Искусство Возрождения в Италии icon

Искусство Возрождения в Италии


Смотрите также:
План: Антропоцентризм и гуманизм мировоззрения в эпоху Возрождения Проблема человеческой...
Литература эпохи Возрождения. Возрождение в Италии. Данте. Понятие «Возрождение»...
Программа по эстетике «Искусство России и Франции 18 века» Для учащихся 9- Х классов...
Итоги развития античной культуры. Место культуры Средневековья в истории мировой культуры...
Литература
Творчество Рафаэля: "Секстинская мадонна"...
Гомбрих Э. История искусства...
Гомбрих Э. История искусства...
Венеция в поэзии максимилиана волошина...
Среды октября – ноября 2008 года Искусство европейского Средневековья и эпохи Возрождения...
Эпоха возрождения...
Дживелегов А. К. Итальянская народная комедия...



Загрузка...
страницы:   1   2
скачать


Искусство Возрождения в Италии


У человечества есть своя биография: младенчество, отрочество и зре­лость. Эпоху, которую называют Возрождением, вернее всего уподобить периоду начинающейся зрелости с её неотъемлемой романтикой, поисками индивидуальности, борьбой с предрассуд­ками прошлого. Без Возрождения не было бы современной циви­лизации. Колыбелью искусства Возрождения, или Ренессанса (франц. Renaissance), была Италия.

Искусство Возрождения возникло на основе гуманизма (оплат, humanus — «человечный») — течения общественной мысли, которое зародилось в XIVв. в Италии, а затем на протяжении второй половины XV—XVI вв. распростра­нилось в других европейских странах. Гуманизм провозгласил высшей цен­ностью человека и его благо. Гуманисты считали, что каждый человек имеет право свободно развиваться как личность, реализуя свои способности Идеи гуманизма наиболее ярко и полно воплотились в искусстве, главной темой ко­торого стал прекрасный, гармонически развитый человек, обладающий неограниченными духовными и творческими возможностями.

Гуманистов вдохновляла античность, служившая для них источником зна­ний и образцом художественного творчества. Великое прошлое, постоян­но напоминавшее о себе в Италии, воспринималось в то время как высшее совершенство, тогда как искусство Средних веков казалось неумелым, вар­варским. Возникший в XVI в. термин «возрождение» означал появление но­вого искусства, возрождающего классическую древность, античную культу­ру. Тем не менее искусство Ренессанса многим обязано художественной традиции Средних веков. Старое и новое находилось в нерасторжимой свя­зи и противоборстве.

При всём противоречивом многообразии и богатстве истоков искусст­во Возрождения — явление, отмеченное глубокой и принципиальной но­визной. Оно заложило основы европейской культуры Нового времени. Все основные виды искусства — живопись, графика, скульптура, архитектура - чрезвычайно изменились.

В архитектуре утвердились творчески переработанные принципы антич­ной ордерной системы (см. статью «Искусство Древней Эллады»), сложились новые типы общественных зданий. Живопись обогатилась линейной и воз­душной перспективой, знанием анатомии и пропорций человеческого те­ла. В традиционную религиозную тематику произведений искусства прони­кало земное содержание. Усилился интерес к античной мифологии, истории, бытовым сценам, пейзажу, портрету. Наряду с монументальными настенны­ми росписями, украшающими архитектурные сооружения, появилась кар­тина, возникла живопись масляными красками.

Искусство ещё не совсем оторвалось от ремесла, но на первое место уже выступила творческая индивидуальность художника, деятельность которо­го в то время была на редкость многообразной. Поразительна универсаль­ная одарённость мастеров Ренессанса — они часто работали в области ар­хитектуры, скульптуры, живописи, совмещали увлечение литературой, поэзией и философией с изучением точных наук. Понятие творчески богатой, или «ренессансной», личности стало впоследствии нарицательным.

В искусстве Возрождения тесно переплелись пути научного и художественного постижения ми­ра и человека. Его познавательный смысл был не­разрывно связан с возвышенной поэтической кра­сотой, в своём стремлении к естественности оно не опускалось до мелочной повседневности. Искусст­во стало всеобщей духовной потребностью.

Формирование ренессансной культуры в Италии происходило в экономически независимых городах. В подъёме и расцвете искусства Возрождения боль­шую роль сыграли Церковь и великолепные дворы некоронованных государей (правящих богатых се­мейств) — крупнейших покровителей и заказчиков произведений живописи, скульптуры и архитектуры. Главными центрами культуры Возрождения сначала были города Флоренция, Сиена, Пиза, затем — Падуя, Феррара, Генуя, Милан и позже всех, во второй по­ловине XV в, — богатая купеческая Венеция. В XVI в. столицей итальянского Возрождения стал Рим. На­чиная с этого времени местные центры искусства, кроме Венеции, утратили прежнее значение.

В эпохе итальянского Возрождения принято выделять несколько периодов: Проторенессанс (вторая половина XIII—XIV т), раннее Возрожде­ние (XV в.), Высокое Возрождение (конец XV — пер­вые десятилетия XVI в.), позднее Возрождение (по­следние две трети XVI в.)


ПРОТОРЕНЕССАНС


В итальянской культуре XIII—XIV вв. на фоне ещё сильных византийских и готических традиций стали появляться черты нового искусства — будуще­го искусства Возрождения. Потому этот период его истории и назвали Про­торенессансом (т. е. подготовившим наступление Ренессанса; от греч. «про-тос» — «первый»).

Аналогичного переходного периода не было ни в одной из европейских стран. В самой Италии проторенессансное искусство существовало только в Тоскане и Риме.

В итальянской культуре переплетались черты старого и нового. «Пос­ледний поэт Средневековья» и первый поэт новой эпохи Данте Алигьери (1265—1321) создал итальянский литературный язык Начатое Данте про­должили другие великие флорентийцы XIV столетия — Франческо Петрар­ка (1304—1374), родоначальник европейской лирической поэзии, и Джо-ванни Боккаччо (1313—1375), основоположник жанра новеллы (небольшого рассказа) в мировой литературе. Гордостью эпохи являются архитекторы и скульпторы Никколо и Джованни Пизано, Арнольфо ди Кам­био и живописец Джотто ди Бондоне.


АРХИТЕКТУРА

Итальянская архитектура долго сле­довала средневековым традициям, что выражалось в основном в ис­пользовании многих мотивов готики (см. статью «Готическое искусство»). Вместе с тем сама итальянская готи­ка на северную не походила она тя­готела к спокойным крупным фор­мам, ровному свету, горизонтальным членениям архитектуры, широким поверхностям стен Церковь Санта-Кроче, одна из самых больших во Флоренции, была начата Арнольфо ди Камбио в конце XIII в. (фасад со­здан в XIX в). Храм отличается ши­рокими пролётами, единым свет­лым внутренним пространством, вместо сложных готических сводов в нём использовано деревянное по­толочное перекрытие В 1296 г во Флоренции начали строить собор Санта-Мария дель Фьоре. Арнольфо ди Камбио хотел увенчать алтар­ную часть собора огромным купо­лом. Однако после смерти зодчего в 1310 г. строительство затянулось, его завершили только в период раннего Возрождения. В 1334 г по проекту Джотто было начато стро­ительство колокольни собора, так называемой кампанилы — строй­ной прямоугольной башни с по-этажными горизонтальными члене­ниями и красивыми готическими окнами, стрельчатая арочная форма которых ещё долго сохранялась в итальянской архитектуре.

Среди наиболее известных го­родских дворцов — палаццо делла Синьория во Флоренции. Предпола­гают, что его построил Арнольфо ди Камбио. Это тяжёлый куб с высо­кой башней, облицованный грубым камнем. На фасаде — окна разной величины, незаметный вход распо­ложен сбоку. Здание определяет облик старого городского центра, суровой громадой вторгаясь на пло­щадь. Могучий дворец служил сим­волом независимости Флоренции. Более нарядно ритмически органи­зованное палаццо Публике в Сиене (1298—1310 гг.). Его фасад выходит на площадь дель Кампо. Подобная амфитеатру, расположенному на склоне холма, площадь как нельзя лучше приспособлена для созерца­ния различных зрелищ множеством народа. Площадь дель Кампо — пер­вый в Европе праздничный центр города, где устраивались турниры и

театральные представления. До сих пор каждый год здесь происходят конные состязания между город­скими округами. Им предшествует красочный парад участников в сред­невековых костюмах.

СКУЛЬПТУРА

Раньше, чем в архитектуре и живопи­си, новые художественные искания наметились в скульптуре, и прежде всего в пизанской школе, основате­лем которой был Никколо Пизано (около 1220 — между 1278 и 1284). Он родился на юге, в Апулии, но, ра­ботая в Пизе, так сроднился с горо­дом, что получил прозвище Пизано, с которым вошёл в историю итальян­ского искусства. Его творчество раз­вивалось под влиянием античной традиции, он, несомненно, изучал скульптурное оформление поздне-римских и раннехристианских сар­кофагов. Шестигранная мраморная кафедра (1260 г.), выполненная им

для баптистерия в Пизе, стала выда­ющимся достижением ренессансной скульптуры и повлияла на её дальней­шее формирование. Кафедра из бело­го, розово-красного и тёмно-зелёно­го мрамора представляет собой целое архитектурное сооружение, легко обозримое со всех сторон. По средневековой традиции, на парапе­тах (стенках кафедры) представлены рельефы на сюжеты из жизни Хри­ста, между ними располагаются фи­гуры пророков и аллегорических до­бродетелей. Колонны опираются на спины лежащих львов.

Никколо Пизано использовал здесь традиционные сюжеты и мо­тивы, однако кафедра принадлежит уже новой эпохе. Главное достиже­ние ваятеля состоит в том, что он су­мел придать формам объёмность и выразительность, а каждое изобра­жено обладает телесной мощью. Об­разы Пизано статичны, величавы и бесстрастны. Богоматерь напоми­нает римскую богиню Юнону, алле­гория Силы в виде обнажённого ат­лета — античного героя Геракла.

Из мастерской Никколо Пиза-но ""вышли замечательные мастера скульптуры Проторенессанса — его сын Джованни Пизано и Арнольфо ди Камбио, известный и как архитек тор Арнольфо ди Камбио (около 1245 — после 1310) тяготел к мону­ментальной скульптуре, в которой использовал свои жизненные на блюдения Одна из лучших работ мастера, выполненная им совместно с отцом и сыном Пизано, — фонтан на площади Перуджи Украшенный многочисленными рельефами и ста­туями фонтан Фонте Маджоре, окон ченный в 1278 г, стал гордостью го­рода Запрещалось поить из него животных, брать воду в бочонки из-под вина или в немытую посуду По лулежащие фигуры, выполненные Арнольфо ди Камбио для фонтана, сохранились в городском музее вофрагментах. В них скульптор сумел передать всё богатство движений человеческого тела.

Особое место в истории италь­янской скульптуры конца XIII — на­чала XIV в. принадлежит Джованни Пизано (1245 или 1250 — после 1314). Ученик и помощник Никколо Пизано, он стал гораздо более из­вестным мастером, чем его знамени­тый отец. В произведениях Джован­ни было много нового и необычного. Почти ровесник Джотто, он являл со­бой полную противоположность мудрой сдержанности своего фло­рентийского современника.

В науке сложилась давняя тра­диция характеризовать Джованни Пизано как ревностного почитателя готического искусства Франции. Предполагают, что он посетил эту страну и был потрясён великолепи­ем и выразительностью её архитек­туры и скульптуры. Однако эмоцио­нальность, неистощимую фантазию, страстность произведений Джованни Пизано невозможно объяснить толь­ко подражанием прекрасным образ­цам. Эти качества свидетельствуют о его богатой, пылкой натуре, об осо­бенностях его мировосприятия. Твор­чество Джованни Пизано — редкий пример искусства, которое опережа­ло своё время и протягивало нити в будущее. Неслучайно его искания имеют сходство с опытами прослав­ленного скульптора Микеланджело.

Наиболее известны созданные Джованни Пизано кафедры в Пизан-ском соборе и церкви Сант-Андреа в Пистойе, а также статуи святых, пророков, Мадонн.

Сложные многофигурные релье­фы, украшающие кафедры в соборе Пизы и церкви Сант-Андреа в Пи­стойе, охвачены порывистым движе­нием. Фигуры, утратив спокойствие образов Никколо Пизано, словно стремятся вырваться из камня. Их жесты естественны, лица вырази­тельны. Особенно экспрессивны та­кие драматические сцены, как «Рас­пятие» и «Избиение младенцев».

Переплелись между собой много­численные фигуры; матери, пытаясь спасти своих детей, вступают в

схватку с солдатами; даже львы, под­держивающие пизанскую кафедру, кажется, рычат от ярости.

Статуям Джованни Пизано прису­щи резкие повороты, угловатые очертания. Вслед за французскими мастерами он обратился к образу Мадонны с Младенцем на руках. Но его Небесные Царицы почти суровы, полны сильного внутреннего чувст­ва; их лица с резким прямым профи­лем обращены к Спасителю. Мать обменивается с Ним долгим при­стальным взглядом.

ЖИВОПИСЬ

Одним из самых ценных источников сведений о жизни и творчестве итальянских художников Возрожде­ния служит внушительный труд «Жизнеописания наиболее знамени­тых живописцев, ваятелей и зодчих» (1550 г.), принадлежащий перуДжор-джо Вазари (1511—1574), итальян­ского архитектора, живописца и ис­торика искусства.

Первое жизнеописание в книге Вазари посвятил Чимабуэ (настоя­щее имя Ченни ди Пепо; около 1240 — около 1302), которого он на­звал родоначальником нового италь­янского стиля живописи. Чимабуэ был знаменит во Флоренции как мастер торжественной алтарной картины и иконы. Его образам свой­ственны отвлечённость и статич­ность. Хотя Чимабуэ в творчестве следовал византийским традициям, он старался выразить в своих рабо­тах земные чувства, смягчить жёст­кость византийского канона.

Поиски нового гораздо реши­тельнее обнаружили себя в произве­дениях Пьетро Каваллини (между 1240 и 1250 — около 1330), поклон­ника позднеантичной живописи. Ка­валлини жил и работал в Риме. Он автор мозаик (церковь Санта-Мария ин Трастевере; 1291) и фресок (цер­ковь Санта-Чечилия ин Трастевере, около 1293). Живописец придавал изображениям объёмность и мате­риальную осязаемость. Достижения Каваллини пере-няЯ Джотто ди Бондоне (1266 или 1267—1337), величайший худож­ник Проторенессанса, истинный новатор в итальянской живописи. Он родился в Колле де Веспиньяно близ Флоренции в крестьянской семье Вазари приводит в «Жизне­описаниях. » такую легенду. Маль­чик Джотто как-то пас овец и, пока те щипали траву, рисовал на камне. Мимо проходил Чимабуэ. Поражен­ный дарованием ребёнка, живопи­сец принял его в свою мастерскую Существует и другая версия: отдан­ный отцом в обучение к торговцу шерстью, мальчик часто убегал из лавки и проводил время в мастер­ских флорентийских живописцев, пока, наконец, Чимабуэ не убедил Бондоне-отца не препятствовать художественным наклонностям сы­на. Из обеих версий следует, что Джотто был учеником Чимабуэ, что, однако, у некоторых его биографов вызывает сомнение Предполагают,

что Джотто, живший в Риме в нача­ле XIV в., мог учиться у Каваллини. Затем художник работал во многих городах Италии: в Падуе он написал фрески для капеллы дель Арена, во Флоренции — цикл фресок для ка­пелл Барди и Перуцци в церкви Санта-Кроче, жил в Милане, а с 1329 по 1333 г. — в Неаполе (рабо­ты не сохранились). В 1334 г. он по­селился во Флоренции и оставался там до самой смерти, занимаясь архитектурой.

Наиболее известные произве­дения Джотто — фрески в капелледель Арена в Падуе (1304— 1306 гг ), названной так потому, что на её мес­те когда-то находилась арена цирка. Капелла была построена в самом на­чале XIV в. падуанским банкиром Энрико Скровеньи, который заказал Джотто выполнить росписи, а Джо-ванни Пизано — статую Мадонны с Младенцем.

Сравнительно небольшая капелла имеет форму вытянутого прямо­угольника. Тот, кто переступает её порог, останавливается в радостном изумлении: столько света и просто­ра в сравнительно небольшом поме­щении. Это впечатление возникает благодаря фрескам Джотто с их сия­ющими красками и ясностью форм. На холодновато-синем фоне выделя­ются фигуры, написанные в жёл­тых, розовых, зелёных тонах. Рос­пись посвящена жизни Богоматери и Христа. На стене у входа помещён «Страшный суд», напротив находит­ся «Благовещение».

На длинных стенах расположены в три ряда самостоятельные компо­зиции. Они связаны друг с другом

как сцены одного рассказа. Повест­вование неторопливо и незамысло­вато, исполнено спокойного досто­инства. Фигуры изображены на фоне природного и архитектурно­го пейзажа. Образы Джотто естест­венны, человечны, сдержанны, лица однотипны, детали скупы. Художник выразительно использовал язык жестов, движений, обобщённых си­луэтов, передал разные оттенки про­стых человеческих чувств и душев­ных состояний. Каждая композиция, являясь частью целого, может вос­приниматься и как самостоятельное произведение.

Джотто ввёл в традиционную си­стему росписей новые сюжеты, свя­занные с жизнью Иоакима и Анны, родителей Марии — Матери Христа.

Глубоко удручённый старец Ио-аким, изгнанный из Иерусалимско­го храма за бездетность — знак от­верженности Богом, возвращается к своим стадам. Пастухи встречают его, сочувственно переглядываясь друг с другом. Ландшафт на этой росписи напоминает условный ска­листый фон византийских икон, фигуры на переднем плане изобра­жены объёмно и обобщённо. Более реально запечатлен пейзаж в сцене встречи Иоакима и Анны у Золотых ворот: стена расположена слегка по диагонали, из ворот группой вы­ходят женщины. Всё внимание сконцентрировано на радостных объятиях супругов, получивших на­конец благую весть о том, что у них вскоре родится ребёнок.

В драматичном «Оплакивании Христа» на фоне голой скалы с вы­сохшим деревом группа учеников и женщин окружает мёртвого Христа, распростёртого на земле. Сидящие на переднем плане спиной к зрите­лю фигуры в широких одеяниях как будто замыкают скорбную сцену.

Одна из самых известных роспи­сей падуанского цикла — «Поцелуй Иуды» — рассказывает о поединке добра и зла, благородства и низости. На фоне синего неба среди взмет­нувшихся копий и факелов Хри­стос и обнимающий его Иуда изо­бражены в профиль. Они смотрятдруг другу в глаза Спасителю с ли­цом ^безупречной, почти античной красоты противопоставлен низколо­бый, уродливый Иуда Он предал Учителя целуя Христа, помог стра­же опознать его в ночной темноте и схватить Джотто достигает здесь неведомой до тех пор психологиче­ской глубины

Новаторское значение искусства Джотто осознали уже его современ­ники, оно привлекало к себе большое внимание и в последующие века

После Джотто в развитии италь­янской живописи произошел замет­ный спад Искусство последних двух третей XIV в, отмеченное влиянием готики, принято называть треченто (от итал trecento — <триста», италь­янское название XIV в )

Во второй половине XIV в в Ита­лии на первое место вышла жи­вописная школа Сиены При всем богатстве и процветании этот тос­канский город меньше, чем Фло­ренцию, затронуло движение Ренес­санса Как писал П П Муратов — историк, искусствовед, один из яр­ких представителей русского «сере­бряного века», «Сиена всегда была беднее мыслью, чем Флоренция, но богаче чувством В этом городе ис­кусство не было призвано указывать путь человечеству, намечать линии всемирной истории духа, как это было с искусством во Флоренции Оно было замкнуто в кругу простых верований и ясных непосредствен­ных чувств»

Дуччо ди Буонинсенья (около 1255—1320), старший современ­ник Джотто и основатель сиенской школы живописи, в своем творчест­ве придерживался традиций визан­тийской иконописи Его крупней­шая работа — огромный алтарный образ «Маэста» («Величие») Когда икону переносили из мастерской в Сиенский собор, в городе было устроено всенародное торжество В центре вытянутой горизонтальной композиции восседает на троне Мадонна с Младенцем Их окружа­ют святые и ангелы, а также отдель­ные, меньшие по размерам сцены, посвященные Богоматери и Христу Оборотная сторона доски состояла из множества небольших, полных драматизма изображений на темы Страстей Господних.

К кругу Дуччо принадлежал Си­моне Мартини (около 1284—1344), крупнейший и изысканнейший мас­тер сиенской живописи XIV в. Он увлекался светской позднеготиче-ской культурой, рыцарской поэзи­ей, французской миниатюрой. Си­моне Мартини работал в Сиене, Ассизи, Неаполе, а в последние го­ды жизни — при папском дворе в Авиньоне, где стал другом Петрар­ки. Известно, что он написал порт­рет Лауры, возлюбленной поэта (к сожалению, не сохранившийся). Росписи Симоне Мартини, украша­ющие зал Маппамондо (Карты Ми­ра) в сиенском палаццо Публико, свидетельствуют о том, что, несмот­ря на приверженность мастера к культуре поздней готики, в его твор­ческом воображении рождались не­обычные образы.

Большая фреска «Маэста» (1315г.) сияет светлыми розовыми, жёлтыми, голубыми, золотисто-зелеными красками на ярко-синем фоне. Под сенью лёгкого розового балдахина с

алыми и белыми кистями Мадонна с Младенцем, а также окружающие её святые и ангелы образуют изящ­ную группу.

На противоположной стене зала Симоне Мартини поместил тёмную фреску иного характера. В истории искусства она стала первым изо­бражением конкретного истори­ческого события с портретом сов­ременника. Этот портрет явился прототипом будущих конных мону­ментов. В верхней части стены на­ходится сравнительно узкая полоса росписи. На фоне густо-синего не­ба и жёлто-бурого, мертвенного, го­лого, словно кристаллического пей­зажа с изображением крепостей Монтемасси и Сассофорте, а также укреплённого лагеря сиенцев едет на коне кондотьер Гвидориччо де Фольяни. Он изображён в профиль, его чертам мастер придал порт­ретное сходство с оригиналом Кондотьер отвоевал крепости у за­хвативших их пизанцев. Фреска за­печатлела на века его подвиги и су­ровый дух времени, в котором реальность тесно переплелась с вы­мыслом. Одеяние прямо держащего­ся в седле всадника и попона на ло-

шади имеют одинаковый узор из крупных тёмно-синих ромбов на жёлтом фоне. Узор как бы объединя­ет всадника и мощное животное в одно существо. Фреска датирована художником 1328 г.

Особенно хорошо известен ал­тарный образ «Благовещение» (1335 г.), ныне находящийся в гале­рее Уффици во Флоренции. Это цен­тральная часть алтарной картины, ка­ждая деталь которой отмечена утончённой красотой. Произведе­ние отличают богатство цвета на фоне матового золота, певучий ритм линий. Изящная Мария, коленопре­клонённый ангел, между ними пре­красная золотая ваза с белыми лили­ями, словно отлитые из золота лёгкие декоративные детали фона — всё проникнуто тонкой поэзией.

Петрарка писал уже после кончи­ны Мартини: «Я знал двух художни­ков — оба они талантливы и велико­

лепны: это Джотто во Флоренции, чья слава среди современников ве­лика, и Симоне из Сиены».

Одна из особенностей сиенской школы XIV в. — создание типа жен­ской красоты, который, став её узна­ваемой приметой, повторялся и варьировался в других центрах итальянского искусства. С современ­ной точки зрения эти белокурые красавицы изысканны, но не особен­но привлекательны: длиннолицы, длинноносы, с миндалевидным раз­резом близко посаженных глаз.

В последние десятилетия XIV сто­летия Италия переживала тяжёлые потрясения, связанные с упадком торговли, войнами, а главное, с «чёр­ной смертью» — эпидемиями чумы, завезённой с Востока.

Идея конца света, сопутствую­щая смене веков, широко распро­странилась в итальянском общест­ве, в котором нарастали мрачный пессимизм и мистические настрое­ния. Редкий по выразительности памятник живописи — огромная фреска «Триумф смерти» в галерее кладбища Кампо Санто в Пизе (1350—1360 гг.), авторы которой точно неизвестны до сих пор. Фрес­ка сильно пострадала во время бом­бардировки 1944 г. В главной её ча­сти Смерть — крылатая седая старуха — летит с косой в руках к группе беззаботно развлекающихся в саду юношей и девушек, в то вре­мя как уродливые калеки, нищие и старики, жестикулируя и размахи­вая костылями, тщетно стараются обратить на себя её внимание. В ле­вой части росписи кавалькада на­рядных всадников неожиданно ви­дит на опушке леса три открытых гроба с умершими. Средневековая тема безграничного могущества смерти, быстротечности жизни всё чаще возникала в европейской жи­вописи, воплощаясь как в масштаб­ных аллегорических композициях, так и в небольших натюрмортах.

^ РАННЕЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ

В XV в. искусство Италии заняло господствующее положение в художествен­ной жизни Европы. Основы гуманистической светской (т. е. не церковной) культуры были заложены во Флоренции, оттеснившей на второй план Си­ену и Пизу. Флоренцию того времени называли «цветком Италии, соперни­цей славного города Рима, от которого она произошла и величию которо­го подражает». Политическая власть принадлежала здесь купцам и ремесленникам, особое влияние на городские дела оказывали несколько бо­гатейших семейств. Они постоянно соперничали друг с другом. Эта борь­ба закончилась в конце XIV в. победой банкирского дома Медичи. Его гла­ва, Козимо Медичи, стал негласным правителем Флоренции. Ко двору Козимо Медичи (а затем и его внука Лоренцо, прозванного Великолепным) стека­лись писатели, поэты, учёные, архитекторы и художники.

В архитектуре тогда произошел подлинный переворот. Во Флоренции раз­вернулось широкое строительство, на глазах менявшее облик города.


АРХИТЕКТУРА


Уроженцем Флоренции был Филип-по Брунеллески (1377—1446), родо­начальник ренессансной архитекту­ры Италии, один из создателей науч­ной теории перспективы (возводил постройки на основе точных матема­тических расчётов). Разносторонне одарённый, получивший широкое гуманистическое образование, он первоначально работал как скульп­тор и участвовал (но не выиграл) в конкурсе 1401 г. на лучший проект бронзовых рельефов для дверей фло­рентийского баптистерия.

Ранняя постройка Брунеллески — купол собора Санта-Мария дель Фьо-ре во Флоренции; это образец бле­стящего пластического (пространст­венного) и инженерного решения. Брунеллески предстояло перекрыть без возведения лесов огромный про­лёт купола (диаметр основания со­рок два метра). Зодчий изобрёл необычайно сложную для своего времени конструкцию: лёгкий пус­тотелый купол имел двойную обо­лочку и каркас из восьми рёбер, который опоясывали кольца. Гранди­озный купол, покрытый тёмно-крас­ной черепицей, связанный крепкими белыми рёбрами и увенчанный изящным беломраморным световым фонарём, торжественно парит над городом как величественный образ Флоренции. Великий итальянский архитектор Леон Баттиста Альберта, посвящая Брунеллески свой трактат о живописи, писал, что это «великое.. вздымающееся к небесам сооруже­ние осеняет собой все тосканские земли». Творение Брунеллески — предшественник многочисленных купольных храмов в Италии и дру­гих странах Европы.

Одновременно с возведением ку­пола архитектор построил в 1421— 1444 гг. первое в истории ренес-сансного гражданского зодчества здание детского приюта — Оспеда-ле дельи Инноченти (что в перево­де с итальянского означает «госпи­таль и приют невинных»). Госпиталь украсил небольшую флорентийскую площадь Санта-Аннунциата. Гуман­ное назначение постройки отрази­лось на её приветливом, спокойном облике. Двухэтажный фасад протя­нулся по одной из сторон площади. Его нижний этаж открывается де­вятью аркадами на стройных изящ­ных колоннах, под арками распола­гаются девять прямоугольных окон. Невысокая лестница почти во всю ширину фасада словно приглашает вступить под своды аркад. Продуманный чёткий план, прекрасные лёгкие пропорции, простые формы пронизанного светом и полного воздухом фасада создают впечатле­ние равновесия и гармонии. Позд­нее, в 1463—1466 гг., промежутки между арками были украшены цвет­ными керамическими медальонами с рельефами работы флорентий­ского скульптора Андреа делла Роб-биа. Рельефы изображают спелёна­тых младенцев.

В постройке Брунеллески выра­жена одна из главных особенностей

ранней ренессансной архитектуры предназначенная для людей, она по масштабам соразмерна человеку, приближена к его реальному росту в отличие от готических построек с их высокими сводами

Создание композиции, ориенти-рованнной на единый центр и увен­чанной куполом, хотя и не было изобретением архитектуры Возрож­дения, но стало одной из ее главных тем как воплощение высшего совер­шенства Вселенной

Брунеллески положил начало созданию купольного храма на основе античного ордера В 1421— 1428 гг он построил боковую капеллу церкви Сан-Лоренцо во Флоренции Использованные Бру­неллески в этом сооружении архи­тектурные принципы получили даль­нейшее развитие в его знаменитой капелле Пацци (1429—1443 гг) — подлинной жемчужине раннего Воз­рождения Расположенная в глубине узкого двора церкви Санта-Кроче, капелла богатого флорентийского рода Пацци встречает входящего изящным шестиколонным порти­ком с большим центральным ароч­ным проемом По недавно получен­ным архивным данным, портик, возведенный Брунеллески, впослед ствии был перестроен Однако труд­но допустить, что в новом сооруже­нии не отразился общий образный замысел великого зодчего Сама же залитая светом небольшая, прямо угольная в плане капелла Пацци покоряет красотой пропорций, рав новесием частей, чистотой линий Плоскости жемчужно-серых стен словно расчерчены выполненны­ми из темно-серого камня полоса­ми архитектурных тяг, прямоуголь­никами, кругами, дугами арок Убранство стен воспринимается как элемент архитектуры, производя­щей впечатление легкости и одухо­творенности

В начале 30-х гг XV в Брунелле­ски вместе со своим другом, замеча­тельным скульптором Донателло, посетил Рим На ранних этапах Воз­рождения знакомство итальянского общества с античной культурой происходило благодаря изучению сохранившихся архитектурных па­мятников древности и обнаружен­ным рукописям — их собирали, изу­чали и переписывали Во время поездки Брунеллески и Донателло участвовали в раскопках, обмеряли, исследовали и классифицировали античные памятники Влияние рим­ской классики сказалось в поздних крупных постройках Брунеллески — флорентийских церквах Сан-Ло ренцо (1442—1444 гг) и Санто-Спирито (начата им в 1444 г, закон­чена уже после его смерти в 1487 г)

Создание нового типа городских дворцов, послуживших образцом для общественных зданий поздней шего времени, стало одной из главных задач итальянской архитектуры XVстолетия.

Следующий этап развития италь­янской архитектуры XV в связан с именем Леона Баттисты Альберти (1404—1472), философа и учёного По многогранности деятельности и интересов, охватывавших гумани­тарные и точные науки, экономику, философию, поэзию, музыку, живо­пись, скульптуру, архитектуру, Аль­берти — идеальная «ренессансная личность», сравнимая лишь со все­мирно известным мыслителем и ху­дожником классического Возрожде­ния Леонардо да Винчи

Альберти принадлежал к образо­ванной флорентийской семье, из­гнанной из родного города полити­ческими противниками. Он испытал в юности лишения, но всё-таки су­мел получить блестящее образова­ние, изучая в университетах Падуи и Болоньи юриспруденцию, матема­тику и естественные науки. В 1428 г. ему удалось вернуться во Флорен­цию, где он вошел в круг учёных и художников, группировавшихся во­круг двора Медичи.

В 1432 г. Альберти переселился в Рим, где получил должность секретаря Папы римского Евгения IV Страстный поклонник античности, Альберти создал в 30-х гг. «Описание города Рима», составив его первую топографическую карту, и здесь же написал свой знаменитый трактат «Десять книг о зодчестве» (1449— 1452 гг.). Ранее им были созданы трактаты «О живописи» и «О статуе» (1435—1436 гг.). В Италии и за её пределами Альберти снискал себе славу выдающегося теоретика искус­ства И всё же его главным призва­нием оставалась архитектура, хотя зодчему далеко не всегда удавалось осуществить свои смелые замыслы. С одной стороны, ему хотелось вер­нуться к классическому стилю с его чёткими геометрическими форма­ми, строгой планировкой зданий, стенами с ордером и сдержанным оформлением. Но с другой стороны, в его творчестве было немало не­обычного, обращённого в будущее.

Первоначальный замысел зод­чего ярче всего выражен во фло­рентийском палаццо (дворец) Ру-челлаи (1446—1451 гг.), которое завершил помощник Альберти, из­вестный архитектор Бернардо Рос-селино. Общая композиция здания

традиционна, зато фасадная (перед­няя) стена приобрела новые черты Стена выложена гладкими отшлифо­ванными каменными блоками, укра­шена пилястрами Работая в Мантуе над строительством церкви Санта-Андреа (она завершена после смер­ти зодчего), Альберти полностью отошел от готических принципов Огромный фасад церкви напомина­ет триумфальную арку (см статью «Искусство Древнего Рима») Такой же прием Альберти использовал ранее в церкви Сан-Франческо в городе Римини, превращенной им по заказу правителя Сиджизмондо

Малатеста в усыпальницу, так назы­ваемую Темпио Малатестиано (зда­ние не было завершено)

Постройки Лоренцо Альберти оформлены системой большого ор­дера (колонны и пилястры распо­лагаются по всей поверхности фа­сада от низа до верха), которой принадлежало будущее в творчест­ве Микеланджело и Палладио Аль­берти в своей системе пропорций следует «золотому сечению» — из­вестному с глубокой древности ма­тематическому соотношению раз­меров архитектурных элементов, при котором меньший из двух раз­меров во столько же раз меньше другого, во сколько больший раз­мер меньше их общей суммы Севернее Тосканы развитие ре-нессансного искусства шло иными путями В течение столетий интере сы Венеции, процветавшей торго­вой республики на севере Италии, были связаны преимущественно с Византией и другими странами Вос­тока Турецкие завоевания лишили венецианцев традиционных рын ков, включили их в орбиту собствен­но итальянских интересов Ренес-сансное движение проникало сюда медленно и постепенно В искусст ве Венеции еще долго господствова­ли византийские традиции и готиче­ское влияние

СКУЛЬПТУРА

В XV в итальянская скульптура пе­реживала расцвет Она приобрела самостоятельное, независимое от архитектуры значение, в ней появи­лись новые жанры В практику худо­жественной жизни начинали вхо­дить заказы богатых купеческих и ремесленных кругов на украшение общественных зданий, художест­венные конкурсы приобретали ха­рактер широких общественных мероприятий Событием, которое открывает новый период в развитии итальянской ренессансной скульп­туры, считается состоявшийся в 1401 г конкурс на изготовление из бронзы вторых северных дверей флорентийского баптистерия Сре­ди участников конкурса были мо­лодые мастера — Филиппе Брунел-лески и Лоренцо Гиберти (около 1381-1455)

Победил на конкурсе блестящий рисовальщик Гиберти Один из са­мых образованных людей своего времени, первый историк итальян­ского искусства, Гиберти, в твор­честве которого главным были рав­новесие и гармония всех элементов изображения, посвятил жизнь од­ному виду скульптуры — релье­фу Его искания достигли "вершины в изготовлении восточных две­рей флорентийского баптистерия (1425—1452 гг), которые Микеланджело назвал «Вратами рая> Состав­ляющие их десять квадратных ком­позиций из позолоченной бронзы передают глубину пространства, в которой сливаются фигуры, при рода, архитектура Они напомина­ют выразительностью живописные картины Мастерская Гиберти стала настоящей школой для целого по­коления художников В его мастер­ской в качестве помощника работал молодой Донателло, в будущем ве­ликий реформатор итальянской скульптуры

Донато ди Никколо ди Бетто Бар-ди, которого называли Донателло (около 1386—1466), родился во Флоренции в семье чесальщика шерсти Он работал во Флоренции, Сиене, Риме, Падуе Однако огром­ная слава не изменила его простого образа жизни Рассказывали, что бескорыстный Донателло вешал кошелек с деньгами у двери своеймастерской и его друзья и ученики брали из кошелька столько, сколько им было нужно.

С одной стороны, Донателло жаждал в искусстве жизненной прав­ды. С другой, он придавал своим работам черты возвышенной геро­ики. Эти качества проявились уже в ранних работах мастера — статуях святых, предназначенных для на­ружных ниш фасадов церкви Ор Сан-Микеле во Флоренции, и ветхо­заветных пророков флорентийской кампанилы. Статуи находились в нишах, но они сразу привлекали внимание суровой выразительнос­тью и внутренней силой образов. Особенно известен «Святой Геор­гий» (1416 г.) — юноша-воин с щи­том в руке. У него сосредоточенный, глубокий взгляд; он прочно стоит на земле, широко расставив ноги. В статуях пророков Донателло осо­бенно подчёркивал их характерные черты, подчас грубоватые, непри­крашенные, даже уродливые, но жи­вые и естественные. У Донателло пророки Иеремия и Аввакум — цель­ные и духовно богатые натуры Их крепкие фигуры скрыты тяжёлыми складками плащей. Жизнь избороз­дила глубокими морщинами по­блёкшее лицо Аввакума, он совсем облысел, за что его во Флоренции и прозвали Цукконе (Тыква).

В 1430 г. Донателло создал «Дави­да» — первую обнажённую статую в итальянской скульптуре Возрожде­ния. Статуя предназначалась для фонтана во внутреннем дворе па­лаццо Медичи. Библейский пастух, победитель великана Голиафа, — один из излюбленных образов Ре­нессанса. Изображая его юноше­ское тело, Донателло, несомненно, исходил из античных образцов, но переработал их в духе своего време­ни. Задумчивый и спокойный Давид в пастушьей шляпе, затеняющей его лицо, попирает ногой голову Голи­афа и словно не сознаёт ещё совер­шённого им подвига.

Поездка в Рим вместе с Брунел-лески чрезвычайно расширила ху­дожественные возможности Дона­телло, его творчество обогатилось новыми образами и приёмами, в ко­торых сказалось влияние античности В творчестве мастера наступил новый период. В 1433 г. он завершил мра­морную кафедру флорентийского со­бора. Всё поле кафедры занимает ликующий хоровод пляшущих пут-ти — нечто вроде античных амуров и одновременно средневековых анге­лов в виде обнажённых мальчиков, иногда крылатых, изображённых в движении. Это излюбленный мотив в скульптуре итальянского Возрожде­ния, распространившийся затем в искусстве XVII—XVIII вв.

Почти десять лет Донателло рабо­тал в Падуе, старом университет­ском городе, одном из центров гуманистической культуры, родине глубоко почитаемого в Католиче­ской Церкви Святого Антония Падуанского Для городского собора, посвященного Святому Антонию, До­нателло выполнил в 1446—1450 гг огромный скульптурный чалтарь со множеством статуй и рельефов Цен­тральное место под балдахином за­нимала статуя Мадонны с Младенцем, по обеим сторонам которой распо­лагалось уесть статуй святых. В кон­це XVI в. алтарь был разобран. До на­ших дней сохранилась только его часть, и сейчас трудно себе предста­вить, как он выглядел первоначально.

Четыре дошедших до нас алтар­ных рельефа, изображающие чудес­ные деяния Святого Антония, позволяют оценить необычные приёмы, использованные мастером. Это тип плоского, как бы сплющенного рельефа. Многолюдные сцены пред­ставлены в едином движении в ре­альной жизненной обстановке. Фоном им служат огромные городские постройки и аркады. Благодаря пе­редаче перспективы возникает впечатление глубины пространства, как в живописных произведениях.

Одновременно Донателло вы­полнил в Падуе конную статую кон­дотьера Эразмо де Нарни, урожен­ца Падуи, находившегося на службе у Венецианской республики. Италь­янцы прозвали его Гаттамелатой (Хитрой Кошкой). Это один из пер­вых ренессансных конных мону­ментов. Спокойное достоинство разлито во всём облике Гаттамела-ты, одетого в римские доспехи, с обнажённой на римский манер головой, которая является велико­лепным образцом портретного искусства. Почти восьмиметровая статуя на высоком пьедестале одинаково выразительна со всех сторон. Монумент поставлен па­раллельно фасаду собора Сант-Ан-тонио, что позволяет видеть его ли­бо на фоне голубого неба, либо в эффектном сопоставлении с мощ­ными формами куполов.

В последние проведённые во Флоренции годы Донателло пережи­вал душевный кризис, его образы становились всё более драматич­ными. Он создал сложную и вырази­тельную группу «Юдифь и Олоферн» (1456—1457 гг.); статую «Мария Магдалина» (1454—1455 гг.) в виде дряхлой старухи, измождён­ной отшельницы в звериной шкуре; трагические по настроению релье­фы для церкви Сан-Лоренцо, завершённые уже его учениками. Среди крупнейших скульпторов первой половины XV в. нельзя обой­ти вниманием Якопо делла Кверча (1374—1438) — старшего современ­ника Гиберти и Донателло. Его творчество, богатое многими открытия­ми, стояло как бы в стороне от общего пути, по которому развиваось искусство Ренессанса. Уроже­нец города Сиены, Кверча работал в Лукке. Там в городском соборе нахо­дится выполненное этим мастером редкое по красоте надгробие юной Иларии дель Карето. В 1408— 1419 гг. Кверча создал скульптуры для монументального фонтана Фон­те Гайя на площади Кампо в Сиене. Затем мастер жил в Болонье, где его главным произведением стали рель­ефы для портала церкви Сан-Петро-нио (1425—1438 гг.). Выполненные из тёмно-серого твёрдого местного камня, они отличаются мощной мо­нументальностью, предвосхищая об­разы Микеланджело.

Второе поколение флорентий­ских скульпторов тяготело к более лирическому, умиротворённому, светскому искусству. Ведущая роль в нём принадлежала семье скульпто­ров делла Роббиа. Глава семьи Лук-ка делла Роббиа (1399 или 1400— 1482), современник Брунеллески и Донателло, прославился примене­нием глазурной техники в круглой скульптуре и рельефе, часто сочетая их с архитектурой. Техника глазури (майолики), известная с глубокой древности народам Передней Азии, была в Средние века завезена на Пи­ренейский полуостров и остров Майорку, почему и получила своё название, а затем широко распро­странилась в Италии. Лукка делла Роббиа создавал медальоны с рель­ефами на густо-синем фоне для зданий и алтарей, гирлянды из цве­тов и плодов, майоликовые бюсты Мадонны, Христа, Иоанна Крести­теля. Жизнерадостное, нарядное, доброе искусство этого мастера получило заслуженное признание современников. Большого совер­шенства в технике майолики достиг также его племянник Андреа делла Роббиа (1435—1525).

живопись

Огромная роль, которую в архитек­туре раннего Возрождения сыграл Брунеллески, а в скульптуре — Дона­телло, в живописи принадлежала Мазаччо Брунеллески и Донателло переживали творческий расцвет, ко­гда родился Мазаччо По словам Ва-зари, «Мазаччо стремился изобра­жать фигуры с большой живостью и величайшей непосредственностью наподобие действительности»

Мазаччо умер молодым, не до­жив до 27 лет, и все же успел сделать в живописи столько нового, сколь­ко иному мастеру не удавалось за всю жизнь

Томмазо ди Джованни ди Симо­не Кассаи, прозванный Мазаччо (1401—1428), родился в местечке Сан-Вальдарно близ Флоренции, ку­да он юношей уехал учиться живо­писи Существовало предположе­ние, что его учителем был Мазолино де Паникале, с которым он затем со­трудничал, сейчас оно отвергнуто исследователями Мазаччо работал во Флоренции, Пизе и Риме

Классическим образцом алтар­ной композиции стала его «Троица» (1427—1428), созданная для церкви Санта-Мария Новелла во Флорен­ции Фреска выполнена на стене, уходящей в глубину капеллы, кото­рая построена в форме ренессанс-ной арочной ниши На росписи представлены распятие, фигуры Ма­рии и Иоанна Крестителя Их осеня­ет образ Бога-Отца На переднем плане фрески запечатлены колено­преклоненные заказчики, как бы находящиеся в самом помещении церкви Расположенное в нижней части фрески изображение сарко­фага, на котором лежит скелет Ада­ма, прародителя человечества, также словно выходит в пространство хра­ма Надпись над саркофагом содер­жит традиционное средневековое изречение «Я был таким когда-то, как вы, и вы будете такими, как я»

До 50-х гг XX в это произведе­ние Мазаччо в глазах любителей искусства и ученых отступало на второй план перед его знаменитым циклом росписей капеллы Бранкач-чи После того как в 1952 г фреска была перенесена на прежнее место в храме, промыта, отреставрирова-на, когда была обнаружена ее нижняя часть с саркофагом, «Троица» привлекла к себе пристальное вни­мание исследователей и любителей искусства. Творение Мазаччо заме­чательно во всех отношениях. Вели­чавая отрешенность образов сочетается здесь с не виданной до тех пор реальностью пространства и ар­хитектуры, с объемностью фигур, выразительной портретной характе­ристикой лиц заказчиков и с удиви­тельным по силе сдержанного чув­ства образом Богоматери.

В те же годы Мазаччо (в содружестве с Мазолино) создал в церкви Санта-Мария дель Кармине росписи капеллы Бранкаччи, названные так по имени богатого флорентийского заказчика

Перед живописцем стояла за­дача средствами линейной и воз­душной перспективы построить пространство, разместить в нем мощные фигуры персонажей, прав­диво изобразить их движения, позы, жесты, а затем масштабы и цвет фи­гур связать с природным или архи тектурным фоном Мазаччо не толь ко успешно справился с этой задачей, но и сумел передать внут­реннее напряжение и психологиче­скую глубину образов. Сюжеты росписей в основном посвящены истории апостола Пет­ра Самая известная композиция "Чудо со статиром» рассказывает, как у ворот города Капернаума Хри­ста с учениками остановил сборщик налогов, требуя у них денег на под держание храма Христос повелел апостолу Петру'выловить в Гениса-ретском озере рыбу и извлечь из нее статир Слева на втором плане зри­тель видит эту сцену Справа Петр вручает деньги сборщику. Таким об­разом, композиция соединяет три разновременных эпизода, в которых трижды предстает апостол. В нова­торской по существу живописи Ма­заччо этот прием — запоздалая дань средневековой традиции изобрази­тельного рассказа, от него в то вре­мя уже отказались многие мастера и более столетия назад сам Джотто. Но это не нарушает впечатления сме­лой новизны, которой отличаются весь образный строй росписи, ее драматургия, жизненно убедитель­ные, чуть грубоватые герои

Иногда в выражении силы и ост­роты чувства Мазаччо опережает свое время Вот фреска «Изгнание Адама и Евы из рая» в той же капел­ле Бранкаччи Зритель верит тому, что Адама и Еву, нарушивших Бо­жественный запрет, ангел с мечом в руках действительно изгоняет из рая Главное здесь — не библейский сю­жет и внешние детали, а ощущение беспредельного человеческого отча­яния, которым охвачены Адам, за­крывший лицо руками, и рыдающая Ева, с запавшими глазами и тёмным провалом искажённого криком рта.

В августе 1428 г. Мазаччо уехал в Рим, не закончив росписи, и вскоре внезапно умер. Капелла Бранкаччи стала местом паломничества живо­писцев, перенимавших приёмы Ма­заччо. Однако многое в творческом наследии Мазаччо сумели оценить лишь следующие поколения.

В творчестве его современника Паоло Уччелло (1397—1475), при­надлежавшего к поколению масте­ров, работавших после смерти Ма­заччо, тяга к нарядной сказочности приобретала подчас наивный отте­нок Эта особенность творческого стиля художника стала его своеобраз­ной визитной карточкой. Прелестна его ранняя маленькая картина «Свя­той Георгий». Решительно шагает на двух ногах зелёный дракон с винто­образным хвостом и узорчатыми крыльями, словно вырезанными из жести. Он не страшен, а забавен. Сам художник, вероятно, улыбался, создавая эту картину. Но в творчест­ве Уччелло своенравная фантазия сочеталась со страстью изучения перспективы. Эксперименты, черте­жи, зарисовки, которым он посвящал бессонные ночи, Вазари описывал как чудачества. Между тем в историю живописи Паоло Уччелло вошел, как один из тех живописцев, кто впервые стал применять в своих полотнах приём линейной перспективы.

В молодости Уччелло работал в мастерской Гиберти, затем выпол­нял мозаики для собора Сан-Марко в Венеции, а вернувшись во Флорен­цию, познакомился с росписями Мазаччо в капелле Бранкаччи, ока­завшими на него огромное влияние. Увлечение перспективой отрази­лось в первом произведении Уч­челло — написанном им в 1436 г. портрете английского кондотьера Джона Хоквуда, известного итальян­цам как Джованни Акуто. Огромная монохромная (одноцветная) фреска изображает не живого человека, а его конную статую, на которую зри­тель смотрит снизу вверх.

Смелые искания Уччелло нашли выражение в трёх его известных картинах, заказанных Козимо Ме­дичи и посвящённых битве двух флорентийских полководцев с вой­сками Сиены при Сан-Романо. В удивительных картинах Уччелло на фоне игрушечного пейзажа сошлись в ожесточённой схватке всадники и воины, перемешались копья, щиты, древки знамён. И тем не менее сра­жение выглядит условной, застыв­шей, на редкость красивой, по­блёскивающей золотом декорацией с фигурами коней красного, розо­вого и даже голубого цвета. Композиция поздней картины Уччеллс «Ночная охота» (около 14б0 г.) тщательно им рассчитана. Но увлекает в ней, прежде всего зре­лище. Суматошная толпа в ярко-красных одеждах и шапочках — всадники, охотники, загонщики — и белые собаки устремляются между тонких стволов в тёмную, почти чёрную мглу таинственного леса, встающего перед ними огромной плотной стеной.

Развитие живописи раннего Воз­рождения происходило неоднознач­но: художники шли собственными, подчас разными путями. Одновре­менно с Андреа дель Кастаньо во Флоренции жил и работал его това­рищ по мастерской Гиберти, почти ровесник, известный живописец Бе-ноццо Гоццоли (1420—1497). Уче­ник художника Фра Беато Анджели-ко (1400—1450), он создал много красочных фресок на религиозные сюжеты. Беноццо прославился рос­писью капеллы в палаццо Медичи (1459—1460 гг.).

Светское начало, стремление к увлекательному повествованию, ли­рическое земное чувство нашли яр­кое выражение в произведениях Фра Филиппо Липпи (1406—1469), монаха ордена кармелитов. Он ма­ло подходил для монашеского сана. Когда, будучи уже не первой моло­дости, он похитил из монастыря Лукрецию Бутти, ему пришлось при помощи его покровителя Козимо Медичи добывать разрешение Папы римского на их брак. С Лукреции Бутти и их старшего сына он писал Мадонну с Младенцем Христом. Обаятельный мастер, автор многих алтарных картин, среди которых лучшей считается картина «Покло­нение Младенцу», созданная для ка­пеллы в палаццо Медичи, Филиппо Липпи сумел передать в них челове­ческую теплоту и поэтическую лю­бовь к природе.

Несколько особняком в истории флорентийской школы стоит твор­чество Доменико Венециано (до 1410—1461). Его имя свидетельству­ет о том, что он был уроженцем Ве­неции. Проработав несколько лет в Перудже и Сиене, он в конце 30-х гг. XV в. переехал во Флоренцию, где и остался до конца жизни. Среди дру­гих художников, своих современ­ников, Доменико Венециано вы­делялся тем, что его чрезвычайно интересовал колорит.

Вазари утверждает, что Венециа­но был первым в Италии, кто неза­висимо от нидерландских живопис­цев стал использовать технику масляной живописи.

В картинах Венециано (среди ко­торых «Мадонна с четырьмя святы­ми», созданная около 1445 г.) господ­ствуют тонкая и воздушная гармония красок, серебристый свет. С его име­нем связывают изысканные про­фильные женские портреты. Мастер­ство Венециано как замечательного колориста не оказало заметного вли­яния на живопись Флоренции, но получило дальнейшее развитие в творчестве его великого ученика — Пьеро делла Франческа.

В середине XV столетия живопись Центральной Италии пережила бур­ный расцвет, ярким примером кото­рого может служить творчество Пьеро делла Франческа (около 1420—1492), крупнейшего худож­ника и теоретика Возрождения. О жизни и личности мастера сохрани­лось мало достоверных сведений. Известно, что он родился в неболь­шом городе Борго-Сан-Сеполькро в Умбрии, недалеко от Ареццо, в семье ремесленника. Учился он в мастер­ской Доменико Венециано во Фло­ренции, где проявил глубокий интерес к искусству Мазаччо, Уччелло, Брунеллески и Альберта. Затем ра­ботал в городах Римини, Ареццо, Урбино, Ферраре, Риме. Творчество Пьеро делла Франческа вышло за пределы местных живописных школ и определило развитие итальянско­го искусства в целом.

В исполненной в 1450—1462 rr для родного города алтарной карти­не «Мадонна Милосердия» Пьеро делла Франческа нашёл необычайно выразительные средства при созда­нии образа Небесной Заступницы. Похожая на статую или колонну, фигура юной Марии, согласно тра­диции, значительно превосходит размерами фигуры молящихся, при­павших к её ногам. Мадонна высит­ся над ними, её тяжёлый плащ рас­крылся как шатёр — каждый может найти в нём защиту и прибежище.

Самое замечательное создание Пьеро делла Франческа — его фрес­ки в алтаре церкви Сан-Франческо в Ареццо (1452—1466 гг.). Они по­священы истории креста, на кото­ром был распят Христос, расска­занной в популярной в то время «Золотой легенде» Якопо де Ворад-жине, итальянского монаха XIII в. В узкой готической капелле с высоким окном художнику пришлось распо­ложить фрески в три яруса. Он вы­брал из многочисленных эпизодов легенды ключевые: от самого нача­ла — когда из семени райского де­рева познания добра и зла на моги­ле Адама прорастает священное дерево (фреска «Смерть Адама»), до конца — когда византийский импе­ратор Ираклий торжественно воз­вратил христианскую реликвию в Иерусалим.

В размещении сцен мастер не следовал строго за нитью повество­вания, а стремился создать общее композиционное единство, фреско­вый ансамбль, рассчитанный на еди­новременное обозрение.

Фрески производят необычайно сильное первое впечатление. Алтарь из-за сочетания почти'*не приглу­шённых тенями красок — голубых, розовых, светло- и тёмно-зелёных, жёлтых и вишнёво-красных — кажегся залитым светом. Господствуют голубые и синие тона — даже воро­ные лошади написаны тёмно-си­ним, а не черным. При первом взгля­де живопись выглядит плоскостной, но затем становится понятна её объёмно-пространственная основа Сочетание объёмности и в то же время плоскостности в изображе­нии — одна из удивительных осо­бенностей искусства Пьеро делла Франческа, который, строго соблю­дая законы перспективы, не создавал иллюзии глубины пространства. Да­же здания на фресках располагают­ся не под углом, а в фас. Художник часто ставил в профиль фигуры, приближая их к переднему плану, предпочитал закруглённые силуэ­ты и чёткие, лёгкие, плавные линии. На фресках предстают самые раз­ные персонажи, легендарные и ис­торические типы людей. И всё же в них есть нечто общее. Они облаче­ны в широкие одежды с ниспада­ющими складками, за женщинами тянутся шлейфы, на головах у муж­чин — фантастические уборы в ви­де высоких цилиндров, расширяю­щихся кверху раструбами. Всё подчинено неторопливому ритму

Дерево, которое выросло на мо­гиле Адама, было срублено во време­на царя Соломона и попало в его дворец. Мудрая пророчица царица Савская преклоняет колена и молит­ся перед ним. Её силуэту, изображён­ному в профиль, мастер придал си­лу и спокойное достоинство Царицу окружают полукольцом невозмути­мые и чуть надменные придворные дамы в длинных платьях и другие спутники. Действие происходит под голубым небом с белыми облачками на фоне пейзажа с кронами деревь­ев и лёгкими очертаниями холмов.

На фасаде дворца царя Соломо­на очень высокие колонны настоль­ко быстро уменьшаются по мере их «удаления» от зрителя, что видна в сущности только первая из них, разделяющая фреску на две части. Справа — в дворцовом зале — вновь появляется царица Савская со своей свитой и склоняется перед привет­ствующим её царём. На фреске гос­подствует ровный спокойный свет, краски лучезарны.

Меньшая по размерам вертикаль­ная композиция «Сон Константина» наполнена таинственной ночной тишиной. Римский император спит

в походном шатре в канун решаю­щей битвы с Максенцием.

Ангел с крестом в руке, стреми­тельно летящий вниз головой в по­токе света, предрекает Константину победу. Мастер тонко передал эф­фект искусственного освещения: в луче света, исходящего от ангела, из темноты выступает шатёр полко­водца. Это не имело аналогий в итальянской живописи XV в.

Фреска тематически связана с большой горизонтальной компози­цией «Победа Константина над Мак­сенцием». Это реальное событие в римской истории Ожесточённая борьба за власть двух императо­ров — Константина и Максенция — завершилась в 312 г. Известны дра­матические подробности сражения, проигранного Максенцием, — он утонул в Тибре во время бегства с поля боя через обрушившийся Муль-виев мост. Исторические факты не волновали художника. Он создал образ победы христианства над язы­чеством.

В сияющем свете дня конница императора Константина замерла на берегу Тибра: белые кони переме­жаются с тёмными, к весеннему го­лубому небу поднимаются копья и разноцветные древки знамён, реет императорское жёлто-оранжевое знамя с вышитым на нём чёрным орлом, развеваются плюмажи на причудливых шлемах, поблёскивают серебристо-серые латы. Констан­тин изображён в профиль, на белом коне впереди войска. Император держит в руке лёгкий белый крест — священную реликвию. Правая часть фрески сильно повреждена, но всё же видно, как всадник — Максен-ций — тонет в реке. В свободной живописной манере показано неши­рокое изгибающееся русло Тибра с едва тронутыми зеленью голыми деревьями по берегам, в воде отра­жается прозрачное небо.

Пьеро делла Франческа часто по­сещал Урбино, выполнял поруче­ния герцога Урбинского и был, ве­роятно, его другом. Герцог Федериго да Монтефельтро — просвещённый государь, наделённый превосход­ным художественным вкусом, владе­лец богатейшей библиотеки и соб­рания выдающихся произведений искусства — привлекал к своему двору образованных талантливых людей Италии.

Пьеро делла Франческа написал в Урбино профильные парные порт­реты герцога Федериго и его супру­ги Баттисты Сфорца (около 1465 г.). Государь и государыня предстают на картинах крупным планом на фоне окутанных воздушной дымкой чу­десных пейзажей. На оборотной стороне каждого портрета также на фоне пейзажей изображены герцог

и герцогиня на триумфальных ко­лесницах. Замечателен портрет Фе-дериго да Монтефельтро в одежде тёмно-красного цвета и красной шапочке. Его властный уродливый профиль с повреждённой в сраже­нии переносицей запечатлен с ис­ключительной точностью. Образ герцога полон такой значительно­сти, что ему как будто подчинена да­же природа. При этом художник достиг скульптурной чеканной объ­ёмности лица — мастер «лепил» его с помощью света и красок.

Для Урбинского дворца Пьеро делла Франческа создал одну из прекраснейших и самых загадочных своих картин — «Бичевание Христа» (между 1455 и 1460 гг.). Отодвину­тая на второй план, сцена страдания Спасителя включена в композицию редкой красоты — в ней словно живёт дух архитектуры Урбинского дворца. Колористический дар мас­тера наиболее ярко проявился в его картинах. К поздним шедеврам Пьеро делла Франческа принадле­жит поэтичное серебристо-голубо­ватое воздушное «Рождество» (око­ло 1470 г.).

Во второй половине XV столетия в Северной Италии в городах Вероне, Ферраре, Венеции работали многие прекрасные мастера. Среди живо­писцев наиболее знаменит Андреа Мантенья.

Андреа Мантенья (1431—1506), уроженец Падуи, учился живописи у своего приёмного отца Франческо Скварчоне, который был выдаю­щимся знатоком античности, учё­ным и археологом. Мантенья испы­тал влияние Донателло, знал работы Андреа дель Кастаньо, нидерланд­ских мастеров, венецианских живо­писцев Беллини. Он был женат на дочери Якопо Беллини.

Мантенья нашёл идеал в антич­ности. Однако он не просто ис­пользовал в своих работах античные мотивы или подражал искусству древних мастеров — его персонажи действовали в Древнем Риме. Жи­вописец стремился создавать такие образы, в которых соединялись чер­ты античных героев и людей эпохи Возрождения.

Первые знаменитые произведе­ния Мантеньи в Падуе — росписи капеллы Оветари в церкви Эремита-ни (1448—1456 гг.) — были начаты им в семнадцатилетнем возрасте. В них сразу проявились смелость и новизна исканий молодого живо­писца. Особенно ярко это вырази­лось в росписях, посвящённых Свя­тому Иакову.

В сцене суда над Иаковом дейст­вие происходит на Римском Фору­ме. Во фреске «Шествие Иакова на казнь» художник изобрёл такой ра­курс, при котором все изображения видятся снизу вверх (возможно, под влиянием падуанских рельефов Донателло). Поэтому фигуры высо­той меньше натурального роста на росписи кажутся огромными, а сооружения — гигантскими, осо­бенно господствующая в компози­ции триумфальная арка. В 1944 г. церковь Эремитани была почти полностью разрушена при бомбар­дировке Падуи английской авиаци­ей. Росписи чрезвычайно пострада­ли при этом.

В 1459 г. Мантенья переехал в Мантую, ко двору маркиза Лодовико Гонзага. Там мастер жил и работал до конца своих дней Мантенья вы­полнял в Мантуе разного рода стро­ительные работы, оформлял теат­ральные представления и улицы в дни празднеств. Но главным его де­лом было создание многочисленных росписей, украшавших дворцовые покои

Из всех его работ до нас дошли девять полотен «Триумфа Цезаря» в Риме и фрески «Камеры дельи Спо-зи» Мантуанского дворца. В тот пе­риод Мантенья вновь вернулся к своей любимой античной теме: на больших полотнах, написанных гризайлью, он словно воссоздал древнеримские рельефы. Серия кар­тин, по-видимому, предназначалась для украшения какого-то здания, но не была завершена Художник про­явил себя как мастер композиции и

великолепный рисовальщик, о чем свидетельствует почти филигран­ная разработка деталей в различных сценах Он изобразил торжествен ное шествие римских легионеров со знаменами, штандартами и факела­ми, жертвенных животных, толпы пленников и, наконец, триумфаль­ную колесницу Цезаря, венчаемого Славой Эффектные полотна масте­ра вызывали, как, впрочем и все, что он создавал, восторженные отзывы современников Однако главным вкладом Мантеньи в монументаль­ную живопись эпохи Возрождения стала его роспись < Камеры дельи Спози» (1465—1474 гг) Пользовавшееся огромной из­вестностью искусство Мантеньи оказало влияние на всю северо­итальянскую живопись

К концу XV столетия в Италии выдвинулись и другие крупные центры искусства, но тем не менее

Флоренции принадлежала ведущая роль в утверждении аристократиче­ски изысканного художественного образа, связанного с мифологиче­ской или литературной основой и в значительной мере предназначен ного для ценителей и знатоков.

* * *

Особое место в живописи раннего Возрождения принадлежит Сандро Боттичелли, современнику Леонар­до да Винчи и молодого Микеланд-жело

Алессандро Филипепи, прозван­ный Боттичелли (1445—1510), ро дился во Флоренции Он учился жи­вописи у Филиппе Липпи, посещал мастерскую знаменитого скульптора и живописца Верроюкьо, где сблизил­ся с Леонардо, который также был учеником Верроккьо

Его имя стало известно благода­ря картине «Поклонение волхвов»

(1476 г), которая привлекла к себе внимание семьи Медичи На картине были изображены три поколения этих некоронованных правителей Флоренции Боттичелли стал рабо­тать при дворе Медичи

Изысканное искусство Боттичел ли с элементами стилизации, т е обобщения изображений с помо­щью условных приемов — упроще­ния формы, цвета и объема, пользо­валось большим успехом в кругу высокообразованных флорентий­цев В искусстве Боттичелли в отли­чие от большинства мастеров ран­него Возрождения преобладало личное переживание мастера Ис­ключительно чуткий и искренний, художник прошел сложный и траги­ческий путь творческих исканий — от поэтического восприятия мира в юности до болезненного пессимиз­ма в зрелом возрасте

Его знаменитые картины зрело го периода «Весна» (около 1477— 1478 гг) и «Рождение Венеры> (1483—1484 гг) навеяны стихами выдающегося гуманиста Анджело Полициано, придворного поэта Ме­дичи Аллегорическая картина < Вес­на», написанная для украшения вил­лы Медичи, принадлежит к числу наиболее сложных произведений Боттичелли

На фоне темной зелени фантас­тического сада выступают изящны­ми силуэтами гибкие стройные фи­гуры Цветущий луг под их ногами напоминает яркий ковер В глубине композиции Венера в нарядном платье стоит в меланхолической за­думчивости Ее окружает обязатель­ная свита амур с луком парит над ее головой, три юные грации ведут хоровод, из рощи бежит нимфа, преследуемая фавном На переднем плане Весна, или богиня Флора, в венке и затканном цветами платье шествует стремительно и так легко, что еле касается босыми ногами земли В левом углу — фигура юно­ши, которого обычно называют Меркурием Ритм струящихся линий объединяет композицию в единое целое, создает утонченную цветовую гармонию Художник применил ар­хаичный для своего времени при­ем — тончайшую штриховку золо­том некоторых деталей, среди них — цветы, плоды, лучи, венцы, рисунок тканей Восхитительны от­дельные фигуры и группы, особен­но три танцующие грации Покоря­ет прелесть очертаний их фигур, одежд, словно сотканных из возду­ха, движений рук, касаний пальцев Пронизанный музыкальным рит­мом танца, трепетом линий, образ трех граций прославляет наступаю­щую Весну, праздник природы, человеческих чувств. Но в картине Боттичелли чувствуется свойствен­ный его искусству оттенок грусти, холодноватой отрешённости. Пер­сонажи погружены в себя, внутрен­не одиноки.

Более непосредственно воспри­нимается картина «Рождение Вене­ры», не столь сильно связанная с ал­легорическим подтекстом. Это одно из самых пленительных созданий мировой живописи. Картина изо­бражает Венеру, богиню любви и красоты, плывущую на большой ра­ковине. «Лодку» подгоняют к берегу летящие, сплетённые в объятиях бог и богиня ветра. На берегу Венеру поджидает нимфа, которая спешит накинуть на её плечи светло-малино­вое покрывало, затканное цветами. Мастер золотит развеваемые ветром волосы Венеры, и это придаёт её женственному облику что-то незем­ное. Явление божества, далёкого от реальности, отражено и в гамме хо­лодных, прозрачных, светлых красок.

В живописи раннего Возрожде­ния среди множества лиц — пре­красных и почти уродливых, но всегда значительных — образы женщин, девушек, юношей и детей, принадлежащие кисти Боттичел­ли, узнаются сразу. Их отличает не классическая правильность черт, не миловидность, а обаяние без­грешной чистоты, беззащитности, невысказанной грусти. Образ Вене­ры — высшее воплощение этого идеала. Через четыре столетия лю­ди всматриваются в её ясные черты и находят в них нечто волнующее и притягательное.

В начале 90-х гг. XV столетия в творчестве Боттичелли произошёл решительный перелом. На него ока­зали сильнейшее влияние страст­ные проповеди доминиканского монаха Савонаролы, обличавшего папство, аристократию, богатых и гуманистическую культуру. Когда в 1494 г. Медичи были изгнаны из Флоренции, а во главе республики фактически оказался Савонарола, Флоренцию охватил религиозный фанатизм.

На улицах запылали костры, в ко­торых горели предметы роскоши и даже произведения искусства. Ботти­челли с его жадным интересом к по­литической жизни и страстностью религиозных исканий мучительно метался между гуманистической ре-нессансной культурой художествен­ного кружка при дворе Медичи и призывами к аскетизму Савонаролы. Сильное впечатление на мастера произвела казнь монаха, обвинённо­го в ереси: он был повешен перед Паласио Веккьо, а затем сожжён на костре.

В позднем периоде творчества Боттичелли предпочитал писать картины на религиозные сюжетытрагического характера. К ним отно­сятся две картины «Оплакивание Христа» (около 1500 г.). Одна из са­мых известных картин того време­ни — так называемая «Покинутая» (около 1490 г.): у запертых бронзо­вых ворот в громадной стене сидит девушка, закрывшая лицо руками, — олицетворение безнадёжности, оди­ночества, трагической судьбы.Боттичелли умер в нищете и заб­вении. Его творчество заново откры­ли лишь в середине XIX в. так назы­ваемые прерафаэлиты — группа английских художников и писате­лей, избравших своим идеалом итальянское искусство до Рафаэля (отсюда и происходит их название).





оставить комментарий
страница1/2
Дата23.09.2011
Размер0,69 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх