Учебное пособие Омск  2008 Федеральное агентство по образованию icon

Учебное пособие Омск  2008 Федеральное агентство по образованию



Смотрите также:
Учебное пособие Омск 2008 Федеральное агентство по образованию...
Учебное пособие 2008 ` ` Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное...
Учебное пособие Омск ● 2009 Федеральное агентство по образованию...
Учебное пособие Тамбов 2008 федеральное агентство по образованию тамбовский государственный...
Учебное пособие Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение...
Учебное пособие Томск 2006 Федеральное агентство по образованию...
Учебное пособие Челябинск 2006 Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное...
Учебное пособие Челябинск 2006 Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное...
Учебное пособие Москва...
Учебное пособие Омск  2007 Федеральное агентство по образованию...
Учебное пособие Федеральное агентство по образованию РФ государственное образовательное...
Учебное пособие Федеральное агентство по образованию РФ государственное образовательное...



страницы:   1   2   3   4
скачать




А.В. Дроздков




АГРАРНЫЕ РЕФОРМЫ В РОССИИ:

СОДЕРЖАНИЕ, ПОСЛЕДСТВИЯ


Учебное пособие


Омск  2008

Федеральное агентство по образованию

Сибирская государственная автомобильно-дорожная академия
(СибАДИ)


А.В. Дроздков


АГРАРНЫЕ РЕФОРМЫ В РОССИИ:

СОДЕРЖАНИЕ, ПОСЛЕДСТВИЯ


Учебное пособие


Омск

Издательство СибАДИ

2008

УДК

333.013

ББК

65.9(2) 32

Д

75



Рецензенты:


д-р ист. наук, проф. В.Н. Худяков (ОмГПУ);

д-р ист. наук, проф. В.Д. Полканов (ОмГТУ)


Работа одобрена редакционно-издательским советом академии в качестве учебного пособия по Отечественной истории для студентов всех специальностей.


^ Дроздков А.В.

Д 75 Аграрные реформы в России: содержание, последствия: Учебное пособие. – Омск: Изд-во СибАДИ, 2008. – 52 с.


ISBN


В учебном пособии исследуется большой спектр вопросов по модернизации аграрного сектора России. В центре внимания автора – Крестьянская реформа 1861 г., аграрная реформа П.А. Столыпина, аграрные преобразования в годы Советской власти и аграрная реформа 1990-х гг.

Адресуется студентам вузов, изучающим курс Отечественной истории.


Табл. 7. Библиогр.: 20.


ISBN

 А.В. Дроздков, 2008

Введение


Сегодня, как и полтора века назад, в российском обществе идет полемика о путях развития сельского хозяйства, о рациональных формах землевладения, о судьбе крестьянства, о перспективах развития села. На наших глазах происходят глубокие общественные перемены, идет аграрная реформа. Каковы истоки трудностей, противоречий и проблем современного села? Каковы пути дальнейшего развития многострадальной российской деревни? Получить ответы на эти и подобные им вопросы невозможно без глубокого изучения аграрных реформ в России.

Один из возможных и плодотворных подходов к изучению данных проблем – рассмотрение аграрного развития сквозь призму модернизации. Крестьянская реформа 1861 г., аграрное законодательство первой половины 1880-х гг. и последующие контрреформы, аграрная реформа П.А. Столыпина 19061915 гг., аграрная революция 19171922 гг., аграрные преобразования периода нэпа, столыпинская коллективизация, аграрные преобразования Н.С. Хрущева 1953  начала 1960-х гг., курс мартовского пленума 1965 г., современная аграрная реформа – все это, по существу, преобразования в аграрном секторе страны, порожденные потребностью модернизации общества, становления и развития индустриальной цивилизации. С этой точки зрения, аграрные преобразования могут быть объяснены не только внутренними потребностями собственного аграрного сектора, но и во многих отношениях интересами, внешними для сельского хозяйства.

Для уяснения сути проблемы напомним, что под модернизацией в широком смысле этого слова подразумевается становление и развитие индустриального общества. В науке принято выделять два типа модернизации. Первый тип – «органичная» модернизация, связанная с «естественным» развитием капитализма (ведущие страны Запада). Второй тип – «догоняющая» модернизация, связанная со стремлением догнать в своем развитии передовые страны, преодолеть разрыв в социально-экономическом развитии, в военной области. Именно такой тип модернизации имел место в России.

Становление буржуазных структур в странах второго типа началось позднее, но осуществлялось более интенсивно, в более сжатые сроки, а процесс капиталистической эволюции протекал в условиях сохранения многочисленных остатков добуржуазных отношений и под сильнейшим воздействием государства. К тому же в России роль государства усиливалась в связи с некоторыми особенностями исторического развития страны. Сложные природно-климатические условия развития сельского хозяйства в историческом центре России способствовали утверждению не только жестоких форм крепостничества, но и сильной государственной власти. Экономическая интеграция такой огромной страны была возможна лишь сверху, поскольку рыночные механизмы были развиты слабо. Открытость границ и необходимость защиты от постоянной внешней опасности также способствовали возрастанию роли государства.

Российское самодержавие во имя сохранения международных позиций, укрепления военного потенциала вынуждено было проводить во второй половине XIX в. политику форсированной индустриализации. Российский капитализм в силу этого рос не только «снизу», но и активно насаждался «сверху». В результате его развитие носило неравномерный, очаговой характер в отраслевом и территориальном плане, а отдельные этапы эволюции буржуазного строя как бы «накладывались» друг на друга. В силу этого капиталистического развития эволюция в России протекала конфликтно, порождая значительную социальную напряженность.

Необходимо также иметь в виду, что в условиях заимствования форм хозяйственной жизни и культурных ценностей неизбежно возникала проблема адаптации широких слоев населения к новым требованиям. В России, где среди сельского населения были особенно сильны патриархальные и православные традиции, огромную роль играла община, этот процесс приобрел особую остроту, а синтез традиционных ценностей и ценностей западной индустриальной цивилизации был сложен, конфликтен.

^ 1. Крестьянская реформа 1861 г.


Отмена крепостного права в России – центральное событие отечественной истории XIX в., во многом определившее вектор последующего развития страны. И хотя к вопросу о причинах отмены крепостного права в 1861 г. в литературе существуют не во всем совпадающие оценки, есть основания утверждать, что не столько опасения крестьянского бунта и рост гражданственности в обществе, сколько печальные для России итоги Крымской войны поставили вопрос об отмене крепостного права в непосредственную практическую плоскость. Поражение в войне выявило техническое отставание России, подорвало международный престиж самодержавия, базирующейся на крепостном праве.

В ведущей отрасли народного хозяйства – сельском хозяйстве – отчетливо проявилась тормозящая роль крепостничества. С одной стороны, помещичье хозяйство, втянутое в товарные отношения, не могло осуществлять нормальное расширенное воспроизводство: интенсивные пути были небезграничны, а интенсификации производства препятствовала система производительного труда. С другой стороны, хозяйственная инициатива зависимого крестьянина постоянно наталкивалась на барский и государственный произвол, невозможность сосредоточить все усилия на развитии собственного хозяйства из-за барщины, оброка, многочисленных повинностей.

Итак, к середине XIX в. возможности социально-экономического прогресса на базе крепостнических отношений были исчерпаны. Это проявилось в застое сельскохозяйственного производства, ухудшении состояния крестьянского и помещичьего хозяйства и положения крестьян, в торможении развития народного хозяйства на основе феодальных отношений. Стало очевидно, что без ликвидации крепостного права невозможно ни экономическое укрепление России, ни восстановление ее военной мощи и пошатнувшегося статуса мировой державы.

Крестьянский вопрос был узлом внутренних проблем в России. От его решения зависели судьбы 110 тыс. помещиков, 22 млн. их крепостных, 20 млн. государственных и 2 млн. удельных крестьян.

В январе 1857 г. император Александр II открывает особый Секретный комитет для разработки проекта реформы освобождения крестьян, вопрос преобразований в Главный комитет по крестьянскому делу.

19 февраля 1861 г. одобренный Государственным советом проект «Положений о крестьянах» был подписан Александром II. В этот же день был подписан и Манифест, возвещавший о реформе. Опубликован он был, однако, лишь 5 марта: правительство опасалось крестьянских волнений и отсрочило объявление Манифества, чтобы успеть принять меры на случай «беспорядков».

Наделение крестьян землей, взаимоотношения помещика с крестьянским миром (общиной) регламентировали «Положения» и уставные грамоты. Помещики сохранили право собственности на все принадлежавшие им земли. Вместе с тем, они должны были предоставить крестьянам приусадебный участок и полевой надел «для обеспечения их быта и для выполнения их обязанностей перед правительством».

Если размер крестьянского надела до реформы был больше «высшей» нормы, установленной в каждой полосе (нечерноземной, черноземной, степной), то этот излишек отчуждали в пользу помещика. Так образовались отрезки земли, отобранные у крестьян и переданные помещикам. В черноземной полосе у крестьян отрезали от 26 до 40 % земли; в нечерноземной – 10 %. Закон не обязывал помещика урегулировать чересполосицу, существовавшую в крепостное время.

Чтобы соблюсти интересы помещиков, правительство организовало т.н. выкупную операцию, которая состояла в том, что помещику выплачивалась из казны ссуда в размере 80 % выкупной суммы. Расплачиваться за эту ссуду должны были сами крестьяне, внося ежегодно в течение 49 лет т.н. выкупные платежи в размере 6 % выкупной ссуды (20 % суммы крестьяне выплачивали помещикам сами). Крестьяне были освобождены от выкупных платежей только в 1907 г. За это время крестьяне выплатили сумму в 4 раза больше рыночной стоимости полученной ими земли. Таким образом, они заплатили не только за землю, но и за свое личное освобождение. До заключений выкупной сделки крестьяне считались «временнообязанными», т.е. были обязаны за пользование наделами отбывать барщину и платить оброк. Манифест провозглашал юридическую свободу каждого крестьянина и «даровал» им некоторые общегражданские права. Крестьянин мог заключать сделки, владеть движимым и недвижимым имуществом, без специального разрешения помещика вступать в брак, поступать на службу и в учебные заведения, переходить в сословие мещан и купцов. С помещика была снята ответственность за уплату крестьянами податей и за отбывания ими рекрутской повинности.

Получив личную свободу, крестьяне оставались неравноправным сословием: только они платили подушную подать, несли рекрутскую повинность, подвергались телесным наказаниям. Во взаимоотношениях с помещиком и государством крестьяне были связаны круговой порукой.

Еще в период подготовки реформы шла дискуссия о необходимости разрушения или сохранения общины. Правительство подошло к этой проблеме осторожно, так как община сдерживала процесс пролетаризации, обеспечивала жизнь многочисленным бедным слоям. Английский историк Р. Пайпс подчеркивал, что власти опасались массового разрастания крестьянства, бесконтрольного массового движения по стране. Следствием этого стали бы социальные потрясения. Кроме того, община всегда была опорой самодержавия, поэтому сельская община получила юридическое признание под названием «сельское общество». Было создано крестьянское самоуправление: сельский сход, волостной сход, выборный сельский старшина, «сельская расправа»  первая инстанция сельского суда. Волостной сход избирал волостного главу, двух заседателей волостного правления и двух «добросовестных» волостной расправы (второй инстанции сельского суда).

Итак, были освобождены 10,25 млн. ревизских душ помещичьих крестьян, которые получили 34 млн. десятин, в среднем примерно 3-4 десятины на душу. Резкое уменьшение наделов помещичьих крестьян и высокие платежи за эти наделы, плохое качество земли, отводившейся крестьянам, создали почву для развития кабальной зависимости крестьян от помещиков, носившей, по существу, крепостнический характер. Но при всем том эта реформа все же была реформой буржуазной по своему содержанию. Крестьянин, получив личную свободу, освобождался от власти помещика и попадал под власть денег в условиях товарного производства.

В 1863 г. было издано «Положение» о поземельном устройстве удельных, принадлежавших императорскому дому крестьян. Это была также феодально-зависимая категория крестьян, обязанная помимо отбывания государственных повинностей платить оброк на содержания царской семьи. На основании указов от 20 июня 1858 г. и 26 августа 1859 г. они получили личную свободу, а в 1863 г. было проведено их поземельное устройство. Земля передавалась общине за выкуп. Средний размер надела на душу мужского пола составлял 4,8 десятин земли, что было более чем в 1,5 раза больше, нежели у помещичьих крестьян.

В 1866 г. были изданы положения о государственных крестьянах. Они были лично свободными и жили общиной на государственной земле. Указ передавал землю общине без выкупа. Средний размер надела на душу мужского пола составлял около 6 десятин земли. Община должна была вносить в казну ежегодный платеж – государственную оброчную подать.

В 80-е гг. XIX в. разразился мировой аграрный кризис. На мировых рынках появились новые капиталистические страны – экспортеры хлеба – Америка, Австралия – «выбрасывавшие» зерно по низким ценам. Падение экспортных цен на хлеб наносило крупный материальный ущерб русским помещикам. Под воздействием аграрного кризиса помещики усиливали отработочную систему хозяйства. Усиление эксплуатации активизировало крестьянские выступления.

Правительство Александра III, чтобы сгладить остроту крестьянского вопроса, предприняло ряд мер.

28 декабря 1881 г. было издано «Положение» о повсеместном прекращении временнообязанных отношений бывших крепостных крестьян. Согласно ему помещики до 1 января 1883 г. должны были перевести на выкуп всех крестьян, которые еще не совершили выкупных сделок.

В 1882 г. был издан закон об отмене подушной подати. Но отмена подушной подати распространялась только на крестьян, совершенно лишенных земли. Для остальных помещичьих крестьян подушная подать уменьшилась только на 10 %. Окончательная отмена подушной подати была произведена в 1885 г., и только с 1 января 1887 г. ее взимание прекращалось.

Таким образом, крестьянская реформа 1861 г. открыла просто капиталистическому развитию в городе и деревне. В пореформенные годы экономика страны вступила в период промышленного капитализма, ознаменовавшимся ростом крупной машинной индустрии, ее концентрацией, завершением промышленного переворота, формированием пролетариата и промышленной буржуазии. В стране возник устойчивый рынок рабочей силы, были созданы условия для накопления капитала и развития технического прогресса в промышленности и транспорте. Расширился внутренний рынок.

Однако, открыв путь для капиталистической модернизации страны, реформа, проведенная самодержавием и помещиками в условиях отсутствия представительного правления и направленная на укрепление самодержавной и дворянской власти, на развитие промышленности и перевооружение армии, в максимально возможной степени сохранила остатки старины и возложила на крестьян огромное бремя платежей и повинностей.

Неблагоприятные для крестьян условия освобождения (малоземелье, отсутствие средств, тяжелые подати), сохранение их сословного и гражданского неравенства не обеспечили достаточных условиях для модернизации крестьянского хозяйства. Россия пошла по капиталистическому пути, однако путь этот был тяжек и разорителен для огромных масс народа, чреват потрясениями для страны.

Более того, реформа не обеспечила всех условий для модернизации помещичьих хозяйств. Отсутствие средств, инвентаря, опыта препятствовали созданию капиталистических помещичьих хозяйств. В условиях сохранения хозяйственных связей крестьянских и помещичьих хозяйств возникла отработанная система, существовавшая длительное время параллельно с капиталистической или вместе с ней (в смешанном виде). Сущность такой системы состояла в том, что крестьяне (за плату, а чаще в счет оброчных платежей или за право аренды отрезков) продолжали работать на помещика, используя свой инвентарь.

Постепенно к 80-м гг. XIX в. отработочную систему начинают вытеснять более прогрессивные формы. Однако значительное число помещиков не сумело перестроить свои хозяйства. К середине 1890-х гг. около 40 % дворянских земель оказались заложенными, а несколько тысяч дворянских имений в год продавались за долги.

Важно отметить, что реформа 1861 г., отражая потребности модернизации страны и ускорив развитие капитализма в промышленности, стимулировав проведение реформ в ряде областей жизни, не создала необходимых условий для модернизации аграрного сектора. После отмены крепостного права были на много лет законсервированы полуфеодальные отношения в деревне, а крестьянские и помещичьи хозяйства не стали на путь подъема. Только в 1881 г. был издан указ об обязательном выкупе с 1 января 1883 г., а государственные крестьяне были переведены на обязательный выкуп только с 1886 г.

Понимание незавершенности агарной реформы, не создавшей условия для формирования фермерских хозяйств, подтолкнуло тогдашнего министра финансов России Н.Х. Бунге к отмене в 1882 г. подушной подати, учреждению в том же году Крестьянского банка, который должен был проводить операции по продаже земли. Тогда же им было предложено предоставить крестьянам возможность выхода из общины и организации подворно-участкового землепользования, организовать переселение крестьян на свободные земли.

По мнению ряда исследователей, реализация этих предложений могла быть успешной и позволяла выйти на путь интенсивной капиталистической модернизации крестьянских хозяйств – основной формы сельскохозяйственного производства в России. Но поскольку это обрекало дворянство на вытеснение из экономической жизни деревни, предложения Н.Х. Бунге были отвергнуты, и началась полоса контрреформ. В деревне была сделана ставка на сохранение «патриархальных» отношений, ограничение законодательным путем семейных разделов и переделов земли (с 1893 г. их разрешалось проводить не чаще, чем раз в 12 лет), сохранение общины, ограничение переселения крестьян. В 1889 г. в 40 российских губерниях было создано несколько тысяч «земских участков», возглавляемых «земскими начальниками» из назначенных министром внутренних дел потомственных дворян. Они обладали правом вмешиваться в жизнь крестьянских обществ, выполняли административные и судебно-полицейские функции. Фактически это восстанавливало позиции помещиков, утраченные в ходе реформы 1861 г.

По существу аграрные контрреформы, направленные на укрепление общины, отвечали экономическим интересам помещиков, а введение института земских начальников укрепило политическое господство помещиков в деревне. В результате к началу XX в. в России сохранялся полукрепостнический режим в деревне, а капиталистическая трансформация сельского хозяйства не была завершена. Колоссальный земельный фонд находился в собственности государства и церкви, сохранялось общинное, надельное землевладение. Частная собственность на землю, как основа капиталистических отношений, не господствовала в деревне. Оплотом полукрепостнической эксплуатации продолжало быть помещичье землевладение.

Крестьянство втягивалось в товарно-денежные отношения, расслаивалось на сельскую буржуазию и пролетариат. Однако сохранение помещичьего и общинного землевладения чрезвычайно тормозило эти процессы. Деревня страдала от аграрного перенаселения и малоземелья, в ней нарастал процесс пауперизации.

Хотя в сельское хозяйство приникала техника, некоторые передовые методы агрикультуры, культура земледелия оставались в большинстве случаев низкой. Так, в начале XX в. крестьяне Европейской России использовали для обработки почвы 6,5 млн. деревянных сох. Средняя урожайность зерновых составила 39 пудов с десятины.

Таким образом, аграрный строй России являл собой сложное переплетение полукрепостнических, раннекапиталистических и собственно капиталистических структур. Новые буржуазные отношения пробивали себе дорогу, но этот процесс шел медленными темпами. Форсируя капиталистическую индустриализацию страны, самодержавие консервировало в русской деревне архаичные порядки, тормозило модернизацию деревни, а, следовательно, и всего общества.

Неблагополучное кризисное положение в аграрной сфере отчетливо проявилось в 1902 г., когда по Югу России прокатилась волна крестьянских восстаний. По существу в России началась крестьянская революция. В этих условиях правительство, подавляя крестьянские выступления, становится на путь сначала частичных преобразований в аграрной сфере (обещание облегчить выход из общины, отмена круговой поруки и телесных наказаний), а затем под влиянием революции приступает к реализации аграрной реформы.

^ 2. Аграрная реформа П.А. Столыпина


Реформа 1861 г. – первый этап перехода к индивидуализации землевладения и землепользования. Но отмена крепостного право не привела к прогрессу частной собственности. В 1980-1990-е гг. правительство стремилось к насаждению общинных структур в деревне, что противоречило в будущем свободной крестьянской собственности. Преодолеть данные трудности могли реформы, начатые П.А. Столыпиным.

Главной задачей, которую ставил перед собой П.А. Столыпин-реформатор, было укрепление социальной базы существующего строя. Бурные события начала ХХ в. убедили его в том, что искренне преданное царской власти поместное дворянство уже не может в одиночку служить ей достаточно надёжной опорой. В то же время не оправдали себя и попытки власти опереться на всё общинное крестьянство в целом с его традиционной аполитичностью и верой в «доброго царя». Мощное аграрное движение 1905-1906 гг. ясно показало, что основная масса крестьян может поддержать власть только в том случае, если получит от неё казённые, удельные и, главное, помещичьи земли.

Идти на столь радикальное социально-экономическое переустройство России П.А. Столыпин не мог и не хотел. Он замыслил, оставив в неприкосновенности помещичье землевладение, ублаготворить наиболее зажиточную часть крестьянства за счёт основной массы крестьян-общинников. Тем самым правительство как бы убивало одним выстрелом двух зайцев: сохраняло за собой старую социальную опору в лице дворян-помещиков и создавало новую, за счёт «крепких хозяев». Не последнюю роль в планах П.А. Столыпина играли надежды на то, что разрушение общины, появление хозяина собственника благотворно скажется на хозяйственном развитии деревни, поможет поднять ей уровень производства, вырваться из рутины, свойственной общинному земледелию. Рассчитывал П.А. Столыпин и на то, что его реформы приведут к изменениям в психологии народа, воспитают в нём уважение к частной собственности, привив тем самым иммунитет к революционной агитации.

Речь шла именно о реформах. А.П. Столыпин собирался провести в жизнь все преобразования, намеченные в правительственной программе, опубликованной 25 августа 1906 г. Причём наиболее важные из этих реформ были тесно связаны между собой: аграрная должна была помочь становлению «крепких хозяев», превращению их в сильную социальную группу, реформа самоуправления – предоставить им большие возможности для участия в работе земств, реформа средней и высшей школы – демократизировать систему образования в России, сделать её более доступной для крестьянских детей.

Однако вследствие постоянной оппозиции правых в Государственном совете и царском окружении П.А. Столыпину удалось более или менее последовательно провести в жизнь лишь аграрную реформу, да и то потому, что ещё свежи были воспоминания о погромах помещичьих усадеб и разделах имений бунтующими крестьянами. К тому же предложенные П.А. Столыпиным преобразования в этой сфере не угрожали непосредственно помещичьему землевладению. Дальнейшие же попытки развивать реформаторскую деятельность встречались верхами в штыки.

Таким образом, П.А. Столыпину–реформатору удалось осуществить лишь часть задуманного, правда, наиболее важную. Глава правительства был уверен, что аграрной реформой он открывает новую эпоху в истории России.

Аграрная реформа П.А. Столыпина включала в себя следующие меры:

1. Освобождение крестьян от общинной зависимости, по которому все желающие могли выйти из общины и получить землю из общинного фонда в собственное владение.

2. Представление крестьянам возможности создавать отруба и селиться на хуторах.

3. Создание земельного фонда из казенных и императорских земель для обеспечения землей крестьян.

4. Освобождение крестьян от выкупных платежей и выделение им государственных кредитов для покупки земли.

5. Активизация работы Крестьянского банка, задачей которого было не только субсидирование крестьян, но и регламентация землепользования, направленного против спекуляции землей.

6. Организация переселенческого дела (помощь переселенцам транспортом, кредитами, предварительное землеустройство участков).

7. Организация в сельских местностях дорожного строительства, кооперативной деятельности, страхового обеспечения, медицинской, ветеринарной, агрономической помощи, строительство школ.

Основное направление этой реформы состояло в разрушении крестьянской общины. Первый шаг на этом пути был сделан ещё во время революции указом 9 ноября 1906 г., первая статья которого устанавливала, что «каждый домохозяин, владеющий землёй на общинном праве, может во всякое время требовать укрепления за собою в личную собственность причитающейся ему части из означенной земли».

Однако этот указ ещё не мог обеспечить поставленной цели – создания «крепких» единоличных хозяйств. Дело в том, что крестьяне-общинники привыкли делить земли между собой «по справедливости», причём это понятие распространялось не только на количество, но и на качество земли. Во владениях же каждой общины были земли, отличавшиеся друг от друга и по уровню плодородия, и по удобству месторасположения. В результате каждый крестьянин получал в пользование по нескольку полос земли (иногда более десяти) в разных местах общинного владения. Отсюда  знаменитая чересполосица, связывавшая крестьянские хозяйства воедино и обусловливавшая их зависимость друг от друга. Указ же 9 ноября эту зависимость не ликвидировал – он лишь закреплял за крестьянами чересполосные земли, избавляя их от периодических переделов.

Сам П.А. Столыпин заявлял, «что укрепление участков – лишь половина дела, даже лишь начало дела…». Для реализации его программы необходимо было свести эти полосы воедино, разверстав общинные владения на отдельные самостоятельные хозяйства. С этой целью 15 ноября 1908 г. были изданы «Временные правила о выдаче надельной земли к одним местам». Наиболее совершенным типом земельного владения в них был провозглашён хутор, в котором крестьянская усадьба, земли и прочие угодья сводились в единое целое. На случай же, когда разверстать в той или иной местности всю общинную землю на отдельные хутора не представлялось возможным, рекомендовался отруб, в этом случае все пахотные земли, закреплявшиеся за крестьянами, всё равно сводились воедино, но находились на некотором расстоянии от «коренной усадьбы».

Главный недостаток подобного землеустройства заключался в том, что хутора и отруба рассматривались как единственное, универсальное средство для подъёма сельского хозяйства в России. В этом духе составлялись правительственные инструкции и действовали землеустроительные комиссии, создававшиеся для проведения реформы на местах. При этом бюрократия проявляла свою обычную склонность к «единообразию», не считаясь ни с крестьянскими традициями, ни с особенностями того или иного региона. Любое сопротивление воспринималось как свидетельство «народной темноты» либо как следствие антиправительственной агитации. Между тем, подобное сопротивление вызывалось, как правило, причинами, органично связанными с условиями ведения крестьянского хозяйства в России. Прежде всего большинство не только маломощных, но и вполне «справных» крестьян было не готово к реформе психологически. С их точки зрения, община гарантировала определённую хозяйственную стабильность за счёт коллективной помощи её членам, попавшим в тяжёлую ситуацию; единоличное же хозяйство было сопряжено с непривычным риском.

Серьёзным препятствием к созданию хуторского хозяйства являлось и крестьянское малоземелье, особенно характерное для черноземных губерний. «Выходить в хутор», закрепив в собственность нищий надел в две-три десятины, для малоземельных крестьян, которых здесь было большинство,  подобный путь не открывал никаких хозяйственных перспектив, кроме неминуемого полного разорения. А.А. Кофод, один из высокопоставленных сотрудников П.А. Столыпина, очень хорошо обрисовал стремления крестьян Черноземья в аграрном вопросе: «Они хотели помещичью землю немедленно и даром»,  т.е. хотели не хуторов и отрубов, а именно того, в чём правительство им отказывало.

Наконец, сплошь и рядом нежелание крестьян менять традиционную систему землепользования определялось почвенными, климатическими и прочими условиями ведения хозяйства. Чересполосица, например, в глазах многих крестьян имела свои неоспоримые преимущества, помогая им бороться с капризами погоды: в знойное лето более или менее приличный урожай давали полосы в низинах, в дождливые – на возвышенности. В засушливых местах коллективная собственность на землю (и соответственно на источники воды) позволяла решать вопросы водоснабжения для всех земледельцев; выход на хутор в подобных условиях мог обернуться катастрофой.

Следует также учесть, что некоторые общины – особенно это было характерно для Нечерноземья – постепенно совершали коллективный переход к интенсивному хозяйству, с многопольным севооборотом, с высевом кормовых трав. Насильственное разрушение подобных общин во имя стремления к единообразию означало не шаг вперёд, а явный регресс.

В целом, как показал весь ход проведения столыпинской аграрной реформы в жизнь, у большинства крестьян она не вызывала ни понимания, ни сочувствия. По приблизительным подсчётам, всего из общины вышли около 3 млн. домохозяев, что составляло несколько меньше трети от их общей численности в тех губерниях, где поводилась реформа. Из общинного оборота было изъято 22 % земель.

При этом следует иметь в виду, что община разрушалась с двух концов: из неё выходили не только потенциально «крепкие хозяева», но и беднейшие крестьяне, стремившиеся уйти в город, развязавшись с земледелием, или переселиться на новые места. Характерно, что около половины земель, закреплённых в собственность, тут же пошло на продажу. Часть из них очень быстро вернулась в общину, часть была приобретена «крепкими хозяйствами». Этот процесс продолжался и в дальнейшем, В результате к 1 января 1917 г. хозяйства, устроенные на началах личной собственности, составили всего лишь 10,5 % всех крестьянских хозяйств. При этом большинство крестьян-единоличников продолжали жить в деревне вместе с общинниками, не только не стремясь «выйти на хутор», но и отказываясь даже от отруба, оставляя закреплённые за собой участки в чересполосном владении с общинной землёй. Таким образом, последовательно разрушить общину, создав за её счёт достаточно массовый и в то же время устойчивый слой «крепких хозяев», П.А. Столыпину в целом не удалось.

Решительно отказываясь от насильственной конфискации помещичьих земель в пользу крестьян, П.А. Столыпин считал, что правительство должно содействовать «мирному» переходу – т.е. купле-продаже – земельной собственности из дворянских рук в крестьянские. Главным орудием подобной политики стал Крестьянский банк.

Деятельность этого учреждения, созданного ещё в 1882 г., приобрела при П.А. Столыпине грандиозный размах. Уже в 1906 г. банк получил в своё распоряжение удельные и часть казённых земель. А главное – ему были выделены значительные средства для скупки помещичьих земель. Напуганные крестьянскими волнениями помещики продавали свои земли охотно: только в 1906–1907 гг. банк скупил свыше 2,7 млн. десятин земли. Затем этот процесс пошёл на спад; но всё же в 1908–1916 гг. помещики продали банку ещё около 2 млн. десятин.

Этот огромный земельный фонд имел целевое назначение: банк дробил земли на отдельные участки и продавал их крестьянам на льготных условиях, представляя им значительные ссуды. При этом максимально поощрялось создание отрубных и хуторских хозяйств. Так, если от сельских обществ при покупке ими земли брали наличными весьма значительные денежные суммы, то отрубники платили лишь 5 %, а хуторянам ссуды выдавались в размере полной стоимости земли.

Подобные льготы не могли не привлечь даже консервативно настроенных крестьян: большинство хуторских и отрубных хозяйств создавались именно на банковских землях. Правда, поначалу этот процесс шёл довольно вяло: в 1906–1907 гг. крестьянам было продано всего лишь около 170 тыс. десятин. Крестьяне неохотно покупали землю в основном по той же причине, по которой многие помещики стремились её продать: и те, и другие в это время считали вполне вероятной такую правительственную меру, как конфискация помещичьих земель и передача их крестьянам. Однако когда революция закончилась, и крестьянам стало ясно, что прирезки земли за счёт помещиков не предвидится, они стали покупать земли у банка куда активнее. За 1908–1915 гг. из фонда банка было продано около 4 млн. десятин, разделённых примерно на 280 тыс. хуторских и отрубных участков.

Условия для развития «крепких хозяйств» на банковских землях были гораздо лучше, чем на бывших общинных: не возникало постоянных конфликтов с недавними односельчанами-общинниками, как правило, очень неприязненно относившимися к новоявленным хозяевам-единоличникам. Однако лишь небольшая часть создаваемых Крестьянским банком хуторов и отрубов в полной мере соответствовала тому типу «крепких хозяйств», о которых так мечтал П.А. Столыпин.

Этот процесс до сих пор недостаточно исследован в нашей литературе, но очевидно, что зажиточные крестьяне составляли едва ли больше 5–6% от всех покупателей банка. Остальные принадлежали к среднему крестьянству и бедноте. Подобная ситуация в значительной степени порождалась тем, что основными клиентами, продававшими банку земли, были как раз те помещики, которые до революции из года в год сдавали эти земли крестьянам. Лишившись теперь этих земель в качестве арендаторов, маломощные и среднего достатка крестьяне поневоле должны были стараться стать её собственниками.

Но, получив из банковского фонда хутор или отруб, крестьянин попадал к банку в долг – ему предстояло теперь ежегодно выплачивать часть полученной ссуды. Зажиточных хозяев эти выплаты, составлявшие относительно незначительную часть их бюджета, не пугали. Что касается середняков и особенно бедняков, для них подобное ярмо было очень обременительным, подрывавшим их и без того маломощные хозяйства, тем более, что теперь эти крестьяне уже не могли рассчитывать на поддержку общины. Таким образом, в результате своей деятельности Крестьянский банк создавал хотя и единоличные, но в подавляющем большинстве своём не «крепкие» хозяйства.

Что касается переселенческой политики, то и здесь имелись свои трудности. В конце ХIХ – начале ХХ вв. переселение крестьян из густонаселённых центральных и южных губерний Европейской России на восток было довольно заметным явлением, особенно после постройки Транссибирской железной дороги, С 1896 по 1905 гг. в Сибирь переселилось более миллиона человек (примерно столько же, сколько за весь ХIХ век). Однако по-настоящему массовым этот процесс стал после первой русской революции: только в 1907–1910 гг. в Сибирь переселилось более 1,5 млн. человек.

В отличие от дореволюционного периода, когда переселение носило преимущественно стихийный характер, столыпинское правительство поощряло это процесс и в то же время стремилось упорядочить его, взять под свой контроль. По мнению П.А. Столыпина, «разумно организованное переселение», с одной стороны, облегчало решение аграрного вопроса в тех губерниях – прежде всего черноземных,  где крестьяне страдали от малоземелья; с другой, – позволяло создать массу «крепких хозяйств» на востоке страны, инициировав хозяйственное освоение Сибири. При этом правительство стремилось обеспечить более или менее равномерное заселение этого огромного региона – там, где можно было заниматься сельским хозяйством.

В связи с этим с 1906 г. всё большее значение в правительственных структурах, занятых решением аграрного вопроса, начинает приобретать Переселенческое управление, которое подыскивало на востоке территории, пригодные для земледелия. Эти территории ежегодно распределялись между губерниями Европейской России: каждая из них получала определённое число долей в разных районах Сибири, Затем эти доли распределялись между уездами, население которых посылало ходоков на разведку. Если новые земли, отведённые Переселенческим управлением, удовлетворяли ходоков, они официально закреплялись за их уездом. Возвратившись на родину, ходоки рассказывали об увиденном, после чего по их маршруту отправлялись целые партии переселенцев.

Правительство оказывало переселенцам определённую поддержку. Так, они оплачивали свой проезд по железной дороге по льготному переселенческому тарифу, который был значительно ниже общего (в среднем дорожные расходы одной семьи уменьшались благодаря этому на 80 рублей). Был создан особый тип пассажирского вагона, впоследствии названный «столыпинским», специально предназначенный для переселенцев и отличавшийся относительной комфортабельностью. Казённые земли в Сибири закреплялись за крестьянами даром. Тем, кто получал участки в тайге и других трудноосваиваемых местах, выделялась ссуда до 300 рублей.

И всё же значительная часть крестьян, переселявшихся в Сибирь, сталкивалась со сложными, трудноразрешимыми проблемами. Ведь на восток уезжала почти исключительно беднота, не имевшая ничего, кроме своих рабочих рук, да голодных жён и детей. Поднимать целину таким крестьянам было чрезвычайно сложно, особенно если они получали землю в таёжной полосе. «И земля не плоха, да вот сила не сила наша: лес одолел»,  жаловались крестьяне, не помогли и денежные ссуды…

Далеко не всегда нищие, истощённые переселенцы справлялись с обработкой земли и в других, более плодородных районах. По признанию самого П.А. Столыпина, совершившего в 1910 г. поездку в Сибирь, многие переселенцы вынуждены были бросать закреплённые за ними участки. Арендуя у местных старожилов более или менее возделанную землю или нанимаясь в батраки. Ещё хуже было положение «стихийных» переселенцев, которых не удовлетворяли земли, отведённые им Переселенческим управлением. На свой страх и риск они отправлялись в те места, которые казались им более привлекательными,  чаще всего в Северный Казахстан и в южную часть Западной Сибири. Подобные переселенцы из-за нехватки в этих районах свободных земель, а чаще всего вследствие различных бюрократических проволочек подолгу оказывались неустроенными, т.е. обречёнными на голод и нищету. В 1910 г., например, таких неустроенных переселенцев было около 700 тыс. человек.

Всё это приводило к тому, что многие крестьяне, потеряв всякую надежду наладить своё хозяйство в Сибири, стали возвращаться в Европейскую Россию, и поток «возвращенцев» рос с каждым годом. Если в первые годы после революции возвращалось около 10 % переселенцев ежегодно, то в 1910–1916 гг. их доля составляла более 30 %. «Обратные» переселенцы, отчаявшиеся, озлобленные, лишившиеся даже того малого, что имели, стали ещё одним взрывоопасным элементом неспокойной русской деревни. Да и из тех крестьян, что кое-как приспособились к нелёгкой сибирской жизни, лишь очень немногие пробились в «крепкие хозяева».

Таким образом, несмотря на все трудности в реформировании российской деревни, аграрная реформа П.А. Столыпина носила, несомненно, прогрессивный характер, поскольку активно содействовала становлению капитализма. В то же время, в общественном мнении преобладало отрицательное отношение к аграрной реформе и методам её осуществления.

Столыпинскую реформу критиковали не только депутаты-трудовики, большевики и другие представители левого лагеря. Открыто враждебно встретили ее наиболее авторитетные ученые – экономисты. Среди них А. Чупров, А. Мануйлов, Н. Каблуков, А. Исаев, В. Воронцов и другие. Они считали, что указ от 9 ноября 1906 г. о выделе крестьян из общины был резким вызовом русскому народу, и предсказывали, что результатом реформы через десятилетие будет социальный взрыв.

В каком направлении развивалась реформа и чем она могла завершиться в случае успеха? Тенденция модернизации, намеченная реформой, позволяет утверждать, что в случае доведения реформы до конца в Росси произошло бы утверждение капитализма помещичьего типа, а основная масса сельского населения превратилась бы в пауперов, а не зажиточных фермеров.

Условием успеха реформ П.А. Столыпин считал спокойствие в стране. Ему принадлежат крылатые слова: «Дайте государству 20 лет покоя внутреннего и внешнего, и вы не узнаете нынешней России». Разумеется, за 20 лет процесс аграрных преобразований действительно мог стать необратимым, но у России не было желанных спокойных лет, ибо они были бездарно растрачены предшественниками П.А. Столыпина.

Несмотря на ряд положительных тенденций, наметившихся в аграрной сфере, реформа не увенчалась успехом, ибо главные цели, которые ставились творцом реформы и теми политическими силами, которые за ним стояли, не были достигнуты. Не удалось создать мощный слой фермеров и тем самым укрепить сословную опору самодержавной власти (слой «сильных» не превышал 4-5 % сельского населения), не удалось разрушить общину, ослабить социальное напряжение в деревне и обществе, не удалось оградить помещичьи земли от притязаний крестьянства, не удалось снять остроту земельного вопроса и в конечном итоге предотвратить нарастание кризиса в стране. Деревня и после П.А. Столыпина оставалась нищей, а крестьянство  озлобленным. Административно-принудительные методы проведения реформы ускорили революционный взрыв, а пауперизация основной массы населения создавала для него социальный продукт.

Итак, очевидная незавершенность аграрной модернизации создавала напряженную социальную атмосферу в стране. Участие России в мировой войне до крайности обострило народные бедствия и сделало неизбежным социальный взрыв. Аграрная революция пришла на смену аграрной реформе.





оставить комментарий
страница1/4
П.А. Столыпина
Дата24.09.2011
Размер0,7 Mb.
ТипУчебное пособие, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх