Языковые средства выражения иронии в художественных текстах Джона Голсуорси: лингвопрагматический аспект (на материале языка романа «Сага о Форсайтах») 10. 02. 19-Теория языка icon

Языковые средства выражения иронии в художественных текстах Джона Голсуорси: лингвопрагматический аспект (на материале языка романа «Сага о Форсайтах») 10. 02. 19-Теория языка


1 чел. помогло.

Смотрите также:
Курсовая работа по дисциплине «История зарубежной литературы» на тему: «Красота и Свобода в...
Речевые средства выражения инвективных смыслов в жанре комментария публицистического дискурса (...
Языковые символы и образы: онтология и функционирование (на материале французского языка) 10. 02...
Средства выражения морально-этической составляющей категории девиации (на материале английского...
ΜДжон Голсуорси. Сага о Форсайтах: Впетле§...
Антропонимы в художественных текстах д. Хармса: структурно-семантический аспект 10. 02...
А. М. Иванова Смыслоформирующий аспект образно-ассоциативных компонентов художественного текста...
Функционирование бесписьменного языка малой народности в условиях полиэтнического социума (на...
Оценка и языковые способы ее выражения в паремиях (на материале компаративных и негативных...
Экзотизмы в текстах русских художественных переводов с тувинского языка и произведениях...
Терминосистема предметно-специального языка «Банковское дело» в лингвокогнитивном аспекте (на...
Темы объекты изображения в романе 4 Проблематика романа...



скачать
На правах рукописи


Гомлешко Бэлла Аслановна




Языковые средства выражения иронии в художественных текстах

Джона Голсуорси: лингвопрагматический аспект

(на материале языка романа «Сага о Форсайтах»)


10.02.19-Теория языка


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук


Майкоп, 2008

Диссертация выполнена на кафедре иностранных языков

Института экономики, права и гуманитарных специальностей


Научный руководитель: доктор филологических наук,

профессор Хазрет Заурбечевич Багироков


Официальные оппоненты: доктор филологических наук,

профессор Сакиева Римма Сафраиловна


кандидат филологических наук,

доцент Аза Петровна Тихонова


Ведущая организация: Кубанский государственный университет


Защита состоится « 26 » декабря 2008г. в часов минут на заседании диссертационного совета К 212.001.01 в Адыгейском государственном университете по адресу: 385000, г. Майкоп, ул. Университетская, 208.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Адыгейского государственного университета


Автореферат разослан «26» ноября 2008 года.


Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор филологических наук, профессор А.Н. Абрегов


^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Предлагаемая диссертация посвящена изучению феномена иронии и ее языковому выражению в художественном тексте. Феномен иронии, несмотря на свою распространенность и долгую историю, до сих пор остается малоизученным. Еще менее исследованным представляется этот феномен на материале художественных текстов английского писателя Д. Голсуорси, несмотря на важную роль в изучении языка творчества данного писателя. Функциональные возможности проявления иронии в языковом материале романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» способствуют глубокому осмыслению исследуемых дефиниций в художественных текстах и рассмотрению лингвистических механизмов формирования иронического эффекта.

^ Актуальность исследования обусловлена условиями растущего объема научной литературы, посвященной стилистике текста, лингвистическим средствам создания экспрессии и эмоциональных образов, в связи с чем, существует потребность в определении лексико-семантических и сверхфразовых средств выражения иронии и тенденций развития данного феномена в художественных текстах.

Рациональное осмысление способов создания иронического эффекта возможно только при умелом использовании автором языковых средств выражения иронии, позволяющих анализировать художественные или иные тексты.

Имея в виду, что ирония неразрывно связана со смехом, с комическим, следует отметить, что смех как знаковая реакция является неотъемлемой частью доброжелательного общения, формой неприятия и осуждения людьми того, что их окружает, насмешкой над чем-либо, непосредственно-эмоциональном постижением неких противоречий, которые тонко граничат с комическим. В лингвистической науке затрагиваются различные аспекты изучения иронии – от стилистической интерпретации тропа до рассмотрения иронии как концептуальной категории текста (М.Ю. Орлов). Следует отметить, что оперирование понятием «ирония» в традиционном смысле не укладывается в рамки современных исследований.

Так, традиционная интерпретация данного феномена (О.Я. Палкевич, Т.Ф. Лимарева) позволяет рассматривать ее как ментальное и лингвокультурное образование (Е.А. Брюханова), определяющее функции иронии в формировании особенностей национального видения мира.

Известно, что лексико-семантический уровень рассматривает функционирование разновидностей иронии, но до сих пор в научно-теоретических исследованиях не в полной мере всесторонне освещено функционирование иронии как языковой единицы в художественном тексте, в общем, и особенности адекватной интерпретации иронического контекста в художественных текстах романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах», в частности. Ироническое оценивание становится необходимым в плане антропоцентрического переосмысления лингвистических идей.

Таким образом, изучение лингвистического механизма и специфики функционирования иронии в художественном тексте требует тщательного исследования.

^ Объектом исследования является языковое пространство писателя Д. Голсуорси, репрезентирующие языковые средства выражения иронии в художественных текстах.

^ Предметом анализа выступают языковые единицы, отражающие иронию и особенности ее экспликации в художественных текстах романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах». В ходе лингвистического анализа выделены такие средства репрезентации иронии, как каламбур, метафора, художественное сравнение, перифраз и т.д.

^ Основной целью работы является раскрытие механизмов создания иронии и классификации языковых средств ее выражения в исследуемых текстах.

Для достижения поставленной цели в работе необходимо было решить следующие задачи:

– установить статус иронии в свете традиционных и современных научных исследований; выявить ее особенности как составляющей категории комического и средства эмоционально-оценочной критики;

– выявить основные интерпретирующие компоненты иронии (внешнего и внутреннего плана); установить степень их автономности;

– определить контекстуальные условия репрезентации и интерпретации иронического смысла;

– выявить средства репрезентации иронии в художественных текстах романа Джона Голсуорси «Сага о Форсайтах» и определить критерии их иронической маркированности;

– изучить своеобразие авторского видения иронического контекста, построенного на принципах современной лингвистической науки (антропоцентризме, интеллектуализме, экспланаторности).

^ Материалом исследования послужили языковые единицы художественных текстов романов Джона Голсуорси (Форсайтовский цикл): «Собственник» (1906), «В петле» (1920), «Сдается внаем» (1921), «Последнее лето Форсайта» (1918), «Пробуждение» (1920); «Белая обезьяна» (1924), «Серебряная ложка» (1926), «Лебединая песня» (1928), «Идиллия» (1927), «Встречи» (1927). Анализу подвергаются издательские художественные переводы с английского языка на русский, на основе которых осуществляется исследование языкового выражения иронии как лингвистического феномена.

^ Практическим языковым материалом работы послужили контексты, отражающие исследуемый лингвистический феномен – иронию, извлеченные из художественных текстов романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах». Объем выборки составил более 1500 единиц.

^ Методологической основой диссертационного исследования являются труды отечественных и зарубежных лингвистов С.Д. Кацнельсона, Г. Гегеля, Ф. Шлегеля, А. Эйнштейна, А.А. Потебни, И. Бодуэна де Куртэне, Р. Якобсона, Э. Бенвениста, В. Гумбольдта, В.В. Виноградова, О.С. Ахмановой, М. Хайдеггера, К. Леви-Строса, А.Н. Леонтьева, А.Р. Лурии, Л. Вейсгербера, Ю.М. Лотмана, Н.Д. Арутюновой, И.Р. Гальперина, А.Ф. Лосева, С. Къеркегора, М.М. Бахтина, А. Вежбицкой, Г.Л. Поспелова, М.Ю. Скребнева, Ю.Б. Борева, С.И. Походни, Д. Чавчанидзе, Л.И. Тимофеева, Л.В. Чернеца, Р. Кройца, К. Линка.

^ Научная новизна состоит в том, что в данной работе была предпринята попытка проведения лингвистического анализа языковых единиц, функционирующих в иронических контекстах художественных текстов романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах». В рамках данного исследования были выявлены факторы, влияющие на прагматику разновидностей иронии в рассматриваемых текстах.

^ Теоретическая значимость диссертационного исследования заключается в многомерности отражения лингвистической категории иронии в романе Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах», на базе которого обосновываются теоретические позиции по следующим частным проблемам: многофункциональность иронии в составе категории комического; особенности разновидностей иронии на лексическом уровне; контекстуальная обусловленность иронического смысла; специфика интерпретации иронического контекста; языковые единицы как средства репрезентации иронии в анализируемых текстах.

^ На защиту выносятся следующие положения:

1. Традиционно в лингвистике ирония трактуется как взаимодействие эксплицитного и имплицитного смыслов лексической единицы, слова, словосочетания, одного или нескольких предложений, в основе которых, в свою очередь, лежит столкновение положительной и отрицательной коннотаций. Ирония в узком и широком понимании универсальна, подтверждением чего является употребление в отечественной и зарубежной лингвистике развитой терминологии, описывающей типы иронии в художественных текстах романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах».

Современное состояние лингвистической науки предполагает изучение иронии и иронических контекстов на уровне смежных дисциплин: психологии, психолингвистики, культурологии и др.

2. В узусе феномена иронии становится очевидным, что для отражения всех оттенков иронического смысла, Д. Голсуорси использует и слово, и словосочетание, и предложение, но только на основе антропоцентрического подхода расшифровывается смысл авторской иронии точно и последовательно. Основополагающим фактором интерпретации иронии в художественных текстах Д. Голсуорси является знание реалий из разных областей жизни, истории, культуры народа. Именно на опыте знаний языкового коллектива, являющегося результатом совместной общественной жизни и общности культуры, основана ирония в языке Д. Голсуорси.

3. Значимость контекста и паралингвистических факторов в процессе интерпретации свидетельствуют об их ситуативной обусловленности, так как иронические указатели чаще всего требуют расширенного контекста. Причем при толковании иронического смысла отдельно взятого контекста, необходимо учитывать взаимодействие и взаимообусловленность эксплицитности и имплицитности высказываний автора. Так, контрастная основа контекстуальных условий, способных создавать второй план в сравнении с первым, также предметно-логические и контекстуальные значения и наличие эмоционально-оценочных компонентов, позволяют выделить иронически маркированные единицы текста.

4. Прагматика средств создания иронии таких, как каламбур, метафора, образное сравнение, перифраз, зевгма, аллюзия способствует углублению знаний о специфике функционирования иронии в контексте и аспектов ее проявления. Более того, функциональность интерпретации переносных иронических смыслов способствует восприятию имплицитности значений единиц текста на подсознательном уровне.

^ Методы и методики исследования выбраны с учетом специфики объекта, целей и задач работы. Проводится прагмалингвистический и контекстуальный анализ по данной проблеме; выбраны общепринятые совокупности теоретических установок, приемов исследования, связанные с теорией иронии и интерпретацией иронических смыслов. При отборе случаев языковой реализации иронии и установлении ее признаков, а также при описании наблюдаемых иронически маркированных единиц в вербальной и символической форме используются метод интерпретации результатов наблюдения; метод трансформации при переводе и толковании иронического контекста; дистрибутивный метод при изучении иронического контекста; метод компонентного анализа при выделении дифференциальных признаков иронии и интегральных признаков иронически маркированных единиц текста. Статистический прием характеристики фактов. Все виды анализа художественного текста применялись комплексно.

^ Практическая значимость проведенного исследования заключается в том, что его материалы и результаты могут быть использованы в процессе преподавания ряда лингвистических дисциплин: в курсе теории языка, лексикологии, интерпретации текста и стилистики и для проведения практических занятий и семинаров по данным дисциплинам.

^ Апробация работы. Основные положения диссертации докладывались и обсуждались на заседаниях кафедры иностранных языков Краснодарского Института экономики, права и гуманитарных специальностей, на Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы языкового образования» (Майкоп, 2007), Международной научно-практической конференции «Общетеоретические и практические проблемы языкознания и лингводидактики» (Екатеринбург, 2008), II Международной научно-практической конференции «Язык и литература в условиях многоязычия» (Нефтекамск, 2008) и др.

^ Структура работы. Данная диссертация состоит из Введения, трех глав, Заключения, Библиографического списка, Списка словарей и справочных изданий и Списка источников иллюстративного материала.
^

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ


Во Введении обосновывается актуальность исследования, определяются основные квалификационные характеристики, в том числе методологическая основа, научная новизна, теоретическая и практическая значимость, апробация результатов.

В первой главе «Прагматика иронии в художественных текстах романа «Сага о Форсайтах» Джона Голсуорси» обосновывается необходимость отражения лингвистической категории иронии, раскрываются основные аспекты к изучению иронического смысла и иронии в составе категории комического. При этом материал характеризуется в связи с двумя проблемами теории языка: соотношения «язык - сознание» и с тем, что человеческое сознание способно отражать окружающую объективную реальность и это отражение представляет собой субъективный образ объективного мира.

Современная лингвистическая наука устанавливает диалогическую природу иронии и анализирует отношения между сознанием автора и адресата, а также предметом иронического высказывания. Исходной позицией большинства современных исследований является постулат о том, что в самой сути иронического общения заложена необходимость активного интеллектуального контакта его участников, и для объяснения сути иронии важнее всего обратить внимание на ее знаковую природу и парадоксальность.

Проблема соотношения языка и сознания освещается во многих направлениях теории языка. Используемые в ней принципы интеллектуализма и антропоцентризма соотносятся с классическими подходами В. фон Гумбольдта, А.А. Потебни, Г.Г. Шпета, развиваемыми Н.Д. Арутюновой, Ю.Н. Карауловым, Т.В. Булыгиной и А.Д. Шмелевым, А.А. Леонтьевым, Д.А. Леонтьевым, другими современными лингвистами. При этом исследователи опираются на различные трактовки сознания.

Сознание является отличительной чертой отношения человека к окружающему миру и к себе: сознательное отношение – одно из развившихся в процессе эволюции свойств человека как мыслящего существа. В данное исследование вводим рабочее определение сознания, которое выведено из существующих трактовок теории современной науки, объясняющих природу возникновения сознания: сознание – это уровень, где синтезируются все конкретные психические процессы, которые на этом уровне уже не являются самими собой, а относятся к сознанию.

Тесная связь языка и сознания Д. Голсуорси, определяемая знаковым, опосредованным характером отражения, очевидна, но система её конкретных проявлений требует специального анализа. И эта связь с языком в творчестве данного писателя рассматривается в контексте тех изменений, которые вносят опосредованность словами в процессе отражения действительности. Язык Д. Голсуорси создает дополнительный план отражения, позволяя выйти за пределы непосредственного восприятия, преодолеть слияние с окружающим миром, включить обобщенный опыт в субъективный образ мира. А его сознание не просто дублирует с помощью знаковых средств отражаемую реальность, но и выделяет в ней значимые для него признаки и свойства и конструирует их в идеальные сферы действительности, выраженные в значении слова. Эти процессы определяются в аспекте языковой, прежде всего семантической системности.

Базисным для интересующего нас лингвистического исследования сущности и природы иронии как проявления языкового сознания автора является постулат о взаимосвязи органических и когнитивных функций личности писателя Д. Голсуорси: «Название «Сага о Форсайтах» предназначалось…для той ее части, которая известна… как «Собственник», и то, что я дал его всей хронике семьи Форсайтов, свидетельствует о чисто форсайтской цепкости, присущей всем нам. Против слова «Сага» можно возражать на том основании, что в нем заключено понятие героизма, а героического на этих страницах мало. Но оно употреблено с подобающей случаю иронией», иронический смысл которого позволяет Д. Голсуорси описывать в «длинной повести…страстную борьбу враждебных друг другу сил».

Изучение лингвистической категории иронии требует рассмотрения этимологии термина «ирония» в свете исторических и культурных условий. В отечественных и зарубежных справочных изданиях зафиксировано греческое происхождение данного термина (Н.Г. Комлев, Д. Чавчанидзе, Л.П. Крысин, Г. Бупманн). Многие исследователи (М.Ю. Скребнев, О.С. Ахманова, Ю.Б. Борев, С.И. Походня, Д. Чавчанидзе, Л.И. Тимофеев, Л.В. Чернец и др.) признают факт заимствования греческого термина «ирония», считая его объектом изучения категории эстетики и категории стилистики

В этимологическом словаре русского языка М. Фасмера прослеживается цепочка заимствований этого термина через польский язык или, скорее, французский (из латинского) от греческого "eironeia". Также и Л.П. Крысин подтверждает заимствование данного термина из греческого языка посредством французского языка.

В этой связи вызывает интерес сочинения Аристофана и Филемона, где встречается «ироник-обманщик», как отмечает Е. Третьякова и далее пишет: «Цицерон утверждал, что мастер иронии - блестящий оратор, умеющий проповедовать в непрямой форме». По мнению Н.Л. Иткиной, одно из лучших определений иронии дано риториком античности Квинтилианом: «Говорить иронически - значит хвалить, ругая, и ругать, восхваляя».

Как отмечает Н.М. Караченцева, по Трифону, «в родовой термин «троп» александрийской грамматики I в. до н.э. входят антифраза, ирония, сарказм, астеизм и др. Ирония есть речь, через противоположное являющая с лицемерием». Семантика данного термина свидетельствует о расширении понятия иронии по сравнению с более ранним, связанным с искусством диалектики Сократа, толкованием его Платоном и Аристотелем как притворного самоуничижения. Следствием расширенного значения термина явилась дихотомия видов иронии по признаку ее направленности «на себя» и «на других».

Учитывая особенности непосредственно латинской исторической традиции, в рамках западной, латинской, традиции, породившей «Риторики» XVII в. - Макария и М. Усачева, Н.М. Караченцева выделяет толкование иронии в духе Квинтилиана - «ирония есть хитрое молчание».

Многие лингвисты рассматривают иронию и как стилистический прием, и как категорию текста: явная и скрытая ирония (Салихова 1976); ситуативная и ассоциативная (Походня 1989, Кагановская 1994); контекстуальная и текстообразующая (Каменская 2001); зарубежные исследователи оперируют терминами verbal (situational)/dramatic irony (Verbal Irony, Critical Concepts 2001), local/extended irony (Colebrook 2005). Традиционная стилистическая интерпретация рассматривает иронию как вторичное обозначение, осуществляемое по принципу замещения, что отличается от таких стилистических средств, как метафора и метонимия, принцип построения которых – на основе противоположности (Д.М. Кузнец, Ю.М. Скребнев, М.Л. Брандес, И.В. Арнольд, Л.И. Тимофеев, В.А. Кухаренко, Л.В. Чернец). Ирония, по словам Л.И. Тимофеева, употребление слов в контрастном контексте, благодаря чему они приобретают обратный смысл.

Так, как мастер художественного слова Д. Голсуорси в романе «Сага о Форсайтах» использует умело особый лингвистический прием – выбор словесного средства, семантически наполненного ироническим смыслом в характеристике «форсайтизма». Проводя мысль, что человек создается средой, Голсуорси обстоятельно описывает фон типичной среды, жанровые сцены, интерьер и т.д. Языку данного автора присущ насмешливый, иронически окрашенный стиль на протяжении всего повествования в романе «Сага о Форсайтах». Ирония свойственна не только авторскому повествованию, но наблюдается и в построении речи персонажей. Например:

^ The Forsytes were resentful of something, not individually, but as a family; this resentment expressed itself in an added perfection of raiment, an exuberance of family cordiality, an exaggeration of family importance, and - the sniff. Danger - so indispensable in bringing out the fundamental quality of any society, group, or individual - was what the Forsytes scented; the premonition of danger put a burnish on their armour.(The Man of Property. P. 42).

Пер.: «Форсайты протестовали против чего-то, и не каждый в отдельности, а всей семьей; этот протест выражался подчеркнутой безукоризненностью туалетов, избытком родственного радушия, преувеличением роли семьи и… презрительной гримасой. Опасность, неминуемо обнажающую основные качества любого общества, группы или индивидуума, - вот что чуяли Форсайты; предчувствие опасности заставило их навести лоск на свои доспехи». [Собственник. С. 28].

«Имя «Форсайты» стало нарицательным, – пишет Е. Домбровская, – собирательной характеристикой высших кругов буржуазии, где собственность – цель всей жизни и помыслов. В уста «молодого» Джолиона Голсуорси вложил формулировку сущности форсайтизма как иронически насыщенного понятия собственничества. «Форсайт, - говорит он, - смотрит на вещи с практической…точки зрения, а практическая точка зрения покоится на чувстве собственности… Форсайты… столпы общества, краеугольный камень нашей жизни с ее условностями».

Вслед за О.С. Ахмановой, которая относит иронию к тропам, считаем, что «ирония состоит в употреблении слова в смысле, обратном буквальному с целью тонкой и скрытой насмешки; насмешка, нарочито облеченная в форму положительной характеристики или восхваления». Также в данном исследовании рассматривается ирония как средство, выражающее насмешку и лукавое иносказание, когда «слово или высказывание обретают в контексте речи значение, противоположное буквальному смыслу или отрицающее его, ставящее под сомнение» [Литературный энциклопедический словарь 1987: 132].

Таким образом, ирония представляет собой перенос значения, основанный на контрастном противопоставлении формы выражения и формы содержания мысли. В связи с этим формируется категория коннотации, которая в случае иронии и интерпретации иронических смыслов в контексте имеет первостепенное значение: реализуется один из ведущих принципов современной лингвистической науки – принцип антропоцентризма.

Контекстуальная ирония в художественных текстах романа «Сага о Форсайтах» Д. Голсуорси используется в номинативной, характерологической, эмотивной и дескриптивной стилистических функциях для более последовательного раскрытия характеров персонажей, их взаимоотношений; способствует созданию глубоких и многоплановых иронических ситуаций; передает авторское мироощущение.

В связи с тем, что изучение иронии на современном этапе не укладывается в рамки только лингвистики, ирония является предметом исследовательского интереса психологов, лингвистов, логиков, а также представителей таких отраслей гуманитарного знания, как семиотика и теория коммуникации, реализуя подобным образом принцип экспансивности современной лингвистики. С появлением семиотики подробно изучается кодирование/декодирование иронии в тексте. В данном направлении проведены интересные исследования Ю.М. Лотманом и представителями его школы.

Проведенное исследование подтверждает, что ярким репрезентантом иронического смысла являются художественные тексты романа «Сага о Форсайтах» Д. Голсуорси. М.И. Воропанова по этому поводу пишет: «…писатель (Д. Голсуорси – авт. дисс.) силен как обличитель лицемерия и эгоизма английской буржуазии, как художник, правдиво показавший процесс ее политической и моральной деградации…».

Так, как тонкий знаток текстуально выраженного мышления о знаках Д. Голсуорси дублирует действительность, соотнося с нею знаковость с обозначаемостью. Как отмечает М.К. Мамардашвили, Платон не мыслил ни предметно, ни человечески. Хотя его теорию идей можно рассматривать в качестве первой семиотической концепции, она же была и одной из первых теорий сознания. В художественных текстах романа «Сага о Форсайтах» Д. Голсуорси отражается весь спектр семантически наполненных оттенков иронического смысла, а также разновидностей иронии.

В рамках структурального подхода ирония изучается как явление «вторичной номинации» (С.И. Походня) и «отдельная текстовая категория» (Ж.Е. Фомичева). Так, Ж.Е. Фомичева определяет иронию как «концептуальную категорию художественного текста, позволяющую автору имплицитно выразить его эмоционально оценочные позиции, отношение к изображаемой действительности». Вслед за Ж.Е. Фомичевой, можно выделить следующие признаки иронии, на основе которых определяются иронические примеры в ходе данного исследования: наличие иронического смысла; имплицитность; эмоциональная окрашенность; контрастность и т.д.

Прагматический аспект в ироническом высказывании описывает сочетание иллокутивной и семантической составляющих, что находит отражение в теории C. Kerbrat-Orecchioni, в которой ирония рассматривается как троп, находящийся на стыке семантики и прагматики, с ярко выраженной иллокутивной силой, заключающейся в насмешке над кем-либо или чем-либо.

Известно, что ирония – явление многоплановое и полифункциональное в лингвистике, ее природу можно определить и в конкретных ситуациях романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах», где проявляется ироническая составляющая в различных контекстах. Ирония Д. Голсуорси – это одно из проявлений оценки, функциональная семантика которой отражает действительность. Важнейшей характеристикой оценки является взаимодействие субъективного и объективного факторов, так как сама оценка (по А.А. Ивину) есть «установление определенного отношения между субъектом оценки и ее объектом».

Так, в процессе понимания иронического смысла в текстах Д. Голсуорси оценочный фактор приобретает чрезвычайную важность, поскольку иронические коды автора сугубо субъективны и напрямую зависят от его ценностных категорий, а также его социально-культурного положения, мировоззренческих позиций и т.д. Это дает почву для широкого круга интерпретаций иронического высказывания/текста Д. Голсуорси.

Иронический смысл контекстов Д. Голсуорси способствует наиболее емкому и тонкому описанию нравственных, мировоззренческих, социальных, эстетических и других личностных отношений автора к предмету изображения. Причем любой текст субъективен, в нем всегда проявляется личность автора (Д. Голсуорси о себе – авт. дисс.): «Автор этой хроники, которого нередко спрашивали, что символизирует собою Сомс, затрудняется ответить на этот вопрос. Каков бы ни был Сомс, он, во всяком случае, был честен. Он прожил свою ни в ком другом неповторимую жизнь… И да простится автору мысль, что смерть его была, не совсем случайна; ибо, как ни далеко мы отошли от культуры и философии древних греков, теперь еще есть доля истины в старинном греческом изречении: “То, что человек любит превыше всего, рано или поздно его погубит”».

Так, языковая форма художественных текстов Д. Голсуорси выполняет функцию материального закрепления идеального сознания, но при этом она организована по законам, формирующим истинное познание мира. «…Язык не столько преобразует действительность, утверждает Н.Б. Мечковская, сколько отражает ее в своих формах. Внешние условия жизни, материальная действительность определяют сознание людей и их поведение, что находит отражение в грамматических формах и лексике языка. Логика человеческого мышления, объективно отражающего внешний мир, едина для всех людей, на каком бы языке они ни говорили».

Следовательно, между элементами мысли, единицами языка и предметным миром устанавливаются конкретные отношения, которые указывают на специфический характер отражательной функции языка.

Общетеоретическим положениям, традиции которых используются в анализе исследуемых художественных текстов Д. Голсуорси, присущ исторический подход к языку, мышлению и сознанию, оформляющим ироническую иерархию в реализации речемыслительных процессов. При явном влиянии идей Канта, Гегеля, Гумбольдта, Фейербаха и других художественные тексты Д. Голсуорси представлены типично, то есть как художественное системное раскрытие различий между миром языка и мирами души, сознания, а также их единства.

Прагматический аспект содержания иронического смысла в художественных текстах Д. Голсуорси и его эмоционального посыла, обозначает рамки парадигмы комического и определяет ее элементы, распределяя их по смыслу и формирующим факторам. Отмечаем, что парадигмой комического можно назвать всю совокупность приемов создания комического эффекта за счет выразительных средств языка. Первые попытки классифицировать комическое восходят к античной древности. Так, Цицерон, опираясь на опыт публичного оратора, разделяет комическое на два вида, проистекающее из содержания предмета и из словесной формы его выражения, которая включает двусмысленность, неожиданные умозаключения, каламбуры, пословицы, аллегорию, метафоры, иронию.

Многообразие оттенков комического привлекает внимание исследователей лингвистической науки возможностью изучения особенностей ситуативного употребления той или иной меры смеха, установлению универсалий на уровне произведений одного автора, либо целого жанра произведений, либо на национальном и социально-культурном уровне. Например, Д. Голсуорси отражает способность юмора сохранять реальные очертания изображаемых явлений и показывает как отрицательные лишь частные недостатки. Сатира же отрицает явление в основных его особенностях и подчеркивает их неполноценность при помощи резкого преувеличения, то есть, как отмечает Л.И. Тимофеев, «сатира идет по линии нарушения обычных реальных форм явления к тому, чтобы довести до предельной резкости представления об их неполноценности».

В исследуемых художественных текстах романа «Сага о Форсайтах» Д. Голсуорси передает сатиру с различными оттенками (гнева, презрения, враждебности и т.д.), выражает отрицающий характер, подмечая тонкую грань между моральным миром художника и обличаемым предметом. Так, Д. Голсуорси стремится описать через сатирический «смех» (близкий к иронии – авт. дисс.) правдивую картину жизни буржуазной Англии его времени. В этой связи вызывает интерес высказывание Н.Ю. Тяпугиной: «Отличие сатиры от других видов комического не в объекте или формах осмеяния обличаемых пороков, а в особенностях мышления писателя, который не желает прощать обществу или человеку его нравственной ущербности…».

Таким образом, ирония может уподобляться юмору, так как использование контекстуальных значений, обратных основным, предметно-логическим, есть своеобразное столкновение положительного и отрицательного, причем это столкновение зачастую бывает неожиданным, что позволяет считать иронию в языке романа «Сага о Форсайтах» Д. Голсуорси как одну из составляющих категорий комического.

В главе второй «Экспликация иронии в художественных текстах романа «Сага о Форсайтах» Джона Голсуорси» рассматриваются виды иронии на лексическом уровне, определяются контекстуальная обусловленность иронического смысла в языковом сознании и особенности интерпретации иронического контекста.

Процесс интерпретации и понимания иронического текста требует знание не только языка, но и знания о мире в целом. Всесторонний учет знаний (экспланаторность) рассматривается, по словам Е.С. Кубряковой, как важнейший принцип новой лингвистической парадигмы. Понимание текста или дискурса определяется поверхностной языковой формой, которая рассматривается как отправная структура в этом сложнейшем процессе.

Анализ текстового материала романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» позволяет идентифицировать ситуации, при которых контекстуальное значение конкретного слова диаметрально противоположно его словарному значению. Функционирование данного типа иронии можно проследить на примере высказывания одного из персонажей Д. Голсуорси. Например: “ I say, is your life safe? According to your theory, though, we’re in a mighty soulful era. I must think over my family…” (The White Monkey. P.140). Пер.: «– Скажите, а вам спокойно живется? По вашей теории, мы сейчас живем в ужасно “душевное” время. Надо бы мне проверить ее на моей семье». [Белая обезьяна. С. 126]. Ирония автора явственна, благодаря лингвистическому приему контрастного сопоставления: на фоне ссоры в семье Форсайтов, присутствующих в гостиной, рассуждения о существовании души приобретают прямо противоположную коннотацию. При этом употребление прилагательного «“душевное” – soulful» способствует отражению противоположной коннотации, которая состоит в перемене оценочного компонента с положительного на отрицательный. Стилистический эффект иронии усиливается и за счет употребления в контексте антонимичного по значению слову “душевное” наречия ужасно и сопутствующих ему эмоционально окрашенных наречий «чрезвычайно», «весьма» и т.д., способствующих усилению отрицания,поскольку ирония Д. Голсуорси напоминает мягкую насмешку, которая смещает ее в сторону юмора.

Изучение иронии, локализованной в одном слове, ставит ряд проблем лексической семантики. Например, О.Л. Ермакова рассматривает семантические типы слов, подверженные иронии, как лексические значения, порождаемые ироническим преобразованием смысла.

Помимо случаев иронии, локализованной в одном слове, в романе Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» существует множество других случаев, которые относятся к иронии на основании интуитивного чувства; в этих случаях невозможно выделить определенное слово, в значении которого прослеживается противоречие между сказанным и между тем, что подразумевается. Эффект иронии при этом достигается посредством нескольких утверждений или всего текста.

Так называемая скрытая насмешка, заключенная в иронии, становится очевидной: в ее фокусе – английский образ жизни, английский взгляд на мир «свысока», осознание самими англичанами своей уникальности и превосходства над другими нациями. Например: Is there a country in the world where they stick it as they do here? I get awfully bucked at being English every now and then. Dont you?” Well, George had grit – joked with his last breath: very English, George! Very English, all the Forsytes! Grit and body in those old English boys, in spite of their funny ways(The White Monkey. P.225). Пер.: « – Разве есть еще страна в мире, где они (безработныеавт. дисс.) так держатся, как здесь? Право, я иногда начинаю гордиться, что я англичанин. А вы?… Да, у Джорджа была выдержка – шутил до последнего вздоха; настоящий англичанин этот Джордж. И все Форсайты – настоящие англичане… Выдержка и крепкий костяк у всех этих прежних англичан, несмотря на их чудачества». [Белая обезьяна. С. 225-226].

Очевидно, что полноценная интерпретация иронии невозможна без обращения к экстралингвистическим факторам, а именно социокультурным и психологическим. Приведенный контекст из романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» достоверно, хотя и несколько гиперболизованно, передает стремление автора противопоставить современной Англии все лучшее, что было в старой форсайтовской Англии.

Проблема лингвистического механизма иронии предполагает определение границ контекста, которыми обусловлено отражение различных оттенков иронического смысла. Свидетельством тому является исследуемый практический материал художественных текстов Д. Голсуорси романа «Сага о Форсайтах», в котором иронически употребленное слово реализуется непременно в контексте, и что именно контекст позволяет распознать и декодировать иронию, реализующуюся в рамках предложения, абзаца, целого текста.

В системе языка каждый элемент структуры имеет лишь относительно самостоятельное значение, на что указывают многие исследователи. Так, по мнению Г.В. Колшанского, «значимость каждого элемента языка определяется в системе целого построения, координирующего взаимосвязь всех частей. Одной из форм проявления взаимозависимого характера элементов языка, выступающего в виде тех или иных, коммуникативных единиц, является контекст».

Вслед за Г.В. Колшанским, контекст рассматривается в данной работе как «совокупность формально фиксированных условий, при которых однозначно выявляется содержание какой-либо языковой единицы – лексической, грамматической и т.д. При этом под однозначностью следует понимать появление в заданных условиях только одного конкретного содержания языковой формы (например, одного значения слова, одного значения грамматической формы и т.д.)».

Понимание фоновых значений полисемии ограничивается минимальным контекстом, сочетанием слов, обычно в рамках предложения. Но, как подмечает В.Я Мыркин, «в некоторых случаях эта функция осуществляется словесным окружением, выходящим за пределы предложения, в которых находится данное слово».

Основополагающей базой данного исследования (вслед за Е.С. Кубряковой) является положение о том, что «когнитивный мир человека изучается по его поведению, по осуществляемым видам деятельности, подавляющее большинство которых протекает при участии языка». Также и В.З. Демьянков отмечает, что «язык даже в большей степени, чем культура и общество, дает ключ к человеческому поведению».

При анализе случаев иронизирования в художественных текстах Д. Голсуорси становится очевидным, что слово, словосочетание и даже предложение не способны передавать все оттенки иронического смысла языка данного автора, но привлекаемые им культурные, ситуативные и психологические аспекты жизни позволяют максимально точно и последовательно расшифровать смысл авторской иронии.

Одним из основных факторов интерпретации иронии в исследуемых художественных текстах Д. Голсуорси является знание реалий из разных областей жизни, а именно истории и культуры народа, обеспечивающее правильное понимание иронического смысла при употреблении их в речи персонажей. Именно на опыте всего языкового коллектива, являющегося результатом совместной общественной жизни и общности культуры, основана ирония в языке романа «Сага о Форсайтах» Д. Голсуорси.

Особый порядок слов и стереотипная лексика – вот те характеристики языка художественных текстов Д. Голсуорси, которые идентифицируют иронический смысл, представляя, по мнению С.С. Беркнера, «различные переосмысления слова или высказывания. Смысловая двуплановость слова занимает особое место в семантико-стилистической организации языка».

Так, ирония, локализованная в рамках словосочетания, требует расширенного контекста для последующей интерпретации, обращаясь к так называемому «психологическому» контексту (по Т. Слама-Казаку), основанному на взаимном знании реалий, связанных с каждым из собеседников.

Наряду с контекстом, выражению иронии способствует интонация. Этот факт освещается в работах многих исследователей. Например, М.Л. Брандес отмечает, что формальным средством выражения иронии являются только интонация и контекст. Такого же мнения придерживается и И.Р. Гальперин, который полагает, что слово, содержащее иронию, выделяется интонацией.

Также процесс употребления слов с различными оттенками иронического смысла в исследуемом языковом материале Д. Голсуорси представляет определенную сложность для восприятия, так как функционирование «интонационных моделей» в языке данного автора отражается в форме «сеточного вкрапления» (Н.И. Жинкин).

В современной лингвистической науке исследуется семантика ситуативного контекста, изучающая различные оттенки значения слова и его реализацию в условиях коммуникации. Значительный вклад в развитие теории значения слова внесли представители Лондонской лингвистической школы. Как А. Гардинер и Ф. Вегенер, так и А.А. Зарайский понимают под ситуацией окружение, в котором речь может быть эффективной, то есть достигать своих целей.

Доминирующую роль в процессе актуализации иронического смысла выполняет анализ художественных текстов Д. Голсуорси с позиции концепции существования единственного контекста – глобальной ситуации (по Т. Слама-Казаку), которая охватывает не только все языковые средства, но также и все главные корреляты ситуации. Исходными формами единиц для данного исследования являются следующие составляющие: ситуативный контекст, эксплицитный вербальный контекст, эксплицитный невербальный (параязыковой) контекст и имплицитный контекст. Антропоцентрическая переориентация лингвистического знания требует учета и внетекстовых условий создания текста: творческой позиции автора, его мировоззрения, истории развития общества и литературного процесса, объема фоновых знаний и системы ценностей интерпретатора.

Таким образом, современное состояние науки о языке диктует новые условия интерпретации художественного текста и адекватного декодирования заложенного в нем авторского смысла. По этой причине представляется затруднительным предложить полную и точную интерпретацию художественных текстов романа «Сага о Форсайтах» Д. Голсуорси, отразившего английское общество, эстетические и моральные нормы которого шли вразрез с мировосприятием писателя. Именно противоречие между позицией автора и социально-историческими условиями его деятельности является определяющим фактором в создании иронического смысла, как и любого другого скрытого смысла, входит в замысел Д. Голсуорси как автора романа «Сага о Форсайтах».

В этой связи представляется целесообразным рассмотреть основные законы построения и интерпретации художественного текста, прямых и косвенных значений с тем, чтобы впоследствии выявить свойственные иронии категории интерпретации и по возможности предложить эффективный механизм декодирования иронического смысла.

Особенностью художественного текста, как отмечают многие исследователи, является его построение по законам ассоциативного мышления. «Искусство вообще, и словесное искусство, отмечают С.К. Гаспарян и А.Т. Князян, всегда так или иначе отражает фрагменты объективной действительности, которые в рамках художественного произведения претерпевают определенные изменения в зависимости от намерения автора».

С течением времени как понимание иронии, так и ее техника отражения существенно изменились и усложнились, так как ирония часто читается между строк, и она может быть «разлита» по всему тексту, иногда очень большому. Иронический смысл, имеющий имплицитный характер, принадлежит области подтекста и требует узнавания и адекватного декодирования.

Основополагающим фактором для понимания глубинных структур текста является изучение целостности его иерархической системы, осмысление сложных переплетений ее элементов, где продуманность каждого знака и закономерная организация языковых единиц имеет авторскую направленность для отражения как поверхностных значений, так и внутренней, глубокой системы подтекстовых смыслов. Подтекст – явление малоизученное, хотя знание его крайне необходимо при интерпретации художественного текста, в частности, для исследования глубинных структур в языке романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах», также для декодирования иронического смысла, являющегося частью этого текста. Без понимания подтекста невозможно иметь более или менее полное восприятие языка рассматриваемых художественных текстов.

Традиционно в лингвистической науке подтекст понимается как второй, «параллельный смысл» (Н.И. Усачева). Если текст (по В.Я. Мыркину) – явление эмпирическое (акустическое или оптическое), сопровождающееся значением, то подтекст, будучи семиологическим явлением, включает в себя как соседние части данной части текста, так и ситуацию, благодаря которым возникает новое значение. Это второе значение текста называется подтекстом. Кроме того, сущностью и целью высказывания в действительной речи, по словам данного исследователя, является именно подтекст.

Подобным средством создания дополнительной глубины содержания текста (в частности иронического содержания) является текстовая импликация, которую трудно отграничить от подтекста, поскольку оба являются вариантами понимания заложенного смысла в процессе одновременного взаимодействия в контексте. При этом необходимо учитывать, что «важно не только то, что изображено, как утверждает В.В. Одинцов, но и как изображено: иными словами, важна авторская позиция, авторская оценка. Причем значительнее бывает не прямая, выраженная словами оценка, а сам способ изображения, «угол зрения» автора». В этой связи, можно утверждать, что понимание языка художественных текстов вообще, и языка анализируемых текстов романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» – сложный психологический процесс, который не ограничивается рамками лингвистических закономерностей.

В основе развития проблемы превалирования того или иного фактора в процессе интерпретации лежат два различных подхода. Представители первого подхода (Grice, Searle, Fodor, Barbe) расставляют приоритеты, используя знания о мире и временное «превосходство» контекстуальной информации в процессе интерпретации (вслед за языковыми знаниями). Подобной особенностью обладает интерпретация буквальных значений. Так, первая, начальная (initial) ступень декодирования значений одинакова для буквальных и переносных значений. Однако переносные значения требуют перехода к последующей ступени интерпретации, вовлекающей в процесс знания о мире.

Представители противоположного направления – психолингвисты и когнитологи – ведущую роль приписывают экстралингвистической информации (Gibbs, Sperber, Wilson). Основная идея заключается в тесном взаимодействии собственно лингвистических знаний и знаний о мире уже на начальном этапе интерпретации. Эти два направления в зарубежном языкознании получили названия The Standard Pragmatic Model и The Direct Access' View соответственно.

Так, P. Джиора выдвигает собственную модель интерпретации иронического смысла (The Graded Salience Hypothesis), в основе которой находятся закодированные, независимые от контекста и выходящие на передний план значения, которые зафиксированы в сознании носителей языка. Поэтому данная модель ориентирована на так называемую однозначную иронию (familiar ironies, conventional ironies). В этой связи можно утверждать, что модель интерпретации иронических смыслов не может быть применена повсеместно, поскольку значительная часть случаев репрезентации иронии на лексическом уровне контекстуально и ситуативно обусловлены и не могут быть помещены в рамки устойчивых иронических единиц.

Проведенный анализ художественных текстов романа «Сага о Форсайтах» показывает, что Д. Голсуорси передает иронию, вербализуя намерение автора с помощью неограниченного набора языковых средств на лексическом уровне с привлечением большого объема фоновых знаний. В отражении иронии в исследуемых текстах романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» значительную помощь оказывают текстуальные моменты, соотнесенные с общими условиями формирования смысла, определяющими направления, из которых образуется данный смысл.

Так, в художественных текстах романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» присутствует множество маркеров, которые указывают на различные явления, представленные не только как диалоги, но и как их вербализованный контекст, описание места действия, внешности персонажей и т.д. Такого рода указатели со всей очевидностью способствуют ограничению и большей определенности диалогических контактов между персонажами, что позволяет уточнить «карту» возможных прочтений.

Следовательно, особенности экспликации иронического смысла в художественных текстах романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» формируют особые правила его декодирования. С одной стороны, они совпадают с правилами декодирования художественного произведения с учетом законов его построения (во внимание принимается взаимодействие автора и читателя, возможное домысливание и существование нескольких различных интерпретаций и т.д.). Но с другой стороны, ирония требует учета таких компонентов интерпретации, как контекст, подтекст, текстовая импликация, которые также способствуют более глубокому и последовательному декодированию иронического смысла.

В главе третьей «Средства репрезентации иронии в художественном тексте романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах»» проводится анализ средств репрезентации иронического смысла в художественных текстах, делается попытка установить прагматический статус иронии и рассмотреть имплицитность иронических смыслов на лексико-семантическом уровне. В лингвистической науке разработаны теоретические положения о природе и сущности иронии и также о стилистических средствах ее передачи в языке. В данном исследовании рассматриваются наиболее распространенные случаи репрезентации иронии, и приводится типология используемых Д. Голсуорси языковых средств ее усиления в художественных текстах романа «Сага о Форсайтах».

Среди языковых средств, участвующих в выражении иронии в исследуемых художественных текстах Д. Голсуорси, ведущая роль в создании имплицитных смыслов отводится лексико-семантическим средствам, возможности которых чрезвычайно разнообразны.

Так, ирония широко используется в структуре художественных текстов Джона Голсуорси для выражения неодобрительного отношения, скрытой насмешки над явлением или человеком и демонстрации реального положения вещей в обществе, в целом, либо в описываемой ситуации, в частности. Ирония создается организацией средств языка, как в структуре авторского повествования данного автора, так и в репликах его персонажей с помощью различных стилистических приемов, затрагивающих различные уровни языка (слово, словосочетание, предложение, сверхфразовое единство).

Именно поэтому при идентификации иронически маркированных единиц текстов Д. Голсуорси основополагающая роль отводится именно контексту, в котором выделяются такие критерии для отбора иронически маркированных средств, как способность к созданию второго плана, резко контрастирующего с первым; контраст между предметно-логическим и контекстуальным значением и наличие эмоционально-оценочного компонента. Следует отметить, что в конкретном речевом воплощении не все компоненты вербализуются, часть из них остается на уровне интуитивного знания.

Одним из самых распространенных средств апелляции к иронии является каламбур. В работах многих исследователей каламбур изучается как средство создания комического эффекта (В.В. Виноградов, Э.М. Береговская, М.А. Кулинич, Г.К. Орлова, Г.Ф. Рахимкулова, А.Л. Сковородников, В.Т. Бондаренко, С.В. Ильясова).

Лингвистический анализ текстового материала романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» позволяет выделить следующие виды каламбура.

1. Игра слов, в основе которой лежит многозначность слов (взаимодействие прямых и переносных значений), в результате чего возникает двусмысленность.

Так, герменевтический иронический указатель эксплицируется в глаголе «проглотил - choked back», интерпретация которого не может быть только буквальной. Присутствует возможность расширенного толкования за счет практически одновременной актуализации двух словарных значений, обладающих в данном ситуативном контексте различной степенью позитивности. Первое, буквальное, значение сводится к следующему: «Глотая, пропустить через глотку и пищевод» [Ожегов 1973: 558]. В переносном значении «проглотить» означает «смолчать, не ответить…» [Ожегов 1973: 558]. Пытаясь скрыть свои чувства к родственнику, который в свое время нанес ему оскорбление, Сомс готов не выказывать, согласно «форсайтовской» традиции, негативные чувства, которые просятся «наружу», и проявляет себя достойно перед любимой дочерью. Автор, отражая состояние Сомса иронично, передает через ассоциации слова «проглотил», соединив буквальное и переносное значения, свое внутреннее отношение к яркому представителю английской аристократии.

Итак, в данном ироническом высказывании представлена смысловая двуплановость слова, что характерно для семантико-стилистической организации языка романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах». Следует также отметить, что ирония в данном контексте выполняет характерологическую функцию, поскольку способствует косвенной характеристике главного персонажа.

2. Игра слов, построенная на омофонных лексических элементах.

Несомненный интерес представляет фонетически созвучная пара слов (каламбур) с нарушенным фонетическим образом и яркой эмоциональной окраской с точки зрения этимологии данных слов. Например: “Annette stayed a powder-puff, and said with startling suddenness. "Que tu es grossier!" He knew the expression - he had reason to. The first time she had used it he had thought it meant "What a grocer you are!" and had not known whether to be relieved or not when better informed. He resented the word - he was not coarse”! (To Let. P. 33). Пер.: «Пуховка застыла в руке Аннет, и неожиданно резко сорвались слова: – Que tu es grossier! «c фр. – как ты груб! – пер. авт. дисс.» Это выражение Сомс помнил – и недаром. Услышав его в первый раз от жены, он подумал, что слова эти значат: “Ты – бакалейщик! «англ. – grocer – пер. авт. дисс.» – и не знал, радоваться ему или печалиться, когда выведал их подлинное значение. Сейчас они его обидели – он не считал себя грубым». [Сдается внаем. С. 706]. Так, звуковое сходство французской лексемы «grossier» и английской – «grocer», не имеющих смыслового соответствия, служит причиной коммуникативного сбоя. Смысловое содержание приведенной в данном контексте фонетически созвучной пары, передающее тонкий иронический смысл, передает непривычное состояние замешательства Сомса Форсайта – яркого представителя оплота «форсайтовской» Англии Д. Голсуорси.

Таким образом, иронический смысл в анализируемом языковом материале складывается из фонетического сходства далеких как по семантике, так и по этимологии рассматриваемых слов французского и английского языков.

3. Наиболее распространено комическое или ироническое изменение слова или устойчивого словосочетания (пословицы, поговорки, цитаты и т.д.) с целью придания им нового, нередко противоположного значения. По мнению З.У. Блягоза и З.З. Мамышевой, « отточенно фиксируя обобщенный, жизнью проверенный исторический опыт народа, ...отшлифованные художественные формы, пословицы удачно совмещают в себе достоинства народной энциклопедии и изящества фигур ораторского искусства». Причем изощренное языковое сознание Д. Голсуорси в исследуемом практическом материале оперирует данными единицами в трансформированной форме. Следует отметить, что для осмысления эстетико-эмоциональной нагрузки используемых автором устойчивых словосочетаний требуется знание и понимание их исходной формы и семантики

Так, в основе интонационного контраста между прямой речью и словами автора (вопросно-ответная форма) заложена тонкая ирония за счет перепада в интонации: после эмоционально загруженного вопросительного предложения (прямая речь) приводится глагол из нейтральной лексики (слова автора), который не содержит ответной реакции на вопрос.

Как в художественных текстах романа «Сага о Форсайтах», так и в анализируемом практическом материале Д. Голсуорси умело использует разнообразные языковые трансформации устойчивых сочетаний для передачи различных оттенков эмоции в иронии. Трансформация выражения (пословица) «дареному коню в зубы не смотрят» изменяет его первоначальное значение для придания более емкого экспрессивно окрашенного фона ироническому звучанию. Этот случай может рассматриваться как ирония, поскольку имеет место выражение насмешки путем употребления пословицы в трансформированном виде «дареному коню в зубы смотреть – gift horse in the mouth», приобретающее значение, близкое к обратному смыслу устойчивого словосочетания. Д. Голсуорси наделяет «автора» данной фразой – Сомса, явно осознавая духовное превосходство главного персонажа как над его собеседником, так и над обществом, где правят отжившие принципы морали, о чем свидетельствуют известные факты биографии писателя.

4. Иронический эффект может возникнуть в результате контаминации частей двух разных слов.

В приведенном контексте Д. Голсуорси создает сочетание слов «“легковесные пустячки” – 'little light things.'», смысловая нагрузка которого усиливается сложным прилагательным, образованным путем наложения двух основ – “легковесные”, по аналогии со словом «тяжеловесный». Данный лингвистический прием тонко отражает эмотивную сторону функционирования иронии, содержащейся в слове “легковесные”. Вероятно, этим можно объяснить контекстное сопровождение рассматриваемого слова перечислением Д. Голсуорси таких «тяжеловесных – трудных для понимания поэм» [Ожегов 1973: 752], после которых «…что-то остается в голове». Окказионализм разрешает коммуникативную задачу. Более того, по справедливому замечанию Б.Н. Воронцова и Р.Г. Гатауллина, слово, созданное по случаю для придания большей экспрессивности речевому контексту, способно выявить скрытые в языке потенциальные возможности, в силу ряда причин не реализованные в узусе.

5. К игре слов относятся и языковые парадоксы – один из наиболее часто употребляемых лингвистических приемов, используемый для насмешки в создании иронического эффекта. Парадокс – изречение или суждение, резко расходящееся с общепринятым, традиционным мнением или (иногда только внешне) здравым смыслом. Тот факт, что в основе иронии и в основе парадокса лежит противоречие, делает парадокс одним из средств высмеивания каких-либо фактов или явлений действительности.

Несомненный интерес вызывает рассматриваемая игра слов – парадокс, занимающий основополагающее место как в языке художественных текстов романа Д. Голсуорси, так и в исследуемом материале. Как подтверждает проводимый лингвистический анализ, Голсуорси очень тонко и умело пользуется данным приемом: придает дополнительную насыщенность информативной нагрузке иронического смысла, что способствует образованию оттеночных значений в разновидностях иронии. В данном контексте парадокс звучит несколько вызывающе и даже оскорбительно по отношению к «пострадавшему», поскольку свидетельствует о легкомысленном и бездушном поведении, рассчитанном на внешний эффект; своеобразной «игре на публику».

6. Имитация нарушений причинно-следственных связей в языковом материале романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» является одним из актуальных средств реализации иронии. Представляется логичным рассматривать данное явление в ряду других видов каламбура, поскольку их объединяет семантический контраст используемых слов.

На фоне «форсайтовского» клана – носителя традиционных национально-этических норм поведения наблюдается нарушение причинно-следственной связи в романе, а именно семантический контраст, имеющий место в размышлениях одного из персонажей.

Так, в романе «Сага о Форсайтах» прагматика имитирования нарушения причинно-следственных связей позволяет Д. Голсуорси отражать более емко мировосприятие и мироощущение английского общества, в основе которых заложен глубокий национальный психологизм с философской базой. Именно, семантическое разногласие в игре слов, то есть нарушение причинно-следственных связей слов за счет интонационных перепадов, которые несут основную семантическую нагрузку, придает различные оттенки ироническому смыслу в процессе переосмысления противоречивых значений. Например, имитация нарушений причинно-следственных связей слов, то есть семантический контраст, помогает Д. Голсуорси сочно и ярко передавать «внутренний мир» Майкла, который явно тяготеет к форсайтовскому миру, но он не умеет дорожить традициями своих отцов и дедов, отсутствие определенных занятий и идеалов, циничное отношение к окружающему опустошают его душу.

Многочисленной группой лингвистических средств создания иронического эффекта является способ деперсонализации – оживотнивания или овеществления. Как правило, деперсонализация и олицетворение рассматриваются как разновидности метафоры. Насмешка в данном случае выражается при помощи сравнения, в котором люди уподобляются животным. Например: Like cattle when a dog comes into the field, they stood head to head and shoulder to shoulder, prepared to run upon and trample the invader to death.” (The man of property. P. 46). Пер.: «Они были начеку словно стадо, увидевшее на лугу собаку, они стояли голова в голову, плечо к плечу, готовые кинуться и затоптать чужака насмерть» (говоря о Форсайтах, об их единстве – авт. дисс.). [Собственник. С. 42]. Итак, художественные тексты романа «Сага о Форсайтах», свидетельствует о том, что Д. Голсуорси использует деперсонализацию – оживотнивание как средство создания иронического эффекта, способное отражать весь спектр оттеночных значений иронического подтекста. Для «оязычивания» подтекстового смысла основополагающих позиций Форсайтов (опоры государственного устройства Англии) Д. Голсуорси использует вербальный контекст (внешний), в котором передает демонстрирование сплоченности, так как в сплоченности – их сила и мощь. Д. Голсуорси, утверждая, что сила сохранения национального уклада в монолитности, передает «мир» Форсайтов по законам мира животных, где царствует великолепие естества.

В исследуемом материале романа «Сага о Форсайтах» имеет место и метафора деперсонализации – овеществление, которая помогает автору передавать следование узко – практическим интересам с тонкой иронией и скрытой насмешкой, что создает экспрессивно окрашенный фон его высказываниям.

Таким образом, такого рода ироничные высказывания в художественных текстах романа «Сага о Форсайтах» Д. Голсуорси ярко репрезентируют его творческий потенциал, сформированный общетеоретической базой именования. Иронический смысл разлит по всему произведению, однако, немало и лексических маркеров, где текстовая ирония находит свое выражение в виде разнообразных лингвистических приемов. По этой причине, не всегда удается четко определить, в чем заключается сходство, положенное в основу метафоры. Это объясняется тем, что предметы, явления, персонажи могут сближаться не только на основании внешнего подобия, но и по общности производимого ими впечатления.

Иронический смысл может быть передан и посредством такого лингвистического приема, как олицетворение – приема, обратного деперсонализации, который также несет дополнительную смысловую нагрузку в прагматике иронии художественных текстов романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах», а именно в построении иронического контекста.

Вещественное понятие «дом – a house» наделяется моральными качествами и этическими принципами человека: лишь живое существо может обладать «чувством собственного достоинства – self-respect». Пользуясь одной из категорий философской науки, Д. Голсуорси олицетворяет дом, придает такой иронический эффект архитектуре построения дома, который вызывает улыбку. Тем не менее, можно разгадать авторский замысел, прерывающий «возвышенные» размышления Босини на философские темы, во взаимосвязи возвышенного и бытового; стремление оторваться от действительности наталкивается на преграду, реальную и ощутимую. Ирония выполняет одновременно дескриптивную и характерологическую функции, так как имеет место элемент описания и критики человеческих недостатков.

Наряду с метафорой (скрытым сравнением) Д. Голсуорси использует и художественно-образное сравнение (“simile” – в английской лингвистике). Смысловые связи в сравнении осуществляются с помощью следующих лексических маркеров: (like”, “as”, “resemble”, “remind; «как», «точно», «словно», «будто», «похоже», «напоминает», «как будто», «вроде как», «как бы» и др.) Последними тремя словами маркируются, как правило, номинативная метафора и метафорическая предикация [Гатинская 2004: 316]. Но, исходя из многообразия языковых возможностей функционирования средств, помогающих сравнивать явления изображаемой действительности, Голсуорси применяет своеобразный (авторский «домысел») лингвистический прием – интонационный спад.

В структуре художественных текстов романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» нередки случаи использования перифраза, который выступает как средство непринужденного звучания отражаемого автором, имеющего нередко ироническую окраску. Индивидуально-авторские перифразы всегда изобразительны, они дают возможность автору обратить внимание на те черты описываемых явлений и предметов, которые особенно важны в художественном отношении.

Для передачи иронического смысла на лексико-семантическом уровне Д. Голсуорси использует различного рода каламбуры, передающие многообразие оттеночных значений лексических единиц, способных отражать разновидности иронии с помощью таких фигур образности, как оксюморон, зевгма, гипербола, аллюзия.

Оксюморон как одно из средств выражения скрытой насмешки также имеет место в языке романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах». Исследованные случаи употребления оксюморона в анализируемом материале позволяют его рассматривать как элемент иронического подтекста, в котором он выполняет характерологическую функцию. Иначе говоря, оксюморон как своеобразная языковая единица оттеняет иронический смысл, раскрывая человеческие недостатки, высмеивает слабости и манеру поведения.

К фигурам языкового комизма в художественных текстах романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» относится такой лингвистический прием, как зевгма, способствующий импликации иронического смысла. Так, в ходе анализа чаще всего выявляются глагольные формы, имеющие отношение к абстрактной субстанции (в данном случае, передающей состояние), отражают границы соотношения смысловых структур, содержащих прямое и переносное значения, имплицирование которых формирует зевгму. Примечательно, что с помощью лингвистического приема (зевгмы) характерного художественным текстам романа «Сага о Форсайтах», Д. Голсуорси формирует изощренный эмотивный эффект во внутренних иронических смыслах.

Лингвистическая ирония в языке художественных текстов романа «Сага о Форсайтах» Д. Голсуорси построена также на гиперболе, то есть на тонком и сильном преувеличении. Гиперболизация иронических подтекстов Д. Голсуорси отражает глубинные структуры, «оязычивая» иронический смысл: в процесс его именования вовлечены знаковые единицы разноаспектно.

В качестве одной из разновидностей лингвистических приемов, способствующих созданию иронического эффекта в художественных текстах романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах», является аллюзия, в которой выступает «прецедентный феномен» (В.В. Красных). Это наиболее трудноопределимый и емкий вид текстовой реминисценции, в рамках которого встречается некая языковая отсылка, воспроизведение какой-либо части исходного текста. Так, в художественных текстах романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах», прецедентные феномены оказываются «носителями» определенных ассоциаций, несмотря на ситуативно-текстовую обусловленность. Но не всякая аллюзивность обладает ироническим эффектом. Вероятно, по этой причине Д. Голсуорси использует характерологическую лексику, выделяя как языковую отсылку (например, с помощью кавычек), и вводит из предшествующей части исходного текста, которая способствует созданию второго плана, ситуация которого обусловлена специфической лексикой с ироническим смыслом, резко контрастирующего с первым. Следует отметить, что в анализируемом материале Голсуорси тонко отражает взаимосвязь предшествующего, имевшего место ранее с последующим случаем подобного рода в иронически оформленной ситуации, что свидетельствует о сильной информативной зависимости от лингвокультурного тезауруса, на фоне которого он и существует.

Также представляет интерес анализ художественных текстов романа Д. Голсуорси «Сага о Форсайтах» в способности прецедентного феномена (ситуации, текста, имени, высказывания) создавать подтекстный план, интерпретируемый в зависимости от контекстуальных условий его актуализации как иронический. В этой связи целесообразным и высокоэффективным представляется использование Д. Голсуорси лингво-когнитивного подхода, предполагающего анализ не только собственно лингвистических, но и когнитивных аспектов в художественных текстах романа «Сага о Форсайтах».

Итак, интерес для данного исследования представляют разновидности аллюзии, имеющие эстетико-эмоциональную нагрузку. Такого рода когнитивные пространства требуют знания и понимания исходной формы и ее семантики. В случае иронии, именно расхождение между исходной и контекстуальной семантикой является существенным, так как отражает подтекстную информацию.

В заключении обобщаются основные результаты исследования.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях автора:

1. Гомлешко Б.А. Ирония как намеренная передача неискренности // Актуальные проблемы языкового образования: Материалы международной научно-практической конференции. – Майкоп, 2007. – С. 35-38.

2. Гомлешко Б.А. Прагматические функции иронии в тексте // Вестник Адыгейского государственного университета. – Майкоп: АГУ. 2008. №3. – С. 11-13.

3. Гомлешко Б.А. Ирония как объект изучения различных наук // Общетеоретические и практические проблемы языкознания и лингводидактики: Материалы Международной научно-практической конференции. – Екатеринбург, 2008. – С. 64-69.

4. Гомлешко Б.А. Ирония как объект лингвистики // Актуальные проблемы общей и адыгской филологии: Материалы 6 международной научной конференции (Майкоп, 24-26 апреля 2008). – Майкоп: АГУ. 2008. – С. 72-74.

5. Гомлешко Б.А. Иронические игры и иронические неудачи // Язык и литература в условиях многоязычия: Материалы II Международной научно-практической конференции. – Нефтекамск, 2008. – С. 48-52.









Скачать 472,11 Kb.
оставить комментарий
Гомлешко Бэлла Аслановна
Дата17.09.2011
Размер472,11 Kb.
ТипДиссертация, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

отлично
  2
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх