Мусульмане на территории восточной сибири во второй половине XIX начале XX веков icon

Мусульмане на территории восточной сибири во второй половине XIX начале XX веков


Смотрите также:
Н. А. Константинова Система управления мусульманским населением Восточной Сибири во второй...
Женщин а в беспоповском старообрядческом сообществе во второй половине XIX начале XX вв...
Женское движение в сибири во второй половине XIX начале XX вв...
Урок на тему: «Культура тверского края во второй половине XIX начале XX в.»...
Социальное служение православной церкви во второй половине XIX начале XX веков (на материалах...
Деятельность земских учреждений Курской губернии по развитию народного образования во второй...
Вклад русских ученых в формирование и развитие естественных наук таджикистана во второй половине...
Урок Дата
Хлыстовское движение в росссии во второй половине XIX начале XX века. 07. 00...
Программа учебной дисциплины становление неклассической философии во второй половине XIX...
А. И. Герцен в российском общественном движении XIX в...
Вопросы к экзамену по истории Социально-экономическое развитие России во второй половине XIX...



Загрузка...
скачать



На правах рукописи


Константинова Наталья Александровна


МУСУЛЬМАНЕ НА ТЕРРИТОРИИ ВОСТОЧНОЙ СИБИРИ

во второй половине XIX –начале XX веков


Специальность 07.00.02 – Отечественная история


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук


Иркутск


2007


Работа выполнена на кафедре Истории России исторического факультета Иркутского государственного университета


Научный руководитель:

доктор исторических наук, профессор Дамешек Л.М.


^ Официальные оппоненты:

доктор исторических наук, профессор Ч.Г. Андреев

кандидат исторических наук, доцент Н.В. Сметнева


Ведущая организация:

Байкальский Государственный Университет Экономики и Права


Защита состоится 23 ноября 2007 года в 10.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.074.05 при Иркутском государственном университете (664003, Иркутск, ул. Карла Маркса,1)


С диссертацией можно ознакомиться в региональной научной библиотеке Иркутского государственного университета (664003, Иркутск, бул. Гагарина, 24)


Автореферат разослан 16 октября 2007 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат исторических наук, доцент Г.В. Логунова


^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ


Актуальность исследования


В силу сложившихся исторических условий Россия превратилась в многонациональную империю с единым, великорусским центром. В настоящее время значение отношений России с миром ислама сложно переоценить. Россия сама является частью этого мира. Сегодня ислам исповедует около 12,5% населения Российской Федерации. Традиционно велик вклад мусульман в духовную и культурную жизнь российского общества. Растет удельный вес мусульман в предпринимательских кругах, активизируется участие инонациональных мусульманских диаспор в экономической жизни страны.

Актуальность данного исследования для настоящего времени подчеркивается тем, как из исторического прошлого нашего государства могут быть востребованы способы мирного сосуществования и слияния противоположных культур с учетом сохранения национального самосознания. Работа напоминает современникам о существовании еще в XIX веке таких актуальных для общества на сегодняшний день проблем, как межэтнические конфликты и националистические настроения, демографические проблемы, вопросы правового статуса отдельных этнических групп в обществе, и способы их решения с учетом ошибок прошлого.

Отметим, что данная тема сопрягается с другими актуальными проблемами, такими, как «инородческий вопрос», тема национализма, а также исследованием отдельных этнических диаспор региона, таких как чеченская, черкесская, татарская и тому подобные.

В отечественной исторической науке существует немало исследований посвященных изучению и специфике таких диаспоральных групп на территории России и Восточной Сибири, в частности, как еврейская, польская, корейская, китайская диаспоры.

Специфика же нашего исследования состоит в том, что мусульмане в Восточной Сибири представляли собой многокомпонентный, в этническом отношении, конгломерат. Говоря о мусульманском сообществе в Восточной Сибири, разнородном, подчас парадоксальном, мы не вправе говорить о единой диаспоре, не находя достаточных оснований и соответствий самой сущности и эвристическому значению этого явления.

^ Объектом исследования являются мусульмане на территории Восточной Сибири.

Предметом исследования является роль мусульман в демографических, социально-экономических и социокультурных процессах развития Восточной Сибири. Определяя одним из предметов изучения численность мусульман приблизительно в столетний отрезок времени, мы имеем возможность представить ее наиболее полно и показать ее реальную динамику.

^ Территориальные рамки работы охватывают восточно - сибирский регион, включая в соответствии с принятым до революции 1917 года административно-территориальным делением Енисейскую, Иркутскую губернии, Забайкальскую и Якутскую области.

^ В хронологическом отношении исследование охватывает период второй половины XIX- начала XX веков. Начало периода связано с появлением мусульман в Восточной Сибири и их заметной численностью.

^ Изученность темы

Проблема мусульман в Восточной Сибири не являлась предметом специального изучения, поэтому специфика темы исследования подразумевает историографический анализ основных работ, посвященных истории ислама в России, с одной стороны, и рассмотрение работ, сюжеты которых касаются положения «инородцев» в Сибири, с другой.

Появление исследований первой группы было во многом спровоцировано политическими причинами, а именно распадом СССР, межэтническими конфликтами в Северо – Кавказском регионе, а также подъемом мусульманского движения в общемировом масштабе, многочисленными военными конфликтами на территории исламского мира, всплеском террористических актов во всем мире. Все эти события неизбежно способствовали острейшему интересу к мусульманкой тематике как в России, так и за рубежом. Однако в России интерес к этой проблеме был связан с тем, что мусульмане являются и являлись на протяжении нескольких столетий неотъемлемой частью Российского общества. В связи с этим, возник научный интерес к изучению истории мусульманских народов прежде всего на исторической родине российских мусульман: в южных районах, Северо-Кавказском регионе. Исследования же касающиеся изучения мусульман, проживающих в Сибири, пока немногочисленны.

Что касается литературы дореволюционного периода по данной теме, то можно выявить определенные общие черты с историографией постсоветского периода, на которой мы еще остановимся. В трудах изучается ислам, его происхождение, сущность по сравнению с христианством, особенности арабо-мусульманской культуры1.

Российское общество было в значительной степени обеспокоено пропагандой ислама и многочисленными «переходами» из православного вероисповедания в мусульманское, о чем неоднократно упоминалось периодической печати дореволюционного периода, а православные священнослужители публиковали свои опасения в трактатах.1

В целом, в литературе дореволюционного периода четко прослеживается идея «мусульманского вопроса», «мусульманской угрозы» для российского православного общества и необходимость борьбы с ней.

В советской историографии работы, касающиеся изучения ислама в основном затрагивались лишь в контексте изучения мусульманских народов, проживающих в традиционно мусульманских регионах России. Авторы этих работ оценивали данную проблему прежде всего с атеистической точки зрения, и носили односторонний характер, не занимаясь собственно изучением истории взаимоотношений православного населения с мусульманским, положением мусульман в дореволюционной России. Общей тенденцией историографии Советского периода можно назвать подавление объективных исследований мусульманской проблематики.2В целом авторы советского периода изобличали «реакционную», «классовую» сущность ислама, как и требовала от них господствовавшая в государстве в тот период времени идеология.

Начало 90-ых годов XX века было обозначено выходом целого ряда статей в местной периодической печати, касающихся истории возникновения мусульманских храмов и их нынешнее положение. 1 Бобкова Г. И.2 занимается исследованием татарской общины, не затрагивая вопросы правового статуса татар, не достаточно подробно, по нашему мнению, рассматривает демографическую ситуацию в татарской общине. Исследований же, касающихся истории остальных этнических групп – приверженцев ислама дореволюционного периода в исследуемом регионе (киргизы, кавказские горцы, в том числе черкесы и чеченцы) не существует.

Вообще, в последние десять-пятнадцать лет отмечается устойчивый интерес к изучению различных диаспор в нашем регионе - китайской, корейской, еврейской и др. – вызванный несомненной актуализацией национального вопроса и межэтнических отношений.

Наиболее близким и родственным к «мусульманскому вопросу» является, неоспоримо, еврейский вопрос, в связи с такими же давними взаимоотношениями мира иудаизма с миром православным, с особым правовым статусом евреев в российском дореволюционном обществе и другими общими характеристиками. В связи с этим, мы ознакомились с монографией Кальминой Л.В.3

Другой тенденцией, характерной для современной историографии является значительное появление трудов, касающихся изучения ислама как религиозного направления, его преимуществ в сравнении с другими религиозными учениями, прежде всего христианским, изучения основных положений шариата, основных черт арабо-мусульманской культуры.1

Первой серьезной попыткой комплексного изучения ислама на территории бывшей Российской империи стал энциклопедический словарь «Ислам на территории бывшей российской империи»2. Особое внимание стоит обратить на исследования Арапова Д.Ю.3 По нашему мнению именно этот автор внес значительный вклад в изучение данной проблемы. Арапов Д.Ю. в своих работах исследовал историю взаимоотношений ислама с центральной властью, в частности, мусульманского духовенства с российскими императорами; анализировал российское законодательство и его отношение к мусульманам в целом по России. В основном его исследования касаются системы государственного регулирования ислама в Российской империи (последняя треть XVIII – начало XX веков).

Заслуживает внимания работа Воробьевой Е.И. (Кэмпбелл). В ней автор исследует мусульманский вопрос в имперской политике российского самодержавия со второй половины XIX века до 1917 года на примере мусульман Поволжья.

Необходимо отметить исследования Селезнева А.Г. и Селезневой И.А., а также Томилова Н.А., касающиеся татар в Западной Сибири, в большей части, их этнографии.4

Исследование сюжетов, касающихся мусульманской общины в традиционно немусульманских регионах пока немногочисленны.5

Основной тенденцией, характерной для литературы постсоветского периода является более глубокое и объективное, по сравнению с советским периодом, изучение мусульманского вопроса в дореволюционный период, имперская политика в отношении мусульман, исследование российского законодательства, обращение к истории иркутской мусульманской общины.

Вторая группа научных исследований, касающаяся статистических и демографических данных о мусульманах в Сибири, немногочисленна, однако чрезвычайно богата по своему содержанию.

Данные Ю.А. Гагемейстера, относящиеся к 1840-1851 годам имеют особое значение для настоящего исследования как «отправной отсчет» для суждения о последующих изменениях в численности мусульман Восточной Сибири.1

В дореволюционный период историография статистики в России, в том числе касающаяся инородцев и мусульман, представлена в основном трудами светил медицины, таких как доктор Новосельский С.А. В своих многочисленных работах ученый приводит демографические данные по различным группам населения, в том числе и мусульманам. Особая ценность его статистики для нас заключается в показателях детской смертности в мусульманской общине и причинах этого явления. 2

Научные труды исследователей демографии, статистики, детской смертности издавались как в столице империи3, так и в крупном научно-исследовательском центре Восточной Сибири – Иркутске –проводилась работа по учету, сбору, обобщению и анализу сведений, касающихся статистики и демографии4.

Что касается исследований общего статистического характера по Сибири, то это прежде всего труды Патканова С., написанных на основе обработки данных Первой Всероссийской переписи населения 1897 года. Работы Патканова С. представляют нам численность, родные языки, половой состав инородческого населения Сибири. Патканов С. приводит свою классификацию енисейских тюрок и указывает на округа Енисейской губернии, в которых они проживали.1

В целом, для нашего исследования, практическую значимость имели работы именно этой группы для изучения вопроса о численности населения и основных демографических процессах. В историографии советского периода сведения по изучаемому нами вопросу мы обнаружили в монографии А.Г. Рашина2. Говоря об исследованиях статистического характера последних двух десятилетий можно выделить статистико-документальный справочник «Россия. 1913 год», изданный в Санкт-Петербурге в 1995 году.3

Таким образом, обзор историографии исследуемого вопроса показывает наличие обширных трудов, касающихся этнографии и быта «инородцев» Сибири и мусульман, анализ статистических данных «инородцев» Сибири в целом, а также возникновение интереса к мусульманской проблематике в постсоветский период и исследование ее на современном этапе. Изучение же этого вопроса в дореволюционный период, то есть истоки его, является пока недостаточно изученным, особенно если говорить об исламе в Сибири, где он является неотъемлемой составной частью.

Исходя из этого, целью диссертационной работы является исследование социально-экономического и правового положения мусульман в Восточной Сибири во второй половине XIX- начале XX веков.

Для достижения указанной цели ставились следующие задачи:

  1. Проследить где, как, когда появились мусульмане на территории Восточной Сибири; как и в связи с чем менялась их численность на протяжении XIX века; отследить динамику численности мусульманского населения; выявить географию проживания мусульман и определить их этнических состав в рамках региона.

  2. Представить структуру управления мусульманами Восточной Сибири.

  3. Рассмотреть особенности правового положения мусульман в регионе, было ли оно каким то особенным и как соотносилось с правовым положением других «инородцев» Восточной Сибири – аборигенов.

  4. Проанализировать особенности демографического поведения у мусульман, статистику рождаемости, смертности, брачности, разводимости, продолжительности жизни. Сравнить эти показатели с показателями других конфессиональных групп.

  5. Рассмотреть сословно-профессиональную структуру мусульманского сообщества, выделить основную профессиональную принадлежность, оценить уровень распространения грамотности среди мусульман и сравнить его с уровнем представителей других конфессий.

  6. Определить значение мусульманских молельных домов и образовательных учреждений в духовной и культурной жизни мусульман.

  7. Проанализировать общественную, благотворительную деятельность мусульман, их участие в немусульманских организациях.

^ Методологической основой исследования являются принцип научной объективности, а также принцип историзма, предполагающий рассмотрение явлений в изменении, развитии, во взаимосвязи с другими явлениями и учетом конкретной исторической ситуации, в которой они происходили. Поставленная цель и задачи диссертационной работы предопределили также необходимость использования и сочетания различных специально-исторических методов.

Широкое применение в данном исследовании получил историко –сравнительный метод. Он позволил, например, выявить существенные различия в правовом положении мусульман и других «инородцев» Восточной Сибири, провести сравнительный анализ в отношении демографических показателей - смертности, детской смертности, уровня грамотности, продолжительности жизни, показателей брачности и разводимости – в среде мусульман и православных, в отдельных случаях, сравнить их с показателями у коренных «инородцев» Восточной Сибири, применяя, таким образом, компаративистику.

Изучение проблемы на протяжении довольно большого промежутка времени не могло обойтись без использования хронологического метода. При рассмотрении государственной политики в отношении мусульман был применен его разновидность – проблемно-хронологический метод.

Объект изучения исследовался как синхронно, так и диахронно. Диахронный метод позволил проследить изменения в правовом положении мусульман Восточной Сибири. Синхронный метод, к примеру, установить зависимость хозяйственных занятий мусульман от географии их расселения, а также от особенностей некоторых догм их вероисповедания.

Историко-типологический метод позволил выделить на основе общих признаков ряд наиболее значимых проектов по изменению положения мусульман, предложенных на рассмотрение в Министерство внутренних дел.

Метод многомерного статистического анализа был применен в исследовании в силу использования многочисленных статистических данных. Данные подверглись математической обработке, выделялись низкие, средние и высокие показатели.

^ Источниковая база нашего исследования включает в себя четыре основные группы источников: сборники статистических сведений, делопроизводственные материалы различных ведомств, нормативные материалы, периодическая печать.

Первая группа источников представлена в первую очередь материалами Первой Всероссийской переписи населения 1897 года. Нас интересовали тома, охватывающие территориально Енисейскую, Иркутскую губернии, а также Забайкальскую и Якутскую области. К этой же группе источников относятся сведения о рождаемости и смертности, опубликованные по результатам данных иркутского губернского статистического комитета, Санитарного комитета города Иркутска, а также Общества врачей Иркутска. Эти группа источников была использована нами для определения численности населения, выявления динамики, определения карты проживания мусульман, уровня грамотности, рождаемости, смертности и других демографических показателей, выявления сословно-профессиональной структуры и хозяйственной деятельности.

Вторая группа источников, самая многочисленная, включает в себя опубликованные и архивные делопроизводственные материалы тех ведомств, которые «интересовались» положением мусульман. Были использованы архивные материалы Российского государственного исторического архива г. Санкт-Петербурга (РГИА) и Государственного архива Иркутской области (ГАИО). Поскольку объединяющим органом в обсуждении мусульманского вопроса и выработке стратегии его решения являлся Департамент духовных дел иностранных исповеданий Министерства внутренних дел (ф. 821 РГИА), то именно он аккумулировал все материалы, касавшиеся мусульманского вопроса. Так же мы привлекали материалы таких «заинтересованных» государственных учреждений в Российском государственном историческом архиве, как Министерство просвещения (ф.733 РГИА) и Второй сибирский комитет (ф.1265 РГИА). Эти материалы включают в себя внутри- и межведомственную переписку, журналы совещаний, различные записки, справки, законопроекты и подготовительные материалы к ним, отчеты о ревизиях, ходатайства от различных обществ и т.п.

Третья группа источников включает в себя законодательные акты, сконцентрированные преимущественно в полном собрании законов и Своде законов Российской империи и регламентирующие правовое положение мусульман в Восточной Сибири. Вторую и третью группы источников мы использовали для анализа системы управления мусульманами, особенностей их правового статуса, некоторых демографических процессов, а также освещения общественной и благотворительной деятельности мусульман.

Периодическая печать представлена изданиями Иркутской и Енисейской губерний. В Иркутске издавались «Восточное обозрение», «Иркутские губернские ведомости», «Сибирь»; в Красноярске – «Енисейские губернские ведомости», «Енисей». Перечисленные издания были просмотрены в выборочном порядке, в общем, с 1858 года по 1914 год. Периодические издания позволили нам судить об участии мусульман в общественной деятельности общества. Что касается воспоминаний и мемуаров отдельных исторических личностей, то в данной работе мы использовали воспоминания И. Гаспринского, наиболее заметной фигуры в обществе во второй половине XIX века. К сожалению, воспоминаний представителей мусульманской общественности Восточной Сибири, до настоящего времени не сохранилось.

Таков комплекс источников, применяемых при написании диссертации.

^ Научная новизна работы заключается в том, что в ней впервые предпринята попытка исследовать вопросы положения мусульман в Восточной Сибири, а также вопросы, связанные с географией расселения мусульман в Восточной Сибири, их демографической статистикой. В диссертационном исследовании использован широкий круг источников, часть из которых вводится в научный оборот впервые.

^ Практическая значимость исследования состоит в том, что его материалы, положения и выводы, а также данные таблиц, составленных автором на материале источников, могут быть использованы при написании обобщающих трудов как по истории мусульманства в России, так и по истории «инородческого» населения в Сибири, при разработке спецкурсов и спецсеминаров по истории России и Сибири, а также в краеведческой работе.

^ Апробация темы. Основные положения диссертационной работы получили апробацию в виде докладов на 6 конференциях в г. Иркутске и изложены в публикациях автора.

^ Структура и содержание диссертации

Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, приложения, библиографического списка.

Во введении обосновывается актуальность проблемы, рассматривается степень ее изученности, определяются цель, задачи, объект, предмет, хронологические и территориальные рамки исследования, анализируется источниковая база, характеризуется научная и практическая ценность работы.

В Главе I «^ Динамика формирования мусульманского сообщества в Восточной Сибири, особенности их правового статуса» рассматривается этнический состав мусульман Восточной Сибири, карта их расселения по округам и уездам региона, каким образом изменялась численность населения на протяжении рассматриваемого периода, как осуществлялось управление мусульманами и какими законами регулировалось правовое положение мусульман, проживающих на территории Восточной Сибири.

1.1 «География расселения и динамика численности мусульманского населения Восточной Сибири».

На всем протяжении XIX века мы смогли проследить положительную динамику роста численности мусульманского населения, проживающего на территории Восточной Сибири. Отметим, что до конца XIX века мусульмане проживали только в двух губерниях: Енисейской и Иркутской. В конце XIX века мусульмане проникли на территории Забайкальской и Якутской губерний. В 1823 году в Восточной Сибири насчитывалось 668 человек, исповедующих мусульманскую веру; в 1835 году – 3 242 человека; в 1851 году – 3 524 человека; в 1897 году – 17 717 человек; в 1911 году – 18 535 человек. Среди мусульман значительно преобладало мужское население, поскольку первая волна мусульман появилась в результате ссылки. Значительный рост численности в конце XIX – начале XX веков являлся результатом аграрного переселения. В Енисейскую губернию мусульманское население прибыли из Оренбургской, Казанской, Симбирской, Уфимской губерний, а также с Кавказа и Средней Азии. В Иркутскую губернию – из Симбирской, Оренбургской и Казанской губерний. Мусульманское население Якутской области увеличилось за счет трудовой миграции населения из Иркутской, Тобольской, Енисейской и Уфимской губерний. Забайкальской области - за счет населения из Иркутской и Енисейской губерний. Анализируя географию проживания мусульман по округам губерний и областей, мы пришли к выводу, что большая его часть проживала в сельской местности. Больше всего мусульман Енисейской губернии проживало в Красноярском, Енисейском и Канском округах. Мусульмане Иркутской губернии в основном сосредоточены в трех округах: Иркутском, Балаганском, Нижнеудинском. Мусульмане в Забайкальской области проживали только в двух из восьми уездов – в Читинском и Нерчинско – Заводском. В Якутской области мусульмане проживали в двух уездах – в Якутском и Олекминском.

В этническом отношении мусульманское население представлено довольно разнообразно, однако мы выделили основной этнический компонент – татары, киргизы и кавказские горцы.

1.^ 2 «Система управления мусульманским населением Восточной Сибири и правительственная политика по отношению к ним».

Согласно законодательству, местное управление духовными делами мусульман принадлежало их приходскому и высшему духовенству. Департаменту духовных дел подчинялись два окружных управления – Таврическое и Оренбургское. Таврическому управлению подчинялись мусульмане, проживающие в Таврической и западных губерниях империи, а Оренбургскому – в восточных, остальных губерниях и областях, за исключением Закавказья. Духовными делами мусульман Сибири, и Восточной Сибири, в частности, заведовало Оренбургское окружное управление. Центральным правительственным органом, контролировавшим жизнь российского мусульманства, являлся Департамент духовных дел иностранных исповеданий Министерства внутренних дел. В конце XIX - начале XX веков, в связи с общей внутриполитической активностью, в частности политической активностью мусульман, обсуждением в обществе «мусульманского (в числе прочих) вопроса», созывались Совещания «по делам веры» в 1905, 1910, 1914 годах. В результате, предлагались варианты расчленения Оренбургского магометанского собрания на несколько более мелких, в целях ослабления мусульманского влияния. Однако ни один из проектов не были юридически оформлены, система управления оставалась нетронутой.

1.3 «Регулирование правового положения мусульман Восточной Сибири»

Исследовательская работа по изучению законодательства Российской Империи XIX- начала XX веков позволила нам придти к выводу, что права таких категорий неправославного населения как евреи и магометане регулировались особыми законодательными актами Свода Законов Российской Империи на всей территории Российского государства, вне зависимости от района проживания данных категорий, будь то Сибирь или Европейская часть России (за исключением особых положений, касающихся прав мусульман в Закавказье, Таврической губернии). Права и обязанности мусульманского населения империи прописывались отдельными статьями законодательства, но в целом были сосредоточены в книге 6 «Об управлении духовными делами магометан» части 1 Свода учреждений и уставов Управления духовных дел иностранных исповедений христиан и иноверцев XI тома Свода законов. Кроме того, существовали отдельные разделы, регулирующие деятельность независимых друг от друга управлений – Таврического и Оренбургского магометанских духовных управлений. Нами было установлено, что мусульмане Восточной Сибири находились в ведении Оренбургского магометанского духовного управления, в связи с чем, мы рассмотрели законы, касающиеся именно этого управления.

Отметим также, что сравнительный анализ различных аспектов законодательства выявил следующее. Мусульмане, которые проживали в Сибири и исповедовали неправославную веру, не подчинялись «Уставу об управлении инородцами 1822 г.», подобно коренным народам Восточной Сибири. Тем не менее, в печати и обществе мусульмане (к которым относились киргизы, татары, чеченцы), как и буряты, якуты и тому подобные нерусские народности относились к «инородцам».

Таким образом, рассматривая регулирование правового положения мусульманского населения Восточной Сибири, мы пришли к выводу о том, что, оно регулировалось в рамках правовых актов Оренбургского духовного собрания, то есть в территориальном отношении было несколько шире, но отдельного положения для мусульман собственно Восточной Сибири, не существовало.

В Главе II «Мусульмане в социально-экономических процессах Восточной Сибири» мы рассматриваем уровень смертности и рождаемости в среде мусульман, уровень детской смертности как показатель жизнеспособности общины и причины этого явления, процентное соотношение браков и разводов, уровень грамотности, процентное соотношение холостых и женатых, численность возрастных групп, сословно-профессиональную структуру и основные хозяйственные занятия, профессиональную принадлежность мусульман.

2.^ 1 «Демографическое поведение и семья у мусульманского населения региона».

Одной из характерных особенностей демографического положения среди мусульманского населения Восточной Сибири являлось значительное преобладание мужского населения над женским. Отмечалась высокая степень рождаемости и низкая, в сравнении с другими конфессиональными группами, степень детской смертности. Смертность младенцев у коренного населения Сибири составляла 74 % (от общего числа родившихся младенцев), у православного - 42, 5 %, у мусульман – 16,6 %. Врач и демограф С.А. Новосельский объясняет этот факт обязательным грудным вскармливанием детей в мусульманских семьях, в связи с предписаниями Корана. В целом же уровень смертности в среде мусульманского населения не отличался от уровня в других конфессиях. Уровень рождаемости практически не отличался от уровня смертности (3-5 %), компенсируя друг друга. Характерной особенностью можно назвать низкий уровень разводов и почти полное отсутствие внебрачных детей.

Отличительной чертой мусульманского сообщества восточной Сибири можно было назвать высокую продолжительность жизни среди его членов, определенный процент так называемых «долгожителей» (старше 95-100 лет), поскольку в других конфессиональных группах такой категории населения не было. До 80 – летнего возраста доживали 1,6 % мужчин и 3,8 % женщин. В целом же, возраст населения можно было назвать трудоспособным: от 18 до 40 лет.

Что касается уровня распространения грамотности среди мусульманского населения Восточной Сибири, его нельзя было назвать высоким. По уровню он был близок к уровню в среде православного населения. На порядок выше уровень грамотности был среди иудейского населения. Самый высокий процент грамотных мусульман обоего пола присутствовал в Забайкальской области (15 %). Там же мы можем наблюдать и самый высокий процент грамотных мужчин среди мусульман (17,7 %). Среди женского населения мусульман больше всего грамотных было в Иркутской губернии (9 %).

2.2 «Сословно-профессиональная структура и хозяйственная деятельность мусульманского населения».

Сословная структура представлена довольно однообразно: подавляющее большинство мусульман принадлежали к крестьянскому и инородческому сословиям. Некоторая часть их была среди мещан. Среди дворян и купцов приверженцев ислама были единицы на всей территории Восточной Сибири.

Среди мусульманского населения всего региона насчитывалось только несколько десятков человек со средне-специальным и высшим образованием.

Говоря о профессиональной структуре мусульманского населения, то в целом по региону основными сферами их занятости являлись – земледелие, работа по найму, строительные и ремонтные работы. Отличительной чертой для Енисейской губернии была занятость значительной части мусульман в сфере животноводства. Характерными особенностями профессиональной принадлежности мусульман Якутской и Забайкальской областей являлась их занятость на приисках, добыче руды и полезных ископаемых.

Характерно, что в остальных сферах занятости населения Восточно-Cибирского региона, таких как образование, здравоохранение, торговля, административная, судебная, полицейская, сословная или общественная служба, процентная доля мусульманского населения была незначительна. Мало кто из мусульман занимался производством и сбытом алкогольсодержащей продукции (пивоварение и винокурение), содержанием и работой в трактирах, клубах, общественных банях. И почти совсем никто из мусульман не занимался ювелирным делом, продажей предметов культа и роскоши, ростовщичеством. Мы пришли к выводу, что религиозные установки оказывали значительное влияние на демографические процессы и профессиональную специализацию мусульманского населения Восточной Сибири.

В Главе III «Общественная, благотворительная, культурно-просветительная деятельность мусульман Восточной Сибири» рассматриваются вопросы численности и местоположения мечетей и образовательных учреждений, основные направления благотворительной и культурно-просветительной деятельности Иркутской мусульманской общины.

^ 3.1 «Мечеть и медресе в жизни восточно-сибирских мусульман».

По данным Оренбургского духовного собрания на 1889 год, в Енисейской губернии числилось 2 мечети, в Иркутской губернии - 3 мечети (2 из них находились в Иркутском округе, 1 – в Нижнеудинском) и 3 представителя мусульманского духовенства. Первая и единственная мечеть в Иркутске появилась в 1898 году. В конце XIX века в Иркутской губернии существовало не менее 23 мусульманских обществ, при каждом из которых была мечеть или молитвенный дом. Магометанские общины существовали в селах Новоямское, Биликтуй, Черемхово, Усолье, Голуметь, Залари, Кутулик, Слюдянка, Александровское, Олонки, Манзурка, Тайшет, Нижняя слобода, Тракт Кавказ, городе Нижнеудинск, в переселенческих участках Кулиш, Тарея, Черемшанский, Чернореченский, Чичиковский, Ново-Утямишинский, Харагун, Шаховский.

На 1 января 1913 года по Иркутскому генерал-губернаторству насчитывалось 9 мектебе и 2 медресе.

Что касается их месторасположения, то мусульманские школы находились в Иркутском округе, в г. Иркутске, в Балаганском, в Верхоленском и Нижнеудинском округах (без городов). В частности, татарские школы существовали в селах Усолье, Черехово, Зима.

^ 3.2 «Общественная деятельность Иркутской мусульманской общины».

В Иркутске существовало мусульманское благотворительное общество, появившееся вскоре после открытия мечети. Общество имело свой Устав, который мы подробно рассмотрели в основном тексте. Его деятельность вносила существенный вклад в улучшение жизненных условий мусульман, проживающих в Иркутске, оказывало помощь в интеграции переселенцев в новую для них среду, малоимущим и малолетним детям, оставшимся без попечения родителей, проводило национальные праздники, благотворительные акции. Еще одним важным предметом заботы мусульман являлось содержание мусульманских кладбищ. В начале XX века их было два: старое и новое. Новое, хотя и закрытое, сохранилось до настоящего времени, известное под названием Лисихинское татарское кладбище. Старое магометанское кладбище обозначено на плане Иркутска 1899 года.

Что касается участия мусульман в общих для Иркутска организациях, то его нельзя назвать чрезвычайно активным, в силу оговоренных нами ранее, объективных причин. Нам удалось установить, что Шейхулла Шафигуллин дважды избирался гласным Городской думы; входил в состав согласительной по делам несостоятельных должников комиссии Иркутского биржевого комитета; представлял общественность в первом Иркутском городском раскладочном по промысловому налогу присутствии (ведомство Министерства финансов), являлся членом от плательщиков. Кроме того, Ш. Шафигуллин входил в состав членов Общества второго коммерческого училища. 17 мая 1906 года в помещении иркутского ремесленного училища состоялось организационное собрание партии народной свободы (кадетов). В ходе собрания был избран комитет, в составе которого некоторое время числился Ш Шафигуллин. Ш. Шафигуллин же входил в состав комитета Иркутского отделения Партии народной свободы.

Анализ восточно-сибирских периодических изданий не позволяет сделать вывод о сколько-нибудь значительном участии мусульманского населения в общественной или торгово-коммерческой деятельности региона. В коммерческой жизни больше о себе заявляли купцы еврейского происхождения. Среди купцов же мусульманского вероисповедания назовем следующих. Шафигуллины – иркутские купцы 2 гильдии, держали торговый дом «Братья Шафигуллины», который занимался торговлей меховыми товарами, ювелирными изделиями. Шейхулла Шафигуллин вел разведку золота на городских землях, владелец дома на ул. Большой. Его жена, Биби Нафиса Мухаметовна, занималась золотопромышленностью. Фаткуллин Хамидулла – верхнеудинский купец 2-ой гильдии, занимался торговлей мануфактурой и другим товаром, владелец фирмы «Наследники Фаткуллина Хамидуллы» (1903). Халитов Мухамет – минусинский купец 2-ой гильдии. Хасанов Насибулла Хасанович – новониколаевский предприниматель, торговал мануфактурой (1910-е гг.).

В заключении содержатся основные выводы исследования.

Ислам в России – неотъемлемая часть российской истории, российской культуры, в то же время это не только предмет академической науки, но и важный фактор общественно-политической жизни. Этим определяется одна из актуальнейших задач отечественной науки – объективная информация об исламе как шаг на пути преодоления негативных стереотипов взаимного восприятия представителями разных конфессий, на пути установления этноконфессионального взаимопонимания в обществах на постсоветском пространстве.

В приложении даются таблицы, рассчитанные и составленные автором на основе источников. Таблицы отражают динамику численности мусульман, демографические процессы, а также уровень грамотности мусульманского и православного населения Восточной Сибири.

^ По теме исследования опубликованы следующие работы:

Статьи, опубликованные в журналах по списку ВАК

1. Константинова Н.А. Система управления мусульманским населением Восточной Сибири во второй половине XIX- начале XX веков// Известия Алтайского государственного университета. Серия: история, политология – Барнаул: Издательство Алтайского государственного университета, 2007.- №4/2 – с.79-82

Статьи:

  1. Константинова Н.А. К вопросу об этническом и численном составе мусульман Восточной Сибири в XIX- начале XX вв.// Школьное краеведение: История и современность: материалы областной научно-практической конференции / Под ред. профессора З.И. Рабецкой.- Иркутск: Изд-во ГОУ ВПО «Иркут. гос. пед. ун-т», 2004. – с.221 – 225

  2. Константинова Н.А. Численность мусульман Восточной Сибири в XIX- начале XX вв.// Иркутский историко-экономический ежегодник. – Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2004.- с.97 – 99

  3. Константинова Н.А. Этнический состав и численность мусульман Восточной Сибири в XIX- начале XX вв.// Уральские Бирюковские чтения: Сб. науч. статей./ Науч. ред. проф. С.С. Загребин. – Вып. 2. Из истории Южного Урала и российских регионов.- Челябинск, 2004.- с.418-426

  4. Константинова Н.А. Мечеть и медресе в жизни мусульман Восточной Сибири (вторая половина XIX -1917 г.) // Сибирь в контексте российских перемен: исторический опыт, традиции и проблемы современности : Материалы региональной научно-практической конференции, посвященной памяти профессора В.И. Дулова и его ученика профессора В.Г. Тюкавкина : В 2 кн. – Иркутск: Иркутский государственный педагогический университет, 2005. – Кн. 1. – С. 147-151

  5. Константинова Н.А. Правовое положение мусульман Восточной Сибири во второй половине XIX- нач.XX вв.// Конфессии народов Сибири в XVII- начале XX вв.: развитие и взаимодействие: материалы науч. конф. 3-4. февраля 2005. г. – Иркутск: Анонс, 2005.- с.170- 178.

  6. Константинова Н.А. Система управления мусульманами Восточной Сибири (вторая половина XIX в. – 1917.) // Иркутский историко-экономический ежегодник. – Иркутск: Изд-во БГУЭП,2005. – с.86-88.




1 Боголюбский И. Ислам, его происхождение и сущность по сравнению с христианством. Опыт историко-апологетического исследования. – Самара, 1885. Габиев С. Арабы, ислам и арабо-мусульманская культура. - Уфа, 1905 Дози Р. Очерк истории ислама/ Перевод с фр. В.И. Каменского; С предисловием и редакционными примечаниями проф. А.Е. Каменского. – СПб., 1904.Крымский А. История мусульманства.- М., 1904.Гольдцигер Лекции об исламе/ Перевод с нем. А.Н. Черновой.- СПб., 1912. Синайский А. Магометанство в его истории и отношении к христианству. – СПб., 1902.

1 Алексий, епископ. Современное движение в среде русских мусульман.- Казань, 1910;Багин С. А. Об отпадении в магометанство крещеных инородцев Казанской епархии и о причинах этого печального явления.- Казань, 1910. – С.25; Багин С. А. О пропаганде ислама путем печати.- Казань, 1909

2 Климович Л. Ислам в царской России. - М., 1936 и др.; Юлдашбаев Б.Х. Проблема нации и политического положения башкир в составе Царской России. - Уфа, 1979; Аширов Н. Ислам и нации. – М., 1973 и др.; Ахмедов А. Социальная доктрина ислама. – М., 1982 и др; Беляев Е.А. Мусульманское сектанство. – М., 1957; Вагабов М.В. Ислам и семья. – М., 1980; Вагабов М.В. Ислам и женщина. – М., 1968 и мн. др.; Ибрагимов Г.А. Ислам, его происхождение и классовая сущность. – М., 1940.

1 Мингалиев Ф., Агаев Б. Минарет на Саломатовской // Восточно-Сибирская правда.- 1998.- 13 февр.- С.7. Леви Л. В свои сто лет иркутская мечеть возрождается заново// Комсомольская правда.- 1998.- 13 февр.- С.11.; Красная Н. Проект для минарета: О восстановлении магометанской мечети в Иркутске)// Восточно- Сибирская правда. – 1991.- 26 сент. Гранина Н. Молитвами денег не добудешь // Аргументы и факты. – 1996. – № 4.- С.28.; Арсланов Ф.А. К истории татарской диаспоры в Иркутской области // Диаспоры в историческом времени и пространстве. Национальная ситуация в Восточной Сибири. Тезисы докладов международной научно-практической конференции 6-8 октября 1994 г. – Иркутск, 1994.- с.157. ;Рысмятова М. Сохраняем верность традициям: (О мусульманской общине г. Иркутска)// Иркутск.- 1996. – 6 сент. – С.5.

2  Бобкова Г.И. Жизнь татарской диаспоры //Россия и Восток: взгляд из Сибири. Материалы и тезисы 13-16 мая 1998 г. т.1 – Иркутск, 1998. – с.26.;Бобкова Г.И. Татарская диаспора // Общественно-политическая жизнь Сибири: XX век. - Новосибирск, 2004.- Вып.6 – с.35-44.;Бобкова Г.И. Переселение татар в столыпинскую реформу// Иркутский историко-экономический ежегодник. – Иркутск, 2002. – С.81-84.;Бобкова Г.И. Роль семьи Шафигуллиных в жизни татар диаспоры Иркутской губернии//Литера: Вестник факультета филологии и журналистики ИГУ. – Иркутск, 2004. – Вып. 1. – С.116-119.;Бобкова Г.И.История татарской общины Иркутской губернии в конце XIX-нач..XX вв.дис.канд.ист.наук:07.00.02…-Иркутск,2006.

3  Кальмина Л.В. Еврейские общины Восточной Сибири (середина XIX века-1917 г.). – Улан-Удэ, 2003.

1 Лари С.М. Основные положения шариата: лекции по мусульманской догматике. – Баку, 1999. Массе А. Ислам. Исторические очерки. – Баку, 1992.; Максуд Р. Ислам. – М., 1998.; Кучер О.Н. Ислам. – Ростов-на-Дону, 2004. Икбал М. Реконструкция религиозной мысли в исламе. – М., 2002 и др..

2  Ислам на территории бывшей Российской империи: Энциклопедический словарь. – М., 1998.

3 Арапов Д.Ю. Система государственного регулирования ислама в Российской империи (последняя треть XVIII – начало XX веков). – М., 2004.; Арапов Д.Ю. Мусульмане и Российское государство// Преподавание истории в школе. – 2001. - №4.- С. 52-58; Арапов Д.Ю. Ислам в системе государственного законодательства Российской империи// Российская государственность: традиции, преемственность, перспективы. – М., 1999.; Арапов Д.Ю. Неправославные религии в системе управления Российской империи// Государственное управление: история и современность. – М., 1997.

4 Селезнев А.Г., Селезнева И.А. Сибирский ислам: региональный вариант религиозного синкретизма. – Новосибирск, 2004.; Селезнев А.Г. Барабинские татары: истоки этноса и культуры.- Новосибирск, 1994. Томилов Н.А. Очерки этнографии тюркского населения Томского Приобья. – Томск, 1983.; Томилов Н.А. Татары Западной Сибири: история и культура. – Новосибирск, 1996.

5 Аминов Д.А. Татары в старом Петербурге. – СПб., 1994.; Загидуллин И. К. Исламские институты в Российской империи: Мусульманская община в Санкт-Петербурге, XVIII- начало XX вв.- Казань, 2003.

1 Гагемейстер Ю.А. Статистическое обозрение Сибири. – СПб., 1854.

2 Новосельский С.А. Вопросы демографической и санитарной статистики (Избранные произведения). - М., 1958.; Новосельский С.А. Статистический материал по вопросу о высокой смертности в России// Вестник общественной гигиены – 1908. - №1. - С.19-37.

3 Соколов Д.А., Гребенщиков В.И. Смертность в России и борьба с нею Доклад в соединенном Собрании общества Русских врачей, общества детских врачей в Санкт-Петербурге и статистического отделения высочайше утвержденного Русского общества сохранения народного здравия 22 марта 1901 г. – СПб, 1901.Эйхвальд Э.Э. К вопросу об уменьшении смертности в России.- СПб., 1887.

4  Обзор заболеваемости, рождаемости и смертности г. Иркутска за 1912 год Мальковского. - Иркутск, 1912. Федоров П.И. Борьба с детской смертностью. В защиту материнского вскармливания.- Иркутск, 1904.; Федоров П.И. Рождаемость и детская смертность г. Иркутска за двадцатилетний период (1880-1899 гг.).- Иркутск, 1902.; Федоров П.И. Смертность в г. Иркутске за 1900 и 1911 гг. – Иркутск, 1902.

1 Патканов С. Статистические данные, показывающие племенной состав населения Сибири, язык и роды инородцев: В 3 т. - СПб., 1911. - Том II.; Патканов С. О приросте инородческого населения Сибири. – СПб., 1906.

2 Рашин А.Г. Население России за 100 лет. - М., 1956.

3 Россия. 1913 год. Статистико-документальный справочник.- СПб, 1995.





Скачать 283,67 Kb.
оставить комментарий
Константинова Наталья Александровна
Дата24.09.2011
Размер283,67 Kb.
ТипАвтореферат диссертации, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх