Написана эта книга icon

Написана эта книга



страницы: 1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   35
вернуться в начало
скачать
ГЛАВА 10


^ ПРЕДЛОЖЕНИЯ В ОБЛАСТИ МЕТОДОВ:

АНАЛИЗ ЭПИЗОДОВ


Двум основным направлениям современной западной социальной

психологии, традиционному и альтернативному, соответствуют две

принципиально разные группы методов: экзогенические (натуралис-

тические методы <объяснения>) и эндогенические (субъективистские

методы <понимания>).


В рамках первого направления человек рассматривается как один

из объектов природы наряду с прочими. При этом предполагается

(это особенно характерно для бихевиористской, механистической

модели), что его поведение детерминировано в основном внешними

стимулами, а задача исследования состоит в выявлении причинной,

как правило жесткой номологической, связи между тем или иным

внешним стимулом и поведением. Соответственно идеалом для дан-

ного направления являются <жесткие> методы точных наук, наце-

ленные на <объяснение>.


С точки зрения второго направления, человек предстает как

субъект, поведение которого определяется внутренними детерминан-

тами - мотивами и намерениями. Задача же исследователя состоит

в том, чтобы раскрыть субъективный смысл этих детерминант для


238 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


человека. Разумеется, методы точных наук считаются непригодными

для решения такой задачи. Таким образом, принимая герменевтичес-

кую модель человека, западноевропейские оппоненты американской

парадигмы вынуждены склоняться к методам <понимания>.


Однако па этом противопоставление западноевропейской платфор-

мы американской парадигме в сфере методов не ограничивается. Су-

щественное различие позиций наметилось и в вопросе об отношении

метода к теории. Толчком к этому послужила дискредитация номоло-

гического лабораторного эксперимента как основного метода социаль-

ной психологии. К концу 60-х годов этот метод стал объектом острой

критики как в Западной Европе, так и в самих США, а к концу 70-х

сам титул <экспериментальный>, по словам В. Штребе, превратился

из украшения профессии социального психолога в нечто вроде улики.


Дискредитация лабораторного эксперимента как основного мето-

да американской парадигмы имела далеко идущие последствия. Она

вела к подрыву авторитета самой парадигмы, к сомнениям в правиль-

ности ее методологических постулатов, и прежде всего позитивистс-

кого постулата о примате метода над теорией. Американский опыт

наглядно продемонстрировал, что абсолютизация метода, увлечение

им в ущерб теории ведут скорее к засорению науки фактами, нежели

к ее развитию. Стала очевидной ошибочность позитивистского пред-

ставления о ходе научного познания как преимущественно индуктив-

ном движении от одного уровня абстракции к другому по мере накоп-

ления эмпирических данных.


Согласно этому представлению роль теории состоит лишь в том,

чтобы, следуя за методом, упорядочивать добываемые данные. Однако

исследовательская практика показала, что сам характер данных, рав-

но как и область их поиска, определяются теорией. Именно поэтому,

критикуя американскую (психологическую) социальную психологию,

авторы <Контекста...> выдвинули тезис о том, что не метод определяет

теорию, а теория - метод, по словам Г. Тэджфела, <методы (экспери-

ментальные и любые другие) не должны диктовать ход эмпирического

и теоретического исследования, поскольку обязательным условием

подлинного движения в познании является именно обратная зависи-

мость> [Tajfel,1972].


Столь резкое противопоставление американской парадигме выдви-

нуло перед ее критиками весьма сложную задачу. Новые методы дол-

жны были соответствовать модели человека как активного субъекта

действия, творца и интерпретатора своего мира, логически вытекать

из социально-психологической теории, т. е. быть ее следствием, и, на-

конец, быть адекватным средством получения полноценных (т. е.

объективных, верифицируемых и т. п.) данных. Только в случае ус-


Предложения в области методов: анализ эпизодов 239


пешного решения всех этих задач можно было бы говорить о реальной

альтернативе лабораторному эксперименту в его американском вари-

анте.


Надо сказать, что в подавляющем большинстве случаев лаборатор-

ный эксперимент, несмотря на его недостатки, вскрытые критиками,

остается и поныне господствующим методом в социальной психоло-

гии. Судя по всему, планируя исследования, социальные психологи

Западной Европы (как п большинство их коллег в США) руководству-

ются не столько теоретическими, сколько прагматическими сообра-

жениями. По мнению английского социального психолога Роуэна, эти

соображения сводятся к следующему перечню:


1. Дешев ли он (эксперимент - П. Ш.). Обойдусь ли я имеющим-

ся оборудованием и бумагой?


2. Все ли есть для этого под рукой? Далеко ли надо ездить за испы-

туемыми, можно ли использовать собственный компьютер?


3. Удобен ли эксперимент? Могу ли я провести его, не слишком ме-

шая моим студентам?^


4. Короток ли он? Могу ли я провести его за двадцать минут или за

час, если буду пропускать сразу по несколько человек?


5. Какова возможность публикации? Добавится ли эксперимент

к списку моих публикаций независимо от того, открою я с его помо-

щью что-нибудь заслуживающее внимания пли нет>? [Rowan, 1974,

р. 87-88].


Результатом ориентации на эти вопросы чаще всего выступает <про-

дукт исследования>, который Д. Кац назвал <элегантно отполирован-

ной тривиальностью>. Такими <продуктами> журналы по социальной

психологии буквально забиты. Еще больше их отправлено на <кладби-

ще диссертаций>, т. е. в университетские архивы. Однако накатанный

алгоритм лабораторного эксперимента оказывается идеальным сред-

ством для того, чтобы получить ученую степень, увеличить список сво-

их публикаций и т. д. Неудивительно поэтому, что большинство соци-

альных психологов работают в традиционном ключе и проблема поиска

альтернативных методов для них не существует.


Вопрос о дальнейших путях развития методов ставит перед собой

меньшинство социальных психологов в Западной Европе. К тому же

выдвигаемые ими предложения чаще всего выступают как результат

компромисса между принятием модели человека разумного, активно-

го, интерпретирующего и естественнонаучной ориентацией на <объяс-

нение>. В итоге предлагаемые решения нацелены больше на коррек-

цию и дополнение традиционных методов, нежели на создание ради-

кально новых.


^ - ^^-З


240 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


Компромиссная точка зрения наиболее отчетливо выражена в по-

зиции Г. Тэджфела, статья которого в <Контексте...> в значительной

своей части посвящена проблеме эксперимента в социальной психо-

логии. В отличие от большинства своих соавторов он не разделяет

радикальную точку зрения, согласно которой лабораторный экспери-

мент вообще не имеет будущего в социальной психологии. По его

мнению, надо только найти ему место в системе экспериментальных

методов, т. е., по существу, методов проверки гипотез.


Выбирая тот или иной метод, исследователь должен четко осозна-

вать его преимущества и недостатки применительно к изучаемой сфе-

ре явлений, должен постоянно искать оптимальный компромисс между

жесткостью метода и его внешней валидностю. Поскольку жесткость

метода определяется степенью контроля за условиями исследуемой

ситуации, все разнообразие эмпирических методов может быть распо-

ложено на континууме между лабораторным экспериментом и методом

включенного наблюдения. Методы располагаются в такой последова-

тельности: лабораторный эксперимент (степень контроля наиболее

высока), полевой эксперимент, естественный эксперимент, опрос, кон-

тролируемое наблюдение, включенное наблюдение (степень контроля

минимальна) [Introducing social psychology / Ed. H. Tajfel, et al., 1978,

p. 41]. Если же расположить методы в соответствии с их внешней ва-

лидностью, то они выстроятся в обратном порядке. Ни один из них, та-

ким образом, не может претендовать на роль универсального, и по этой

причине, считает Г. Тэджфел, добиться одновременно точности и реле-

вантности - практически недостижимая цель. Оптимальная стратегия,

на его взгляд, состоит в комбинации различных методов, перепровер-

ке с их помощью получаемых выводов и данных [Op.Cit., р. 52].


В целом Тэджфел считает, что суть проблемы метода в социальной

психологии состоит в определении того, что может, а что не может

подвергаться экспериментальной проверке, а также в выяснении воз-

можности экстраполяции опытных данных на поведение человека в

обычной социальной среде. Неудачи социально-психологического ла-

бораторного экспериментирования в <его американском варианте

объясняются, по мнению Тэджфела, тем, что данные о взаимодействии

между людьми в эксперименте рассматривались как таковые, безотно-

сительно к более широкому социальному контексту, в отрыве от него.

Статья Тэджфела так и называется: <Эксперименты в вакууме>.


Конструктивная часть работы Тэджфела сводится к трем положе-

ниям, учет которых, на его взгляд, позволит сохранить в социальной

психологии лабораторный эксперимент как один из эффективных

способов проверки гипотез.


Предложения в области методов: анализ эпизодов 241


Первое положение состоит в том, что эксперименты не могут быть

проведены в социальном вакууме. Это означает, что а) создать соци-

альный вакуум в принципе невозможно даже искусственно: б) необ-

ходимо анализировать социальный контекст эксперимента и соци-

альную ситуацию, которую он моделирует; в) нужны специальные

исследования для выяснения того, как те или иные характеристики

социального контекста эксперимента влияют на протекание психи-

ческих процессов. В этой связи Тэджфел формулирует <закон вос-

полнения пустоты социально-психологических экспериментов>, ко-

торый гласит: <Чем более необычной, незнакомой или странной

представляется испытуемому ситуация эксперимента, тем более он

склонен выходить из положения, опираясь на свои собственные

представления о том, как полагается вести себя в данной ситуации>

[Tajfel, 1972(а), р. 84].


Второе положение является прямым следствием <закона воспол-

нения пустоты> и состоит в том, что <эффект экспериментатора> не

может рассматриваться в отрыве от <эффекта испытуемого>. Тэдж-

фел напоминает, что понятие <эффект экспериментатора>, введен-

ное американским социальным психологом Р. Розенталем, означа-

ет, что действия экспериментатора позволяют испытуемым догады-

ваться, какого поведения он ждет от них и соответствовать этим

ожиданиям. Идея Розенталя положила начало серии экспериментов

над экспериментами, что и позволило Тэджфелу ввести понятие

<эффект испытуемого>. Оно фиксирует явление отбора эксперимен-

татором таких исследовательских процедур, которые утверждают

его в истинности своих предположений относительно поведения ис-

пытуемых, заставляют делать выводы, соответствующие этим ожи-

даниям. Таким образом, второе положение Тэджфела сводится к

тому, что ожидания и гипотезы экспериментатора оказывают влия-

ние как на отбор им самим экспериментальных процедур, так и на

поведение испытуемых.


Третье положение выступает как следствие <закона восполнения

пустоты> и обоих <эффектов> (экспериментатора и испытуемого). Оно

гласит: эксперимент не должен быть последним звеном в процессе

проверки социально-психологической гипотезы. Полученные данные

должны затем интерпретироваться в свете культурологического ана-

лиза норм и ценностей, регулирующих поведение как эксперимента-

тора, так и испытуемых. Этот анализ может выполнить функцию

опосредующего звена между теорией и ее экспериментальной провер-

кой [Op.Cit., р. 85].


Реализация перечисленных выше положений позволила бы, по

мнению Тэджфела, найти для лабораторного эксперимента соответ-


242 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


ствующее место в системе методов социальной психологии и, кроме

того, обеспечить получаемым в экспериментах данным большую вне-

шнюю валидность. Таковы, в основном, заслуживающие внимания

представления о роли эксперимента в социально-психологическом ис-

следовании и предложения по его совершенствованию, высказывае-

мые западноевропейскими исследователями.


Однако эксперимент не исчерпывает арсенал применяемых мето-

дов. Помимо него, широко используются так называемые нереактив-

ные методы, которые не рассчитаны на определенную, запланирован-

ную реакцию испытуемых, на изменение какой-либо переменной. К

ним относятся традиционные полевое исследование, наблюдение (в

том числе включенное), статистический подсчет (например, количе-

ства дружелюбных пли недружелюбных контактов или временных

интервалов между ними), контент-анализ различных документов, в

том числе исторических^.


По-прежнему широко применяется социометрия, значительное

оживление интереса наблюдается к различным вариантам психодра-

мы Морено, инсценировкам социальных ситуаций.


В целом эта группа методов основана на принципе невмешатель-

ства в поведение испытуемого, а главное, на представлении о человеке

как активном, рефлектирующем субъекте, инициаторе социального

действия, выбирающем стратегию своего поведения. Принятие такой

модели влечет за собой ряд последствий. Главное из них - отказ от

объективистского подхода к человеку, с его требованием максималь-

ного учета всех антецедентов (условий, предшествующих эксперимен-

ту), строгого контроля над исследуемыми переменными. Другое важ-

ное следствие состоит в признании большого значения системы цен-

ностных ориентаций того общества, в котором работает исследователь.

Еще одним результатом действия этой модели является призыв иссле-

довать внутренний мир человека, <моменты его субъективности> -

установки, мотивацию, сознание, неосознаваемые импульсы, способ

интерпретации событий, логику суждений об окружающем мире

[Mertens, 1978, р. 191-192].


Констатируя определенное продвижение вперед в области методов,

напомним, однако, что заявка авторов <Контекста...> была шире. В

ней имплицитно содержалась идея, согласно которой метод, адекват-

ный той или иной теории, должен непосредственно вырастать из нее.

Между тем в конкретных эмпирических исследованиях подавляющее

большинство критиков американской парадигмы не выходят за рамки

традиционных способов работы. Исключение представляют Р. Харре

и его последователи, предпринявшие попытку создать метод, полно-

стью продиктованный теорией.


Предложения в области методов: анализ эпизодов 243


В соответствии с концепцией Харре, построенной по типу струк-

турных наук^, например генетики и структурной лингвистики, пред-

лагаемый им этогенический метод предназначен для выявления шаб-

лонов, регулирующих социальное взаимодействие^ Этогенический

метод состоит из двух групп методов. Первую образует анализ эпизо-

дов. Она включает: а) анализ социального действия, который основан

на драматургической модели и предполагает псследование основных

компонентов эпизода по схеме сценического действия; б) анализ прак-

тических и экспрессивных целей участников взаимодействия, кото-

рый основан на модели принятия решения. Во вторую группу входит

анализ объяснений, или самоотчетов, состоящих пз объяснений пер-

вого и второго уровня. К первому относятся объяснения, сопровожда-

ющие само действие, ко второму - объяснения по поводу объяснений

первого уровня. Интерпретация данных исследования основывается

на сопоставлении результатов анализа объяснений с результатами

анализа эпизодов.


Двум группам методов соответствуют и две группы методик. Ана-

лиз эпизодов осуществляется по методике, разработанной в этномето-

дологии, анализ объяснений - по методике речевого анализа, создан-

ной Оксфордской лингвистической школой.


Основным <рабочим полем> для этогенического подхода является

речь, которая сопровождает действие. Одна из функций речи при вза-

имодействии состоит в демонстрации знания ритуала (употребление

различных речевых оборотов и т. п.), другая заключается в интерпре-

тации собственного поведения как осмысленного, имеющего свои

причины. Примером первой функции может служить формальное

извинение, например: <Простите, я не хотел Вас обидеть>. Объясне-

ние как оправдание, интерпретация своих действий имеет более слож-

ный характер. Оно предполагает презентацию человеком себе своих

действий и поступков, в которых Харре различает рекатегоризацию

<Я> и рекатегоризацию поступка. Примером рекатегоризации <Я>

может быть такое объяснение человеком своего поведения, в котором

он выступает как <не он>. Это выражается в таких словах, как <не

помня себя>, <все в голове у меня помутилось, потом я очнулся с но-

жом в руках...> [Harre, 1977, р. 301]. Примером рекатегоризации

поступка могут служить различные объяснения поведения внешни-

ми причинами, например объяснение опоздания ссылкой на задержку

транспорта [Op.Cit., р. 302].


Основная цель метода анализа объяснений - раскрыть семанти-

ческую систему индивидов, т. е. знание о социальных ситуациях и

способах поведения в них, набор объяснений (оправданий), способов

презентации себя в различных масках, умение проиграть в уме ситу-


244 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


ацию перед воображаемым арбитром, когнитивный стиль, т. е. владе-

ние тем или иным набором когнитивных ресурсов. В ходе анализа

объяснений заполняется четырехрядная матрица (ситуации, маски,

судьи и системы правил), которая затем анализируется с помощью

таблицы личностных конструктов. Дж. Келли [Kelly, 1975].


Анализируя различные социальные ситуации, психолог-этогенист

стремится к выявлению социальных функций сопровождающих

объяснений, различных видов их конвенционализации и нормативи-

зации. Затем он переходит к их типизации и определению сферы рас-

пространения, т. е. идет от идеографического уровня к обобщениям

[Harre, 1977(а)., р. 309].


Харре откровенно признает, что с помощью этогенического метода

делает лишь первые шаги по пути <инвентаризации> социального по-

ведения и не питает больших надежд на выявление каких-то универ-

сальных инвариантов объяснений людьми своих поступков. <Может

оказаться, - замечает он, - что социальная наука способна дать нам

только метод анализа конкретной социальной формации, ее практики

и отношений компетентных в общении индивидов и что она не в состо-

янии открыть никаких социальных универсалий> [Op.Cit., р. 304].


Харре сообщает, что метод анализа объяснений дает интересные

результаты при изучении поведения детей (наделение прозвищами,

создание правил игры, определение территории)^. Он возлагает боль-

шие надежды на кросс-культурный анализ типовых социальных си-

туаций [Op.Cit., р. 312]. Особый интерес представляет то, что Харре

называет <обменом объяснениями>, при котором участники приходят

к общему мнению о ситуации.


Не углубляясь в тонкости лингвистического анализа эпизодов,

предлагаемого Харре и его последователями (число которых растет),

покажем, как действует этот метод при разработке традиционных

проблем, или, иными словами, что дает исследователю <понимание>

ситуации такой, какой ее видят непосредственные участники.


Дон Миксон, один из авторов работы <Восстановление социальной

психологии>, повторил известный эксперимент по исследованию под-

чинения власти^. Поставив себя вначале на место экспериментатора,

а затем испытуемого, он обнаружил, что испытуемые подчинялись

власти экспериментатора не потому, что получали возможность, пе-

реложив ответственность на экспериментатора, реализовать свои са-

дистские наклонности, а потому, что поведение экспериментатора

позволяло им интерпретировать ситуацию как безопасную для жиз-

ни <ученика>. Таким образом, полученные результаты в свете ново-

го понимания - с позиции испытуемых - получили диаметрально

противоположное толкование [Mixon D., 1974., р. 74]. Дон Миксон


Предложения в области методов: анализ эпизодов 245


подчеркивает при этом, что понять тот или иной эпизод можно, лишь

проигрывая его неоднократно, что ролевая игра как метод исследова-

ния оказывается здесь весьма важным подспорьем [Op.Cit., р. 84].


Другой, уже известный нам автор - Н. Армистед, поддерживая Р.

Харре, защищает право социального психолога на доверие к самоот-

четам испытуемых. Он считает, что альтернативой лабораторному

эксперименту могут стать менее структурированные методы: анкеты

с открытыми вопросами, интервью, обсуждения ситуации с ее учас-

тниками. В подтверждение Армистед ссылается на метод, применен-

ный Г. Тохом при изучении причин насилия со стороны полицейских

и арестуемых [Toch, 1972].


Тох провел детальные интервью с представителями той и другой

стороны. Собрав общие описания ситуаций, он затем проанализиро-

вал с каждым из опрошенных все этапы конфликтной ситуации, пос-

ле этого выделил типичную ситуацию, которая была обсуждена иссле-

дователями и опрошенными с целью выделения <межличностного

паттерна взаимодействия в ситуации насилия>. На основе этого пат-

терна была построена типология личностей, склонных к применению

насилия. Каждому из типов было поставлено в соответствие характер-

ное интервью.


Высоко оценивая эту методику, Н. Армистед делает ряд предложе-

ний по ее совершенствованию. С его точки зрения, на первом этапе -

определения смысла каждого объяснения - необходимо учитывать

следующее: 1) смысл каждого объяснения в идеале должен быть уста-

новлен разными людьми независимо друг от друга; 2) любые неточно-

сти в толковании объяснений должны быть исправлены в ходе обсуж-

дения; 3) итоговое толкование смысла должно быть согласовано с чело-

веком, который дал его первоначальный вариант; 4) люди, участвую-

щие в обсуждении, должны быть знакомы с описываемой ситуацией.


После того как установлен смысл различных объяснений, можно

переходить к их классификации. При этом для повышения точности

необходимо соблюдать следующие требования: 1) классифицировать

должны несколько человек независимо друг от друга; 2) расхождения

во мнении должны устраняться путем обсуждения, в котором точки

зрения обосновываются и в случае необходимости привлекаются но-

вые данные; 3) классификация должна быть согласована с авторами

объяснений; 4) выбор авторов объяснений описанных ситуаций дол-

жен быть таким, чтобы позволить последующее обобщение данных;

5) классификация не должна противоречить первоначально получен-

ным объяснениям; 6) классификаторы должны иметь возможность

при желании ознакомиться с первоначальными объяснениями; 7) весь

этот процесс следует повторять с разными классификаторами.


246 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


По мнению Армистеда, соблюдение этих условий позволит добить-

ся надежности, валидности и релевантности данных [Armistead,

1974(b),p. 124-125].


Далее Армистед высказывает несколько замечаний, реализация

которых могла бы в определенной степени преодолеть абстрактность

этогеники Харре.


Он полагает, что в случае, когда речь идет о широко распространен-

ных паттернах, их анализ необходимо увязывать с положением людей

в системе отношений власти и соотносить-с распространенной систе-

мой норм п ценностей [Op.Cit., р. 125]. В первом случае выясняется,

кто и для кого структурирует опыт, чья точка зрения поддерживает-

ся властью, кем она распространяется. Во втором случае исследова-

тель выявляет принятые испытуемым нормы и ценности. В итоге

устанавливается также связь между структурой отношений власти и

распространенной в обществе системой норм и ценностей. Так, в ис-

следовании Тоха было выявлено, что стереотип мужественности, со-

зданный средствами массовой информации в духе традиций эпохи

освоения в США Среднего Запада, поддерживается индивидуалисти-

ческой философией современного капиталистического общества.


Армистед отдает себе отчет в том, что попытка проникнуть в <свя-

тая святых> общества - механизм формирования системы политичес-

ких отношений - сама по себе есть акт политический и далеко не

безопасный. По всей вероятности, это и заставляет его ограничиться

лишь постановкой вопроса. Вместе с тем Армистед старается доказать

возможность, и допустимость <понимающего> подхода в социальной

психологии. Он пишет, что социального психолога должна интересо-

вать <повседневная жизнь людей, что основной метод исследования -

это опрос людей, что объяснения представляют собой общественный

факт, оговаривая при этом, что классификация, генерализация и

интерпретация подобных данных требуют применения некоторых

дополнительных мер контроля, а объяснение опыта должно двигаться

в направлении к обществу> [Op.Cit., р. 128].


При общем положительном отношении к призыву <восстановить

доверие к тому, что говорят люди о своих переживаниях>, как сред-

ству гуманизации социально-психологического исследования, нельзя

не отметить и слабостей метода объяснений. Одна из них, по мнению

Б. Шленкера, - это превращение исследования в каталогизацию ти-

повых социальных ситуаций. Прагматическая ценность такой рабо-

ты очевидна, особенно для оптимизации труда представителей соци-

ономических профессий, т. е. профессий, связанных с межличностны-

ми контактами (сфера обслуживания, образования и т. п.). Однако в

этом случае социальная психология становится наукой преимуще-


^ ^^ж^^ ^

^lfcal.


ий-

"^


Предложения в области методов: анализ эпизодов 247


ственно описательной, поскольку, как отмечал в свое время К. Герген,

занимается не раскрытием закономерностей, устойчивых связей, а

отображением и систематизацией существующих нормативно-ценно-

стных систем. При этом она приобретает черты литературного твор-

чества, одной из целей которого также является создание социальной

типологии. Кстати, сторонники <понимающего метода> сами призна-

ют, что социальным психологам следовало бы поучиться глубине

проникновения в тайны человеческого поведения у писателей

[Armistead, 1974(b), 118].


Опора на лингвистический анализ сопряжена с трудностями, ко-

торые в значительной степени обусловлены свойствами основного ма-

териала - речи, вплетенной в социальную ситуацию, а также разли-

чиями в способностях людей к вербализации своих отношений, наме-

рений, оценок и т. п. Поскольку анализ эпизодов предполагает рас-

шифровку и невербального поведения, то сложности многократно уве-

личиваются, хотя в настоящее время небезуспешно совершенствуются

методы и в этой области [Argyle М., 1970.]. Укажем также на слож-

ности, возникающие в связи с необходимостью учета большого коли-

чества уровней объяснения. В самом деле, человек, совершая поступ-

ки в проблемной ситуации, объясняет ее для себя (а) и для окружаю-

щих (б): далее социальный психолог должен объяснить для себя это

поведение человека (в) и объяснить объяснение им своего поступка (г),

а затем объяснить себе и научному сообществу, почему и как он все это

делает (д), ибо его деятельность - тоже социальна.


Наконец, справедливое замечание Н. Армистеда о необходимос-

ти <двигаться в сторону общества>, т. е. переходить к анализу явле-

ний более высокого социального уровня, предполагает наличие ме-

тодов исследования общественного сознания, продукции средств

массовой информации. Между тем работ, которые помогли бы пере-

бросить мост от ситуации межличностного взаимодействия к той

сфере, где формируются <характерные маски>, еще очень мало [Mos-

covici, 1961].


Несмотря на отмеченные выше проблемы и трудности, это гени-

ческпй метод считается в западной социальной психологии едва ли не

самой перспективной и серьезной альтернативой лабораторному экс-

периментированию^. Главное его достоинство состоит в том, что он

органически связан с моделями человека и общества, с теорией и

концептуальным аппаратом. Но, будучи адекватным средством эмпи-

рической проверки теории, он, как это ни парадоксально, акцентирует

и ее недостатки: сведение активности человека к активности вербаль-

ной; фактическое признание непреодолимой зависимости человека от

норм и ритуалов.


248


В этой связи нельзя не отметить, что от того, в какой степени бу-

дут преодолены эти недостатки, зависит и судьба самого этогеничес-

кого метода. Например, чрезмерный акцент на субъективность чреват

риском возвращения к прошлому психологии, когда самоотчеты ис-

пытуемых были единственным источником познания субъективного

мира. К тому же за кажущейся примитивностью и бесхитростностью

практического сознания на деле скрывается явление, требующее для

его исследования исключительно тонкого теоретического анализа. Без

работы в этом направлении методы социально-психологического ис-

следования рискуют остаться способом фотографирования обществен-

ного процесса, в то время как текучесть, динамичность и быстрота

социальных изменений требуют методов, по всей вероятности превос-

ходящих по сложности любые существующие^.





оставить комментарий
страница18/35
Дата16.09.2011
Размер8,32 Mb.
ТипКнига, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   35
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх