Петебургский ландшафт как художественная ценность в культуре Серебряного века icon

Петебургский ландшафт как художественная ценность в культуре Серебряного века


Смотрите также:
Задачи урока: подвести учащихся к пониманию художественных ценностей новых направлений в науке и...
Задачи урока: Обобщить знания учащихся о культуре серебряного века...
«зеркало»
«тирания политики» и идея общественного служения в культуре серебряного века...
Лекция. Поэзия “серебряного века в контексте истории...
Курс: Русская литература 20 в. Раздел: Русская поэзия периода серебряного века Тема урока...
Курс: Русская литература 20 в. Раздел: Русская поэзия периода серебряного века Тема урока...
Программа дисциплины Философия театра в эстетике Серебряного века для направления 031400...
История человечества столь удивительна и разнообразна...
Факультативный курс «Просто душа живет». Изучение литературы Серебряного века...
Поэзия "Серебряного века". Основные течения и взгляды на них...
Серебряного века...





На правах рукописи


Громов Федор Юрьевич


Петебургский ландшафт как художественная ценность в культуре Серебряного века.


Специальность 24.00.01 – теория и истории культуры


Диссертация на соискание ученой степени кандидата

культурологии


Санкт-Петербург – 2011


Работа выполнена на кафедре теории и истории культуры Санкт-Петербург­ского государственного университета культуры и искусств


Научный руководитель доктор философских наук, профессор

Иконникова Светлана Николаевна


Официальные оппоненты доктор философских наук, профессор

Голик Надежда Васильевна


кандидат философских наук, доцент

Травин Игорь Иванович


Ведущая организация: Санкт-Петербургская государственная художественно-промышленная академия им. А.Л. Штиглица


Защита состоится 24 мая 2011 года в 16 часов на заседании диссерта­ционного совета Д 210.019.01 в Санкт-Петербургском государственном университете культуры и искусств по адресу: 191186, Санкт-Петербург, Дворцовая наб., 2.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств


Автореферат разослан 22 апреля 2011 года


Ученый секретарь В.Д. Лелеко

диссертационного совета

Доктор культурологии, проф.


^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ


Актуальность исследования. В современной гуманитарной науке интерес к теме городского культурного ландшафта как историко-культурному феномену привлекает заслуженное внимание исследователей. Культурный ландшафт оказывает влияние на жизнь современного человека, внутри этой среды формируются духовные ориентиры общества, существует система историко-культурных ценностей. В современном мире динамично развивающиеся городские пространства современных мегаполисов позволяют понять процессы культурного взаимодействия внутри культурных ландшафтов, что является частью актуальных проблем современного социума.

Феномен Петербурга в исследованиях, посвященных изучению городского культурного ландшафта, также занимает особое положение. Культурный ландшафт Петербурга следует рассматривать как пространство своеобразного художественного «опыта», внутри которого проходили процессы взаимодействия и взаимопроникновения различных национальных культур, прежде всего, «новой» европейской и «традиционной» русской. Неповторимость и уникальность петербургского культурного ландшафта предопределили интерес, возникший на рубеже XIX-XX веков, связанный с деятельностью мастеров «Серебряного века».

Эпоха Серебряного века подводила некий итог развития русской истории, при этом особенно обращая внимание на вопросы осознания ценности и уникальности национальной культуры, частью которой являлся и петербургский ландшафт. В сознании многих представителей творческой интеллигенции эпохи Серебряного века, ценностные критерии национальной культуры были неразрывно связаны с ценностями петербургской культуры вообще, а тема петербургского культурного ландшафта стала для многих из них центральной темой в творчестве. Их обращение в различных дискуссиях к проблемам петербургской культуры не случайно, поскольку они ее понимали как своеобразный камертон, ценностный знаменатель, с помощью которого определялись общие границы культурного дискурса. Восприятие памятников петербургской культуры было не только связано с охраной собственно исторического облика здания, но и с сохранением того пространства, в котором это здание существует, поскольку природная среда для них состояла в сложном взаимодействии с человеческим творением. Принцип регулярности, который воплотился в петербургском культурном ландшафте, позволял сохранять неповторимый городской облик, служил залогом гармоничного и хрупкого баланса между природной средой и архитектурно-пространственной системой города. Сохранение этого принципа регулярности является актуальной проблемой и для сегодняшней истории города, когда общество в своем стремлении «осовременить» культурный ландшафт, одновременно уничтожает его фактическую основу.

Ценностная значимость петербургского ландшафта для Серебряного века была очевидна потому что, во-первых, петербургский культурный ландшафт, начиная с XVIII века, транслировал новые культурные нормы и формировал новые культурные коды в пространстве русской культуры Нового времени. Во-вторых, культура Серебряного века строилась на осмыслении разных историко-культурных феноменов, которые осваивались через синтез различных искусств, а один из основных принципов архитектоники петербургского культурного ландшафта заключался в том, что он создавался изначально как поле культурного диалога, при помощи универсального художественного языка, что позволяло «говорить» с любой исторической эпохой. И, в-третьих, петербургский культурный ландшафт олицетворял собой некий творческий импульс, выраженный в материальном виде, и рассматривался как итог, как сумма творческих усилий деятельности каждого из живущих в нем и связанных между собой в историческом развитии.

Исследование проводится по двум направлениям: целостная оценка ценностного своеобразия петербургского ландшафта в русской художественной культуре XVIII-XIX веков, а также выявление аксиологических аспектов петербургского ландшафта в художественном пространстве Серебряного века. В работе особое внимание уделяется современным теоретическим исследованиям, которые предлагают рассматривать петербургский культурный ландшафт как объект культурного наследия, включающий в себя ряд сложных культурных компонентов (информационных, художественных, исторических, антропогенных и проч.).

^ Степень научной разработанности проблемы. Исследуемая проблема в научной литературе отражается недостаточно равномерно, и хотя изучение феномена культурного пространства Петербурга является одной из важных тем в области историко-культурных исследований, аксиологические аспекты петербургского ландшафта в контексте культуры Серебряного века исследованы не в полной мере. Научную литературу и статьи по данной проблематике можно разделить на несколько групп, поскольку существуют разнообразные подходы, связанные с изучением проблемы культурного пространства и городского культурного ландшафта.

К вопросам культурного пространства в отечественной истории в разные времена обращались исследователи, чьи труды заслуженно получили статус классических работ в российской исторической науке, среди них - В.И. Вернадский, Н.Я. Данилевский, Н.М. Карамзин, В.О. Ключевский, П.Н. Милюков, С.Ф. Платонов, С.М. Соловьев, П.А. Флоренский. Они отличаются серьезным анализом исторических процессов, основанном на глубоком изучении большого количества фактологического и документального материала. Отдельно следует назвать работы, посвященные вопросам истории Петербурга. Среди таких исследователей необходимо назвать О.Г. Агееву, Н.П.Анциферова, Д.Н. Альшица, Ю.Н. Беспятых, А. Ипполитова, О.Б. Островского, В.И. Пилявского, М.И. Пыляева.

Исследование проблемы культурного пространства предполагает использование междисциплинарного подхода, заставляя нас обращаться к историческому, философскому, искусствоведческому осмыслению данного вопроса. Среди работ, посвященных искусствоведческому анализу петербургского культурного ландшафта, следует отметить работу Грабаря И.Э. «Петербургская архитектура в XVIII и XIX веках» (СПб, 1994), в которой рассматриваются этапы развития петербургской архитектурной школы в указанный период, дается глубокий анализ памятников и освещаются важные для русского искусства вопросы стилистической типологии. К работам подобного направления следует отнести и работу Виппера Б.Р. «Архитектура русского барокко» (М, 1978).

В культурологии тема культурного пространства рассматривалась в работах В.П. Большакова, А.Н. Быстровой, Ю.А. Веденина, А.Г. Давыденковой, Д.Н. Замятина, М.С. Кагана, В.Л. Каганского, А.И. Комеча, С.Н. Иконниковой, Т.Ф. Ляпкиной, Ю.М. Лотмана, Р.Ф. Туровского и др. Среди представленных в этих работах определений культурного пространства некоторые из авторов предлагают рассматривать культурное пространство как жизненную и социокультурную сферу общества, внутри которой происходят культурные процессы. Пространство, также как и сама природа, способно вмещать внутри себя все многообразие культурных форм. В работах указанных исследователей отмечается также, что культурное пространство может возникать как результат определенных культурных процессов, при этом указывается, что процессы воздействия «обоюдны», поскольку пространство оказывает активное воздействие на культуру его породившую.

Природно-географические характеристики играют особую роль в формировании этноса, который всегда стремится определить пространственные границы. В гуманитарной географии, которая активно участвует в культурологическом дискурсе, феномен культурного ландшафта занимает особое место в работах Дружинина А.Г., Замятина Д.Н., Каганского В.Л., Митина И.И. и др. Ландшафт здесь предстает, как место взаимодействия разных этносов и культур, где в материальных формах отражаются результаты деятельности человека, а также его представления о красоте и ценностных ориентирах. Гуманитарная география значительно дополняет понимание «культурного пространства», поскольку для нее ландшафт это реальное воплощение или выражение культурного пространства. Предложенные этими исследователями концепции можно обозначить одним понятием «герменевтики пространства», поскольку понимание ландшафта связано с процессом чтения «суммы мест», которые выражает ландшафт. Так, например, в работе «Культурный ландшафт и советское обитаемое пространство» (М, 2001) В.Л.Каганский представляет концептуальный образ ландшафта, когда ландшафт может быть «прочитан» через разнообразие мест. Следует сказать, что автор был одним из первых исследователей, кто ввел в середине 90-х годов XX века в научный дискурс термин «культурный ландшафт», а это позволило открыть новые перспективы в исследованиях городского пространства в контексте культурологической науки. Интересна также и точка зрения И.И.Митина, который использует в своих работах, посвященных изучению феномена культурно-географического пространства, термин «палимпсест», с помощью которого возможно представить некую модель системы пространственных смыслов, соответствующих каждому отдельному месту. Для нашего исследования подобная точка зрения представляется крайне важной, поскольку «палимпсест» как универсальное понятие, вполне может относится и к изучению феномена городского культурного пространства, которое также как и пространство географическое, может представлять собой множество семиологических систем, что характерно для культурного пространства в целом. Для культурного пространства семиотическая поливариантность так же характерна, как и для географического пространства. Необходимо отметить, что в настоящее время изучением культурных ландшафтов занимаются специалисты Института природного и культурного наследия им. Д.С.Лихачева (сектор гуманитарной географии под руководством Д.Н.Замятина).

Для понимания специфики развития культурного ландшафта важным становится рассмотрение вопросов взаимодействия природных и культурных компонентов. В работах Д.С.Лихачева петербургский культурный ландшафт – это «многоуровневое» пространство, которое соединяет в себе градостроительные и культурные принципы различных европейских стран и «допетровской» России, а потому представляется особенно ценным в общемировых культурных границах. В классификации Д.С. Лихачева выявлены три основных уровня горизонтальной протяженности: уровень крыш, уровень набережных и проспектов, уровень воды в реке. Иная точка зрения на петербургский культурный ландшафт предложена М.С. Каганом в книге «Град Петров в истории русской культуры» (СПб, 1996). Автор, рассматривая в качестве примера архитектонику петербургского пространства, указывает на то, что ансамблевый принцип является основой структурной организации пространства города. В работах Волкова С. «История культуры Санкт–Петербурга с основания до наших дней» (М, 2001), Каганова Г. «Санкт-Петербург: Образы пространства» (СПб, 2004), Спивака Д.Л. «Метафизика Петербурга: Начала и основания» (СПб, 2003) феномен петербургского культурного ландшафта рассматривается в аспекте специфики Места, которое представляется как некое единое целое, включающее в себя сложный набор культурных и природных компонентов. Среди перечисленных работ следует отметить книгу Г.Каганова «Санкт-Петербург: Образы пространства», в которой, помимо истории художественного восприятия петербургского пространства, автор раскрывает глубокую взаимосвязь этого восприятия с общественными и художественными идеалами культурных эпох в истории Петербурга.

Аксиологические аспекты проблемы культурного ландшафта освещаются в работе Ю. Ведени­на и М. Кулешовой «Культурный ландшафт как объект наследия» (СПб, 2004), где феномен культурного ландшафта рассматривается в контексте сохранения культурного наследия, поскольку именно культурное наследие необходимо рассматривать как фундаментальную кате­горию, которая определяет возможность формирования самобытного, устойчивого и разнообразного культурно-ландшафтного пространства. Ю. Ведени­н и М. Кулешова предлагают использовать информационно-аксиологический подход, суть которого состоит в том, чтобы ис­следовать культурный ландшафт как некий продукт совместного «творчества» природы и человека, который может быть представлен как сложная система духовных и материальных ценностей, имеющих высокую степень исторической и культурологической информативности. Культурный ландшафт в указанном исследовании представляется как носитель уникальной информации различного характера (эстети­ческой, научной, исторической и др.)

Изучение петербургского культурного ландшафта невозможно представить без обращения к семиотическому анализу, который помогает существенно расширить границы исследования, поэтому в работе использованы труды М.Ф. Амусина, Л.К. Долгополова, А.Ф. Измайлова, М.Г. Качурина, М.Н. Кураева, И.К. Кучмаевой, С.Т. Махлиной. Отдельное место занимают работы по семиотике представителей тартуско-московской школы – Вяч. В. Иванова, Ю.М. Лотмана, В.Н. Топорова, Б.А. Успенского. Ю.М.Лотман использует в своих работах понятие «текста культуры», и поэтому, рассматривая феномен культурного пространства, он указывает, что пространство не есть только геометрическая схема, но оно имеет свое содержание, свой язык, с помощью которого способно создавать и передавать нам самые различные понятия. В этом смысле, культурный ландшафт Петербурга представляет уникальный пример культурного пространства, где благодаря концентрации исторических событий, интеграции различных культур, встраиваемых в общее пространство, и смелых художественных экспериментов возникла сложная культурная система, которая на долгое время определила развитие российской цивилизации. Также необходимо отметить исследования В.Н.Топорова, который занимался активным изучением проблемы «петербургского текста» русской литературы и русской культуры в своей работе «Петербург и петербургский текст русской литературы» (СПб, 1993). Тему московско-петербургских отношений рассматривает в своей работе «Петербург Москва: сумма историй» (СПб, 2000) петербургский ученый С.Б. Смирнов.

В полной мере актуальными для каждого исследователя эпохи Серебряного века остаются воспоминания и исследования по истории искусства и культуры А.Н. Бенуа, А. Белого, М.В. Добужинского, А.П. Остроумовой-Лебедевой, Н.Э. Радлова, Д.С. Мережковского. Проблемы русского искусства рубежа XIX-XX веков отражены в работах И.А. Азизян, Е. Борисовой, С. Бочарова, В.В. Бычкова, В.Г. Власова, Н.И. Глинки, Т.В. Ильиной, Б.М. Кирикова, Н.Н. Коваленской, Л.А. Колобаевой, Г.Н. Комеловой, Н.П. Лапшиной, М.Г. Неклюдовой, В.И. Пилявского, Д.В. Сарабьянова, Е.Н. Устюговой, М.Г. Эткинда. В книге М.Г. Неклюдовой «Традиции и новаторство в русском искусстве конца XIX-начала XX века» (М, 1991) искусство крупнейших русских художников рубежа веков рассматривается в контексте проблемы переосмысления художественных традиций в искусстве эпохи Серебряного века. Также следует отметить книгу И.А. Азизян «Диалог искусств Серебряного века» (М, 2001), где затрагивается широкий круг культурно-художественных понятий от иконографии и стилистики образов до художественных концепций и стилеобразующих влияний на искусство указанного периода. Следует также выделить отдельную группу источников, посвященных проблематике художественной культуры Серебряного века. Вопросы литературного творчества мастеров Серебряного века освещены в работах В.С. Баевского, Л.К. Долгополова, М.Г. Качурина, С.Ф. Кузьминой, Л.А. Смирновой, М.Н. Кураева, П. Пильского, Е. Шермана, Г.М. Фридлендера. Философские и культурологические аспекты эпохи рассматриваются в работах А.Белого, Н.А. Бердяева, В.В. Бычкова, Исупова К.Г., Д.С. Мережковского, И.А. Муравьевой, А.М. Панченко, М. Пьяных, О. Ронена, О.Б. Сокуровой, Д.Л. Спивак.

Таким образом, названные и многие другие работы представляют серьезный теоретический и исторический анализ такого сложного явления как культурное пространство, способствуют раскрытию аксиологических аспектов петербургского ландшафта в культуре Серебряного века.

^ Объект исследования: Петербургский культурный ландшафт в истории русской культуры.

Предмет исследования: аксиологические аспекты петербургского культурного ландшафта в отечественной культуре.

^ Цель диссертации: исследование петербургского ландшафта как художественной ценности в культуре Серебряного века

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

- проанализировать методологические и теоретические подходы изучения феномена культурного пространства в культурологии;

- раскрыть аксиологические аспекты петербургского культурного ландшафта в русской художественной культуре рубежа XIX-XX веков;

- показать петербургский культурный ландшафт как пространство диалога культур;

- выявить особенности петербургского культурного ландшафта в творчестве мастеров художественного объединения «Мир искусств»;

- охарактеризовать эволюцию «петербургского сюжета» и произвести анализ петербургского культурного ландшафта как литературного героя;

- рассмотреть современную историю ландшафтных ценностей петербургского культурного ландшафта Серебряного века;

^ Методологическая основа и методы исследования. Примененная в диссертационной работе методология основывается на системном, историческом и философско-культурологическом анализе феномена петербургского культурного ландшафта как художественной ценности в культуре Серебряного века.

Методология диссертации базируется на теоретическом материале современной культурологии, что позволяет рассмотреть и проанализировать феномен петербургского ландшафта как пространства уникального художественного эксперимента, которое, с одной стороны, локально и самодостаточно, с другой стороны, тесно связано с общемировыми культурными процессами. Междисциплинарный подход позволяет обращаться к истории, искусствоведению, философии, культурологии и другим гуманитарным дисциплинам, осуществить наиболее всесторонний анализ, способствующий более глубокому исследованию феномена петербургского культурного ландшафта в рамках обозначенного периода.

Исторический подход дает возможность учитывать специфику эволюции художественных образов петербургского ландшафта в общем контексте истории развития русской художественной культуры, начиная с XVIII века, и позволяет «реконструировать» историческую ретроспективу, которая способствует выявлению ключевых моментов в развитии этой эволюции

Применение в диссертационной работе компаративистского метода исследования способствовало анализу широкого фактологического и историко-культурологического материала. В работе также были использованы типологический и историко-функциональный методы.

^ Научная новизна диссертационного исследования состоит в следующем:

- на основе теоретического анализа выявлены художественные смыслы культурного ландшафта;

- раскрыта проблема эволюции архитектурно-пространственных и художественных образов петербургского ландшафта в культуре Серебряного века;

- осуществлен анализ диалога культур в границах культурного пространства Петербурга эпохи Серебряного века;

- определены ценностные критерии принципов архитектоники петербургского ландшафта в творчестве деятелей объединения «Мир искусств»;

- показано, что влияние петербургского культурного ландшафта, обусловило изменение ценностных ориентиров отечественной культуры «послепетровской» эпохи, изменив традиционные представления не только о «внешнем» образе города, но и о его культурных функциях;

- выявлены особенности «петербургского текста» в русле новых литературных течений Серебряного века, что определило ценностные характеристики «словесного портрета» петербургского культурного ландшафта;

- показано, что ценностные смыслы художественной культуры Серебряного века связаны с проблемами сохранения культурного наследия, выраженного в петербургском ландшафте;

^ Основные положения, выносимые на защиту.

1. Ландшафт – понятие, используемое в самых различных науках, его характеристики строятся на понимании визуального характера местности и ее геопространственной структуры. Культурный ландшафт включает в себя географический, но их границы могут не совпадать, поскольку иногда масштаб культурного ландшафта может быть парадоксально меньше масштаба географического ландшафта. Географический компонент культурного ландшафта является важной частью, «скелетом» организма культурного ландшафта, и его изменение приводит к изменениям всех компонентов такой системы. В культурологическом смысле, ландшафт рассматривается, как способ структурирования и репрезентации окружающей среды, с помощью которого может быть выражена внешняя форма деятельности человека. Городской культурный ландшафт можно рассматривать как результат творческой трансформации географической среды человеком. Пространство становится ландшафтом, когда наполняется неким духовным содержанием, в этом принципиальное отличие ландшафта культурного от природного.

2. Петербургский ландшафт как уникальное явление в культуре России сформировался в процессе межкультурного взаимодействия, результатом которого стало создание целостного, жизнеспособного, динамично развивающегося культурного пространства. Культурный ландшафт зависит от географической «конфигурации» места, что определило развитие новых представлений о художественном облике города в русской культуре Серебряного века. Возникшая в русской графике тема идеального города связана с образами петербургских архитектурных ансамблей находящихся на практически идеальной равнине (А.Остроумова-Лебедева) и образами «внутренних пространств», выражающих скрытую природу петербургского культурного ландшафта (М.Добужинский).

3. Открытость географического пространства определяет визуальное выражение петербургского культурного ландшафта. «Линеарность» и «графичность» неразрывно связаны с природными условиями обитания и определяют художественные аспекты восприятия городского ландшафта: строгость пейзажа, архитектурные силуэты на фоне белых ночей, цветовая монохромность городских пространств. Природно-территориальные компоненты петербургского культурного ландшафта становятся важной частью морфологии петербургского текста, в котором творческий импульс художника трансформирует их в сложную семиотическую систему. Специфика взаимодействия природной и культурной среды позволяет рассматривать петербургский культурный ландшафт как феномен, обладающий «полифонической» структурой и несущий в себе многообразие культурных интерпретаций, введенных в общий историко-культурный хронотоп.

4. Одной из центральных тем в русской художественной культуре, начиная с XVIII века, становится петербургский культурный ландшафт, в пространстве которого формируется новое понимание принципов художественного творчества: новаторство и преемственность, свобода творчества, открытость инновациям, антропологизм, светскость, ансамблевость. Сочетание «вертикалей» и «горизонталей» определило ландшафтные особенности формирования культурного пространства Петербурга, где географическая плоскость становилась описательным текстом по принципу «линейной» развертки, с помощью которой создавался репрезентативный «портрет» Петербурга.

5. Одна из интерпретаций «петербургского мифа» связана с идеей «театральности» петербургского пространства, где город отождествляется с театром, поскольку формирование уникальной архитектурно-пространственной среды заставляло воспринимать петербургский ландшафт как грандиозную декорацию (город – сцена, перспектива разделяет задний и передний планы, архитектурные формы – кулисы и занавес). Специфика петербургского стиля связывает культурно-пространственную среду с «маршрутами» повседневной жизни обывателя (зрителя), при этом трансформируя городское пространство в подобие интерьера или сцены. «Театральность» как качество формирующее пространство Петербурга, связана с особенностями развития петербургской идентичности, которая предполагает наличие внешнего наблюдателя (Ю.М. Лотман). С другой стороны, следуя классическим представлениям петербургской культуры, «пейзаж должен быть портретом» (К.Батюшков), и Петербург выступает не только как «пространство сцены», но и как самостоятельный герой. «Театральность» была не только внешней демонстрацией содержания города, но и выражением внутренней природы его бытия, что получило развитие в творчестве художников Серебряного века. Осваивая синтез различных искусств, эти художники особое внимание уделяли театрально-декорационному искусству, находя мотивы в петербургском культурном ландшафте: М. Добужинский пишет эскиз к пьесе «Николай Ставрогин», опираясь на литературные образы Петербурга Достоевского; А.Головин создает эскиз античного пейзажа к опере К.Глюка «Орфей и Эвридика», в котором элементы садово-парковой архитектуры напоминают виды Павловска. С.Дягилев и А.Бенуа, развивая свою идею театрального синтеза искусств, которая потом оформилась в знаменитых «Русских сезонах», вдохновлялись петербургским genius loci, каким для них был петербургский культурный ландшафт.

6. Для представителей Серебряного века понятие «открытости» петербургской культуры связывается с понятием месторазвития и становится характерной особенностью архитектоники культурного ландшафта Петербурга, что позволило активно инициировать процессы синтеза европейской и традиционной отечественной культуры Нового времени. Принцип синтетичности нашел свое воплощение в изобразительном искусстве и литературе, в менталитете жителей, в теории и практике градостроительства, в целом определив содержание и перспективы развития петербургской культуры, как культуры, одновременно включающей в себя элементы «ренессансной» и «просветительской» моделей миропонимания.

7. Петербургский ландшафт, сформировавшийся в результате диалога культур, позволяет рассматривать создание Петербурга как принципиально интеркультурного города; в пространстве петербургского ландшафта созданы и развиваются условия для уникального масштабного художественного эксперимента, в основе которого лежит принцип творческого осмысления различных историко-культурных традиций, что оказало существенное влияние на формирование художественно-эстетических представлений художников Серебряного века.

8. Петербургский ландшафт для «мирискусников» - пространство, позволяющее связать различные культурные явления и эпохи, прошлое и настоящее в один общий текст, в основе которого лежит единый универсальный язык, позволяющий соединить вместе музыку и поэзию, архитектуру и живопись, социальное и художественное пространство, реализовав тем самым принцип «ансамблевости», что позволяет рассматривать петербургский культурный ландшафт как сложную социокультурную систему, строящуюся на принципах трансляции культурных ценностей.

9. Петербург, его культурный ландшафт, как сумма семантических компонентов, эксплицирует себя в литературных произведениях и приобретает некую метафизическую жизнь, став самостоятельной частью петербургской культуры. Визуальный набор объектов - улицы, дома, площади, памятники и.т. д - во многом детерминировали жизнь литературных героев в произведениях отечественных классиков. Особое место занимают природно-парковые комплексы Петербурга и его пригородов, как зримое воплощение синтеза антропогенного и природного ландшафтов. Одно из ценностных качеств петербургского ландшафта, культивируемое в эпоху Серебряного века, объяснялось тем, что петербургский ландшафт инициировал создание пространства литературных сюжетов и образов, которое рассматривалось как своеобразный «палимпсест», возникший в результате семиозиса пространственных мифов, формирующих текст города. Внутри этого текста «палимпсест» приобретает важную формообразующую роль, функцию, при помощи которой писатель интерпретирует символику петербургского ландшафта: от пушкинской трактовки «Медного всадника», который одновременно становится знаком города и выражением романтической трагедии до символического объяснения Медного всадника как апокалипсического персонажа у А. Белого, для которого символ того же образа приобретает эсхатологические коннотации.

10. Тема сохранения петербургского ландшафта как уникального явления мировой культуры возникает в культуре Серебряного века, поскольку именно в это время формируются представления о петербургском культурном ландшафте как о полиморфной системе, в основе которой лежит принцип взаимодействия разнообразных компонентов (природная среда, пространственные характеристики, культурные коды, мировоззренческие представления, культурно-художественные образы), и это разнообразие рассматривается как абсолютная ценность. Эпоха Серебряного века трагически совпала по времени с периодом ломки ценностных ориентиров в российском обществе, что создавало угрозу культурному наследию. Такая характеристика особенно актуальна для исторической эпохи «социальных потрясений», какой и являлась эпоха Серебряного века, где чувство приближающейся катастрофы заставляло представителей творческой интеллигенции с особенным вниманием обращаться к вопросам культурного наследия. Проблема сохранения петербургского ландшафта актуализируется и в наше время, поскольку в современной истории также имеют место кризисные процессы, и изменение культурного ландшафта связано, как и на рубеже XIX-XX вв., не с творческим осмыслением культурного наследия, которое проявляет себя в пространстве города, а с изменением ландшафтных компонентов, имеющих большое культурно-историческое значение, что не лучшим образом сказывается на культурном ландшафте города.

^ Теоретическая значимость исследования состоит в том, что феномен петербургского культурного ландшафта исследован в достаточно широком историко-культурном контексте, а представленные выводы позволяют наметить новые перспективы в культурологических исследованиях по данной проблематике.

^ Практическая значимость исследования. Результаты исследования дают возможность для более глубокого осмысления такого уникального феномена, каким является петербургский культурный ландшафт, позволяют понять его особую ценность для отечественной культуры, как на рубеже XIX-XX веков, так и в современной истории, дают возможность использовать материалы исследования для разработки учебных курсов по дисциплинам: «Культурология», «История мировой культуры», «История русской культуры», спецкурсов по истории культуры Серебряного века. К выводам и методике анализа можно обратиться при изучении вопросов, связанных с проблемами культурного пространства и культурного городского ландшафта.

^ Апробация и внедрение работы. Структура и основные положения диссертации обсуждались на методологическом семинаре кафедры теории и истории культуры СПбГУКИ (2011), на заседаниях кафедры искусствоведения СПбГУКИ; Научные идеи диссертационного исследования докладывались на научно-практических конференциях "Scientia Artis: Наука искусства" (2008), (2009), (2010) гг., а также на конференции «Культурно-историческая реальность в исследовании молодых ученых» (2011); Диссертация обсуждалась на заседании кафедры Теории и истории культуры СПбГУКИ и рекомендована к защите; материалы исследования использовались при чтении курса лекций «История русского искусства XIX-XX вв.», в проведении экскурсий по Санкт-Петербургу и его пригородам; основные положения диссертации были изложены в 3-х публикациях общим объемом 1,75 п.л.; материалы исследования получили отражение в авторском культурном проекте городского журнала «Канитель» (2008 г., 2009 г.)

Структура диссертации составлена с учетом логики исследования и включает введение, две главы, заключение и список литературы на русском языке.


^ II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ


Во введении обосновывается актуальность темы исследования, характеризуется степень научной разработанности, определяются цели и задачи исследования, научная новизна, теоретическая и практическая значимость, формулируются основные концептуальные положения, выносимые на защиту.

^ Глава I. «Своеобразие культурного пространства и ландшафта Петербурга» состоит из трех параграфов: «Культурное пространство и ландшафт в культурологии»; «Петербургский ландшафт в русской художественной культуре»; «Петербургский ландшафт как пространство диалога культур», содержание которых формирует теоретико-методологическую базу изучения проблемы.

В первом параграфе «Культурное пространство и ландшафт в культурологии» анализируются общие понятия и теоретические подходы, связанные с научными представлениями о культурном пространстве и ландшафте.

В исследовании показано, что понятие «культурного пространства» широко применяется в гуманитарных дисциплинах. К нему обращаются в своих исследованиях политики и историки, философы и культурологи, этнологи и психологи. Это создает множество всевозможных интерпретаций, что расширяет круг значений и смыслов данного понятия, нередко оно представлено в качестве символов или образов. Начиная со второй половины XIX-го и особенно в XX-ом веке в истории, антропологии, социологии, этнологии и этнографии получает особое развитие концепция «человек и пространство». При этом понятие пространства строго дифференцируется в зависимости от тех задач, которые возникают перед исследователем. В результате возникает множество пространств – историческое пространство событий, культурное пространство художественных образов и др. В это же время у исследователей возникает интерес к проблеме городского пространства. Городское пространство особенно специфично, поскольку в нем разнообразные культурные процессы приобретают особое значение, концентрируясь в границах городской среды. Исследования, в которых представлены различные определения города, предлагают рассматривать город как особую среду обитания, которая обладает специфичными социально-коммуникативными и вещно-предметными характеристиками. В работе делается вывод, что культурное пространство может представлять определенное единство общества и человека, которое способно воплотится в художественной жизни, где материальное и духовное существуют нераздельно.

Важное условие для исследователя - раскрыть и проанализировать архитектонические свойства культурного пространства. Междисциплинарный подход позволяет, применяя структурно-функциональный метод, вычленить части общей структуры и выяснить ее значение в системе. Вводя в исследование понятие городского культурного ландшафта, автор предлагает определять культурный ландшафт как любое жизненное пространство, которое освоено утилитарно, символически и семантически, а также одновременно обладает такими характеристиками как «цельность» и «дифференцированность» (В.Каганский). Анализ такого качества как целостность культурного ландшафта предполагает определение взаимодействия отдельных его элементов, а такие черты как неравновесность и нестабильность, позволяют его рассматривать как «диссипативную систему» (И.Пригожин), способную преодолевать хаос и выходить на более высокий уровень развития. Культурный ландшафт рассматривается и как самоорганизующаяся система, влияющая на развитие природных и социальных процессов. Отдельно в работе рассматриваются проблемы культурогенеза внутри природного ландшафта, что позволяет определить зависимость культурного своеобразия от «месторазвития», т.е. географического местоположения. Восприятие городского ландшафта связано также с взаимодействием антропогенных и природных компонентов. Такой сложной пространственной системой в исследовании является петербургский культурный ландшафт, для которого принцип сочетания антропогенных (уровень крыш, уровень набережных и проспектов) и природных компонентов (равнинный характер географического ландшафта, уровень воды в реке) формирует характерный облик города (Д.Лихачев). Петербургский ландшафт являет собой яркий пример уникального колорита общей пространственной системы, которая зависит от разнообразия множества «ландшафтов», а общая конфигурация и дискретность отдельных локусов рассматривается как одно из воплощений общей архитектоники петербургского культурного ландшафта. Пространство можно представить и как некий текст (Ю.М.Лотман), что позволяет использовать семиотический подход в изучении петербургского культурного ландшафта, значительно расширяя возможности исследования. Культурный ландшафт в таком случае представляется не только как геометрическая пространственная схема, но как сложная знаковая система, которая обладает своим содержанием, своим языком, с помощью которого способна создавать и передавать нам самые различные понятия. Семиотический подход позволяет определить метафизические «уровни-плоскости», которые существуют в петербургском культурном ландшафте: общая историческая плоскость города, плоскость существования литературных героев, плоскость художественных образов и проч. В исследовании отмечено, что понятие поливариантности является одной из характерных черт культурного пространства Петербурга. В исследовании анализируются понятия, применяемые в научных работах, посвященных вопросам изучения культурного пространства: диссипативная система (И.Пригожин), культурное наследие (М.Веденин), «месторазвитие» (Л.Гумилев), структура городского пространства (Д.Лихачев), архитектоника городского пространства (М.Каган), культурная память (Д.Лихачев), семиологическая система (Ю.Лотман), палимпсест (И.Митин), антропогенный ландшафт (В.Каганский).

Во втором параграфе «Петербургский ландшафт в русской художественной культуре» отмечено, что культурный характер эпохи Серебряного века был связан с чувством приближающейся катастрофы, и это обстоятельство заставляло многих представителей творческой интеллигенции рубежа XIX-XX веков подвести некий итог развития русской истории, при этом особенно обращая внимание на вопросы, связанные с осознанием ценности и уникальности национальной культуры. Отмечено также, что петербургская культура понималась как своеобразный камертон, ценностный знаменатель, с помощью которого определялись общие границы культурного дискурса. Делается вывод, что аксиологический аспект петербургской культуры занимал особое место в обсуждении этих вопросов, поскольку среди культурных феноменов, определявших общее пространство русской культуры, начиная с XVIII века, Петербург существовал на особом положении, и общая доминанта русской культуры получила наиболее полное выражение в рамках культуры Петербурга, и прежде всего, в принципе синтетичности, что проявилось в петербургском культурном ландшафте. Принцип синтетичности будет проявляться во всем – в изобразительном искусстве и литературе, в менталитете его жителей и градостроительных теориях, он стал основой петербургской культуры. Способность к синтезу самых различных явлений мировой культуры фактически сделала петербургский культурный ландшафт особым культурным феноменом, в границах которого возникли особые культурные традиции, а вместе с этим формировался новый тип культуры, ставивший перед собой цель - просвещение России.

Петербургский культурный ландшафт создавался как инновационное пространство, в котором было возможно создать все условия для формирования новых ценностных ориентиров, что позволило совершить национальной культуре мощный качественный прорыв в новую реальность. Петербург в таком случае представляется культурным медиатором, с помощью которого отечественная культура транслировала в национальное поле все лучшее, что можно было взять у Запада, одновременно сохраняя все то лучшее, что было в России. Отмечается, что в строительстве Петербурга использовались законы европейской архитектуры и градостроительства, но при этом Петербург не стал копией ни одного европейского города. Осмысленное заимствование европейских художественных приемов и методов русскими мастерами, приводило не только к внешней трансформации принятых европейских канонов, но меняло их художественную суть, наполняло новым содержанием привычные формы.

В исследовании показано, что в течение почти двух столетий, художественный образ Петербурга подвергался значительным трансформациям, и спектр этих изменений был невероятно широк - от простой фиксации городских пространств (гравюра петровской эпохи) до сложных попыток передать через «внешний» образ сокровенную жизнь города (литературные и живописные «описания» второй половины XIX века). К концу XIX века сложились два характерных типа изображений, которые имели значительное количество художественных интерпретаций. Первый тип, господствовавший на протяжении всего XVIII века, строился на стремлении художника передать внешнее воплощение ландшафта города через «описания» архитектурных объектов (панорамные виды П. Пикарта, А. Зубова и др.). В работе исследована историческая ретроспектива, которая позволяет определить эволюцию художественных образов петербургского ландшафта, начиная с работ гравера «петровского» времени П. Пикарта (1668—1737). Важной деталью становится художественный сюжет, который использует П. Пикарт - образ пустоты, которая фиксируется контуром застройки. Именно такой образ станет смысловым центром большинства художественных интерпретаций петербургского пространства в дальнейшем. Плоскость становилась своеобразным описательным текстом, с помощью которого передавалось не художественное впечатление, а только беспристрастная фиксация объектов. Композиционные приемы, которые использует П. Пикарт, подчеркивают пространственную удаленность, усиливая разность двух миров, связанных только зрительно – мир реального зрителя и мир идеального бытия города. В дальнейшем исследуется образ петербургского ландшафта, представленный в работах А. Зубова (1682 - после 1741). Его гравюры - это репрезентативный портрет Петербурга, в котором художник особенно подчеркивает, что новый город возникает как победа человека над стихией. В исследовании подчеркивается, что это был второй тип интерпретации городского ландшафта, который предлагала петербургская художественная культура.

В диссертации показано развитие двойственного образа петербургского пространства, которое связано с культурой сентиментализма. В художественном сознании мастера того времени, методы контрастного противопоставления, то есть соотношения противоположности светлого и темного, ближнего и дальнего, определяли главные качества обитаемого мира. В диссертации подробно анализируется работа Ф.Алексеева (1753-1824) «Вид Дворцовой набережной от Петропавловской крепости» 1794 года, указывается, что именно в этом произведении возникает тот классически цельный образ Петербурга, который станет одним из канонических образов в русской художественной культуре, как в литературе, так и в изобразительном искусстве. В своих интерпретациях городского пространства, Ф. Алексеев использует принцип интериоризации воображения, который стал культурной нормой в конце XVIII века в русском искусстве.

В работе отмечено, что отличительной чертой первых «петербургских текстов» был пафос победы человека над природой. Для литературы XVIII века характерно сравнение Петербурга с «городом священным» (А.Сумароков). Таким образом, Петербург вводится в пространство древней исторической традиции русских городов. Сумароков в своем творчестве пытается связать образ Петербурга с прошлым, с историей, и это обстоятельство отмечается в исследовании как чрезвычайно важное для зарождающейся отечественной культуры нового типа. Петербург не должен восприниматься как враждебный чужак, но должен быть великим символом обновленной России. Отмечена характерная особенность стилистики XVIII века, близкая принципам «линейного описания», которая часто применялась в гравюре. Облик города воспринимается как прообраз идеального героя, нечто недоступное, о чем сложно говорить простым языком. Автор подробно анализирует историю литературных описаний петербургского ландшафта, поскольку интерес к повседневному пространству уличной жизни, а не к архитектурному пространству, был свойственен не только изобразительному искусству, но и русской литературе. Петербургский ландшафт представлялся как среда обитания, имеющая в своем центре главные точки всех возможных коммуникаций. Такая система напоминает театральную сцену, позволяя зрителю наблюдать за поведением героя. Петербургский культурный ландшафт органично вписывается в русскую литературу, поскольку в его границах создавались оптимальные условия для возникновения и дальнейшего развития новых тем и разнообразных сюжетных линий. Возникшую в русской литературе тему «маленького человека» невозможно представить вне петербургского ландшафта. Именно он, Петербург, оформил трагедию «маленького человека», для которого огромные пространства «внешнего» города, невероятные водные просторы Невы и столичных площадей воспринимались, по меньшей мере, как бессмысленные, а чаще как враждебные и чужие. «Маленький человек» гибнет не столько от социальной своей несостоятельности, сколько от того, что не выдерживает существования в двойственной природе Петербурга, где все может обернуться обманом, призраком, гибельной иллюзией. Трагедия «маленького человека» всегда проходит в декорациях петербургского культурного ландшафта – пушкинского Евгения губит разлившаяся по всему городу водная стихия, а несчастного героя гоголевской «Шинели» Акакия Акакиевича Башмачкина грабят на площади, которая представляется как «страшная пустыня».

В диссертации отмечена характерная черта петербургской культуры 40-х годов XIX века: вплоть до рубежа XIX-XX веков город будет интересовать художников и литераторов только в смысле изображения изнанки городской жизни, внешняя красота петербургского ландшафта, его художественная ценность отойдет на второй план. В работе это обстоятельство рассматривается как следствие художественного кризиса, благодаря которому, в художественном сознании петербургский культурный ландшафт утратил свой целостный образ, а ведь именно целостность петербургского ландшафта воспевалась художниками XVIII века как абсолютное ценностное качество Петербурга. Теперь же петербургское пространство распалось на множество ячеек, которые заполнялись обыденной повседневностью столичной жизни. Понимание образа Петербурга как фантастического пространства, которое противостоит «физиологическому», возникло в произведениях Ф.Достоевского. Первое обладает целостностью и пренебрегает деталями, второе, наоборот, предельно фрагментарно и наполнено мельчайшими подробностями. Синтез этих пространств и сформировал тот образ петербургского ландшафта, который получил дальнейшее развитие во второй половине XIX века. Похожие процессы происходили и в живописи, что особенно отразилось в творчестве В.Сурикова и Ф.Васильева. Русские художники отказываются от традиций предшественников, для которых важным было сохранить принципы подчеркнутого бытоописательства и особое внимание обращают на ландшафтно-пространственные фрагменты. Теперь зрение живописца, не связанное пространственной близорукостью, вновь обращается к попыткам понять и раскрыть перед зрителем целостность образа петербургского ландшафта. В дальнейшем художественное восприятие петербургского ландшафта значительно меняется. Город воспринимается как интерьер или сцена, где главным становится попытка совместить пространственную среду с описаниями повседневной жизни горожан. Петербургский культурный ландшафт в таких изображениях воспринимается как важная часть собственного пространства зрителя, где и проходит его жизнь. Во второй половине XIX века изобразительное искусство, но в большей степени, литература, представляют Петербург как вполне самостоятельного «сверхгероя», а петербургский ландшафт активно воздействует на персонажа, находясь с ним в своеобразном диалоге, и может определять его судьбу.

В третьем параграфе «Петербургский ландшафт как пространство диалога культур» отмечается, что культурное пространство является социокультурной и жизненной средой общества и определяет внутренний объем культурных процессов.

Культурные контакты свидетельствуют о динамизме культурного пространства. Известно, что в культурном пространстве России французская, итальянская, немецкая, голландская и другие волны оставили значительный след. В диссертации проводится анализ пространства Петербурга как города-столицы, который воплотил идею культурного контакта новой империи с Западным миром. Петербург рассматривается как символ обновления русской культуры, которая сознательно переориентировалась на новые принципы градостроительства и архитектуры. Своеобразие петербургского пространства и в том, что оно имеет «разноплеменной» характер. Многонациональность – отличительная черта Петербурга, здесь представители разных народов существовали в одной территориально-городской среде, где не только жили, но и обменивались на разных уровнях уникальностью своих культур. Когда мы говорим о диалоге культур, то надо сказать, что Петербург создавался как принципиально интеркультурный город, в котором каждый из существующих этносов имел возможность сохранить свою культурную идентичность. Уже в первые годы, Петр I приглашает сюда мастеров самых разных национальностей. Город аккумулировал все разноязычное многообразие народов, таким образом, создавая свое собственное лицо, не похожее ни на один из городов России. Активное привлечение иностранных мастеров приводило к тому, что на берегах Невы возникал удивительный феномен гармоничного взаимодействия различных культур и конфессий. Очевидно, что обращение к западным культурным традициям стало обязательным условием приобщения России к общемировой культурной системе.

^ Глава II. Аксиологические аспекты ландшафта в художественном пространстве Петербурга Серебряного века состоит из трех параграфов «Петербургский ландшафт в культурном пространстве «мирискусников»; «Городской ландшафт как литературный герой: история развития «петербургского сюжета»; «Судьбы ландшафтных ценностей петербургской культуры Серебряного века» и посвящена анализу аксиологической специфики петербургского ландшафта в художественной культуре Серебряного века.

^ В первом параграфе «Петербургский ландшафт в культурном пространстве «мирискусников» установлено, что именно художники «Мира искусств» были одними из первых, кто поднял вопрос об аксиологической значимости петербургского периода русской культуры. Исследованы два направления, в рамках которых происходил процесс «реабилитации» петербургской культуры. Это художественная критика, которую представлял один из основателей направления – А.Бенуа. Здесь он впервые поднимает вопрос о «возрождении петербургского искусства». В своих статьях он стремится обратить внимание общества к красоте Петербурга, дать оценку такого явления в русской культуре, как петербургский стиль XVIII и начала XIX века. Отмечено и выделение ряда художников в отдельную школу графики (А. Бенуа, Л. Бакст, М. Добужинский, К. Сомов, Е. Лансере, А. Остроумова-Лебедева и др.) которая возникла внутри объединения. Их основной проблемой стало изучение эстетики петербургского стиля. Для «мирискусников» причина художественного кризиса рубежа XIX-XX вв. заключалась в том, что русской культурой было утрачено чувство большого художественного стиля, которое было свойственно русской художественной культуре вт. пол. XVIII - нач. XIX вв. Отсюда и возникало стремление к сознательной «ретроспективности», и Петербург для них становится олицетворением «высоты русской культуры «классического периода», то есть олицетворением той самой целостности художественного стиля, без которой невозможно говорить о художественной культуре общества в целом. Далее отмечено, что Петербург для художников объединения «Мир искусств» являлся символом, который выражал высший критерий художественности, то есть целостности культуры, которая достигалась через синтез искусств. В исследовании проводится анализ оценок петербургской культуры «мирискусниками», из чего можно сделать следующий вывод: стремление понять язык стилей прошедших эпох, связывался с обязательным обращением к петербургской культуре, поскольку для нее принцип «ансамблевости» и целостности всегда был чрезвычайно важным. В результате таких экспериментов, «мирискусникам» удалось найти некий общий язык с прошлыми эпохами, что стало характерной чертой в их творчестве, поскольку петербургская культура по природе своей была всеобъемлюща, синтетична, и ее принцип «синтетизма», это ее основной, типичный именно для нее принцип, с помощью которого и создавался уникальный образ Петербурга. В работе рассмотрены «петербургские» произведения А.Бенуа (иллюстрации к пушкинскому «Медному всаднику»), М.Добужинского («Старый домик», «Летний сад зимой», «Английская набережная в снегу») и А.Остроумовой-Лебедевой («Петербург. Нева сквозь колонны Биржи»), («Петербург. Новая Голландия»), дан анализ художественных концепций виденья петербургского ландшафта: в работах М.Добужинского Петербург – это мир, в котором царят неодушевленные вещи, но наделенные человеческими эмоциями, что в каком-то смысле продолжает литературную традицию русского символизма. В произведениях А.Остроумовой-Лебедевой Петербург представлен как идеальная архитектурная система, и по этой причине он существует вне времени. Петербургский ландшафт в произведениях «мирискусников» предстает перед нами как некая практически идеальная среда, где царит целостность и гармония, где способен выразить себя совершенный художественный стиль.

^ Во втором параграфе «Городской ландшафт как литературный герой: история развития «петербургского сюжета» рассматривается тема развития «петербургского сюжета» в отечественной литературной традиции XVIII – нач.XX вв.

Характерная черта литературы «допушкинской» поры состоит в том, что Петербург воспринимается как безусловно идеальный образ, который мало имеет общего с действительным бытием города. Новое понимание образа Петербурга дает Пушкин. Именно в его творчестве Петербург становится самостоятельным героем, возникают контуры «петербургского мифа», который станет одним из самых интересных сюжетов в отечественной литературе.

Автор рассматривает «петербургскую повесть» А.Пушкина «Медный всадник», в которой представлена романтическая идея – борьба человека с разъяренной стихией и отмечает своеобразие этого произведения, в котором впервые в истории русской литературы художник создает сложное описание, выражающее саму суть характера Петербурга, подчеркнув семиотическое выражение апофеоза города – столкновение мифического и реального. Пушкинскую традицию описывать метафизическую природу Петербурга продолжает Н. Гоголь. В исследовании отмечается, что в произведениях Н.Гоголя «фантастическое» - характерная черта семиотики петербургского текста. Н.Гоголь воспринимает Петербург как особое историко-культурное пространство, представленное как миф ("На Невском все обман, все мечта, все не то, чем кажется"). Особое внимание в работе уделено исследованию «петербургского сюжета» в произведениях Ф.Достоевского, для которого реальное пространство сюжета, в силу своей достоверности, парадоксально превращается в символическое пространство знаков и явлений, а символы пространственной среды образуют свою сложную топонимику. В исследовании отмечено возникновение в текстах Достоевского отчетливо понимаемой метафизики городского пространства, которая является значительным шагом в развитии литературных описаний «петербургского ландшафта» в середине XIX века. В работе отмечено, что характерной чертой в описаниях петербургского ландшафта становится линеарность пространства, являющаяся продолжением «темы лабиринта», которая возникает в литературном сюжете XIX века. Для героя «петербургского текста» воспринимаемая лабиринтность пространства необходимое условие для жизни в нем: Герман, размышляющий о счастливых картах, кружит в заснеженном городе, Евгений в безумстве мечется среди мертвых линий, Раскольников бесцельно бродит после совершенного убийства, лирический герой у Блока скитается по Петербургу.

Далее рассматривается следующий этап развития петербургского сюжета, в котором особую роль играют петербургские символисты, утверждающие, что символ, лежащий в основе художественного творчества, и по сути олицетворяющий его, обладает невероятной творческой силой. Его иррациональная неисчерпаемость, сакральность его природы, переводили художественные поиски из плоскости тривиальных описаний в плоскость мистических откровений. И в этом смысле тема Петербурга приобретает новое, во многом мистическое, или даже трансцендентное звучание. В исследовании показано, что «петербургский текст» XIX века для символистов становится транслятором единого художественного языка, с помощью которого создавались многочисленные интерпретации петербургского пространства. Символическая основа образа Петербурга в творчестве поэтов Серебряного века не могла существовать вне контекста «петербургской классики», а особенность поэтики была связана, как и в литературе А. Пушкина, Н. Гоголя, Ф. Достоевского, с темами городского пейзажа и образами героев, живущих в Петербурге. Литературная традиция описаний петербургского ландшафта, берущая начало от времени классицизма второй половины XVIII века и романтизма начала XIX века, сформировала оценку петербургского ландшафта как действующего персонажа, при этом произведения символистов необходимо рассматривать как оригинальные художественные метатексты, где предшествующие описания Петербурга становятся основой для «неомифологических» текстов А.Блока, А.Белого, В.Брюсова, Д. Мережковского и др.

В работе отмечено, что в «петербургском тексте» XX века особое место занимают произведения несловесных искусств: парки, архитектурные памятники и ансамбли города. Они представлены и как часть реального ландшафта Петербурга, и как набор метафизических описательных цитат, определяющих сложный смысл поэтического гештальта города. Усвоенная символистами сумма культурных кодов предшествующей эпохи, позволяла им воспринимать Петербург как «единый текст», в котором «парадный» «пушкинский» Петербург соседствовал с «непарадным» Петербургом Достоевского. При этом не только не разрушалась целостность художественного образа, но и возникал ряд новых литературных интерпретаций петербургского ландшафта, что позволило заново взглянуть на Петербург как на пространство, в котором историческая реальность превращается в сложный культурный метатекст.

Художественный образ Петербурга в поэтике Серебряного века формируется под влиянием декадентской апологии мощи и красоты большого города (урбанизм В. Брюсова). С другой стороны, Петербург рубежа XIX-XX веков воспринимается как «гиблое место», где проходит граница развития цивилизации, за которой ощущается отзвуки всемирной катастрофы. Отсюда мотив предреволюционных чаяний, имеющий эсхатологические коннотации, в творчестве А.Блока.

В произведениях А.Блока находит выражение еще одна характерная черта петербургского ландшафта – его «театральность». Мотивы маскарада, ряженья в творчестве А.Блока («Балаганчик» 1905 г., «Снежная маска» 1907 г.) были навеяны ежегодными петербургскими «гуляньями на балаганах», где часто в репертуаре были представлены многочисленные арлекинады. Подобные гулянья были частью петербургского ландшафта, что отмечал в своих воспоминаниях А.Бенуа. Этот элемент петербургской культуры нашел свое воплощение и в творчестве А.Белого, и как ретроспективный символ, появляется у А. Ахматовой в «Поэме без героя». В дальнейшем автор диссертации рассматривает и анализирует одно из программных произведений эпохи Серебряного века – роман А.Белого «Петербург». Выяснено, что А.Белый «совмещает» два совершенно противоположных образа петербургского ландшафта: одновременно входя в полемику с Ф.Достоевским, он также использует образную традицию пушкинского «Медного всадника», но пушкинские эпиграфы и цитаты, входящие в семантику и поэтику романа, выглядят как диссонанс, что намеренно используется как необходимый эффект, усиливающий художественный контраст, что продолжает петербургскую литературную традицию XIX века (мятеж мистических стихий, среди которых борется «петербургский герой», у символистов по смыслу близок к мятежу природной стихии). Петербург А.Белого, как и Петербург А.Пушкина живет во власти «мудрого, страшного, но и пле­нительного гения» (А.Бенуа). В произведении А.Белого, как и у А.Пушкина, Петербург - это главный метафизический персонаж, а представленные в романе герои могут считаться таковыми только номинально. Если Петербург для А.Пушкина это Медный всадник, то для символистов это образ Всадника Апокалипсиса, поскольку, во-первых, петербургский ландшафт воспринимается символистами как пространство мистических событий (Д. Мережковский, А. Толстой), а во-вторых, чувство апокалиптичности было связано с ощущением безвременья, конца эпохи. Особенно уместно вспомнить, что Петербург, как олицетворение петровских преобразований начала XVIII века, в общественном сознании уже воспринимался как символ, обладающий апокалиптическими чертами.

^ В третьем параграфе «Судьбы ландшафтных ценностей петербургской культуры Серебряного века» рассматривается судьба культурного наследия Серебряного века.

Тема культурного наследия и сохранения культурных ценностей была особенно актуальной для художников рубежа XIX-XX вв. В пространстве русской культуры Петербург всегда был особенным и уникальным явлением, не исключение и эпоха Серебряного века, которая характеризуется высшей степенью интенсивности культурных процессов. Более чем за два столетия петербургский культурный ландшафт стал тем фундаментом, который явил миру масштабную по значимости непреходящих ценностей, особую петербургскую культуру. В работе показано, что петербургский ландшафт представляет собой сложную систему, в которую включены множество памятников истории и культуры; на его территории существуют ценные природные комплексы; осуществляется многосторонний мультикультурный диалог. Особое внимание обращено на так называемый ассоциативный ландшафт, поскольку именно такой тип ландшафта наиболее интересен в контексте темы сохранения культурного наследия. В данном типе культурного ланд­шафта информационный слой создается не только исследователями, но и писателями, поэтами, художниками, то есть представителями творческих профессий. Нам достаточно вспомнить петербургскую графику на рубеже XIX-XX вв., чтобы понять, что именно ряд этих художников смогли сохранить в своих произведениях неповторимый образ петербургского ландшафта. В большинстве своем, все то, что изображено ими, в настоящее время уже не существует в реальности. Особое внимание в исследовании также обращено на архитектуру «модерна», первейшей задачей которой было создание единой выразительной и художественно целостной среды, которая бы не вступала в противоречие с уже существующим архитектурно-художественным пространством. В этом состояла вся культура «Серебряного века», строившаяся на осмыслении разных культурных феноменов, которые осваивались через синтез различных искусств, а в результате создавался уникальный художественный язык, с его помощью можно было «говорить» с любой исторической эпохой. В исследовании установлено, что культурное наследие этой эпохи обладало невероятным творческим потенциалом. Создание сложной художественной системы, в которой связывались воедино такие понятия как интерьер и фасад, иллюстрация и текст делало невозможным разделение по принципу «сумма художественных объектов», поэтому вопрос сохранения культурного наследия эпохи «Серебряного века» неизбежно привлекает и будет привлекать своих исследователей. В исследовании указывается, что в современной истории Петербурга вопросы сохранения культурного ландшафта не теряют своей актуальности. Изменения ландшафтной среды, недостаточная обоснованность современных архитектурных проектов наносят ощутимый урон облику города, что вызывает серьезную критику со стороны некоторых петербургских общественных организаций. В число таких организаций входит объединение «Живой город», которое активно участвует в акциях, направленных на запрещение строительства на месте особо ценных городских ландшафтных объектов культурного значения.

^ В Заключении подводятся основные итоги исследования, и определяется круг тем, требующих дальнейшего изучения.


Содержание диссертации отражено в публикациях:


Работы, опубликованные в журналах, рекомендованных ВАК РФ:

1. Громов Ф.Ю. Аксиология Петербурга в творчестве художников «Мира искусств» // Известия Уральского гос. ун-та. - 2010. № 5(84). – С. 18-23.

2. Громов Ф.Ю. Петербургский ландшафт в системе художественных ценностей «мирискусников» // Философия и культура. - 2010. №10. – С.116-121.


Работы в других изданиях: 

3. Громов Ф.Ю. «Петербургский ландшафт» в творчестве «мирискусников» (тема ретроспективы исторических стилей) // Цитата, реплика, заимствование: сб. ст. – СПб.,2009. – С. 78–84. – (Труды / СПбГУКИ. Т. 186).







Скачать 414.38 Kb.
оставить комментарий
Громов Федор Юрьевич
Дата24.09.2011
Размер414.38 Kb.
ТипДиссертация, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх