Учебное пособие Ростов-на-Дону 2003 удк 4 с ббк 81. 2 Рус icon

Учебное пособие Ростов-на-Дону 2003 удк 4 с ббк 81. 2 Рус


Смотрите также:
Учебное пособие Ростов-на-Дону «феникс» 199 7 ббк ю952 Л64 удк 615. 856 (071)...
Учебное пособие москва 2003 ббк 86. 2 Удк 2...
Учебное пособие Ростов-на-Дону...
Учебное пособие Ростов-на-Дону 2004 удк чувиков С. В...
Учебное пособие Нижний Новгород 2003 удк 69. 003. 121: 519. 6 Ббк 65. 9 (2) 32 5...
Учебное пособие Нижний Новгород 2003 удк 502 (075. 8) Ббк 65. 9(2)28...
Учебное пособие Нижний Новгород 2003 удк ббк к дмитриев М. Н., Иванов А. В...
Учебное пособие Находка 2003 удк 658. 1: 338. 3 (075. 8) Ббк 65. 053...
Пособие Ростов-на-Дону удк 50(075. 8) Ббк 20я73 ктк 100 с 13....
Учебное пособие. В 2 т...
Учебный курс Нижний Новгород 2003 удк 69. 003. 121: 519. 6 Ббк 65. 9 (2) 32 5...
Учебное пособие удк 159. 9(075) Печатается ббк 88. 2я73 по решению Ученого Совета...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7
вернуться в начало
скачать
^

2.1. Высказывание как единица речи



1.Язык и речь

Человек, по М.Бахтину, в силу его человеческой специфики всегда выражает себя, то есть создает текст, высказывание. Именно в конкретных речевых произведениях актуализируются абстрактные единицы и элементы языка. Речь – это исполнение языка, актуализация его единиц путем их соединения, комбинирования для передачи мысли.

Речь отражает опыт индивида, а язык – опыт речевого коллектива.

Язык стабилен и независим от обстановки речи, от намерений говорящего. Речь отвечает требованиям осмысленности: ведущим фактором, предопределяющим порождение и появление высказывания, является субъективный образ ситуации действительности и речевой ситуации, сложившейся в сознании человека. Предмет речи – мысли, волеизъявление и чувства автора речи. Не менее важные принципы речи - её преднамеренность, целенаправленность и связность: каждое речевое произведение возникает, во-первых, не в вакууме, а во-вторых, в связи со стремлением говорящего /пишущего/ непременно сообщить нечто или побудить собеседника что-то сделать, ответить на вопрос.

Речь произвольна и бесконечна. Она неповторима: не случайно у русских существует пословица «Слово не воробей: вылетит - не поймаешь». Мы знаем, сколько, например, в русском языке предлогов, союзов, частиц, местоимений, числительных, структурных схем предложений, словосочетаний, но мы беспомощны в прогнозировании и определении количества их употреблений и конкретных сочетаний, в которых они могут быть использованы.

^ 2. Предложение и высказывание

Минимальной информативно достаточной единицей, вычленяемой в речевом потоке /дискурсе/ или зафиксированной как текст, является высказывание /фраза/. Большинство ученых сходится во мнении, что высказывание - это речевой знак, возникающий на базе предложения как языкового знака по воле говорящего /пишущего/ в связи с потребностью передать адресату речи или получить от него информацию о ситуации действительности.

Создавая высказывание, автор речи в первую очередь осмысливает предмет речи, т.е. тот или иной фрагмент действительности и определенным образом отражает его в речи. Отраженная в сознании и обозначенная в речи ситуация называется пропозицией /логическим предложением/. Так, если у говорящего возникает потребность сообщить кому-то о наступающем похолодании, он использует известные ему и адресату соответствующие понятия и отношения между ними: «воздух», «похолодать», «холодно» и т.п. Из них он может выбрать, например, три последних пропозиции, которые преобразуются в его сознании в предикацию. Предикация – это процесс соединения предмета мысли /субъекта/ с его признаком или превращение бессубъектного признака в самостоятельный предикат: а/ «холода + наступать», «человеку холодно», «холодает»; б/ «наступление + холодов», «страдающий + от холода + человек». Структурами типа /а/ представлены первичные предикации, лежащие в основе грамматического сочетания подлежащее + сказуемое или главного члена односоставного предложения; структуры /б/ - это сочетания, которые в предложении могут выражать предикации в свернутом виде, так называемые вторичные, дополнительные предикации. Только основная предикация, получившая модально-временное оформление, которое отражает отнесенность содержания высказывания с действительностью с точки зрения его реальности/ирреальности, становится грамматической основой единицы языка – предложения: Холода наступили /наступят, наступили бы, пусть наступят/ Холодает/холодало, будет холодать, холодало бы, пусть холодает/ Человеку /было, было бы, пусть будет/ холодно.

Грамматическая основа – это ядро предложения, достаточное для выражения через синтаксические категории объективной модальности, времени и лица грамматического значения предложения - предикативности.

Значение категории объективной модальности – «отношение содержания высказывания к действительности как реального или ирреального» - определяется говорящим и в соответствии с его выбором оформляется спрягаемыми формами глагола /знаменательного или вспомогательного/ либо особой структурной схемой предложения /ср.: «Принесите чаю» - «Чайку бы!»/.

Если цель высказывания вытекает из модального подтекста типа «Я заявляю, что сообщаю вам нечто, имевшее место в действительности», то говорящий выбирает одну из форм реальной модальности, например: Холода наступили /прошедшее время/; Холодает /настоящее время/; Человеку будет холодно /будущее время/. Если цель высказывания предопределена модальным подтекстом: «Я заявляю, что считаю необходимым, чтобы было сделано нечто», выбирается форма ирреальной – побудительной или желательной модальности, например: Наступили бы холода. Пусть наступят холода! Пусть холодает! Пусть человеку будет холодно! Согреться бы. Если говорящий имеет целью получить какую-то информацию, он тоже руководствуется модальностью побуждения: «Я заявляю, что хочу узнать нечто, поэтому ответьте мне на вопрос: Холода наступили? Холодает? Человеку холодно? или Почему человеку холодно? Несколько упрощенная схема отражения и развития в мысли и обозначения в речи реальной или нереальной ситуации действительности представлена в цепочке: событие – пропозиция – предикация – грамматическая основа /или синтаксический образец предложения/.

Итак, всякое речевое общение начинается с высказывания, которое является не чем иным, как актуализованным предложением, смысловую основу которого составляет пропозиция. Структурная схема предложения выступает как ядро потенциального высказывания, дополняемого в речи распространителями, интонацией и актуальным

членением. Высказывание, его смысл актуализируются в высшем ярусе речи – тексте, выступая в нем как определенный речевой акт. Высказыванию свойственна ситуативность, избирательность, вариативность способов описания действительности /В. Гак/.

^ 3. Речевые акты

Произнося и записывая высказывание, говорящий инициирует речевое общение, в котором реализуется речевой акт, т.е. целенаправленное речевое действие, совершаемое в соответствии с принятыми в данном языковом коллективе принципами и правилами речевого поведения /Дж. Остин, Дж. Р. Сёрль/. Конкретный речевой акт – это конкретное высказывание в определенной речевой ситуации. Становясь адресантом, говорящий предопределяет весь процесс речевого общения, который представляет собой своеобразный комплекс трех действий – актов:

1/произнесение /либо письменное воспроизведение/речения, т.е. локуция /от англ. locution – «речение»/; это локутивный акт;

2/ придание этому высказыванию целенаправленности, передача в нем намерений говорящего; это иллокутивный акт / от англ. illocutionary act – «выражение коммуникативной цели в ходе произнесения высказывания»/;

3/ воздействие на сознание и поведение слушателя, адресата; это перлокутивный акт /от англ. perlocution – «вызывать искомые последствия»/.

Таким образом, адресант руководит процессом общения и предвидит его результаты. Его целями и намерениями обусловлены и характер передачи значимого содержания предложения, и выражение эмоций, оценок и скрытых смыслов, и воздействие на собеседника, его мысли, чувства и т.п.

Используя высказывание, адресант произносит его или оформляет на письме так, что из этого речевого действия адресату удается извлечь дополнительный смысл: удовлетворенность или неудовлетворенность говорящего, просьбу, приказ, предупреждение или угрозу, обещание и т.п. Например, пропозицию, отраженную в предложении Телевизор не работает, в зависимости от контекста и ситуации, пресуппозиции, общих знаний коммуникантов можно передать разными высказываниями. В одном случае это будет скрытая просьба к мастеру починить его /=Телевизор нуждается в ремонте/, в другом – упрек ему же после неудачного ремонта, в третьем – огорчение, вызванное неисправностью телевизора /=Сожалеем, что передачу так и не удастся посмотреть/ или удовлетворение /=Наконец-то можно отдохнуть!/. Эти значения – так называемые скрытые, вторичные смыслы, реализуемые в разных речевых вариантах одного и того же предложения и содержащие оценку факта.

^ 4. Прямые и косвенные речевые акты

Коммуникативные стратегии говорящего, связанные с выражением основных, первичных смыслов, реализуются в определенных речевых структурах, оформляющих типичные для русского языка речевые акты сообщения, вопроса, побуждения, пожелания, выражения экспрессии, восклицания, обращения, а также этикетные формы общения. Каждый речевой акт характеризуется наличием соответствующего коммуникативного компонента, определяющего его тип.

Речевые акты различаются не только по цели высказывания, но и по характеру и силе реализации коммуникативных намерений говорящего. Так, в акте сообщения говорящий берет на себя полную ответственность за утверждение истинности или ложности сообщаемого, выражает чужое мнение о фактах действительности, высказывает предположение или заключение о чем-либо и т.п. Это коммуникативное действие осуществляется в репродуктивном, информативном, генеративном регистрах /Г.А. Золотова/ в форме повествовательного предложения. Используются для этой цели предикаты – глаголы речевой деятельности /рассказывать, объяснять, описывать, убеждать, освещать, сообщать, информировать и т.п./.

Типичная интонационная конструкция здесь – ИК-1. Коммуникативным компонентом, создающим именно речевой акт сообщения, является рема высказывания, выделяемая при актуальном членении посредством логического ударения, порядка слов или благодаря употреблению частиц: Погиб//поэт, невольник чести/М. Лермонтов/. Именно ребенку// холодно.// Ребенку холодно //.

Речевые акты поиска информации /вопроса/ совершаются в волюнтативном регистре. Вопросительные по форме высказывания используются преимущественно в реализации вторичных, не основных сем – сообщения и побуждения. Коммуникативным компонентом, создающим речевой акт вопроса, являются его вопросительная форма и особая интонация – ИК-2 и ИК-3. Например: А вы ноктюрн сыграть смогли бы // на флейте водосточных труб? /В. Маяковский/; Ребенок // болен? Где же вы теперь //, друзья-однополчане? /М. Исаковский/.

В актах побуждения, оформляемых побудительным предложением, коммуникативным компонентом, формирующим значение, является обязательная форма глагола /реже императивные элементы/ в позиции предиката: Во глубине сибирских руд храните гордое терпенье /А. Пушкин/. Спи, малыш, усни, хороший. Тихо! /=Соблюдайте тишину!/. Детей спасать в первую очередь! Коммуникативный акт совершается в волюнтативном регистре.

Коммуникативный компонент речевого акта – обращения /значение – «привлечение внимания адресата к говорящему»/- самостоятельное употребление в позиции реплики имени лица-адресата: Читатель! /=Послушай!/ Я бы был не прав кругом, когда сказал бы «да» /И. Крылов/.

Особое место занимают официальные речевые акты – декларативы, акты-установки: Участники Олимпиады награждаются памятными знаками; Выборы губернатора назначены на первое воскресенье ноября; Хоть я твои заслуги признаю, но первенство ему по правде отдаю /И. Крылов/; Орел пожаловал Кукушку в Соловьи /И. Крылов/.

Речевой акт – выражение экспрессии, восклицание /значение – «выражение чувств, эмоциональных состояний, экспрессии/ формируется при участии восклицательных лексем, произносимых с эмфатической интонацией, использованием частиц, междометий, повторов, фразеологизмов: Люблю тебя, Петра творенье /А. Пушкин/; Боюсь не смерти я, боюсь исчезнуть совершенно /М. Лермонтов/; Каким он парнем был! Ко всему можно притерпеться. Была не была! На! Нате! Я тебя одного любила и люблю. Чего тебе больше! /М. Лермонтов/

Кроме этих актов, в литературе выделяются акты-обещания, обязательства с соответствующими предикатами, с помощью которых говорящий берет на себя обязательство, обещает адресату исполнить нечто: Клянусь я первым днем творенья /М. Лермонтов/. Акты, означающие непосредственно речевые действия, т.е. действия, совершаемые в виде речи, называются перформативами /от лат. performo – «действую»/. Речевым знаком перформатива является высказывание со сказуемым, обязательно выраженным формой 1-го лица настоящего времени изъявительного наклонения глаголов речи типа кланяться, обещать, умолять, требовать, завещать, поручать и т.п. См. примеры из басен И. Крылова: Из осторожности тебя караю я; Я мужика и не виню; Я сужу тебя по совести моей. В значении первого лица может быть употреблена и форма типа «Вам приказывают!»

Высказывания с другими формами глаголов-сказуемых /не первого лица или прошедшего и будущего времени и др./ - это уже констативы: Осмелюсь я совет иной произнести /И. Крылов/. Ср. перформативы: а/ обещание совершить поступок в будущем, но выражается формой настоящего, совпадает с моментом речи: я обещаю; я объявляю; я обязуюсь; завещаю сделать что-либо; б/ реальный поступок – говорение /момент речи/: благодарю; сужу; виню; обвиняю; требую.

Понимание и интерпретация высказывания адресатом обеспечивают ту реакцию, на которую рассчитывает говорящий. Так, при побуждении расчет связан с уверенностью, что просьба или приказ будут выполнены. В этом говорящий искренне заинтересован, он нуждается в том, чтобы действие было совершено. Обещанию, обязательству говорящего адресат тоже может верить, если он убежден в его искренности. Эффективность акта может обеспечиваться самой речевой ситуацией, её социальной спецификой. Акты-сообщения лектора, учителя рассчитаны на то, что слушатели хотят получить соответствующую информацию, что они поймут и окажутся способны правильно интерпретировать её. Задача излагающего материал по теме сводится к тому, чтобы постоянно активизировать внимание слушателя и поддерживать интерес к усвоению знаний. Но при этом говорящий по существу лишен обратной связи со слушателями. Лишь по каким-то внешним, чисто физическим действиям /например, по выражению лица/ он может догадываться о реакции отдельного слушателя. Его союзником является только подготовленный им заранее текст с чисто языковыми средствами воздействия на адресата и умение чувствовать, видеть и понимать аудиторию.

Широкие возможности для выражения мыслей обеспечивают качественный аспект знания носителей языка о языке / «как можно сказать что-то»/ и количественный аспект этого знания / «как лучше сказать»/. При диалоге решение задачи повышения эффективности речевого общения облегчается, так как каждый участник коммуникации выступает в роли и адресата, и адресанта, что, благодаря обратной связи, позволяет специализировать процесс, как передачи, так и восприятия сообщения. Иллокутивная сила речевого акта в приведенных выше примерах выражена буквально. Это были прямые речевые акты, структура которых совпадает с коммуникативными замыслами и намерениями /иллокуцией/ адресанта. Но речевое произведение может содержать не только эксплицитно выраженное содержание, но и имплицитный смысл. Он выявляется адресатом при ориентации на конситуацию или выраженное звено определенных логических операций /например, названо следствие, а причина подразумевается, или наоборот/, а также на ситуацию речи и другие факторы коммуникации. Адресату, как видим, приходится искать вторичную иллокуцию / вторичные смыслы/, т.е. решать задачу по обнаружению замыслов говорящего. В распоряжении адресата лишь его знания, само эксплицитно выраженное высказывание, стиль автора и различные параметры коммуникативной ситуации: предшествующий текст, общие знания о типовой ситуации, пресуппозиции, коммуникативная компетенция и возможности адресанта и т.д. Эти условия создают предпосылки, которые достаточны для интерпретации имплицитного содержания высказывания. Сигналами к этому поиску становятся реальные или кажущиеся отступления от принципов и норм общения, норм языка, стиля, а также разрыв связей с предшествующими речевыми отрезками.

Так, повествовательное по форме предложение может под влиянием конситуации реализовать и непрямой смысл – выполнить функцию императива. Например, фраза: Ребенку // холодно! звучит не столько как констатация, сколько как причина, обуславливающая вполне очевидное следствие: Так что накройте его одеялом, чтобы не простудился. Или ещё пример: Зря ты его тревожишь /=Не тревожь его/. Ирреальная модальность здесь очевидна.

Высказывание «Идет дождь» может звучать как основание для предостережения / «Смотрите, не простудитесь!»/ или рекомендация / «Возьмите зонтик /останьтесь дома»/.

Самая высокая степень косвенности наблюдается в побудительных и вопросительных по форме и структуре высказываниях. Скрытые обратные смыслы наблюдаются в высказываниях-сообщениях, где утверждение преобразуется в негацию: Он хороший // когда спит = Он нехороший! Все студенты сдадут экзамен = Как же! Держи карман шире. Куда они только не обращались! = Нигде им не помогли.

Встречаются и восклицательные речевые акты, в которых говорящий выражает положительную или отрицательную оценку в зависимости от конситуации. Например: Учёба и друзья! = И только? Учёба и друзья! = О, это немало! Вторичные смыслы наблюдаются в речевых актах-обращениях, имеющих форму повествовательных высказываний. Ср.: Ваня! = Берегись! Ба-бу-шка! = Как ты могла! Или Напрасно ты это делаешь! – укоризненно, с расстановкой произнесла Олеся /А. Куприн/.

Побудительное по форме высказывание может выражать и сему сообщения, если оно является следствием другого события – причины, известной и адресанту, и адресату: Лучше купите // цветы = Цветы – лучший подарок или Она любит цветы; Не нервничай! = У тебя больное сердце. Интересно наблюдать взаимодействие в императивных высказываниях эксплицитно выраженного содержания, варианты которого подсказываются актуальным членением, и вторичных смыслов. Базой для обозначения порождаемой ситуации является пропозиция: «адресат речи – купить/приобрести/ - подарок/цветы/». Определенная автором цель высказывания предопределила и выбор формы предложения, первичным, основным значением которого будет побуждение. По законам русского языка отношения между элементами пропозиции будут оформлены как предикации типа: Вы купите цветы! Купите цветы; Вам надо купить цветы; Купить цветы! Я прошу, советую, приказываю, умоляю /вас/ купить, чтобы купили цветы. Когда содержание высказывания определено, адресант избирает конкретную форму речевого знака, с помощью порядка слов и интонации он подчеркивает в качестве значимого /рематического/ какой-то компонент высказывания или делает всё его рематическим, т.е. отвечающим на общий вопрос «Что надо сделать?» См. возможные варианты актуального /смыслового/ членения: 1. Купите // цветы или Цветы // купите! = «цветы, а не духи»; рема – « цветы», ответ на вопрос «Что надо купить?» 2. Купите // цветы или Цветы // купите = « купите, а не сорвите с клумбы»; рема – «купите», ответ на вопрос «Как приобрести цветы?». Каждый из приведенных вариантов речевого акта побуждения может содержать и вторичные смыслы, обусловленные скрытыми намерениями адресанта. Ведь побуждение к действию может характеризоваться и разной степенью интенсивности и разными формами влияния на того, кому это действие поручается совершить. Следовательно, адресант, произнося указанную фразу, совершает определенное речевое действие. Это может быть акт- просьба: Купите // цветы = Я прошу купить именно цветы; акт-совет: Купите // цветы == Я советую купить именно цветы; акт-приказание: Купите // цветы = Я приказываю купить цветы и ничего больше. Примеры можно продолжать, имея в виду акт-требование, акт-разрешение и др.

Непосредственные участники речевого общения, коммуниканты - говорящий /пишущий/ и слушающий /читающий/ - выступают как а/ субъект и объект целенаправленной речевой деятельности; б/ носители определенных ролей межличностного общения; в/ обладатели и выразители определенного знания о вещах, о событиях из мира материального и идеального, друг о друге. Коммуниканты обязаны соблюдать правила речевого поведения. Человек, участвующий в диалоге, и, следовательно, создающий текст, свободен в своем речевом творчестве. По своему усмотрению он импровизирует, экспериментирует с языковыми единицами. При этом не исключен и элемент случайности, отклонение от нормы, от первичного, устоявшегося представления об использовании слова. Образные средства, элементы игры слов помогают воздействовать на собеседника. Вот наглядная иллюстрация. Молодой человек читает «Комсомольскую правду». На развороте газеты крупный заголовок «Батареи просят огня». Сосед читающего увидел заголовок и бросил реплику: «Опять про войну пишут!» - «Да нет, - возразил читающий. – Это о Приморье». – «Так там же замерзают, а не воюют; при чем тут «Батареи просят огня?» - «Это журналист придумал такой заголовок: батареи в домах отогревают, чтобы они не полопались, огнём паяльных ламп». Как видим, журналист удачно использовал амбивалентность /двусмысленность/ фразы для достижения прагматического эффекта – привлечения внимания читателя к содержанию статьи.

Но иногда стремление к языковой игре может привести к конфузу. Так, в другом номере той же газеты была помещена статья с интригующим названием «Барак был сметён Бульдозером». Судя по сказуемому и словоформе, употребленной в позиции подлежащего, речь в материале должна была бы пойти о ликвидации старой постройки. Но с какой стати название механизма вдруг получило статус имени собственного? Объяснение простое. Автор решил использовать в целях экспрессии явление омонимии. Поэтому читатель только из статьи узнает, что во время выборов премьер-министра в Израиле Шарон /по кличке «Бульдозер»/ победил с большим перевесом прежнего премьера Барака. Вряд ли автор статьи нашел удачную форму привлечения внимания читателя, интересующегося политикой: при первом прочтении заголовок относит содержание статьи к жилищно-коммунальной тематике.

Коммуниканты, и особенно тот из них, кто инициирует речевое общение, должны стремиться к соблюдению норм литературного языка и правил речевого поведения. Их коммуникативная и языковая компетенция является основной предпосылкой результативности речевого общения. А соблюдение логической последовательности и связности изложения, семантическое, стилистическое, а также эмоциональное согласование сочетающихся словоформ и конструкций, с одной стороны, и стремление разнообразить речь использованием синонимических средств языка, употреблением тропов и стилистических фигур, с другой, позволяет сделать речь правильной и точной, красивой и выразительной.

Арсенал средств языка вполне достаточен для того, чтобы говорящий и его собеседники могли осуществлять речевую деятельность. В ходе речевого общения используются все резервы, способствующие взаимопониманию и взаимодействию коммуникантов. Наряду с языковой компетенцией для них важно обладать общим знанием о предметно-ситуативном фоне рассматриваемого события, о речевой ситуации, о некоторых аспектах события, о менталитете, социальном положении друг друга. И главное – создавая текст, они должны быть заинтересованы в общении.

В науке, называемой лингвистикой текста, по-разному трактуется понятие «текст». Широкоупотребительным является понимание текста /или его фрагментов/ как продукта деятельности, создаваемого /созданного/ говорящим и представляющего собой связную, логически и грамматически организованную последовательность словесных знаков /слов, предложений/, функцией которой является сообщение. Исходя из такой трактовки указанного понятия, естественным будет считать, что текстом может быть и единичное высказывание /фраза/. Как правило, высказывание актуализируется в контексте, хотя возможно и относительно свободное функционирование отдельных фраз /объявление на доске, заметка в дневнике, тезисы выступления, крылатые выражения и под./. См., например, примеры из «Заметок вашего современника» Я. Голованова: В телепрограмме «Сам себе режиссер» полностью размыты границы между понятиями «смешно» и «глупо». Данный текст представляет собой связную последовательность словоформ, оформленную по модели простого предложения; Булат Окуджава рассказывал мне, что в его доме живёт мышонок, который вместе с ним смотрит телепередачи. А здесь текст представлен связной последовательностью предикативных единиц, оформленной по синтаксическому образцу сложноподчиненного предложения.

Только человек, владеющий языком, а ещё лучше – несколькими языками, умеет успешно совершать не только переходы от смысла к тексту /как говорящий/ или от текста к смыслу /как адресат/. Он способен «ранжировать» разные результаты этих переходов с учётом правильности /грамматической, денотативной и интенциональной/, нормативности, естественности, понятности выражения данного смысла. Создатель речевого произведения – высказывания или комбинации высказываний /СФЕ/ и носитель языка, воспринимающий, интерпретирующий это произведение, опираются как на логику мыслительного процесса, так и на языковую логику. Суть последней - соблюдение правил соответствия языковой системы и действительности /денотативная соотнесённость/, внутрисистемная языковая организация, а также соответствие конкретному предназначению и формам и типам текста.





оставить комментарий
страница3/7
Дата22.09.2011
Размер1,6 Mb.
ТипУчебное пособие, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх