Торговля на благо человеческого развития глава 1 icon

Торговля на благо человеческого развития глава 1


1 чел. помогло.
Смотрите также:
3. Международная торговля и внешнеторговая политика...
3. Международная торговля и внешнеторговая политика...
Романс «Утро туманное» (В. Абаза И. Тургенев)) Каждая эпоха...
Сказка о тех, кто...
1. Межд, внешня, услуги (торговля)...
Доклад посвящён анализу мифологем, связанных с формированием постиндустриального общества...
Программа факультатива «обучение и развитие общечеловеческих ценностей»...
Б. Л. Кузнецов Камская государственная инженерно-экономическая академия Несмотря на...
Рабочая программа дисциплины “Экономика предприятия (торговЛя)” для специальности 060800...
Основные понятия...
Библиографический список литературы...
Ство • юность • взрослость • старость под общей редакцией а. А...



страницы: 1   2   3   4
вернуться в начало

^ Таблица 1.1

Вашингтонский консенсус



Первоначальные принципы Вашингтонского консенсуса

^ Жесткая бюджетная дисциплина

Либерализация торговли

Переориентация направлений расходования государственного бюджета

Открытие экономики для иностранного инвестирования

^ Налоговые реформы

Приватизация

Либерализация финансовых отношений

Дерегулирование

^ Единые и конкурентоспособные валютные курсы

Обеспечение прав собственности


Расширенные принципы Вашингтонского консенсуса

^ Правовые и политические реформы

Соблюдение финансовых норм и стандартов

Институты регулирования

Осмотрительное введение полной конвертируемости национальной валюты

^ Анти-коррупционные меры

Режим единого валютного курса

Гибкий рынок труда

Система социальной защиты

^ Соглашения ВТО

Сокращение бедности


Источником современного, более прогрессивного, взгляда на политику развития является неудовлетворенность результатами проводимой в 1980-х и 1990-х годах политики, выработанной на основе принципов Вашингтонского консенсуса. Недостаточные темпы роста, усиление нестабильности экономик стран Латинской Америки (в странах именно этого региона были сделаны наиболее решительные шаги в области приватизации, либерализации торговли и открытости экономики), проблемы в республиках бывшего Советского Союза и финансовый кризис в Восточной Азии в 1997-1998 гг. – все эти факторы привели к переосмыслению результатов Вашингтонского консенсуса и расширению его принципов (Таблица 1.1). Помимо либерализации и приватизации в рамках нового подхода особое внимание обращается на необходимость создания институциональных основ рыночной экономики. Преобразования требуют такие направления, как гибкий рынка рабочей силы, системы социальной защищенности , механизмы регулирования финансового сектора и разумный надзор за ними, комплексное управление, механизмы противодействия коррупции, нормативно-правовые и административные меры.


Указанные выше направления институциональных реформ сложилась под сильным влиянием англо-американской концепции институциональной основы рыночной экономики. Так, например, в рамках этой концепции предпочтение отдается не финансированию развития, а системе финансирования, основанной на коммерческих принципах. Кроме того, рекомендуется идти к гибкому рынку трудовых ресурсов, а не к регулируемому рынку рабочей силы. Выдвигается требование интегрирования в глобальную экономику. И, как следствие, делается акцент на гармонизации национального законодательства с международными системами и нормами, например, за счет принятия международных финансовых норм и стандартов и подписания соглашений ВТО. Рыночная экономика функционирует на основе целого ряда нерыночных институтов, выполняющих регулирующие, стабилизирующие и законодательные функции (Rodrick, 2000 г.). Важным, возможно важнейшим, фактором долгосрочного развития той или иной страны является качество ее государственных институтов (Acemoglu, Johnson and Robinson, 2000). Поэтому особое внимание, которое в последнее время стало уделяться роли институтов, можно только приветствовать. Но для рыночной экономики не может быть единого рецепта институциональной инфраструктуры. Другими словами, исходя из наличия в промышленно развитых странах целого ряда законодательных, регулирующих и надзорных органов, можно сделать вывод о том, что нормальное функционирование экономики не может быть обеспечено за счет какой-то единой системы или формы. Капитализм в США сильно отличается от капитализма Японии, при этом капитализм, получивший развитие в Европе, отличается как от Японии, так и от США. А в Европе институциональные механизмы, например, Германии совсем не похожи на те, которые сложилась в Швеции. Но, несмотря на указанные различия, в долгосрочной перспективе экономика этих стран развивалась вполне успешно.16


Значимость того, что в мире существуют самые разные институциональные формы, переоценить трудно. По мнению Роберта Унгера (1998 г.), существующие в настоящее время государственные институты лишь часть возможного многообразия институциональных форм. Нет никаких оснований считать, что человечество использовало все возможности институционального развития, которые необходимы для обеспечения динамичной и здоровой экономики. Аналитикам следует избегать стереотипного мышления, согласного которому только наличие какого-то конкретного, института, например, определенной системы корпоративного управления, социальной защиты или нормативно-правовой базы рынка трудовых ресурсов, соответствует принципам нормально функционирующей экономики.


Не затрагивая вопрос, связанный с выбором формы институционального устройства, следует отметить, что общепринятая «прогрессивная» модель стимулирования экономического роста характеризуется одним очень серьезным недостатком – многочисленные требования по развитию институциональной базы не расставлены по приоритетам. Этот всеобъемлющий подход к формулированию стратегии развития не совпадает с опытом развития наиболее передовых промышленно развитых стран. Преобразование тех сфер, которое в настоящее время рассматривается как ключевое направление институциональных реформ (например, корпоративное управление, финансовый надзор, торговое законодательство, система социального обеспечения), в Европе и Северной Америке было осуществлено лишь на более позднем этапе экономического развития (Chang, 2000). Собственно говоря, целый ряд рекомендаций Вашингтонского консенсуса следует рассматривать не в качестве предпосылок успешного развития, а как его результат.


В основе экономического роста лежат факторы, обусловленные на начальном этапе довольно узким спектром политических и институциональных инициатив, которые можно обозначить как «стратегии стимулирования инвестиций» (Rodrick, 1999). Ключевыми элементами таких стратегий являются наличие людских ресурсов, государственной инфраструктуры, социального мира, политической и экономической стабильности. Однако важнейшим фактором нередко является целевые государственные программы, направленные на привлечение инвестиций на внутреннем рынке. Реализация стратегий стимулирования инвестиций в экономику знаменует собой период экономического роста, способствующий развитию институциональной структуры и дальнейшего роста. Начальные преобразования нередко мало похожи друг на друга и лишь в некоторой степени отвечают тем требованиям, которые заложены в общепринятых «прогрессивных» подходах к политике развития. Как правило, мы наблюдаем сочетание традиционных подходов и инновационных решений, принимаемых с учетом специфики конкретной страны.


Такой главный вывод следует из результатов анализа трех стратегий привлечения инвестиций, согласно которому путь к индустриализации и процветанию лежит через создание импортозамещающих производств, экспортно-ориентированных отраслей как в странах Азии и двойной стратегии. Существуют и другие стратегии развития, при этом успешные стратегии будущего будут, скорее всего, отличаться от указанных выше трех подходов.


^ Импортозамещающая индустриализация


В основе стратегии создания импортозамещающих производств лежит концепция стимулирования внутренних инвестиций и развития технического потенциала посредством предоставления отечественным производителям временной защиты от импорта. И хотя, начиная с 1980-х годов, такой подход больше не пользовался популярностью, реализация указанной стратегии позволила добиться успехов в целом ряде развивающихся стран. До «нефтяного шока» 1973 г., по меньшей мере, в 42 развивающихся странах наблюдался рост доходов на душу населения на уровне 2,5% в год, начиная с 1960 г. (Rodrick, 1999 г., глава 4). При таких темпах развития доходы на душу населения удваивались бы каждые 28 лет. Большинство этих стран проводили политику создания импортозаменяющих производств, включая 15 стран, расположенных к югу от Сахары, 12 стран Южной Америки и 6 стран Ближнего Востока и Северной Африки. Собственно говоря, вплоть до 1973 г., 6 стран, расположенных к югу от Сахары, входили в двадцатку наиболее быстро развивающихся стран.17


Создание импортозамещающих производств стало катализатором роста за счет создания защищенных – а значит и прибыльных – отечественных рынков, привлекательных для отечественных инвесторов. Вопреки широко распространенному мнению, такая стратегия не повлекла за собой отставание технологической базы и резкого снижения эффективности экономии масштаба. И действительно, по сравнению с текущим периодом эффективность развития многих стран Латинской Америки и Ближнего Востока была просто образцовой. По данным Коллинза и Босворта (1996 г.), в период, предшествующий первому нефтяному шоку, производительность факторов производства в странах Ближнего Востока (2,3% в год) и Латинской Америки (1,8%) была довольно высокой – значительно выше, чем в Восточной Азии (1,3%).18


Отрицательное отношение к политике создания импортозамещающих производств отчасти сложилось вследствие резкого экономического спада в целом ряде этих стран (1980-е годы), а отчасти под влиянием результатов авторитетных исследований, выполненных в 1970 (Little, Scitovsky and Scott) и 1971 гг. (Balassa). В этих работах были приведены данные о некоторых видах экономической статической неэффективности отдельных направлений экономики, вызванной высокими и значительно отличающимися друг от друга эффективными уровнями защиты обрабатывающих отраслей исследуемых стран от международной конкуренции. Все были просто потрясены, когда исследователи при использовании в расчетах мировых цен на соответствующую продукцию выявили случаи негативной добавленной стоимости (то есть, указанные страны бы выиграли, если бы просто выбросили сырье вместо того, чтобы использовать его для изготовления соответствующей продукции на защищенных от конкуренции предприятиях).


Но ни одно из вышеуказанных двух исследований не свидетельствует о том, что страны, развивавшие экспортно-ориентированные отрасли экономики, были лишены этих недостатков. В принципе, особой разницы между результатами развития стран, проводивших политику замещения импорта, и странами, проводившими политику развития экспортного потенциала, не наблюдалось.19 Кроме того, приведенные выше данные о росте совокупной производительности факторов производства свидетельствуют о том, что было бы ошибочным полагать, что политика, направленная на замещение импорта, ведет к более динамичному росту экономики, чем политика, направленная на стимулирование экспорта.


В этой связи, стратегия индустриализации, направленная на стимулирование внутренних инвестиций и повышение производительности, а также на замещение импорта приносила свои плоды в целом ряде стран, по крайней мере, до середины 1970-х годов. Но, начиная с середины 1970-х, в экономике большинства успешно развивающихся стран разразилась катастрофа. В течение следующего десятилетия (1973-1984 гг.) лишь 12 из 42 развивающихся стран, темпы роста которых в период с 1960 по 1973 гг. были выше 2,5% в год, смогли сохранить такие темпы развития. В странах Ближнего Востока и Латинской Америки, в которых до 1974 г. наблюдались самые высокие темпы роста совокупной производительности факторов производства среди развивающихся стран, показатели совокупной производительности факторов производства стали отрицательными (Collins and Bosworth, 1996 г.). В странах Восточной Азии положение не изменилось, тогда как в странах Южной Азии темпы роста производительности выросли.


Связано ли ухудшение экономических результатов с тем, что политики замещения импорта себя изжила? Возможно, нет. По мнению других исследователей (Rodrick, 1999 г.), указанный период снижения динамики развития указывает на нестабильность мировой экономики после 1973 г., включая отказ от бреттонвудской системы фиксированных курсов валют, два нефтяных шока, резкие колебания цен на мировых рынках других сырьевых товаров, а также резкое снижение процентной ставки Федеральной резервной системы США в начале 1980-х гг. То, что некоторые страны Южной Азии - наиболее упорные сторонники проведения политики замещения импорта, в частности Индия и Пакистан – смогли сохранить (Пакистан) или ускорить (Индия) темпы экономического роста в период после 1973 г. говорит о том, что экономический спад был обусловлен причинами иными, чем проведение политики замещения импорта.20


К числу важнейших механизмов такого рода следует отнести макроэкономическую политику. Многие страны не смогли скорректировать свою макроэкономическую политику с учетом внешних шоков, что привело к высокой или подавленной инфляции, резкому сокращению валютного резерва этих стран и возникновению черного рынка иностранной валюты, долговому кризису, несбалансированности счетов внешних операций и, как следствие, к многократному росту издержек, вызванных этими шоками. Больше всего пострадали страны с самым высоким ростом инфляции и самым большим разрывом между официальным валютным курсом и курсом черного рынка. Виной тому были неадекватная денежная и налогово-бюджетная политика, неверная корректировка валютной политики, а в некоторых случаях близорукая политика кредиторов и бреттонвудских институтов (Всемирного банка и МВФ). Главный вывод, который можно сделать, анализируя опыта стран, которых поразил долговой кризис: кризисы – это результат проведения денежной и налогово-бюджетной политики, не отвечающих требованиям сбалансированности счетов внешних операций. Торговля и промышленная политика практически не имеют к этому никакого отношения.


^ Индустриализация, ориентированная на экспорт


Восточно-азиатские страны - «тигры» нередко приводятся в качестве примера экономического роста, вызванного экспортной ориентацией экономики. В этих странах, открывшихся мировой экономической системе, были осуществлены широкая диверсификация промышленности и научно-технический прогресс. Но при такой традиционной оценке их развития совершенно не учитывается та активная роль, которуе сыграли правительства Республики Корея и провинции Китая Тайваня (а до этого Японии) в структурировании системы распределения ресурсов. В обеих странах широкая либерализация импортных операций была осуществлена лишь на более позднем этапе развития. Большая часть торговых барьеров была снята лишь в 1980-х годах после обеспечения высоких темпов экономического роста.


Успех экономического развития этих и других стран Восточной Азии кроется в наличии целостной стратегии, направленной на увеличение размеров прибыли на инвестированный частный капитал за счет реализации целого комплекса мер. Применялись такие методы, как предоставление кредитных субсидий и налоговых льгот, повышение уровня образования, создание государственных предприятий, стимулирование экспорта, предоставление права на беспошлинный ввоз сырья и средств производства, государственное регулирование инвестиционных планов. В Республике Корея главным инструментом субсидирования инвестиций стало предоставление кредитов группам крупного бизнеса по отрицательной реальной процентной ставке. После военного путча 1961 г. банки были национализированы, и государство получило возможность исключительного контроля над распределением средств, которые можно было бы инвестировать в экономику. Субсидирование инвестиционной деятельности осуществлялось также за счет социализации инвестиционных рисков в отдельных отраслях экономики. Под социализацией рисков подразумеваются условные гарантии, в соответствии с которыми государство было готово оказать финансовую помощь предпринимателям, инвестирующим в предлагаемые отрасли экономики, если какие-либо обстоятельства в будущем не позволят получать запланированную прибыль от указанных капиталовложений. В Тайване (провинции Китая) субсидирование инвестиционной деятельности осуществлялось в форме налоговых льгот.


И в Корее и на Тайване государственные предприятия сыграли важную роль в повышении прибыльности частных капиталовложений за счет обеспечения частных производителей основными видами производственных ресурсов. На государственные предприятия обеих стран приходилась большая часть инвестиций и продукции, производимой предприятиями обрабатывающих отраслей. Роль государственных предприятий возросла еще больше в 1960-х годах – в ответственный период начала реформ. В Сингапуре инвесторы также получали значительные субсидии, но в отличие от Кореи и Тайваня льготы, главным образом, предоставлялись иностранным инвесторам.


Хотя торговая политика, способствовавшая росту экспорта, входила в арсенал мер стимулирования всех стран – восточно-азиатских "тигров" – главная цель заключалась в стимулировании и привлечении инвестиций. Для достижения этой цели правительства Кореи и Тайваня разработали нестандартные механизмы. Была обеспечена защита внутреннего рынка с целью увеличения прибылей, экспортерам предоставлялись щедрые субсидии, фирмам создавались условия для переконструирования патентованной иностранной продукции, иностранным инвесторам (если они допускались в страну) выдвигались определенные требования, например, требования к сбалансированности экспорта-импорта, обеспечению определенной доли отечественного капитала. Применение всех указанных выше механизмов в настоящее время ограничено соглашениями ВТО.


^ Двуединая стратегия


В результате относительно небольших реформ, осуществленных в Китае в конце 1970-х, в стране были созданы условия для феноменального рывка в экономике, который стал предметом зависти всех развивающихся стран. На начальном этапе были проведены очень простые преобразования - ликвидированы сельские коммуны, крестьянам разрешили продавать излишки урожая на рынке после выполнения ими заданий по продаже зерна государству. Следующий этап ознаменовался созданием городских и сельских предприятий, что способствовало развитию рыночных отношений в городе и деревне. Для привлечения иностранных инвестиций были созданы специальные экономические зоны. Характерная особенность этих реформ в том, что они проводились поэтапно, на основе экспериментов и двусторонней стратегии (государство и рынок).


Можно по-разному интерпретировать принцип постепенности в проведении реформ в Китае. Представители одной точки зрения, которую энергично поддерживают Сакс и Ву (2000 г.) не придают особого значения особенностям китайских реформ, утверждая, что их успех обусловлен не какой-то спецификой китайского перехода к рыночной экономике, а, главным образом, сближением государственных институтов Китая и стран, не входящих в социалистический блок. С этой точки зрения, чем быстрее процесс такого сближения, тем лучше результаты: «…успех реформ стал возможен не благодаря поэтапному подходу, а вопреки ему…» (Sachs and Woo, 2000, стр. 3). Из этого следует вывод, что странам, изучающим опыт Китая, следует уделить основное внимание не экспериментам с формированием новых институтов, а решению задачи гармонизации своих институтов с институтами других стран.


Другая точка зрения, которую, пожалуй, лучше всего выразили Yingi Qian и Gerard Roland (1997 г.), заключается в том, что особенности китайской модели обусловлены наличием конкретных политических и информационных проблем, решить которые стандартными приемами невозможно. Lau, Qian и Roland (1997 г.) интерпретируют двуединый подход к либерализации как некий способ реализации реформ по принципу Парето – модернизация плановой экономики посредством усиления системы стимулов, повышения эффективности системы распределения ресурсов, но с сохранением при этом всех преимуществ планового ведения хозяйства. Децентрализация по-китайски рассматривается авторами как способ создания институтов, основная функция которых – координирование. В том случае, когда в результате экономической деятельности требуется продукция со сходными параметрами, создание экспериментальных моделей на местном уровне представляется более эффективным способом производства и использования знаний местного населения. В китайской модели исследователи отмечают множество положительных моментов, поскольку, по их мнению, она создает необходимые стимулы для развития знаний, на основе которых формируется и функционирует рыночная экономика. Поэтому их не особенно беспокоят отдельные недостатки, которые могут выявиться в ходе развития китайской экономики.


Менее известен успешный опыт применения двуединой стратегии на Маврикии, где успех реформ был достигнут за счет уникального сочетания традиционных и нетрадиционных приемов. В 1970-х создание экспортной зоны, функционировавшей на принципах свободной торговли, обеспечило резкое увеличение экспорта одежды на рынки Европы, сопровождавшегося внутренним инвестиционным бумом. Вместе с этим, помимо зоны экспортного производства в стране существовали производственные мощности, работавшие на местный рынок, на которые распространялись значительные преференции вплоть до середины 1980-х. В начале 1990-х МВФ все еще относил Маврикий к категории стран, экономика которые регулируется наиболее жестко. Даже к концу 1990-х уровень протекционизма в этой стране был одним из самых высоких в мире (Subramanian, 2001 г.). Проводимая на Маврикии двуединая стратегия развития почти не отличалась от китайской модели, но в ее основе лежали социальные и политические механизмы, способствовавшие развитию принципов участия, представительства и формирования коалиций.


Интересны обстоятельства создания в 1970-х экспортной производственной зоны на Маврикии. Они позволяют лучше понять, как система регулирования, основанная на участии всех заинтересованных сторон, способствует выработке творческих подходов к созданию институтов, адаптированных к местным условиям. Принимая во внимание малый объем внутреннего рынка, само собой разумелось, что Маврикий был обязан развивать экспортный потенциал. Но, как и в других развивающихся странах, государство было вынуждено считаться с интересами предприятий, производящих импортозамещающую продукцию, для развития которых были введены протекционистские меры в начале 1960-х. Безусловно, этим предприятиям ослабление торговых ограничений было невыгодно.


Обычный экономист Всемирного банка или МВФ, безусловно, рекомендовал бы полную либерализацию торговли, не обращая внимания на то, что такой подход мог привести к нарушению неустойчивого этнического и политического равновесия на острове. Создание свободной экспортной зоны стало изящным методом преодоления политических затруднений. Создание зоны способствовало дальнейшему развитию торговли и занятости, при этом предприятия по производству импортозамещающей продукции, где, главным образом, работали мужчины, по-прежнему пользовались защитными мерами. Увеличение занятости и прибылей открыло дорогу для проведения в середине 1980-х и 1990-х годов политики более глубокой либерализации. К 1990-м годам, коэффициент заработной платы женского труда к мужскому в свободной экспортной зоне стал выше, чем в целом по стране (МОТ, 2001 г.). Разработав уникальную, но эффективную стратегию, Маврикий нашел свой собственный путь экономического и человеческого развития.





оставить комментарий
страница3/4
Дата22.09.2011
Размер0.55 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4
плохо
  1
средне
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх