Вербализация концепта «счастье» в татарском и английском языках (на примерах благожеланий) 10. 02. 02 Языки народов Российской Федерации (татарский язык) 10. 02. 20 Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание icon

Вербализация концепта «счастье» в татарском и английском языках (на примерах благожеланий) 10. 02. 02 Языки народов Российской Федерации (татарский язык) 10. 02. 20 Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание


Смотрите также:
Частеречная транспозиция (субстантивация) в татарском языке в сопоставлении с русским языком...
«Казанский (Приволжский) федеральный университет»...
Фразеографическое описание татарского, русского и английского языков...
Лексико-семантическая репрезентация концепта «радость» в английском и русском языках (на...
Оценочность как компонент значения фразеологических единиц в русском...
Фразеологические единицы, характеризующие психические состояния человека, в немецком...
Вербализация концепта «друг» в немецких и русских паремиях (на материале переводов немецких пьес...
Концепт «красота» в русском и английском языках...
Фразеологическ ие единицы, характеризующие лиц мужского пола, в английском и русском языках...
Атрибутивные словосочетания в русском и английском языках (сопоставительно-типологический...
Национальный и интернациональный компоненты во фразеологии на примере фразеологизмов с...
Программа вступительного экзамена в магистратуру по специальности 1-21 80 06...



Загрузка...
скачать


На правах рукописи


БАКИРОВА ГУЛЬШАТ АЛЬФРЕДОВНА


ВЕРБАЛИЗАЦИЯ КОНЦЕПТА «СЧАСТЬЕ»

В ТАТАРСКОМ И АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКАХ

(НА ПРИМЕРАХ БЛАГОЖЕЛАНИЙ)


10.02.02 – Языки народов Российской Федерации (татарский язык)

10.02.20 – Сравнительно-историческое, типологическое

и сопоставительное языкознание


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук


Казань – 2011

Работа выполнена на кафедре методики преподавания
и современной татарской литературы


Федерального государственного автономного образовательного
учреждения высшего профессионального образования


«Казанский (Приволжский) федеральный университет»



^ Научные руководители:

доктор филологических наук, профессор

Юсупов Феритс Юсупович


доктор филологических наук, профессор

^ Багаутдинова Гузель Анваровна


Официальные оппоненты:

доктор филологических наук, профессор

^ Хисамова Венера Нафиковна


кандидат филологических наук, доцент

Закиров Раиф Амирьянович


Ведущая организация:

Институт языка, литературы и искусства

им. Г. Ибрагимова Академии наук РТ



Защита состоится 31 марта 2011 г. в 14.00 часов на заседании диссер­тационного совета Д 212.081.12 в Казанском (Приволжском) федеральном университете по адресу: 420008, г. Казань, ул. Кремлёвская, 18, корп.2, ауд. 1113.


С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке им. Н.И. Ло­ба­чевского Казанского (Приволжского) федерального университета.


Электронная версия автореферата размещена на официальном сайте Ка­зан­ского (Приволжского) федерального университета: http://www.ksu.ru


Автореферат разослан 25 февраля 2011 г.


Учёный секретарь

диссертационного совета

доктор филологических наук, профессор А.Ш. Юсупова

^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ


Современное языкознание характеризуется возрастанием роли антропо­цент­рического, аксиологического, культурологического и когнитивного под­ходов к изучению языка, которые выступают источником сведений о концеп­туальных структурах.

Одна из стратегий изучения концептов заключается в их описании на конкретно избранном языковом материале. Анализ концепта предполагает опору не просто на слово, а прежде всего на «тексты культуры», поскольку концепт – это сложное ментальное представление носителей языка об объекте дейст­вительности. В данной работе он понимается как многомерная мен­тальная еди­ница коллективного и индивидуального сознания, представ­ленная в плане выра­жения целым рядом своих языковых реализаций, в которой выде­ляются поня­тийная, образная и ценностная составляющие.

Источниками сведений для исследования концептов могут служить пре­цедентные тексты (пословицы, поговорки, афоризмы, устойчивые сочетания слов и т.д.). В нашем случае сопоставительный анализ концепта «счастье» произ­водится на материале благожеланий в татарском и английском языках, так как тексты благожеланий не достаточно изучены в современной линг­вистике.

Изучение культурологических концептов в разносистемных языках пред­ставляет большой интерес для дальнейшего развития сопоставительного языко­знания, так как позволяет выявить разницу в их восприятии. Английский и татар­ский языки являются типологически неоднородными и социокультуро­логически разными, связанными с западной, европейской и восточной (тюрк­ской) куль­турами. Это во многом и определяет разницу того, как носители исследуемых языков понимают концепт «счастье», изучаемый в данной работе. Для носителей татарского языка характерен праксиологический под­ход к счастью: благожелания нередко указывают пути его достижения. Для носителей английского языка счастье часто определяет моменты бытия без указания причин данного сос­тояния.

Пожелания в сознании носителей языка присутствуют как набор правил и формул речевого поведения, подходящего по случаю. Члены одного языкового коллектива усваивают и используют типовую модель текста благожелания с характерными именно для него семантическими компо­нентами. Стандартная форма пожеланий является своего рода основой автоматического воспроизве­дения и восприятия. В то же время, адресант нередко создаёт вариации по известному образцу, используя как тради­ционные языковые средства, так и сти­листи­ческие приёмы, сохраняя при этом образы счастья, свойственные языко­вому коллективу.

Благожелания отражают основные базовые ценности, особенности миро­вос­приятия народа, а также социально-исторический контекст. Фонд благо­желаний языка позволяет реконструировать наиболее важные стереотипы массового национального сознания, в силу чего представляет интерес для лингвокультуро­логических и концептуальных исследований.

Актуальность исследования обусловлена значимостью проблемы взаи­мо­связи языка и культуры, сложностью субъективно-объективной природы самого концепта «счастье», необходимостью сопоставительного изучения данного концепта с позиции антропологической парадигмы лингвистики, важ­ностью его исследования в разносистемных языках с позиций лингвис­тических и экстралинг­вистических смыслов. Аксиологический аспект ис­сле­до­вания, позволяющий определить, что человек считает ценностным для себя, даёт возможность систе­ма­тизировать уникальные и универсальные ценности, функ­циони­рующие в разных социумах, выявить универсальное и националь­но-специфическое в сис­темах благожеланий разных народов (носителей анг­лий­ского и татарского язы­ков), что позволяет найти ключ к объяснению мотивов поведения как отдельного человека, так и нации в целом.

^ Объектом исследования являются тексты художественных произ­ведений и благожелания, в которых представлен концепт «счастье».

Предмет исследования составляет анализ вербализации концепта «счастье» в речи носителей татарского и английского языков.

^ Цель исследования – выявить универсальные характеристики и нацио­нальную специфику концепта «счастье», представленного в сознании носи­телей татарского и английского языков, и тем самым представить отличия понимания счастья в разных типах языковых сознаний.

Обозначенная цель предполагает постановку и решение следующих задач:

– определить теоретическую базу исследования;

– изучить семантическое пространство концепта «счастье» в татарском и английском языках, опираясь на данные по философии, психологии и куль­ту­рологии;

– установить и описать составляющие семантические слои концепта «счастье» в татарском и английском языках, при этом чётко разделить понятийный и ценностный компоненты концепта;

– объяснить способы семантической трансформации языковых единиц, верба­лизующих концепт «счастье» в условиях стилистики благожеланий на татарском и английском языках;

– выявить универсальные и специфические концептуальные элементы и способы их выражения в татарской и английской лингвокультурах.

Материалом исследования послужили тексты из художественной лит­ературы (для анализа базового понятийного компонента) и благожелания на татарском и английском языках (для анализа ценностного и образного компо­нентов).

Выбор авторов художественных произведений осуществлялся по времен­ному критерию – были использованы тексты как современной художествен­ной литера­туры, так и литературы предыдущих веков для выявления более полной картины функционирования концепта в исследуемых языках; тексты благо­желаний были отобраны из религиозно-дидактической литературы на татар­ском и английском языках (для исследования ценностной состав­ляю­щей), а также из средств массовой информации – газет, журналов, интернет-сайтов, радио (для исследо­вания ценностной и образной составляющих).

^ Методы исследования. Настоящее исследование представляет собой синх­ронно-сопоставительное описание исследуемого материала, базирую­щееся на изу­чении и обобщении основных достижений современной линг­вистики. Основ­ными методами исследования являются сопоставительный метод, описательный метод, метод компонентного (семного) анализа, мето­дика обработки количест­венных данных, метод контекстуального анализа.

^ Методологическую основу исследовании составили теоретические по­ло­же­ния, разработанные в трудах по когнитивной лингвистике (И.А.Стер­нин, З.Д.По­пова, А.Вежбицкая, А.П.Бабушкин, Н.Н.Болдырев, В.З.Де­мьянков, Л.Н.Чу­рилина, Е.С.Кубрякова), по философии языка (В.Та­тар­кевич, М.В.Ла­пухина, А.П.Шамсетдинова, Р.А.Будагов), по семантике (Н.Д.Арутюнова, Ю.Д.Ап­ресян, И.Б.Русакова, Р.Г.Авоян, С.А.Аскольдова-Алексеев, А.А.По­тебня), по лингво­куль­туро­логии (Г.Г.Слышкин, В.И.Ка­расик, Р.Р.Замалет­ди­нов, С.Г.Вор­качёв, Г.А.Багаутдинова, Д.С.Лихачёв, В.В.Воробьёв, Е.Ф.Тара­сов, В.Г.Гак, В.А.Мас­лова, В.Н.Телия, Дж. Лакофф, К.Р. и М. Эмбер, З.А.Мо­тыгуллина, А.А.Аминова, Г.К.Гизатова, Ф.Р.Сиб­гаева, Г.И.Зиатдинова, З.А.Бик­тагирова).

^ Научная новизна настоящей работы заключается в том, что на сегод­няшний день имеются исследования вербализация концепта «счастье» в культуре носи­телей разных языков, однако сопоставительный анализ понимания счастья носи­телями татарского и английского языков на мате­риале благожеланий произ­водится впервые. При этом исследование прово­дится с учётом включения изучаемого концепта в широкий контекст миро­воззрен­ческих (философских, психологических, религиозных) и нацио­нально-куль­тур­ных традиций.

Материалом для исследования, как уже отмечалось выше, наряду с текс­тами из художественной литературы служат также тексты благожеланий, которые недостаточно глубоко изучены в современном языкознании.

В процессе исследования выделены и разграничены понятийные, цен­ност­ные и образные составляющие концепта «счастье» в татарском и английском языках, при этом выявлены национально-специфические и универсальные компоненты семантики данного концепта в разносистемных языках (татарском и английском) и в лингвокульутрах, основанных на раз­ных типах цивили­заций.

^ Теоретическая значимость работы заключается в том, что материалы исследования могут представлять интерес для дальнейших научных поисков в области когнитологии и лингвокультурологии, а также при разработке неко­торых аспектов теории межкультурной комуникации. Наш подход позволяет выявить приоритетные ценности конкретной лингвокультурной сообщности, что во многом обусловлено аксиологической направленностью работы и антро­поцентричностью исследуемого концепта.

^ Практическая значимость настоящего исследования заключается в том, что его материалы и основные положения могут быть использованы в лекси­кографической практике при составлении функционально-когни­тивных, сино­нимических и толковых словарей, при составлении учебных пособий, теоре­тических курсов по когнитивной лингвистике, лексикологии, лингво­куль­туро­логии исследуемых языков, в практике преподавания татар­ского и английского языков, а также в научно-исследовательской работе студентов.

^ Положения, выносимые на защиту:

– выделяемые на данном этапе развития лингвистики компоненты кон­цеп­туальной структуры предпочтительно исследовать на качественно раз­ном материале: понятийный – на материале различных текстов, содержащих лек­сему – имя концепта (лексикографические, художественные, публицис­тические и т.д.), ценностный – на материале, отражающем ососбенности культуры и религии носителей языка (в данном случае – на материале благожеланий из религиозно-дидактической литературы, основанной на хрис­тианском и исламском миро­ощущении), образный – на примерах, воплощаю­щих поэтическое восприятие мира (в данном случае – на мате­риале образно-поэтических благожеланий), что даёт возможность су­щест­венно глубже ос­мыслить семантику концепта;

– лексемы, вербализующие концепт «счастье» в текстах благожеланий, пред­ставлены существительными абстрактной семантики (здоровье, любовь, успех, благополучие, спокойствие), которые в своей семантике пересекаются со сферой счастья и исследуются именно с этой точки зрения;

– следует признать условным факт универсальности понимания счастья в различных лингвокультурах: оно имеет как универсальные, так и уни­кальные признаки в каждом из исследуемых языков;

– идиоэтничность концепта «счастье», не всегда в полной мере пред­став­ленная в ядерной сфере концепта, непременно находит отражение в пери­фе­рийных зонах концептуального значения;

– образные составляющие концепта в татарском и английском языках имеют свои, свойственные только им образы (образы семейного счастья, образы счастья – здоровья, образы счастья – успеха).

^ Апробация работы. Основные положения диссертации изложены в семи статьях, одна из которых напечатана в издании, рекомендованном ВАК.

Структура работы. Диссертационное исследование состоит из вве­дения, трёх глав, заключения и библиографии. В первой главе обобщаются теоре­тические сведения по концептуальной лингвистике, анализируются основные понятия, в рамках которых производится исследование концепта «счастье», рассматривается история становления понятия счастья в фило­софских иссле­дованиях, а также психологические основы данного концепта, определяются базовые характе­ристики концепта в татарской и англо­саксонской культурной традиции на мате­риале лексикографических источ­ников и текстов художест­венных произведений.

Во второй главе на материале текстов благожеланий исследуемых язы­ков проводится анализ ценностной составляющей концепта «счастье». Результаты анализа демонстрирует обобщающая таблица, в которой кон­цепт «счастье» раздроблен на такие составляющие как общее ощущение человека, семейное счастье, трудовое счастье, здоровье, материальная обеспеченность. Супермо­ральные, моральные и утилитарные ценности счастья представлены для каж­дой из вышеперечисленных составляющих исследуемого концепта. За таб­лицей следуют конкретные примеры благо­желаний на татарском и английском языках, вербализующих ценности, представленные в концепте «счастье».

В третьей главе представлен анализ образной составляющей концепта «счастье» на материале благожеланий исследуемых языков. Каждая из состав­ляю­щих концепта – семейное счастье, счастье-успех, счастье-здо­ровье – имеет свои, свойственные только ей образы. Данные образы нацио­нально-специ­фичны для исследуемых лингвокультур. Так, напри­мер, об­разы семейного счастья для носителей татарского языка – это семейное древо (шәҗәрә), пара голубей, лебедей и др., для носителей английского языка – это любовь, насы­щенность и наполненность жизни семьи и прост­ранства, которое принадлежит этой семье.

В заключении отражаются основные результаты исследования.


^ ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ


Во Введении обосновывается актуальность и научная новизна иссле­дования, определяются объект, предмет изучения, обозначаются цель и задачи иссле­дования, теоретическая и практическая значимость диссерта­ционной работы, описываются материалы и методы исследования, фор­мулируются выносимые на защиту положения, указываются источники исследования, даётся структура работы.

В первой главе «^ Понятийная составляющая концепта счастье» обоб­щаются теоретические сведения по концептуальной лингвистике, анали­зируются основные понятия, в рамках которых производится исследование концепта «счастье», рассматривается история становления понятия «счастье» в фило­софских исследованиях, а также психологические основы данного концепта, определяются базовые характеристики концепта в татарской и англосаксонской лингвокультурной традиции на материале лексико­графи­ческих источников, текстов художественных произведений и, в небольшом количестве, текстов благожеланий.

В разделе «Понимание сущности и структуры концепта в современном языкознании» дан обзор развития понятия «концепт» в языкознании. Понятие концепт, означающее обобщённое, абстрактное представление о предмете или явлении, изначально принадлежало к терминологии филосо­фии и психологии. Как объект лингвофилософского исследования концепт был сформулирован рус­ским философом и филологом С.А.Аскольдовым-Алексеевым1 в 1928 году, однако вплоть до сегодняшнего дня у языковедов нет единства мнений по отношению к числу семантических параметров, по которым может вестись изу­чение концептов.

На современно этапе развития лингвистики общепринята следующая трак­товка концепта: «Концепт – это термин, служащий объяснению единиц мен­тальных или психических ресурсов нашего сознания и той информа­ционной структуры, которая отражает знание и опыт человека; оперативная содержа­тельная единица понятия, ментального лексикона, концептуальной системы и языка мозга, всей картины мира, отражённой в человеческой пси­хике»2.

Главными лингвистическии дисциплинами, изучающими концепты явля­ются когнитивная лингвистика и лингвокульутрология. Именно они задают два основных направления в изучении концептов – лингвокогнитивное и лингво­кульутрологическое. В лингвокогнитивном исследовании за отправ­ную точку берутся единицы – репрезинтаторы, через которые описывается струк­тура кон­цепта и его национальное своеобразие: от предметного, чувст­венного к абст­рактному мыслительному образу3.

Второй подход к изучению концептов – лингвокультурологический. Ис­сле­до­вания этого направления отталкиваются от актуальных для культуры ценностей, представленных в виде концептов и через них выходят к фик­сации их в языке. С помощью данного подхода изучаются лингво­культур­ные кон­цепты, которые отличаются от других ментальных единиц, изу­чаемых раз­личными науками (например, конгнитивного концепта, поня­тия, образа, архетипа и др.) акцен­туацией ценностного элемента.

Как известно, указанные подходы не являются взаимоисключающими. Будучи ментальным образованием индивида, концепт имеет выход на концеп­тосферу социума, т.е. на культуру. В то же время, будучи единицей культуры, концепт фиксирует коллективный опыт, который становится дос­тоянием индивида.

В данном разделе также определяются основные отличительные приз­наки концепта, которые отделяют его от понятия. На сегодняшний день термины кон­цепт и понятие представляются терминами разных наук.

Последний употребляется главным образом в логике и философии, первый, концепт, является термином в одной отрасли логики – матема­тической, а также в культурологии и лингвистике.

Структуре концепта принадлежит всё, что принадлежит строению поня­тия, а также всё, что делает его фактом культуры – исходная форма (эти­мология), история его развития, ассоциации, оценки.

В данном разделе также проведён анализ соотношения концепта и значения слова. Разница между ними состоит в том, что языковое значение как элемент семантического пространства прикреплено к языковому знаку, а концепт как элемент концептосферы с конкретным языковым знаком не связан. Значение языкового средства представляет лишь один или несколько из аспектов концепта.

Помимо базовых значений словарного типа, концепт включает в себя такие смыслы, которые принято считать характерными именно для данной конкретной культуры. В этом отношении показательно не то, что осознанно утверждает носитель языка, а то, что считается само собой разумеющимся, на что внимание и не обращается. Весь концепт во всём богатстве своего содер­жания теоретически может быть выражен только совокупностью значений всех средств языка, каждое из которых раскрывает лишь его часть.

В данном разделе также представлен анализ структуры концепта. Концепт не имеет жёсткой структуры, он объёмен. Тем не менее, представ­ляется воз­можным перечислить составляющие концепта, представить их положение относительно друг друга. Мы, вслед за многими учёными, придерживаемся точки зрения, что общие и этноспецифические свойства концептов, проявляю­щиеся при их функционировании в различных сферах общественного созна­ния, раскрываются через соотношение и взаимодей­ствие в их семантике трёх составляющих: поня­тийной, значимостной (ценностной) и образной.

Понятийная составляющая концепта формируется фактической инфор­ма­цией о реальном или воображаемом объекте, служащим основой для образо­вания концепта. Такая фактическая информация является дефини­ционным ядром. Ядро концепта составляют первичные, наиболее яркие конкретно-об­раз­ные харак­теристики, полученные в результате чувствен­ного восприятия мира, его позна­ния. Так, счастье – это положительная аксиологическая и эмо­цио­нальная оценка собственной судьбы.

Понятийная составляющая концепта помимо его описания, признаковой струк­туры, дефиниции, сопоставительных характеристик по отношению к дру­гим концептам, включает в себя также и его языковую фиксацию. Наибо­лее широкозначным именем концепта счастья в татарском языке является лексема бәхет, в английском языке – happiness.

Ценностная составляющая концепта отражает ценности культуры носи­телей языка. Образная составляющая концепта фиксирует когнитивные мета­форы, под­держивающие этот концепт в языковом сознании, в неё входят все наивные представления, закреплённые в языке.

В разделе «Общечеловеческие представления о счастье» представлен краткий обзор развития философского и психологического понимания счастья в истории человеческой мысли. Первоначально под счастьем по­нималось объективное стечение обстоятельств, благоволение фортуны, судьбы. Счастье носило объек­тивный характер, т.к. источник счастья помещался вне субъекта. Первым философом, обратившим своё внимание на понимание счастья как субъективного ощущения, принято считать Демокрита. Он определяет счаст­ливую жизнь как ту, которая ощущается положительно. Главное в ней не то, что человек имеет, а то, что он при этом чувствует. Современное значение счастья – это переживание полноты бы­тия, связанное с самоосуществлением4.

Обыденное сознание, зеркалом которого является естественный язык, в общих чертах принимает психологические теории счастья, восходящие именно к демокритовскому пониманию счастья – хорошему настроению, которое обес­пе­чивается совокупностью исполненных желаний. «Желание» и «благо» состав­ляют два семантически неразложимых признака счастья. Желание, мечта – это чувственно-эмоциональная форма воплощения идеала счастья. Это часто вер­бализуется в благожеланиях Булган өмет-хыялларың тормышка ашсын [Татарстан хәбәрләре] – Пусть все твои желания и мечты испол­нятся; May you find your dreams [www.ecarduniverse.com] – Желаем вам найти Ваши мечты. Для нашего исследования релевантными являются и философ­ское, и психологическое осмысление счастья, посколь­ку они оба так или иначе вербализуются носителями исследуемых нами языков.

В разделе «Базовые понятийные характеристики концепта «счастье» в татарской и англосаксонской лингвокультурах (на примерах текстов худо­жест­венной литературы» анализируются способы вербализации базовой, ядерной составляющей исследуемого концепта. Данный анализ проводится на мате­риале текстов художественной литературы и некоторого числа благожеланий. Целью использования данного материала является необхо­димость выяснить способы вербализации концепта «счастья» в татарской и английской лингво­культурах в целом, поскольку художественная литера­тура реализует и фило­соф­ское, и психо­логическое (обыденное) понимания счастья носителями ис­сле­дуемых языков, тогда как благожелания, изна­чально имея адресата, пред­став­ляют, как правило, обыденные, наивные представления о счастье.

Для носителей татарского языка именем концепта «счастье» является номинативная лексема бәхет, а для носителей английского языка – номи­нативная лексема happiness. Данные слова репрезентируют такие базовые смыслы, как «благосклонность судьбы», «удача», «интенсивная радость», «положительный баланс жизни», «чувство удовлетворения жизнью», выступая чувственно – эмо­циональной формой идеала. Все слова, одно­коренные для имён концепта в обоих языках, также содержат эти значения. В обеих лингво­культурах счастье представляет собой слияние внешних удачных обстоя­тельств и их положи­тельной оценки субъектом.

Универсальными для исследуемых лингвокультур являются:

1) подверженность счастья «овеществлению», превращению из абстракт­ного в конкретное понятие, в результате чего счастье можно получать, дарить, терять, сохранять и пр.: Чын бәхетне бирә тик гыйлем генә, / Баш ияләр һәрвакыт белемлегә [Утыз Имәни] – Настоящее счастье приносит только знание, перед знающим всегда преклоняют голову; Happiness isn’t the easiest thing to find, but one place you’re guaranteed to find it is a friend’s smile [A.Poler] – Счастье найти не так-то просто, но вы его точно найдёте в улыбке друга;

2) способность счастья создавать объём внешнего мира вокруг субъекта: ^ Бу кич шундый рәхәт, җаным, җаным, / бәхет тулы як-ягым, ягым [Маннур] – Этот вечер такой приятный, душа моя, вокруг меня всё заполнено счастьем; Hoping your special day and your future are full of happiness and joy [J.B. Daniel] – Надеюсь, что ваш особенный день и ваше будущее наполнятся счастьем и радостью;

3) подверженность счастья олицетворению, в результате которого оно при­обретает способность совершать определённые действия, свойственные жи­вому существу (приходить, стучать в дверь, сопровождать кого-либо и пр.): Ияреп килер булса бәхет, / Кыл кебек җеп тә җитә. / Киреләнсәң, арканны да, / Шартлатып өзеп китә [Фәссах] – Если уж счастье решит идти с тобой, хватит и лески. А будешь противиться, оно порвёт и аркан; May happiness be your companion and your days together be good and long upon the earth [Traditional Apache Indian Love Poem] – Пусть счастье сопровождает тебя, и ваши совместные дни будут славными и долгими на этой земле;

4) подверженность счастья ботанической метафоризации: ^ Сабыйларның яшен суыручы, / Бәхет бакчалчрын корытучы, / Иң әшәке кортны үтердем [Кәрим] – Я убил самое страшное насекомое – того, что забирало детство у детей и опустошало сады счастья; Round these, with tendrils strong as flesh and blood, / Our pastime and our happiness will grow [Wordsworth] – Наша жизнь и наше счастье будет расти вокруг этого, давая крепкие отростки.

Уникальными для татарской лингвокультуры являются cледующие свой­ства исследуемого концепта:

1) наличие индивидуального объёма счастья, предназначенного каждому человеку, избыток которого является отрицательным моментом бытия – артык бәхет / лишнее счастье: Артык бәхет шагыйрьне кол итә, исбат­лаган моны заманнар [Галиев] – Лишнее счастье делает поэта рабом, это доказали времена;

2) подверженность счастья гидроморфной метафоризации (часто исполь­зуется в благожеланиях): в сознании носителей татарского языка счастье имеет свойства источника воды: Бәхет чишмәләрегез тулып торсын, мәңге-мәңге суы кипмәсен [Кама таңнары] – Пусть родники вашего счастья всегда будут полными, пусть они никогда не пересыхают.

3) подверженность счастья световой метафоризации: в сознании носи­телей татарского языка счастье имеет свойства источника света: Һәрбер йортка бәхет нуры керсен, / һәр тәрәзәгә кояш карасын [Зәйнәшева] – Пусть в каж­дый дом заходит свет счастья, пусть в каждое окно смотрит солнце;

4) подверженность счастья зооморфной метафоризации: ^ Язмыш бәхет күгәрченен тоттырган кулларына [Касыйм] – Судьба вручила им голубя счастья;

5) зависимость счастья от усилий, прикладываемых человеком к его дос­тижению: ^ Зур бәхетләр сызганып эшкә бирелгәннән килә [Тукай] – Чтобы быть счастливым необходимо трудиться;

6) ассоциации счастья с белым цветом (часто используются в благо­желаниях): ^ Ак карлар булып яуган ак бәхет телибез [Юлдаш]Желаем, чтоб счастье вам выпало белым снегом.

Уникальной для английской лингвокультуры является ярко выраженная адъективность концепта «счастье» – использование в речи однокоренного адъектива happ значительно чаще имени happiness. Помимо этого, уни­кальны также и цветовые ассоциации счастья в лингвокультуре носителей англий­ского языка. Традиционно англофоны ассоциируют счастье с разно­цветьем, с пест­ротой красок, что дополняет анализируемый концепт значе­нием много­образия и полноты: Wishing you a beautiful spring brimming with many colours of happiness and sunny times [www.cards.goodfridayecards.com] – Желаем вам красивой весны с разноцветными красками счастья и сол­нечными мгно­веньями.

Исследование понятийной составляющей счастья показало, что рассмат­риваемый концепт в контекстах татарской и англосаксонской лингво­культур на базовом понятийном уровне получает практически одинаковую трактовку, однако уже здесь определяются некоторые различия.

Во второй главе «Ценностная составляющая концепта «счастье» в татарской и англосаксонской лингвокультурах (на примерах благо­желаний)» на материале текстов благожеланий исследуемых языков прово­дится анализ ценностной составляющей концепта «счастье». С точки зрения линг­вистов, принятой за основу в данной работе (В.И.Карасик, Г.Г.Слыш­кин), лингво­культурный концепт имеет право называться концептом только при на­личии в его структуре именно этой составляющей.

В первом разделе главы рассматривается соотношение ценностной состав­ляющей концептов в целом с культурой и религией носителей языка. Рели­гиозная картина мира формирует философско-религиозное и нравст­вен­ное сознание этноса, определяет национальную точку зрения на мир.

Примечательно, что это отражается и на языковом уровне: имена счастья как в татарском, так и в английском и в русском языках имеют связь с рас­пределением благ извне. Этимологические источники указывают, что лексема бәхет восходит к текстам Авесты (собрание священных книг Зоро­астризма), где в форме «bhaga», «bhagada» она имеет значение «өлеш, бәхет» – часть (участь), счастье, откуда персидское «бахт» со значением «өлеш, бәхет» и русское «бог»5. А.А.Потебня также указывает, что сла­вянское «бог» могло значить «часть, доля, счастье», при этом оно происходит от др.-инд. «bhag» – делить, наделять, и «bhagas» – достояние, счастье. А др.-инд. «bhaga» в функции эпи­тета бога имело значение «наделяющий долей» .

Той же способностью обладает Аллах в понимании верующих носителей татарского языка: бәхет өләшүче Аллаһ – наделяющий счастьем Аллах6. Таким образом, в татарском языке бәхет связывается с актом изначального распре­деления благ, который происходит в момент появления каждого человека и от­ражается в словах өлеш – доля, участь; бәхет – счастье.

В английском языке корень happ- восходит к среднеанглийскому (XIII в.) happ – «chance, good luck» – удача (счастье), судьба (счастливый случай); happ-, в свою очередь, восходит к индоевропейскому корню kobb-, отправ­ляющему к сгибанию – магическому действию, связанному с буду­щим. В данном случае мы также замечаем, что человек изначально наделён своей долей, счастьем; однако, (в отличие от семантики персидского корня «бахт»), он имеет возможность в определённой степени изменить её с помощью магических ритуалов.

Доля человека, счастье, ему отведённое, в лингвокультуре носителей та­тарского языка может не соответствовать задаткам и достоинствам че­ловека, и в этом смысле оно не зависит от воли человека. Это подтверждают и глагольные распространители лексемы бәхет (бирергә – давать, бүлергә – наделять и пр.): Төшсен ләкин исегезгә кайсы вакыт: / Һәркемгә бирелмәгән мондый бәхет – Но пусть иногда вы вспомните: не всем дано такое счастье [Тукай], Ходай биргән мондый бәхетне ала торган түгел түләп тә [Касыйм] – Такое счастье, данное Всевышним, не купишь и за деньги.

Ценностный компонент концепта отражает его развитие как результат познания внешнего мира. Совокупность ценностей, задающих и регули­рующих культурные параметры жизни социума, фиксируется в его миро­воззрении. Всякая культура, в силу своей конкретной историчности, скла­ды­вается вокруг некоего ядра, определяющего тип данной культуры и формы духовного и духовно – практического освоения действительности.

Так, в культурное ядро Западной цивилизации, к которой относится лингво­культура носителей английского языка, входят ценности свободы, собст­вен­ности, права, демократии, соревновательности, рациональности, кри­тич­ности. Состав культурного ядра Евразийской цивилизации, к которой мы относим татарскую лингвокультуру, на сегодняшний день пробле­матичен. Явно прио­ритетные цен­ности государства и власти сосуществуют с цен­ностью образо­ванности, воли – свободы как полной независимости от власти.

На сегодняшний день в ценностную составляющую концепта счастья вхо­дят все ценности и нормы поведения человека, предписанные укладом данного сообщества. Такие нормы В.И. Карасик предлагает разбить на четыре группы – суперморальные, моральные, утилитарные и субутилитар­ные ценности.

Суперморальные ценности – это религиозные догматы, определяющие по­ве­дение человека по отношению к Богу. Согласно религиозной этике вера в Бога является достаточным основанием для создания как суперморальных, так и моральных, и утилитарных ценностей. Все религии согласны в одном: единствен­ное возможное на земле счастье человека в том, чтобы принад­лежать к вере и следовать ей.

Моральные ценности определяют поведение человека по отношению к другим людям. Счастье понимается как добропорядочное отношение к окру­жающим. Моральные ценности во многом определяются супермо­ральными.

Утилитарные ценности определяют поведение человека по отношению к самому себе. На первый взгляд, утилитарные ценности не имеют связи с пре­дыдущими видами ценностей. Однако отношение разных типов циви­лизаций к утилитарным компонентам счастья имеет свои нюансы, которые как раз и зависят от типа культуры и цивилизации.


Таблица 1

Система ценностной составляющей концепта «счастье» в благожеланиях





Счастье как общее состояние человека

Счастье как семья

Счастье как здоровье

Счастье как успешная трудовая деятель-ность

Счастье как материаль-ные блага

Супермо-ральные ценности концепта «счастье»

1.

Адресат счастлив, т.к. с ним Бог

2.

Адресат счастлив, т.к. с его семьёй Бог

3.

Адресат счастлив, т.к. Бог даёт ему здо­ровье

4.

Адресат счастлив, т.к. его работа благосло-венна

5.

Адресат счастлив, т.к. он доволен материаль-ной обес­печен­ностью, данной Богом

Моральные ценности концепта «счастье»

6.

Адресат счастлив, т.к. он обладает качествами способны-ми сделать счастливы-ми других людей

7.

Адресат счастлив, т.к. он обладает качествами способны-ми сделать счастливы-ми членов его семьи

8.

Адресат счастлив, т.к. окружаю-щие его люди здоровы

9.

Адресат счастлив, т.к. его работа делает счастливы-ми окру-жающих людей

10.

Адресат счастлив, т.к. окружаю-

щие люди материаль-но обеспе-чены

Утилитар-ные ценности концепта «счастье»

11.

Адресат счастлив

12.

Адресат счастлив, т.к. у него есть семья

13.

Адресат счастлив, т.к. он здоров и душевно спокоен

14.

Адресат счастлив, т.к. он успешен в своей работе

15.

Адресат счастлив, т.к. он материаль-но обес-печен


Субутилитарные ценности необходимы субъекту как условия биоло­гиче­ского выживания. Они не представлены в данном исследовании, пос­кольку условия биологического выживания важны не только для человека, но и для животного.

На основе данной классификации ценностей нами разработана обоб­щаю­щая таблица, в которой концепт счастья раздроблен на такие состав­ляющие как общее ощущение человека, семейное счастье, трудовое счастье, здо­ровье и мате­риальная обеспеченность. Таблица наглядно представляет ре­зультаты ис­сле­дования. Три вида вышеизложенных ценностей – супермо­ральные, мо­ральные и утилитарные ценности счастья представлены для каж­дой состав­ляющей иссле­дуемого концепта.

Вслед за таблицей, во втором разделе «Отражение в концепте системы ценностей лингвокультурного сообщества» следуют конкретные примеры благожеланий на татарском и английском языках, вербализующих цен­но­сти, представленные в концепте «счастье». Разные виды ценностей (супер­мо­раль­ные, моральные и утилитарные) в каждом из исследуемых языков проанали­зированы отдельно на материале тех видов благожеланий, в кото­рых данные ценности представлены наиболее широко.

Так, вербализация суперморальных ценностей концепта «счастье» проил­люст­рирована на примере духовно-нравственных благожеланий из рели­гиозно-дидактической литературы. В результате нами сделаны следующие выводы (номер соответствует нумерации в таблице).

1. Для татарской лингвокультуры, основанной на исламе, счастье вклю­чает такие суперморальные ценности, как рай (^ Камил иман белән дөнъядан үт­кәреп, Аллаһ Тәгалә сонгы урыннарыбызны җәннәттә кылсын [Догалык]Пусть Аллах проведёт нас по миру с совершенной верой, и сделает рай нашим последним пристанищем), благоволение и милость Аллаха (Сезне хәр нәрсәне каплаган, үз эченә алган рәхмәтеннән Аллаh ташламасын [Сакланганны сак­лармын] – Пусть тебя не покидает всепоглощающая и всеобъемлющая милость Аллаха), богобоязненность (Аллаһ Тәгалә сезне такъва илләренә хуҗа кылсын [Иң изге догалар] – Пусть Аллах сделает вас хозяином бого­боязненности), праведный путь (Аллаһ Тәгалә Үзенең каршында туры юлга синең ике аягыңны да ныгытса иде [Догалык] – Пусть Аллах укрепит обе твоих ноги на правильном пути), покаяние (Аллаһ Тәгалә барча гөнаһларыңны ярлыкаса иде, кечесе белән олысын, алдагысы илә ахырысын, ачык эшләнгәнен һәм сердә калганын [Сакланганны саклармын] – Пусть Аллах простит тебе все грехи, маленькие и большие, будущие и прошедшие, скрытые и явные) и изучение Корана (Аллаһ Тәгалә калебләрегезне Коръән нуры белән нурлы әйләсен [Догалык]Пусть Аллах сделает ваше нутро светлым с помощью света Корана).

Для английской лингвокультуры, основанной на протестантизме, счастье включает такие суперморальные ценности, как единение с Богом (Grant us peace in your life, save us from final damnation, and count us among those you have chosen [Seasonal Missalette] – Даруй нам мир в этой жизни, спаси нас от беспо­воротного проклятья и считай нас теми, кого Ты избрал), рай (May those whome the Lord has called home rest in the radiance of heavens light [www.inspire21.com] – Пусть те, кого Господь призвал к себе покоятся в лучах небесного света), состояние внутреннего умиротворения (бла­женство, мир) (May you enjoy the peace promised to men of good will [www.Christianity.about.com] – Желаем вам насладиться миром, обе­щанным людям доброй воли), милость Бога (May God bless you with His loving care and give you many graces all the way [www.christianet.com] – Пусть Бог благословит тебя своей любящей заботой и даст тебе свою милость), любовь (The grace of our Lord Jesus Christ and the love of God and the fellowship of the Holy Spirit be with you all [Seasonal Missalette] – Пусть пребудет с вами всеми милость Господа Иисуса Христа, и любовь Господа, и Святой Дух), покаяние (May God Almighty forgive your sins and save you from the power of evil [Order of Mass] – Пусть Всемогущий Господь простит тебе твои грехи и спасёт тебя от сил зла).

Универсальными суперморальными ценностями концепта «счастье» для исследуемых языков являются рай, покаяние, милость Бога. Уникальными супер­моральными ценностями концепта «счастье» для носителей татар­ского языка являются богобоязненность, праведный путь и изучение Корана, а для носителей английского языка – состояние внутреннего мира, любви и еди­нения с Богом.

2. Для носителей татарского и английского языков счастлива та семья, которая живёт в милости Бога: ^ Аллаһ Тәгалә сезне гаиләгезгә, гаиләгезне сезгә багышласын [Иң изге догалар] – Пусть Аллах посвятит вас семье, а семью вам; May God bless your union for all time [J.B. Daniel] – Пусть Бог благо­словит ваш союз на всю жизнь.

3. Для носителей татарского и английского языков суперморальная цен­ность счастья-здоровья заключается в том, что субъект наделён физическим и со­циальным здоровьем. При этом для татарской лингвокультуры в понимании физического совершенства важно не просто наличие всех органов, но и их правильное, (надлежащее в духовном плане), исполь­зование: Аллаһ Тәгалә тәнеңдә, колагыңда вә күзеңдә сәламәтлек кылса иде [Сакланганны саклармын] – Пусть Аллах сделает здоровым твоё тело, уши и глаза. Кроме того, бла­гожелания на татарском языке вер­бализуют счастье как душевное здоровье, включающее в себя акыл – рассудок и зиһен – внимание: Аллах Тәгалә үзеңне аңлаешлы итсен, үзеңә гыйлем, хикмәт һәм акыл сеңдерсен [Догалар энциклопедиясы] – Пусть Аллах сделает тебя понимающим, пусть вложит в тебя знания, мудрость и ум; Ходай сине әлеге зиһен сәләтеннән, сихәт-сәламәтлектән аермасын [Игенче] – Пусть Аллах не отделяет тебя от внимания (ума) и здоровья.

4. Для татарской лингвокультуры важен способ выполнения работы – он должен быть богоугодным: ^ Тормышыгызда хәләл хезмәт белән яуланган муллык ташып торсын [Иң изге догалар] – Пусть в вашей жизни будет сполна имущества, добытого праведны путём. Для носителей английского языка важен результат работы, выполненной с верой в сердце: May you never lose the candle of faith, the sourse of light for success in life [I wish for you] – Желаем тебе никогда не терять свет веры, источник света для успеха в жизни.

5. Для обеих лингвокультур важна удовлетворённость адресата имею­щимся материальным благом. При этом, в татарской лингвокультуре приоб­ретённые материальные блага должны быть получены праведным, дозволенным (хәләл) путём – честным трудом, при соблюдении прав осталь­ных людей: Дөньяны хәләл юл белән, ахиратны хак юл белән кәсеп итсен Аллаһ Тәгалә [Дога китабы] – Пусть Аллах обеспечит вам разрешённый путь в этой жизни и дос­тойный путь в будущей.

В благожеланиях на английском языке счастливым адресат нередко представлен потому, что он доволен тем, что имеет: ^ We hope this day finds you enjoying a wondrous time with so much to be thankful for. Happy Thanksgiving [www.blueMountain.com]– Мы надеемся, что этот день найдёт тебя в наслаждении великолепным времяпровождением и в окру­жении многого того, за что можно быть благодарным. Счастливогo Дня благодарения.

Вербализация моральных и утилитарных ценностей проанализирована, в основном, на материале обыденных благожеланий, применяемых в раз­личных ситуациях общения (благодарность, поздравление, прощание и пр.). По мо­раль­ным ценностям, представленным в концепте «счастье» и верба­лизуемым в благожеланиях, нами сделаны следующие выводы (номер соответствует нумерации в таблице).

6. Универсальными моральными ценностями счастья, представленными в благожеланиях исследуемых лингвокультур являются щедрость (Аллаһ Тәгалә сезне вакчыллыктан сакласын [Дога китабы] – Пусть Аллах хранит вас от мелочности), доброта (Аллаһ Тәгалә дөнъяда калган гомерләребезне мөмкин кадәр изгелектә үткәрергә насыйп итсә иде [устное пожелание] – Пусть Аллах позволит нам провести оставшуюся жизнь по возможности в добрых делах; May the Lord give you kindness and patience to support each other and wisdom in all you do [www.101weddingring.com] – Пусть Господь даст вам доброту и терпение, чтобы поддерживать друг друга, и мудрости во всех ваших делах), сила воли (Ихтыярыгыз нык булсын [Тәтешле хәбәрләре] – Пусть сильной будет ваша воля; May God bless you with strength and courage [www.blueMountain.com] – Пусть бог благословит вас силой и мужеством).

Уникальными моральными ценностями счастья, представленными в благо­желаниях на татарском языке, являются определённые черты харак­тера, влия­ющие на отношения с окружающими: трудолюбие (Аллаһ Тәгалә сезне ялкау­лыктан сакласын [Дога китабы]– Пусть Аллах хранит вас от лени), отсут­ствие высокомерия (Аллаһ Тәгалә сине үзеңнең күзең алдында кечкенә итсен һәм кешеләрнең күзе алдында зур итсен [Догалык] – Пусть Аллах сделает тебя маленьким в собственных глазах и большим в глазах других людей) и терпение (Аллаһ Тәгалә сезгә ярлыкта, да муллыкта да сабырлык бирсен [устное пожелание]– Пусть Аллах и в бедности, и в богатстве даст вам терпение), а в благожеланиях на английском языке – отсутствие пустословия (Мay God save us from freedom of speech so empty that you have nothing worth saying [www.Christianity.about.com] – Пусть Бог спасёт нас от речи, настолько пустой, что вам нечего сказать) и любовь к окружающим (May you love the Lord and love all to begin life afresh [www.cardfountain.com] – Желаю тебе любить Господа и любить всех, чтобы начать жизнь заново).

7. Для носителей татарского языка в благожеланиях характерно чётко ука­зывать на те моральные ценности, которые делают семью счастливой. При этом каждая роль в семье (ребёнок, супруг, родитель) предполагает свои черты характера, способные сделать счастливыми остальных членов семьи: Изгелек тулы күңелең балаларыңа яшәү көче бирсен [Актаныш таңнары] – Пусть твоё доброе сердце даёт твоим детям жизненных сил; Онокларыңның назын, җылылыгын тоеп куанып яшәвеңне телибез [Актаныш таңнары] – Пусть ваша жизнь проходит в ласке и душевной теплоте ваших детей.

В благожеланиях на английском языке основной моральной ценностью семейного счастья являются любовь и забота об остальных членах семьи без конкретного указания на особенности характера субъекта: May love always live in the home you share [J.B. Daniel] – Пусть любовь всегда живёт в вашем общем доме; May the love you share today bring you happiness forever [J.B. Da­niel] – Пусть любовь, которую вы делите сегодня принесёт вам вечное счастье.

8. Для носителей татарского языка в отличие от англофонов нередко свойственно выражать адресату пожелания счастья, основой которого является здоровье окружающих: Якыннарыгызны сәламәтлек ташламасын [Гаилә] – Пусть ваших близких не покидает здоровье. Однако подобные пожелания не отражают межличностных отношений и не вербализуют моральные ценности. Адресат не может обладать качествами, обеспечиваю­щими здоровьем людей вокруг него.

В системе благожеланий на английском языке подобных пожеланий нами не обнаружено.

9. Работа в сознании носителей татарского языка имеет моральный аспект, она связывается не только с материальным благополучием субъекта, но и с тем, приносит ли его труд пользу окружающим людям: Куйган хезмәтегез гел шундый матур нәтиҗәле булса иде. Эшеңнең нәтиҗәсе кешегә уңайлык, җиңеллек, сөенеч тудырсын иде [Актаныш таңнары] – Пусть ваш труд всегда будет иметь такой красивый результат. Пусть итог твоей работы приносит людям комфорт, удобство и радость.

Для носителей английского языка не свойственно выражать адресату по­желания счастья, основой которого является трудовая деятельность на благо окружающих.

10. В системе благожеланий нами не обнаружено моральной составляю­щей в понимании счастья как материального благосостояния.

По утилитарным ценностям, представленным в концепте «счастье» и вер­бализуемым в благожеланиях, нами сделаны следующие выводы (номер соот­вет­ствует нумерации в таблице).

11. Утилитарная ценность счастья очевидна и практически не отличается для носителей разных культур. Субъективное чувство счастья для носи­телей английского языка создают те же факторы, которые характерны для носителей татарского языка – здоровье, семья, работа, любовь, богат­ство, вера и многое другое.

12. Утилитарная ценность семейного счастья практически совпадает в обеих исследуемых лингвокультурах, однако в татарском варианте акцент сделан на важности наличия родственников для счастья адресата: Синең кайнар йөрәгең гаиләңә, туганнарыңа җылылык биреп торсын [Тәтешле хәбәрләре] – Пусть твоё горячее сердце дарит тепло твоей семье и родственникам.

В пожеланиях на английском языке акцент сделан на важности личности самого адресата для счастья семьи: ^ May you remember how important you are to our family’s happiness [www.ecarduniverse.com] – Желаем тебе всегда помнить, как ты важен для счастья нашей семьи.

13. В благожеланиях и на татарском языке, и на английском языках пред­ставлена утилитарная ценность счастья как физического здоровья: Сезгә яшәешнең иң кыйммәтле җәүһәрләренә тиң булырлык сәламәтлек телибез [Актаныш таңнары] – Желаем вам здоровья, сравнимого с самыми дорогими драгоценными камнями; I wish you health, so you may enjoy each day in comfort [www.greetvalley.com] – Я желаю вам здоровья, чтоб вы могли наслаждаться каждым днём вашей жизни.

Помимо этого, благожелания на татарском языке вербализуют также ути­литарную ценность счастья, представленного в качестве умственного здо­ровья (Акыл, зиһен туплап, кыю атлап мен син гомер үренә [Кызыл таң] – Набираясь ума и внимания, уверенно шагай по жизни) и как морального здоровья (Күңел кылларың сызланмасын [Актаныш таңнары] – Пусть не ноют струны твоей души).

14. Благожелания на обоих языках вербализуют утилитарную ценность трудовой деятельности адресата в форме субъективной удовлетворённости результатами собственного труда: Хезмәт уңышлары, табышлары бизәп торсын гомер юлыңны [Кама таңнары] – Пусть твой жизненный путь украшают трудовые успехи и открытия; May you look back with pride on everithing youve accomplishedand look forward with pleasure to the new joys ahead [www.123greetings.com] – Желаю тебе с гордостью смотреть на всё, что ты сделал и с радостью смотреть на грядущие удовольствие.

При этом благожелания на татарском языке вербализуют также ценность общественного признания результатов труда: ^ Игелекле хезмәтегез өчен хөр­мәт тоеп озак яшәгез [Актаныш таңнары] – Желаем вам долгой жизни в благодарности за ваш добрый труд.

15. Данная утилитарная ценность в составе концепта «счастья» является универсальной для исследуемых лингвокультур: Җәйләрдәй матур, көзләр­дәй мул тормыш телибез [устное пожелание]Желаем вам жизни, красивой, как лето и богатой, как осень; May your marriage be filled with health, wealth and a sense of humor [www.101weddingring.com] – Пусть ваш брак будет наполнен здоровьем, богатством и чувством юмора.

В третьей главе «Способы актуализации образной составляющей концепта «счастье» в благожеланиях на татарском и английском языках» представлен анализ образной составляющей концепта «счастье» на материале благожеланий исследуемых языков. Каждая из составляющих концепта – семейное счастье, счастье-успех, счастье-здоровье – имеет свои, свойственные только ей образы, поэтому они проанализированы в отдель­ных разделах. Образы счастья, представленные в каждом разделе, нацио­нально-специфичны для исследуемых лингвокультур.

Первый раздел главы «Способы актуализации концепта «счастье» в пожеланиях, связанных с семейными отношениями (пожелания семье, детям, родителям, дому)» представляет анализ способов вербализации в благоже­ланиях понимания семейного счастья носителями исследуемых языков.

В целом, в пожеланиях семейного счастья на татарском и английском языках образная составляющая счастья представлена очень широко. При этом, такие стилистические приёмы как метафора и метонимия при ино­сказательном описании счастья чаще используются в благожеланиях на татарском языке, чем в благожеланиях на английском языке.

Для носителей татарского языка семейное счастье состоит в согласии суп­ругов, в продлении рода, в наличии заботливых родителей, готовых оказать поддержку и помощь. Кроме того, поскольку традиционно татар­ская семья, помимо супружеской пары с детьми, имела в своём составе ещё и других родственников, понятие семейного счастья в сознании носителей татарского языка включает в себя и гармоничные отношения с родствен­никами.

Счастливые супруги чаще всего представлены в образах птиц – сандугач – соловьёв (Пар сандугачлар кебек җырлап яшәгез [Актаныш таңнары] – Живите припеваючи, как пара соловушек), күгәрчен – голубей (Пар күгәрчендәй бер-берегезне яратып, гөрләшеп яшәгез [Кызыл таң] – Живите как пара голубок, любя друг друга), аккош – лебедей (Пар аккошлар кебек канатка канат озын гомер итегез [Актаныш таңнары] – Как лебединая пара, живите долгую жизнь крылом к крылу), пар канат – пара крыльев (Пар канатыгыз каерылмасын [Актаныш таңнары] – Пусть не ломается пара ваших крыльев).

В понимании носителей английского языка семейное счастье склады­вается из супружеского счастья в пределах нуклеарной семьи и из гармо­ничных отно­шений в пределах семьи в широком понимании (extended family). В пожеланиях супружеского счастья на английском языке мы, в первую очередь, делаем акцент на индивидуальном счастье каждого из членов семьи – их личном чувстве любви – love, причём благожелания предполагают не просто сохранения любви супругов друг к другу, но и её увеличение с течением времени, выраженное глаголами grow – расти, mature – зреть, совершен­ст­воваться: May the love that brought you together grow and mature with each passing year [www.christianity.about.com] – Пусть любовь, которая свела вас вместе, растёт и совершенствуется с каждым проходящим годом. Кроме того, также как и в пожеланиях на татарском языке, в пожеланиях на английском тоже используются лексемы для обо­значения сплочённости супругов – together(ness) – вместе (May you have a beautiful journey together through life [www.ecarduniverse.com] – Пусть ваша совместная жизнь будет очень счастливой; Wishing you both a lifetime of togetherness [www.ecarduniverse.com] – Желаем вам совместной жизни до конца ваших дней).

Родительское счастье имеет в благожеланиях на татарском языке образ семей­ного древа – шәҗәрә: Сезнең гаилә шәҗәрәсе ныклы, дәвамлы булсын [Кама таңнары] – Пусть ваше семейное древо не прекраәает рост и будет силҗным и крепким.


Счастье детей в татарской лингвокультуре зависит от того, насколько родители могут служить примером для потомков – үрнәк: Киләчәктә дә безнең миһербанлык, сабырлык үрнәге булып яшәвегезне телибез [Тәтешле хәбәрләре] – Желаем вам всегда оставаться для нас примером милосердия и терпения. Родители могут быть представлены в подобных благожеланиях образами звёзд – йолдыз (Пар йолдызлар булып безнең өчен тормыш күгебездә яныгыз [Актаныш таңнары] – Как пара звёзд, горите для нас на небе жизни), солнца – кояш (Кояш булып безне җылытып яшәгез [Тәтешле хәбәрләре] – Живите, согревая нас, как солнце), золотого столба – алтын багана (Гаиләнең терәге, таянычы, алтын баганасы булып, тигез гомер кичер [Тәтешле хәбәрләре] – Желаем тебе жить долго и счастливо, оста­ваясь опорой, под­держкой семьи). Последний образ пред­ставляет со­бой лакуну татарского языка и имеет значение надёжной опоры.

Благожелания на английском языке не предлагают нам вариантов верба­лизации родительского счастья или счастья детей.

Гармоничные отношения с родственниками для носителей татарского язы­ка вербализуются в благожеланиях через образ домашнего очага – йорт, гаилә, нигез учагы (Җылы йорт учагы бик озак еллар сезне сыендырып, сөендереп көч биреп торсын [Игенче] – Пусть тёплый очаг вашего дома ещё долгие годы собирает вас вокруг себя, радует вас и придаёт вам сил).

Благожелания на английском языке также вербализуют этот образ, здесь дом – это любовь, насыщенность, наполненность пространства, которое при­над­лежит семье. Такую «наполненность» чаще всего выражает глагол fillнаполнять, заполнять: May your new home be filled with warmth and happiness [www.ecarduniverse.com] – Пусть ваш новый дом будет наполнен теплом и счастьем.

Второй раздел главы «Способы актуализации концепта «счастье» в поже­ланиях, связанных со здоровьем адресата (физическое, психическое, социаль­ное, духовное здоровье)» представляет анализ способов вербали­зации в благо­желаниях понимания носителями исследуемых языков счастья как здо­ровья.

В культуре носителей татарского языка здоровью отводится одно из центральных мест среди других признаков концепта счастья. Это наглядно иллюстрирует само количество лексем, обозначающих здоровье – сәламәт­лек, саулык, тазалык, исәнлек, сихәт.

В благожеланиях на английском языке физическое здоровье вербали­зовано лексемой health: Please accept my warmest regards for good health and happiness to all of you [www.blueMountain.com] – Пожалуйста, примите мои самые тёплые пожелания хорошего здоровья и счастья для всех вас. В отличие от пожеланий татарского языка, умственная часть физического и духовная часть социального здоровья не вербализованы в благожеланиях на английском язы­ке.

В благожеланиях татарской лингвокультуры умственное здоровье вер­бализуется лексемами акыл – разум (Акылың камил булсын [Кызыл таң] – Желаем тебе совершенного ума) и зиhен – внимание (Аллаһ сине әлеге зиһен сәләтеннән, сихәт-сәламәтлектән аермасын [Актаныш таңнары] – Пусть Аллах не отделяет тебя от внимания (ума) и здоровья).

Социальное здоровье, отражающее качество адаптации человека в об­ществе, в системе татарских благожеланий вербализуется лексемами ямь – привле­кательность (Һәр мизгелдән ямь табып яшә [Акчарлак] Живи, находя радость в каждом моменте жизни), дәрт – пыл, задор (Яшәү дәрте булсын күңелеңдә [Актаныш таңнары] – Пусть в твоём сердце горит огонь жизни.

Одной из отличительных черт совокупности пожеланий социального здоровья на английском языке являются пожелания позитивного отношения к жизни, а также слова поддержки. Социальная поддержка очень важна в западном обществе, потому что сущность успеха составляет ориентация на признание окружающими результата, который обеспечивает индивидуаль­ный рост человека.

Третий раздел главы «Способы актуализации концепта «счастье» в пожеланиях, связанных с профессиональной деятельностью адресата (поже­лания профессионального успеха, преданности выбранному делу, любви к труду)» представляет анализ способов вербализации в благожела­ниях пони­мания носи­телями исследуемых языков счастья как успехов в труде.

Успех составляет жизнеполагающую установку для носителей англий­ского языка, что не характерно для носителей татарского языка. Этим, вероятно, объясняется употребление основной лексемы – вербализатора успеха в единственном числе в английском языке (success: I wish you success in all that you do [www.dasign.com] – Я желаю вам успеха во всём, что вы делаете) и, как правило, во множественном – в татарском (уңышлар: Алда­гы көннәрегез баш әйләндергеч уңышлардан торсын [Тәтешле хәбәрләре] – Пусть ваши грядущие дни состоят из головокружительных успехов). Кроме того, в благожеланиях обеих лингвокультур успех ассоциируется с вершиной горы (үр: Зур үрләргә ирешүеңне телибез [Акчарлак] – Желаем вам достичь высоких вершин; hight: May the New Year bring more possibilities to reach greater hights [www.ecarduniverse.com] – Пусть Новый год принесёт тебе больше возмож­ностей достичь новых высот).

В благожеланиях обеих лингвокультур сделан акцент на необходимости лич­ностных усилий для достижения успеха. Менталитет татар связывает профес­сиональный успех с личными качествами адресата например, с дело­витостью, способностью – уңганлык (Эш сөюең, зур сәләтең мәңгегә сүнмәсен, изгелегең, уңганлыгың гомергә сүрелмәсен [Юлдаш] – Пусть твоя любовь к труду, большой талант никогда не погаснет, а твоя доброта и работоспособность никогда не уменьшается).

Общественное признание приложенных усилий, вербализуемое лексемой хө­рмәт – почёт, уважение, также имеет немаловажное значение для осозна­ния успеш­ности трудовой деятельности: Игелекле хезмәтегез өчен хөрмәт тоеп озак яшә [Шәйри Казан] – Желаем вам долгой жизни в благодарности за ваш добрый труд.

Несмотря на то, что экстралингвистический анализ показывает нам важ­ность для успешности в культуре носителей английского языка именно конк­ретных, определённых черт характера, благожелания на данном языке не верба­лизуют эти качества. Тем не менее, о них можно предположить, благо­даря использованию в благожеланиях лексем военной тематики, например, win – побеждать (May you win in the struggle with lifes tempest – Желаем тебе победить в борьбе с испытаниями жизни).

Успех у англофонов соотносится с высотой и небесным простором. Это вербализуют лексемы mountain – гора (Hope you will be able to climb all your mountains [www.ecardking.com] – Надеемся, что ты сможешь взобраться на все свои горы), sky – небо (May there be no limits but the sky [www.123greetings.com] – Пусть, кроме небес, для тебя не будет больше границ) и др.

В заключении отражаются основные итоги и намечаются дальнейшие перспективы исследования.

В данной работе представлен лингвокультурологический анализ совре­менного понимания счастья в сознании носителей татарского и английского языков на материале текстов художественных произведений и текстов благожеланий. Исследование показало, что составляющие слои концепта предпочтительно ис­сле­довать на разнородном материале, поскольку они качественно и количест­венно по-разному представлены в текстах различ­ных жанров. Так при исследо­вании понятийной составляющей концепта «счастье» к работе были привлечены лексикографические источники, тексты художест­венных произведений и тексты благожеланий, поскольку все они отражают базовые характеристики концепта и в общей сумме дают более полное представление о них. Словарные определения и тексты художественных произ­ведений предоставляют нам возможность проанали­зировать философ­ское понимание счастья носителями исследуемых языков. В то же время, тексты благожеланий, имея индивидуальную направ­лен­ность, позволяют нам выявить психологические, обыденные моменты пони­мания данного концепта. На их основе были выделены базовые харак­теристики имён счастья в татарском и английском языках – бәхет и happiness.

Универсальным для исследуемых лингвокультур является понимание счастья как взаимодействия удачных внешних обстоятельств и положи­тельной внут­ренней реакции на них. В обеих лингвокультурах счастье часто мыслится как конкретное понятие и подвергается «овеществлению», в результате которого становится возможным получать, дарить, терять, сохранять счастье.

При выявлении способов вербализации значимостной составляющей кон­цепта счастья, мы сделали попытку напрямую рассмотреть связь цен­ностных основ концепта с религией и культурой, что даёт возможность более чётко определить основы уникальности и универсальности ценностей, представ­ленных в иссле­дуемом концепте.

В результате исследования было выявлено, что концепт «счастье», вер­ба­лизуемый в семантике языковых средств, может лишь условно быть назван универсальным. Он имеет как общие, так и специфические черты в каждой из лингвокультур. Универсальность концепта наглядно представлена при анализе его понятийной составляющей. Она заключается, прежде всего, в сочетании субективного и объективного в понимании счастья, в наличии одного главного и широкозначного имени счастья и в татарском, и в анг­лийском языках.

Ценностная составляющая концепта также содержит универсальные приз­наки, например, она вбирает в себя понятие счастливой семьи, счастья от на­личия фи­зического и душевного здоровья, счастья от возможности познания Всевышнего и пр. Специфичность же состоит в том, что основой понимания вышеизложенных категорий является разная культура и религии, которые предполагают разное устройство института семьи, понимание свободы и зави­симости человека, смысла трудовой деятельности и прочее, в результате чего вышеизложенные ценности интерпретируются и вербализуются по-раз­ному.

Образная составляющая представляет собственно национально-специ­фи­че­ские особенности представлений о счастье в сознании носителей иссле­дуемых языков.

Результаты, полученные нами в настоящем исследовании, не исчер­пывают концептуального содержания благожеланий татарского и англий­ского языков. Оно открывает перспективы для дальнейшего отдельного исследования кон­цеп­тов здоровья, успеха, любви, радости, религиозных и других концептов на материале благожеланий в сопоставительном аспекте.


^ Основные положения диссертации отражены в следующих публи­кациях:


В ведущем рецензируемом журнале ВАК:


  1. Бакирова Г.А. Вербализация концепта «счастье» в татарском и англий­ском языках / Г.А. Бакирова // Вестник Чувашского университета. – 2010. – № 4. – С. 188-192.


В различных научных сборниках и журналах:


  1. Бакирова Г.А. Благопожелания как отражение мира ценностей / Г.А. Ба­кирова // II Международные Бодуэновские чтения: Казанская линг­висти­ческая школа: традиции и современность. – Казань: Казанский госу­дар­ст­венный уни­верситет им. В.И.Ульянова-Ленина, 2003. – Т.1. –
    С. 120-123.

  2. Бакирова Г.А. Концепт семейного счастья в благопожеланиях на татар­ском языке / Г.А. Бакирова // Тенишевские чтения – 2009: Сборник научных статей. – Казань: ТГГПУ, 2009. – С. 259-270.

  3. Бакирова Г.А. Базовые понятийные характеристики концепта «счастье» в татарской и англосаксонской лингвокультурах / Г.А. Бакирова // Фәнни язмалар – 2008: фәнни мәкаләләр җыентыгы / фән. мөхәр. И.А. Гый­ләҗев; төз. Ә.Ш. Юсу­пова. – Казан: Ихлас, 2010. – С. 19-23.

  4. Бакирова Г.А. Пожелания здоровья в татарском и английском языках / Г.А. Ба­кирова // Милли мәдәният. Гыйльми журнал. – 2010. – №22. –
    С. 28-31.

  5. Бакирова Г.А. Реализация пожеланий профессионального успеха в та­тар­ском и английском языках / Г.А.Бакирова // Милли мәдәният. Гыйльми жур­нал. – 2010. – №22. – С. 13-15.

  6. Бакирова Г.А. Ценностная составляющая концепта «счастье» в та­тарской и англосаксонской лингвокультурах (на примерах благопо­желаний) / Г.А. Ба­ки­рова // Татарская культура в контексте европейской цивилизации: мате­риа­лы меж­дународной научной конференции. – Казань: Ихлас, 2010. – С. 46-48.



Подписано в печать 25.02.2011. Формат 6084 1/16

Тираж 100 экз. Усл. печ. л. 1,75


Отпечатано в множительном центре
Института истории АН РТ

г. Казань, Кремль, подъезд 5
Тел. (843) 292-95-68, 292-18-09

1 Аскольдов-Алексеев С.А. Концепт и слово / С.А. Аскольдов-Алексеев // Русская словесность. От теории словесности к структуре текста. Антология. – М.: Academia, 1997. – С. 267-279.

2 Краткий словарь когнитивных терминов / под общ. ред. Е.С. Кубряковой. – М.: Филол. ф-т МГУ им. М.В.Ломоносова, 1996. – С. 90.

3 Карасик В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс / В.И. Карасик. – Волгоград: Пе­ре­мена, 2004.

4 Философская энциклопедия / гл. ред. Ф.В. Константинов. – М.: Советская энциклопедия. 1970. Том 5.

5 Әхмәтьянов Р.Р. Татар теленең кыскача тарихи – этимологик сүзлеге / Р.Р. Әхмәтьянов. – Казан: Тат. кит. нәшр., 2001.

6 Там же.





оставить комментарий
БАКИРОВА ГУЛЬШАТ АЛЬФРЕДОВНА
Дата21.09.2011
Размер0.51 Mb.
ТипАвтореферат, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх