Трансформация общественно-географического пространства метрополиса в постсоветской россии icon

Трансформация общественно-географического пространства метрополиса в постсоветской россии


Смотрите также:
Трансформация института государственной гражданской службы в условиях политико-административных...
Власть пространства: от образов географического пространства к географическим образам...
Трансформация пространства религиозной культуры Байкальского региона в трансазиатском контексте...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Агропромышленный комплекс страны...
Региональная составляющая географического образования педагогических вузов...
Трансформация структуры пространства дома в локальных этнических группах...
Региональная политическая элита в условиях радикальной трансформации постсоветской россии (на...
История географического изучения и картографирования дальневосточного пограничного пространства...
Д. Н. Замятин политико-географические образы российского пространства...
Конфликт властных центров как проблема символической репрезентации географического пространства...
Всероссийскую научно-практическую конференцию на основе очно-заочного интернет-форума "Рыночная...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ


На правах рукописи


Аксенов Константин Эдуардович


ТРАНСФОРМАЦИЯ ОБЩЕСТВЕННО-ГЕОГРАФИЧЕСКОГО


ПРОСТРАНСТВА МЕТРОПОЛИСА В ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ


Специальность 25.00.24 –

Экономическая, социальная, политическая и рекреационная география


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора географических наук


Санкт-Петербург

2011

Работа выполнена на Кафедре региональной политики и политической географии Санкт-Петербургского государственного университета


Научный консультант: доктор географических наук, профессор,

заслуженный деятель науки РФ

^ Чистобаев Анатолий Иванович


Официальные оппоненты: доктор географических наук, профессор,

Гладкий Юрий Никифорович

(РГПУ им. А.И. Герцена);

доктор географических наук, профессор

^ Пилясов Александр Николаевич

(Совет по изучению производительных сил Минэкономразвития России и РАН);

доктор географических наук, профессор

^ Трейвиш Андрей Ильич

(Институт географии РАН)


Ведущая организация: Московский государственный университет

имени М.В.Ломоносова


Защита состоится « » 2011 г. в 15 часов на заседании Совета Д 212.232.20 по защите докторских и кандидатских диссертаций при Санкт-Петербургском государственном университете по адресу: 199178, Санкт-Петербург, 10-ая Линия В.О., д. 33-35, Центр дистанционного обучения «Феникс».

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке им. А.М. Горького Санкт-Петербургского государственного университета по адресу: Санкт-Петербург, Университетская наб., д. 7/9.


Автореферат разослан « » 2011 г.


Ученый секретарь

Диссертационного совета,

кандидат географических наук, доцент В.В. Ятманова



^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ


Актуальность темы. Процесс общественной трансформации, начавшийся в России с середины 1980-х гг., породил принципиально новую реальность, требующую изучения. Смена сущности абсолютного большинства общественных явлений и процессов обусловила необходимость адаптации и реорганизации российского общественно-географического пространства под новые потребности. Крупнейшие городские центры, выступавшие инноваторами в ходе трансформации, быстрее прочих территорий должны были адаптировать новые общественные формы и процессы. В связи с этим именно в крупнейших городах исследователям следует искать ответы на вопросы о принципах, формах организации новых явлений и процессов и по аналогии с обнаруженными ответами, пытаться прогнозировать развитие аналогичных процессов в других городах страны. Поэтому познание общих закономерностей трансформации общественно-географического пространства российских метрополисов представляется актуальным не только в связи с характером самих трансформационных процессов, но и с точки зрения возможного прогнозирования их развития за пределами крупнейших метрополисов.

^ Объект исследования – общественно-географическое пространство российского метрополиса в условиях смены типа общественного устройства.

Термин «метрополис» автор употребляет в его самом распространенном значении – главный город. Соглашаясь с тем, что данное понятие весьма иерархично, в данном исследовании автор остановился на двух метрополисах «первого порядка» как непосредственно составляющих объект – Санкт-Петербурге и Москве. В числе прочих обоснований выбора именно этих городов в качестве российских «главных городов – метрополисов» выступает тот факт, что только их включают в число глобальных городов, то есть городов, специализирующихся на выработке решений, значимых для всего мира или значительных его частей.

Для того чтобы выявить наличие трансформационных и посттрансформационных пространственных форм, в каждом из главных «служебных пространств» выбраны лишь те из их «слоев», которые автор считает наиболее чувствительными к динамике изменений. Так, в экономико-географическом пространстве исследуется «слой» третичного сектора экономики города, сектора торговли и услуг; в политико-географическом пространстве – «слой» массового электорального поведения; в социально-географическом – «слой» социально-экономической стратификации.

^ Предмет исследования – трансформация общественно-географического пространства метрополиса в постсоветской России.

Цель исследования – выявить закономерности трансформации общественно-географического пространства российского метрополиса при смене типа общественного устройства.

Достижение этой цели потребовало решения следующих основных задач:

  • раскрыть сущность понятия общественной трансформации и его взаимосвязи с трансформацией внутригородского пространства;

  • определить параметры выделения рассматриваемого внутригородского пространства, специфику его развития при смене типа общественного устройства;

  • выявить особенности постсоветской трансформации российского метрополиса, а также направления ее влияния на изменение общественно-географического пространства;

  • разработать методологические подходы к анализу трансформации внутригородского пространства;

  • выявить закономерности трансформации «отраслевых» типов пространства – экономико-, политико- и социально-географического;

  • осуществить типологию трансформационных пространственных процессов в российском метрополисе и обосновать пути повышения эффективности управления его развитием.

^ Теоретические основы исследования. В основу диссертации легли теоретические положения концепций, представляющих разные области знания. Особое значение для познания предмета исследования имели: из физической географии – положения концепции пространственно-временных систем; социально-экономической – теория пространственной диффузии инноваций и концепция пространств личной деятельности Лундской школы; экономической географии – отечественная теория территориального комплексообразования; политической географии и социологии, а также социологии города – «социально-экологическая» парадигма Чикагской школы; политической географии, истории и социологии – теория критических выборов и электоральных систем; геоурбанистики – теория глобального города, концепции развития городского пространства; «теории модернизации» – концепции «догоняющего» и «опережающего» развития.

Положения перечисленных и ряда других теорий и концепций были переосмыслены автором применительно к предмету исследования, по большинству из них сформированы собственные теоретические конструкции и предложены соответствующие им метологические подходы и методы.

^ Методология и методы. Сложный и динамичный предмет исследования потребовал использования методов из различных наук, их адаптации и модификации, а также выработки авторских методологических подходов.

В качестве решения методологической дилеммы – выбора универсализма (концепция догоняющего развития) или уникализма (ожидание максимальной специфичности результата трансформации) применительно к данному исследованию – использована методология, позволяющая не замыкаться в рамках какой-то одной из конфликтующих парадигм и не ограничиваться поиском только универсального или только специфического в процессе изменения городского общественно-географического пространства – избран подход, основанный на анализе внутригородских пространственно-временных систем.

Методологически максимально близко к решению поставленных задач подходят разделы теории систем, относящиеся к изучению кризисных состояний.

Трансформация рассматривается как параллельное и одновременное реформирование трех главных сфер общественного устройства – экономической, политической и социальной. Реформирование каждой из этих сфер представлено в терминах общественных инноваций. В соответствии с этим методологически исследование автора сконцентрировано на трех главных инновациях: 1) от плановой централизованной экономики, основанной на единой государственной собственности, – к рыночной экономике, основанной на децентрализованной частной собственности; 2) от корпоративного принципа сменяемости государственной и местной власти – к публичному; 3) от преобладания социальной однородности – к преобладанию социального расслоения.

Каждая из названных общественных инноваций вписывается в общий тренд догоняющего развития и по-своему взаимодействовала с внутригородским пространством. Городское пространство с разной мерой адаптивности могло воспринимать каждую из инноваций, прохождение одних и тех же стадий диффузии этих инноваций могло быть не только не одновременным, разноскоростным, но и разнонаправленным. Поэтому исследование структурировано на раздельный анализ каждой из этих инноваций – экономической, политической и социальной. Поскольку взаимодействие каждой из них с внутригородским пространством автор изучает на общей методологической основе, избрав в качестве единого объекта внутригородские пространственно-временные системы, то в результате возможно внутренне непротиворечиво перейти к их сравнению и обобщению.

Некоторые разделы работы потребовали авторской переработки и адаптации методологий из отраслевых дисциплин и выработки в их рамках собственных методов: метода построения электоральных топограмм, картографических и графических методов динамического анализа устойчивости электорального поведения в пространстве, географической исторической реконструкции и динамического сравнения с использованием фотоархивов. Использованы также традиционные методы: системного анализа, полевого наблюдения, сбора документов и картирования, сравнительно-географических, картографических, ГИС-анализа и моделирования, опросов, интервью, контент-анализа прессы, независимой верификации, кластерного, корреляционного анализа, электорально-экологического анализа, динамического анализа географических электоральных распределений.

^ Информационная база. В значительной мере информационной базой работы послужили многочисленные полевые исследования, проводившиеся по инициативе, под руководством и при участии автора в период с 1994 по 2010 гг. За это время на территории Санкт-Петербурга и других городов России, Восточной и Центральной Европы было проведено более 30 полевых исследований, опросов, серий интервью с использованием названных выше методов. Использовались и нетрадиционные виды источников – такие, как архив фотофиксации элементов городского пространства за период 1989-1996 гг., переданный специально для изучения фотографом-архитектором Ф. Креневым. Исследования носили как инициативный характер, так и были поддержаны российскими и западными грантами и научными организациями, являлись частью международных исследовательских проектов. Использованы материалы социологических и политических исследований ведущих региональных и федеральных социологических служб. Широко использован статистический материал Росстата, статистики избирательных комиссий всех уровней, нормативная, планировочная документация городского и федерального уровня. Вторичному и сравнительному анализу подвергались данные прикладных исследований в области социологических, политических, экономических и общественно-географических наук применительно к различным российским и зарубежным городам.

^ Научная новизна исследования заключается в выявлении закономерностей процесса трансформации общественно-географического пространства метрополиса в постсоветской России как иерархической пространственно-временной системы. Основные элементы научной новизны состоят в следующем:

  • обоснована концепция и определена система параметров трансформации метрополиса;

  • доказана завершеность процесса трансформации российских метрополисов и разработаны параметры посттрансформации;

  • раскрыта сущность понятия «внутригородские пространственно-временные системы» как главного элемента трансформации метрополиса;

  • осуществлена типология трансформационных пространственно-временных систем;

  • выявлены процессы, принципы и закономерности теории трансформации внутригородского общественно-географического пространства.

^ Практическая значимость работы связана с возможностью и целесообразностью использования ее результатов при прогнозировании и управлении развитием пространственной структуры крупнейших российских городов в периоды трансформационных изменений:

  • построены модели трансформации пространства в экономической, политической и социальной сферах развития метрополиса, позволяющие прогнозировать и управлять функционированием пространственно-временных систем внутри него;

  • предложены рекомендации по использованию планирования на основе пространственно-временных систем, позволяющие увеличить эффективность управления внутригородским развитием.

Именно метрополисы являются главными центрами инноваций, и в период трансформации значительная часть тех общественно-географических процессов, которые происходят в них, с определенным временным лагом могут повторяться и в пространстве прочих крупнейших и крупных городов.

^ Апробация и публикация результатов исследования. По теме диссертации автором опубликованы 44 научных труда на трех языках, из них 3 монографии и 10 статей в рецензируемых отечественных и зарубежных изданиях. Основные положения диссертации докладывались автором более чем на 40 международных, всесоюзных и всероссийских научных конференциях и совещаниях. Автор участвовал в разработке нескольких разделов Концепции Генерального Плана Санкт-Петербурга. Результаты исследований легли в основу разработки стратегий для нескольких десятков субъектов экономической и политико-административной деятельности. Автор осуществлял подготовку специалистов в области географии, политологии, социологии и экономики в нескольких университетах в России и за рубежом.

^ Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, 6 глав, заключения, списка литературы (244 названия) и приложения. Работа содержит 368 страницы основного текста, включает 48 таблиц, 47 рисунков. В главе 1 рассматриваются теоретические и методологические основы изучения трансформации внутригородского общественно-географического пространства. В главе 2 обосновывается необходимость применения методологического подхода на основе пространственно-временных систем. Три последующие главы посвящены исследованию трансформации внутригородского пространства применительно к трем сферам организации общества — экономической, политической и социальной. Глава 6 – обобщающая, в ней содержатся краткие и систематизированные ответы на вопросы, поставленные в начале исследования.


^ ОСНОВНЫЕ НАУЧНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ И РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ, ВЫНОСИМЫЕ НА ЗАЩИТУ


1. В своем исследовании автор отказывается от представления об одновариантности прогресса, и наверстывающее развитие принимает лишь как тип модернизационной модели, выбранный в начале процесса трансформации. Сама же трансформация для предмета исследования в этом контексте – продукт наложения нового для города типа модернизационной модели на материальные и общественные структуры старой модели модернизации.

Концепция наверстывающего развития методологически и гносеологически ограничивает данное исследование, поскольку, согласно ей, сохранение классических советских или появление в ходе трансформации новых явлений и структур должно рассматриваться лишь как временное отклонение от «нормы», заслуживающее внимания только с точки зрения задержки или ускорения самого наверстывания.

Однозначный ответ на вопрос, действительно ли страны Восточной и Центральной Европы просто наверстывают отставание от Запада на пути его развития или же они развивают собственные постсоциалистические структуры, еще не был дан ни специалистами в области трансформации, ни урбанистами.

Теории модернизации говорят о «вестернизации» и о «наверстывающем развитии» отстающих обществ по отношению к Западу. Согласно этому подходу, постсоциалистические страны идут по тому же пути рыночной экономики и демократии в политической сфере, что и западные страны. Следовательно, постсоциалистическое городское развитие происходит по той же самой логике, что и в урбанизированных ареалах Западной Европы, хотя и немного позже во времени и в более высоком темпе. Тот факт, что восточноевропейские страны лишь «наверстывают», означает, что они будут проходить те же самые предсказуемые стадии развития.

Другие исследовательские подходы подчеркивают значимость уникальности «избранного пути» развития и связанных с ним городских пространственных форм и структур. Эти подходы основываются на убеждении, что постсоциалистические города не следуют единому предопределенному пути развития под воздействием глобальных факторов, а, скорее, каждый город идет своим собственным путем, который формируется региональными и национальными экономическими и политическими факторами.

Применительно к теме данной работы под трансформацией понимаются многомерные системные изменения в постсоциалистических обществах, основанные на общем модернизационном тренде, которые могут привести к разнообразным и не идентичным другим общественным результатам. Автор обосновывает позицию, что главное отличие трансформации заключается не столько в целях и результатах процесса, сколько в наличии уникальной исходной точки – социалистических общественных структур.


2. Опираясь на сформулированные концептуальные представления, автор определяет понятие трансформации внутригородского общественно-географического пространства, выделяет теоретические принципы ее развития, а также параметры, ее определяющие.

Применительно к данному исследованию под трансформацией внутригородского общественно-географического пространства понимается процесс адаптации всех видов общественно-географического пространства российского метрополиса, ограниченного пределами повседневной и бытовой активности его жителей, к условиям постсоциалистической общественной трансформации. Таким образом, рассматриваемая трансформация – это ограниченный во времени и пространстве процесс разрушения старой системы организации городского пространства и перехода к новой системе.

Общественно-географическое пространство, будучи системой, как и все его подсистемы, состоят из взаимосвязанных элементов. Поэтому в ходе трансформации элементы пространства меняют свои общественные сущности, системы меняют состав элементов, изменяются взаимосвязи между элементами, возникают новые элементы пространства, исчезают старые и возникают новые системы, изменяется их иерархическая соподчиненность.

К принципам теории трансформации внутригородского общественно-географического пространства относятся следующие: 1) принцип системности (согласно ему, пространственно-временные процессы, составляющие трансформацию, должны рассматриваться как системная целостность, и выявление системных взаимосвязей, уровней и элементов системы – одна из задач исследования); 2) догоняющего развития (трансформация в марксистских терминах есть переход от социалистических принципов организации и функционирования общества – к капиталистическим; при этом предполагается, что перед началом трансформации существовало запаздывание развития российского общества на общем с остальным миром модернизационном тренде); 3) стадийности или цикличности (именно при трансформации принцип стадийности с большей вероятностью может выразиться в «трансстадийности» – перескакивание определенных стадий эволюционного развития революционным скачком, точнее прохождение их «по касательной», что для городского пространства будет означать неполную реализацию в нем пространственных форм и структур, характерных для стадии, пройденной «по касательной»). Следующие четыре принципа связаны с процессами пространственной диффузии инноваций, а именно: 4) сопротивления среды (пространственной адаптации); 5) пространственного насыщения; 6) «нулевого уровня» или пустого пространства; 6) сосуществования в пространстве форм, явлений, процессов и объектов разных этапов.

При смене систем в городском пространстве неизбежно должны происходить по крайней мере три макропроцесса:

  • насыщение городского пространства новыми общественными функциями, которых не было у старой системы;

  • вытеснение старых функций, не нужных в новой системе;

  • замещение старой сущности сохраняющихся общественных функций новой сущностью.

^ Главными временными параметрами общественной трансформации как динамической системы выступают: время ее начала, последовательность ее этапов, соотношение времени протекания ее структурных элементов («отраслевых» реформ), продолжительность (время окончания), ускорение и торможение. При этом, определяя трансформацию как многомерную иерархическую систему, автор допускает, что данные временные параметры могут различаться как для элементов системы, так и для ее иерархических подсистем.

Автор выделяет пять факторов, которые считает способными ускорить процесс трансформации: 1) наличие внешней силы (глобализация и открытие для глобальной мобильности); 2) управленческие решения и прочие субъективные воздействия; 3) «эффект нулевого уровня» или пустого пространства (содержательно, это диффузионный пространственный эффект, который обеспечивает максимальную скорость диффузии, «вакуумного всасывания» инновации, если ей нечего вытеснять, и среда не только не сопротивляется ее распространению, но и сама ее требует); 4) идеологическая мобилизация; 5) пространственный резонанс.

Аналогично факторам ускорения процесса трансформации, можно выделить и основные факторы его торможения: 1) морфология среды иного происхождения; 2) пространственная конкуренция явлений одного общественного назначения (в противоположность описанному выше эффекту пустого пространства, ряд общественных инноваций в ходе трансформации по своим общественным функциям имел «социалистические» аналоги, которые требовалось либо вытеснить, либо найти возможность сосуществования с ним в пространстве); 3) управленческие решения и прочие субъективные воздействия со стороны населения; 4) культура и система ценностей (основанная на разделяемой большинством системе ценностей, она гораздо более инерционна по сравнению с идеологией и способна оказывать сопротивление интрузии новых ценностей и пространственных форм, противодействовать их замещению на новые).

Некоторые из факторов ускорения и торможения совпадают.


3. Внутренне непротиворечивое объяснение многомерному явлению крупного масштаба, такого как постсоциалистическая трансформация внутригородского пространства, может быть найдено только на основе анализа иерархических пространственно-временных систем, обладающих набором необходимых и достаточных условий для существования не только первичных систем, но и межсистемных межуровневых взаимодействий.

Выбор автором подхода, основанного на анализе трансформационных внутригородских пространственно-временных систем, объясняется следующими особенностями предмета: 1) комплексностью и многомерностью предмета (он очевидно включает в себя взаимодействие явлений и процессов принципиально разного происхождения и развивающихся по разным законам, следовательно, они измеряются и разными параметрами); 2) непознаваемостью предмета без включения в исследование пространственно-временных параметров (пространство и время имеют самостоятельную сущностную значимость для исследуемых явлений, которые непознаваемы без адекватного инструментария, и именно включение этих параметров в исследование позволяет производить наиболее общие сквозные классификации и обобщения комплексных общественных сущностей); 3) асимметричностью и разноразмерностью значимости пространства и времени для изменения сущности общественных явлений (воздействие пространства и времени на сущность общественных явлений не однонаправлена и разноразмерна, следовательно, сущность исследуемых явлений не может быть выявлена с помощью только пространственного или только временного инструментария); 4) полимасштабностью исследуемых явлений (явления, образующие изучаемый целостный предмет, имеют разный пространственный, временной и сущностный масштаб, и их можно познать именно с помощью анализа многомерных иерархических пространственно-временных систем); 5) неочевидность исследовательской парадигмы (выбор только уникализма или только универсализма в качестве исследовательского подхода может быть ошибочным и не привести к познанию сущности исследуемого предмета).

В данном исследовании под трансформационными внутригородскими пространственно-временными системами понимаются системы, которые: ограничены в пространстве – пространством города; ограничены во времени – процессом постсоциалистической трансформации; ограничены сущностно-общественными процессами; формируются только в пространстве-времени и не формируются только в пространстве, только во времени или вне оных; изменяют сущность общественных явлений в процессе своего возникновения, развития, исчезновения или перерождения; изменяют свою собственную сущность при изменении взаиморасположения своих элементов во времени и пространстве.

Одним из главных критериев завершенности трансформации автор считает необратимость изменения общественной сущности исследуемых явлений. В связи с этим, возвращение процесса изменений в состояние исходной сущности трансформацией являться не может, а само трансформационное изменение должно носить линейный (ведущий от сущности 1 к сущности 2), а не кольцеобразный характер (от сущности 1 через изменения к сущности 1). Таким образом, можно утверждать, что трансформация внутригородского пространства – линейное преобразование городских пространственных систем.

^ Базовым (первичным) понятием для анализа трансформации общественно-географического городского пространства выступает понятие места (место-события). Первичный элемент общественно-географического (специального или сущностного) пространства, в котором начинают проявляться общественно-географические различия, автор называет общественно-географическим местом. Место определяет в каждый момент времени не только особенности проявления экономических, социальных, этнических и прочих факторов, действующих в обществе, но и формирует особую модель их сочетания, обусловливающую степень и результаты их влияния на сущность исследуемого явления. «Элементарной частицей» общественного времени выступает событие, определяемое как первичное изменение сущности общественного феномена (явления). Если данное событие изменяет сущность не всего общественного явления, а только в конкретном месте, то это изменение именуется место-событием. Не только возникновение или исчезновение какой-либо сущности является событием (место-событием), но и ее развитие. Важными для предмета данного исследования свойствами места (место-события) являются следующие: место имеет сущностное происхождение и не отлично от своей общественной сущности; место всегда имеет пространственный контекст, но не всегда – среду; временное чередование событий влияет на изменение сущности места, в результате чего место возникает, развивается и исчезает (перерождается).

Комплекс экономических, социально-классовых, этно-конфессиональных, социально-психологических, коммуникативных и других условий, отличающих данное место от остальных, а также его «внешнее» положение (соседство, протяженность, изолированность и т.д.) с другими местами и их системами в каждый момент времени неизбежно формируют специфический местный общественно-географический контекст – совокупность прочих мест, связанных с сущностью исследуемого места. Если же определенный контекст закрепляется на значимое для формирующей данное место сущности время, то такой контекст превращается в среду.

Процесс перерождения сущности (трансформации) места состоит из чередования событий. Изменение в чередовании событий, равно как и в контексте, может привести к изменению результирующих пространственно-временных параметров места. Когда первичная сущность в данном месте будет заменена иной, произойдет трансформация места (рис. 1).

Место может не только переродиться, но и исчезнуть. Исчезнуть оно может минимум по трем причинам. Во-первых, может исчезнуть не определенная сущность, а все явление целиком. Во-вторых, составившая данное место сущность может изменить свое положение в пространстве. В-третьих, контекст данного места может измениться настолько, что проявление данной сущности станет незаметным на его фоне, сольется с контекстом, став частью другого, более общего места.



Рис. 1. Процесс трансформации места

Точно так же, как и для места – шкала расстояния, для события – шкала времени определяется наложением первичного изменения сущности на физические пространство и время. Это позволяет определять соразмерность пространственно-временных характеристик разных сущностей. Полимасштабность сущностей порождает и полимасштабность мест и событий как первичных проявлений этих сущностей. Обобщенно система описанных выше категорий представлена в табл. 1.

Таблица 1. Пространственно-временные характеристики сущности общественно-географического явления




Первичное проявление (первичный элемент) сущности

Взаимодействие первичных элементов

Общественно-географическое пространство

место

контекст места

Общественно-географическое время

событие

чередование событий

Общественно-географическое пространство-время

место-событие

среда

Общественно-географическое пространство – это форма бытия общественно-географических объектов, отражающая отношения их сосуществования: соразмерности (в мерах протяженности, объема, глубины) и взаиморасположенности.

Довольно распространенным в общественно-географических и философских публикациях является представление о том, что атрибуты социальной формы движения являются лишь определенным фрагментом закономерностей физического времени и пространства. Автор считает, что компоненты физического пространства-времени входят элементами скорее в среду деятельности общества, являясь по отношению к общественно-географическому пространству одной из функций. Физическое пространство проявляется по отношению к последнему опосредованно – в степени влияния на осуществление общественно-географических процессов либо лишь в отдельных его характеристиках (например, соседства, чередования и т.п. – для пространства; последовательности, сосуществования и т.п. – для времени). Само же по себе физическое пространство и его измерения могут описывать лишь физические характеристики общественных объектов (взятых как физические тела): например, размеры государственной территории, протяженность и конфигурация границ и др.

Автор не согласен с подходом, согласно которому пространство представляет собой набор отношений между явлениями. Любой единичный материальный объект пространственен, вне зависимости от наличия иного объекта. Пространство возникает не между объектами, а уже в атрибутах самого объекта, которые возможно сравнивать в пространственных категориях между собой. При этом, если и рассматривать сравнение разных измерений отдельного объекта как отношение, то это будет отношение атрибутов материи внутри нее самой, а не между элементами материи. Взаиморасположенность двух материальных объектов, которую сторонники описанной точки зрения считают первичным признаком пространства, таковым, стало быть, не является, уступая «первичность» пространственным атрибутам, проявляемым измерением каждого отдельного материального объекта.

Общественно-географическое пространство – это не пространство физических тел, в котором осуществляется общественная деятельность, а сама эта деятельность, взятая с атрибутивной точки зрения.

В пространственно-временных системах одновременно и пространственные, и временные свойства их элементов способны менять сущность образующих систему явлений или процессов. В связи с этим, без анализа пространственных и временных характеристик такие системы не познаваемы, а иногда и неразличимы. Отличием пространственно-временных систем от место-события, контекста или среды выступает наличие системных взаимосвязей – таких взаимосвязей, без которых существование составляющих систему элементов в данной их сущности было бы невозможным. Необходимым условием появления пространственно-временной системы в общем виде выступает совпадение системных взаимосвязей во времени и пространстве (рис. 2).



Рисунок 2. Категория пространственно-временных систем


Категория качества общественно-географического пространства-времени, описывается теми его свойствами, которые непосредственно способны помешать или способствовать развитию какого-либо общественного процесса.

Если пространство-время может принести общественным субъектам пользу для достижения их целей, оно неизбежно будет выступать объектом их интересов. Эти субъекты будут стремиться установить экономический, социальный или политический контроль (или распространить свое влияние) над территорией тем сильнее, чем больше то количество ресурсов (чем выше качество общественно-географического пространства), которое эта территория может предоставить в определенный период времени. Стремление к контролю или влиянию на определенное пространство, несмотря на бесконечное многообразие форм и мотиваций, – одно из немногих объективных свойств общественной деятельности, явление, неизбежное для любого общественного субъекта.

Для пространственно-временных систем взаимное расположение их элементов во времени и пространстве может иметь принципиальное значение для сущности системообразующих процессов. Расположение общественно-географических мест в пространстве оказывает критическое воздействие на сущность общественного явления. Дисперсное расположение частных торговцев по большой территории способствует развитию их частной пространственной конкуренции, сконцентрированное – образует базар, в котором пространственная конкуренция отходит на дальний план, требуя развития совместной территориальной привлекательности всего базара. Дисперсное (дискретное) и сконцентрированное проявление политического интереса на территории дает различные результаты. В общем виде пространственная концентрация сторонников субъекта интереса качественно отличает их политическое положение по сравнению с их же возможным равномерным распределением в пространстве. То политическое качество, которое потенциально присутствует при компактном пространственном проявлении интереса и принципиально отсутствует при его дискретизации на территории, – это возможность пространственного политического самоопределения. Преимущество для развития, которое одно и то же общественное явление получает от сконцентрированного (компактного) проявления по сравнению с дискретным (дисперсным), автор именует пространственным резонансом.

^ Первичные (нуклеарные) пространственно-временные системы можно классифицировать по пространственному классу образующего их общественно-географического местана пространственные (площадные), линейные и точечные, с возможным добавлением шкалы времени их существования.

Пространственно-временные системы, в том числе внутригородские, могут быть преимущественно пространственными, преимущественно временными или сбалансированно пространственно-временными. Так, некоторые системы не могут быть обнаружены только в пространстве или только во времени.

Предмет данного исследования образован областью взаимодействия по крайней мере трех систем высшего иерархического уровня, имеющих разное происхождение, сущностное наполнение и пространственно-временные параметры: это - город, общество и трансформация. Предмет исследования – постсоциалистическая трансформация общественно-географического пространства российского метрополиса – представляет собой не что иное, как систему более низкого иерархического уровня по отношению к упомянутым выше городу, обществу и трансформации. Автор исходит из положения, что любую более сложную иерархическую пространственно-временную систему теоретически можно разложить на составляющие ее первичные (нуклеарные) подсистемы и эелементы. Названный предмет представляет собой пример многомерной иерархической системы. Многие ее элементы, имеют разное иерархическое положение внутри своих «специальных» систем, измеряемых специфическими параметрами.

Именно сложность предмета обусловливает выработку и применение методологического подхода, основанного на наборе промежуточных обобщений, которые описывали бы закономерности развития сложных целостностей. Общие закономерности развития в сложных целостностях бывают только у систем. Именно поэтому внутренне непротиворечивое объяснение многомерному явлению крупного масштаба может быть найдено только на основе анализа иерархических пространственно-временных систем, обладающих набором необходимых и достаточных условий для существования не только первичных систем, но и межсистемных межуровневых взаимодействий. Автор отдает себе отчет в том, что не все многообразие явлений попадает в обнаруженные в работе системы. Тем не менее, автор полагает, что именно системные взаимосвязи и выявляют наличие единого сложного предмета, и только те явления, которые обладают искомыми системными взаимосвязями, должны включаться в анализ предмета.





оставить комментарий
страница1/4
Аксенов Константин Эдуардович
Дата22.09.2011
Размер0.61 Mb.
ТипАвтореферат, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх