Художественная деталь в прозе Ф. Амирхана (разновидности, функции, эволюция) 10. 01. 02 Литература народов Российской Федерации (татарская литература) icon

Художественная деталь в прозе Ф. Амирхана (разновидности, функции, эволюция) 10. 01. 02 Литература народов Российской Федерации (татарская литература)



Смотрите также:
-
Художественная концепция истории в прозе В. Г. Митыпова...
Идейно-тематические особенности поэзии Клары Булатовой (Эволюция творчества) 10. 01...
Мифологические и фольклорные мотивы в романах якуба занкиева 10. 01...
Соотношение исторического и художественного в романе Нурихана Фаттаха “ Свистящие стрелы” 10. 01...
Категория автора в русскоязычной прозе северного кавказа XX века: этнокогнитивный аспект 10. 01...
Своеобразие и тенденции развития татарской детской литературы ХХ века 10. 01...
Своеобразие и тенденции развития татарской детской литературы ХХ века 10. 01...
Творчество Ахнафа Тангатарова: жанровые и художественные особенности 10. 01...
Творчество адыгского писателя-просветителя Хан-Гирея: национальное своеобразие и художественная...
Художественное своеобразие документальной прозы Шамиля Ракипова 10. 01...
Традиции классицизма в драматургии гаяза исхаки (к проблеме мотивов государственности) 10. 01...



скачать

На правах рукописи




Закирова Лилия Рашитовна




Художественная деталь в прозе Ф.Амирхана


(разновидности, функции, эволюция)

10.01.02 – Литература народов Российской Федерации

(татарская литература)




Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук


Набережные Челны - 2007

Работа выполнена на кафедре татарской литературы и методики ее преподавания Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Набережночелнинский государственный педагогический институт» Министерства образования и науки Российской Федерации.





^ Научный руководитель:

доктор филологических наук, профессор

Шарипов Анвар Магданурович



^ Официальные оппоненты:

Ведущая организация:

доктор филологических наук, профессор

Сибгатуллина Альфина Тагировна

(г. Москва)


кандидат филологических наук, доцент

^ Гайсин Рахимзян Мухаметович

(г. Елабуга)

Кафедра татарской литературы Татарского государственного гуманитарно-педагогического университета (г. Казань)



Защита состоится «6» ноября 2007 года в 12:30 на заседании диссертационного совета КМ 212.316.01 в ГОУ ВПО «Тобольский государственный педагогический институт им. Д.И.Менделеева» по адресу: г. Тобольск, ул.Знаменского, 58.




Электронная версия автореферата диссертации размещена на официальном сайте ГОУ ВПО «ТГПИ им. Д.И.Менделеева» 1 октября 2007 г. Режим доступа: http://www/tgpi.tob.ru/info/nauka/aspirantura.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Тобольского государственного педагогического института им. Д.И.Менделеева.


Автореферат разослан «5» октября 2007г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат филологических наук, доцент Ф.С.Сайфуллина

^ Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования обусловлена неослабевающим интересом современного литературоведения к постижению концепции личности Ф.Амирхана, мировоззрения и системы ценностей писателя. Исследование художественных деталей вызвано также необходимостью решения некоторых дискуссионных проблем анализа и интерпретации художественной прозы автора и основными научными направлениями, обозначенными исторической поэтикой.

Ученые разных методологических направлений конечной целью описания и анализа текста видят интерпретацию художественного целого. В качестве констутивной, постоянной функции художественной литературы выдвигается эстетическая. Особая роль именно этой функции определяется тем, что без нее невозможно осуществление всех других функций – познавательной, оценочной, идеологической, воспитательной. Однако при изучении произведения, а также в преподавании литературы имеет место сначала разбор «идейного содержания», а потом, если остается время, - перечисление «художественных особенностей». В этом случае художественная истина произведения, его нравственные уроки и заключенная в нем система ценностей воспринимаются лишь формально.

Анализ художественных деталей призван расширить возможности интерпретации, являющейся одним из важных и наиболее распространенных видов литературоведческих исследований. Выводы интерпретатора отражают моральный, психологический и культурный аспекты понимания текста, представляющего собой выражение мысли того или иного писателя, который, преобразуя реальность путем своей творческой фантазии, создает модель – свою концепцию, точку зрения бытия человека. Художественная деталь - одна из форм изображения мира - представляет собой неотъемлемую часть словесно-художественного образа. Поскольку словесно-художественный образ и произведение в целом потенциально многозначны, то их сравнительная ценность, мера адекватности или полемичности по отношению к авторской концепции также сопряжена с выявлением особенностей детализации изображенного мира автора. Научное исследование мира произведения с учетом предметной изобразительности признается многими специалистами в теории литературы одной из главных задач современного литературоведения.

Комплексное исследование художественных деталей способствует раскрытию различных форм «присутствия» автора в произведении, в частности, детали помогают понять творческую волю в описании портрета, пейзажа, «расстановке» вещей в интерьере, сюжетной динамике или ретардации и пр. Кроме того, изучение художественных деталей в прозе Ф.Амирхана связано с исследованием способов и средств образного освоения мира, их социально-эстетическим функционированием, исследованием судеб художественных открытий и находится в тесной связи с основными направлениями, обозначенными исторической поэтикой: «Первое направление – создание всеобщей исторической поэтики, второе – изучение поэтики национальных литератур, третье – поэтика выдающихся художников слова, исследование их вклада в развитие поэтики национальной и мировой литературы, четвертое – эволюция отдельных видов и средств художественного воплощения, а также судеб отдельных открытий в области поэтики»1.

^ Состояние изученности проблемы и темы. В многочисленных научных трудах содержится анализ жизненного пути Ф.Амирхана, его эстетических и философских взглядов, авторской позиции, проблем, тем, методов, художественных приемов и пр. История различных оценок творчества Ф.Амирхана татарскими литературоведами, а также проблемы взаимоотношений писателя с советскими административными органами всесторонне представлены в работах Ф.Г.Галимуллина2, Н.М.Валиева3. В двадцатые и тридцатые годы прошлого столетия, абсолютизируя культурно-исторический метод литературоведения, сторонники вульгарного социологизма (Г.Сагди, Г.Нигмати, Ф.Бурнаш) отводили исключительную роль иллюстрации писателем общественной жизни, изображению «новых типов учителя, приказчика, шакирда-студента, женщины». С одной стороны, Ф.Бурнаш приписывал Ф.Амирхану руководящую роль в деле организации революционного движения молодежи, с другой – Г.Толымбай назвал писателя буржуазным художником, а издание и распространение его книг – преступлением. В пятидесятые-шестидесятые годы продолжается исследование творчества Ф.Амирхана с точки зрения содержащейся в его произведениях социально-политической концепции. М.Х.Гайнуллин обращает внимание на общедемократическое содержание прозы писателя4. Работы Ю.Г.Нигматуллиной5 посвящены национальному своеобразию эстетического идеала в творчестве татарских писателей начала XX века, в том числе и Ф.Амирхана. Новые результаты в изучении прозы Ф.Амирхана были достигнуты А.Д.Сайгановым в работе «У истоков эстетики реализма. Эстетика Фатиха Амирхана и ее место в развитии татарской реалистической литературы»6. Итогом многолетних научных изысканий стала монография «Фатих Амирхан» И.З.Нуруллина7 о жизни и творчестве писателя.

В вышеназванных трудах через призму эстетических категорий рассматриваются такие проблемы, как прекрасное, возвышенное, трагическое, комическое, вопросы эмансипации женщины. Вместе с тем, следует отметить, что основное внимание в исследованиях уделяется анализу идейного содержания произведений без учета некоторых аспектов художественной формы, в частности, деталей изображенного мира, что приводит порой к неполным или искаженным выводам. Формулируется «идея» произведения без объяснения того, как она выводится.

В последние годы литературоведы, в том числе исследователи творчества Ф.Амирхана, освободившись от многих догм и идеологической опеки, используют более «тонкие инструменты» литературоведческого описания. В исследованиях последних лет, среди которых работы таких ученых, как А.Г.Яхин8, А.Г.Ахмадуллин9, Гарапшина Л.Р.10, С.Р.Никишина11, Гайсин Р.М.12, наследие писателя оценивается с точки зрения поэтики прозы. В научных работах Р.К.Ганиевой13, Д.Ф.Загидуллиной14 исследованы религиозно-философские основы прозаических произведений Ф.Амирхана, раскрыты особенности изображения реальной и трансцендентальной картины мира, в том числе в создании новых мифов, определены свойственные творчеству писателя литературные направления. В коллективной монографии Д.Ф.Загидуллиной, М.И.Ибрагимова, В.Р.Аминевой на основе современных положений теоретической поэтики представлен анализ повести Ф.Амирхана «Хаят», дана характеристика системы образов, сюжета, темы, идеи произведения, композиции, хронотопа, психологизма, стиля и художественной речи15.

Многие исследователи творчества Ф.Амирхана неизбежно обращаются к художественным деталям в ходе изучения таких аспектов мира произведения, как время и пространство, персонаж, описание и точка зрения в ряду композиционно-речевых форм и т.д., хотя во многих исследовательских работах нет термина «деталь». Тем не менее, детали, как элементу художественной формы, не уделяется достаточного внимания.

В ходе работы межреспубликанской научной конференции «Фатих Амирхан: традиции и современность», посвященной 120-летию со дня рождения Ф.Амирхана16, пристальное внимание уделялось поискам способов выражения авторской модальности, определение которой весьма важно для адекватной интерпретации текста и характеристики представленной автором модели мира. Всестороннее исследование разновидностей, функций и эволюции художественных деталей в прозе Ф.Амирхана может стать в числе прочих научных изысканий продуктивной формой решения указанной проблемы.

^ Цель исследования состоит в целостном изучении и анализе различных видов художественных деталей в прозе Ф.Амирхана, раскрытии их функций и эволюции для выявления новых смыслов произведений писателя.

Цель работы определила конкретные задачи исследования:

- изучение основных положений современного литературоведения относительно роли художественных деталей в предметном мире произведения;

  • анализ разновидностей деталей;

  • раскрытие функций и эволюции художественных деталей в отдельных произведениях древнетюркской, средневековой татарской литературы и литературы XIX в.

  • выявление, сбор и систематизация различных видов деталей в прозаических произведениях Ф.Амирхана;

  • определение особенностей использования Ф.Амирханом деталей портрета, пейзажа, деталей-вещей, их места и роли в творческом процессе писателя.

  • раскрытие эволюции художественной детализации в творчестве Ф.Амирхана.

Объектом нашего исследования являются прозаические произведения татарского писателя начала ХХ века Фатиха Амирхана. Данный период развития общественной жизни одним представлялся закатом цивилизации, кризисом религиозного, в том числе и мусульманского, сознания, другим – выходом в обновленную, просвещенную жизнь и искусство. В то же время в художественной литературе заявляет о себе чувство личности, чувство достоинства и ценности человека. Это в полной мере отразилось на творчестве целого ряда татарских деятелей культуры, в том числе и Ф.Амирхана – публициста, прозаика, общественного деятеля.

Основные положения исторической поэтики - стадиальность развития мировой литературы, тысячелетняя эволюция основных принципов эстетического видения и художественного мышления, сформированных еще в эпоху синкретизма и традиционализма, цикличное развитие архетипических форм образа17 – обуславливают необходимость исследования художественных деталей и в произведениях предшественников Ф.Амирхана. Исходя из этого, дополнительным, предшествующим произведениям писателя, объектом настоящего исследования стали некоторые значительные произведения древнетюркской, тюрко-татарской и татарской литературы XI-XIX вв.

В границах данного объекта предмет исследования – художественная деталь - самая малая единица предметного мира произведения Ф.Амирхана.

В отечественном литературоведении художественная деталь определяется как выразительная подробность произведения, несущая значительную смысловую и идейно-эмоциональную нагрузку и отличающаяся повышенной ассоциативностью. В современных академических словарях художественная деталь – это «особо значимый, выделенный элемент художественного образа, <…> микроэлемент образа: портрета, пейзажа, быта, действия, поступка, изображенной речи»18. Эстетический эффект данного явления заключается в одновременном и неразрывном восприятии части и целого.

^ На защиту выносятся следующие положения:

  • Роль и место художественной детали в идейно-эстетическом пространстве прозаического произведения.

  • Значение художественной детали в истории татарской литературы XI- XIX веков.

  • Эволюция художественной детализации в прозе Ф.Амирхана.

  • Художественные детали в создании комических и сатирических образов

в прозе Ф.Амирхана.

^ Методологическую основу исследования составляют принципы объективности и историчности в литературоведении. Основными методами исследования являются методы комплексного литературно-текстологического, герменевтического анализа, сочетающего элементы структуральной поэтики и психоанализа.

^ Теоретической основой при написании научной работы явились труды видных философов и литературоведов: Аристотеля, Г.Гегеля, Р.Якобсона, Г.-Г. Гадамера, П. Рикера, Л.С.Выготского, А.Н.Веселовского, М.М.Бахтина, Ю.М.Лотмана, В.В. Виноградова, В.Б.Шкловского, Г.Н.Поспелова, Л.Н.Столовича, Д.С.Лихачева, М.Б.Храпченко, А.С.Бушмина, Л.В.Чернец, А.Б.Есина, В.Е.Хализева, В.И.Тюпы. Твердым подспорьем в работе стали также художественная проза и критические статьи и письма классиков русской литературы: Н.В.Гоголя, Л.Н.Толстого, Ф.И.Достоевского, А.П.Чехова, А.Белого, И.Бунина, Б.Пастернака. В процессе исследования мы опирались непосредственно на труды таких видных татарских писателей, мыслителей и литературоведов, как Г.Ибрагимов, Ф.Хусни, Х.У.Усманов, И.З.Нуруллин, М.Х.Хасанов, А.Д.Сайганов, А.Г.Ахмадуллин, Х.Ю.Миннегулов, Ю.Г.Нигматуллина, Ф.Г.Галимуллин, Ф.М.Хатипов, А.М.Шарипов, А.Т.Сибгатуллина, Д.Ф.Загидуллина, Р.К.Ганеева, Н.М.Валиев, А.Г.Махмудов, А.Г.Яхин и других.

^ Научная новизна работы заключается в том, что в ней на основе методики целостного эстетического подхода к анализу литературного произведения впервые предпринята попытка анализа деталей художественного мира Ф.Амирхана. Выполнение поставленных задач и достижение цели исследования являются потенциальными условиями научно корректной интерпретации – понимания ценностных приоритетов автора, его замысла, творческой концепции.

^ Научно-практическая значимость работы мотивируется тем, что его результаты могут быть использованы в таких разделах теории литературы, как теоретическая и историческая поэтика, теория образа, теория стиля. Отдельные положения исследуемой темы могут служить вспомогательным материалом в преподавании учебных дисциплин «Введение в литературоведение», «Историческая поэтика татарской литературы», спецкурса «Мир произведений Ф.Амирхана».

Основные положения диссертационной работы апробированы на научно-практических конференциях и опубликованы в соответствующих им материалах.

^ Структура работы определяется целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения и библиографии.


Основное содержание диссертации


Во введении обосновывается актуальность избранной темы, устанавливается степень изученности проблемы, определяются основная цель и конкретные задачи работы, указываются методы исследования, научная новизна и практическая значимость диссертации.

Первая глава «Художественная деталь – средство литературной изобразительности» состоит из двух разделов. В первом разделе - «Художественная деталь – единица предметного мира произведения. Разновидности и функции деталей» - исследуются основные теоретические положения, касающиеся понятия «художественная деталь», приводятся существующие в современном литературоведении классификации деталей, определяются их функции в литературном произведении.

Мир произведения представляет собой систему, так или иначе соотносимую с миром реальным. Выявление, отбор и изображение тех или иных значимых с точки зрения автора компонентов являются важной составляющей творческого процесса. Ведь, воссоздать предмет (вещь, портрет, пейзаж) во всех его особенностях писатель не в состоянии, и именно деталь или совокупность деталей замещает в тексте целое, вызывая у читателя нужные автору ассоциации.

Художественная деталь является объектом изучения таких разделов литературоведения, как историческая поэтика и теоретическая поэтика. С точки зрения исторической поэтики подлежит литературоведческому описанию обновление, развитие принципов и приемов детализации – от эпохи к эпохе, от гения к гению. Исходя из основных положений теоретической поэтики, место детали в структуре художественной формы определяется в изображенном или предметном мире произведения.

Выявление выбранных писателем деталей или системы деталей, которую целеустремленно использует писатель, другими словами, выявление соответствия данного «преобразования действительности» идее произведения – одна из актуальных проблем современного литературоведения. Важным шагом в ее решении является классификация художественных деталей.

Наиболее общая классификация представлена В.Е.Хализевым в «Теории литературы»: «В одних случаях писатели оперируют развернутыми характеристиками какого-либо явления, в других – соединяют в одних и тех же текстовых эпизодах разнородную предметность»19. Л.В.Чернец предлагает группировать виды деталей, исходя из стиля произведения, принципы выявления которого определены А.Б.Есиным20. С точки зрения изображения динамики и статики, внешнего и внутреннего, ученый определяет свойство стиля того или иного писателя по «набору стилевых доминант». Если писатель обращает преимущественное внимание на статические моменты бытия (наружность героев, пейзаж, городские виды, интерьер, вещи и т.п.), то это свойство стиля можно назвать описательностью. Данному стилю соответствуют описательные детали. Концентрацию автора на воспроизведении внешней (а отчасти и внутренней) динамики А.Б.Есин определяет как сюжетность. В этих произведениях доминируют сюжетные детали. Наконец, писатель может концентрировать внимание на внутреннем мире персонажа или лирического героя – его чувствах, мыслях, переживаниях, желаниях и т.п., - такое свойство стиля называется психологизмом, а детали, представляющие внутренний мир героя – психологическими. В каждом конкретном произведении сюжетность, описательность или психологизм составляют его существенный стилевой признак. Однако эти категории могут сочетаться друг с другом, например, психологизм и сюжетность, и, соответственно, имеют место, по мнению Л.В.Чернец, различные виды деталей.

А.Б.Есин в классификации деталей выделяет детали внешние и психологические. Внешние детали рисуют внешнее, предметное бытие людей, их наружность и среду обитания и подразделяются на портретные, пейзажные и вещные, а психологические - изображают внутренний мир человека. Ученый обращает внимание на условность такого деления: «Внешняя деталь становится психологической, если передает, выражает те или иные душевные движения (в таком случае мы говорим о психологическом портрете) или включается в ход размышлений и переживаний героя21. Сюжетные детали, в качестве отдельного вида деталей, А.Б.Есиным не рассматриваются. Такой же классификации придерживается Д.Ф.Загидуллина и объединяет портрет, пейзаж и вещь в группу внешних литературных деталей, а изображение мыслей, переживаний, желаний – в группу психологических22. Для исключения сюжетных деталей из классификации, на наш взгляд, имеются некоторые основания. Сюжет, представляющий собой цепь событий или жизнь персонажей в пространственно-временных изменениях, в сменяющих друг друга положениях и обстоятельствах, непосредственно связан с портретом (в том числе формами поведения), динамикой пейзажа и вещей, а также изменениями психологического состояния персонажей.

В.А.Кухаренко классифицирует детали в зависимости от их функциональной нагрузки, но выделяет следующие разновидности: изобразительная, уточняющая, характерологическая, имплицирующая23. На наш взгляд, классификация деталей на основе их функциональной значимости не совсем корректна, так как одна и та же деталь или детали могут одновременно создавать впечатление физической ощутимости воспринимаемого объекта (выполнять изобразительную функцию), способствовать достоверности, документальной объективности описываемых событий (выполнять уточняющую функцию) и выделять те или иные стороны характера персонажа (выполнять характерологическую функцию). Следовательно, становится невозможным отнести такие детали к какой-то определенной группе.

Вышеуказанные портретные, пейзажные, вещные и психологические детали делятся на более мелкие группы. Так, ряд исследователей предлагают рассматривать портретную деталь как статическую и динамическую24, экспозиционную и динамическую25, пейзаж и вещь – в качестве сюжетной мотивировки26. Экспозиционные детали представлены при подробнейшем описании портрета, пейзажа, интерьера. Они обычно статичны и с них начинается знакомство читателя с персонажем, окружающей его обстановкой, поэтому экспозиционные и статические детали целесообразно объединить в одну группу. Динамический тип детали встречаются в описаниях, где индивидуально-неповторимое заметно преобладает над социально-типическим, и где важна вовлеченность детали в динамический процесс жизни. Подробное перечисление черт наружности, описание природы и интерьера уступает место краткой, выразительной детали, возникающей по ходу повествования.

При выборе той или иной классификации деталей мы придерживаемся следующих положений теории литературы: монтаж деталей в литературе является неотъемлемой частью композиции, состоящей в числе прочих речевых форм из описания и повествования; описание и повествование могут быть как динамическими, так и статическими; объектами изображения автора являются портрет, пейзаж, вещь, внутреннее состояние персонажа, самая малая единица такого изображения называется деталью. Схематично принятую нами классификацию можно представить следующим образом:


ДЕТАЛЬ



^ СТАТИЧЕСКАЯ ДИНАМИЧЕСКАЯ





ОПИСАТЕЛЬНАЯ ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНАЯ






ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ




^ ПОРТРЕТНАЯ ПЕЙЗАЖНАЯ ВЕЩНАЯ


По характеру художественного воздействия А.Б.Есин в портретных, пейзажных, вещных и психологических деталях различает детали-подробности и детали-символы. «Подробности действуют в массе, описывая предмет или явление со всех мыслимых сторон, символическая деталь единична, старается схватить сущность явления разом, выделяя в ней главное»27.

Художественная деталь имеет место только в собственно предметном (материальном или идеальном по природе), т.е. метасловесном уровне произведения. Поэтические приемы, тропы, стилистические фигуры являются элементами художественной речи и обычно к художественной детали не относятся.

Во втором разделе первой главы «Художественная деталь в истории татарской литературы» представлен краткий обзор истории художественной детализации в произведениях древнетюркской, тюрко-татарской и татарской литературы XI-XIX вв. Объектами исследования являются сборник фольклорных образцов «Диване лугатит-тюрк» Махмуда Кашгари, «Благодатное знание» («Кутадгу билиг») Йусуфа Баласагуни, «Сказание о Йусуфе» Кул Гали, «Хосров и Ширин» Кутба, «Тагир и Зухра» Сайади, хикметы Ахмада Йасави и Сулеймана Бакыргани, газели Ахмеда Ургенджи и Мауля Кази Мухсина, рукописные хикаяты Мухаммедрахима аль-Казани, стихи Гали Чокрый, «Хисаметдин менла» М.Акъегет, «Великие грехи» и «Тысячи или красавица Хадича» З.Бигиева, «Асма или деяние и кара» Р.Фахретдинова. Проза и поэзия не рассматриваются отдельно, так как, во-первых, большинство исследуемых произведений, несмотря на их поэтическую форму, являются эпическими, и, соответственно автор выступает здесь как повествователь, ведущий рассказ от третьего лица, и выражение мыслей, чувств, переживаний лирического субъекта минимально, во-вторых, как указывалось выше, к художественным деталям не относятся стилистические фигуры, тропы и пр., присущие, главным образом, поэзии, средства художественной речи. Изображение предметного мира (пейзажа, портрета, вещей, внешних проявлений внутреннего состояния персонажей) рассматриваются нами как словесное соответствие реальному миру.

В своих назиданиях Й.Баласагунский писал: «Сүзең күзсезгә күз кебек булсын» (Пусть твои слова будут глазами ослепшему). Многовековое внимание тюркских народов вопросам словесного выражения воспринимаемой ими действительности - пейзажа, портрета, психологического состояния персонажа, вещи - отразилось в детализации предметного мира.

Две линии средневекового миропонимания – светская (Й.Баласагунский) и суфийская (А.Йасави) – выражены в двух типах художественных деталей литературы XI-XIX веков. Первая, главным образом выражается в портретных, пейзажных, вещных деталях и восходит к натурализму, а вторая – в психологических деталях, и находит свое продолжение в сентиментальной и романтической литературе в форме изображения различных видов самопознания, рефлексии, погруженности человека в самого себя и мир романтических настроений и т.д. Одним из центральных образов древнетюркской и средневековой тюрко-татарской литературы, является символ света, используемый в качестве деталей портрета, пейзажа и выражения психологического состояния героя. Данный вид детали используется и в прозе XIX в., в основном, в поэтизированной речи персонажей.

Художественные средства древнетюркской и средневековой татарской литературы предопределили использование художественных деталей в литературе нового времени. Используя те или иные детали предметного мира, авторы удовлетворяли возникшим потребностям эпохи, вызванным, в числе прочих, просветительскими идеями, формирующимися на рубеже XIX – XX веков. Наглядность и чувственная (главным образом зрительная) определенность на протяжении веков остаются необходимым условием словесного изображения, а детализация при этом является неотъемлемым свойством художественного изображения.

Вторая глава – «^ Художественные детали в «Современных рассказах» Ф.Амирхана» - посвящена анализу деталей портрета, психологических и вещных деталей в рассказах, которые были опубликованы в еженедельной газете «Эльислах» (1907-1909 гг.) под задуманной Ф.Амирханом рубрикой «Современные рассказы» («Замана хикәяләре»). К ним относятся: «Праздники» («Бәйрәмнәр») – октябрь, 1908г.; «Любовь как позор» («Хәкарәт саналган мәхәббәт») – ноябрь, 1908г.; «Как способствовать прогрессу нации» («Милләт тәрәкъкый иттерү») - ноябрь, 1908г. – январь, 1909г.; «Постарел!» («Картайдым!») – февраль, 1909г. Кроме того, в одном из самых первых номеров газеты, в октябре 1907г., был напечатан не вошедший в эту рубрику, но соответствующий ей в идейно-тематическом плане рассказ «Сон в канун праздника» («Гарәфә кич төшемдә»). Также отдельными книгами в серии «Современные рассказы» вышли в свет такие рассказы Ф.Амирхана, как «Татарка» («Татар кызы», 1909г.) и «Обед во время уразы» («Көндезге сәхәр яки рузасызлар», 1911г.).

Важным составляющим художественного мира Ф.Амирхана в данных произведениях является портретная детализация персонажей, внешний вид которых не остается без внимания практически ни в одном произведении автора. По портретным деталям мы можем, прежде всего, воссоздать внешний облик представителя определенных слоев общества начала ХХ века. Детали портрета, в том числе костюм, - это дополнительный источник отрицательных эмоций Салиха - героя рассказа «Любовь как позор». По его мнению, распутному, но внешне привлекательному («красивые глаза и красивые усы»), из-за досадной случайности облаченному в студенческую форму молодому человеку Фарида вряд ли бы сказала, что его любовь – позор для нее. Таким образом, костюм и его детали несут большую смысловую нагрузку, являясь и вещью и знаком. Одежду не только носят: о ней говорят, ее оценивают. В функциях костюма отражаются эстетические, моральные, национальные взгляды его носителей.

Детали-вещи, как и детали костюма, используются, прежде всего, в качестве знаков принадлежности персонажа к какой-либо социальной, религиозной группе или общественному движению. Имам читает наставления по старой рукописной книге (I, 18)28. Стараясь соответствовать своему положению, Вали-абзый и Габдельгаллям в праздничный день разъезжают по улицам в хорошем экипаже и на сытой лошади (I, 20). Непривычные для стариков картины с изображением живых существ, рояль, русские куличи на столе вместо традиционных татарских пирогов в мусульманский праздник – детали домашнего интерьера Габдельмажита - сторонника новой жизни (I, 22). Вали-абзый чувствует себя оскорбленнным тем, что при нем молодой человек вынимает из кармана сигарету и закуривает (I, 24). Вещи не остаются без внимания участников действия и становятся источником характеристики одного героя другим и выражением определенной оценки их социально-этического положения. В рассказе «Постарел!» альбом с фотоснимками разных лет, где герой запечетлен в соответствии со своими возрастными идеалами, а также аттестат зрелости - итог достижения намеченной цели – играют важную сюжетно–композиционную роль, будучи объектом продолжительных раздумий Мустафы (I, 42-46).

В связи c художественной детализацией интерьера, портрета, вещей совершенно иной представляется монтаж деталей в рассказе «Обед во время уразы», по форме как бы ориентированном на сценическую постановку, где основной текст четко поделен между действующими лицами (I, 95-96). Место действия до предела редуцировано и события разворачиваются лишь в одной комнате. В интерьере минимум вещей: стол, скамейки, самовар, окно с занавеской. Наиболее подробно перечисляется роскошная еда для обеда, организуемого радикально настроенной по отношению к исламским традициям молодежью во время мусульманского поста: «Стол заполняется булками, слойками, пирожками из кондитерской, икрой, рыбой (шпротами, сельдью) в круглых жестяных банках, сырами, консервами, сливочным маслом, молочными конфетами, шоколадом, конфетами в коробках, сотовым медом…» (I, 97). Эти подробности создают разительный контраст звучащему в финале комментарию автора: «Увидев лица этих сытых и довольных, идущих твердой, здоровой походкой и весело разговаривающих и смеющихся господ, хочется спросить: <…> Неужели вы забыли о том, что именно сейчас немало мусульман находится без еды и питья?» (I, 104).

Ф.Амирхану не импонирует антирелигиозный настрой радикальной «просвещенной» молодежи, хотя нередко ее внешне неприятные действия, детали речевого поведения изображаются просто как констатация факта, и позиция автора неясна. Мастерство такого рода детализации заключается в неопределенности авторской позиции, что дает читателю право додумывания, сотворчества, импровизации. Неслучайно, вслед за этим эпизодом Ф.Амирхан переходит к деталям внутреннего состояния неуверенного в себе и не понимающего новой жизни Габдельгалляма, который был свидетелем беседы его отца, Вали-абзый, и сына ахуна. Анализ деталей внутреннего монолога, а также несобственно-прямой внутренней речи в рассказе «Праздники» дает основание утверждать, что Габдельгаллям – первый в ряду героев «перепутья» в творчестве Ф.Амирхана.

Пристальное внимание к злободневным событиям, сугубо современным ситуациям и реалиям является важной чертой поэтики Ф.Амирхана. В рассказы Ф.Амирхана попадают вещи, не несущие на себе след художественной переработки действительности. Для автора очень важно и показательно с точки зрения достоверности описываемых событий и характеристики героев упоминание таких нетрансформированных реалий как, благовонное масло из магазина Утягановых (I, 18), здание купеческого собрания – место проведения литературного вечера (7, 26), популярная ежедневная газета «Русское слово» (I, 9), газета «Тарджеман», которую выписывает сторонник передовых взглядов (I, 34), номер гостиницы «Сарай» - место встречи тайного общества (I, 34), город Киев, где обучался русскому языку один из героев (I, 44).

В использовании писателем художественных деталей в «Современных рассказах» проявилось наличие разноречивых и противоречивых идей, отражающих движение по пути изменения общества, влияние просветительства и религиозного реформаторства на процесс разделения общественной мысли и ослабления влияния религии. Множество предметов мира Ф.Амирхана (детали портрета, в том числе костюма, персонажей, детали-вещи, отвечающие «на злобу дня», оттенки психологического состояния) не встречаются в произведениях татарских писателей до Ф.Амирхана. В данных рассказах имеются детали, главным образом, портретные, используемые писателем в качестве лейтмотивов на протяжении всего творчества.

Третья глава – «Художественные детали как средство выражения внутреннего мира героев» - посвящена анализу деталей в произведениях более крупной формы: повести «Хаят», романе «На перепутье», а также в некоторых рассказах, написанных после 1917 года. В первом разделе третьей главы «Психологические детали в повести «Хаят» портретные, пейзажные, вещные и собственно психологические детали рассматриваются в качестве косвенной формы выражения психологического состояния главной героини.

Первая часть повести разительно отличается превалированием описания над повествованием, относительно большими авторскими отступлениями, представляющими собой цепь рассуждений и пр. Примечательны контрастные детали, дающие ключ к раскрытию образа главной героини: Хаят - Лиза; калфак – платье декольте; блаженство рая - муки ада; твердые взгляды на жизнь у Хаят - неясные искания у Лизы; танцы до трех часов ночи – душеспасительные молитвы, жизнь родителей Хаят и всех мусульман – жизнь Мясниковых и всех русских. Во второй части контраст не столь разителен.

Пейзажные детали обозначают, прежде всего, время и место действия. Для конкретизации данного художественного времени в повести выступают времена года, суток: майское воскресенье; три часа ночи; рассвет; зимние вечера; декабрьский вечер; вечер одного из мартовских четвергов, лето и др. Чрезвычайно редкое для прозы начала ХХ в. использование мифических элементов, в частности, мифа о мировой горе как о данности мироустройства (II, 142), придает описанию дополнительный оттенок любовной романтики, а с точки зрения композиции – является элементом, граничащим различное отношение Хаят к миру русских: бездумные развлечения и недоверие к ним за внешней оболочкой веселости.

Пейзажные детали, данные через восприятие героини, - знак ее психологического состояния в момент действия. Сад, лес или парк – едва ли не самый частый хронотоп в повести - это, прежде всего, мир свободы, беззаботности, дружбы и любви, мир уединенных размышлений. В романтическом саду Ф.Амирхана все подчиняется эмоциональным переживаниям личности, соединяется с образами поэзии, литературными мотивами, темами путешествий, воспоминаний. Природа и пейзаж ценны постольку, поскольку они истолковывают состояние души.

Образ певчей птицы, как знак и символ любовной романтики, варьируется и повторяется, становясь лейтмотивом повести (II; 124, 132, 134, 136, 139). Детальное описание пейзажа составляет психологический, эмоциональный фон развития сюжета. Они также говорят об устойчивых чертах мировосприятия Хаят, о ее характере и переживаниях. Первозданная природа актуализируется в качестве ценности мира героини, смена времени суток является решающим в судьбе главной героини: «Хаят любила весенние ночи. <…> Сегодняшняя ночь, окутав Хаят своей прохладой и весенними запахами, помогла ей, наконец, принять решение. Сев, как обычно, на свое любимое место под окном, она жадно вдохнула насыщенный ночной влагой и весенним ароматом воздух и погрузилась в блаженное забытье. И вопрос, который терзал ее с утра, спокойно, неторопливо разрешился сам с собой. Она выйдет за Салиха!» (II, 174).

Итак, через пейзажные детали в повести обозначены время и место событий, дается косвенная характеристика героини, раскрывается ее внутренний мир.

Вещные детали выступают в качестве характеристики персонажа, его психологического состояния. Порой вещи интересны сами по себе, независимо от их связи с конкретным человеком. Изучая мир вещей как таковой, вещное окружение человека, можно понять – не о жизни того или иного лица, но об укладе жизни в целом.

Изображая внешность главной героини, Ф.Амирхан использует максимальный «комплект» портретных деталей, включающий в себя описание и лица, и телосложения, и одежды, и манеру поведения, и жестикуляцию, и мимику. Ф.Амирхан вслед за писателями-романтиками представляет героиню, красивому внешнему облику которой соответствует и душевная красота, положительный герой изображается прекрасным и по наружности: темные глаза, нежное белое лицо, шелковистые черные волосы. Сверкающие, как яхонты, глаза Хаят являются закрепленной за персонажем индивидуализированной портретной деталью-лейтмотивом, становясь его постоянным признаком, знаком, по которому опознается данный персонаж. Детали костюма героини являются отражением ее психологического состояния (розовое платье, розовый калфак, и вся она как розовый ангел - на даче у Мясниковых), толерантного отношения Хаят к окружающей идеологической обстановке, общественному мнению (калфак, шаль, которой она при необходимости закрывает лицо, платье декольте).

Детали портрета запечатлевают не только статические черты фигуры, лица, одежды, но передают совокупность движений и поз, жестов и мимики, произносимых слов с их интонациями. Они динамичны и претерпевают бесконечные изменения в зависимости от ситуаций данного момента, и в отношении главной героини повести их можно было бы назвать деталями форм поведения. С одной стороны – это детали поведения, предначертанные традицией, обычаем, ритуалом, с другой – симптомы душевных переживаний, к которым относятся органически и непреднамеренно появляющиеся интонации, жесты и мимика, не предначертанные какими-то установками и социальными нормами. Яркими динамическими портретными деталями Ф.Амирхан поэтизирует непосредственное, непреднамеренное жестово-мимическое поведение главной героини.

Некоторые сюжетные детали портрета привлекают особое внимание фактографическим воспроизведением мимики, жестов и форм поведения персонажей. Так, казалось бы, чрезмерно подробно изображены действия Хаят и Михаила во время их беседы в саду. Представляя читателю беседу Хаят и Михаила, Ф.Амирхан, как дотошный режиссер-постановщик, подробно расписывает всю экспозицию, дает указания по поводу внешности и действий исполнителей. Кроме того, автор использует такие способы раскрытия душевной жизни человека в драме, как жестово-мимическое поведение персонажей, особенности мизансцен, интонационный рисунок роли, создание определенной психологической атмосферы при помощи декораций, звукового и шумового оформления. За подобного рода натуралистическими деталями скрывается стремление Ф.Амирхана раскрыть внешние проявления душевных переживаний героев.

Заглавие же повести - «Хаят» (в переводе с арабского «Жизнь») – деталь-символ, еще до знакомства с повестью представляющая читателю основную тему или проблему произведения и эксплицитно выражающая авторскую оценку, формирует представление об изображаемом характере. Кроме того, хаят, представленный автором как жизнь-компромисс главной героини – важный знак целостной позиции религиозной терпимости, толерантного отношения к русской и татарской культуре и соответствующего жизненного поведения. Художественные детали повести «Хаят» являются образными свидетельствами об эпохе, о господствующих в обществе настроениях, идеях.

Во втором разделе третьей главы – «Эволюция Ф.Амирхана в использовании художественных деталей («На перепутье», «Случай из жизни», «Зулейха в театре», «В Восточном Клубе») – анализируются различные типы деталей с целью выявления особенностей передачи Ф.Амирханом внутреннего мира персонажей.

В романе «На перепутье» детально представлены городской пейзаж, интерьер жилища, портретные описания более двадцати персонажей, психологическая характеристика главного героя. Детали городского пейзажа обозначают, прежде всего, место действия, представленное двумя группами топографических реалий Казани начала ХХ века – а именно: 1) реалии правобулачной Казани, которую современники Ф.Амирхана воспринимали как территорию компактного проживания русскоязычного населения и расположения светских образовательных и развлекательных учреждений; 2) Мост через Булак, мечеть Сенного базара – Татарская (Старотатарская и Новотатарская) Слобода.

Конкретные топографические реалии являются не просто частью изображенного мира, а активно влияют на суть изображаемого, становясь своего рода метонимией определенного уклада жизни персонажей и психологического состояния героя в зависимости от того, к какой группе тяготеют его чувства, мысли, желания. Читатель, современник Амирхана, в том числе, мусульманин (скорее всего именно его Ф.Амирхан считал адресатом своего творчества), шакирд медресе, которому зачастую запрещалось бывать за Булаком (IV, 218), мог «увидеть» правобулачную Казань (главным образом Воскресенскую улицу – «Невский проспект» в миниатюре), «услышать» ее звуки и даже ощутить ее запахи. Легкая грусть и более светлые, приятные чувства и воспоминания героя связаны с обозначенной выше второй группой топографических реалий или так называемой старой жизнью, Татарской слободой, мусульманским праздником, родным домом. Здесь не упоминаются названия улиц, нет перечисления каких-либо достопримечательностей, так как предполагается, что имплицитный читатель хорошо знает эту часть Казани. Детали-подробности городского пейзажа и психологического состояния героя в день праздника курбан-байрам используются для создания положительной психологической атмосферы, природа как бы аккомпанирует приподнятому настроению героя. Кроме того, это единственное в романе описание, овеянное радостью и мажорным настроением (II, 252). Таким образом, в романе представлен психологический портрет татарской молодежи именно Казани, которая рассматривается нами как художественный образ.

Портретные детали представлены в романе двумя типами: статическими и динамическими. Являясь одним из важных средств создания образа персонажа, детали внешности дают представление о его возрасте, социальном положении, вкусах, привычках, даже о свойствах темперамента и характера. Детали внешности главного героя Ф.Амирхан как бы вкрапливает в сюжет, меняя, как в кино «общий план» на «крупный», другими словами, двигаясь от общего к частному.

В романе удивительно наглядно воспроизведен тип литературного кружка, всегда подчинявшегося определенному ритуалу, который вызывает легкую иронию автора. Точка зрения повествователя последовательно скользит от одного персонажа к другому, от одной детали к другой – и уже самому читателю предоставляется возможность как бы смонтировать эти отдельные описания в одну общую картину. Последовательный обзор находящихся в зале молодых людей как бы имитирует движение взгляда человека, осматривающего эту картину. Детальные портретные описания многочисленных персонажей (Мухаммет, Насима, Фатима, Саматов, Султанов, Марьям, Суфия, Нагима, Жихандаров, Шариф) соответствуют подробному анализу с точки зрения человека, для которого данное собрание является чем-то нерегулярным и в связи с необычностью ситуации он дотошно всех разглядывает.

Вещи или элементы материальной культуры – детали житейской обстановки, также составляющие мир произведения, - наиболее ярко представлены в описаниях комнаты Хасана, дома Сулеймановых и Габдрахмана. Ф.Амирхан не торопится переходить к действию, ему важно показать необычность окружающей обстановки, ее непохожесть на ту, к которой привык имплицитный читатель. Интерьер, главным образом, описывается в виде определенной объективной данности, как документальное живописное полотно, которое зрительно воспринимается читателем.

Описание пейзажа, портретов и психологического состояния персонажей, их вещного окружения производит на читателя впечатление предельной доступности зрительскому восприятию за счет разнообразных форм детализации. Торможение действия описательными, статическими деталями портрета, пейзажа, интерьера – этими усложнениями в композиции – Ф.Амирхан воплощает свою творческую концепцию и раскрывает характеры персонажей не столько в связи с их участием в сюжете, сколько относительно определенных реалий быта и культурных ценностей начала XX века.

Основное противоречие и драматизм изображенной жизненной ситуации заключается в том, что, вооружаясь умственно, личность обезоруживается в ином, не менее важном отношении: ум обнаруживает иллюзорность психологической защиты, тем самым резко снижая ее эффективность. Мост через Булак, перепутье – деталь-символ этой ситуации. Роман «На перепутье» - предвестник отхода от эстетики нормативности, развития принципов самовыражения и психологизма с элементами рецептивной эстетики, ориентирующейся на читательское восприятие.

Выражение внутреннего состояния персонажа является одним из важных составляющих элементов и в произведениях, написанных Ф.Амирханом после 1917 г. Среди них наименее исследованными до настоящего времени остаются рассказы «Случай из жизни» («Канвалардан берсе»), «Зулейха в театре» («Зулейха театрда»), «В Восточном клубе» (Шәрек клубында) (I, 331-350).

В рассказе «Случай из жизни» (1918 г.) действие происходит в один из дней после октябрьского бунта 1917 года. Ф.Амирхан, пользуясь словами рассказчика и не скрывая своего отрицательного отношения к чужаку – представителю новой, советской власти, наделяет его полными сарказма дополнительными приложениями: «прогрессист с белым воротником (I, 337), один из тысячей существующих ныне самых заурядных визирей просвещения, октябрьский герой, внедряющий в мир социализм, мартовский социалист, один из тысячи самодержцев, рожденных в России вместо Николая» (I, 339). Его образ создается у читателя благодаря набору описательных деталей, изображающих внешний вид, одежду, речь, манеру поведения. Представителя новой власти характеризуют и его вещи: портсигар, похожий на мыльницу, сигареты третьего сорта (I, 336). Реакция общества неизбежна, и в рассказе динамика событий сопровождается передачей внутреннего состояния персонажей. Наиболее полно передается писателем психологическое состояние Зулейхи. Оно выражено набором описательных динамических деталей, сопровождающих ход событий с начала до конца вечеринки. Так, через портретные и психологические детали, в рамках единичного события показана чуждость пролетарской культуры и ее последствия в обществе и частной жизни.

В рассказе «Зулейха в театре» (1921г.) все суждения об окружающем мире автор вкладывает во внутренний монолог героини, заставляя ее последовательно понять мир большевиков и их сторонников. Зулейха – внутренне независимая личность из числа тех, кто идет неизведанными духовными дорогами. Самостоятельность, дерзость мысли составляет обаяние героини. Ее конфликт с новым режимом - это конфликт свободной личности с властью невежества и деспотии. Люди в кожаных куртках для нее безнравственны, загнаны в рамки идеологических требований. Они олицетворяют пошлость, готовность навязать свою волю. В рассказе «В Восточном Клубе» (1921г.) присутствует печать незаконченности, недоговоренности. Действительность беспокоит Ф.Амирхана своей неполной определенностью, необходимостью строить предположения, отказываться от простого объяснения ради сложного. Это стиль, рассчитанный на то, чтобы провоцировать у читателя свои выводы, заключения и размышления. В данных рассказах Ф.Амирхан расширил социальную сферу действия, охватил новые круги общества, портретными, психологическими и вещными деталями показал социальные слои, которые ранее им не изображались. Он отходит от романтического идеала девушки, мечтающей о будущей прекрасной любви. Очевидно движение писателя от идентификации определенного слоя общества (памфлет-эссе «Татарка») через открытие ценности этого слоя (повесть «Хаят») – к определению трагической ценности отдельной личности самой по себе (рассказы о Зулейхе). Создание рассказов о Зулейхе знаменует собой качественно новый этап в раскрытии Ф.Амирханом внутреннего мира персонажа, в потребности писателя в творческом раскрепощении от идей просветительства, попытки выхода за границы общепринятого, разрешенного и догматизированного.

Четвертая глава – «Художественные детали в создании юмористических и сатирических образов» - посвящена анализу деталей образа Саматова в романе «На перепутье», Гисматуллы в рассказе «Мартовский герой» («Март каһарманы»), Шафигуллы в повести «Дядюшка Шафигулла».

Юмор в той или иной степени присутсвует во многих прозаических произведениях писателя. Одним из наиболее ярких образов, вокруг которого генерируются прочие политически окрашенные персонажи, является образ «народного трибуна» Саматова. Его «кхе-кхе» автор использует каждый раз при появлении этого постоянно занимающегося «самообразованием», с извечными книгами под мышкой персонажа. Подробное перечисление черт наружности, которые встречаются в экспозиционных деталях, уступает место краткой, выразительной детали, возникающей по ходу повествования.

В путаной речи Саматова обилие названий книг, множество имен, цитат из басен, которые он произносит для доказательства своих слов. В оценке Саматова точки зрения главного героя и автора совпадают: Хасана раздражает «образованность» Саматова, в перечислении наук и знаний, которыми он занимается, присутствует негативный оттенок автора, что никак не соответствует изображению просвещенного человека в его первых рассказах и повести «Хаят», и, казалось бы, противоречит эстетическим нормам просветительского реализма. Создав детализированный образ Саматова, Ф.Амирхан впервые в истории татарской литературы поставил вопрос: нужна ли такая просвещенность и такое рвение к общественной деятельности? В отличие от своих предшественников Ф.Амирхан представил область познания персонажа в качестве объекта критического отношения со стороны автора. Кроме того, в годы создания романа, 1911-1912 гг., он сумел увидеть ту часть молодежи, которой суждено было в 1917 г. и в последующие годы стать участниками массового красного террора. Пророческими звучат слова Саматова по отношению к Шарифу, который смел поспорить с ним по поводу политзаключенных: «Я запомню поступки того Шарифа. Он, пользуясь моей добротой, продолжает шутить надо мной. Подождем, пускай шутит, он услышит от меня неслыханные от отцов и дедов слова», - сказав это, Саматов поднялся и стал похаживать по комнате» (II, 236), как бы обдумывая свои планы. В 1924 г. в речи сына Шафигуллы в повести «Дядюшка Шафигулла» эти ростки индивидуального террора превращаются в угрозы экстремистской политической группировки29 .

Речь Шафигуллы отражает и его социальное положение, и индивидуальный характер, и склад мышления. Многое в речах Шафигуллы как бы откликается на стиль, которым написана повесть «Фатхулла хазрет» (1909-1910гг.) и одноименная комедия (1922г.). Счастье для Шафигуллы – это создание образа счастья: получение красного партийного билета, советская регистрация брака, название ребенка по имени лидера пролетарского движения и т.д. Героя характеризует также многочисленные русскоязычные заимствования, относящиеся к политической лексике. Голос автора не оценивает происходящее, а просто констатирует. Жанровое определение (дружеский шарж) является своего рода предупреждением читателю не принимать их за выражение авторского отношения к описываемому. Этим предоставляется читателям свобода: автор оставляет их один на один с произведением: «хотите - верьте, хотите – нет».

Жизнь Хисматуллы и Шафигуллы – это декорация, которая заслоняет собой действительность и создает ее ложный образ. Дело коммунизма живет и побеждает лишь в сознании его приверженцев. «Заверенные» именем Ленина положения воспринимаются механически, как неоспоримые истинные ценности. Художественные детали, характеризующие речь Шафигуллы, представляет собой варьирование набором готовых элементов, из которых состоит речь агитатора-пропагандиста советского времени.

Художественные детали образов Саматова, Гисматуллы и Шафигуллы сближают стиль произведений с языком постмодернистского произведения, для создания которого используется художественный, документальный, мемуарный, литературоведческий, культурологический материал, а монологи персонажей состоят из всевозможных цитат, комбинирования чужих, заимствованных текстов.

В заключении подводятся следующие итоги исследования:

1. В своем видении мира Ф.Амирхан в значительной мере отразил многовековые традиции татарской литературы в изображении внешности и внутреннего состояния персонажей, пейзажа, интерьера. Писатель, наследуя словесно-художественный опыт средневековой литературы, средствами художественной детализации изображает сферу верования, формы поведения и сознания, стиль общения, психологию, способы заполнения досуга, речевую культуру, бытовые привычки. В использованных Ф.Амирханом художественных деталях отражены углубление и усложнение национальных особенностей татарской литературы, что явилось следствием свободного учета писателем многовековых художественных достижений прошлого, расширяющего и умножающего возможности творческого выбора.

2. Художественные детали в прозе Ф.Амирхана свидетельствуют о разнообразии культурно-исторической реальности начала ХХ в. С одной стороны, они включают в себя обширный этнографический и исторический материал, что является важным источником для понимания менталитета того времени и для знания конкретных исторических обстоятельств. С другой стороны – обилие психологических деталей в изображении различных персонажей свидетельствуют о глубоком познании автором их мироощущений, взаимоотношений и взаимовлияний мировоззренческих основ на душевное состояние героев, на их самоосознание.

3. Художественная идея, концепция Ф.Амирхана, присутствующая в его произведениях, включает в себя направленный отбор и оценку автором определенных жизненных явлений, что находит отражение в использовании деталей портрета, пейзажа, вещных деталей и психологического состояния персонажей. Вместе с рациональным освоением, осмыслением реальности в прозе Ф.Амирхана имеет место, непреднамеренное выражение идеи, которое «приходит» в произведение от укорененных в обществе представлений непроизвольно, как бы минуя авторское сознание.

4. Принадлежность большинства главных героев произведений Ф.Амирхана к так называемой передовой части молодежи отнюдь не способствует их активной жизненной позиции, политическому и социальному самоопределению. Деталями портрета, пейзажа, психологическими деталями, вещными деталями Ф.Амирхан представляет читателю типизацию через исключительное и абсолютное, отражает особое внимание к индивидуальности, человеческой душе как сгустку противоречивых мыслей, страстей, желаний.

5. В прозе последних лет жизни писателя пребладают детали-символы, а также немногочисленные описательные детали, с помощью которых фиксируется трудноуловимое, неповторимо-мимолетное настроение, и в то же время эти детали значительны, емки и необычайно богаты содержанием. Ф.Амирхан сокращает количество необходимых ему деталей, и потому, что он одной или двумя деталями говорит о многом, повышается значение, меняется масштаб этой детали, она становится особенно значительной, синтетической, вбирающей в себя огромное жизненное содержание.

6. Художественные детали в произведениях татарской литературы ХХI в. продолжат традиции настоящего и прошлого этапов ее развития. Исследование форм художественной детализации за несколько веков (от этапа зарождения литературы до современного ее состояния) на примере творчества многих писателей способствовало бы гораздо более уверенным суждениям о прогрессе в литературе. Решение этой проблемы, некоторые аспекты которой отражены в рамках настоящего исследования, важно для понимания современного состояния поэтики и для проникновения в будущее.

^ Основные положения диссертации получили отражение в следующих публикациях автора:

  1. Закирова Л.Р. Художественные детали в «Современных рассказах» Ф.Амирхана/Л.Р.Закирова//Вестник Костромского гос.университета им.Н.А.Некрасова. – 2007. - № 1. – С.137-142.

  2. Закирова Л.Р. О детализации художественного мира в литературе/Л.Р.Закирова//Сборник статей и тезисов Второй Всероссийской научно-практической конференции «Стимулирование творческого саморазвития личности: психолого-педагогические аспекты». – Набережные Челны: НГПИ, 2004. – С.189-191.

  3. Закирова Л.Р. О диалектике освоения художественных ценностей/Л.Р.Закирова//Сборник статей и тезисов Второй Международной научно-практической конференции «Самосовершенствование, самореализация личности: психолого-педагогические аспекты». – Набережные Челны: НГПИ, 2004. – С.191-192.

  4. Закирова Л.Р. Художественная деталь в повести Ф.Амирхана «Хаят»/Л.Р.Закирова//Материалы Международной тюркологической конференции «Языки и литература тюркских народов: история и современность». – Елабуга, УГПУ, 2004. – С. 174-177.

  5. Закирова Л.Р. Ислам, гражданские свободы и права человека в прозе Фатиха Амирхана/Л.Р.Закирова//Сборник статей и тезисов региональной научно-практической конференции «Организация учебно-воспитательного процесса с учетом национально-регионального компонента образования». – Набережные Челны: НГПИ, 2005. – С.80-81.

  6. Закирова Л.Р. О некоторых аспектах портретной детализации в татарской литературе/Л.Р.Закирова//Сборник статей и тезисов третьей Международной научно-практической конференции «Стимулирование мотивации самосовершенствования, самореализации личности: психолого-педагогические аспекты». – Набережные Челны: НГПИ, 2005. – С. 134-137.

  7. Закирова Л.Р. Синкретизм исламского реформаторства и просветительства в прозе Фатиха Амирхана/ Л.Р.Закирова//Теория и практика в условиях модернизации образовательного пространства: научные труды. – Набережные Челны: НГПИ, 2005. – С.59-63.

  8. Закирова Л.Р. Традиции структурализма и стратегия чтения/Л.Р.Закирова//Актуальные вопросы науки: Тезисы и статьи аспирантов и соискателей. – Набережные Челны, НГПИ: 2005. – С.76-79.

  9. Закирова Л.Р. Художественные детали в романе Фатиха Амирхана «На перепутье»/Л.Р.Закирова//Фатих Амирхан: традиции и современность (Материалы межреспубликанской научной конференции, посвященной 120-летию со дня рождения Ф.Амирхана) – Казань: ТГГПУ, 2006. – С. 127-137.

  10. Закирова Л.Р. Художественная деталь в истории татарской литературы/Л.Р.Закирова//Самосовершенствование, самореализация личности: психолого-педагогические аспекты. Сб. статей и тезисов Четвертой международной научно-практической конференции. Секция 3. Роль родного языка и литературы в самосовершенствовании и самореализации личности/Под ред. Н.Ш.Чинкиной – Набережные Челны: НГПИ, 2007. – С.278-288.

1 Храпченко М.Б. Историческая поэтика: принципы исследования//М.Б.Храпченко. Познание литературы и искусства. Теория. Пути современного развития. - М.: Наука, 1987. - с.472.

2 Галимуллин Ф.Г. Башкаларны яратыйк, үзебезчә яшик.// Ф.Г.Галимуллин. Офыкларны алдан күреп. Тәнкыйть мәкаләләре. – Казан: Татар. кит. нәшр., 1995. – 171-181б.; Галимуллин Ф. Г. Бөек затларга күләгә төшми/ Фоат Галимуллин. - Мәдәни җомга. – 2006. - №4 – 11б.; Галимуллин Ф.Г. Фатих Әмирхан һәм тәнкыйть//Фоат Галимуллин. Эзләнү вакыты. – Казан: Мәгариф. – 2005. – 185-195 б

3 Вәлиев Н.М. Фатих Әмирхан: Билгесез сәхифәләр/Н.М.Вәлиев//Татарстан. – 2005. – № 10. - 53-55б. Его же: Фатих Әмирханның рухи мирасы/Н.М.Вәлиев. – Казан: Фән. – 2005. – 196 б.; Фатих Әмирхан һәм совет хакимияте/Н.М.Вәлиев//Фатих Әмирхан: Традицияләр һәм заманчалык: Фатих Әмирханның тууына 120 ел тулуга багышланган республикаара фәнни-гамәли конференция материаллары. – Казан, 2006. – 48-68 б.

4 Гайнуллин М.Х. Әдип-гражданин/М.Х.Гайнуллин. Татар әдипләре (Иҗат портретлары.) – Казан: Тат.кит.нәшр., 1978.- 217-229 б.

5 Нигматуллина Ю.Г. Психологический механизм формирования эстетического идеала.//Ю.Г.Нигматуллина. Национальное своеобразие эстетического идеала. – Казань: Изд-во Казанск. ун-та. – 1970. - 212с. Ее же: Типы культур и цивилизаций в историческом развитии татарской и русской литератур / АН Татарстан; Науч ред. М.Х.Хасанов. – Казань: ФЭН. - 1997. – 191с.

6 Сайганов А.Д. У истоков эстетики реализма. Эстетика Фатиха Амирхана и ее место в развитии татарской реалистической литературы./А.Д.Сайганов. - Казань: Таткнигоиздат, - 1982

7 Нуруллин И.З. Фатих Әмирхан (1886-1926)/И.З. Нуруллин – Казан: Татар. кит. нәшр., 1988. – 280 б.

8 Яхин А. Әсәргә ничек анализ ясарга?/А.Яхин//Мәгариф. – 1999. - №10. – 2000. - №2.

9 Әхмәдуллин А. Ф.Әмирханның «Шәфигулла агай повесте.//А.Әхмәдуллин. Офыклар киңәйгәндә. Әдәби тәнкыйть мәкаләләр. – Казан: Тат.кит.нәшр. – 2002. – с.161-169.

10 Гарапшина Л.Р. Сатирическое творчество Фатыха Амирхана (эпоха и герой): Автореф… канд. филол. наук/Л.Р.Гарапшина; ИЯЛИ; Науч.рук.Н.Г.Ханзафаров. – Казань, 2004. – 26с.

11 Никишина С.Р. Проблема феминизма в татарской литературе начала ХХ в.: (Эволюция творческого метода и героя)/С.Р.Никишина. Елабуж.гос.пед.ун-т. – Елабуга: ЕГПУ, 2004 – 126 с.

12 Гайсин Р.М. Модель татарского мира в произведениях Фатыха Амирхана.//Тюркологический сборник. Выпуск II. Материалы Международной тюркологической конференции «Языки и литература тюркских народов: история и современность». Секция «Фольклор и литература тюркских народов. /Под ред. Н.М.Валеева, А.Т.Сибгатуллиной. - Елабуга, ЕГПУ, 2004. – с.168-173.

13 Ганиева Р.К. Фатих Әмирхан иҗатында модернистик мотивлар/Р.К.Ганиева//Фатих Әмирхан: Традиция һәм заманчалык: Фатих Әмирханның тууына 120 ел тулуга багышланган республикаара фәнни-гамәли конференция метериаллары/ Баш ред. Ф.Г.Галимуллин. – Казан, 2006. – 12-23 б. Ее же: Художественные поиски Фатиха Амирхана.//Р.К.Ганиева. Татарская литература: традиции, взаимосвязи. – Казань: Изд-во КГУ. - 2002.- с.92-100.

14Заһидуллина Д.Ф. Дөнья сурәте үзгәрү: ХХ йөз башы татар әдәбиятында фәлсәфи әсәрләр /Д.Ф.Заһидуллина. – Казан: Мәгариф, 2006. – 191 б. Ее же: Дөнья сурәте үзгәрү: ХХ йөз башы татар әдәбиятында фәлсәфи әсәрләр: Монография /Д.Ф.Заһидуллина. – Казан: Мәгариф, 2006. – 191 б.

15 Заһидуллина Д.Ф., М.И.Ибрагимов, В.Р.Әминева. Әдәби әсәргә анализ ясау. – Казан: Мәгариф, 2005. – 111 б.

16 Фатих Амирхан: традиции и современность (Материалы межреспубликанской научной конференции, посвященной 120-летию со дня рождения Ф.Амирхана)/Под ред. Ф.Г.Галимуллина. – Казань, 2006. – 163 с.


17 Бройтман С.Н. Стадиальность развития литературы/ С.Н.Бройтман// Введение в литературоведение/Под. ред. Л.В.Чернец. – М.: Высш. шк., 2004. – С. 594- 603.

18 Кормилов С.И. Деталь/С.И.Кормилов//Литературная энциклопедия терминов и понятий/Гл.ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М., 2003. Его же: Деталь художественная/ С.И.Кормилов // Современный словарь-справочник по литературе/Сост. и научн. ред. С.И.Кормилов. - М., 2000.


19 Хализев В.Е. Литературное произведение//В.Е.Хализев. Теория литературы. - М.:Высш. шк., 2002. - С. 305.

20 Чернец Л.В. Деталь//Введение в литературоведение: Учебное пособие/Л.В.Чернец, В.Е.Хализев, А.Я.Эсалнек и др.; Под ред. Л.В.Чернец. - М., Высш.шк., 2004.- с.294.


21 Есин А.Б. Принципы и приемы анализа литературного произведения/А.Б.Есин. - М.: Флинта: Наука. - 2003. –с.75-76.

22 Заһидуллина Д.Ф. Татар әдәбияты. Теория/Д.Ф.Заһидуллина, Ә.М.Закирҗанов, Т.Ш.Гыйләҗев. Татар әдәбияты: Теория. Тарих. – Казан: Мәгариф. - 2004. – 29 б.

23 Кухаренко В.А. Интерпретация текста/В.А.Кухаренко. – М.:Просвещение, 1988. – с. 113-116.

24 Хатипов Ф.М. Әдәбият теориясы/Ф.М.Хатипов – Казан:Раннур, 2002. – 41 б.

25 ЮркинаЛ.А. Портрет//Введние в литературоведение:Учебное пособие/Л.В.Чернец, В.Е.Хализев, А.Я.Эсалнек и др.; Под ред. Л.В.Чернец. – М.:Высш.шк., 2004. - с.258-259.

26 Коточигова Е.Р. Вещь/Е.Р.Коточигова//Введение в литературоведение / Под ред Л.В.Чернец. – М.: Высш.шк., 2004. – с.281; Себина Е.Н. Пейзаж / Е.Н.Себина // Введение в литературоведение/Под ред. Л.В.Чернец. – М.: Высш. шк., 2004. – 266.

27 Есин А.Б. Принципы и приемы анализа литературного произведения/А.Б.Есин. - М.: Флинта: Наука. - 2003. –с.76.


28 Здесь и далее в круглых скобках даются ссылки на том (римская цифра) и страницу (арабская цифра) четырехтомного собрания сочинений Ф.Амирхана: Фатих Әмирхан. Сайланма әсәрләр. Дүрт томда. – Казан: Тат.кит.нәшр., - 1984, 1985, 1986, 1989.

29 Әмирхан Ф. Шәфигулла агай//Ф.Әмирхан. Әсәрләр. – Казан: Мәгариф, 2002. – 213 б..






Скачать 413,72 Kb.
оставить комментарий
Закирова Лилия Рашитовна
Дата24.09.2011
Размер413,72 Kb.
ТипЛитература, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх