Учебное пособие Издательство Томского политехнического университета томск- 2008 icon

Учебное пособие Издательство Томского политехнического университета томск- 2008


1 чел. помогло.

Смотрите также:
Учебное пособие Издательство Томского политехнического университета томск- 2008...
Учебное пособие Издательство Томского политехнического университета Томск 2007...
Учебное пособие Издательство Томского политехнического университета Томск 2007...
Редакционно-издательским советом Томского политехнического университета Издательство Томского...
Редакционно-издательским советом Томского политехнического университета Издательство Томского...
Учебное пособие Издательство Томского политехнического университета Томск 2010...
М. В. Иванова Томск: Издательство Томского политехнического университета, 2008. 177 с...
Учебное пособие Издательство Томского политехнического университета 2009...
Редакционно-издательским советом Томского политехнического университета Издательство Томского...
Учебное пособие подготовлено на кафедре философии Томского политехнического университета и...
Учебное пособие: лабораторный практикум Издательство Томского политехнического университета 2010...
Учебное пособие Рекомендовано в качестве учебного пособия Редакционно-издательским советом...



страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
вернуться в начало
скачать
Тема 10

^ ПОЛИТИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА КНР


  1. Традиционные основы и черты китайской политической культуры.

  2. Современное общественное сознание и идеология в Китае.




  1. Традиционные основы и черты китайской политической культуры


Считается, что на становление политической культуры Китая важное влияние оказали два фактора:

1) патриархально-клановая структура общества, в которой роль и ценность личности определялись соображениями ее социальной (клановой) полезности, местом ее в иерархии семейно-родственных связей, а государство представлялось в качестве суперпатримонимии;

2) особенности хозяйственной деятельности, основу которой сос-тавляла необходимость массовых общественных работ по строительству и содержанию аграрной и транспортной инфраструктуры.

Эти два фактора породили такие черты политической культуры, как

1) обязательное подчинение младшего (по возрасту или социаль-ному статусу) старшему;

2) полное превалирование интересов коллектива (общества, семьи, клана, государства) над интересами личности;

3) рутинную социально-политическую пассивность;

4) возможность социального возвышения индивидуума на основе защиты интересов своего социума и при условии его поддержки.

Так, наличие в старом Китае строгой иерархичной лестницы государственных чинов, с присущими каждой из ступени своего набора привилегий и обязанностей, привело к тому, что в сознании китайцев традиционным важным было определить, кто над кем стоит. В результате в политической культуре китайцев отношения между равными вызывают даже больший дискомфорт, чем отношения между выше и нижестоящими. Эта проблема имеет место и сегодня.

Исторически бюрократическая номенклатура в Китае традиционно формировала свой особый элитарный круг, доступ куда, правда, не был ограничен клановыми рамками. Но при этом каждый входивший в него должен был придерживаться строго определенных правил и регуляций, независимо от социального положения. Специфика конфуцианской модели политической культуры состоит в том, что авторитет руководителя (верховного правителя или местного начальника) обусловливается наличием у него высоких добродетелей, а подтверждать это он обязан каждодневной деятельностью на благо других и соблюдением соответствующих должностных ритуалов.

Специалистами признано, что такая модель политической организации породила и закрепила следующие элементы политической культуры:

1) приоритет морально-этических норм управления над формаль-ными и юридическими;

2) довольно высокую степень социальной мобильности при консервации основ сложившейся политической системы;

3) строгое соблюдение служебной субординации;

4) представление о правителе как о высшем воплощении доброде-тели, которая вообще-то и легитимирует его позицию руководителя, и, реализуя которую, он управляет.

Традиционной культурой, фундированной на сущностных компонентах конфуцианства, таким образом, подчеркивается, что главное – это коллектив (общество, государство), а не отдельный индивид, который в конечном итоге рассматривался не как таковой, а как член общества.

Поскольку, в отличие от западной, в китайской традиционной культуре упор делался не на независимое свободное существование индивидуальной личности, а на подчиненность человека обществу и его долга перед общественной группой, то в результате в области политики эта концепция стала теоретической основой автократического правления.

Но не только конфуцианство формировало традиционную политическую культуру. Важное воздействие на нее оказал легизм и его основные доктрины. Среди них:

1) систематическое обновление государственного аппарата путем выдвижения чиновников;

2) концепция равных возможностей, четкая градация внутри самого правящего класса;

3) унификация мышления чиновничества;

4) цензорский надзор, круговая порука и личная ответственность чиновника.

В традиционной политической культуре обнаруживается и влияние даосизма, из которого была заимствована концепция «управление недеянием». Она подразумевала, что правитель должен одним примером собственных достоинств управлять народом, а не навязывать ему свою волю. Тогда и государство будет хорошо управляться собственным порядком.

В литературе политическую культуру Китая нередко называют как «компромиссную». Причиной такого обозначения являются стереотипы социального поведения китайца. Оно (поведение) определяется соотношением двух основных функций:

1) демонстрационной, обусловленной требованиями официаль-ной конфуцианской культуры;

2) латентной, исходящей из стремления к достижению поставлен-ной цели любой ценой.

В относительно стабильной ситуации доминирует демонстратив-ная функция, когда основная часть общества придерживается общепринятой модели поведения. В обстановке кризиса на первый план выступает латентная функция, превращаясь нередко в сильный дестабилизирующий фактор.

Устойчивость традиций способствует сохранению в политической культуре Китая ряда представлений о нормах и формах политической жизни. Одним из таких наиболее устойчивых явлений является институт связей (гуаньси), существование которого связано прежде всего с патриархально-клановым характером китайского общества.

Структура межличностных отношений в традиционном обществе формировалась за счет разделения на своих и чужих в представлении отдельно взятого человека. Граница здесь проходила, в первую очередь, по линии кровного родства. Земляческие связи, в свою очередь, также являлись проекцией кровно-родственных отношений. В подобных условиях порядок поддерживался главным образом за счет устоявшихся морально-этических норм и обычаев. Поэтому основным способом разрешения противоречий были не юридические и судебные нормы (как на Западе), а моральное воздействие на конфликтующие стороны с целью поиска справедливого решения. Отчасти этим объясняется, что в Китае в области юриспруденции существовало такое явление, как особое внимание к уголовным делам и пренебрежение гражданскими. В условиях всеобщего правового индифферентизма институт гуаньси, возможность апелляции к старшему по должности или статусу члену своего социума служила важным средством защиты интересов индивида, социальной или административной единицы.

Гуаньси в Китае до сих пор является существенным каналом социальной коммуникации и не только по горизонтали, но и по вертикали: между высшими и низшими стратами общества, центром и местами, а также инструментом подбора кадров и административного управления.

Система гуаньси буквально пронизывает все сферы китайского общества, начиная с бытовой до политической. Принадлежность к той или иной системе связей определяет и характер воззрений индивида, в том числе и в политической области: любая политическая инициатива китайца сопровождается поиском соответствующей опоры за счет налаживания связей среди людей своего круга. Причем степень личного знакомства практически не важна: первейшую роль играет именно принадлежность к данному социуму.

Издавна частные взаимоотношения с учетом их значимости определяются следующим порядком взаимоотношения: 1) отца и сына; 2) братьев; 3) учителя и ученика; 4) покровителя и покровительствуемого; 5) членов клана и родственников в широком смысле; 6) родственников по брачным связям; 7) названных братьев; 8) начальника и непосредственных подчиненных; 9) уроженцев одного уезда и области; 10) сослуживцев; 11) уроженцев одной провинции; 12) товарищей по школе.

Правда, в последнее время система гуньси вызывает недовольство, как среди рядовых китайцев, так и среди чиновничества. Так, считается, что среди причин массовых выступлений 1989 г. было и возмущение укоренившейся практикой «блата». Китайское руководство выражает готовность бороться с этим «феодальным» пережитком, но гуаньси, как и некоторые другие проявления традиционной политической культуры, невозможно искоренить в одночасье, оно еще долго будет оказывать влияние на политическую жизнь в Китае.

В этом же русле следует рассматривать и упоминавшейся уже институт советников или «старцев», как его называют в самом Китае. Известно, что вышедшие в отставку ветераны КПК из числа крупных руководителей нередко обладают гораздо большим влиянием, чем формальные руководители, более молодые по возрасту. Эта ситуация наблюдается как в провинциальном звене партуправления, так и в высшем эшелоне партийно-политической власти. Причиной тому являются устойчивые личные связи, сформировавшиеся за годы работы в руководстве КПК.

С началом периода открытости в ХIХ в. Китай познакомился и с западными идеями, включая либерализм и социализм в лице марксизма. Последний оказался легко воспринимаемым китайским традиционным обществом. Причина этого – в схожести некоторых марксистских постулатов с элементами традиционной политической культуры китайцев: коллективизм, эгалитаризм, социальный утопизм, легитим-ность свержения «плохой» власти и др.

Таким образом, к числу наиболее устойчивых черт традиционной политической культуры Китая, которые в наибольшей степени воспроизводятся в современном обществе, можно отнести следующие:

1) приоритет государства над обществом;

2) патерналистическое восприятие государства и его верховного правителя;

3) критическое отношение к индивидуалистической ориентации, приоритет коллектива перед индивидом, коллективное существование человека;

4) приоритет морально-этических норм управления над юридичес-кими и формальными;

5) представление о верховном правителе как о воплощении добро-детели;

6) социально-политическая пассивность, готовность участвовать в инициированном сверху движении;

7) безусловное подчинение младшего старшему, строгая иерархия государственных чиновников, большое значение кровно-родственных отношений;

8) компромиссность политического мышления;

9) восприятие себя китайцами как объектами, а не субъектами власти.


  1. ^ Современное общественное сознание и идеология в Китае


Общественное сознание в КНР представляет собой сложную идеологическую конструкцию, составленную из гетерогенных элементов. В результате двухтысячелетнего господства феодализма в Китае его влияние на общественное сознание по-прежнему велико. Недаром, в свое время Дэн Сяопин признавал, что старый Китай оставил в наследство современному обществу намного больше традиций феодальной деспотии, чем традиций демократии и законности.

Столетиями в китайском обществе преобладало представление о политической власти, как о «власти человека», т.е. одного лица. В условиях разгула правового нигилизма (с конца 1950-х гг.) полностью исчезло представление о «власти закона», появившееся еще в древнем Китае. В дальнейшем «власть закона» стала применяться как инструмент для подчинения народа власти правителя. В результате правосознание граждан было крайне низким или отсутствовало вообще. А низкий уровень правосознания неизменно служит причиной низкой общественной активности граждан. Потому, по оценкам китайских ученых, в сознании народа сформировались застарелые стереотипы мышления, исключающие, к примеру, возможность политического равноправия рядовых граждан и номенклатурных работников. Стереотипом сознания стало понимание возможности подмены законов властными распоряжениями должностных лиц любых уровней. Отсюда сложилась традиция и обычай нарушения законов, подменяемых устными указаниями или письменными предписаниями руководящих кадров. В правосознании членов китайского общества укоренились догмы-стереотипы, например, такие, как «власть выше закона», «власть вместо закона», «слово вместо закона». В общественном сознании все еще существует убеждение, что обладание властными полномочиями само по себе создает привилегии, в числе которых и независимость от закона. В традиционном представлении китайского чиновника любого ранга, законы существуют лишь для управления народом, а сам он стоит над законом и не подвержен каким-либо ограничением с его стороны.

Влиянием негативных стереотипов общественного сознания объясняется широкая распространенность в КНР различного рода противоправных действий граждан, партийных работников и государственных должностных лиц. В Китае, например, повсеместно нарушается Лесной кодекс (принят в 1979 г.), Закон об охране окружающей среды, Закон о браке и др.

Традиционная правовая культура китайского общества создавалась на основе закрепленной в общественном сознании ряда поколений феодальной политической культуры, составившей одну из черт устойчивой национальной психологии, определявшей характер ценностных представлений большей части общества.

Примером традиционной формы общественного сознания являются взгляды на отношение между государством и обществом, основу которых составляет твердое убеждение, что всякое решение, принятое государством (его органом или должностным лицом), стоит по своему юридическому статусу неизмеримо выше, чем какой-либо акт народного волеизъявления.

В Китае давно стало традиционным обращение к морально-нравственным принципам, а не к писаным законам. И если возникает необходимость выбора между применением закона и традицией, общественное мнение предпочтет последнюю. Такого рода традиционное почитание морали и признание второстепенности права воспроизводилось из поколения в поколение и сохранилось и ныне. На уровне обыденного сознания нравственным признается выполнение в первую очередь морального долга перед близкими или знакомыми, но не перед законом. Потому в Китае нередки случаи, когда, если обвиняемым в суде становится близкий друг, земляк, одноклассник или сослуживец должностного лица, то это лицо считает своим долгом выгородить обвиняемого. Такого рода сознание побуждает людей вступать в неформальные общественные связи. Под влиянием традиционных форм политического сознания и культуры сложилась своеобразная структура общественных интересов. Специфическим проявлением традиций служит местнический протекционизм, семейственность, кумовство.

Коммунистический режим в КНР времен Мао Цзедуна чрезвычайно большое внимание уделял целенаправленной социализации граждан, осуществлял массированную пропагандистскую и идейно-воспитательную работу, внедряя в общество революционные ценности. Ему удалось, к примеру, трансформировать традиционную для стиля китайского публичного дискурса приверженность к гармонии и поиску взаимоприемлемого компромисса коммунистическую риторику, проникнутую идеями классовой борьбы. В период «культурной революции» рядовые китайцы вполне умело пользовались трескучей идеологической риторикой, в том числе и для того, чтобы расправиться с неугодными им людьми – легко навешивались ярлыки врагов, контрреволюционеров, ревизионистов и другие.

В современных условиях в качестве важнейшей цели политической социализация КПК видит обеспечение пассивной поддержки правящего режима и лояльности политическому строю. Изменилась и стилевая манера социализации: она стала гораздо менее напористой и навязчивой.

По оценке Чжао Сюйши, период современных реформ в КНР начался с подъема антитрадиционализма. Когда Китай стал открываться миру, а мир – китайцам, многие из них испытали шок от своей отсталости. Мыслящие люди задавались вопросом: почему за 30 лет социалистического развития Китай так и не сумел преодолеть отсталость. Поскольку открытая критика коммунистической системы была невозможна, то она (критика) сосредоточилась на культурном наследии и национальном характере и в определенной степени принимала характер национального нигилизма. Китайская классика клеймилась как «феодальная культура» – носитель абсолютизма, узкомыслия и застоя.

Но антитрадиционализм сошел на нет после 1989 г. Нигилизм и вестернизм стали изживаться, а на первый план вышла идея национального величия. В условиях, когда марксизм-ленинизм уже не мог обеспечить поддержку народа, было решено опираться на китайский национализм, идейным основанием которого должны были стать специально отобранные традиционные культурные ценности. Таковыми признавались прежде всего освященные конфуцианской традицией:

1) коллективизм и дисциплинированность, которые были провозглашены национальными чертами китайского народа;

2) сильное государство – принцип сильной власти как гарантия от политического распада, вплоть до необходимости в отдельных случаях «железной руки».

На этой основе реабилитировались некоторые исторические личности. Например, Цзэнь Гофань, подавивший восстание тайпинов, стал рассматриваться как национальный герой, а Мао Цзедун стал подаваться как «великий патриот».

Аналитики отмечают высокий и устойчивый интерес в Китае к фигуре Мао Цзедуна. Особенно это стало заметно в 110-ю годовщину его рождения (декабрь 2003 г.). Она была ознаменована выходом огромного количества книг, фильмов о Мао. В селе Шаошань был открыт мемориальный зал в его честь. Официальный статус Мао Цзедуна как основателя КНР – ныне одной из великих держав –дополняется массовой оценкой его как Великого Вождя китайского народа. Среди прочих причин, объясняющих такое почтительное отношение к нему даже со стороны тех, кто чудом пережил его эксперименты, называют и недовольство людей ростом коррупции, расслоения, неправедного обогащения. При Мао, искренне полагают они, такого не было бы.

За годы реформ в массовом общественном сознании Китая не могли не произойти определенные и весьма противоречивые сдвиги. Идеологическая палитра современного Китая достаточна сложна. Несмотря на идеологические и политические «зачистки», среди части интеллектуальных и деловых кругов имеются настроения в пользу реальной демократизации общества. Одновременно наблюдается, что уже отмечалось, определенный «ренессанс» маоизма. Китайцы проявляют интерес и другим альтернативным мировоззренческим системам, в том числе нетрадиционным и неотрадиционным религиозным. Ярким примером является ситуация с движением Фалуньгун.

Идеологическое влияние КПК теперь не столь очевидно, можно говорить даже и об определенном кризисе «официальной» идеологии, поскольку она не может удовлетворить ни новые социальные группы и слои, появившиеся в результате реформ, ни те слои и группы, которые дискриминированы этими реформами.

Возможности для идеологического влияния у сторонников разных взглядов очень не равны. Носителям демократических ценностей вход в официальные СМИ закрыт полностью. Их позицию можно узнать из Интернет-форумов: это экономическая и политическая либерализация, встраивание Китая в мировую глобальную систему, идеологический плюрализм, реальная многопартийность. По идее, взгляды такого рода должны соответствовать умонастроениям «нового среднего класса», который рано или поздно будет стремиться к политическому участию и выражения своих интересов. Но не все так просто. Элементы традиционного китайского мировоззрения, удачно интегрированные КПК в свою идеологию, тормозят распространение либеральных идей даже в самых «продвинутых» слоях китайского общества. Речь идет о доминировании великодержавных, китаецентричных установках, отрицании первичности роли индивида, априорном уважении к любой власти и т.д.

За годы реформ в Китае несколько раз наблюдался всплеск интереса к «левым» установкам с их резко отрицательным отношением к капитализму-империализму, эксплуатации, материальной несправед-ливости и т.д. Понятно, что такая противоречивая идеологическая ситуация в Китае – это прямое и естественное следствие процесса реформирования.

В период реформирования и в связи с падением влияния и авторитета коммунистической идеологии и возрождением национальных чувств китайцев КПК столкнулась с необходимостью найти для себя новую основу идеологической легитимности для собственной власти и очевидно представить себя в патриотическом свете.

В современном Китае осуществляются изыскания в области идеологии, идет осмысление применительно к новым условиям истории социалистических учений, сущности марксизма, ленинизма. Вновь, как и в начале реформ, остро ставится вопрос об идеологических основаниях и целях преобразований, высказываются опасения о размывании социалистической сути общественного строя.

Так, летом 2005 г. в КНР развернулась дискуссия о месте марксизма в преподавании и исследовании экономической теории внутри страны. Известный экономист Лю Гогуан выступил с резким заявлением о том, что в Китае западная мысль уже вытеснила марксизм в экономической науке, а это уже может угрожать социалистическим устоям китайского общественного строя и власти КПК в целом. Он также подчеркнул, что «буржуазное перерождение» китайской экономической мысли грозит увести все преобразования в капиталистическом направлении, что реформа допускает «расхищение» госимущества элитой в интересах народа и лишает китайский социалистический строй его основы. Лю Гогуан высказал также предупреждение, что любые попытки ослабить и убрать марксизм могут ослабить руководство партии, изменить социалистическое направление Китая (См.: ПДВ. – 2006. –№5).

Новые идеологические концепции («социализм с китайской спецификой», «трех представительств», «гармонического социалистического общества»), равно как и масштабная идея «мирного возвышения Китая» могут рассматриваться как важная подготови-тельная работа по формированию новой идеологии для всей китайской нации. ХVI съезд КПК поставил задачу культивирования великого национального духа китайской нации, ядром которого является патриотизм.

Один из важнейших элементов современного самосознания – убеждение, что Китай уверенно идет к превращению в подлинно мировую силу, одну из (если не самую) ведущих держав современности. Надо признать, что такая уверенность специально культивируется. Как отмечают Л.С. Переломов (д. и. н., ИДВ) и А. Ломанов (д. и. н., ИДВ), руководство и идеологические институты страны обдуманно стараются превратить такое самосознание и усиливаемое им чувство национального достоинства и национальной гордости в общена-циональный политический, идейный и психологический фактор. Он призван способствовать более эффективному выполнению амбициоз-ных планов ускорения модернизации для превращения Китая в развитую могучую страну и внесения более весомой лепты в прогресс человечества.


^ Вопросы и задания:

  1. Назовите и охарактеризуйте базисные основы политической культуры Китая.

  2. Вычлените традиционные элементы в современной политической культуре Китая.


Использованная и рекомендуемая литература:

Аллаберт А.В. Роль конфуцианских ценностей в формировании морально-нравственного облика современного китайского руководителя // Восток. – 2005. – № 4.

Амин Самир. Послемаоистский Китай: сравнение с посткоммунистической Россией. Реферат // Социальные и гуманитар-ные науки за рубежом. «Китаеведение». – 2001. – № 1.

Барский К.М. Китай: компромисс неформальных группировок // Восток. – 1996. – № 3.

Галенович Ю. К вопросу о национальном самосознании китайцев к к. ХХ в. – М.: Муравей, 1999.

Горбунова С. Идеологические интерпретации социальной роли религии и буддизма в КНР // ПДВ. – 2005. – № 2.

Делюсин Л. Модернизация и учение Конфуция // Азия и Африка сегодня. – 2001. – №7.

Национальное величие и национализм в нынешнем Китае. Реферат // Социальные и гуманитарные науки за рубежом. «Китаеве-дение». – 2001. – № 2.

Переломов Л. С. Конфуцианство и легизм в политической истории Китая. – М.: Главная редакция Восточной литературы издательства «Наука», 1981.

Переломов Л.С., Кожин П.М., Салтыков Г.Ф. Традиции в социально-политической жизни Китая // ПДВ.– 1983. – № 1.

Политическая культура: теория и национальные модели. – М.: Интерпракс, 1994.

Тэн Вэньфан. Политические и социальные тенденции в городах Китая после ухода Дэн Сяопина: кризис или стабильность. Реферат // Социальные и гуманитарные науки за рубежом. «Китаеведение». –2003. –№ 1.

Традиции в общественно-политической жизни и политической культуре КНР. – М.: Наука, 1994.






оставить комментарий
страница8/11
Дата24.09.2011
Размер2,54 Mb.
ТипУчебное пособие, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
отлично
  2
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх