В. И. Петрушко, кандидат богословия. Курс лекций по истории Русской Церкви icon

В. И. Петрушко, кандидат богословия. Курс лекций по истории Русской Церкви


Смотрите также:
И др. История Русской церкви Макарий (Булгаков), митр...
«Основное богословие»...
Полный курс лекций по русской истории «Полный курс лекций по русской истории»: Петроград; 1917...
Полный курс лекций по русской истории Петроград. 5 Августа 1917 г...
Знаменский- руководство по истории Русской Церкви...
Полный курс лекций по русской истории Петроград. 5 Августа 1917 г...
Вопросы к экзамену по курсу истории Русской Церкви: Историография истории Русской Церкви...
Положение Церкви во второй половине царствования Иоанна Грозного. Подготовка и заключение унии...
1. Понятие о церковно-исторической науке. Источники по истории Русской Церкви. Периодизация...
1. Понятие о церковно-исторической науке. Источники по истории Русской Церкви. Периодизация...
Очерки по истории Вселенской Православной Церкви...
«Полный курс лекций по русской истории»...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   26
вернуться в начало
скачать



Процесс углубления христианизации Руси, столь успешно начавшийся при Ярославе Мудром, продолжался в эпоху, которая характеризовалась потерей единства и раздробленностью Русского государства. Киевская Русь распадается на множество удельных княжеств. Великий князь Киевский по традиции еще считается старшим среди русских князей. Причем, в начале XII в. Владимиру Мономаху и его сыну св. Мстиславу Великому на какое-то время еще удается восстановить власть Киевского князя и удерживать в повиновении удельных князей. Однако, уже с середины XII в. значение Киева как политического центра Руси стремительно падает. За Киев еще борются отдельные князья-честолюбцы. Но дальновидный св. благоверный князь Андрей Боголюбский уже созидает новое великое княжение во Владимиро-Суздальской земле, которая перенимает первенство у Киева. Однако, и св. Андрей, и его брат Всеволод III Большое Гнездо, будучи сильнейшими князьями Руси и фактическими самодержцами в своей Суздальской земле, тем не менее, уже не могли быть столь же полными хозяевами всей Руси. Единой державы по сути больше не было. К началу XIII в. Русь представляла собой множество совершенно обособившихся и независимых княжеств, которые трудно было считать даже какой-то федерацией.
Потерявший свое политическое значение, завоеванный и разграбленный войсками Андрея Боголюбского Киев, тем не менее, продолжает оставаться церковной столицей Руси. Святая София - по-прежнему кафедра Киевских и всея Руси митрополитов. И хотя Русь сотрясают кровопролитные войны между князьями, единая Русская Церковь не дает окончательно забыть и похоронить идею Руси как единой страны, единого народа. Церковь, таким образом, является в условиях феодальной раздробленности наиболее значимым связующим и объединяющим фактором. Единство Русской Церкви сохраняется незыблемым в течение всего домонгольского периода истории Руси. В этом выразилось огромное национально-государственное значение Русской Церкви. Ибо она всегда оставалась началом, противодействующим дроблению и распаду государства. Нечто сходное мы можем наблюдать и сегодня, когда вновь происходит процесс распада единой Российской державы. Отсюда и нападки на Русскую Православную Церковь, которые в последнее время становятся все ощутимее и сильнее.
Вслед за распадом Киевской державы и кровавыми усобицами русских князей очень скоро последовало и вразумление русскому народу. Совсем недавно он принял в сердце свое проповедь Евангелия. Но далека была от христианского идеала евангельской любви жизнь русского народа в эпоху раздробленности и кровавых княжеских усобиц. Поэтому, когда летописец говорит, что "по грехам нашим навел на нас Господь безбожных агарян", или, например, автор "Повести о разорении Рязани Батыем" отмечает: "И была сеча зла и ужасна.... Все это навел Бог грехов наших ради...", то ясно, что между страшным бедствием, ниспосланным Руси, и ее беззаконным бытием имеется самая непосредственная связь. Летописцы признают греховность своего народа как причину беды. Русской земле очень много было дано. В готовом виде она получила Православную Церковь и христианское просвещение. С таким даром народ должен был трудиться во славу Божию, приумножая полученное духовное богатство. Но вместо этого начинается братоубийственная вражда, за которой неминуемо должно было последовать вразумление.
Другой духовно-нравственной причиной катастрофы, постигшей Русь в середине XIII в., было то, что более, чем за два с половиной века, которые минули со времени крещения Руси, наш народ в полной мере так и не воцерковился. Уже были явлены вершины святости на примере таких подвижников, как преп. Антоний и Феодосий Киево-Печерские, было немало святых и благочестивых князей и святителей, но огромная масса народа оставалась полуязыческой. Имели место двоеверие и пережитки язычества. Полноценной церковной жизни во многих районах Руси, особенно в сельской местности, так и не было налажено. А кое-где просто еще продолжали поклоняться идолам.
Как пример недостатков в сфере церковной жизни можно упомянуть то, что подавляющее большинство населения не считало необходимым венчаться в церкви. Вообще, в области таинства брака на Руси было допущено немало искажений. Слишком живучи были рудименты языческого сознания. И хотя Церковь утверждала моногамный брак, оставалось много неприемлемого с точки зрения христианства. В простонародье еще бытовали обряды т.н. "купальской ночи", разного рода "русалии" и иные безнравственные обычаи. Но даже в княжеской среде можно было столкнуться с нехристианским отношением к таинству брака. Так, князь Мстислав Удалой после поражения своего зятя, князя Ярослава Всеволодовича Переславль-Залесского, в битве под Липицей отобрал назад его жену - свою дочь княгиню Феодосию-Ростиславу (мать св. кн. Александра Ярославича Невского). Князь считал вправе распоряжаться дочерью даже после ее замужества.
Мы вспоминали ряд благоверных князей, прославленных в лике святых. Но они при всей своей многочисленности, к сожалению, составляют лишь очень малую долю от всей массы русских князей. В большинстве своем князья, которые как вожди своего народа были призваны проповедовать и утверждать среди своих подданных христианство, не исполняли своего предназначения. Вместо этого они воевали друг с другом, являя омерзительные примеры того, что было прямо противоположно евангельским заповедям. Достаточно вспомнить ослепление князя Василька Теребовльского, что было сделано его родственниками-князьями. Или насильственное пострижение князя Киевского Рюрика Ростиславича, который, однако, не смирился, а при первом же удобном случае снял монашеские одежды и вновь стал княжить в Киеве. Огромные силы, энергия, средства были истрачены впустую на эти междоусобия. Если бы все это было направлено на христианское просвещение русского народа, страна была бы совершенно другой. Хотя часто можно встретить утверждение, что эпоха Киевской Руси - это "золотой век" нашей отечественной истории. Может быть, такое утверждение возникло, потому что в ту пору все-таки существовало сознание единства Руси, потому что Руси удавалось отстоять свою независимость от внешнего врага. И новгородцы, и киевляне, и суздальцы, и даже галичане одинаково сознавали себя частью Руси. И обусловлено это было во многом именно их церковным единством в лоне Киевской митрополии. Характерно, что игумен Даниил, который в XII в. посетил Гроб Господень, поставил там лампаду за всю Русскую землю. Точно так же поступила, посетив Святую Землю, и преп. княжна Евфросиния Полоцкая. Правда нужно сказать, что не стоит переоценивать это древнерусское сознание народного единства. Как подметил Е.Е.Голубинский, мы всюду встречаем в источниках название "Русская земля" и нигде не встречаем выражения "русский народ". То есть было скорее ощущение единства земли, к которой все принадлежат, а не целостности народа.
Все эти факторы во многом обусловили ту трагедию, которая разразилась на Русской земле в середине XIII в., когда полчища Батыя за короткий срок - всего в несколько лет - по сути смели с лица земли Киевскую Русь. Нашествие монголо-татарских орд обозначило новый период в истории Руси и Русской Церкви.
Говоря о т.н. "монгольском" периоде русской церковной истории, необходимо остановиться на общей характеристике эпохи зависимости Руси от Золотой Орды. В исторической науке существуют самые разные точки зрения на события периода завоевания Руси татаро-монголами.
Так, например, у ряда авторов существует тенденция к умалению отрицательного значения татаро-монгольского нашествия для Руси. Более того, такие авторы, как весьма популярный в последние годы Лев Гумилев, приходят даже к отрицанию самого факта зависимости русских княжеств от монгольского государства. У Гумилева немало интересных идей, но к его попыткам построить оригинальную концепцию русско-монгольских взаимоотношений нужно относиться с большой осторожностью.
Описывая Батыево нашествие на Русь, Гумилев приуменьшает количество военной силы татаро-монголов. По его мнению, у Батыя было от 50 до 70 тысяч человек. В то же время, согласно источникам XIII столетия, численность Батыева воинства можно оценить в пределах 300 тысяч человек. Причем, к подобному выводу можно прийти, используя не только русские, но и китайские источники. Известно, что в походе на Русь приняли участие не только воины улуса Джучи, но и главнейшие силы всей империи потомков Чингисхана. Гумилев считает очень преувеличенными эти сведения. Между тем, такой авторитетный исследователь, как Георгий Вернадский, полагал, что 50 тысяч воинов - это лишь число монголов в армии Батыя, ее ядро. Но были и влившиеся в орду половцы-кипчаки, и другие тюркские племена. С учетом их войско Батыя, по оценке Вернадского, достигало свыше 120 тысяч человек.
Монголы повсюду сеяли смерть и разорение. Так было не только на Руси а вообще всюду, куда приходило монголо-татарское войско. Например, в Азербайджане, как пишет арабский историк Ибн-эл-Атир, монголы, взяв один город, "положили они мечи на жителей и не осталось ни малого, ни великого, даже ни единой женщины, они распарывали даже утробы беременным и убивали зародышей, насиловали женщин и потом убивали их. Бывало, кто-нибудь из них зайдет в улицу, на которой множество людей и убивает их одного за другим, пока не управится со всеми, но ни один из них не протянет на него руку". Причем весть об этой страшной жестокости монголов шла впереди их войска и парализовывала людей. Еще один эпизод времени покорения монголами Закавказья: "Женщина татарская вошла в дом, убила множество находящихся в нем людей, которые приняли ее за мужчину. Положила она оружие и оказалось, что это женщина. Тогда убил ее мужчина, которого она забрала в плен. От некоторых жителей в Мирабе я слышал, что когда татарин вошел в улицу, в которой было 100 мужчин, стал убивать их одного за другим до тех пор, пока не уничтожил их всех. Но ни один не протянул руки на отпор". Великолепно разработанная тактика сражений, железная боевая дисциплина, основанная на страхе смерти, и страшная жестокость, - вот причины успешного продвижения монголо-татарского войска на Запад.
В короткие сроки монголы захватили большую часть Китая, Среднюю Азию, Персию, Закавказье. В 1223 г. отряд монгольских полководцев-нойонов Джебэ и Субэдэя вышел через половецкие степи к южным рубежам Руси. Столкновение с монголо-татарами произошло на реке Калке. Здесь русские полки впервые встретились с монгольской ратью, посланной Чингисханом в разведку. Монголы объявили, что воюют только против половцев. Однако, половцы в союзе с русскими дружинами выступили объединенным войском против татар. Почему монголо-татары преследовали половцев? Это объяснялось тем, что половцы, будучи частью огромного тюркского этноса, кочующего на огромных пространствах от Черного моря до Китая, уже вступили в борьбу с монголами. Большое количество половцев служило в мусульманской среднеазиатской империи в войсках хорезмшаха Мухамеда. Чингисхан вел с ним победоносную войну. Половцев как своих противников монголы преследовали вплоть до границ Руси. К этому времени у русских князей с половцами уже были давно и тесно налаженные связи, часто скрепляемые династическими браками. Достаточно вспомнить хотя бы князя Андрея Боголюбского, мать которого была половецкой княжной - супругой Юрия Долгорукого. Летопись нам сообщает, что половцы пришли к русским князьям и предложили выступить против монголов вместе, объяснив, что если этого не сделать, то всех разобьют поодиночке. На съезде князей в Киеве были колебания относительно целесообразности союза с половцами, которым не доверяли. Но по предложению Мстислава Галицкого решено было все же выступить против монголо-татар. Князь Мстислав Галицкий сказал, что половцы могут покориться монголам, и тогда они обрушатся на Русь уже в союзе с половцами. Мстислав считал, что лучше выступить на монгольское войско вместе с половецкими отрядами. В итоге русские дружины пришли вместе с половецкими на Калку. Русские в этой битве были полностью разбиты. Половцы первыми побежали с поля брани, смяв русские полки. Между русскими князьями не было единогласия. Не было единого командования. Одни воевали самостоятельно, мечтая получить всю славу победителя в одиночку, другие стояли, не решаясь выступить на врага. В конце концов все были разбиты порознь. На поле боя осталось великое множество убитых и раненых русских воинов, в том числе почти все князья, так и не достигшие согласия между собой. На их тела монголы положили доски и пировали, празднуя победу.
Это было первое знакомство русских с монголо-татарами. Впрочем, скоро они повернули назад и растворились в степях. Вместо того, чтобы извлечь для себя урок, русские по традиции успокоились, почему-то решив, что больше монголы на Руси не появятся. Но для монголов эта экспедиция против половцев отнюдь не была эпизодом. У Чингиса и его потомков были завоевательные планы, идущие весьма далеко. Речь шла о покорении Европы и дальнейшем всемирном господстве. Чингисхан мечтал об империи, протянувшейся от Тихого океана до Атлантики. Однако, вскоре после битвы на Калке, в 1227 г., Чингисхан умер. Он оставил завещание, в котором исчислялись еще непокоренные народы. На Западе их значилось 11. Среди этих 11 народов упоминаются и русичи.
Когда Чингисхан умер, его преемником на престоле великого хана монголов стал один из его сыновней - Угэдэй. На курултае - съезде принцев крови, чингизидов, - было решено продолжить покорение еще не завоеванных народов. Так что завоевательные действия татар отнюдь не ограничивались, как пишет Гумилев, только намерением защитить свои западные границы. Ведь к моменту смерти Чингисхана они проходили еще очень далеко от Европы. Безусловно, продолжение монголо-татарской экспансии на Запад было результатом оформившейся при Чингисе завоевательной политики, страсти к мировому господству. Этим была уже буквально одержима монгольская аристократия - потомки и наследники Чингисхана, которым не терпелось повторить блестящие захватнические походы своего почившего предка. Идея мировой империи стала главной причиной нашествия татаро-монголов на Русь.
После смерти Чингисхана его сыновья разделили империю на уделы-улусы. Однако, единство монгольского государства было достаточно прочным на протяжении почти целого столетия. Во главе империи стоял великий хан, вассалами которого признавали себя все остальные Чингизиды. Старший сын Чингиса - Джучи - скончался прежде отца. Поэтому во главе улуса, выделенного потомкам Джучи, встал его сын - Бату, более известный на Руси как Батый. Его удел был самым западным. Он включал в себя Запад Сибири, нынешний Казахстан, нижнее Поволжье и Северный Кавказ. Ядро владений улуса Джучиева составили половецкие степи, известные под названием Дешт-и-Кипчак. Покоренные тюрки-половцы частично влились в татаро-монгольский этнос, уже вобравший в себя множество других народов. Собственно монголы составляли в нем уже меньшинство. Впоследствии даже язык монголов был вытеснен тюркским. Часть непокоренных половцев ушла на Запад, в Венгрию.
Итак, Батыю предстояло теперь завоевать Русь и идти на Европу. Причем, сделать он это должен был не только силами своего улуса. В помощь Бату были выделены войска и других уделов империи, а также опытные монгольские полководцы и младшие принцы дома Чингисхана.
Первым делом монголы в 1236 г. взяли Волжскую Болгарию. Путь на Русь был открыт. Опустошительный поход на русские княжества начался в декабре 1237 г. взятием Рязани. Тщетно взывал о помощи Рязанский князь Юрий. Его тезка - Юрий Владимиро-Суздальский - сводил личные счеты, а потому не пошел на помощь Рязани. Так же точно поступили и другие недальновидные и мелочные в своих амбициях русские князья. В результате монголы сумели разбить всех порознь. Рязань пала после пятидневного штурма. Город и его жители были практически полностью уничтожены. Князь Юрий разделил участь своих подданных. Рязань так и не смогла уже оправиться от перенесенного погрома: позже, в XIV в., город был заново создан уже на другом месте. Раскопки на городище Старой Рязани выявили огромное количество изрубленных человеческих костяков в братских могилах. Все это очень мало похоже на обрисованную Гумилевым идиллическую картину мирного сосуществования русских и монголов в едином "евразийском" государстве.
Предание донесло до нас рассказ о подвиге сына князя Юрия - Феодора, удельного рязанского князя. Прибыв к Батыю с дарами, он выразил ему покорность ради спасения от гибели своих подданных. Батый потребовал от Феодора отдать ему красавицу-княгиню Евпраксию. Естественно, Феодор отказал, чтя святость таинства брака. За это он был казнен по приказу хана. Евпраксия, по преданию, во время монгольского штурма сбросилась с высокого терема вместе с малолетним сыном Иоанном, дабы избежать поругания от монголов. Отсюда возникшее впоследствии название городка, где все это произошло, - Заразск (т.е. место, где "за раз" убилась княгиня), позднее и ныне - Зарайск. Среди рязанских князей, павших, защищая родину от монголов, древние святцы называют местночтимым святым наряду с Феодором и Евпраксией также князя Олега Ингваревича. Он был взят в плен и предан мучительной казни за отказ служить Батыю.
В начале 1238 г. татаро-монгольские полчища опустошили Владимиро-Суздальскую землю. Коломна и Москва были стерты с лица земли. В праздник Сретения Господня, 2 февраля 1238 г., монголы осадили Владимир. Князь Юрий, отказавшийся помочь Рязани, оказался теперь сам в положении оставленного другими князьями, один на один со страшным врагом. Юрий отъехал из города, чтобы набрать армию. Город обороняли его старшие сыновья Всеволод и Мстислав. Однако, силы были неравны. Используя осадную технику, сделанную китайскими инженерами, монголы пробили городскую стену, так как разбить Золотые ворота так и не смогли. Владимир повторил участь Рязани: резня, пожары и грабежи. Княгиня Агафия и вся княжеская семья, епископ Владимирский Митрофан и последние защитники города заперлись в Успенском соборе. Почти все они были уморены дымом от костров, разведенных вокруг храма. После этого монголы ворвались в собор и добили остававшихся в живых. Собор, как и весь город, был разграблен. Однако, чудом после всего случившегося кошмара уцелела Владимирская икона Божией Матери. После ухода монголов немногие уцелевшие жители Владимира водворили ее на место в заново освященном после поругания соборе.
Проявивший себя поначалу столь неблаговидно великий князь Владимиро-Суздальский Юрий (Георгий) искупил свою вину подвигом мученичества за веру и Отечество. Несмотря на малочисленность своей дружины он 4 марта 1238 г. дал сражение Батыевой рати на реке Сить, неподалеку от Ярославля. Князь пал, как герой, сражаясь с врагом. Мощи его через два года после гибели были обретены на поле брани и положены в Успенском соборе Владимира. Князь Георгий почитается в лике святых мучеников. Вместе с ним пал в бою и первый удельный князь Ярославский Всеволод Константинович. Брат последнего - князь Ростовский Василько Константинович, - израненный попал в плен. Ему было предложено стать союзником Батыя, но молодой князь предпочел мучительную смерть измене своей вере и Отечеству. Вдова Василька - княгиня Мария - вскоре также потеряла и отца - святого князя Михаила Черниговского. Она приняла постриг и удалилась в основанный ею в Ростове Спасский монастырь.
Разгромив основные силы Владимиро-Суздальской земли, монголы рассредоточили свои отряды и принялись за менее значительные города. За один лишь месяц они взяли и разграбили четырнадцать городов Северо-Восточной Руси. В их числе были Ростов, Ярославль, Переяславль-Залесский, Юрьев-Польской, Дмитров, Галич-Мерьский и другие. После разорения Северо-Восточной Руси монголо-татары устремились к Новгороду. По пути были взяты и уничтожены Тверь, Волоколамск и Торжок. Повсюду творились страшные зверства. Однако, не доходя 100 верст до Новгорода, монголы почему-то отступили от богатейшего русского города. Что случилось, остается загадкой, но Промысл Божий уберег Новгород. Едва ли правы историки, которые объясняют все надвигавшейся весенней распутицей и страхом перед новгородскими болотами. В марте-апреле монгольской коннице еще можно было не опасаться весенней распутицы. От Новгорода монголы повернули на юг.
По пути они приступили к Козельску, но маленький городок неожиданно оказал невероятное сопротивление. Семь недель монголы не могли взять его приступом. Город был прозван ими "злым". Овладев, наконец, Козельском, монголы, которым чуждо было какое-либо великодушие, уничтожили все население города. По преданию, малолетний князь Василий Козельский погиб, захлебнувшись в крови своих подданных.
Монголы так и не решились приступить к Смоленску. По преданию, этим город обязан святому воину Меркурию, который один выступил против монгольского отряда и своими героизмом так ошеломил врагов, от рук которых мученически погиб, что они не дерзнули штурмовать город, в котором столь храбры его жители. После всего учиненного на Северо-Востоке разгрома татаро-монголы ушли в половецкие степи, что в междуречье Дона и Волги. Здесь орды Батыя отдыхали от ратных трудов и готовились к дальнейшему продвижению на Запад.
Казалось бы, что после всего происшедшего князья Южной и Западной Руси, видя печальную участь Рязанской и Суздальской земель, наконец-то должны прийти в себя. Однако, отрезвления не последовало. Распри и усобицы не прекратились даже после кровавых событий зимы 1237-1238 г.г. Русские князья проявили уже не только попрание евангельской заповеди любви к ближнему и братолюбия, но и просто отсутствие элементарного здравого смысла. Объединения сил для отпора монголам так и не произошло. Не было сделано абсолютно никаких попыток защитить оставшуюся не разгромленной часть Руси от надвигающейся опасности. Напротив, между двумя наиболее влиятельными князьями Южной Руси - Даниилом Галицким и Михаилом Черниговским - завязалась ожесточенная борьба. Князья отбирали попеременно друг у друга Галич и Киев. Пока в Киеве княжил Михаил, он успел умертвить присланных к нему туда Батыевых послов, требовавших покориться хану. Согласно своду монгольских законов Чингисхана - Яссе, - это означало, что Киев обречен на уничтожение. Вскоре Михаил бежал в Венгрию, оставив Киев пожинать плоды легковесного отношения князя к монгольской угрозе. Город занял Даниил, но вскоре последовал в Венгрию за своим соперником, оставив Киев под управлением своего воеводы Димитрия.
В 1240 г. татаро-монголы разгромили родовой удел Михаила - Чернигов, опустошили Переяславль Южный. Вскоре они подошли к Киеву. После нескольких дней ожесточенной осады 6 декабря 1240 г. город был взят приступом и практически полностью разрушен. Сопротивление киевлян было отчаянным. Об этом свидетельствует, в частности, полное разрушение стенобитными орудиями Десятинной церкви, в которой укрылись последние защитники былой столицы Руси. Почти все население было перебито или уведено в плен. Город с населением свыше ста тысяч человек превратился в груду развалин. После ухода монголов на пепелище вернулось лишь несколько сот уцелевших жителей. За Киевом пришел черед Галицкой, Волынской и Турово-Пинской земель. Здесь монголы также прошлись кровавым смерчем.
Помимо уже упомянутых князей, отдавших свои жизни за веру и Отечество в годы Батыева погрома Руси, погибло, совершая подвиг, великое множество русских людей. Но если князья-мученики были впоследствии канонизированы, то множество безымянных жертв монгольского завоевания, в том числе священномучеников, так никогда и не было причтено к лику святых. В годы татарщины это было невозможно по политическим мотивам, а потом память о них постепенно стерлась. Если у князей были их родственники и подданные, благодаря которым и через несколько веков о них помнили, а потому канонизировали, то большинство принявших мученический венец священнослужителей, монахов и мирян оказалось просто забыто.
Все они, безусловно, совершили великий подвиг. Простые люди защищали свою землю и веру. Священнослужители во дни Батыева погрома совершали богослужения, исповедывали воинов и горожан, воодушевляли на ратный подвиг. Большинство из них умирало потом при штурме с крестом в руках. Пока шел захват Руси, никаких поблажек духовенству не делали. Татаро-монголы резали всех подряд. Льготы и ярлыки, даруемые Церкви, - все это будет позже, когда Русь будет покорена. К сожалению, так ни когда и не было предпринято попытки подсчитать, сколько было убито священнослужителей в годы Батыева нашествия, хотя, несомненно, было огромное количество священномучеников. Известны лишь имена архимандрита Пахомия, игуменов Даниила и Феодосия - настоятелей владимирских монастырей, погибших при штурме города Батыем в 1238 г. Сохранились и имена нескольких епископов, погибших в 1237-1240 г.г. Среди них - епископ Рязанский Евфросин, епископ Переяславский Симеон и епископ Владимирский Митрофан.
После кровавого погрома Руси путь монголов лежал далее - в Европу. Причем, наиболее важным в стратегическом отношении регионом монголам представлялась Венгрия, куда откочевала часть половцев во главе с ханом Котяном. Венгрия была самым западным участком степной зоны, гигантским пастбищем, и поэтому кочевники-монголы хотели превратить ее в плацдарм для наступления на страны Европы. В 1241 г. армия Батыя разгромила объединенное польско-германское воинство под Лигницей, в Польше. Орда прошла через Богемию и Силезию в Венгрию, где разгромила венгров и половцев. Затем монголы разорили Хорватию с Загребом и вышли к берегу Адриатического моря в районе Сплита. Впереди лежала Европа, почти столь же беззащитная, как и Русь, так как объединить ее усилия в борьбе с монголами надежды не было. Папа Григорий IX и император Фридрих II враждовали не менее отчаянно, чем Даниил Галицкий и Михаил Черниговский. В Европе началась паника. Фридрих приготовил в Сицилии корабль для бегства от монголов.
Однако, продолжения похода Батыева войска не последовало. Орда была измотана длительным походом. Русь, принявшая на себя основной удар, по сути спасла Европу от повторения своей участи. Кроме того, на свертывание похода повлияло еще одно обстоятельство: в Монголии в декабре 1242 г. неожиданно умер великий хан Угэдэй. Батый поспешил назад, чтобы принять участие в выборах нового великого хана, намереваясь повлиять на их исход.
Вернувшись в 1243 г. на Южную Русь, Батый основывает на покоренных им землях свое государство, которое называлось "ханство Кипчакия", так как земли половцев-кипчаков - южнорусские степи и Поволжье - составили ядро владений Бату. Государство это также известно под названием "Золотая (или Синяя) Орда". Оно простиралось от Хорезма на Востоке до Болгарии на Западе, от Руси на Севере до Крыма и Кавказа на Юге. Первоначальные же территории улуса Джучи в Средней Азии и Казахстане отошли брату Батыя - Орде. Русь, разгромленная и обескровленная, а потому практически не способная к сопротивлению, вошла в состав державы Батыя на правах подконтрольных монголам земель с правами частичной автономии. Конечно, это было насилием над Русской землей, а отнюдь не ее добровольным вхождением в состав Золотой Орды, как это представляет Гумилев. У русских князей просто не было выхода. Можно было либо признать Батыя своим верховным государем, "царем", как позже стали называть его на Руси, либо, в случае непокорности и попыток сопротивления, русские княжества просто обрекались на полное уничтожение, а русский народ - на истребление.
В устье Волги, на берегах одного из ее рукавов - Ахтубы, в ста километрах от нынешней Астрахани, Батый построил свою столицу - город Сарай-Бату (ныне городище Селитряное). Сюда он вызывает русских князей, обязанных отныне прибывать к хану с выражением своей вассальной зависимости и покорности. С государственной самостоятельностью Руси надолго покончено. Северо-Восточная Русь и юго-западные княжества смогли, признав Батыя свои верховным государем, сохранить прежнюю структуру княжеского управления и местные династии Рюриковичей. Но южные земли с Киевом, Переяславлем, а также часть Черниговского княжества и Подолия стали территориями, непосредственно управляемыми монголами, которые держали там свои войска. Эти земли наиболее пострадали от монголов, а после нашествия более всего испытывали на себе их насилие. Поэтому большая часть населения отсюда бежала на Северо-Восток или в Галицию. Укрываться от монголов в почти безлесой Киевской земле было очень сложно.
Князья, сохранившие свои уделы, отныне получали от хана ярлык на управление своими княжествами. Уже в 1242 г. князь Ярослав Всеволодович, отец св. Александра Невского, отправившись в ставку Батыя, был утвержден великим князем Владимирским. Ярослав также должен был отправиться и в Каракорум, ко двору великого хана монголов Гуюка. Подобные визиты в Орду или в Монголию на первых порах после завоевания Руси должно было совершать большинство русских князей.
Поездку в Орду, на поклон к Батыю, вскоре был вынужден совершить и Даниил Романович Галицкий. В 1246 г. в Орду прибыл и св. князь Михаил Черниговский. Он ехал фактически на верную смерть, так как его активная борьба с монголами и убийство послов в Киеве не давали никаких шансов на помилование. Михаилу было предложено пройти через очистительные языческие огни и поклониться идолу Чингисхана, что православный князь с негодованием отверг. Михаил проявил себя не лучшим образом в борьбе с Даниилом Галицким и в годы нашествия Батыя. Известно, что на Лионском соборе он пытался заручиться помощью западных католических держав в борьбе с монголами. Но в конечном итоге князь Михаил на исходе жизни многое переосмыслил как православный христианин и возвысился над своими духовными немощами. Его жизнь была увенчана мученическим подвигом: за отказ совершить языческий обряд Михаил и его верный боярин Феодор были казнены по приказу Батыя. Святые мощи Черниговских чудотворцев впоследствии были привезены из Орды в Москву и положены в монастыре св. Иоанна Предтечи под Бором, в Замоскворечье. Позже их перенесли в Архангельский собор Кремля, где они почивают и доныне. На месте первоначального погребения мучеников построена церковь Черниговских чудотворцев, по имени которой и переулок назван Черниговским.
Однако, нужно отметить, что казнь Михаила Черниговского носила скорее политический характер, а религиозно-обрядовый момент был использован как повод. Это, впрочем, нимало не принижает подвига святого князя и не уменьшает его святости. Но в целом, монголо-татары, при всей их жестокости, были очень терпимы по отношению к любой религии. Уважение ко всякой религии монголы строили на признании единого Божественного начала. Сами они таковым почитали Небо. Монголы проявляли большую терпимость и к христианству. Одной из причин этого было также и то, что в эпоху завоеваний Чингисхана и его потомков в Монголии большое влияние имели христиане-несториане. Несторианство исповедовали многие тюркские и монгольские племена, в частности, уйгуры и кераиты, крещеные миссионерами-монахами из Персии. Несторианками были жены многих монгольских ханов. Сын Батыя Сартак также принял несторианство. Известно, что великие ханы Гуюк, Мункэ и Хубилай очень симпатизировали христианам. Хубилай на Пасху и Рождество приказывал несторианским священникам приходить во дворец с Евангелием и совершать богослужение с каждением Евангелия, которое Хубилай почтительно целовал. Точно также поступали и приближенные хана, не будучи христианами. Правда, одновременно с христианами при дворе хана отправляли свои обряды мусульмане, язычники и даже иудеи.
Толерантное отношение к религии было одним из принципов политики Чингисхана. Понятно, что это было одним из условий, при котором Чингис мог надеяться создать мировую империю. Основным законодательным сборником, которым руководствовались преемники Чингисхана была его "Книга запретов" или "Ясса", в которой предписывалось уважительное отношение ко всем религиям. И все ханы должны были клятвенно обещать исполнять эти предписания, в том числе - быть терпимыми ко всем религиям. Великий хан монголов Мункэ в ответ на предложение монаха-францисканца Рубруквиса принять католичество заявил: "Все люди обожают одного и того же Бога, и всякому свобода обожать Его как угодно. Благодеяния же Божии, равно на всех изливаемые, заставляют каждого из них думать, будто его вера лучше других". Чем не экуменист XIII века?
Отношение Батыя к Русской Православной Церкви естественным образом вытекало из этой устоявшейся монгольской традиции терпимости и даже покровительства к христианам. Конечно, Церковь и духовенство пострадали в Батыево нашествие точно так же, как и весь русский народ. Храмы и монастыри были разграблены и преданы огню. Множество священнослужителей перебито. Погиб или, как полагают, бежал в Грецию и митрополит грек Иосиф. Однако, как только монголы ушли, утвердив зависимость Руси от Золотой Орды, так сразу же утвердилось в русских землях основанное на Яссе Чингисхана покровительственное отношение монголов к Русской Церкви. Она осталась фактически единственным свободным установлением на покоренной Руси. Когда в 1246 г. по приказу ханов Гуюка и Батыя была произведена перепись населения с целью обложения его данью, все духовенство было освобождено от любых выплат монголам. Отношение к священнослужителям у монголов помимо идеологически обусловленной терпимости в то же время имело и некоторый оттенок суеверия. Православные священники воспринимались язычниками-монголами отчасти, как и свои собственные шаманы, которых, как считалось, лучше не обижать. Церковь была освобождена от выплаты дани, а церковный суд остался неприкосновенным. Это стало одной из причин значительного роста церковного землевладения - чем более земель переходило в собственность Церкви, тем большее число людей освобождалось от уплаты дани Орде.
Отношение монголов к Православной Церкви не изменилось и после того, как брат и третий по счету преемник Батыя - Берке - принял ислам. Вероятно, это было еще не глубокое обращение в магометанство, так как житие святого царевича Петра Ордынского свидетельствует, что для исцеления своего больного сына Берке, как типичный носитель языческой психологии, приглашает представителей различных религий, в том числе и Ростовского епископа Кирилла. При том же Берке, в 1262 г., в столице Орды - Сарае - была учреждена православная епископская кафедра. По мнению Карташева, едва ли инициатива открытия этой епархии в столь сложное время могла принадлежать Священноначалию Русской Церкви, тем более, что и в самой кафедре особой практической нужды не было. Возможно, что именно хан по соображениям престижа решил открыть у себя в Орде эту Сарайскую епископию. Вероятнее всего, что это была не совершенно новая епархия, а древняя Переяславская, центр которой после разгрома Переяславля Южного был перенесен в Сарай. Эта епархия в самом центре Золотой Орды должна была духовно окормлять русских пленных, рабов, прибывавших в Орду князей. Вероятно, выполняла она и некоторую дипломатическую функцию в отношениях между Ордой, Русью и Византией.
Хан Менгу-Тимур (1266-1281 г.г.) положил начало еще одной традиции в отношениях между Ордой и Русской Церковью. Он впервые выдал первому после Батыева нашествия митрополиту Киевскому и всея Руси Кириллу II ярлык на управление Русской Церковью, подобно тому, как это делалось в отношении русских князей. Поскольку с самого начала монголы не посягали на права православного духовенства, появление ярлыков, по мнению Карташева, было мерой не учредительной, а охранительной, дабы избавить духовенство от посягательств ханских чиновников, злоупотреблявших своими полномочиями. Во всяком случае, характер ярлыков митрополичьих заметно отличался от характера княжеских ярлыков: монголы в дела управления Русской Церковью никогда не вмешивались.
В ханских ярлыках можно было встретить такие утверждения: "Кто будет хулить веру русскую, надругаться над нею, тот ничем не извинится, а умрет злою смертию". Ярлыки вменяли в обязанность русскому духовенству молиться за хана и его семью. Ярлык Менгу-Тимура объявляет: "Мы пожаловали попов и чернецов и всех богадельных людей, да правым сердцем молят за нас Бога, и за наше племя без печали, благословляют нас...". Столь же благожелательно отношение к Русской Церкви и хана Узбека, выраженное в его ярлыке митрополиту св. Петру. Несмотря на то, что Узбек и все последующие за ним ханы Золотой Орды уже были мусульманами, они считали необходимым продолжать следовать традиционной монгольской веротерпимости и не проявляли столь характерного для ислама религиозного фанатизма. Узбек, например, подобно многим другим ханам, был женат на христианке - дочери византийского императора Андроника Младшего Палеолога. Сестра же Узбека - Кончака - вышла замуж за Московского князя Юрия Данииловича и в крещении получила имя Агафия. Вообще же подобные случаи женитьбы русских князей на крещенных монгольских принцессах были не редки на Руси в XIII-XIV в.в. Так, на дочери Менгу-Тимура, получившей в крещении имя Анна, был женат князь Ярославский и Смоленский св. Феодор Чермный.
Позже, в XIV столетии, Русские митрополиты также приезжают в Орду за ярлыками. Митрополит св. Феогност в 1343 г. получил ярлык от Джанибека, который, будучи мусульманином, оставался, однако, весьма благосклонным к Русской Церкви. Его отношение к православному духовенству традиционно для монголов: для исцеления своей жены Тайдулы он приглашал св. митрополита Алексия Московского. В 1357 г. св. Алексий приезжал за ярлыком к хану Бирдибеку. Последний же ярлык датирован 1379 г.: его выдал нареченному митрополиту Михаилу-Митяю хан Атюляк. После этого вскоре последовала знаменитая Куликовская битва, и отношения Руси с Ордой вошли в иную фазу. Власть монголо-татар на Руси стремительно ослабевала, и выказывание ханами расположения к Русской Церкви утратило всякий смысл. Кроме того, исчезли старые монгольские традиции, сменившиеся фанатичным исламизмом.


Лекция 7



Общая характеристика периода зависимости Руси от Золотой Орды. Князья-мученики периода монголо-татарского ига. Случаи обращения монголо-татар в Православие. Возрастание значения Русской Церкви в жизни народа Руси в годы монголо-татарской зависимости. Митрополит Кирилл, его церковная и общественная деятельность. Владимирский Собор 1274 г. Св. митрополит Максим, его деятельность. Перенесение митрополичьей резиденции из Киева во Владимир и последствия этого шага. Учреждение Галицкой митрополии.










оставить комментарий
страница7/26
Дата24.09.2011
Размер4,8 Mb.
ТипЛекция, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   26
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх