. Этот процесс не имеет ничего общего со случайным «перебором химических комбинаций». Это результат направленных химических изменений. А их чётко определённая направленность определяется энергетической открытостью земной биосферы. В той геохимической ситуации, что существовала на ранней Земле, при той контрастности условий и том потоке энергии извне, появление белков, АТФ и лепидов не случайность, а чётко предопределённая закономерность. Как закономерно и их дальнейшее объединение в более сложные структуры.

Теория направленных химических процессов сложна. При её изложении не обойтись без математических и химических формул. Поэтому мы не будем даже пытаться изложить её здесь. Особо подготовленному и любознательному читателю просто порекомендуем книгу академика Э. М. Га-лимова «Феномен жизни. Между равновесием и нелинейностью» (УРСС, 2002. 254 с.).

От себя добавим лишь, что геохимические и биохимические выводы Галимова можно только ещё более усилить и лишний раз подтвердить, привлекая самые новые материалы исторической геологии и общей теории систем, которые сам Галимов в своей аргументации пока не использовал. В частности, это касается теории квазистационарных состояний.

В целом же теория Галимова целиком соответствует научной доктрине т. н. «коэволюции», выдвинутой одним из русских национальных гениев, академиком Вернадским.

Особо отметим, что из научно-мировоззренческой доктрины В. И. Вернадского и из сугубо научной, специальной теории Э. М. Галимова вполне корректно следует вывод о неизбежности и направленности эволюции и, соответственно, появлении разумного существа.

Остаётся очень интересный вопрос о механизмах эволюции на этапах, когда уже оформились отдельные организмы. Этот вопрос можно изложить, не прибегая к химическим и математическим формулам. Но он тоже всё-таки достаточно сложен для среднего читателя.

Отметим лишь, что базовым механизмом эволюции является накопление разнообразных признаков, которые могут быть востребованы очень не скоро, а могут вообще никогда не потребоваться. При этом «таскать в себе» невостребованные текущей обстановкой признаки – это всё равно, что нести лишнюю, неизвестно для чего нужную железяку в рюкзаке на дальнем маршруте. Поэтому те, кто носит «в себе» много разных ненужных признаков, как правило находится в подчинённом положении.

А большую часть времени в природе «правят бал» хорошо приспособившиеся и узко специализированные. Кто не столько накапливает «полезные» признаки, сколько избавляется от «ненужных в данной ситуации излишеств».

Знаменитое же «приспособление» происходит не постепенно, как интерпретируют Дарвина некоторые его апологеты. А главное, приспосабливаются не только и не столько к текущей ситуации.

Но в процессе наиболее резких изменений среды, имеющих не биологические, а геологические и космогонические причины, вдруг сразу у многих особей многих различных видов появляются конкурентные преимущества в новой среде, обусловленные ранее не востребованными «талантами», пардон, свойствами организмов.

Но, мало того, начав реализовывать полученные преимущества, ведя, говоря популярным ныне в России языком, «передел ресурсов», эти особи очень многих различных видов своей жизнедеятельностью сами провоцируют дальнейшее изменение среды, убыстряя перемены в ней. Процесс приобретает лавинообразный характер. И так до тех пор, пока «передел ресурсов» не закончится, и «новые хозяева не установят новый порядок».

Для внешнего наблюдателя, отделённого отданных событий многими геологическими эпохами, это иногда, действительно, может показаться чуть ли не мгновенным процессом, чем-то сродни «творению». Образно говоря, «из подвалов» экосистем в одночасье вырываются толпы ранее не заметных тварей и становятся «министрами, генералами и королями» нового варианта биосферы.

При этом биосфера меняется, действительно, чуть ли не целиком. В качестве примера приведём гибель динозавров и выход на арену млекопитающих. О гибели динозавров знает даже дебил, имеющий «телевизионное образование». Но, напомним читателю, что одновременно вымерло большинство тогдашних видов насекомых и растений. То есть не только млекопитающие «доедали» динозавров, но в чём-то аналогичные процессы происходили и в растительном мире, и в мире беспозвоночных, и даже в мире бактерий.

Слишком много «накопилось» в биосфере того времени потенциала развития, и слишком тупиковым был эволюционный «застой» биосферы динозавров.

Мы просим извинения у читателя-специалиста за такую примитиви-зацию, а'у читателя неспециалиста за излишнюю сложность.

Однако, внимание, господа расисты, одним из главных механизмов накопления новых признаков является возможность скрещивания родственных видов и получения от этого скрещивания жизнеспособного потомства. Данная теория получила название «теории комбинаторной эволюции». Запомним этот термин.

Доктрина комбинаторной эволюции – это карт-бланш расовой и националистической идеологии, данный самой современной наукой.

Однако механизмы комбинаторной эволюции работают не всегда, не у всех видов и не во всех ситуациях. Последнее особо важно. Ибо как оказывается, очень важен экологический фон данного процесса. Но это возможно в принципе. И это является одним из важнейших механизмов видообразования. Особенно часто данный процесс происходит при формировании принципиально новых видов.

Таких как человек, например.

Так что не надо пытаться опровергнуть современную биологию, поставить под сомнение понятие вида и отвергать эволюцию ради того, чтобы иметь возможность утверждать, что современное человечество не представляет единого вида сейчас, а тем более не представляло его в прошлом. Эти выводы прямо вытекают как раз из самых передовых научных доктрин.

Тем не менее, общий человекообразный предок у всех рас и народов был. Мы назвали этого предка водной обезьяной. Можно придумать другое название. Но не в названии дело.

Просто от водной обезьяны, а точнее от её ближайшего потомка Ногтю егесШз (человека распрямлённого) произошёл очень широкий спектр близкородственных видов. В этом спектре выделились две лидирующие ветви, которые наиболее быстро эволюционировали параллельно, – это ветвь тех, кто в итоге станет предками белого человека, и ветвь тех, кто станет предками жёлтого человека (или некоего его подвида).

Но помимо этих двух лидирующих ветвей было множество ветвей маргинальных. Представители их скрещивались как между собой, так и с представителями лидирующих ветвей.

В итоге получилось нынешнее разнообразие человечества. Разнообразие близкородственных видов одного из родов млекопитающих.

Весьма интересно с этой точки зрения взглянуть на тех, кого до недавнего времени считали предками современного человека – питекантропов, синантропов, неандертальцев.

Большая их часть – это тупиковые ветви, причём зачастую даже не потомки водных обезьян, а их «братья», возможно, даже «двоюродные». Большинство этих питекантропов и синантропов жило гораздо позже Ното егесшя.

В настоящее время научным недоразумением можно считать попытки рассматривать питекантропов и синантропов в качестве предков человека. Но ведь только на этом фоне как сенсации выглядят все новые находки гораздо более похожих на современного человека особей возрастом более миллиона лет назад.

За каждой такой сенсацией так и проглядывается в неявном виде утверждение типа: «Вот, старше питекантропа в 2 раза (в 1,5 раза, в 3 раза и т. п.), а намного больше похож на человека!»

Да чего же тут удивительного, господа. Все эти находки различных вариантов Нолю егес1их, его ближайших потомков или ближайших предков. В конце концов, и сам Ногтю егес(ш мог быть результатом комбинаторной эволюции.

А жил распрямлённый человек более миллиона лет назад, гораздо раньше питекантропов и синантропов. И то, что некоторые из дегра-дантов, а скорее даже просто отдалённых родственников водных обезьян в итоге научились использовать огонь или взяли в руки острый камень, ещё ничего не значит. Вернее, это означает, что общее направление эволюции в целом предопределено логикой развития биосферы. Но вписываются в эту логику все по-разному.

В становлении же человека главным был отнюдь не камень и даже не огонь, а раздвоение сознания. Вследствие необходимости отличать своих от чужих в особях одного с собой вида. И эта потребность появилась только у потомков водных обезьян, прошедших стадию каннибализма. Именно поэтому так важно при анализе тех или иных останков человекообразных обращать внимание даже не на объем мозга, а на фигуру. Если фигура свидетельствует об этапе водной эволюции и сильно, «по-человечески» распрямлена вследствие каннибальского отбора, значит, это один из предков человека или ближайший родственник этого предка.

Если нет, то к человеку он отношения не имеет.

Кстати, как раз у всех «сенсационных» находок «древнее питекантропа» исследователи отмечают близкую к современному человеку фигуру при довольно малом объёме мозга. Все правильно. Мозг ещё обезьяний. Но его будут усиленно развивать. Развивать, не раскалывая камни, «трудясь по Марксу», а пытаясь во что бы то ни стало объяснить «незнакомым дядям», что «я свой».

Как говорится: «Думай, голова. Думай».

Несколько сложнее вопрос с неандертальцем. Чем больше находок представителей этой разновидности человекообразных, тем больше убеждения в том, что под неандертальцем понимают целый «букет» очень разных видов. И это не мудрено. Ибо появление современного человека – это очередной рывок в эволюции. А в его непосредственном преддверии был всплеск проявлений комбинаторной эволюции.

Возможно, среди различных вариантов неандертальцев есть те «продвинутые», кто стал предтечей кроманьонца. А может этого «неандертальца» ещё просто не нашли.

Но представляется, что большая часть неандертальцев послужила либо «комбинаторной примесью» к эволюционному лидеру, либо это вообще несчастные деграданты, которые эволюционно «сломались», выгнанные в разгар оледенения в горы Центральной Европы, где и вымерли, не оставив потомства. На эти территории по окончании оледенения пришли белые люди, которые не были их прямыми потомками.

Так что нет ничего сенсационного в том, что некоторые неандертальцы сильно отличаются от современных людей в генетическом плане.

Некоторые отличаются. А некоторые не очень. Есть данные и того, и другого плана. Например, отличающиеся всего одним геном от нормальных современных людей больные акромегалией имеют костяк и череп по форме, полностью аналогичной «самым типичным» неандертальцам. Фенотипически это неандертальцы в чистом виде.

Так что сенсации можно будет устраивать только тогда, когда число находок неандертальцев возрастёт как минимум на порядок. Они будут разделены на подгруппы, сначала морфологически, а потом и генетически. И тогда можно будет искать связи между ними самими и между ними и кроманьонцами.

Но, в конце концов, с точки зрения формирования мировоззрения и выработки адекватного взгляда на этнополитические проблемы, эти детали не столь уж важны. И если не рассматривать перипетии этногенеза жёлтой расы, то вырисовывается следующая картина.

Есть лидирующая ветвь эволюции человека – белый человек, сформировавшийся в европейском приледниковье. Прямой потомок Нолю егес(и$. И есть, а вернее сказать было много маргинальных близкородственных видов. Отнюдь не обязательно стремиться доказать связь этих видов с несчастными неандертальцами. Оставим этих страдальцев ледниковых гор Европы в покое.

И специально для расистов-экстремистов напомним, что нефы отнюдь не потомки неандертальцев. Большинство неандертальцев – это наши европейские подвиды ближайшего предка человека, которые вымерли, не дав потомства.

А вот сохранившийся до наших дней т. н. «снежный человек», прямые внуки некоторых представителей (вернее представительниц) которого живут в Грузии поныне (это подтверждено документально), действительно, является одним из этих маргинальных видов. Видов, внёсших реальный вклад в формирование кавказцев.

Другим представителем маргинален, который наверняка «гонял» наших предков по пути из Африки в Европу, был гигантопитек. По некоторым данным гигантопитеки дожили до исторического времени. Их скелеты найдены на Крите. После подъёма уровня океана гигантопитеки оказались локализованы на островах Восточного Средиземноморья и были уничтожены уже современными людьми. Кстати, самый высокий человек в мире, чей рост около трёх метров, является уроженцем Туниса. Не так уж далеко от Крита. Не так ли? Да и библейский великан Галиаф тоже был уроженцем Восточного Средиземноморья.

По логике вещей гигантопитеки были потомками водных обезьян, наиболее сильно выросшие и совершенно по-человечески распрямившиеся. Возможно, это логическое завершение ветви «силачей», о которых мы говорили ранее.

Можно предположить, что зги события стали основанием легенд о циклопах. Для человека, смотрящего снизу вверх, близко посаженные глаза четырёхметрового человекообразного сливаются в один. Впрочем, четырёхметровый рост не спас гигантопитека от гибели. Огонь и металл победили этого, судя по легендам, весьма агрессивного человекообразного.

По легенде Одиссей ослепил циклопа. В исторической реальности люди неолита и бронзового века истребили последних гигантов. Впрочем, возможно даже, что это истребление закончилось гораздо позже. Сказки народов Европы полны сюжетов о схватках рыцарей с великанами. Великаны сильны и туповаты. Многие из них людоеды. Но рыцари оказываются в итоге победителями. Ум, тактические комбинации и стальное оружие оказываются сильнее голой силы.

В данной ситуации курьёзным является то, что медленно появляющиеся в науке, а ещё больше в околонаучной журналистике сведения о гигантопитеках иные идеологи национального движения спешат выдать за свидетельство о существовании расы гигантов-атлантов, якобы создавших уникальную цивилизацию. Такое же, как и у нас отсутствие волосяного покрова у этого потомка водных обезьян ещё не повод причислять его к цивилизационным гениям.

Просто поразительна тяга иных полуинтеллектуалов националистического толка объявить любого, обладающего крупными габаритами де-граданта, непревзойдённым, но, увы, пройденным этапом эволюции, приписывая явно слабоумным человекообразным мифические цивилиза-ционные достижения.

Хочется порекомендовать этим господам для достижения логического завершения их усилий объявить афро-американского боксёра-тяжеловеса Майкла Тайсона, отличающегося патологическим поведением на ринге и вне его, тоже последним потомком атлантов и верхом эволюции.

Нам же гораздо ближе античный герой Одиссей и рыцари из европейских сказок (кстати, судя по сохранившимся доспехам, мужчины весьма средних размеров) – белые люди, уничтожившие гигантопитеков, которые фигурировали под именем циклопов и великанов.

Итак, разнообразные маргиналы всё время эволюции шли за предками белого человека по пятам. Иногда они надолго отставали. Иногда догоняли его. Иногда скрещивались. Очень часто от этих смесей возникали промежуточные центры антропогенеза. С экологической точки зрения наиболее вероятно предположить появление таких «промежуточных центров антропогенеза» в т. н. рефугиумах (в пер. с лат. – «убежищах»). Кстати, это типично для эволюции всех видов. Причём не только животного, но и растительного мира.

А эти рефугиумы, как правило, располагаются в больших горных массивах.

Близ пути миграции предка человека из Африки на Русскую равнину (основного пути белого человека) были три таких, с экологической точки зрения, идеальных рефугиума. Это горные массивы-Ближнего Востока, Кавказа и Балкан.

Именно у подножий этих массивов происходили «арьергардные стычки» предков белых людей и разнообразных маргиналов. Именно на Кавказе доказано существование «снежных людей» вплоть до наших дней. Соответствующие случаи задокументированы не только учёными и журналистами, но ещё и царской полицией, и советской милицией.

А сколько подобных эпизодов незадокументировано. Тем более, сколько их было в то время, когда ещё документов не существовало.

И не пережитками ли каннибализма, дошедшими до наших дней с помощью носителей этих традиций, прямых потомков маргиналов, являются многочисленные легенды о вампирах на Балканах?

Итак, Кавказ, Ближний Восток и Балканы стали убежищами для белых людей, когда побеждали маргиналы, и для маргиналов, когда побеждали белые люди. Потом большая часть обретших убежище в итоге смешалась. И на базе этих популяций возникли новые центры антропогенеза. Кстати, из этих центров вышли потом и некоторые ветви, которые даже расологи Третьего рейха относили к белой расе.

Нам кажется, что это искренняя ошибка. Или, того хуже, дань политическому расчёту, например, для целей заигрывания с той же Турцией. Промежуточные центры антропогенеза Кавказа, Ближнего Востока и Балкан дали начало новому виду (или расе, как будет угодно), которая не может быть причислена к белой. Ошибка (повторюсь, если только это ошибка, а не расчёт) в данном случае обусловлена тем, что некоторые этносы названных регионов потом вторично были обогащены белым генофондом (мы расскажем об этом в следующей главе), и выделить эти смешанные типы в отдельную расу на основе чисто морфологических признаков было трудно.

Однако буквально в последние годы биохимические и генетические исследования начинают давать основания для того, чтобы это разделение было, наконец, корректно (с научной, а не политической точек зрения) проведено. Предварительные данные показывают, что в генетическом плане большая часть народов Кавказа идентична коренным жителям Израиля.

Не эти ли, биологически предопределённые, свойства менталитета, обусловили, помимо всего прочего то, что ещё в 1930-х годах более 1/3 чеченцев исповедовали иудаизм? Это не агитка, это данные из архивов НКВД, изложенные в служебных материалах Совбеза РФ.

Но кто же является непосредственными прямыми потомками маргиналов, исходно оставшихся в Африке? Разумеется, нынешние чернокожие. Их эволюция шла очень медленно. Ещё в начале нашей эры здесь в ходу были примитивные каменные орудия. Различия же в физиологии белых и негров на биохимическом уровне сейчас показаны в очень многих работах.

В данном месте интересно отметить, что общее направление эволюции всех человекообразных в полном соответствии с современными теориями было в целом однонаправленным. И нынешние негры отнюдь не тождественны «силачам» из популяции водных обезьян.

Но вот скорость эволюции была существенно различна. Экстраполируя эти тенденции ещё на миллион лет вперёд, можно предположить, что если сейчас сегрегировать негров и белых, они в перспективе потеряют Способность к продуктивному скрещиванию.

Впрочем, в данном вопросе оценки временных рамок весьма условны. Так, есть данные, что сейчас возможно ускорение эволюции человека. Если это так, то потеря способности к скрещиванию представителей разных рас может наступить гораздо раньше.

Однако гораздо более заметны психофизиологические различия между белыми и чёрными, не сводимые просто к отрыву последних от цивилизации. Напомним, что не менее оторванные от цивилизации эвенки практически не способны были до прихода красных комиссаров убить человека. А вот запредельная жестокость даже к своим среди чернокожих в Африке скорее правило, чем редкость. Император Центрально-Африканской империи Бокассо в открытую ел своих подданных уже во второй половине XX века.

Заметим, кстати, что ответственность за пресловутую торговлю рабами несут отнюдь не одни белые работорговцы. Как-то в тени остаётся то, что белые только покупали рабов на побережье. А доставляли туда толпы своих соотечественников из глубины континента сами чернокожие короли, по пути убивая 2/3 из будущих потенциальных рабов. Тех, кто медленно шёл и «задерживал движение колонн трудовых резервов».

Среди покупателей и организаторов процесса было много (если не большинство) выходцев из Ближнего Востока, т. е. лиц с весьма высокой примесью маргинальной крови, во многом генетически близких тем, кем они торговали как скотом.

Значит ли сказанное, что те же негры «плохие»? Отнюдь нет. Просто они другие, чем мы. Возможно, с точки зрения некоторых белых современников автора, они даже лучше нас. Действительно, их предки более миллиона лет назад вышибли из Африки «наших» предков.

Да так, что «наши» докатились аж до кромки ледника.

Значит, чернокожие более «крутые». А «крутых» сейчас в России любят.

Что ж, мои белые соотечественники, живущие на родине белой расы, любя «крутых», вы приняли менталитет тех, кто вышиб «ваших» пращуров из Африки. Вы второй раз проигрываете им, отказываясь от завоеваний «ваших» белых предков. А это первый звонок «на выход» из белой расы.

Ибо вы предали своих предков, которые воевали с «крутыми», пуская огонь по саванным равнинам, которые били обезумевших «крутых» в приледниковье, которые били их не раз потом железным мечом против бронзового, ружьём против лука, пулемётом против ружья.

Вы что же думаете, что атомная бомба – это предел? Вам просто не хватает образования, дурашки.

Я же «своих» предков предавать не намерен.

В своё время «мои» белые предки стали ковать железо, приручили лошадь, придумали порох, сумели выжить на холодном Севере.

И, совершенно походя, что называется «кстати», белые братья моих предков сделали «крутых» чёрных своими рабами. С цивилизационной и исторической точек зрения вполне справедливо.

Но сейчас настоящим белым рабов не надо.

Нам нужна просто планета Земля.

И мы её возьмём.






оставить комментарий
страница11/29
Дата24.09.2011
Размер6.2 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   29
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх